Дина Павлова
Развод. Мое спасение

Глава 1. Нина

– Слава? – так и застываю, держа в потной ладони чемоданчик с лекарствами. Что здесь делает мой муж? Разве он не должен быть в командировке?

Обычный вызов. Не первый и не последний за сегодня. Мужчина, двадцать восемь лет, с подозрением на инсульт. Внезапно стал заплетаться язык, рука плохо функционирует… Скорую вызвала какая-то девушка. Вот она, ищет полис. А я так и стою, глядя в угол комнаты, где, раскинувшись на двуспальной кровати, утопая в подушках, в совершенно незнакомой для меня квартире, лежит мой муж.

– У него и правда инсульт? – раздается голос хозяйки квартиры – фигуристой блондинки. Поворачиваюсь. Девушка достала портмоне моего мужа из его хорошо знакомой мне папки.

Я эту девушку точно видела. Ну конечно, на фотографиях новогоднего корпоратива. Слава говорил что это любовница собственника банка… Вот только что-то мне подсказывает, что это любовница, да. Но к собственнику банка она отношения не имеет.

– Полис в паспорте. В обложке.

Это я его туда положила. Всегда говорила Славе чтобы с собой носил. На всякий случай. Ну вот, случай и преставился. Девушка растерянно разворачивает паспорт:

– Точно, – и на меня смотрит. Потом вытаскивает полис и мне его протягивает. Не понимает. – Вы наверно опытный специалист. Со Славой будет все хорошо? Это же не опасно?

– Инсульт у него, – раздается голос моей коллеги, – самый настоящий.

– То есть… – девушка бледнеет, – Слава что, умрет? Или нет?

– Может и умрет, – развожу руками, – Нельзя сказать наверняка.

Мой слишком спокойный ответ вызывает бурную реакцию со стороны девушки:

– Вы врач или нет?! Вы должны знать! А вы… Вы равнодушны! – она начинает буквально орать на меня, а я не свожу глаз с девушки. И понимаю. Меня будто заморозили.

– А вы кем приходитесь больному?

– Я? Я его коллега…

– Правда? – вскидываю брови, а девушка, пожав плечами, отходит в сторону. Видимо считает что я слишком странный фельдшер. А я пытаюсь собрать мысли в кучу. Однако не получается.

Коллега… Ну конечно. Только непонятно, как Слава оказался дома у этой коллеги в два часа ночи… Анастасия Петровна, врач, с которой мы вместе на этом дежурстве, суетится вокруг моего мужа. А тому и правда плохо. Он даже не замечает что в комнате я, его законная супруга.

– Ситуация непростая. Нина, помоги пожалуйста.

Подхожу ближе. Взгляд Славы фокусирует на мне. И в тот момент когда он понимает, что это не сон, на лице мужа появляется паника.

– Нина?

– Слав, ты же должен быть в командировке в Минске… – я это говорю как-то отстраненно. Что уж тут обсуждать. Должен был быть в командировке, а сам проводит ночь в обществе красивой девушки. Но видимо где-то перестарался.

– Я… – сглатывает.

– Погоди… Это что, муж твой? – Анастасия Петровна кивает на него, а я вздыхаю.

– Да, это Слава. Он как раз должен быть в Беларуссии. Но видимо что-то его задержало… Не знаю даже что.

У меня в голове пустота. Муж. Объелся груш. Боже мой… Я понимаю, что несмотря на все клятвы Гиппократа я просто физически не могу к нему подойти. Мне не хочется к нему прикасаться. Противно.

Блондинка, которая смотрит на все это, наконец начинает понимать ситуацию, и…

– Вы… Вы же не думаете что у меня с ним есть что-то общее? – она искусственно улыбается. Стоит в коротеньком шелковом халатике. И вид невинный такой. Ну да. – Понимаете, он пришел по работе… И… Мы поругались.

– Ну да, – киваю. Мои глаза наполняются слезами. Конечно все было именно так. Просто пришел. Заехал по пути в Шереметьево. И остался! Свинцом на меня ложится осознание всего происходящего. Да. Он меня предал. Никаких командировок у него не было! Это был предлог, чтобы встречаться с любовницей. А я, дура, верила! Ждала его…

Пять лет счастливого брака. Я ведь думала что у нас и правда все хорошо! Мы планировали стать родителями… Боже!

– Вячеслав коммерческий директор, а кто вы?

– Я оператор, меня зовут Екатерина, – девушка нервно дергает полы коротенького розового халатика. – Я работаю с клиентами.

– То есть Вячеслав вам даже не прямой руководитель?

Отводит глаза. Видимо дамочка искренне считала что я не разбираюсь в структуре банка. Но я разбираюсь. И ни при каких обстоятельствах Славы в этой квартире быть не должно.

– Так если у тебя есть свой руководитель, то зачем Вячеславу было сюда ехать? – боже… Зачем я развожу все эти разговоры. И так все очевидно!

– Все не так как вы понимаете, – настойчиво повторяет Катя. – Я его не ждала сегодня.

– Вы сами встать можете? – Анастасия Петровна убирает ампулы. Она погружена в работу. И ей плевать кто кому любовница. А вот я бы так Славу тут и оставила. Ненавижу!

– Да, – говорит едва слышно.

– Вам нужно в больницу. Сами до машины дойдете?

Я смотрю как Слава с трудом поднимается с постели, держась за голову.

– Вячеслав Валерьевич украл крупную сумму денег, – вдруг заявляет блондинка. На ее лице появляется оскал, – И хочет свалить все на меня. Вот и приехал. Банк проводит внутреннее расследование. И очень скоро эти займется полиция. А я тут вообще ни причем!

Глава 2. Нина

– В смысле украл крупную сумму? – ничего себе новости. Я по-прежнему стою как вкопанная, пока Анастасия Петровна помогает Славе добраться до двери. Тот идет своими ногами. Но я прекрасно знаю что это пока что. Пройдет несколько часов, и Слава уже не сможет встать с кровати. А я так зла на него, что будь моя воля – оставила бы его умирать. Пусть бы и не вставал никогда!

– У нас внутреннее расследование, – объясняет Екатерина, – Все очень сложно. И Георгий Владимирович, генеральный директор, очень разочарован поступком Вячеслава Валерьевича.

Я вижу что эта мадам врет. У нее лицо какое-то кривое что ли. Она говорит, а сама смотрит то влево, то вправо, то вниз.

– Ну, допустим, – киваю, – А что ж он к вам пришел с этой проблемой, а не к Георгию Владимировичу? Как вы поможете в данной ситуации? Вы же всего лишь кассир… Или оператор. Не помню как правильно.

Девушка в ответ молит. Не придумала более-менее путного оправдания. А мне становится так тошно, что хочется рыдать в голос. Я знаю что мое лицо изменилось. Я чувствую что уголки губ опускаются к подбородку. Больно… Я до сих пор не могу понять, почему Слава спутался с этой… Боже…

Но проблема не только в этом. Он что-то украл. Деньги украл, да… Но сколько?

Да нет, Слава не мог. Он из очень приличной семьи, он выпускник престижного московского ВУЗа, получил диплом с отличием. Сглатываю. Да нет же!

– О какой сумме идет речь?

– Тридцать восемь миллионов, – улыбается Екатерина, а у меня округляются глаза:

– Сколько? Вы серьезно?

– И если Вячеслав Валерьевич не вернет деньги в самое ближайшее время, то им займутся правоохранительные органы. Это сейчас пока что внутреннее расследование. А завтра приедет полиция. И заведет уголовное дело.

Я смотрю на блондинку, потом на мужа. Он кстати одет. Но одет неряшливо. Обычно у него все с иголочки, чистое… И ладно бы лежал выпивший. Но он трезвый. Может одевался на ходу? Или его поспешно одевали?

Какие-то глупые мысли ни о чем.

– Нина, возьми пожалуйста лекарства, – из потока мыслей меня выдергивает моя коллега. Они выходят со Славой из квартиры… А мне хочется просто сбежать. Мне кажется что в меня живьем заливают свинец. Так больно! Я чувствую себя редкой дурой! Которая верила своему мужу… Ведь мне даже в голову не приходило, что у него может быть двойная жизнь.

Я беру оба чемоданчика, когда Екатерина произносит, как бы между прочим:

– А может, Слава спрятал деньги у вас?

Невольно вздрагиваю.

– Что?

– Ну, – блондинка стоит, оперевшись плечом о косяк, и наматывает локон себе на пальчик. Причем как-то кокетливо, с усмешкой, – Тридцать восемь миллионов – это не просто так. Представляете, какая это сумма? Если наличкой? Я вам как кассир скажу, она займет не меньше половины комнаты. А это означает, что незамеченными такие деньги не пронесешь.

– Вы что городите? – мое состояние стресса переходит на какой-то новый уровень. Уровень космоса. Мои ладони потеют. – На что вы сейчас намекаете? Что Слава принес украденные деньги, а я их спрятала? Так что ли?

– Вы сами все сказали. И сказали правильно, – кивает, – Без сообщника такое не провернешь. Так что я советую вернуть все украденное. И тогда вы сможете со своим мужем жить счастливо дальше.

Екатерина произносит это с такой издевкой в голосе, что у меня появляется вполне логичная мысль: если муж и правда украл такую сумму, а я не видела ни копейки, то… Выходит что сообщница как раз она. Вот эта самая Екатерина, улыбающаяся и выглядящая совершенно расслаблено. У нее проблем нет. И очень может быть, потому что как раз она вне подозрении. Только ты, дорогая, просто так не отмоешься. Я не такая дура как может показаться.

– Вы слишком бойкая, а зря. Если есть хоть минимальная вероятность что вы с моим мужем не только водили шуры-муры, но и собственный банк грабили, то в тюрьме окажетесь и вы, и он. А свалить на меня свою мерзость не выйдет!

Девушка ответить не успевает, а я, держа чемоданы, выхожу из квартиры. На лестничной площадке пусто. Я потихоньку спускаюсь, затем подхожу к машине скорой. Анастасия Петровна укладывает Славу на койку.

– Ему становится стремительно хуже. Поехали, давай, садись.

Киваю и залезаю в машину. Надо поговорить со Славой. Неужели он и правда украл деньги? Сейчас меня уже не волнует, что с ним будет дальше. Я хочу понять что будет со мной… Но… Спросить мужа не выходит.

– Слава, кто эта Катя? – я задаю то один, то другой вопрос… Но он молчит. Смотрит на меня пустым взглядом, а потом и вовсе начинает мычать. А я… Я начинаю плакать. Горько и безутешно. Потому что это конец. Конец нашему счастью, конец спокойной гармоничной жизни.

Сидящая тут же Анастасия Петровна произносит:

– Сообщи обо всем его родственникам. Потому что… Неизвестно что там дальше. Может и не выкарабкаться. Сама понимаешь что такое инсульт. Бывает все.

Киваю и набираю сообщения один за другим. Меня прерывает телефонный звонок. Незнакомый мужской голос произносит:

– Здравствуйте, Нина Олеговна? Это из полиции беспокоят. Где сейчас ваш супруг?

– Здравствуйте, он в машине скорой помощи. У него инсульт, – стараюсь не всхлипывать.

– Мне очень жаль, я могу подъехать и побеседовать с вами? Дело очень важное. Вячеслав Валерьевич подозревается в мошенничестве в особо крупном размере…

Глава 3. Нина

К тому моменту когда мой муж наконец оказывается в больнице, у меня нет сил больше ни на что. Я сажусь на скамейку в коридоре и, сжавшись, тихо плачу. Моя жизнь закончена. Меня и правда подозревают в соучастии, что я помогала прятать украденные деньги…

Вот только ничего этого не было. Мы жили очень скромно…

Голова раскалывается. Это я еще молчу про эту Екатерину. Нет, слишком уж наглая у нее рожа. Не может быть такого, чтобы она не имела отношения ко всем этим схемам. Небось вместе со Славой крали, вместе!

А то что они любовники, в том я не сомневаюсь ни секунды! В жизни не поверю, что мужчина приехал к девушке в коротком халате, да еще и среди ночи, поговорить о делах. О каких таких делах?

Мой мозг отказывается верить в происходящее. Да нет же! Мы же жили душа в душу… Только… Вспоминается как уже полгода я чувствовала что со Славой будто что-то не то. Во-первых, он стал работать по субботам, а иногда и воскресеньям, объясняя это тем, что якобы уволился какой-то сотрудник, и теперь ему нужно выполнять двойную работу.

Только почему-то шли недели и месяцы, а Слава ответственно замещал две должности. Видимо не могли найти нового человека вместо того, уволенного.

Во-вторых, на его телефоне появился новый пароль. Я узнала об этом совершенно случайно. У меня нет привычки лазать в чужих переписках… Хотела глянуть погоду, а мой телефон надо было искать. Взяла сотовый мужа… И выяснилось, что графический ключ не подходит.

Тогда Слава отшутился, объяснил что якобы телефон обновился, что-то глюкануло, и ему пришлось заново вводить пароль. Он конечно же ничего от меня не скрывает! Я поверила и как-то быстро про все забыла…

А теперь вспомнила. Когда уже поздно.

Еще я вспоминаю что Слава стал каким-то дерганым, нервным… Да и наша сексуальная жизнь разладилась… Еще мы перестали обсуждать наших будущих детей, покупку дачи и поездку на море. Стало не до этого. Я думала он устает. Да я сама уставала, работая на скорой. А получается, дело вовсе не в этом.

Теперь же Слава лежит на койке в палате и бессвязно мычит. Ничего у него не спросишь. По-моему он и не особенно сейчас соображает.

– Нина! Что с моим сыном? – по коридору несется тетя Стеша – мама Славы. Она женщина полная, дородная. Густой яркий макияж, просторное платье, каблуки, от которых раздается эхо по всему коридору. Она несется и будто занимает все пространство. Позади нее бежит дядя Валера – худой, низенький и незаметный. – Нина!

– Здравствуйте, у него инсульт, – повторяю то, что писала в сообщении. Зря меня конечно Анастасия Петровна оставила тут. Потому что разговаривать со свекрами совсем не хочется. А сам Слава еще долго ничего не скажет… Надо было продолжить дежурство. Один минус. Мое моральное состояние оставляет желать лучшего.

– У молодого мужчины инсульт? Ты в своем уме?

Тетя Стеша никогда не славилась изысканными манерами… Ровно как и глубокими познаниями в какой-либо области кроме торговли.

– Бывает. Перетрудился сначала на работе, потом в постели любовницы, – сухо отвечаю и закидываю ногу на ногу, – Так иногда происходит, если не рассчитать свои силы.

– Что ты несешь? – свекровь аж багровеет, – Какая любовница? И почему ты об этом говоришь так, будто рада?

– Я не рада, но не считаю что стоит расстраиваться. Потому что Слава украл еще кучу денег! И теперь меня подозревают в том что я его сообщница! Так что… Я с ним развожусь. Вот вы приехали к нему, знаете где искать, знаете что делать. И до свидания.

Я поднимаюсь, но не тут-то было! Тетя Стеша хватает меня за рукав. Я пытаюсь вырваться, но куда там! Не пошевелиться!

– Ты что? Ты собралась бросать своего мужа в момент когда ему больше всего нужна помощь? Когда он лежит и страдает? Что ты городишь?

– Что? – от слов свекрови я лишь открываю рот, не зная, что и сказать. Ничего себе обвинения!

– Стеша, девочка не в себе от горя, ты что, не видишь? Нина, Ниночка, сядь, успокойся, – Дядя Валера обнимает меня и усаживает назад на лавочку. – Объясни спокойно что случилось? Может тебе воды или валерьянки?

От его беспокойства меня прорывает, и я безудержно реву, пытаясь объяснить что случилось. Однако получается какая-то бессвязная смесь всхлипов и икоты. Мне протягивают пахнущий валерьянкой стакан, который я тут же выпиваю. Икота меня отпускает, становится легче. Всхлипнув и вытерев лицо протянутыми мне салфетками, я прихожу в себя.

– Мне звонил следователь, Славу разыскивают по подозрению в мошенничестве.

– Да ты шутишь! – тетя Стеша охает и опускается на лавку. Такого от сына они конечно не ожидали.

– Нет, не шучу, – мотаю головой, – У Славы инсульт. Я на вызове забрала его от какой-то неизвестной молодой женщины. Он был в ее квартире в два ночи. Эта женщина заявила что он украл тридцать восемь миллионов, и я уверена что она в этом замешана. Это все что я знаю. К Славе сейчас нельзя, он в реанимации. А мне надо побыть одной. Извините.

Я вновь собрана, вежлива и знаю как общаться с родственниками тяжело больного человека. Сплошной профессионализм. И пока свекры переваривают информацию, я ухожу из приемного покоя в отделение. Надо узнать что со Славой, какие прогнозы, и взять номер врача, чтобы связаться с ним завтра и передать следователю.

Глава 4. Нина

Еще и полиция должна приехать… Свекры остаются охать и вздыхать, а я… Я ищу лечащего врача. Надо спросить что будет дальше со Славой. Вдруг он и правда не выживет? Вряд ли хоть один человек на планете даст мне гарантию… Но все-таки.

Я пытаюсь к себе прислушаться, чтобы понять, как я переживу возможную смерть Славы… И понимаю. Он для меня уже умер. После всего что сделал.

– Прошу прощения, я могу поговорить с лечащим врачом? – подхожу к посту медсестры. – Сегодня привезли моего мужа…

– Фамилия, имя?

– Вячеслав Валерьевич Литвин.

В голове пустота. Белые стены больницы, такие привычные для меня, сейчас давят. Все-таки есть разница – когда ты здесь находишься по работе, или ты родственник пациента и гадаешь, что же с ним будет дальше.

– Вы пока присаживайтесь. Александр Феликсович подойдет минут через пять.

Я послушно занимаю скамейку и, чтобы как-то убить время и отвлечься, начинаю листать новости в ленте социальной сети… Но мои мысли разлетаются.

Мне плевать что и где происходит. Я думаю совершенно о другом. Копаюсь в памяти чтобы понять причину всего случившегося, проанализировать… Хотя какой к черту тут анализ?

Зачем-то перехожу в «галерею». Куча снимков из моей уже прошлой жизни… Вот я сфотографировала пирог, который приготовила на день рождения Славы. А вот мы ездили в отпуск, в Анапу. Хорошо что осенью, в октябре. Было еще тепло, но уже не сезон. Улицы пустые, свежо, весело. Мы хорошо отдохнули тогда… По моим щекам текут слезы, но я их поспешно вытираю. Только этого не хватало – сидеть и рыдать. Нет! Он не заслуживает моих слез!

А в голове мысли калейдоскопом сменяют друг друга. Зачем Слава так со мной поступил? Почему решил украсть деньги? А может… Может это все-так не он? И эта блондинка вовсе не любовница? Всхлипываю. Как же больно думать, что человек, которому ты верила как себе, оказался лжецом!

Мы засыпали в одной кровати, вместе просыпались… Я готовила Славе завтрак каждое утро! Даже когда возвращалась с дежурства, безумно уставшая, ранним утром… Все равно готовила! Сейчас я осознаю, какой у него был простор для измен! Это же так удобно, когда жена дома не ночует!

А вдруг его оклеветали? С другой стороны, почему Слава не рассказал мне о своих проблемах на работе? Да и как можно скрывать что на него хотят повесить такую огромную сумму? Более того, он не выглядел как-то по-особенному взволнованным. Только… Только сегодня днем, когда заявил, что у него срочная командировка в Минск.

Из моих мыслей меня выдергивает чье-то покашливание. Я так задумалась, что и не заметила, как ко мне подошел мужчина в длинном белом халате. Он стоит надо мной, и когда я поднимаюсь, то вдруг выясняется, что я ему упираюсь буквально в плечо. Хотя я сама почти метр семьдесят.

– Вы по поводу Литвина? – раздается густой голос. Поднимаю глаза. От вида этого самого доктора становится как-то страшно что ли… Он и правда огромный, а еще вид у него такой, как будто он не лечить, а убивать собрался.

– Да, – киваю.

– Я Александр Феликсович, заведующий отделением. А вы супруга Литвина?

– Нет… – отвечаю быстрее чем успеваю подумать. Мужчина вскидывает брови, но я тут же мотаю головой: – В смысле еще супруга, но… Скоро ею быть перестану. Я развожусь с ним.

– И на каком этапе ваш развод?

– Завтра утром подам, – объясняю, чтобы не возникло вопросов относительно законности моего пребывания в больнице в качестве супруги. Однако врач истолковывает мои слова по-своему.

Он кивает, и на его лице появляется какая-то жуткая усмешка. Мне вдруг приходит в голову, что этот самый Александр Феликсович на меня смотрит как на какую-то прошманду, которая готова бросить мужа, как только он заболел… А может у меня уже крыша едет? И я придумываю то, чего нет?

– Такое случается.

– Нет, не такое, – зачем я оправдываюсь? Господи, я пришла чтобы узнать выживет ли Слава, а в итоге разговариваю неизвестно о чем! – Все не такое! Я пока что, по документам, его официальная жена!

– Что ж, я понял, – холодно улыбается.

– Да какая вам разница? – мотаю головой. Мне отчего-то хочется объяснить этому самому Александру Феликсовичу, что все не так как он думает… А может, дело в том что от его холодного взгляда очень хочется куда-то спрятаться. Такого встретишь в темном переулке… Никогда не подумаешь что врач.

– Уточняю, – он заглядывает в документы, – Вы, судя по одежде, фельдшер? Или может даже врач? Я вас кажется видел… – он смотрит на меня, разглядывая как экспонат в магазине.

– Фельдшер, – холодно объясняю, – Как раз с дежурства приехала.

Я не хочу уточнять, что как раз на дежурстве Славу и обнаружила. Александр Феликсович качает головой:

– Вы сразу поняли чем может дело кончиться, – кажется он просто женоненавистник, – Все-таки у вас медицинское образование. Но все равно решили уточнить. Как же муж, выживет или нет? А может останется инвалидом?

– Представьте, что да. Мне интересно ваше мнение, как профильного специалиста, чтобы знать наверняка, мне разводиться с мужем или все-таки подождать и стать вдовой, – и зачем я так язвлю?

О! Врач на мои слова реагирует как я и ожидала. Даже слегка краснеет. Я смотрю в его ярко-голубые глаза. Он недобро щурится.

– Вряд ли ваш супруг умрет. Слава богу, его вовремя доставили в больницу. Более того, есть шанс, что он не просто выкарабкается, но и восстановится на сто процентов, – мужчина заглядывает в свои записи, – Ему же двадцать восемь?

– Именно, – киваю.

– Отличный возраст. Он выздоровеет, будьте уверены, – не сводит с меня глаз, на что я также улыбаюсь:

– Благодарю вас.

Мы смотрим друг на друга, когда за спиной у меня раздается голос:

– Здравствуйте, это вы Нина Олеговна? – я поворачиваюсь и вижу двух полицейских, – Можно с вами побеседовать?

Глава 5. Нина

– Можем с вами поговорить? – сотрудники полиции на редкость вежливые. Я ощущаю их сочувствие, но мне от этого не легче. Я киваю. Александр Феликсович смотрит несколько секунд молча, потом удаляется, и в его лице чувствуется какая-то брезгливость. Видимо решил что я пыталась отравить любимого мужа.

– Конечно, – вяло улыбаюсь. На самом деле мне не до вежливости, мне не до чего. Мне хочется как маленькой девочке сесть и зарыдать. И чтобы кто-то большой и добрый гладил меня по голове, прижимал к себе и успокаивал.

А ведь я и правда думала, что Слава – это моя каменная стена, за которую я могу спрятаться.

– Расскажите пожалуйста, – начинает один из полицейских. Коридор пустой, ночь, никого нет. А я сижу на скамейке совсем без сил. Надо еще отвечать на какие-то вопросы. Тогда как я сама хочу их задать! Только непонятно кому. Да и что спрашивать тоже пока что неясно, – Вы в курсе, что ваш супруг подозревается в похищении значительной денежной суммы, а именно тридцати восьми миллионов?

– Да, – киваю.

– Он вам сам рассказал об этом?

– Нет, мне рассказала сегодня его коллега… А может любовница, я точно не знаю, кто эта девушка, – в горле становится сухо. Представляю как я выгляжу сейчас. Набитая дура, которая дальше своего носа не видит…

– Что за девушка? – полицейский заметно оживляется. Кажется ориентировок на коллегу Славы у них нет. И подозрения она не вызывала.

– Екатерина. Она так представилась…

– Фамилия у Екатерины есть?

– Я не спросила… Растерялась, но… Можно узнать адрес.

– Отлично, – мужчина выразительно кивает, – Продолжайте. Где вы встретили эту Екатерину?

– Это она вызывала скорую моему мужу. Это из ее квартиры мы сегодня забирали Вячеслава, и она обвиняла его что он украл деньги… Точнее, она мне сообщила об этом, а еще сказала что я могу быть сообщницей. Хотя я ничего не знаю про деньги, – и я рассказываю и про свое дежурство, и как Слава собирался в командировку в Минск, и где его и в каком виде забрали в больницу. Сотрудники полиции внимательно слушают, один из них все записывает.

– То есть так совпало, что ваша бригада скорой помощи приехала к вашему мужу?

– Так и есть, – киваю. Мужчина усмехается, удивляясь совпадению, но тут же задает следующий вопрос:

– Вы знаете, где могут быть деньги?

– В смысле?

– Деньги, которые, предположительно похитил Вячеслав, – сотрудник говорит об этом так просто, что мне становится не по себе.

– Во-первых, я уже сказала что я понятия не имею. А, во-вторых, почему вы считаете, что именно мой муж украл эти миллионы?!

– Мы не говорим «украл», мы говорим – «подозреваем что украл», – поправляет меня полицейский, – Украл он или нет, решит суд. Но на данном этапе есть улики, которые позволяют сделать именно такой вывод.

– Какие улики?

– Разглашать эту информацию мы не можем, – лаконично отвечает, а я киваю. Смысл спорить? Допрос продолжается не менее часа. Но я ничего ценного сообщить не могу. Потому что я, как выяснилось, ничего не знаю о своем муже.

– Что ж, на данном этапе мы закончили. А теперь мы едем к вам домой, проводить обыск. Постановление – вот, – мне протягивают документы, а я лишь хлопаю глазами. Обыск? У меня? От одной мысли становится не по себе. С другой стороны, я точно знаю, что никаких денег у нас дома храниться просто не может! Куда их спрячешь в нашей однушке?

– Хорошо. А Екатерину вы проверить не хотите?

– Которая то ли любовница, то ли не очень? – вскидывает брови один из полицейских, – Нет. Сейчас мы не можем этого сделать. На этот счет нужны основания. Но вы не переживайте. Если они будут, проведем обыск и у нее.

Отлично. То есть меня проверять основания есть, а ее – нет. Но я не спорю. К тому же, проверяют-то не меня, а Славу. Только получается что и меня.

Я поднимаюсь с места, и возле поста медсестры снова вижу Александра Феликсовича. Он о чем-то с ней разговаривает, но когда я поднимаюсь вместе с полицейским, его взгляд упирается в меня. Его морщина на лбу стала как будто глубже, а глаза – темнее. Он меня буровит взглядом, а у меня появляется дурная мысль, что он подслушивал разговор. Но нет, это вряд ли. Зачем?

– Дежурный врач тут? – интересуется сотрудник.

– Вот он, – киваю в сторону Александра Феликсовича.

– Да, мы уже узнали у медсестры, что ваш муж в тяжелом состоянии, но хотелось бы более точного диагноза и понимания перспектив, – он переключается на врача и быстрым шагом подходит к нему, – сотрудник полиции оперуполномоченный Луценко. Вы лечащий врач Литвина?

– Я. Меня зовут Александр Феликсович. Чем могу помочь?

Они отходят в сторону. Разговор занимает всего минут пять. Однако после него лицо этого мужлана становится немного мягче. Не то чтобы врач стал менее враждебно ко мне относиться… Но видимо понял мотивацию. Хотя о чем я думаю?

Когда полицейский возвращается, мы тут же направляемся в машину. Впереди обыск, а мне хочется просто спать. И как только мы садимся в служебный автомобиль, голова становится совсем тяжелой, на меня наваливается дремота. Однако сквозь сон слышу разговор:

– Так что врач сказал-то?

– Вроде выживет этот Литвин. Но вот останется ли он в себе – хороший вопрос.

– А если не останется? И если он наличку хранит не дома? А в другом месте?

– Значит будем искать в другом месте… Рассвет скоро.

Ровный звук мотора меня укачивает, и я уже дальнейшего разговора не слышу. Я сплю, и мне снится как мы со Славой гуляем по Анапе, смеемся. И он совсем мне не изменял, не предавал и не крал деньги. А еще он здоров, а эта мерзкая Екатерина не смеялась надо мной и моею наивностью.

Глава 6. Нина

Обыск проходит достаточно быстро. Помимо полицейских присутствуют еще какие-то мужчина и женщина, как мне объяснили – понятые. Вопреки ожиданиям, мне не переворачивают квартиру. Сотрудники органов, надев перчатки, открывают все шкафчики, заглядывают под кровать, простукивают стены и пол…

Мне вспоминаются слова этой Екатерины, что тридцать восемь миллионов наличными займут едва ли не половину комнаты. Поэтому видимо полицейские особенно-то и не стараются. Первичного осмотра достаточно, чтобы понять, что денег тут нет.

А еще нет предметов роскоши, дорогой техники или украшений. Мы всегда жили скромно. На мою зарплату фельдшера скорой помощи особенно не разгуляешься, поэтому мне приходилось брать дополнительные смены. Да и Слава как-то заработками не радовал. Хотя сейчас я уже не уверена, он и правда мало зарабатывал, или деньги уходили на эту самую Екатерину?

– У вас есть сейф? – спрашивает полицейский. Ну да, сейф. Было бы что хранить в этом сейфе! Мотаю головой:

– Нет, мы обычная семья. У нас нет вещей, которые имело бы смысл туда прятать.

– Была бы обычная семья, нас бы тут не было, – смешок. Но мне грустно, потому что оперативник прав.

Я сижу в кресле, наблюдая за обыском и с трудом сдерживаясь чтобы не заплакать. Кто бы мне сказал неделю назад что меня ждет! А теперь…

– У вас есть золото? В слитках например?

– Что вы! Только обручальное кольцо и сережки. Они на мне.

Это похоже на какой-то сюр! Мы живем в квартире, за которую еще кредит отдавать пятнадцать лет! В Москве цены очень высокие… И на эти несчастные тридцать три квадратных метра тратишь половину жизни. Я отдавала свою половину зарплаты на ежемесячный платеж, а Слава – свою. Если конечно он не врал о своих доходах.

Только теперь что делать – непонятно. Одна я не смогу выплачивать. По крайней мере в том же режиме.

Как мы копили на взнос – это отдельная грустная история. Спасибо бабушка мне участок подарила, было что вложить. И у Славы была накоплена сумма. Вот и хватило на однушку на юге Москвы. Зато метро рядом…

И в этой квартире ищут несметные богатства… Да если бы Слава умел воровать, жили бы мы вот так? Но, с другой стороны, почему-то обыск именно у нас…

– Это ваше или вашего супруга? – полицейский кивает на большой игровой компьютер мужа.

– Мы оба пользовались, но в основном Слава. Играл вечером в «танчики».

– Мы его заберем на экспертизу, – объясняет полицейский, а у меня нет сил спорить. Что ж, заберет и заберет. Славе этот компьютер еще долго не понадобится, а меня «танчики» не интересуют.

Когда наконец я подписываю все необходимые документы, и все удаляются, на часах уже восемь утра. И я, скинув с себя одежду, просто без сил падаю в постель. Я засыпаю сразу, совершенно измученная. А просыпаюсь когда солнце бьет прямо в глаза.

Я не сразу вспоминаю что было накануне. Но уже через минуту, увидев пустое место рядом с собой, в моей памяти воскресают события прошлой ночи. Слава в больнице, а еще его подозревают в краже. А меня – в соучастии. Я лежу на боку еще минут десять, пытаясь заново уместить в своей голове все случившееся. И не могу.

Что мне делать? Понятия не имею. В идеале бы позвонить и узнать как себя чувствует мой муж… Но это потом. Еще у меня куча пропущенных. От свекрови, от мамы…

Я умываюсь, ставлю чайник и перезваниваю матери. Она берет трубку сразу:

– Нина, ты как?

– Так себе, – честно отвечаю. Потому что делать вид что все хорошо бесполезно. Да и мама знает меня как облупленную.

– Так что, Слава и правда украл эти деньги?

– Не знаю, так говорят, – забавно. Первый вопрос мамы – про деньги…

– А где они? Это ведь большая сумма!

– Мама, я понятия не имею. У нас дома точно нет. Полиция ночью провела обыск квартиры, деньги не нашли. А Слава не в том состоянии, чтобы давать показания.

– Но ты не волнуйся, – тихо говорит мама. Ее голос ласковый, но какой-то фальшивый. – Если деньги найдешь, не вздумай отдавать! Сразу ипотеку закроешь…

– Мам! – буквально вскрикиваю в трубку. Она говорит какую-то ерунду. А я по опыту знаю – ей не объяснишь в чем она не права.

– Что мам? Я тебе говорила, что не стоит выходить замуж за человека без своей жилплощади. Надо было найти нормального! У которого деньги есть! А твой Слава что? Неудачник. Мало того что зарплата как у серого клерка, так еще и воровать не умеет! Попался.

– Мам, я, честно, ожидала от тебя немного другого. Поддержки…

– Ты, кстати, со свекрами дружить переставай. Они с тебя не слезут. Или заставят горшки из-под этого придурка выносить, или передачки в тюрьму таскать. А вот платить ипотеку за твою конуру тебе придется самой. В одно лицо.

То что так оно и будет, я сама знаю. Потому что Слава у родителей единственный сын, самый любимый, поздний, долгожданный. И они буквально выбирали ему жену, которая бы была ему пожизненно и мамой, и папой, и няней, и опекуном. А Слава был им милым добрым мальчиком, который и мухи не обидит, и куска хлеба не украдет.

Подозреваю что для себя он бы никогда и не украл, не его это размах. А вот соучастником стать вполне мог. И повестись на россказни и харизму, что конечно не делает его лучше. Неважно для кого он мог своровать, если он это действительно сделал.

Следующая моя мысль – совсем обидная. Мало того что он своровал, так еще и не для собственной семьи, а для каких-то левых людей. А вот разгребать это все мне.

Глава 7. Нина

Я заканчиваю разговор с матерью и погружаюсь в полное уныние. Не хочется ни есть, ни пить… Ничего. Моя жизнь разрушена! Я оказалась в ужасной ситуации, и какой выход из нее – непонятно. А самый большой вопрос – за что? Ведь я никогда в жизни никого не обманывала. Я не изменяла мужу, я не брала чужое. Так почему именно мне теперь разгребать все это?

Телефонный звонок выводит меня из раздумий. Тетя Стеша. Отвечать не хочется, но куда деваться. Отношения со свекрами у меня всегда были ровные. Мы не ссорились, не грубили друг другу. Но и сказать что сильно были привязаны… Тоже нет. Раз в две недели мы ездили в гости. Или они к нам.

– Алла, Ниночка? – голос тети Стеши поменялся. После того что произошло со Славой утратил звонкость. Появилась нервозность…

– Да, здравствуйте.

– Ты уже была у Славы сегодня?

Я смотрю на висящие на стене круглые часы. Три часа дня. Интересно когда бы мне к нему ездить? А главное, зачем?

– Я только недавно проснулась, – говорю как есть. И мои слова вызывают какую-то неадекватную реакцию:

– Ты серьезно?! Ты спишь пока твой муж фактически умирает?

– Я никак не помогу ему даже если буду круглосуточно бодрствовать, – отвечаю сдержанно, с трудом сдерживаясь чтобы не нахамить, – У меня всю ночь были обыски.

– Какие обыски?

– Такие. Искали тридцать восемь миллионов, какие-то золотые слитки… И по мнению полиции, их украл Слава, – прохаживаюсь по комнате, стараясь успокоиться. Потому что чем больше я вспоминаю вчерашнее, тем сильнее во мне растет обида. Да не хочу я после этого навещать Славу! За то что он мне устроил.

– Боже мой! Они все оборотни в погонах. Пытаются навешать на моего мальчика чужие кражи! Надеюсь ты не думаешь что Слава как-то причастен к этому? – в голосе свекрови появляются истеричные нотки, – Он не из тех кто даже чужую пуговицу возьмет! А тут – тридцать восемь миллионов!

– Я ничего не утверждаю, но он подозреваемый. Более того, я думаю, что он мне изменял! Я сама забрала его из квартиры какой-то непонятной женщины в коротком шелковом халатике!

– Да хватит, – прерывает меня тетя Стеша, – Ты сейчас крутишься как уж на сковородке, чтобы иметь достойный повод бросить моего мальчика! Хотя он тебе столько лет был верным мужем!

– Я очень сомневаюсь что он был верным. Даже если предположить что эта женщина и не любовница, почему Слава ничего не сказал мне про деньги? Что его подозревают в таком преступлении?!

– Потому что, моя девочка, задача жены – это жить ради мужа! Обслуживать его, отглаживать, готовить. Ведь вы жили на его деньги. А ты по сути была все это время прихлебалкой. И конечно же он с тобой не делился своими проблемами. Много ли ты понимаешь во всем этом?

– Но ведь я тоже работала и вкладывала в семью! – от подобных обвинений я теряюсь. Это что же такое? Тетя Стеша меня унижает, но зачем? Хотя понятно зачем! Чтобы манипулировать.

– Много ты эту семью вложила, – фыркает. Ну здорово. Я хочу ответить в том же духе, но наш разговор прерывает звонок в дверь. Я не жду гостей, так что, предполагаю, ничего хорошего не предвидится.

– Извините, не могу сейчас говорить, – кладу трубку, а трель звонка повторяется. Кто-то очень настойчивый. Положив телефон в карман, иду к двери. А за ней… Эта самая Екатерина, из чьей квартиры скорая забрала Славу, а рядом какой-то немолодой мужчина. Пока я думаю открывать или нет, снова звонят. В любом случае хуже не будет. Как и лучше собственно. Сомневаюсь что они пришли сообщить что произошла ошибка, и деньги находились в какой-нибудь ячейке.

Приоткрываю дверь, оставляя небольшую щелочку.

– Здравствуйте, – ловлю насмешливый взгляд этой куклы. А вот у мужчины вид угрюмый.

– Добрый день, Нина Олеговна, – раздается густой голос мужчины. Он невысокий, седой, с лишним весом. Однако одного взгляда достаточно, чтобы понять, что он не из бедных. Дорогое пальто, которое сидит на нем идеально, с иголочки. Прическа, гладко выбрит, галстук… – Меня зовут Георгий Владимирович, я генеральный директор и акционер банка «Север-плюс», там где работает ваш муж. Точнее, работал. Можно пройти?

– Зачем? – чувствую, ничего хорошего мне не скажут. Более того, еще и начну обвинять в чем-нибудь. Слишком уж вид у этого Георгия Владимировича недобрый.

– Затем что нам нужно поговорить. И очень желательно, без участия посторонних.

Я отступаю в сторону, кивая, и оба проходят в квартиру. Я невольно разглядываю Екатерину. Одета она тоже не бедно. В руках сумочка известной и дорогой марки, туфли на высоком каблуке, прическа. И главное – в ее движениях, жестах… Вагон уверенности! Вспоминаю как муж говорил что она любовница директора. Может и правда? Тогда получается мой муж не виноват… Только ничего не мешает этой Екатерине спать с несколькими мужчинами.

– Да, квартирка у вас простенькая, – замечает девушка, оценивающе разглядывая стены. Ее спутник хмуро молчит. А мне отвечать совсем не хочется. В конце концов, если человека не научили элементарной вежливости, то уже поздно стараться.

– Мы можем поговорить тут, – киваю на диван, а сама сажусь в кресло, напротив.

– Ваш муж украл деньги, – с ходу начинает Георгий Владимирович, – Это очень неприятно и очень неожиданно. Потому что мне всегда казалось, что Вячеслав Валерьевич – это человек, который предан делу, старательный, честный. Ему дали шанс… А он им вот так воспользовался.

Мужчина качает головой, и вид у него, будто и правда он глубоко разочарован моим мужем. Я молчу, а Георгий Владимирович продолжает:

– И эти деньги надо вернуть, Нина. И чем быстрее, тем лучше…

Глава 8. Нина

– Да вы что? – вскидываю брови, с трудом сдерживая себя, – Надо вернуть деньги значит. Во-первых, где доказательства что мой муж их и правда украл? А, во-вторых, если деньги все-таки украл мой муж, то может вы с него и спросите?

– Ниночка, – Георгий Владимирович снисходительно улыбается и закидывает ногу на ногу, – Понимаю, вы женщина молодая, мало что в жизни видели, необходимой мудростью тоже не обладаете, – он качает головой и цокает, якобы разочарован. А во мне растет злость, – Но не зря говорят – муж – это иголочка, а жена – ниточка. Куда муж, туда и жена.

– А мне кажется что каждый сам за себя отвечает.

– Но вы же семья… – Владимир Георгиевич разговаривает со мной как со слабоумной! – И раз Вячеслав почувствовал в себе силы богатеть, не вкладывая в это ни капли труда, то скорее всего он не сам это придумал. Кто-то его поддерживал. А кто мужа поддержит кроме как жена? А вы хорошая жена, это сразу видно… Так что вместе крали, вместе и возвращать придется.

– Так, – я поднимаюсь с места, – До свидания.

– Вы так не нервничайте, Нина Олеговна, не стоит оно того. К тому же на правду не обижаются.

– А я не обижаюсь. Только не на правду, а на ваши фантазии. Более того, я так понимаю вы любой ценой хотите на мне разбогатеть. Как видите, это не удастся сделать. У меня ничего нет, – во мне растет раздражение, – Даже на эту квартиру еще кредит платить пятнадцать лет!

– А сколько вы уже платили?

– Какая вам разница?

– Мне – никакой. А для вас разница есть. Очень обидно будет когда у вас заберут жилплощадь в уплату этих тридцати восьми миллионов, – мужчина поднимается, а следом и Екатерина. Она весь разговор молчит, но сидит довольная, и меня это добивает окончательно.

– Георгий Владимирович, – скрещиваю руки на груди, – А вы не хотели бы для начала пообщаться с Екатериной на тему тридцати восьми миллионов? У меня большие сомнения, что она не имеет никакого отношения ко всему этому.

– Катенька? – улыбается мужчина. Он поворачивается к девушке, и его выражение лица становится каким-то слащавым, – Ну что вы. Катенька моя помощница, а то что к ней явился Вячеслав среди ночи, так он надеялся что она его защитит.

– Это как? Защитит? От кого интересно?

– От последствий. Катенька может повлиять на меня… Вот он, наивный, и надеялся, что он попросит ее, а она побежит обелять, спасать… Но сами поймите, тридцать восемь миллионов – это вам не горсть печенья.

– Да вы что, – качаю головой, – Или вы хитрец, или клинический идиот.

– Вы не нарывайтесь! Ниночка! – на подобную характеристику работодатель Славы почему-то обижается. Хотя это же элементарно. Даже если Катя трижды любовница или какая-нибудь дочка директора, никто подобные суммы прощать не будет… Так что врет этот Георгий Владимирович. Не может же он быть настолько недалеким?

– Ни в коем случае. Просто рассуждаю логично. Кто вам Екатерина?

– Моя правая рука, – улыбается, – И я в ней уверен. Так что ваши намеки не имеют под собой никаких оснований. В завершении нашего разговора я повторюсь. Ищите деньги, Ниночка! И если вы их не найдете, то квартира отправится в собственность нашего банка, а вы окажетесь в тюрьме как сообщница Вячеслава. Я подключу все свои связи, так что от наказания вы, дорогуша, не уйдете.

Высказав все это, Владимир Георгиевич и Екатерина с гордым видом отправляются к выходу. А я, с трудом сдерживая злость и обиду, просто смотрю на них. Я не знаю что мне делать! Меня охватывает чувство огромной несправедливости! Ну почему я должна нести ответственность за то что не делала?! Мало того что полиция мне обыск устаивает и допросы, так теперь я должна оказывается тридцать восемь миллионов!

Мое сердце бьется как сумасшедшее. Я захлопываю дверь за непрошеными гостями, закрываю оба замка и возвращаюсь в комнату. Мои руки дрожат. Я подхожу к зеркалу и долго себя разглядываю. Боже… Как же я умудрилась так вляпаться? Что мне делать? Как найти деньги и искать ли их?

Кусаю губы, чтобы снова не разрыдаться. В голове зачем-то бьется мысль мысль, что я не хуже чем Екатерина! Я красивая блондинка с ярко-голубыми глазами. У меня густые длинные волосы, длинные ноги… Зачем Славе было искать приключения на стороне?

А вдруг я и правда ошиблась? Вдруг Екатерина тут не причем? Может он и правда явился к ней, чтобы она повлияла на своего высокопоставленного любовника? Но это имеет смысл только в том случае, если Слава и правда ничего не брал…

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.