Любовь Трофимова
Нити судьбы

Глава 1

В летнем парке, у фонтана, на старой деревянной скамейке сидели три девушки. Они потягивали холодный чай через соломинки, а лёгкие капли воды из фонтана изредка долетали до них, смешиваясь с летней жарой. Лена и Ирина были сёстрами, а Люба – их подругой, но настолько близкой, что границы между дружбой и родством давно стёрлись. Они знали друг друга, кажется, с самого детства – столько воспоминаний связывало их, что порой и сами они считали себя сёстрами.

– Ты сделала верный выбор, согласившись выйти за него,– Ирина сияла, как солнце в июле, её глаза искрились неподдельной радостью. Она обняла Любу за плечи, чувствуя, как та слегка дрожит. Вечерний свет медленно таял, растворяясь в набегающих тенях. Грозовые тучи, тяжелые наползали на город, предвещая скорый ливень. Воздух становился плотным, насыщенным запахом озона и нагретой за день земли.

Люба нервно перебирала обручальное кольцо, ощущая, как в груди клубком сжимаются сомнения. "Правильно ли я поступаю? Смогу ли быть счастлива? Он правда тот кто мне нужен? "

– Ты не хочешь за него замуж?– Лена прищурилась, изучая подругу. В её взгляде читалось понимание – она видела этот страх, знакомый каждой невесте.

– Они уже четыре года вместе, сомнений быть не должно же, – Ирина тряхнула головой, и её каштановые волосы рассыпались по плечам. – Это лучший вариант для неё.

– Девочки, я так рада, что вы у меня есть,– Люба глубоко вдохнула, пытаясь унять дрожь в голосе. На улице зашумел ветер, предвещая скорый дождь. – Со мной всё хорошо, это, наверное, обычное волнение. – Знаете тогда предлагаю пойти выпить,– она натянуто улыбнулась, но в уголках губ всё ещё дрожала неуверенность.

На улице пахло асфальтом и приближающейся грозой.Сумерки сгущались, окрашивая небо в глубокие синие тона. Девушки шли по тротуару, обходя лужи, оставшиеся после дневного ливня. Летний ветер, тёплый и капризный, шевелил их волосы и уносил прочь Любины мысли – туда, где они смешивались с городским шумом и запахами мокрого асфальта. Она не могла разобраться в своих чувствах. Свадьба. Осень. Именно тогда, когда жёлтые листья начнут кружиться в медленном танце, ей предстояло надеть белое платье и произнести да. Но почему сейчас, глядя на темнеющее небо, она чувствовала не радость, а лишь лёгкую, ноющую тревогу? Они шли по освещённым неоном улицам, и разговор плавно перетёк на предстоящую свадьбу.

– Я вообще не представляю, какое платье выбрать,– вздохнула Люба, перебирая пальцами край блузки. – Белое – банально, а цветное – буду как попугай, да и вообще на свадьбу разве можно цветное.

– Возьми кремовое,– бросила Лена, ловко обходя лужу. – Или с золотой вышивкой. Ты же любишь всё блестящее.

Ирина фыркнула:– Главное – чтобы на фоне твоего платья никто не потерялся. Особенно жених. – Люба толкнула её плечом, но рассмеялась.

–Ты точно хочешь звать троюродную тётю Настю, которая всем рассказывает, как ты в пять лет упала в коровьи лепёшки?– Лена подняла бровь, делая паузу для драматического эффекта.

– Ой, да она же каждый тост с этого начинает! – Ирина фыркнула, притворно закатывая глаза. – А помните нашу Любочку? Прямо лицом в… кхм, натуральное удобрение!

– О боже, нет! – Люба закатила глаза. – Не вспоминайте это –

– Может тогда её приглашение, случайно до неё не дойдёт? – Ирина щёлкнула пальцами, и в её глазах мелькнул знакомый озорной огонёк.

Город вокруг них шумел, смеялся, жил – а они просто шли вперёд, в этот летний вечер.

– Может, в баре посидим? – Люба кивнула в сторону знакомой вывески, где неоновые буквы "Феникс'" мигали розово-голубым светом, отражаясь в мокром асфальте. Именно здесь, за угловым столиком у витражного окна, они столько раз смеялись до слез, спорили до хрипоты и делились самым сокровенным.

– Отличная идея! Только я вас двоих тащить не стану, как в прошлый раз! – Лена театрально закатила глаза, проводя рукой по волосам. В памяти всплыла картина прошлой недели: она, согнувшись в три погибели, пытается удержать двух подвыпивших подруг, пока те распевают пьяные караоке-хиты на всю улицу.

Девушки дружно рассмеялись, но Любин смех оказался нервным.

– Обещаю, такого больше не будет! – Ирина сложила руки в молитвенном жесте, изображая ангельскую невинность. Однако знакомый блеск в её глазах и едва заметная ухмылка выдавали – эта ночь может закончиться точно так же, как и предыдущая.

Бар встретил их оглушительным гулом – смех, и ритмы клубной музыки вырывались наружу каждый раз, когда открывалась дверь. Ирина внезапно замерла на пороге, будто наткнувшись на невидимую преграду. Ее внимание полностью поглотил блестящий чёрный дукати, с красными полосами, припаркованный у тротуара. Капли дождя на его баке сверкали под неоновой вывеской, как россыпи бриллиантов.

– Ирина может, пойдем? – Лена вздохнула, заметив, как у подруги округлились глаза. Ирина действительно питала слабость к мотоциклам. И к их владельцам в них было что-то – опасное, свободное, манящее

– Эй, красотки, может, повесилимся вместе?– хриплый голос, пропитанный перегаром и сигаретной хрипотцой, прозвучал так близко, что Ирину обдало волной тёплого, затхлого воздуха. Запах дешёвого виски смешался с ароматом пива, вызывая тошнотворный спазм в горле.

– Чё, королевы, носы задрали? – шершавая ладонь с обломанными ногтями шлёпнулась ей на плечо, пальцы впились в кожу, оставляя липкие следы пота. Где-то рядом захихикали его приятели.

По спине побежали мурашки – не страх, а острое, почти физическое отвращение. Оно подкатило комком к горлу, сжало виски. В глазах потемнело от ярости.

– Руки убери, мразь! – её голос прозвучал низко и опасно, прежде чем тело само рванулось в сторону. Ногти впились в ладони.

Но мужчину это только раззадорило. – О, страптивый характер! – он оскалился, и его пальцы скользнули ниже, обхватывая её талию…

"Хрясь!"– глухой удар в пах раздался так звонко, что даже заглушил на мгновение музыку из бара.

– А-а-а, сук…!– мужчина скрючился, как подстреленный заяц, обеими руками вцепившись в промежность. Его лицо, багровое от боли и злости, исказилось так, будто кто-то резко скрутил все его мышцы в один тугой узел.

Ирина встряхнула кистью, словно стряхивая с пальцев что-то липкое и противное. – Девочки, пошли. Здесь воняет отбросами.– Голос её звучал холодно и ровно, будто она просто комментировала погоду. Подбородок гордо вздёрнут, шаг твёрдый – она двинулась вперёд, даже не удостоив поверженного нападающего взглядом.

Люба шмыгнула следом, шёпотом выдавив: – Ты его… ногой?!—

– Коленом.– Ирина усмехнулась, и в уголке её рта дрогнула тень чего-то хищного. – И это был ещё вежливый вариант.– Но тут её плечи инстинктивно напряглись – сзади послышалось движение. Быстрый, шаркающий шаг, прерывистое дыхание…

– Девушкам нужны мужчины, чтобы ходить в такие места, – Произнёс незнакомец, и его слова повисли в воздухе, будто выкованные из того же металла, что и его голос.

Его пальцы сомкнулись вокруг запястья нападавшего – легко, почти небрежно, будто сжимали не руку взрослого мужчины, а хрупкую веточку. Тот дёрнулся, лицо перекосилось от боли, но вырваться не смог – только глухо застонал, как загнанный зверь.

Незнакомец стоял, освещённый неоновым светом вывески, и выглядел так, будто сошёл с экрана любимого сериала который Ирина смотрела вчера ночью. Он выглядил как настоящий главный герой нашумевшего сериала. Высокий, с плечами, которые не скрывала даже просторная белая майка. На груди угадывались контуры татуировки – чёрные линии, уползающие под ткань, будто что-то древнее и опасное, чем этот пьяный переулок. У самого основания носа на щеке с левой стороны маленькая родинка, и почему-то именно она притягивала взгляд.

– Иначе всякий мусор к ним пристанет.– Его голос был низким, спокойным, но в нём чувствовалась сталь. Сердце Ирины ёкнуло – не от страха, от чего-то другого.

– Девушкам не нужны мужчины, чтобы постоять за себя, – выпалила Ирина, но голос предательски дрогнул. Внутри всё ещё тряслось – адреналин смешивался с яростью.

Он усмехнулся. Не просто улыбнулся – усмехнулся, и в этом смехе было что-то…хищное. Будто он знал что-то, чего она ещё не понимала.

Они направились к выходу, но Ирина чувствовала— его взгляд всё ещё на ней. Тяжёлый. Изучающий. Будто скользил по её спине тёплыми пальцами, оставляя за собой мурашки.

Где-то вдали заиграла музыка – глухой бас пробился сквозь шум города, сливаясь с ритмом её сердца. Вечер только начинался.

Глава 2

Девушки ворвались в бар, где густой гул голосов смешивался с ритмичной, но ненавязчивой музыкой. Воздух был пропитан ароматом алкоголя, жареных закусок и дорогих духов.

Люба первой заметила свободный столик у аварийного выхода – уютный уголок. Ее сердце забилось чаще – этот столик был идеален: достаточно далеко от шумной толпы, но с хорошим обзором на весь зал. Она рванула вперед, едва не споткнувшись о чей-то вытянутый ботинок, чувствуя, как волосы прилипают к вспотевшей шее.

Они знали – в этом популярном баре свободные места исчезают быстрее, чем лед в коктейлях.

Люба первой достигла заветного столика, уже представляя, как они трое устроятся здесь, отгородившись от всего мира бокалами мартини…

– Девочки, быстрее! Я успею…– голос Любы, начавшийся радостным возгласом, внезапно оборвался. Её пальцы, уже готовые схватиться за спинку стула, наткнулись на чужую ладонь. Она замерла, не решаясь повернуться и увидеть владельца этой руки.

– Девушка, я был первым.– Голос прозвучал прямо у неё за спиной – бархатистый, с лёгкой хрипотцой и явной усмешкой. Люба резко развернулась, чувствуя, как по спине пробежали мурашки.

– Это я сюда первая пришла! – выпалила она, сжимая кулаки. – Нас трое, и место тоже на троих. А ты, как я вижу, тут один.– Перед ней стоял парень. Высокий, на голову выше её, с насмешливо приподнятой бровью. Его миндалевидные карие почти чёрные глаза изучали её с явным интересом.

– Но нас тоже трое… – он медленно обвёл взглядом зал, явно наслаждаясь ситуацией. – Почему бы вам не поискать другой столик?

Они замерли в противостоянии – два упрямца, не желающих уступать, словно дети, делящие последнюю конфету.

– Тебя вообще кто сюда пустил? – Люба скрестила руки на груди, бросая оценивающий взгляд. – Тебе на вид лет шестнадцать, с хвостиком.

Парень замер на секунду, потом его губы растянулись в широкой ухмылке.

– А про какой хвостик ты? – он наклонился чуть ближе, и её щёки моментально вспыхнули. – Шестнадцать… маловато будет.Он сделал паузу, наслаждаясь её смущением. – Для этого места. Но мне есть восемнадцать. Даже больше.

Его слова прозвучали настолько двусмысленно, что Люба почувствовала, как жар разливается по всему телу.

– Извращенец!– выпалила она, чувствуя, как уши буквально горят. Её пальцы непроизвольно вцепились в край стола.

– Что случилось?– хором спросили подруги, подхватывая последнее слово Любы.

– Что за день сегодня?– сквозь зубы процедила Лена, бросая грязный взгляд на молодого парней. —Одни извращенцы вокруг.

– Я первая подошла к этому столику!– Люба ткнула пальцем в грудь обидчика. – А этот придурок пытается нагло отобрать наше место!

Парень только усмехнулся, скрестив руки на широкой груди— Вообще-то это я здесь был первым. И это ты нахально положила свою руку поверх моей.

Люба вспыхнула, но не растерялась:– И что? Твоя рука теперь девственности лишилась? – с вызовом шагнула вперед и демонстративно положила ладонь ему на плечо. – Могу повторить!

– Ай, извращенка!– парень фальшиво вскрикнул, зажимая пострадавшее место.

В этот момент к ним подошли двое других парней. Один – тот самый загадочный незнакомец, что защитил Ирину у входа. Второй – высокий брюнет с каменным выражением лица.

– В чем проблема?– спросил незнакомец, его бархатный голос мгновенно привлек внимание.

– Я занял этот столик, а эта психопатка меня облапала!– пожаловался младший, указывая на Любу.

– Вообще-то…– начала было Люба, но ее перебил старший из троицы.

– Не вижу проблемы.– Он легко улыбнулся, и в его взгляде читалась мудрость, не свойственная молодым парням. – Можно просто сесть за один столик. Попросим у бармена еще стульев. Если не найдется – мы уступим.

Он представился с обаятельной улыбкой:– Я Никита. Это наш младший – Миша. А это Паша.– кивнул в сторону молчаливого брюнета.

Его спокойствие и доброжелательность казались невероятными после бурной перепалки. Казалось, он одним взглядом мог разрядить любую конфликтную ситуацию.

–Меня зовут Лена, это моя сестра Ирина, а это Люба – наша общая подруга,– представилась Лена, пока они устраивались за столом.

Миша вернулся через несколько минут, нехотя сообщив, что стулья принесут. Его тон явно выдавал недовольство, но пятнадцать минут спустя официант, наконец, расставил дополнительные места, и компания устроилась вместе.

– Заказывайте что хотите, я оплачу ваш счёт, – предложил Павел, не отрываясь от меню. Затем, подняв взгляд, добавил с лёгкой усмешкой: – Кажется, кто-то забыл поблагодарить.

Ирина нахмурилась. – Мы можем сами за себя заплатить!

Павел лишь улыбнулся. – Я бы хотел, чтобы ты попробовала «Май Тай». Это мой любимый коктейль.– Он нарочно отвернулся, изображая обиду, но в его глазах читался азарт.

– Что в нём? – Ирина не удержалась от вопроса.

– Ром и… попробуй угадать сама – загадочно ответил он, будто задумал какую-то игру.

Вскоре официант принёс пиво и закуски, а затем – два бокала с оранжевым коктейлем.

– Можно ещё два «Май Тая»! – неожиданно попросила Ирина

Павел торжествующе ухмыльнулся, а Миша, сидевший напротив, только сильнее нахмурился. Он молча потягивал пиво, но его взгляд то и дело скользил по Любе, освещённой мягким светом лампы.

– Прошу прощения за нашего младшего,– вмешался Никита, шлёпнув Мишу по затылку.– Он с девушками, как танк на тонком льду – сразу проваливается.

Миша что-то невнятно пробурчал и снова уткнулся в бокал. Люба фыркнула, но Лена тут же толкнула её под столом.

– А ты почему не пьёшь? – Никита наклонился к Лене, которая весь вечер лишь пригубливала один и тот же бокал.

Девушка промолчала, но её взгляд выдавал лёгкое напряжение.

Тем временем Ирина взяла свой «Май Тай», покрутила бокал, разглядывая золотистый оттенок, и сделала глоток.

– Ммм… вкусно! – её глаза загорелись. – Чувствуется миндаль и апельсин…

Заинтересовавшись, она достала телефон и быстро набрала название коктейля. На экране высветился перевод: «Май Тай» – «самый лучший».

Щёки Ирины моментально порозовели.

В этот момент у Любы завибрировал телефон. Сообщение от Филиппа. Она ответила набрав текст на телефоне:«Скоро буду дома. У меня всё хорошо.Я с девочками»

– Это Филя?– спросила Ирина, но тут же заметила, как парни насторожились. – Её жених,– пояснила она.

Миша резко отвёл взгляд, его лицо стало ещё мрачнее.

Люба быстро ответила на сообщение, но в воздухе уже повисло лёгкое напряжение.

Их знакомство не задалось с самого начала.

Споры, колкие фразы, взгляды исподлобья – казалось, они нарочно друг друга раздражали. И всё же в том, как Миша украдкой поглядывал на Любу, читался неподдельный интерес.

Время близилось к двум ночи, когда компания наконец решила расходиться. Несмотря на первоначальное напряжение, они болтали так оживлённо, будто знали друг друга годами.

– Пора, – взглянув на часы, вздохнула Люба.

Парни вызвались проводить. На улице повисла неловкая пауза – никто не хотел уходить первым.

– Может, дашь номер? – Никита наклонился к Лене, улыбаясь так, что у той предательски дрогнули ресницы.

Люба отошла в сторону, чтобы позвонить Филиппу. Сегодня она должна была остаться у него.

– Ты правда выходишь замуж?—Голос Миши прозвучал неожиданно близко. Она обернулась – он стоял в полушаге, и в его глазах читалось что-то между досадой и надеждой.

– Я хотел тебе сюрприз устроить…– Филипп вдруг появился за её спиной, положив руку ей на плечо. – Кажется, он удался.

Его слова повисли в воздухе, а Люба почувствовала, как земля уходит из-под ног.

Глава 3

Люба не удивилась. Филипп иногда совершал неожиданные поступки – мог внезапно приехать, подарить цветы или, как сейчас, появиться без предупреждения. Но его прикосновение, обычно такое тёплое, сегодня леденило кожу. Пальцы, сжавшие её плечо, казалось чужим, а слова – будто февральский ветер, пронизывающий до костей.

Она машинально отстранилась, и его рука повисла в воздухе.

– Девочки, я пойду. За мной Филя пришёл, – её голос прозвучал неестественно бодро. – Позвоню, как доберёмся.

Улыбка далась с трудом – губы дрожали, выдавая внутреннюю дрожь.

Они пошли к машине, припаркованной у входа. Люба обернулась в последний раз.

Миша стоял, не пытаясь её остановить. Только улыбнулся в ответ – спокойно, почти по-дружески.

И она поняла: Что больше их не увижу.

Никита с его обаянием, Паша с его лёгким игривостью, и Миша с его упрямым по детски невинным характером .– все они останутся лишь воспоминанием.Ярким, но коротким, как вспышка фотоаппарата.Никита и Павел встретились на третьем курсе университета – два амбициозных студента, случайно оказавшиеся в одной команде по проекту «Влияние искусственного интеллекта на современное общество».

Тема была острой: технологии стремительно меняли мир, роботы вытесняли людей с рабочих мест, а гаджеты разрушали живое общение.

Именно тогда они и столкнулись с Мишей – тихим ботаником с кафедры робототехники. Парень, у которого не было ни друзей, ни девушки, только стопки конспектов и бесконечные симуляции на компьютере.

Сейчас, спустя годы, они вместе управляют небольшим стартапом – продают инновационные разработки для повседневной жизни. «Миром правят великие умы»– их негласный девиз.

Образы троих парней не выходили из головы Любы. Даже сейчас, когда её подруги остались с ними, в груди не было и тени тревоги. Лишь странное, тёплое чувство уверенности – она знала, что с Леной и Ириной ничего не случится.

И дело было не в её доверчивости. Что-то глубже. Шестое чувство. Интуиция. Название не имело значения – суть оставалась неизменной.

– А теперь расскажи, что за козлов вы подцепили? – голос Филиппа прозвучал как удар хлыста. – Если бы я не пришёл, ты бы с ним переспала?

Сердце Любы болезненно сжалось, а в горле встал горький ком.

– Так вот какого ты мнения обо мне? – её пальцы непроизвольно вцепились в сиденье. – Ты правда думаешь, что я способна на измену?

Она буквально физически ощущала, как обида подкатывает к горлу, горячая и плотная. За все годы отношений она ни разу не давала повода для ревности! А сегодня – просто разговор с парнем…

– Я работаю, чтобы ты ни в чём не нуждалась! – Филипп повысил голос, и его слова эхом отдались в замкнутом пространстве салона. – Чтобы ты бросила это дурацкое занятие с подружками! И как ты мне отплачиваешь?

Люба сглотнула ком в горле, стараясь говорить ровно:– Не смей так говорить. Если бы не наши украшения, ты бы не выкупил акции у брата. Я ничего не сделала!

Его пальцы вдруг впились в её запястье с такой силой, что побелели костяшки.

– Пока ничего не сделала, – его шёпот был страшнее крика. – Я видел, как ты на него смотрела. На меня ты так никогда не смотришь.

Боль от сжатия смешалась с душевной мукой – что было невыносимее?

– Отпусти! – она рванула руку, одновременно хватая за ручку двери. Больше ни секунды в этом проклятом салоне!

– Жаль, что потратил время на такую недалёкую, – его слова падали как удары. – Сидела бы с мамой, как нормальная женщина. Встречала мужа, а не шлялась по барам, играя в бизнес-леди!—

Если бы эти слова прозвучали раньше, они бы не отмечали сегодня четвертую годовщину. Люба вышла из машины, ощущая, как каждый шаг отдаётся острой болью в груди – будто сердце разорвали на части. Она не удостоила его последних слов даже взглядом. По щекам текли солёные ручьи, смешиваясь с дождём, но разбитое выражение лица выдавало всё: губы дрожали, ресницы слиплись от слёз, а пальцы судорожно сжимали мокрый рукав. Ноги сами несли её туда, где ждали без осуждения – туда, где оставался шанс согреть замёрзшую душу.

Дождь усилился, тёплые капли скрывали слёзы, но не могли смыть следы душевной бури. Подъезд встретил её знакомым запахом лака и сырости. Четыре этажа вверх – и звонок в дверь, звучавший слишком громко в тишине. Никто не ответил. Она сползла по стене на пол, обхватив колени дрожащими руками. Время растянулось в мучительном ожидании, пока снизу не донёсся смех – звонкий, беззаботный, словно вызов её отчаянию.

– Дорогая, что с тобой?! – Ирина первой бросилась к ней, едва заметив силуэт у двери.– Вы поругались? – Лена присела рядом, осторожно касаясь её плеча.

Люба вжалась в их объятия, как утопающий хватается за спасательный круг. Её тело сотрясали рыдания – глухие, надрывные, копившиеся все месяцы ложного благополучия. Пальцы впились в ткани их одежды, словно боясь, что они растворятся, как мираж.

В квартире Лена молча протянула мягкий халат, а Ирина, стиснув зубы, провела ладонью по её мокрым волосам:– Иди в душ. Согрейся.

Струи воды смывали макияж, но не могли очистить память от едких фраз. Выйдя, Люба замерла на пороге: на столе дымился чай, а подруги сидели, словно грозный совет, готовый к войне.

– Рассказывай, – Ирина положила перед собой нож для масла, будто это клинок.

История вырывалась обрывисто, с паузами на предательские всхлипы. Когда Лена резко вскочила, заметив синяк на запястье, Люба инстинктивно прикрыла его рукавом:– Это… я об дверь…

– Дверь? – Лена с силой ткнула пальцем в воздух, глаза сверкали яростью. – У этой двери нет яиц, и точно не будет!

Ирина мягко сжала её колено, но в этом жесте читалась стальная решимость:– Утро вечера мудренее. Но эта дверь… – Она обменялась с Леной взглядом, полным немых обещаний.

Ночь они провели втроём, как в студенчестве. Люба засыпала под шепот подруг, клявшихся разобраться. А за окном дождь стучал по подоконнику, как барабанная дробь перед битвой. Наконец-то девушки уснули.

"– Отец, не делай этого! – её собственный крик эхом отдался в памяти. Сквозь пелену слёз она видела, как отец, с лицом, искажённым яростью, замахивался ремнём. Кожаный пояс свистел в воздухе, как змея, готовясь впиться в спину молодого парня, который стоял на коленях, сжавшись в комок. Люба бросилась между ними, но грубый толчок отца швырнул её на пол. Ладони пронзила жгучая боль.

– Ты не выйдешь за него! – рёв отца сотрясал стены. Его глаза, обычно тёплые, теперь пылали ненавистью, а жилы на шее надулись, как канаты.

– Мама, пожалуйста, останови отца!– Люба повернулась к матери, вбежавшей в зал. В её голосе звучала мольба, смешанная с отчаянием. Но женщина лишь покачала головой, её руки, всегда такие нежные, теперь холодно сомкнулись на плечах дочери.

– Дорогая, твой отец правильно делает – голос матери прозвучал как приговор. – У тебя уже есть жених. Девушке не пристало путаться с такими, как он. Её пальцы впились в плечи Любы, словно железные тиски, а гладящий жест по голове был фальшивым, как театральная улыбка."

Люба проснулась, резко сев на кровати. Грудь вздымалась, будто она бежала марафон, а губы дрожали, пытаясь заглушить рыдание. Она огляделась – в комнате царила тишина, нарушаемая лишь размеренным дыханием Ирины и Лены. Лунный свет струился через шторы, освещая их мирные лица. "Это всего лишь сон…"– прошептала она

Глава 4

В комнату уже пробрался утренний луч солнца. Он пробивался через окно, падая на кровать, где спали девушки. Лишь Люба сидела посреди постели, сжимая грудь в тщетной попытке унять дикую боль в сердце – такую, что хотелось выть, громко, на весь мир. Её руки дрожали, будто это она стояла на коленях, а её мужчина хлестал ремнём.

Но почему эти люди казались ей такими знакомыми? Она снова и снова прокручивала в голове их лица, пытаясь понять. Каждый удар в её памяти отзывался новым спазмом. Она знала их – знала, как будто прожила их жизнь. Но как?

– Мамочки… Это же… – Услышав собственный голос, прозвучавший слишком громко, Люба резко закрыла рот ладонью. Испуг и недоумение сжали горло.

Сон был настолько ярким, будто это происходило наяву. Стоило закрыть глаза – и перед ней снова вставала та картина: молодой человек на коленях, его сведённое от боли тело, хлёсткие удары ремня…

Луч солнца скользнул по лицу Ирины. Та, не просыпаясь, зажмурилась, сморщила нос и уткнулась в подушку, натянув одеяло до самых ушей. Люба замерла, боясь пошевелиться – лишь бы не разбудить подруг.

– Лена, твою мать, ты снова не закрыла шторы! Совсем спать невозможно! – проворчала Ирина, резко скидывая одеяло.

Открыв глаза, она вдруг вздрогнула и замерла на секунду, прежде чем завопить во весь голос: – Ленаааа! Тут призраки!!!—

Её крик был настолько громким, что, казалось, не только соседи по общежитию, но и половина города теперь пойдёт проверять наличие потусторонних сущностей. А самые предусмотрительные точно уже несут соль и святую воду.

– Какие ещё призраки? – сонным голосом пробурчала Лена, даже не открывая глаз, и швырнула подушку в сторону разбудившего её крика.

Подушка, словно управляемая злым роком, прилетела прямиком в голову Любы. Девушка, всё ещё находившаяся в ступоре от своего видения, даже не успела среагировать – и плюхнулась лицом на Ирину, которая только что села на кровати.

– Так открой свои глаза и посмотри! – проворчала Ирина, сжимая лицо Любы в ладонях и щипля её за щёки, будто пытаясь разбудить не только физически, но и морально.

–Вы чего тут с утра устроили? Мне просто гадкий сон приснился…– обиженно пробормотала Люба, отворачиваясь.

Лена тем временем устроилась поудобнее, обхватив подушку обеими руками – её взгляд ясно говорил: – Ну давай, рассказывай, мы слушаем!

Люба опустила голову, чувствуя на себе пристальные взгляды подруг. – Ну… мне приснилось… там были Ирина, я, ну и-и-и… – голос её оборвался на полуслове.

Ииии?! – нетерпеливо подскочила Ирина, едва не падая с кровати. – Кто ещё был? Говори уже!

– Ну, вы же помните… ту самую компанию?– Люба нервно провела рукой по лицу. – Так вот, мне приснились Паша и Миша. Сон был… очень странный. Вы там были старше, чем сейчас. Я Пашу называла отцом, а тебя…– Она заметила, как щёки Ирины мгновенно покрылись румянцем. – …мамой.

Лена подавила смешок, но Люба продолжала, сжимая кулаки: – Но самое странное – Миша сидел на коленях перед Пашей, а тот… бил его.—

Острая боль снова пронзила грудь, заставив сглотнуть ком в горле. Девушка вцепилась в край матраса, изо всех сил стараясь сохранить спокойствие.

– Ну и сон…– Лена неловко потёрла шею. – У тебя вчера был тяжёлый день – вот мозг и выдал такую… оригинальную разгрузку.– Она потянулась за стаканом воды, демонстративно громко зевнув – будто пытаясь разрядить атмосферу.

Одевшись в строгие деловые костюмы, девушки собрались на кухне. Сегодняшняя встреча с представителями ювелирной компании была для них последним шансом – после двух громких отказов за последние три месяца моральные и физические силы были на исходе.

– Лен, ты презентацию не забыла? – Ирина нервно поправила манжет рубашки. – Мы сегодня просто не имеем права облажаться. Моя печень уже подаёт сигналы помощи после прошлых отказов.—

– Взяла, взяла!– резко ответила Лена, протягивая флешку Любе.– Засунь в карман пиджака, чтобы сразу под рукой была.—

Завтрак пришлось пропустить – вместо этого они провели утро в ванной и перед зеркалами, доводя до совершенства каждый элемент образа. Ни одна прядь волос не смела выбиваться из безупречных укладок.

Машина тронулась с места ровно в восемь тридцать – за рулём, как всегда, Ирина. В их трио только она обладала водительскими правами да и необходимым опытом для езды по пробкам. Офис компании располагался на самой окраине города – целый час напряжённой дороги, который девушки молчаливо решили использовать для последних мысленных репетиций.

–Вот же… Спят, как младенцы. А я тут одна, как шофёр проклятый…– сквозь зубы пробормотала Ирина, яростно давя на педаль газа.

На очередном повороте она резко дёрнула руль вправо. Машина вильнула, подбросив на сиденьях дремавших подруг.

– М-мы где?..– прошептала Люба, протирая глаза и вглядываясь в окно. За стеклом мелькали только бесконечные стволы деревьев – ни зданий, ни даже дорожных указателей.

Ирина с силой ударила ладонью по рулю. —Чёрт его знает! Какой идиот вообще арендует офис в этой глухомани?!—

Лена, всё ещё не до конца проснувшись, ухватилась за дверную ручку, когда машина подпрыгнула на очередной кочке. —Может, мы не туда свернули? – осторожно предположила она.

–По навигатору едем! – фыркнула Ирина, показывая на экран телефона, где карта давно перестала обновляться. Надпись "Потеряно соединение" мигала как зловещее предупреждение.

–Смотрите… – вдруг ахнула Лена, указывая пальцем на жалкое двухэтажное строение.

Здание выглядело так, будто его последний раз ремонтировали еще два века назад – облупившаяся краска, трещины в стенах и покосившаяся вывеска с едва читаемым названием компании. Казалось, достаточно сильного ветра, чтобы эта развалюха сложилась как карточный домик.

Однако при ближайшем рассмотрении у входа обнаружились три транспортных средства: две хорошие дорогие по виду машины и…

– О, да это же Ducati Panigale V4 !– воскликнула Ирина, моментально узнав мотоцикл. Она всегда отличалась феноменальной памятью на всё, что её по-настоящему интересовало.

– Раз есть транспорт, значит, внутри кто-то есть— заявила Люба с важным видом Шерлока Холмса, игнорируя немые взгляды подруг, кричащие: "Ну ты гений, Капитан Очевидность!"

С трудом сохраняя равновесие на ухабистой грунтовой дороге которая явно проектировалась без учёта женских каблуков, девушки нерешительно приблизились ко входу.

Распахнув дверь, они тут же наткнулись на волну удушливого запаха – кто-то внутри явно только что заварил "Доширак". Аромат дешёвой лапши смешивался с запахом сырости и старой мебели, создавая уникальный букет полубюджетного офиса.

Раз пахнет едой, значит, люди где-то рядом!"** – радостно воскликнула Люба, продолжая играть в великого детектива, несмотря на немые взгляды подруг, полные сарказма.

Три фигуры в деловых костюмах крались по полутемному коридору, словно грабители ночью. Только ритмичное цоканье каблуков, гулко разносившееся по пустым стенам, выдавало их присутствие. Они прошли уже половину пути, когда…

–Кого-то ищете? – раздался знакомый голос прямо за спиной.

Девушки дружно вздрогнули, как школьницы, пойманные на шалости. Обернувшись, они увидели Павла – он стоял, опираясь о косяк двери, в черной майке, спортивных шортах и с огромной папкой документов под мышкой. При виде знакомого лица три напряженные спины одновременно расслабились.

– Так это вы, утырки, арендовали эту развалюху?– сквозь зубы процедила Ирина, нарочито разглядывая потрескавшуюся штукатурку на стенах, лишь бы не встречаться с ним взглядом. Ее пальцы нервно теребили прядь волос.

– Мы представляем компанию "Paradise" и пришли обсудить сотрудничество – Профессиональным тоном заявила Лена, протягивая Павлу визитку с логотипом их фирмы.

Мужчина принял карточку, мельком взглянув на дизайн. – А, да, помню ваш звонок. Проходите в конференц-зал. И не судите строго наш офис – выбрали его за демократичную плату, это наша особенность.– С лёгкой ухмылкой пояснил он, жестом указывая направление.

Когда группа двинулась по коридору, Павел не удержался: – Ирина, можно считать, что нас свела судьба? – Его голос звучал нарочито сладко, с явным намёком.

Ирина резко замерла. В голове всплыли образы из сна Любы.– особенно момент, где Павел был её… мужем. Горячая волна прокатилась по телу, оставив на щеках алый румянец.

– Здесь душно— буркнула она, отчаянно пытаясь скрыть смущение, и принялась обмахивать лицо папкой с документами. Ускорив шаг, девушка вошла в зал, специально добавив больше пластики в движения бёдер.

Конференц-зал, вопреки ожиданиям, выглядел солидно: длинный полированный стол, современная мультимедийная система, кожаные кресла. Девушки заняли места напротив Павла, который развалился в кресле с вызывающей непринуждённостью и нажал кнопку селектора.

Через две минуты в зал вошёл Никита. Его появление нарушило напряжённую тишину…– Я тебе что, секретарша? – рявкнул он, но, заметив гостей, мгновенно перестроился. Голос стал неестественно сладким: – У нас же есть рабочий телефон. Ты совсем забыл?—

Павел лениво постукивал пальцами по полированной поверхности стола. – Перед вами представители компании "Paradise" для подписания контракта. Раз уж мы все здесь знакомы… – он намеренно сделал драматическую паузу.

У девушек загорелись глаза – казалось, они уже мысленно праздновали успех. Но Павел продолжил: – …То предлагаю начать с вашей презентации. Она, конечно, у вас подготовлена?—

Три лица моментально вытянулись. Павел не смог сдержать довольную ухмылку, наблюдая, как Ирина локтем толкает Любу.

– К-конечно! – запинаясь, ответила Люба. Её пальцы нервно забегали по карманам пиджака, затем переключились на сумку, где среди кипы бумаг, помады и расчески безнадежно затерялась флешка. Каждая секунда молчания давила, как тонна бетона.

В воздухе повисла гнетущая тишина. Люба ощутила, как на неё одновременно уставились три пары глаз – насмешливый взгляд Павла, раздражённый Никиты и полный ужаса взор Ирины.

– Кажется… я её забыла! – выдохнула она, чувствуя, как предательский румянец заливает щёки. Голос дрожал, выдавая внутреннюю панику.

Лена молниеносно обыскала карманы и сумку, но тщетно. – Должна была выпасть в машине, когда мы ехали, – сквозь зубы процедила она, уже вставая. – Я принесу.—

Её уход напоминал бегство. Каблуки отчаянно цокали по полу, будто вторя учащённому сердцебиению. Тик-так. Тик-так.

Только мерный стук пальцев Павла по столу нарушал тишину. Его улыбка растягивалась, словно у кота, только что загнавшего мышь в угол.

– Может… перенесём нашу судьбоносную встречу? – игриво протянул он, нарочно делая ударение на слове, от которого Ирину передёрнуло. В его глазах танцевали искорки едва скрываемого торжества.

– Папочка, я не успел принести кофе раньше…– выпалил он, а затем замер, заметив гостей.

В комнате воцарилась мертвая тишина. Павел громко прокашлялся, внезапно обнаружив невероятную важность изучения документов перед собой.

Ирина ощутила, как жар разливается по её лицу – если бы смущение было видимым, от неё сейчас исходило бы малиновое сияние. В голове пронеслась целый мысленный сериа и сон Любы.

Никита вздохнул и потер переносицу: – Я понимаю, что ты ему проспорил, но сначала надо проверять, свободен ли зал. И вообще, придумай уже нормальное наказание, а не это… – он жестом обозначил всю абсурдность ситуации.

– Зато весело! Правда, сынок?– Павел беззастенчиво рассмеялся, довольный произведённым эффектом.

В этот момент дверь с грохотом распахнулась во второй раз.

– Я нашла флэшку !!! – ворвалась в зал запыхавшаяся Люба, размахивая над головой злосчастным носителем информации, словно олимпийским факелом. Её волосы растрепались, а на щеках пылал румянец.

Глава 5

– Ну что, дамы, давайте начнём вашу презентацию,– произнёс Никита официальным тоном, опускаясь в кресло.

Стол разделил комнату на два фронта: напротив девушек, словно на допросе, выстроились мужчины. Ирина взяла на себя роль спикера и подошла к экрану, где мерцало полотно с их слайдами. Её взгляд скользнул по лицам и остановился на Павле. Взгляд – острый, как лезвие, и настолько уверенный, что никто бы не догадался, что внутри у неё бушует ураган.

– Павел…– голос её прозвучал мягко, но с едва уловимой сталью. – Или, может, тебя лучше звать… папочкой?

Она не моргнула. Напротив – в её глазах вспыхнули новые искры, будто она только что подбросила дров в костёр.

Павел ахнул так, будто ему в грудь упёрли нож. Алый румянец залил его щёки, пополз к ушам, к вискам – он стиснул зубы, но сдержать смущение не удалось. Всё, что он чувствовал, читалось на его лице, как в открытой книге. И всё же он не отводил глаз, пожирая Ирину взглядом – то ли в ярости, то ли в восхищении.

– Папочка? Почему папочка?– растерянно переспросила Люба, озираясь по сторонам в поисках подсказки.

Лена, зажав перед лицом стопку бумаг, беззвучно тряслась от смеха – видны были только её искрящиеся глаза, в которых не было ни капли смущения. Никита фыркнул – возможно, впервые за всё время он видел девушку, способную так уверенно держаться под испепеляющим взглядом Павла.

Миша готов был провалиться сквозь пол. Он опустил голову, пряча загоревшиеся уши, и украдкой взглянул на ничего не понимающую Любу. "Если бы я не потеряла ту чёртову флешку…" – мысленно вздохнул он, представляя, как сейчас сидела бы среди смеющихся, а не краснела от неловкости.

– Здесь представлены два парных браслета, – продолжила Ирина ровным голосом, будто не замечая разыгравшейся вокруг бури. Она щелкнула презентацией, выводя на экран изящные украшения. – При ближайшем рассмотрении можно заметить рубиновые вставки – этот камень символизирует любовь и благополучие. Но наша идея выходит за рамки традиционного ювелирного изделия.

Она сделала паузу, проводя пальцем по изображению лебедя в центре браслета:– Именно здесь мы предлагаем встроить миниатюрный сенсорный экран. Представьте: один партнёр касается символа – и второй мгновенно чувствует лёгкую вибрацию с сообщением "Я скучаю" или "Я люблю тебя". Дополнительные функции включают счётчик времени, проведённого вместе…—

– Идея вполне осуществима, и я думаю, мы можем за это взяться, – произнес Миша, задумчиво чертя в блокноте какие-то схемы. Его ручка быстро выводила технические пометки – видно было, что он уже продумывал реализацию.

– Да, я тоже считаю, что проект выполним,– поддержал Никита, принимая свой привычный деловой тон. – Можем обсудить проценты и перейти к подписанию контракта.

Когда документы были подписаны, парни, слегка расслабившись, предложили:

– Может, отметим начало сотрудничества? Приглашаем вас на корпоративный ужин.—

Лена оглядела почти пустое помещение и подняла бровь:

– А у вас… тут только вы одни? Где остальные сотрудники?—

Никита усмехнулся:

– Нет, мы, конечно, не роботы, чтобы всё делать втроём. Команда небольшая, но этого хватает – мы работаем с крупными заказами. Качество важнее количества, не так ли?– Он ловко парировал её сомнения, а затем, перехватив инициативу, добавил:

– Кстати, оставьте ваши контакты – так будет проще согласовывать детали.—Лена протянула визитку с рабочим номером.

Выходя из здания, Павел галантно пропустил Ирину вперед, на мгновение обхватив ее талию. Его пальцы слегка сжали тонкий изгиб, ощущая напряжение в ее теле.

– Если ты думаешь, я упаду – не рассчитывай, – холодновато произнесла Ирина, сбрасывая его руку. Но Павел лишь усмехнулся, наблюдая, как ее пальцы на секунду задержались на месте его прикосновения.

– Я бы предпочел рассчитывать, что ты упадешь прямо в мои объятия,– его голос звучал как теплый мед, обволакивая каждое слово игривой интонацией. Он явно наслаждался тем, как ее зрачки слегка расширились при этих словах.

– Только в твоих снах, "папочка",– бросила она через плечо, нарочито медленно выговаривая это слово. Ее каблуки уверенно застучали по асфальту, но в следующий момент – неуловимое колебание. Правая нога провалилась в незаметную ямку, тело потеряло равновесие…

Теплые сильные руки мгновенно подхватили ее. Павел притянул Ирину к себе так близко, что она почувствовала запах его парфюма.

– Видишь, иногда мечты имеют привычку сбываться,– прошептал он, и его дыхание обожгло ее шею. Голос звучал настолько низко и глубоко, что вибрация отдалась где-то под ребрами. Сердце Ирины бешено колотилось, угрожая разорвать грудную клетку.

Он медленно отвел лицо, чтобы поймать ее взгляд. Его глаза – темные, почти черные – казалось, видели ее насквозь. Ирина застыла, будто ее тело действительно заполнил раскаленный металл: тяжелый, парализующий, не оставляющий шансов на побег.

В тот миг, когда их взгляды встретились, Ирину пронзила острая боль – будто невидимая стрела вонзилась прямо в сердце. Это было странное, мучительное чувство, в котором сплелись сожаление, печаль и какая-то глубокая, необъяснимая тоска. Ее пальцы непроизвольно сжались, ногти впились в ладони, но эта физическая боль не могла заглушить то, что творилось внутри.

– Иногда мечты так и остаются мечтами, – Её голос прозвучал неестественно ровно, будто через силу сдерживаемый. Резко развернувшись на каблуках, она направилась к машине, где уже ждали Люба и Лена.

Вставила ключ в замок зажигания, Ирина вдруг осознала, что ее руки дрожат. Она сжала руль так сильно, что костяшки пальцев побелели, но это не помогло остановить предательскую дрожь.

– Между вами что-то есть? – Лена бросила многозначительный взгляд через зеркало заднего вида. Подруги переглянулись, явно ожидая откровений.

– Между нами только работа, – Слишком быстро ответила Ирина, заставляя себя расслабить хватку. Кому она пыталась это доказать – им или самой себе? – А вот Никита на тебя смотрел так, будто уже мысленно раздевал, – с хитрой улыбкой перевела тему Ирина, включая передачу. Машина резко тронулась с места, будто пытаясь убежать от неудобного разговора.

– Да ну, что вы! Он мне даже не интересен,– Лена смущенно откинулась на сиденье, уставившись в окно. Ее пальцы нервно теребили край кофты, выдавая внутреннее волнение.

Люба едва сдерживала улыбку, наблюдая, как сестры буквально разобрали парней. Ее взгляд скользнул по стоянке и задержался на Мише – он что-то проверял в багажнике, затем уверенной походкой направился к водительской двери. Ирина заметила, как Люба неосознанно застыла, следя за его движениями.

– Вы еще не расстались с Филей. Тебе не стоит лезть в новые отношения! – неожиданно резко вырвалось у Ирины. В салоне воцарилась гнетущая тишина. Даже двигатель, казалось, притих. Три пары глаз удивленно уставились на нее.

– Я просто… хотела предупредить. У тебя ведь есть жених. – Попыталась смягчить удар Ирина, но слова повисли в воздухе тяжелыми гвоздями, вбитыми невпопад.

Лена мягко сжала ее руку:– Ира, что с тобой? – в ее голосе звучала искренняя тревога.

Ирина зажмурилась, будто пытаясь собрать рассыпавшиеся мысли:

– Я не знаю… Будто это сказала не я. Я не хотела этого говорить… – ее голос дрогнул. Как объяснить то, что сама не понимаешь? В голове крутились обрывки мыслей, но ни одна не складывалась в логичную картину.

За окном заморгал поворотник Мишиной машины – они тронулись первыми, оставляя за собой шлейф неразрешенных вопросов.Девушки молча договорились отложить неприятный разговор до дома. Машина Ирины свернула к уютному бару на берегу реки, где под открытым небом стояли деревянные столики. Вдоль набережной горели гирлянды, отражаясь в темной воде. Ирина сразу узнала припаркованный у входа черный мотоцикл с характерной красными линиями по краям – тот самый, который уже дважды попадался ей на глаза.

Когда они подошли к столику, компания парней уже расположилась за ним. Миша, попивая колу, лукаво поднял бровь:

– Надеюсь, сегодня никто не будет спорить за права на этот столик? – Он намеренно поймал взгляд Любы, вспоминая их первую встречу.

Девушка игриво склонила голову набок:– Если никто первый не начнёт…– Она демонстративно показала кончик языка, изображая невинность, но в ее глазах танцевали озорные искорки.

В этот момент в кармане ее джинсов зажужжал телефон. Достав аппарат, Люба на мгновение застыла – на экране светилось "Любимый". Быстрым движением она отключила звонок и сунула телефон обратно, будто обжигаясь. Ее веселое выражение лица на секунду дрогнуло, но почти сразу вернулась игривая маска.

Ирина, наблюдая эту сцену краем глаза, незаметно сжала салфетку в кулаке.

– Это Филя звонит? – Ирина резко повернулась к Любе, голос ее звучал как удар хлыста. – Только дай я его встречу – все зубы пересчитаю!

Стеклянный бокал в ее руке звонко стукнул о стол. Кулак сжался так, что ногти впились в ладонь, оставляя красные полумесяцы. Только тогда она заметила реакцию Павла – его глаза стали вдвое шире, губы слегка разошлись, обнажив сжатые зубы. Вся его поза кричала: " Её лучше не злить"

– В любом случае я тебе помогу! – Лена быстро положила руку на плечо Ирины, чувствуя, как та вся дрожит от адреналина. По ее лицу было ясно – произошло что-то серьезное.

Миша осторожно откашлялся:– Ты… поссорилась с женихом? – Он нервно провел пальцем по краю стакана. – Надеюсь, не из-за нас?

Лена резко выдохнула через нос, будто выпуская пар:– Нет. Он просто мудак оказался.

Ее слова повисли в воздухе, тяжелые и окончательные, как приговор. Даже вечно болтливый Никита не нашел что добавить. Только где-то вдалеке заскрипели качели, будто сама ночь вздохнула в ответ.

После нескольких бокалов алкоголя Люба с трудом ловила равновесие. "Нужно протрезветь", – Подумала она и направилась к реке. Прохладный ветерок играл с ее растрепавшимися волосами, когда вдруг плечи окутало приятное тепло. На нее набросили чью-то куртку, пропитанную едва уловимым сладковатым ароматом – смесь ванили, кедра и чего-то неуловимо родного.

– Здесь прохладно, – раздался тихий голос Миши прямо над ухом. Его рука нежно лежала на ее плече, пальцы слегка сжимали ткань ее блузки.

Люба подняла глаза и замерла. В лунном свете его карие глаза казались почти черными, такими же, как в том самом сне, который преследовал ее все это время. Сердце бешено заколотилось, а в груди разлилось странное тепло.

Она не помнила, как ее пальцы сами потянулись к его лицу. Кончики пальцев скользнули по скуле, ощущая под собой легкую щетину и удивительно мягкую кожу. Миша замер, его дыхание стало прерывистым.

Он медленно наклонился, и в этот момент время будто остановилось. Их губы встретились в трепетном поцелуе, сладком от недавнего коктейля и бесконечно нежном. Любе показалось, будто она вспомнила вкус этих губ – будто целовала их всю свою жизнь. Ее голова закружилась не от алкоголя, а от этого ошеломляющего чувства узнавания, от того, как его пальцы вцепились в ее талию, прижимая ближе.