Татьяна Бэк
Преступное счастье в 45

Татьяна Бэк «Преступное счастье в 45»

– Ну что, Алина Сергеевна,

Горячая крепкая ладонь накрывает мою руку с занесённым над договором паркером. По телу пробегает разряд тока.

– Не надейтесь, вы её не получите! – отрезаю зло и ставлю подпись в документе.

– Вы правы! Зачем мне она? Гораздо сильнее меня интересует ваше прекрасное тело!

Глава 1

Строгий хорошо поставленный голос судьи парит над залом: « …суд постановил! Признать гражданку Караянц Ирину Петровну невиновной в совершении преступления, предусмотренного статьёй сто пятой Уголовного кодекса, а именно в убийстве собственного мужа,  в связи с непричастностью к совершению преступления! Освободить из-под стражи в зале суда!»

Последние звуки умолкают, растворяясь в воздухе, но производят эффект разорвавшейся бомбы: родственники погибшего поднимают такой крик, что закладывает уши, а подсудимая Ира падает в обморок от напряжения. Стараюсь абстрагироваться от происходящего и собираю документы со стола, зная, что я всё сделала хорошо и поступила правильно. Теперь надо наконец-то дойти до машины и выкурить первую за день сигарету в тишине, ведь я тоже на пределе, – этот судебный процесс выпил из меня все силы.

– Тварь! Адвокатша чёртова! – вдруг раздаётся рядом визгливый женский голос. – Как тебе только спится по ночам, когда убийц из тюрьмы вытаскиваешь?

Поднимаю глаза на неопрятную толстую тётку, сестру убитого Караянца, которая на протяжении всего процесса устраивала сцены и даже несколько раз была выдворена из зала заседаний.

– Спокойно спится… – произношу холодно, глядя прямо в мутные глазки, налитые злобой.

Все здесь знают, что моя глупенькая юная подзащитная, вышедшая замуж за влиятельного бизнесмена, не имела никакого отношения к его заказному убийству. Но его многочисленной родне безумно хотелось сделать из девчонки козу отпущения, чтобы получить доступ к внушительному наследству. Именно родня Караянца занесла немаленькую взятку сотрудникам полиции, чтобы те назначили обвиняемой молодую вдову. Но, к счастью, за дело взялась я.

– Как только в глаза ещё можешь честным людям смотреть? – выплёвывает ядом тётка. – Зенки свои бесстыжие выкатила!

– Честным? – усмехаюсь и перехожу на шёпот, чтобы сторонние уши не услышали. – Мне написать жалобу и указать, какую сумму вы заплатили следствию? Да, доказать это у меня не получится, но, возможно, служба собственной безопасности всё же заинтересуется моим заявлением и продавит следака, а он уж сдаст вас за милую душу!

Женщина отшатывается от меня, будто чёрт от ладана, давая, наконец, пройти. Но мне удаётся сделать всего несколько шагов, потому что ко мне бросается Ира, которую только что выпустили из «клетки» и сняли уже наручники.

– Алина Сергеевна, родная! – взвизгивает она, хватая меня за руки. – Спасительница! Спасибо за то, что вытащили меня! Я за вас молиться всю жизнь буду!

Я не из тех людей, которые знают, как реагировать на подобные проявления. Возможно, я и впрямь замороженный айсберг, как любил утверждать мой бывший муж, попрекая за холодность и сдержанность.

– Достаточно будет, если переведёте завтра оставшуюся часть гонорара, как и договаривались! – отвечаю, пожимая горячую ладошку. – А сегодня отдохните как следует, выспитесь. Извините, мне пора идти!

Срываюсь с места и направляюсь прочь из зала, испытывая острую необходимость вдохнуть свежего воздуха. Тесная строгая юбка до колена и высокие каблуки не дают развить желаемую скорость, но зато знаю, что выгляжу одновременно по-деловому и элегантно. Адвокатов, как никого, встречают по одёжке.

Уже у самого выхода из суда вдруг сбиваюсь с шага, ощущая, что мне на плечо ложится тяжёлая мужская рука, сжимая почти до хруста. Даже не надо поворачиваться, чтобы узнать, кто меня остановил. Эта давящая аура, от которой по спине разбегаются мурашки, и низкий вкрадчивый голос, лишавший меня некогда способности соображать… мой бывший муж, которого мечтала бы никогда больше не встретить…

– Привет, милая! – ласково мурлычет он мне на ухо. – Рад тебя видеть! Я соскучился!

Чтоб ты провалился, Захаров! Сгорел в аду, в который некогда отправил меня!

Разворачиваюсь, резко сбрасывая ладонь бывшего. Но то место, где он касался, теперь горит негасимым пламенем.

– Привет, Арсен! – отвечаю максимально сдержанно и невозмутимо, стараясь смотреть куда угодно, но не в глаза экс супруга. – Во-первых, перестань называть меня милой. А, во-вторых, я тороплюсь.

– А ты не меняешься, Аля… – произносит он, кривя в ухмылке полные губы. – Всё же ты мать моей дочери, поэтому буду называть тебя так, как считаю нужным.

Когда-то  была уверена, что на свете не существует мужчины лучше, чем Арсен Захаров… Высоченный красавец, душа компании, блестящий юрист. Мой муж! Теперь уже бывший. Но тогда я была влюблена в него до беспамятства, доверяла ему слепо и беззаветно. А когда родилась наша малышка Катя, была самой счастливой на свете. Но всё закончилось в один миг!

Даже сейчас сердце сводит от боли, а в горле становится горький ком, стоит вспомнить тот день… Хоть я и постаралась спрятать эти воспоминания в самый отдалённый и тёмный уголок и закрыть их на ключ, но они навсегда со мной.

В тот день наивно решила устроить любимому мужу сюрприз, ведь в последнее время он буквально жил на работе. Новая должность в прокуратуре, где он стал государственным обвинителем в уголовных процессах, требовала всех его сил и времени. А мы с малышкой так скучали по Арсену, что решили нагрянуть вечером на рабочее место с вкусным домашним ужином и тортиком.

Сжимая в руке ладошку дочери, а во второй – ручку пакета с вкусностями, я явилась в прокуратуру, где уже никого не было, кроме моего замечательного и ответственного супруга, который обычно корпел над документами до полуночи.

Только вот, как оказалось, я ошибалась в природе задержек Арсена на рабочем месте… Ибо в тот момент, когда с дочерью зашли в его кабинет, застали главу семейства с его молоденькой помощницей в весьма недвусмысленном положении и в минимуме одежды. Я едва успела прикрыть Катюше глаза, чтобы она не видела всей той гнусности, которая происходила прямо на рабочем столе.

– Аля, что ты тут делаешь? – в голосе мужа не было ни тени раскаяния, лишь раздражение. – Зачем вы пришли, немедленно отведи Катю домой!

– Хотели сделать тебе сюрприз… Ужин принесли! – ошарашенно и тихо прошептала я, кивая на тортик. – Арсен? Что происходит? Как же так?

Полуголая девица, которую муж продолжал обнимать, запахнула расстёгнутую блузку и взглянула на меня пренебрежительно.

– Это и есть твоя клуша? – спросила она, с таким высокомерием, что захотелось вцепиться в её выбеленные пряди.

Но сейчас я должна была в первую очередь подумать о дочери!

– Клуша? –  переспросила зло. – Так вот кем ты меня считаешь, милый?

Если бы могла, испепелила Арсена взглядом, но тому явно было плевать.

– А как тебя ещё назвать, Аля? – устало произнёс он. – После рождения дочери ты совсем обабилась. За собой не следишь, располнела, перестала краситься. Да с тобой даже поговорить теперь не о чем! Только про пелёнки, распашонки и готовку. А ведь когда-то ты была толковым юристом!

Ядовитые слова Захарова больно стеганули, словно он меня кнутом ударил. Я и впрямь полностью посвятила себя семье, жила лишь мужем и дочкой, считая, что у нас всё замечательно.

– Я ухожу, Арсен! – произнесла решительно, хотя голос подрагивал.

– Правильно! Дома поговорим, я вернусь через час. Уложи Катю спать, уже поздно!

– Нет, ты не понял! Я завтра же подаю на развод. Мы с дочерью больше не хотим тебя видеть!

– Кажется, ты забыла, кто ты, а кто я! Хочешь уйти – вали, но ребёнок останется со мной!

– Ни за что!

С тех пор прошло много лет… Я смогла справиться со всем, хотя порой было настолько паршиво, хоть с моста вниз головой. Но не сломалась, ведь жила ради Катюши. И теперь, когда в нашей с дочкой жизни всё, наконец, было хорошо, Захаров опять появился.

– Что тебе надо? – спрашиваю зло у бывшего, отойдя на шаг и едва сдерживаясь, чтобы не выбежать в спасительную дверь, которая уже совсем рядом. – Кажется, ты уезжал в столицу на повышение? И что тут тогда делаешь?

– А, может, я приехал, чтобы вернуть нашу семью?

Арсен пытается сократить расстояние между нами и даже протягивает руку, чтобы ко мне притронуться, но я с силой отталкиваю его ладонь.

– Ни за что! – вспоминаю слова, которые сказала бывшему перед уходом. – Надеюсь, что мы с тобой больше никогда не увидимся. Я хочу, чтобы ты исчез из моей жизни!

– А вот этого точно не получится, Аля! – лицо бывшего становится злым, а глаза мечут молнии. – Теперь мы будем общаться очень часто. Я вновь буду участвовать прокурором по уголовным делам. Так что до встречи в следующем процессе, милая.

Глава 2

Салон любимой малолитражки для меня – спасительное убежище. Открываю дверь, продолжая держать осанку и лёгкую полуулыбку, хотя на стоянке никого нет, но я привыкла, что сохранять лицо необходимо всегда.  А вот внутрь машины буквально сваливаюсь мешком картошки. Здесь, за тонированными окнами никто не увидит моей слабости. Вцепляюсь зубами в ладонь, чтобы не закричать, не завыть в голос. Боль слегка приводит в себя, отрезвляя.

Встреча с бывшим мужем не просто выбила меня из колеи, она прошлась катком по всему тому миру, что старательно выстраивала по кирпичику после его ухода. Хочется биться головой о руль и посылать проклятия на несправедливость этого мира…

Из бардачка достаю бутылочку воды и делаю пару глотков, пролив несколько капель на блузку. Руки дрожат так, словно только что вагон разгружала. Всё, Алина, соберись! Ты уже давно не та растерянная, разбитая девчонка, оставшаяся после развода в глубочайшей депрессией, без копейки в кармане с маленькой дочкой на руках.

Теперь ты успешный адвокат,  карьере завидуют коллеги, а бывшие одноклассницы просят телефонный номер твоего косметолога и диетолога. Никто из них, конечно, не представляет, каким трудом это далось. Они не знают, что ты не ложишься спать раньше двух часов, печатая горы документов; что подтянутое тело и свежее лицо – результат строгой диеты, здорового образа жизни и изнуряющих тренировок. Единственная слабость, которую могу себе позволить – одна сигарета в день, ставшая для меня своеобразным ритуалом.

Подлая зажигалка, которую всё намереваюсь выкинуть, но забываю, срабатывает лишь раза с десятого, словно решив добить и без того натянутые нервы. Закрываю глаза, делая первую затяжку и пытаясь расслабиться, ведь эти несколько минут – практически единственное время для себя. В этот момент на соседнем сидении звонит телефон, выдёргивая меня из почти достигнутого дзена.

От неожиданности  сигарета падает из рук, а на юбке появляется прожжённый след. Хочется ругнуться матом и отвести душу, а потом высказать звонящему всё, что о нём думаю.

– Слушаю! – рычу в ни в чём не повинную трубку, параллельно пытаясь поднять тлеющую сигарету с коврика, извиваясь в какой-то немыслимой позе.

– Алина Сергеевна? – холодно интересуется женский низкий голос.

Хотя это больше похоже на утверждение и даже обличение, нежели на вопрос.

– Она самая! – отвечаю не слишком дружелюбно, ощущая, что вот-вот дотянусь до сбежавшей никотиновой предательницы, норовящей прожечь коврик.

В этот момент шов на юбке издаёт негромкий хруст и расходится.

– Да твою ж дивизию! – не  выдерживаю я.

– У вас всё в порядке? – надменно и пренебрежительно спрашивает незнакомка так, словно со стороны видит все мои кульбиты и неприятности, свалившиеся разом.

– Всё в порядке! – задыхаясь выдаю я, вылезая наконец из-за руля. – Итак, кто я такая, мы выяснили и обсудили, что у меня всё хорошо. А теперь представьтесь и поясните, по какой причине решили мне позвонить.

Собеседница хмыкает в трубку и выдерживает паузу.

– Вас беспокоит Евгения Осиповна Золотова, супруга бизнесмена и депутата Золотова. Думаю, вам знакома эта фамилия?

Конечно, кто же не знает Дьявола? Именно такое прозвище носит этот известный в нашем городе влиятельный человек. Только вот какого чёрта нужно его жене от меня?

– Мне необходимо с вами встретиться! – продолжает женщина, словно прочитав мои мысли.

– Запишитесь на приём у моего секретаря! – отвечаю не менее надменно.

– Кажется, вы меня не поняли, Алина Сергеевна! Мне срочно нужен адвокат! Мой муж убил человека, который мне был…кхм…близок!

Потираю переносицу, пытаясь понять в чём дело.

– Вы хотите, чтобы я представляла интересы вашего супруга?

– Нет, я хочу, чтобы вы помогли засадить мне его за решётку! Этот зверь, убивший невинного человека, должен сидеть в тюрьме! Сейчас он СИЗО, но если его выпустят на свободу, то прикончит меня сразу.

– Но я адвокат, моё дело защищать людей, а сажают у нас другие органы!

– Вы должны защищать, вот именно! Так защитите меня! Я же знаю, что вы лучший юрист в городе. И вы женщина, поэтому должны, обязаны понять меня.

Мне бы поблагодарить за звонок и положить трубку, но вместо этого неожиданно для себя произношу: «Приезжайте в мой офис через час!»

Глава 3

Пока стою в пробке по пути к офису, пытаюсь найти всю доступную информацию о депутате Сергее Золотове. Дьявол у нас личность известная, но слишком публичная, поэтому узнать о нём из официальных источников получается немногое: родился-учился-женился, блестящий послужной список, участие в благотворительности, успешный бизнес, красавица жена. Короче, не мужчина, а идеал. Но я-то лучше всех знаю, что на солнце бывают пятна. Мой бывший муж тому пример!

Получается отыскать всего несколько фоток объекта… Хорош, что сказать: волевой подбородок с ямочкой, высокий лоб мыслителя, синие льдистые глаза с хитрым прищуром, благородная седина в аккуратной бороде и на висках, которая безумно идёт обладателю. Слишком хорош и привлекателен, но при этом без всякой слащавости и показушности, и это сразу настраивает меня против Дьявола. В своё время я уже повелась на невероятное обаяние Захарова, теперь понимаю, если мужчина мне понравился – с ним что-то не так!

В офис врываюсь ровно через час, надеясь, что потенциальная клиентка ещё не приехала, но верная секретарша Вера Павловна округляет глаза и демонстративно косится на комнату переговоров, поджав и без того узкие губы. Строгое возрастное лицо так и пышет недовольством, хотя обычно профессиональная женщина не позволяет себе демонстрировать  эмоции. Чёрт, а ведь надеялась, что у меня будет время, чтобы привести себя в порядок.

Ладно, Алина, ты – здесь хозяйка, не понравится тебе эта супруга Дьявола, гони её в шею. Впору произносить аффирмации о том, что я самая обаятельная и привлекательная, но  уже влетаю в переговорную, которая напиталась тяжёлым сладким парфюмом потенциальной клиентки. Старательно не удостаиваю её взглядом, сухо здороваюсь и  размещаюсь в кожаном кресле, включая стильный серебристый ноутбук, который использую исключительно для того, чтобы показать свою занятость. Все документы я составляю на допотопном компьютере, находящемся в моём кабинете.

Молчание затягивается, поэтому приходится всё же взглянуть на женщину, и тут же жалею об этом… Передо мной эффектная рыжеволосая обольстительница, которая будто только что сошла с подиума Парижской недели моды: небрежная укладка, лёгкий макияж, стильное платье по фигуре. Да, они с Дьяволом просто идеальная пара!

 Тут же почему-то вспоминаю о том, что на моей атласной блузке остались пятна от пролитой воды, а на юбке красуется прожжённый след от сигареты, возможно, даже глаз подёргивается после эпичного начала дня.

– Слушаю вас, Евгения Осиповна! – не выдерживаю наконец, хотя нужно было не сдаваться первой.

– Вы лучший адвокат в городе! – безапелляционно произносит красавица. – Я уже навела справки, поэтому обратилась именно к вам!

Надо же, облагодетельствовала!

– Если узнавали обо мне, то должны понимать, что я не беру новых клиентов. У меня всё расписано на несколько месяцев вперёд. Могу вам порекомендовать кого-нибудь из коллег… – начинаю я.

– Мне не нужны какие-то коллеги, я привыкла получать лучшее! – холодно обрезает собеседница, но сразу же меняет модель поведения, и на красивых глазах выступают слёзы. – Вы женщина, причём знающая, что такое предательство мужа. Уверена, что вы меня поймёте. Мне нужны ваша защита и помощь. Деньги для меня не проблема, назовите любую сумму, и она тут же будет переведена на ваш счёт. Я знаю, что наше законодательство позволяет даже свидетелям иметь адвокатов, поэтому умоляю, давайте сейчас подпишем соглашение!

Красавица молитвенно складывает руки в районе декольте, а по щекам скатываются крупные прозрачные слёзы, даже не нарушая целостности макияжа. Женщина явно где-то брала мастер-класс по сценическому плачу, не иначе!

– Тогда вам придётся рассказать мне всё, без утайки! Не волнуйтесь, все сведения останутся в этой комнате: адвокатская тайна так же священна, как и тайна исповеди. Чтобы принять решение, помочь вам или нет,  я должна знать каждую деталь!

Рыжеволосая смотрит на меня с победной ухмылкой, будто уже купила меня с потрохами.

– Мой муж Сергей – исчадье ада! Не зря его называют Дьяволом! – начинает она деловито, забыв, что секунду назад пыталась разжалобить меня слезами. – Вы должны знать, что если он выйдет из СИЗО, где сейчас находится, то тут же убьёт меня, чтобы не смогла дать показаний против него. Дело в том, что он узнал, что у меня есть возлюбленный…

– Он застал вас с любовником и убил его в вашем присутствии, надеюсь? – интересуюсь, желая скорее докопаться до истины.

– Нет, он нанял частного детектива, чтобы следил за мной! О как это пошло и гнусно! И попрошу не называть любовником моего единственного близкого человека, который теперь в морге по вине этого зверя! Вот что я нашла в сейфе у Сергея! Это отлично подтверждает его мотив! Я хочу немедленно дать показания против мужа!

На стол ко мне летят фотографии более чем интимного плана, на которых моя собеседница запечатлена в объятиях мускулистого парня,  годящегося ей в сыновья. Не могу понять, что меня так настораживает в этих снимках… Внутренний голос и инстинкты рекомендуют мне скорее отправить посетительницу восвояси и наконец-то позвонить дочери, которая уже неделю как повышает уровень английского в лагере.

Но вдруг перед глазами встаёт образ депутата Золотова, подмигивает мне хитро, улыбается белозубо и словно шепчет: «Возьмись за это дело!»

На секунду чувствую дурноту и противную слабость, висках бешено долбит пульс, а руки и ноги становятся ледяными и ватными. Но я продолжаю удерживать на лице дежурную улыбку. Такие странные приступы уже случались со мной, поэтому точно знаю, что нужно делать…

– Сперва я хочу поговорить с самим Сергеем, чтобы составить своё мнение! – заявляю красавице, и теперь уже она бледнеет, а на лбу без единой морщинки почему-то появляются бисеринки пота.

Глава 4

Не знаю откуда, но у меня всегда имелось какое-то странное чувство, что-то типа обострённой интуиции или даже дара предвидения… Но, будучи убеждённой материалисткой, в последнее я не верила. Но ведь каким-то образом умела чувствовать невиновных людей и помогала лишь таким. Мне никогда не приходилось заключать договоров с собственной совестью, именно поэтому по ночам спала спокойно.

А в этой ситуации с депутатом Золотовым есть что-то странное, какая-то деталь, которую силюсь рассмотреть, но она постоянно ускользает, растворяется, будто туман в лучах солнца.

Рыжеволосая красавица уходит, капризно поджав пухлые губки, – явно не привыкла к отказам – а я остаюсь в глубокой задумчивости и с тяжёлым флёром её духов. Я обещала позвонить Евгении Золотовой завтра с утра и сказать, согласна ли вступить в дело на её стороне, значит, сегодня обязательно надо успеть на СИЗО, чтобы встретиться с её мужем и понять, действительно ли он виновен. Если почувствую, что да, то заключу договор с противной дамочкой, но гонорар с неё стрясу такой, чтобы покрыть свою нервотрёпку и необходимость работы с неприятным мне человеком. Но дива сама же говорила, что деньги для неё не проблема.

Остаётся только понять, как пройти к Дьяволу без документов, ведь формально я не участвую в деле, но всё становится гораздо проще, когда сотрудник службы охраны изолятора – твоя бывшая однокурсница, а ещё и близкая подруга. Диана Ставрыгина, железная Ди, единственный человек, протянувший мне руку помощи во время развода и не отнимавший дружеской ладони до сих пор.

– Ди, привет! – радостно выдыхаю в трубку, когда слышу знакомый голос.

– Аль, я на дежурстве! – сухо отвечает подруга, но я не обижаюсь, понимая, что та действительно занята.

– Я по делу! – начинаю тараторить, ускоряясь. – Мне нужно сегодня попасть К Золотову Сергею. Знаешь такого? Только у меня нет документов на осуществление его защиты. Но кровь из носу нужно поговорить!

– У нас тут весь изолятор гудит, так что, конечно, знаю про Дьявола. Сама пару раз видела. Нереальный мужик. Стоп, а тебе что от него нужно, если ты не его адвокат?

– Ко мне обратилась его жена и просит участвовать в деле на её стороне. Она идёт свидетелем. Какая-то мутная история, якобы Дьявол узнал о её интрижке на стороне и грохнул незадачливого любовника супруги.

– И что тебе не нравится? Всё вполне логично!

– Не знаю, родная, я должна сама убедиться, что всё именно так.

– Хочешь проверить свой детектор невиновности? – с ухмылкой интересуется Ди.

Она единственная, кто знает о моей способности чувствовать преступников. Сперва логичная и правильная Ди отнеслась к этому скептически, но со временем поверила, ведь раз я продемонстрировала свои способности на её подопечных, точно указав на тех, кто был причастен к совершению преступлений, а кто стал жертвой ошибки системы.

– Именно!

– Ты же понимаешь, что это против правил… А если он пожалуется, что к нему пустили левого человека? – начала она, но я тут же перебила.

– Я хоть раз тебя подводила? Клянусь, у тебя не будет проблем! Для меня это действительно важно! – вкладываю в голос всю убеждённость.

– Чёрт с тобой, подруга! Пользуешься моей добротой. В тебя бутылка мартини! Я сдаю смену через полтора часа, если не успеешь приехать за это время, то уже ничего не смогу сделать!

– Выезжаю! Ты чудо! – счастливо выкрикиваю в трубку и вскакиваю с места.

У меня нет варианта не успеть!

Уже через час я стою возле комнаты для встреч адвокатов с подзащитными, пытаясь понять, почему так бьётся сердце, и дрожат руки. Это ведь всего лишь формальная встреча, нас будет разделять толстое стекло и решётка, так откуда такое странное волнение и мурашки, пробегающие порой вдоль позвоночника, покалывающие кожу, будто слабые разряды тока?

– Можете заходить! Где тревожная кнопка, знаете! Ничего запрещённого не передавать. У вас пятнадцать минут на встречу, потом заберу обвиняемого, по графику обед! – напоминает суровый сотрудник насупленно, но вдруг улыбается и даже подмигивает. – Но вы и сама знаете всё, Алина Сергеевна, что я вас учу. Кстати, превосходно выглядите!

Немного успокаиваюсь и, наконец, вхожу в комнату. Передо мной всего в нескольких метрах он… Дьявол во плоти, соблазнительный, порочный и опасный. Взгляд льдисто-голубых глаз примораживает к полу, кажется, что не смогу дальше сделать и шага.

– Мне сказали, что ко мне явился мой адвокат! Но вы не похожи на Мойшу Робертовича! Поэтому задам вопрос, который меня сейчас интересует, кто вы такая? – произносит Золотов низким бархатным голосом, в котором всё же слышится звон металла.

Вскидываю подбородок гордо, чтобы не выдать волнения, которое охватывает меня при виде этого мужчины.

– Я пришла к вам, чтобы решить, буду ли я представлять интересы вашей жены в суде в качестве адвоката свидетеля? – отвечаю честно, понимая, что этого собеседника не обмануть.

– Она решила нанять вас? – с интересом спрашивает Золотов, пронзая меня таким взглядом, что почему-то хочется укрыться, а желательно, оказаться где-нибудь подальше от мужчины. – Это значит, что вы лучшая. Женя никогда не стала бы довольствоваться чем-то второсортным. Только вот зачем ей потребовался адвокат?

Дьявол вдруг подаётся вперёд, а я невольно отступаю, забывая о том, что нас разделяет решётка.

– Боитесь меня? – то ли спрашивает, то ли утверждает он.

– Я ничего не боюсь! – режу холодно, злясь на себя за глупое поведение.

– Интересно… – задумчиво тянет мужчина, и его жадный взгляд скользит по моему лицу, а затем нагло исследует фигуру. Физически ощущаю горячие касания в области декольте, будто он не просто смотрит, а уже ласкает меня. – А если вы лучшая, значит, обязаны помочь мне!

Давлюсь словами от такой наглости.

– Я никому ни в чём не обязана!

– Даже если скажу, что меня подставили и я невиновен?

В этот момент пространство вокруг замирает, даже тиканье стрелок часов на стене останавливается, будто они увязли в густом желе. То телу пробегает холодок, а затем ему на смену приходит жаркая волна. Приходится прикрыть глаза и вздохнуть глубже, чтобы не потерять сознание. Хуже всего то, что Дьявол не врёт, я это чувствую, точнее – знаю, и это знание пугает до дрожи.

Глава 5

– Я пойду… – произношу сдавленно, с трудом поднимаясь со стула и тут же приваливаясь к стене, чтобы не упасть.

Да что хоть такое со мной? Этот мужчина на меня как-то странно влияет. А, может, дело банально в том, что надо было позавтракать с утра, а я настолько волновалась перед заседанием, что не смогла в себя впихнуть ничего, кроме кофе.

– Вам плохо? – в встревоженном голосе Дьявола настоящая забота.

С трудом надеваю привычную улыбку и расправляю плечи, – никто не должен видеть моей слабости.

– Всё в порядке, мне действительно нужно идти!

– Вы даже не сказали, как вас зовут!

– А зачем вам это знать? – режу холодно, направляясь к выходу.

– Ну должен же я как-то обращаться к своему адвокату. Думаю, «ей ты» или «малышка» вас не устроит! – с очаровательной улыбкой сообщает Золотов. – Но пока мне придётся называть вас «Королева», пока не узнаю вашего имени и отчества.

– Я не ваш адвокат, так что предпочту остаться инкогнито! – сообщаю, замирая возле двери.

– Вы ошибаетесь, моя Королева! Я же вижу, что вы поверили в мои слова о невиновности, так что очень скоро мы увидимся вновь! Кстати, когда придёте в следующий раз, наденьте что-нибудь красное, такая женщина, как вы создана для огненных оттенков!

Выскакиваю из тесной душной комнаты с такой прытью, будто меня и впрямь преследует языки пламени! Да что этот наглец себе позволяет? У меня просто слов нет! А ведь обычно у меня всегда есть, что сказать…

– Алин, чего с тобой? – раздаётся вдруг рядом голос верной Ди. – Ощущение такое, что чёрта увидела! Я на сегодня отбатрачила, пойдём пообедаем хоть!

Подруга, затянутая в тёмно-синюю форму УФСИН смотрит на меня настороженно.

– Не чёрта, Дьявола… – сообщаю, пытаясь успокоиться.

– Что, попала под его обаяние? – со смехом интересуется Диана и тащит меня к выходу, кивая по пути коллегам, которые пялются на неё влюблёнными глазами. Да, моя рыжая подруга умеет нравится мужчинам, только лишь её мудачистый муженёк холоден к её обаянию. Ладно, это их семейное дело, в которое пообещала себе не лезть.

– Какое там обаяние? Это же самоуверенный наглец, уверенный, что все будут плясать под его дудку! – почти рычу я.

– О как он тебя зацепил, родная! Давно не видела тебя такой возбуждённой. – заливисто хохочет подруга, но тут же становится серьёзной. – Ну что твой детектор внутренний подсказал, это Дьявол грохнул любовничка супруги?

Тру виски, стараясь выгнать тупую давящую боль, источник которой мне, к сожалению, понятен: если не возьмусь за дело и не спасу невиновного, она будет только усиливаться, сводя с ума.

– Его подставили… – отвечаю с трудом.

Ди даже присвистывает от удивления, да так громко и по-молодецки, что подпрыгиваю на месте. Порой манеры подруги меня просто убивают.

– И что ты будешь делать?

Лишь пожимаю плечами, жалея о том, что вообще ввязалась в это дело.

– Для начала мы с тобой попьём кофе и съедим по куску торта, я сегодня заслужила! Дело Ирины Караянц я всё же выиграла. Девчонку отпустили! – сообщаю радостную весть.

– Я в тебе и не сомневалась! Не можешь ты пройти мимо и не помочь несправедливо обвинённым, в этом ты вся Аля. Так что не разыгрывай передо мной комедию, мы же обе знаем, что ты будешь защищать интересы Золотова.

Хочу ответить что-нибудь колкое, но в этот момент звонит телефон.

– Правдина Алина Сергеевна? Здравствуйте, вас беспокоит Кац Мойша Робертович! – раздаётся в трубке скрипучий голос. – Подскажите, вам удобнее получить гонорар за участие в деле Золотова в наличной форме или можно перевести вам всю сумму на карте.

Я даже теряю дар речи от удивления и сейчас со стороны, наверное, похожа на выброшенную на берег рыбу, по крайней мере, так же хватаю ртом воздух и таращу глаза. Я же буквально пятнадцать минут назад вышла из комнаты для свиданий. Как мог Дьявол так быстро всё провернуть.

– Да, я тоже думаю, что наличными будет удобнее! – продолжает собеседник, явно расценивая моё молчание по-своему. – Тем более мне необходимо передать вам все документы по делу, раз уж вы теперь будете представлять интересы Сергея Ивановича. Только я не смогу раньше,чем через два часа. Мне ещё надо в бутик заехать, чтобы забрать для вас платье, которое заказал мой, точнее – уже ваш клиент. Вот уж не думал, что на старости лет бедного еврея будут использовать в качестве курьера. Чтобы сказала моя мамочка, если бы узнала, что её сын Мойша, лучший выпускник юридического, должен доставлять одежду. Хотя она сказала бы: «За такие деньги, Мойша, можно хоть десяток платьев привезти! Так что ждите меня через два часа с чемоданом денег и новым нарядом!

– Ди, кажется, кофе отменяется…

Глава 6

Лысеющий полный и одышливый Мойша Робертович собственноручно притаскивает в мой офис несколько папок с бумагами, небольшой чемоданчик и элегантную бежевую коробочку, увенчанную ярким бантом. Мне приходится выслушать его долгие причитания о том, что несчастного старого еврея эксплуатируют, без всяческого уважения к его сединам и юридическим заслугам, заставляя работать то ли грузчиком, то ли курьером.

– Это всё вам, деточка! – наконец, изрекает он, оценивающе и как-то сочувственно глядя на меня сквозь стёкла очков. – Клянусь Моисеем, я рад, что не мне заниматься этим делом. Слишком уж я стар и привык к спокойной жизни, так что с радостью умываю руки. А вы, милая, будьте осторожнее, мутная история, даже слишком. Позволю себе напомнить, что завтра Сергей Иванович ожидает вас для согласования позиции защиты и подписания контракта. В чемоданчике скромный аванс, а в коробочке ваша новая униформа.

Старый адвокат помигивает лукаво и покидает кабинет, а я кошусь на принесённые им дары. Будучи девочкой, всё же кидаюсь сперва к манящей коробочке, быстро и безжалостно сдираю с неё бант и тихо охаю от восхищения. Да, у господина Золотова, несомненно, есть вкус: алое платье, которое жадно рассматриваю, просто идеальное, да ещё и, бесспорно, моего размера. Не терпится примерить обновку, но заставляю себя успокоиться. В конце концов, я не из тех женщин, которых можно купить дизайнерскими шмотками, пусть и потрясающе красивыми.

Мимо чемоданчика с деньгами прохожу почти равнодушно и направляюсь к коробке с отсканированными материалами дела. А вот это интересно. Кружка горячего кофе уже дымится на столе, сейчас необходимо ознакомиться хотя бы с частью бумаг…

Когда перелистываю последнюю страницу, кофе уже холодный, а за окном густятся сиренево-чернильные сумерки. Даже не заметила, как пролетело время, лишь затёкшее от долгого сидения тело подсказывает мне, что прошло несколько часов.

Я понимаю, что у меня лишь десятая часть документов, но уже те бумаги, с которыми удалось ознакомиться, рождают во мне какое-то неприятное тревожное чувство, которое можно описать лишь словами: «что-то здесь не так!» Только вот не понимаю, какое именно «что-то»!

В сумочке вибрирует телефон, сбивая меня с мысли, на секунду мне казалось, что почти ухватила какой-то важный момент, незаметную деталь, но…

– Мам, привет! Слушай, а я сегодня белок видела! И меня преподаватель по английскому похвалила. Представляешь, тут репетиторы из самого лучшего центра иностранных языков! Они даже готовы меня с сентября взять! Но это ведь дорого. Ох, да, точно дорого, тогда не надо, мне и школьной программы хватает, плюс курсы по удалёнке! – тараторит в трубку обычно неразговорчивая закрытая Катюша.

Сердце тут же оттаивает, когда слышу её звонкий голосок. Моя любимая девочка, моя яркая искорка, порой сложная и упрямая, очень ранимая, но такая сильная, что сама беру с неё пример.

– Здравствуй, родная! Рада, что у тебя всё хорошо. По поводу центра обязательно подумаем, когда приедешь. Найду деньги, не волнуйся!

– Ма, у тебя всё норм? Голос усталый и грустный! Чего случилось?

Кажется, моя интуиция перешла к ней по наследству. Катя всегда тонко чувствует людей, а обмануть её очень сложно, поэтому сейчас ради дочки отвешиваю себе внутренний подзатыльник и заставляю собраться. Не хватало ещё, чтобы она там, в лагере, переживала. Когда вернётся, конечно, придётся ей рассказать о том, что горе-папенька в городе и хочет возобновить общение. Но потом, не сейчас!

– Котёнок, всё хорошо, просто устала! Да и взяла  дело сложное, вот пытаюсь в нём разобраться!

– Ну лаа-а-а-адно! – недоверчиво тянет ребёнок. – Всё, хватит работать! Закрывай уже кабинет и сходи прогуляться, поешь в красивом ресторане, выпей бокал вина, пофлиртуй с мужчиной!

– Катя! – строго начинаю я, едва сдерживая улыбку.

– Я уже четырнадцать лет, как Катя! Мам, тебе пора вспомнить, о том, что ты женщина! Хочу, чтобы ты была счастлива!

От этих слов на глаза наворачиваются слёзы.

– Я счастлива, ведь у меня есть ты! Люблю тебя, малыш!

– Ой, мне пора бежать, вечерний костёр начинается! – произносит дочь, не слишком любящая нежности. – И я тебя лю!

Короткие гудки в трубке не стирают улыбки, которая расплывается сама собой на лице. А, может, моя не годам мудрая малышка права, и мне впрямь пора заняться личной жизнью? Но невольно всплывает в памяти образ Захарова, сжимающий в объятиях молоденькую помощницу, и его раздражённое «клуша», обращённое ко мне. Нет, я уже не смогу довериться мужчине. Пусть с годами глубокие кровоточащие раны на сердце и зажили, но оставшиеся уродливые шрамы – лучший оберег от отношений с самцами.

В этот момент телефон звонит вновь. Да я сегодня просто нарасхват. Вот вызову от Ди  только рада. Может, и впрямь вытащить её в ресторан? Я же должная ей бутылку мартини за помощь со встречей с Золотовым. А почему бы двум подругам не провести классный вечером в каком-нибудь уютном ресторанчике, не напиться слегка и не побеседовать о своём, женском? Тем более,  так и не рассказала подруге о возвращении Захарова. Уже представляю, какую тираду она выдаст по этому поводу, с такими оборотами и эпитетами, что буду краснеть, но аплодировать внутри.

– Ди, как хорошо, что ты позвонила! – начинаю весело. – А я вот думаю, не сходить ли нам с тобой поужинать, раз обед сорвался?

– Алька, не до ужинов! – сурово отрезает подруга. – Мне конвойный сейчас звонил, с которым хорошо общаемся. Говорит, за твоим Дьяволом приехали опера с постановлением от следака и увезли его на неотложные действия. Сама знаешь, херовый знак, когда из камеры под ночь вытаскивают. Боюсь, как бы колоть не начали!

Спокойствие, снизошедшее после общения с дочкой, исчезает, будто лопнувший мыльный пузырь. Я знаю следака, который ведёт дело: молодой, амбициозный и совершенно беспринципный, готовый на всё, чтобы продвинуться по служебной лестнице.

Ничего, я и не таким щенкам зубы обламывала, были волки и поклыкастее. Если я вступаю в дело, то иду до конца…

«А я уже в него вступила?» – задаю себе вопрос, который не нуждается в ответе. Подхватываю сумку и накидываю плащ. Жаль, что поесть не успела, что-то подсказывает, – освобожусь теперь только к утру.

Глава 7

– Не положено! Пошла вон отсюда, пока я оперов не вызвал! – орёт незнакомый дежурный на входе. – Ты на часы смотрела? Чего прёшься, ночь уже, клуша!

Моё и без того дурное расположение духа становится таким, что в сказке не сказать, словами не описать… Внутренне похожа на чайник с крышечкой, которую срывает паром, но внешне всё ещё воплощённая добродетель.

– Уважаемый… – почти шепчу я с такой патокой в голосе, что у парня должно что-то точно слипнуться, и одновременно показываю ему удостоверение. – Я, вообще-то, адвокат, а у вас находится мой подзащитный.

– Никого тут нет, вы куда так нагло ломитесь? – Недовольно бросает сонный парень. – Много вас, адвокатш ходит, а потом на камерах смотрим, как вместо юридических консультаций вы на столе, раздвинув ноги, другие услуги оказываете.

А вот это было зря…

– Малыш… – произношу вкрадчиво. – Кажется, ты не понял, с кем имеешь дело. Но, так и быть, чуть приведу тебя в чувства. Сегодня у меня нет времени жаловаться в отдел собственной безопасности и интересоваться, почему вы пишете на камерах встречи адвокатов с подзащитными, которые являются конфиденциальными. А теперь, зайка мой лейтенантовый, пропусти тётю к своему клиенту, пока тётя не разозлилась и ушки твои не натянула туда, куда могут захотеть тебя сокамерники, если моей жалобе дадут ход!

Я продолжаю улыбаться, а парень мелко подрагивает, бледнеет и даже постукивает зубами, – не ожидала, что окажусь столь убедительна.

– Но официально здесь никого нет… – блеет дежурный, хлопая несчастными детскими глазами.

– Котёнок… – хочется погладить его по пухлой щеке, которую ещё не коснулась щетина. – Запиши, что к подзащитному Золотову явился адвокат. И время не забудь указать! А теперь калитку мне отвори!

Кладу перед опешившим парнем коробку конфет и решительно двигаюсь к кабинету, из-за двери которого раздаются странные звуки.

– Признавайся, твари, думаешь, что такой крутой? – слышится из-за разъярённый мужской голос, который явно принадлежит кому-то из оперов.

– Только не бейте его по лицу! – раздаётся холодно-пофигистичный тенор,  принадлежащий точно следователю.

Откладывать своё фееричное появление точно нет смысла, поэтому распахиваю створку с самым беззаботным видом.

– Здравствуйте, мальчики! – заявляю, стараясь сразу срисовать ситуацию. – А вот и я! Не ожидали?

Немая сцена, возникающая при моём появлении, может переплюнуть Ревизора: ребята явно не были готовы к моему приходу.

Успеваю заметить капли пота на лбу раскрасневшегося опера, недоумение в глазах молодого следователя, насмешливый оскал Золотова, украшенный струёй крови, сползающей по  ухоженной бороде.

– Алина Сергеевна! – хрипло произносит он, сплёвывая алое на бумаги перед ним. – А ребята вот надеются от меня явку с повинной получить, но я им обещаю, что без адвоката ничего не скажу, как хорошо, что вы явились.

– Кстати, откуда вы узнали, что ваш клиент у нас? – недовольно цедит белобрысый юнец, которому доверили дело. – И можно ли ознакомиться с документами, подтверждающими  право на представление интересов господина Золотова?

Я явно не в том положении, чтобы выкобениваться…. Тем более что с Дьяволом ещё не подписаны бумаги! Да и вид оперов мне не очень нравится: они явно настроены получить признанку.

– Ребята, а, может, вы оставите меня наедине с подзащитным? Вам же не надо рассказывать про права подозреваемого, который имеет право на  конфиденциальную встречу с адвокатом перед каждым следственным действием. И, возможно, я закрою глаза на то, что у господина Золотова идёт носом кровь. Или мне позвонить на горячую линию РОВД и вашим коллегам из собственной безопасности?

Следователь недовольно шевелит белёсыми бровями, но сдаётся в итоге.

– Когда мы вернёмся, надеемся увидеть хотя бы ордер на оказание услуг. Договор же вы нам всё равно не предъявите? Кстати, зря вы так с нами, Алина Сергеевна, следствие к вам со всей душой… А вот колёса вашей новенькой машины могут и случайно проколоться.

Ах, ты малолетний мудозвон!

– Я специально оставила авто на стоянке Следственного комитета под камерами! – отвечаю с улыбкой. – А теперь, зайки, идите нахер отсюда, мне нужно поговорить с подзащитным.

«Зайки» уходят с таким видом, что понимаю, – точно нажила проблем на нижние девяносто, но мне плевать.

– Ну здравствуй, моя Королева! – заявляет депутат Золотов, озаряя меня кровавой улыбкой. – Явилась, чтобы меня спасти? Но я взрослый мальчик и с этими шавками разберусь сам!

Пока руки Дьявола скованы за спиной, он кажется почти безобидным, поэтому подхожу у нем, чтобы стереть кровь из разбитого носа.

– Я буду представлять ваши интересы, но это ничего не значит… – начинаю я.

Но мир опять меняется, и теперь вдруг оказываюсь во власти грубых объятий Дьявола…

– Детка, а где алое платье? Хочу трахать тебя в нём! – усмехается мой подзащитный, ещё минуту над скованный наручниками, а теперь сжимающий в объятиях.

Глава 8

– Да вы… Да как? Лапы уберите! – шепчу, оторопев от такого поведения подзащитного. – У вас же руки были скованы! Трахать он меня собрался!  Да я сейчас уйду и оставлю вас в компании с бравыми молодцами, которые хотят вашего признания!

Делаю попытки вырваться, но это бесполезно: по сравнению с огромным мускулистым Золотовым я просто Дюймовочка.  Хотя и чертовски зла на Дьявола, но не могу отрицать, что в его объятиях во мне вдруг просыпаются такие-то давно забытые ощущения. Возбуждена так, что и впрямь готова отдаться этому наглому самцу. Да что со мной происходит? Хотя, наверное, это нормальная реакция организма, ведь так давно у меня не было близости с мужчиной.

– Простите, моя Королева! – мрачнея изрекает Сергей, отступая.

Нервно покусывает разбитую губу, глядя на меня как-то странно.

– Чёрт, я не хотел вас обидеть! Это всё нервы. Не думал, что меня так просто сломать, но рядом с этими зверьми сам перестаю быть человеком!

Округляю глаза от неожиданности. Дьявол не похож на тех, кто умеет извиняться, да ещё и объяснять причины своего поведения.

– Как вам удалось избавиться от наручников? – перевожу разговор, чтобы сгладить неловкое молчание.

Золотов хмуро усмехается.

– Мой отчим работал в милиции, так что  единственными игрушками были «браслеты» и резиновая дубинка! Да, такое вот суровое детство, но зато я рано повзрослел и научился ответственности!

Надо же,  а я почему-то была уверена, что он был воспитан в заграничных закрытых школах или, на худой конец, в лучшей гимназии столицы. Как обманчиво бывает первое впечатление.

– Вам не стоит не злить сотрудников! – начинаю я. – Так что наденьте наручники перед тем, как они войдут. Сейчас  выпишу ордер на представление ваших интересов, но нам всё равно необходимо будет составить договор, чтобы мои действия были правомерны. Я поучаствую в этом фарсе, который господа полицейские называют следственными действиями, а к девяти утра поеду на приём в прокуратуру и в комитет. Нужно сообщить о вашем избиении!

– Моя королева, вы бы тоже не лезли на рожон. Думаю, сотрудники не простят вам «заек». С этими людьми нужно быть осторожнее. Я не прощу себе, если с вами что-то случится, ведь у меня на вас грандиозные планы, когда выйду. Особенно на вас в новом платье!

Невыносимый, невозможный мужлан и кобель. А ведь у него законная супруга имеется!

– Вы опять начинаете? – обрываю подкаты самца. – Не уверена, что ваша жена оценит эти так называемые грандиозные планы.

Последние слова произношу, захлёбываясь от желчной горечи и внезапной ревности. Аля, стоп, хватит! Ты же знаешь главное правило, – не влюбляться в клиентов! Тем более в таким соблазнительных и порочных, как Дьявол.

– У нас с Женей партнёрский брак… – нехотя сообщает мужчина, будто оценивая, стоит ли мне доверять. – Этого требовали интересы бизнеса, да и для депутатского кресла желательно быть семьянином, чтобы поднять свой рейтинг в глазах избирателей. Так что, поймите, мне не было смысла убивать очередного любовника моей жены. Единственное условие, которое ей поставил – её кобели не должны становиться достоянием общественности. Мне было всё равно, с кем там трахается Женя, пока она это делала за закрытыми дверями, сохраняя тайну.

А вот это сообщение меня, мягко говоря, удивляет. Если всё именно так, как говорит Сергей, то и мотив преступления пропадает.

– Вытащите меня, Алина Сергеевна! На свободе мне будет проще разобраться кто и зачем меня подставил! – произносит Золотов, вновь подходя ко мне вплотную и буравя тяжёлым взглядом. – Я знаю, только вы сможете мне помочь!

Напоминаю себе, что лучше держаться подальше от этого мужчины, если хочу сохранить голову на плечах. Но внутри всё свербит от желания подойти к Дьяволу и прижаться к его широкой мускулистой груди. Поэтому  предусмотрительно отступаю и начинаю сосредоточенно рыться в сумке.

Мужчина как-то двусмысленно хмыкает, словно прочитав мои глупые бабские мысли и почувствовав, что внутри меня просто фейерверк желания.

– Ну хотя бы застегните на мне браслеты! – произносит он вдруг.

Поднимаю взгляд, уверенная в том, что наконец-то взяла себя в руки. Но вид Золотова, покручивающего на пальце наручники, изогнув манящие губы в наглой усмешке, тут же заставляет залиться краской, будто школьницу, застигнутую за просмотром журнала для взрослых. И как работать в такой обстановке?

Глава 9

– Да, Алина Сергеевна, я с вами полностью согласен! – кивает прокурор района, выслушав мою гневную тираду. – Поведение сотрудников и впрямь было несколько… неэтичным.

– Неэтичным? – переспрашиваю таким тоном, что мужчина опускает глаза и начинает нервно постукивать пальцем по столешнице.

После бессонной ночи я раздражена и даже не вижу смысла это скрывать. Из-за этих «доблестных» сотрудников, решивших выбить показания из Золотова, так в итоге не сомкнула глаз. До самого рассвета  участвовала в подобии допроса, а после этого я как следует закинулась кофеином и отправилась в прокуратуру, зная привычку местного начальника являть на час раньше начала рабочего дня.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.