Лия Седая
Дерзкая игрушка Шаха

Глава 1

– Адели исчезла. И это ваша вина. Вы плохо воспитали младшую дочь, – Шамиль Шахтаров издевательски усмехнулся.

Взгляд его скользнул по мне.

Я поежилась и уткнулась в тарелку.

Бр-р… Как будто ощупал, извращенец.

– Поэтому я решил, что заберу вашу старшую. Как компенсацию за моральный ущерб.

Чего?

Воздух вынесло из груди от возмущения.

Я растерянно повернулась к маме. К отцу. О чем он говорит? В смысле, заберет? Меня?

Но родители на меня не обратили внимания. Мама просто опустила голову и смотрела под стол, а папа…

Папа улыбался важному гостю так, словно тот только что сделал ему самое выгодное предложение на свете.

– Шамиль Заурович, вы уверены? – отец просто неопределенно махнул рукой в мою сторону. – Лали, конечно, красивая девушка. Но возраст уже…

Мне словно пощечину влепили со всего маху.

Возраст? Он о чем вообще? Мне двадцать пять!

– Возраст не имеет сейчас никакого значения, – пророкотал Шахтаев. Его черный прищуренный взгляд держал меня на цепи, как послушную собачонку.

– Папа! – я не выдержала и вскочила. Сбросила с колен льняную салфетку, которой прикрывался позор этого ужина. Мама вцепилась в мою руку, но я просто сбросила ее пальцы с себя. – Папа, что за ерунда? Что значит заберу? Папа, ты меня что, отдашь?

– Сядь, Лали, – процедил сквозь зубы отец. – Не позорь меня!

– Я тебя позорю?!

Я задыхалась.

Смотрела беспомощно на родителей. Сердце сжималось в груди как пустой мешок. Словно вся кровь из него исчезла. Словно он качает пустоту.

Да они с ума тут все посходили?

– Вы! – я ткнула пальцем в довольного Шахтарова. – Как вы смеете такое говорить? Вы считаете остальных людей своей собственностью что ли? Или вас кроме криминала еще и в работорговле можно смело уличать?

Я знала, что наговорю сейчас много лишнего.

Меня, как обычно, понесло…

А вот Шамилю Шахтарову, как будто бы все даже нравилось. С ироничной улыбкой он откинулся на стуле. Держал ладони на столе и просто смотрел на меня. Пожирал глазами, считывал каждое мое движение.

Я резко замолчала.

Сглотнула нервно, растерялась. Ощущение было такое, словно я не человек. Словно он кобылу себе на рынке выбирает. Товар.

А я ничего сделать не могу.

Ничего!

Потому что мои родители просто молчали. Никак не воспротивились. Не сказали ему, что он сволочь. Не указали сразу же на дверь.

– Запомни, девочка, – внушительно проговорил Шахтаров. – Чем больше человек себе позволяет, тем больше он принимает на себя ответственности.

Это он на что намекает?

В голове у меня был такой сумбур, что я его не понимала. Можно вообще нормально разговаривать? Как же меня бесят эти пафосные национальные застолья!

Да и вообще, застолье по какому поводу? Из-за того, что моя сестра удрала от этого гада перед свадьбой? Так и правильно сделала! Умница просто!

Он же ублюдок какой-то, а не человек!

– Значит так, – я шумно выдохнула. Вышла из-за стола, уперла руки в бока. Пусть они эту доисторическую чеченскую традицию по передаче невест себе в задницу засунут! – Я ни-ку-да с вами не поеду. Это понятно?

– Лали! – рявкнул отец. – Веди себя соответствующе! Шамиль Заурович, извините, ради Аллаха.

– Лали, – почти одновременно с отцом, тихо позвала меня мама.

Да что с ними, в самом деле?!

– Я себя нормально веду! – вскинула я голову. – Я вам не лошадь, чтобы меня другому хозяину передавать! Мы в двадцать первом веке живем, а вы как будто до сих пор в горах! Я по вашим законам жить не собираюсь, ясно?

Решительным шагом я направилась к выходу из столовой.

Бредятина полная!

Цирк!

– Стой.

Он сказал это абсолютно ровным тоном. Но в спокойном голосе прозвучала такая угроза, что я невольно примерзла к полу.

– Если ты сейчас выйдешь отсюда, то твоя семья обанкротится. Мне это ничего не будет стоить, поверь.

Я нервно сморгнула.

Он что, угрожает нам? Отцу?

Я резко развернулась к Шахтарову. Ни один мускул не дрогнул на его лице. Но по глазам я видела, что он полностью уверен в своей силе.

Ну, конечно!

Про него говорят, что он самый влиятельный чеченец в нашем городе. И сидит он очень высоко. Ему подчиняются все. Даже, как оказалось, мой отец готов пойти на все, чтобы с ним не ссориться.

Он действительно может все это устроить. А как родители держатся за свой бизнес, я прекрасно знала.

И то, что в последнее время там огромные проблемы – тоже.

– Твоя сестра оказалась недостойной, – мне показалось, что Шах даже оскалился от злобной радости. Он наслаждался моим унижением. – Так что тебе придется вывозить все это за нее. Ведь ты тоже должна была смотреть за ней и воспитывать в почитании к старшим.

Мужчины смотрели на меня. Отец злился. Шах – со спокойным удовлетворением. А вот мама…

Мама даже не повернула головы.

Как будто ей было все равно на то, что я чувствую. На то, что со мной будет. Мы узнали, что Адели сбежала из дома Шаха сразу же. Нам позвонили, искали ее. И последние дни мама была в какой-то прострации.

Но неужели ее не пугает перспектива потерять и вторую дочь?

– Я не несу ответственности за Адели, она взрослая девушка. Но я ее понимаю. Свадьба с таким человеком, как вы – это самоубийство!

– Лали-и! – почти заорал отец. – Думай, что говорит твой рот!

Шах сделал жест ладонью и отец послушно замолчал.

Я горько улыбнулась. Ну, надо же. Под его дудку все пляшут как покорные овечки. Только вот со мной он не угадал. Я с ним ни за что не буду…

– У тебя десять минут, Лали. Пока я допиваю свой кофе, – он показал взглядом на чашку, стоящую перед ним. – Потом ты едешь в мой дом.

– Я не выйду за вас замуж! – я упрямо сжала губы.

– Разве я сказал, что хочу на тебе жениться, девочка? – скривил свои в ответ Шамиль. – В жены мне нужна была твоя сестра. А тебя я заберу просто так. Как игрушку.

Глава 2

Показать ему средний палец не позволило мне не только строгое воспитание. Но и собственная гордость.

Я же магистр уголовного права, как-никак! Я преподаватель!

Но хотелось безумно!

Потому что этот хам активно напрашивался. Отчаянно нарывался даже, как сказали бы мои студенты.

– Я весьма вам признательна за такую честь, – последнее слово я просто утопила в сарказме. – Но никак не горю желанием изображать послушную овечку на простынях вашей постели.

– Лали!

На возмущенные голоса родителей я уже не обращала внимания. Им же все равно на его отвратительное требование?

Ну, вот и мне…

Будет все равно.

– Ты немного не поняла меня, Лали, – Шах мягко улыбнулся. Раскатил мое имя на языке так, что у меня скулы свело. – Я ведь не спрашиваю твоего согласия. Я просто поставил тебя в известность. И да, твои минуты стремительно истекают. Как и мое терпение.

Нет, серьезно, можно уже ему средний палец продемонстрировать?

– Быстро собери ее, – коротко приказал отец маме.

Она послушно встала и подошла ко мне:

– Лали, идем.

– Я никуда не пойду! – отчеканила я.

Я даже не смотрела на нее. Мы фехтовались взглядами с Шахом и я отчетливо понимала, что проигрываю вчистую.

Столько силы я еще не встречала ни у одного человека!

Понятно, почему удрала сестра. Рядом с ним просто находится сложно. А уж вот так смотреть ему в глаза и возражать…

Я сдалась.

Вильнула взглядом в сторону. Почувствовав пальцы матери на руке, очнулась.

– Лали… Подчинись.

Шахтаров показательно громко отставил опустевшую чашку на блюдце. Хрупкий фарфор звякнул. Мне показалось, что звук был оглушительным, вонзился в сердце осколком.

Черт…

Неужели я проиграю?

Мозг подсказывал, что я уже проиграла. А сердце отчаянно кричало, что это невозможно. Это ненормально.

Это абсурд!

– Время вышло, Лали, – Шамиль Шахтаров поднялся. А за ним, как покорный слуга, подскочил и отец.

Я сжала пальцы в кулаки.

Могла бы, заскрипела бы зубами. Но настолько опозориться я себе позволить не могла.

И не убежать ведь! Я ему верила. Он размажет родительский бизнес. Раскатает по бревнышку.

И я останусь виновата в этом.

Да я уже крайняя! За все. В том числе и за побег безголовой Адели.

Нездоровая злость на родственников накатила удушливой волной. Да почему я-то? Неужели я должна отдуваться за всех? Как так получается?

Обида сдавила горло удавкой.

Шах шел ко мне, а я изо всех сил сдерживала слезы. Смотрела на его адскую усмешку, на довольное лицо. И жутко хотела убежать.

Спрятаться в своей комнате, зарыться головой под подушку.

И проснуться. Убедиться, что этого страшного вечера никогда не было! Что от меня не отказались родители. Что меня не продали как овцу ради выгоды и покровительства какого-то чужого человека.

Я с ужасом смотрела, как он остановился передо мной.

Поднял руку, дотронувшись пальцами до подбородка. Провел ими по щеке, словно проверял на нежность.

Слеза не удержалась.

Скатилась по щеке. Упала на мужские пальцы. Но Шах никак не прокомментировал это. В глубине черных глаз мелькнуло что-то похожее на удовлетворение.

Он медленно растер горячую каплю.

Мне показалось, что ему мое унижение было в кайф. Она наслаждался тем, что растаптывал меня при родственниках. Наслаждался своей властью над всей моей семьей.

И к этому монстру я должна уехать?

Разве никто не понимает, ЗАЧЕМ он меня забирает? Я же просто дань. Откуп. Девка для постельных забав, которая будет расплачиваться своим телом за грехи других.

Где же хваленая гордость и защита чеченских девушек? Проклятые позеры…

Сдавленный стон вырвался сквозь сжатые зубы.

Шахов приподнял иронично бровь:

– Лали? Хочешь мне что-то сказать?

– Д-да, – рвано выдохнула я. Меня трясло как в лихорадке. Но приходилось стоять. Держать спину. Если все перед ним сгибались, то я – не буду. – Хочу попросить.

– Проси, девочка, – усмешка тронула уголки его губ.

Надо же, смилостивился…

– Я хочу, – голос сорвался в рыдании, но я проглотила ком в горле. Набрала воздуха в грудь побольше. Мне просто надо успеть выговорить. – Я хочу попросить, чтобы ты не забыл.

– Лали, – предупреждающе вякнул откуда-то из-за спины Шаха отец.

Но ни я, ни Шах не оглянулись. Сейчас между нами никого не было.

Только мы вдвоем.

Это только наша война.

– О чем?

– Никогда не забывай, Шамиль, – прошипела я. – Никогда не забывай о том, что я тебя ненавижу.

Я слышала, что где-то сбоку вскрикнула от испуга мама. На грани сознания донесся взбешенный крик отца.

Но Шах даже не пошевелился.

Не дрогнула под его руками и я. Мы сцепились взглядами как звери. Могла бы я им убивать – от Шахтарова уже остался дымящийся труп. Но у него сжигать глазами получалось куда лучше.

И сейчас сгорала я.

От его силы. От тяжести, с которой он незримо давил на меня. Даже воздух рядом с ним становился густым. Никак не желал проникать в легкие. Хотя бы на долю секунды принести мне облегчение.

– Дерзкая, – его ладонь легла мне на шею.

Погладила незаметно. А потом ощутимо сдавила, перекрывая кислород окончательно.

Не обращая внимания на то, что мы не одни, Шах подтянул меня к себе.

Лицом к лицу.

Глаза в глаза.

– Тогда и ты не забывай, моя Лали. Если мне не подчиняются – я наказываю. А вот если наоборот – то… Тебе точно понравится. Еще будешь просить меня не останавливаться…

Глава 3

Охрана Шаха – цепные псы, а не люди!

Едва он бросил короткое: «В машину!», как меня скрутили и запихнули в роскошный черный джип.

Сам Шахтаров сел в другую машину.

Испугался, что я ему выцарапаю его наглые глазищи? А я ведь могла! Сопротивлялась как бешеная кошка. Но куда мне против здоровенных мужиков?

Только синяков сама себе понаставила на запястьях.

Всю дорогу я молчала. Что толку визжать, если главного виновника в машине нет? Охрана не решает. Предлагать им взятку? Просить отпустить?

Пфф…

Моей зарплаты точно на достойное подношение не хватит. Он им платит раза в два, наверное, больше, чем я зарабатываю.

А дальше все было кошмарно.

К дому Шаха приехала только наша машина. Куда и когда испарился сам хозяин – я не имела представления.

Меня проводили в отведенную комнату, пожелали доброго дня.

И нагло там заперли!

Звук ключа в замке я слышала совершенно точно. Значит, так, да?

Что ж…

Не знаю, зачем, но я быстро схватила дорогущий стул из красного дерева и подперла им ручку на двери.

Мне нужно было хотя бы немного времени в совершенном одиночестве.

Я подскочила к окнам. Они были высокие, с аркой наверху, и давали много света. Но для меня совершенно бесполезные. На каждом стояла решетка.

С этим вариантом тупик.

Но Адели же как-то сбежала отсюда!

И не просто сбежала, но и исчезла с радаров Шаха совершенно! Молодец сестричка, что могу сказать.

Зато в ловушке теперь я.

Я скрючилась у окна. Зажала голову руками. Черт, опять воздух куда-то исчез. Сердце колотится как бешеное. Паническая атака, что ли?

Дыши, Лали.

Надо просто продышать стресс. Потом мозги снова включатся. Ты же ученый, теоретик. Ты веришь в торжество разума, а не эмоций.

В дверь тихонько постучали. Почти поскреблись.

– Госпожа Лали? Это Мадина, горничная. Вы хотите чего-нибудь? Поесть? Чай?

Стиснув зубы, я молчала.

Девушка продолжала стучать, что-то говорить, но я уже не слушала её. Что она от меня хочет? Мне сейчас не до еды. Я никого сюда не пущу. Я как загнанный зверь, которому остаётся только драться.

Или хотя бы пытаться это сделать.

Телефон!

У меня же есть телефон! Аллах, спасибо тебе за платья с глубокими карманами и за то, что я додумалась его в этот самый карман положить перед ужином.

Гудки растянулись, будто бесконечность.

Когда я, наконец-то, услышала знакомый голос, я едва сдержала облегчённый вздох.

– Мама, забери меня отсюда! Ты слышишь? – голос дрожал, слёзы подступали к горлу, перекрывая дыхание. – Мама, он…

– Лали, – её голос был ровным. Даже слишком. – Что ты от меня хочешь? Ты же взрослая, возьми себя в руки, дочь! Рано или поздно всё равно пришлось бы выйти замуж. Как бы ты не сопротивлялась.

– Выйти замуж? – я задохнулась от её слов. – Он не собирается на мне жениться! Ты разве не слышала? Мама, он просто забрал меня, как вещь!

– Это не важно, – холодно ответила она. – Шамиль – человек серьёзный, с ним не пропадёшь. Да и что ты предлагаешь? Жить вечно одной? Тебе двадцать пять! Ты и так нас позорила своим ужасным отношением к жизни. Лучше Шамиль, чем никого или какой-то нищий оболтус.

Я застыла.

– Дочка, так будет лучше…

Каждое её слово било по нервам, как кнут.

Ей всё равно.

Моим родителям все равно. Я для них разменная монета в бизнесе. Не вышло с Адели, значит, пригожусь и я.

Я сбросила звонок.

Телефон выскользнул из ослабевших рук и глухо ударился об пол.

Я огляделась вокруг. Как будто пыталась найти тут какое-то спасение. Кто-нибудь… Кто-нибудь же должен мне помочь? Может, друзья?

Я лихорадочно подхватила телефон с дорогого пушистого ковра и стала пролистывать записную книгу. Нет. Не ему. Не ему. Не ей. Не…

Никого.

Только коллеги и студенты. Друзей нет.

Я сама от всех отдалилась. Всегда старалась быть самостоятельной. Всегда отгораживалась от чеченских традиций, потому что они казались мне варварскими.

И что теперь? Где эта сила, где самостоятельность?

Я села на кровать. Равнодушно отложила смартфон. Обхватила коленки руками, глядя в пустоту. Боль обволакивала плотным облаком, накрывала с головой. Как будто я сама себя закопала в этот угол, и теперь не могу выбраться.

Родители выбросили меня.

Как котенка на мороз.

Друзей нет. Никого нет. Я осталась совсем одна.

Сколько я так просидела – не знаю. Очнулась от хруста замка.

Ручка на двери повернулась, но она не поддалась. Стул там так и стоял.

– Лали, открой.

Его голос.

Я вздрогнула.

В комнате стало вдруг холодно.

Шахтаров говорил спокойно, но в каждом слове сквозила угроза. Новая волна злости накрыла меня с головой.

– Убирайся к черту! – крикнула я громко.

Словно пыталась перекричать свои страхи.

– Ты проиграл, Шах! Ты меня никогда не получишь!

Молчание.

Я даже удивилась. Прислушалась внимательно, но нет. Ни звука.

Тишина настолько глухая, что казалось, он ушёл.

Дверь с треском распахнулась. Шамиль выбил её одним ударом. Стул рухнул на пол, словно картонка.

Я подавилась собственным вдохом.

Он стоял в дверях как скала. Настолько здоровый, что его фигура заполнила собой всё пространство комнаты. Мне показалось, что стены сжались.

Холодный, спокойный взгляд.

Но от этого еще страшнее!

– Говоришь, я проиграл? – Шахтаров шагнул ко мне. – Что ж, девочка. Теперь твоя очередь проигрывать.

Глава 4

Я завопила так, что голос сорвался.

Страх облепил паутиной. Тело действовало просто на рефлексах. Убежать, спрятаться. Отдалиться от него максимально.

Я подскочила, запрыгнула на кровать прямо в туфлях.

Прижалась спиной к стене над изголовьем.

– Отвали, чудовище! – внутри все горело от отчаяния.

Схватив в панике лампу с тумбочки, швырнула в него. Естественно, неудачно. Удерживая мой снаряд, короткий провод натянулся, но вилка из розетки не выскочила. Нелепо дернувшись назад, прибор разбился вдребезги об пол.

Ярким мятым комком отлетел Шаху под ноги порвавшийся абажур.

– Твою мать!

Я зажала рот ладошкой.

Дура! Дура, Лали! Чего я этим добьюсь? Только разозлю его еще сильнее.

На спине выступила испарина от ужаса.

Шамиль стоял прямо передо мной и молчал. Ироничная улыбка доводила до бешенства. Как будто ему нравится, что я перед ним ору, оскорбляю, прыгаю как коза.

Целое представление!

Все это адски меня злило!

Он наслаждался моим страхом, моим бессилием.

– Псих! – с ненавистью выдохнула я. Сжала кулаки. Злость отчаянно искала выхода. – Нравится издеваться, да? Да ты больной!

Шамиль не ответил.

Дернул рывком покрывало, на котором я стояла, на себя. От удара затылком о стену меня спасло то, что я к ней прижималась. Но равновесие потеряла, конечно.

Взмахнула руками как тряпичная кукла. Настоящая игрушка! С диким визгом упала прямо ему в руки.

Замерла от испуга на мгновение, а потом…

Взвыла, заметалась. Попыталась вырваться из сильных рук. Колотила его кулаками по каменной груди. Пыталась кусаться, оцарапать. Хоть как-то освободиться.

Пока он не сдавил меня так, что я даже всхлипнуть могла с трудом.

– Отпусти меня-а, – захлебываясь слезами, шепотом кричала я. – Ты! Ты просто… Не смей!

Шах держал меня почти в объятиях.

И его взгляд…

Голодный, жадный. Я под ним замерла как испуганный зверек. Подавилась своим же вдохом. Голова закружилась, словно перед обмороком.

Он же сейчас может сделать со мной все, что угодно. Все, что ему захочется. А я просто раздавлена.

– Ты…

Тело расслабилось.

Сопротивляться я уже не могла. Шах завораживал меня одними только глазами.

Смотрел.

Изучал каждую деталь моего лица. Внимательно. Придирчиво. С затаенной страстью. Как будто человек, получивший в свои руки что-то очень важное, долгожданное. Давно желаемое.

Я чувствовала его взгляд физически.

Волоски на теле вставали дыбом.

И в его взгляде… Я как-то неожиданно это поняла. В нем сейчас не было ненависти. И презрения, которого я ждала, тоже не было.

Совсем.

Ни капельки.

Но ведь так быть не может!

Шевельнув пальцами, я накрыла его руку пальцами. Холодными, дрожащими. Сейчас я вся такой была.

Шамиль отвлекся. Посмотрел на мою руку. Лицо мужчины неуловимо изменилось. В глазах вспыхнул огонь.

Он прижался своими губами к моим.

Резко. Почти больно. Смял их, вынуждая подчиниться. Раздавил нежную плоть о зубы.

Я выдохнула стон ему в рот.

И он воспользовался им. Надавил на мой язык, разгладил его. Только это не чувственная ласка. Это принуждение. Давление.

Шамиль Шахтаров наглядно демонстрировал мне, кто тут хозяин и кто будет устанавливать правила. Показывал, что у меня против него нет никаких шансов.

А я, как замороженная, не могла ему сопротивляться.

Лежала в его объятиях. Принимала грубый, властный поцелуй. Поддавалась. Шестым женским чувством понимала, что у меня против него нет шансов. Если он захочет – он возьмет все, что ему причитается и даже больше.

Я презирала себя за это.

И отчаянно ненавидела его.

Но испытывала странное, противоестественное удовольствие от того, как он меня держал. Крепко, словно боялся отпустить.

Боялся потерять.

Аллах, да я тоже ненормальная! Это передается через слюну, что ли?

Я ухватилась крепче за его руки. Оттолкнуть? Или удержаться? Я застонала снова. Сама не поняла от чего. То ли от возмущения, то ли от удовольствия, которое травило мозг сумасшедшим ядом.

Но Шамиль отстранился сам.

Оставил на истерзанных губах тяжесть. Острые иголочки боли. Я облегченно вздохнула и опять расслабилась. В глазах темнело.

Мужские пальцы убрали с моего лица прядь волос.

Скользнули по скуле. Он словно продолжал меня изучать. Как будто сам привыкал к моему телу. К тому, что держит меня. А я сейчас ему полностью покоряюсь.

Не кричу.

Не дерусь, не пытаюсь ужалить словами посильнее.

К тому, как я сдаюсь перед ним.

Открыть глаза и посмотреть на него было для меня невозможно. Я боялась увидеть в темных глазах что-то, что заставит меня пасть еще сильнее.

Я не хочу!

Да, он сильнее физически. И он странно на меня влияет. Но я не хочу, чтобы он узнал об этом. Я просто не могу этого допустить.

Я не могу потерять свою гордость.

Она ценнее всего на свете.

Даже жизни.

– Какая охуенно вкусная девочка, – как будто через вату донесся до меня его голос.

Его грубость сводила с ума. Как можно одной фразой почти оскорбить и заставить опьянеть от удовольствия?

А потом он склонился ниже. К самому уху.

Обжег дыханием тонкую кожу. Заставил меня сжаться в комочек.

– Твоя сестра – клиническая идиотка. Но она сделала свой выбор. А вот что будет с тобой – будет зависеть только от тебя, Лали.

Иглы под ногти…

Шах сказал это так просто. Так легко.

А у меня кожу на затылке стянуло судорогой.

Тихо, вкладывая смысл в каждое слово, Шахтаров продолжил:

– Будь хорошей девочкой. Ты даже не представляешь, что поставлено на карту. Заслужи свою жизнь передо мной.

Глава 5

Шах исчез на два дня.

Просто ушел тем вечером, оставив меня лежать на смятой кровати. Бросил как ненужную куклу.

Его слова про игрушку каждый раз вызывали у меня нервный смех.

Точно. Я же игрушка!

Развлечение. Забава. Средство от скуки? Или от зуда в штанах тоже?

Но я была даже рада, что он ко мне не приходит. Сидела как перепуганный зверек в комнате. Разбитую дверь починили почти сразу же. И входила ко мне только Мадина.

Довольно приятная девушка.

Только удивительно равнодушная. Она не задавала вопросов. Почти не отвечала на мои. Приносила еду, спрашивала, не нужно ли еще что-то.

И уходила.

А я начинала выть от тоски. Перевела телефон в режим полета. Все равно звонить было некому. Я в отпуске, на работу пока не нужно. Оставалось только надеяться, что у меня получится как-то договориться с Шахтаровым.

Я прекрасно знала, что все можно решить и без моего участия. Даже если коллеги из колледжа начнут меня искать. Позвонят домой. Отец просто заплатит кому нужно и за меня напишут заявление на увольнение.

И все.

Лали Бекировна просто исчезнет со всех горизонтов.

То, что я отлично знала уголовный кодекс, никак мне не может помочь в войне с Шахом. Он просто может купить кого угодно.

Плакать от бессилия я уже не могла.

Мне срочно нужно было что-то делать. Как-то решать вопрос. Мне нужен был Шахтаров!

Потому что я – за переговоры!

– Госпожа Лали? – в комнату заглянула Мадина. – Хозяин едет домой. Приказал, чтобы вы были готовы. Он хочет видеть вас на ужине.

Приказал!

Я состроила противную рожицу. Хозяин!

Придушила бы.

– Ваши вещи я выстирала, они сушатся. Давайте подберем вам что-нибудь из того гардероба, что был здесь у вашей сестры?

– Давай, – я вздохнула.

Как будто у меня есть выбор.

Поговорить-то нам с Шахом надо. И лучше, если этот разговор состоится не здесь, не в моей спальне.

А потом я поняла, что выбора действительно нет.

Растерянно перебирала платья, что висели во встроенных шкафах гардеробной. И ужасалась. Это что вообще? Это он для Адели покупал?

Как можно носить такое?

Вызывающие декольте. Длинные, почти до паха разрезы. Он будущую жену одевал или шлюшку?

– Я это не надену, – отрезала я.

Отступила назад, сложила руки на груди.

– Но хозяин, – робко начала Мадина.

– Слушай! – я почти вцепилась ей в плечо. – Ты же приличная девушка! Есть у тебя лишнее платье? Ты же тоже сорок второй носишь?

Девушка испуганно замерла.

Я почти услышала, как в ее голове крутятся шестеренки размышления.

– Мадина, мне очень нужно нормальное платье! – надавила я на нее. – Ты же сама видишь, как в этом можно выйти вообще? Мадина, пожалуйста!

Умоляюще сложив ладошки, я смотрела на нее жалобно-жалобно.

Ну, неужели она сама не видит, что это не одежда, а позорище? Может быть, перед мужем наедине такое и можно надеть. Но Шах мне не муж!

Так что пусть даже не надеется меня в подобном увидеть.

– Я… Не знаю. Хозяин, наверное, не одобрит.

– Я заплачу! – быстро накидывала я служанке преимуществ. – Хочешь, заплачу в два раза больше. Сколько твое платье стоит? Хочешь? Я могу! Смотри, вот. На карточку тебе переведу и все!

Я схватила телефон с тумбочки у кровати и включила аппарат.

В глазах девушки мелькнуло что-то вроде сочувствия. Она смущенно потерла ладошки друг о друга, а потом все же решилась.

– У меня есть одно платье. Я его не надевала еще даже. Но я не уверена, что хозяину эта идея…

– Ну, пожа-алуйста! – взмолилась я. Ну, что мне еще ей пообещать? – Ты же сама видишь эти тряпки! Ты бы такое надела?

Она вздохнула.

– Ладно. Я вам принесу это платье. Но, если что…

– Я тебя ни в коем случае не сдам! – торжественно пообещала я. – Скажу, что нашла его в самом дальнем ящике в шкафу. А как оно там оказалось – не знаю!

Мадина вышла и через несколько минут вернулась с аккуратно сложенным платьем в руках.

Красивущим!

Плотная, но легкая ткань темно-изумрудного цвета. Юбка в пол и длинные рукава.

То, что надо!

– Хозяин нас убьет! – мучительно простонала служанка, пока я переодевалась в гардеробной.

– Не убьет! – веселилась я. – А если и убьет, так хоть в приличной одежде! Стыдно не будет!

Ткань оказалась мягкой, приятной на ощупь. Нежно скользила по коже. Платье село идеально! Словно на меня шили.

Выскочив обратно в спальню, я оглядела себя в зеркале. И невольно улыбнулась.

Красота!

Даже покружилась неожиданно. Юбка послушно взлетела широкими крупными волнами.

– Ой! – Мадина прижала руки к груди. – Вам очень идет, госпожа Лали. Хозяину точно понравится, как вы в нем выглядите!

Улыбка испарилась.

Пропала, как и воздушный колокол из ткани.

Вот зачем она это сказала? Я наряжалась не для него!

Радость от великолепной вещи тут же сменилась уже привычной тяжестью в груди. В горле встал комок.

– Это не для Шахтарова, – я отвернулась от служанки. Одернула наряд, выпрямила спину. – Нам уже пора, да?

– Да.

Она уловила мое настроение. Нахмурилась. А я почувствовала себя неловко. Девчонка-то тут при чем?

Я медленно подошла к двери, взялась за ручку.

Хватит в облаках витать.

Нужно хорошенько подумать, как мне вести себя на этом непонятном ужине. Где он был эти два дня? И кого везет?

Сложно будет точно. Шамиль явно не тот человек, который будет слушать разумные аргументы.

А я…

У меня нет выбора, да.

– Мадина, а что это за гости? И зачем им там я?

– Хозяин везет свою женщину. Наверное, хочет вас познакомить.

Глава 6

Странно, как на скрип моих зубов еще весь дом не сбежался?

Я шла по коридору за Мадиной и тонула в злости.

Значит, Шахтаров желает меня познакомить со своей женщиной? Интер-ресно…

Классный трюк!

Еще раз мне продемонстрировать, что я никто. Просто объект. Черт знает для каких целей. Хотя, нет. Цели-то свои он еще в доме родителей озвучил. Только вот с реализацией подзадержался на мое счастье.

Хочешь победить врага – пойми его.

Нас так учили в институте. Но как понять Шаха? Я или тупая, или… Чего он добивается, он же почти не разговаривает со мной.

Как же это бесит!

Так. Потерпи, Лали. Может быть, сегодня получится хоть что-то узнать. Хотя бы определить вектор, как дальше действовать.

Только терпеть невыносимо уже!

Я с шумом выдохнула.

Каждый шаг давался с невыносимым трудом. Сердце от бешенства билось в горле, перекрывая воздух.

Паничка!

Я заскользила взглядом по окнам, чтобы хоть как-то себя отвлечь. Раздышаться, вернуть себе ясную голову.

Черт!

Решеток на окнах нет!

Мысли сорвались вихрем. Они есть только в моей комнате! Я там словно в клетке, а тут… Всё открыто!

Ноги стали ватными от неожиданности.

Шанс.

Шанс есть. Он точно есть! Вот же он! Главное, ввязаться в драку, а там разберемся.

– Мадина, – я позвала девушку севшим от волнения голосом. – Мадина, мне в туалет надо!

– Что, прямо сейчас? – она остановилась в замешательстве.

– Ага, – я для убедительности прижала руку к животу. – Очень надо! Кишечник расстроился, видимо.

Она нахмурилась, но махнула рукой:

– Там, за углом налево. Первая дверь. Но это гостевой…

– Да плевать! – не слишком любезно ответила я, устремляясь в нужно направлении.

Аллах, как хорошо, что мы сейчас на первом этаже!

– Только поторопитесь, госпожа Лали! Хозяин уже вот-вот подъедет!

Обойдется твой любимый хозяин.

Я пролетела по коридору как ветер. Только платье позади развевалось. Должно получиться! Должно! Иначе и быть не может!

Рванув нужную дверь, я заскочила в уборную.

Захлопнула за собой дверь и тут же заперлась. Подергала для надежности. Нет, все отлично работает. Ко мне никто не войдет.

Если только выбить, как в прошлый раз.

Внутри все тряслось от озлобленного возбуждения. Я огляделась. Ага. Окно имеется. Небольшое и высоко, но мне хватит. У нас тоже в гостевом туалете такое есть для вентиляции.

И, да.

Без решеток.

Голова закружилась. Чтобы справиться с дрожью, пришлось несколько раз глубоко вдохнуть и выдохнуть.

Возможное спасение – вот оно. Не тупи, Лали.

Не время.

Я подтащила под оконную раму корзину для отходов. Открыла створку. В лицо ударил чистый воздух.

Чертово платье!

Для таких действий подошло бы одно из тех развратных, которые висят в шкафу. Но кто ж знал?

Балансируя на шаткой подставке, я нагнулась. Скрутила юбку жгутом. Зажимая кончик, обвила его вокруг бедер. Опасно, конечно. Зацеплюсь, повисну вниз головой.

Порадую всех видом своей задницы в белье.

Ай, ладно. Позориться, так уж до конца!

Подтягивая себя руками, я легла грудью на оконную раму. Огляделась – тишина. Никого нет. Судя по всему, это боковая сторона дома. В метре от него высажены плотные кусты.

Повезло, так повезло!

Стараясь не шуметь, предельно осторожно, я подпрыгнула и вытолкнула тело наружу. Ухватилась за водосточную трубу поблизости и вытянула из окна ноги.

Спрыгнула на землю и сразу же присела.

В ушах бухало взбесившейся кровью. Руки дрожали так, что в кулак пальцы сжать было невозможно. Я кое-как распутала узел на платье.

Спокойно, Лали. Спокойно.

Вытерев потные грязные ладошки о платье, я прислушалась. Где-то слышались мужские голоса, но я никого не видела. Охрана, наверное.

Аллах, если они меня увидят…

Мне конец.

Почти повизгивая от страха, я тихонько пошла вдоль стены дома. Как по минному полю. Казалось, парила над землей, а не шла.

Голоса охранников стали ближе.

От испуга я присела, закрывая голову руками. Плевать, что это неразумно. Не будут же они в меня стрелять, в самом деле!

Но в тот момент…

Совсем рядом, за углом, хлопнула дверца автомобиля. Тяжелые мужские шаги стали отдаляться. И я осмелилась.

Выглянула осторожно.

Прямо передо мной, задним бампером в мою сторону, стояла машина.

Чистенькая. Блестящая.

Мне показалось, что сзади что-то спросили и я, не думая, что творю, одним прыжком подскочила к водительской двери. Рванула ее на себя и просто упала внутрь. Подтянула широкую юбку, и медленно притянула дверь за собой до щелчка.

Съежилась на сиденье от страха.

Перед глазами мелькали разноцветные мушки от ужаса.

Что я творю? Он меня поймает и…

Накажет.

И вряд ли мне это понравится…

Не тормози, Лали! Поздно уже бояться, когда начала что-то делать!

В замке машины качались ключи. Водить я умела, права получила сразу после школы. Сама, без папиных денег и договоренностей. От чего получила тогда строгий выговор, что девушка должна сидеть и ждать, пока ей принесут. А не лезть вперед самой, когда захочется.

Пф…

Так можно всю жизнь просидеть!

Я внимательно осмотрела двор перед домом. Никого. Значит, Шамиль еще не приехал. Но ворота открыты, его ждут.

А меня пусть не ждут!

Я завела двигатель. Он раскрутился с громким ревом. Звук показался оглушительным, но терять уже было нечего. Я включила передачу и ударила по педали.

Летняя резина взвизгнула на бетонных плитках.

Двор.

Ворота.

Улица какого-то поселка. Высоченные заборы и крыши за ними. Картинка перед глазами сливалась в единое целое.

Черт, где я? Я же тут ничего не знаю!

Ладони скользили по рулю от пота. Я вцепилась в него пальцами и пригнулась ниже.

Плевать! Плевать!

Лишь бы подальше от проклятого дома. Подальше от Шаха.

Перед небольшим перекрестком я утопила газ в пол. Ярким красным пятном слева мелькнула другая машина.

Я просто не успела среагировать.

От удара в левый борт меня отбросило на дверь. Врезавшись виском в стекло, вскрикнула. Руки разжались, отпустили управление.

Ремень…

Я не пристегнула ремень…

Мир закружился как будто в фильме. По щеке потекла горячая струйка.

Вокруг кто-то кричал. Метались какие-то тени. Дверь со скрежетом распахнулась и я выпала кому-то на руки.

– Лали?!

В черных глазах Шаха плескался страх, а позади него…

Адели?

Глава 7

Меня касались чужие руки.

Сильными, уверенными прикосновениями. Растерли кожу на руке.

Я слабо застонала. Чувство острой иглы, воткнувшейся в тело, ни с чем не перепутаешь.

– Спокойно, Лали. Потерпи.

Шамиль?!

Я распахнула веки.

Мир моментально закружился, пришел в движение. Заставил желудок встать с ног на голову.

Стон сам собой вырвался из груди.

– Тише, девочка. Сейчас легче станет.

Я поморщилась. Какое уж тут легче? Кажется, что рвота уже в глотке стоит.

– Что ты, – я сделала несколько быстрых глотков. – Что ты делаешь?

– Исправляю то, что ты с собой натворила.

От его сухого тона мне стало не по себе.

Злится, что ли?

Ну, я бы тоже злилась, наверное. Я ж ему тачку разбила. И ту, вторую… Тоже моя вина.

Голова была тяжелой-тяжелой.

Кое-как повернув ее набок, я осмотрелась. Рядом с кроватью стоял столик. Шприцы, бутылки с каким-то лекарствами. Ампулы.

Ой, а мы что, в доктора играем?

Что-то мне это все не нравится. Я попыталась пошевелиться, но даже руку поднять не смогла. Ничего себе меня приложило.

Похоже, ролевая игра провалится…

– С чего это ты вдруг меня лечишь? – недоверчиво прищурилась я.

Только сейчас дошло, что в сгибе локтя торчит медицинский катетер.

Ой, мама!

А я ведь даже вскочить и удрать не могу. Лежу как колода.

– Тебя что-то смущает? – мужские губы тронула улыбка.

Шахтаров бросил мне насмешливый взгляд, а сам продолжил набирать в шприц какое-то лекарство.

– Вдруг ты решил меня убить особо изощренным способом?

Он коротко расхохотался.

А смех у него красивый. Мне такой нравится у мужчин. Гортанный, сдержанный, но в то же время… Сочный.

Я улыбнулась в ответ против воли.

Невозможно на человека злится, когда он так смеется.

– У тебя слишком живое воображение, Лали, – точными щелчками он постучал по шприцу, сбивая пузырьки воздуха. – Я врач. Ну, почти. Бросил мединститут прямо перед защитой диплома. Но знания из головы так просто не вытравишь. Да и пригождались они в жизни не раз.

– Врач?

Всесильный Шахтаров на самом деле врач?

Что-то не вяжется вообще. А как же «не навреди» и все такое? У него явно с этим проблемы.

– Почему просто не вызвать нормального врача? Может, мне и не нужно никакое лечение? С чего ты взял?

Я даже лежала с трудом, но противный характер никак не позволял мне сдаться. Спокойно принять свою долю, и покориться этому мужчине было выше моих сил.

Шамиль изменился.

Улыбка пропала. Заострились скулы. Даже воздух как будто стал плотнее вокруг нас.

– Потому что, девочка, если я вызову врача, мне придется оповестить твоих родителей. Ты хочешь, чтобы они примчались проверить как тут их любимая дочурка? Чтобы узнали, что ты тоже пыталась сбежать?

Вот уж нет!

У меня от такого предложения глаза стали как у совенка.

Не хочу. После того, как они от меня отказались – совсем не хочу.

– Поэтому лежи и молчи, – он воткнул носик шприца в катетер и медленно ввел прохладное лекарство мне в вену. – Если твой папочка узнает, что ты натворила, он вряд ли будет доволен. А главное, как ты пыталась это сделать…

Мои щеки мгновенно вспыхнули.

В памяти всплыл момент, как я, словно дура, лезла через окно туалета. Да уж. План оказался провальным. Теперь всё, что я сделала, казалось таким глупым и детским.

Закусив губу, я отвернулась.

Лишь бы только не чувствовать его взгляд на себе. Отчего-то стыдно стало до смерти.

– И что ты теперь со мной сделаешь? – выдавила я, пытаясь проглотить унижение.

Шамиль вздохнул и слегка покачал головой.

Устал уже от моих вопросов?

– Лали, я думаю, сейчас не время обсуждать этот вопрос.

– Почему это? – а чего он?

Мне шевелиться трудно, но язык-то у меня вполне нормально работает.

– Я предпочитаю общаться с людьми на серьезные темы, когда они находятся в адекватном состоянии. А не с давлением как у полутрупа.

Я закипела.

Как он умудряется постоянно выводить меня из себя? Даже когда разговаривает вот так, абсолютно спокойно?

Я сжала зубы, пытаясь сдержать гнев, но внутри всё клокотало. В голове крутились ответы, один острее другого. Но строгий взгляд Шамиля держал мой рот на замке.

– Терпи, – приказал он. – Может накатить слабость.

Быстро ввел еще какую-то жидкость через катетер.

Фух… Тело обдало жаром. Кожа моментально покрылась испариной. А потом я превратилась в желейку.

– Тебе надо поспать, Лали, – Шамиль отодвинул столик от кровати. – У тебя легкое сотрясение. Сон тебе сейчас точно не повредит.

Голова легонько закружилась. Он мне снотворное, что ли вколол?

Я заморгала, пытаясь удержаться на плаву, но веки становились всё тяжелее. Погружаясь в мутную, душную пелену, мысли растекались.

Но тут в голове всплыла картинка.

Девушка за его спиной.

Я видела её, точно видела. Девушка с чертами, которые я не могла спутать ни с кем другим.

Но как? Откуда?

– Адели? – выдохнула я, едва двигая губами. – Это она была с тобой? Да?

Шамиль медленно наклонился к моему лицу. В черных глазах можно было утонуть. Они притягивали. Обещали такое, чего никто мне дать бы не смог.

И это злило.

Я слабо растянула губы в презрительной усмешке.

А Шамиль посмотрел на меня так, словно обрадовался вопросу.

– Ты очень внимательная девушка, Лали, – произнёс он с лёгкой усмешкой. – Но порой не замечаешь под носом очевидного. И это меня разочаровывает.

– Ты… Меня… Тоже…, – комната погружалась в темноту.

– Тогда поправляйся скорее, моя Лали. Тебе нужны силы, – губы ощутили слабый поцелуй. – Завтра я разочарую тебя еще сильнее.

Глава 8

– В общем, извини!

Я нервно ломала пальцы, сцепив руки за спиной.

Стою тут перед ним как школьница. Оправдываюсь за разбитую тачку. Отсвечиваю чудным фиолетовым синяком на треть лба.

Шамиль сидел за столом в своем кабинете и смотрел на меня.

Постукивал пальцами по крепко сжатым губам и молчал.

Он же меня вроде бы поцеловал вчера опять? Или мне приснилось? Жалко, если только приснилось. Мне понравилось.

Да, блин!

Почему у меня стойкое впечатление, что он изо всех сил старается не захохотать? Опять издевается надо мной, паразит.

– Лали, не стоит так нервничать, – Шах, наконец-то, соизволил ответить. Выжал из меня предварительно полностью все оправдание, правда. Зараза такая. – Ты себя хорошо чувствуешь? Может, папе позвоним? Приедет, навес…

– Не надо папе! – я почти подпрыгнула.

Приедет он навестить, как же.

Опять будет рычать, что я уже старая, но безголовая. Платить за разбитую мной машину ему точно не захочется, он же патологически жадный.

Кстати, о птичках…

Я подняла глаза к потолку:

– Насчет ущерба. Я готова возместить тебе деньги за ремонт машины.

Аллах, дай мне, чтоб она стоила не десять миллионов и даже не десять. Я же бюджетник, откуда у меня такие деньги?

– Нда? – шамиль даже заинтересовался. – И каким образом ты хочешь это сделать?

– Ну, каким, – я растерялась. – Возьму кредит. Потихоньку буду отдавать с зарплаты…

– С какой зарплаты, Лали?

Упс…

Я же взаперти. Точно.

Самое важное-то я и забыла. У меня же теперь нет доступа к работе.

– Шамиль! – я посмотрела прямо в темные глаза.

Ехидна в его обличии изобразила живейшее внимание.

– Что ты собираешься со мной делать?

Пальцы подрагивали от нервов. Но спросить уже точно было надо. Сейчас он вроде бы отлично идет на контакт. Надо пользоваться возможностью, пока есть время.

– Пф, – он развел ладонями. – Все, что захочу.

Черт.

Зря я спросила.

– Тебе что, нравится принуждать женщин?

– Нет, Лали, – он откинулся на спинку дорогого кресла. Осмотрел меня внимательно с головы до ног. Я даже невольно покраснела. Опять этот его раздевающий взгляд. – Мне нравится получать то, что я хочу. Быстро и без ненужного фарса и уговоров. Только и всего.

Теперь уже фыркнула я.

Интересная формулировка. Удобная очень.

– В нашем с тобой случае это называется абьюз и принуждение.

Шамиль Шахтаров вдруг встал. Вышел из-за стола, обошел его. И остановился передо мной. Навалился на тот же стол, засунул руки в карманы брюк.

До меня долетел запах его туалетной воды.

Вкусная…

Да и выглядит он сегодня, конечно, круто. Свежий, чистенький. Не то, что я.

– В нашем с тобой случае, Лали, это называется взаимовыгодное сотрудничество.

Чего?!

Он что, серьезно?

Я смотрела в темные глаза и пыталась найти там хоть какой-то намек на усмешку. Он так шутит, что ли?

Какое, к черту сотрудничество? Да еще и взаимовыгодное?

Он же бизнесмен!

Во всяком случае, официально. Хоть какие-то знания в экономике у него должны быть, ну!

– Шамиль, в случае взаимовыгодного, – я кипела от возмущения и последнее слово выделила особенно, – сотрудничества, выгоду от него должны получать обе стороны! Обе, понимаешь? Они обе принимают участие в процессе и обе должны с этого что-то иметь. А со мной пока никто и ничего не обсуждал! Меня силой в твой дом притащили.

Он улыбался.

Я взрывалась внутри как фейерверк, а этот гад лыбился во все свои прекрасные, белоснежные зубы.

Я поджала губы.

Он так и будет молчать. Я же скоро сгорю под его взглядом. Руки не знаю, куда деть. Хоть убегай, честное слово.

Но я себе такого не позволю.

Гордость превыше всего.

– Что ж. Давай обсудим. Наше с тобой личное взаимовыгодное сотрудничество.

Так. Стоп.

А до этого мы какое обсуждали?

Ааааа.... Так это он про отца. Он помогает ему в бизнесе, а взамен получает меня. Вот он о чем.

Так это не Шахтаров глупый. Это я туплю как консервная банка.

Я уже раскрыла рот, но он договорил:

– Только сразу предупреждаю, Лали. Домой ты не вернешься. Учти это сразу. Ты останешься здесь. Со мной.

От его бархатного тона у меня внутренности скрутились в узел.

С ним?

Все черти ада… Как же я не подумала об этом раньше? Если я останусь с ним…как женщина… Он же узнает. Все поймет.

И тогда… Тогда я вообще не знаю, что будет.

– Лали?

– Я, – я кашлянула. В горле встал комок от собственных мыслей. – Мне нужно забрать свои вещи из родительского дома. Мою одежду. Мой ноутбук. Мои книги. И я не хочу сидеть под замком. Я хочу относительно свободную жизнь хотя бы! Снова вернуться на работу, когда закончится отпуск. Меня ждут студенты, а мне нравится преподавать. А эти твои решетки на окнах…

Я совершенно честно вздрогнула.

Возвращаться в свою спальню, где даже дышать было сложно, мне не хотелось вообще.

– Хорошие требования, – Шамиль на несколько минут задумался, прежде чем мне ответить. – А что взамен?

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.