# Eclipse: Зеркальные судьбы

Dwordel

Вторая часть саги Eclipse, продолжающая историю Ёидзокуми Хинаты. Эклипс потеряна, а судьба героев находится в руках неизвестной ими ранее могущественной сущности, о которой Ёидзокуми Хината и её товарищи узнают от нового союзника, прибывшего из-за океана. Теперь их задача состоит в том, чтобы вернуть книгу и сохранить свою жизнь, предотвратив начало таинственного ритуала.

Eclipce

Том II

Зеркальные судьбы.


## Глава 1. ‘Til We Die + Bad Blood


Моё имя – Оливер Элден. Это моё настоящее имя. Однако с рождения я носил другое имя, а о настоящем узнал лишь недавно. Моя история началась в Канаде, когда в больницу города Квебек на скорой привезли беременную женщину, у которой едва отошли воды. Кто-то из прохожих вызвал скорую в парк, увидев, что даме примерно тридцати лет стало плохо. По приезде скорой врачи узнали, что она рожает, и тут же доставили будущую мать в больницу. К несчастью, едва добравшись до больницы, женщина потеряла сознание и больше не пришла в себя.

– Скорее, нужно довести пациентку до родильной палаты! – фельдшер вытащил каталку с беременной женщиной без сознания, передавая её дежурному врачу. – Пульс слабый, есть риск потерять плод!

Врачи быстро довезли роженицу до палаты, пытаясь привести её в чувство. К сожалению, они поняли, что пациентку спасти не удастся, поэтому решили сохранить хотя бы её ребёнка. Тужиться она не могла, поэтому акушерам пришлось прибегнуть к кесареву сечению, чтобы достать плод. Операция завершилась относительным успехом: женщина погибла, но ребёнок родился абсолютно здоровым.

– Запишите время смерти… – тяжело вздохнул врач, принимавший роды, держа на руках ребёнка. – Восемь сорок девять после полудня, четырнадцатое февраля тысяча девятьсот девяносто восьмого года. Эту же дату впишите в свидетельство о рождении. На этом всё.

После этих слов врач шлёпнул малыша по ягодицам, и тот громко закричал, начав дышать. Этим ребёнком был я, а погибшая – моя родная мать, которую я так и не сумел узнать. Говорят, что дети, рождённые при помощи кесарева сечения, чувствуют меньшую привязанность к матерям. Вероятно, поэтому я не ощущал печали из-за её смерти в день своего рождения. Я даже не знал её имени, ведь при ней не было никаких документов. Поэтому, родившись в Канаде, я получил гражданство этой страны. Забавно, что я так подробно помню момент своего рождения, ведь однажды мне приснился сон об этом. Через некоторое время меня забрали приёмные родители. Это была семья Гарольда и Марты Грейс, постоянные участники программы опекунства, то есть люди, которые всегда принимали в свою семью новорождённых детей и воспитывали их как собственных. Узнав о моём рождении, они тут же приняли решение забрать меня к себе. Помимо меня, у Гарольда и Марты были и другие приёмные дети, но своих детей у них не было. Хотя несчастными их нельзя было назвать: они безумно любили каждого воспитанника.

– Посмотри на этого милашку, Гарольд! Неужели такого малыша могли оставить? – Марта с огнём в глазах смотрела на ребёнка, тянущего к ней ручки из капсулы для новорождённых, а молчаливый Гарольд тепло улыбался, обнимая жену. – У него уже есть имя, доктор?

– Его мать погибла при родах, поэтому некому было назвать его, – врач пожал плечами, не желая брать на себя ответственность за имя для новорождённого. – Если подпишете бумаги об усыновлении, можете сами вписать любое имя в свидетельство о рождении.

– Я займусь бумагами, дорогая, – Гарольд забрал документы у врача, надел очки и вытащил из кармана ручку. – Подумай, какое имя подойдёт нашему мальчику.

– Я хочу назвать его Оливер! – Марта взяла малыша на руки, играя пальцами перед его сонным личиком. – Что думаешь, дорогой?

Так я и получил своё имя. Именно Марта назвала меня моим настоящим именем, став для меня матерью. А потом я очутился в доме своей приёмной семьи. Помимо меня, у Марты и Гарольда было уже двое детей, которых также усыновили. Мой старший брат Тимми был первым ребёнком, обретшим семью, когда молодые родители отчаялись в попытках зачать собственного. Они всегда хотели иметь много детей, поэтому после сына Марта и Гарольд удочерили мою сестру Эмбер. И даже на мне они не собирались останавливаться. На момент, когда мне исполнилось одиннадцать, в нашей семье появилось ещё четыре ребёнка. Такой была наша большая семья Грейс. Самый старший – Тимми, несмотря на свое азиатское происхождение, вопреки стереотипам, никогда не был гением математики. Моя старшая сестра Эмбер с детства была полна энергии, постоянно летала по дому, но с возрастом начала летать в основном в облаках. Следующим ребёнком был я, Оливер. После меня, Марта и Гарольд взяли под опеку сразу двух детей: близнецов Ноэль и Фишера. Хотя они и были очень похожи внешне, но на деле являлись абсолютно разными личностями, начиная с пола, ведь были девочкой и мальчиком. Затем появилась моя младшая сестрёнка Барбара – прирождённая певица. Даже сидя за столом во время обеда, она постоянно напевала что-то с набитым ртом. Самым младшим из нас был малыш Бен. Марта и Гарольд – люди без предрассудков и стереотипов, поэтому малыш Бен был темнокожим ребёнком, вероятно, африканского происхождения. Я даже не знаю, стали бы мои приёмные родители заводить столько детей, будь у них возможность иметь своих, или остановились бы на парочке. Тем не менее, нам всегда было хорошо одной большой семьей. Мы были настолько близки, что я даже мог различить то, как бьётся сердце каждого члена моей семьи.


> Семья Грейсов (слева направо): Гарольд, малыш Бен, Марта, Ноэль и Фишер, Тимоти, Барбара, Эмбер.


– Барбара, милая, пожалуйста, прожуй, прежде чем, продолжать петь! Мы и так знаем, как хорошо у тебя выходит! – Марта потрепала юную Барбару по волосам, после чего, продолжила накладывать толчёную картошку остальным детям за столом, – Всем приятного аппетита!

– И тебе, мама! – хором ответили дети за столом, после чего принялись уплетать жареную курицу с картошкой.

Обедая вместе с моей большой семьёй, я видел, как с любовью бьются их сердца. И, говоря об этом, я не выражаюсь образно, ведь я и правда буквально видел это. Но всю свою жизнь я не придавал этому особого значения, думая, что так может каждый. Когда я говорил об этом матери или отцу, они лишь по-доброму смеялись и гладили меня по голове, думая, что я таким образом выражаю свою любовь к ним. Но один случай однажды изменил моё представление об этой особенности. Мы жили в большом доме, где каждый ребенок имел собственную комнату, ведь родители были довольно обеспеченными людьми. Мой приёмный отец, Гарольд, был успешным банкиром в крупной компании. Несмотря на то, что все дети жили по разным комнатам, даже близнецы Ноэль и Фишер, я делил комнату с малышом Беном, ведь очень любил этого активного сорванца и сам уговорил родителей поселить его со мной. Марта и Гарольд с радостью согласились, ведь считали, что связь между детьми очень важна, да и к тому же, им самим тоже нужно было отдыхать. Так вот, когда я сидел с малышом Беном, параллельно читая книгу, Марта зашла в мою комнату, чтобы протереть пыль на полках. Хотя я и сам мог бы прибраться у себя, она была очень заботливой матерью, а работа по дому была её основным досугом, пока Гарольд был на работе.

– Не отвлекайся, Оливер, я только пыль протру! – Марта тихо зашла в комнату с тряпкой в руках и поцеловала в лоб прыгающего в манеже малыша Бена, – Откуда же в тебе столько энергии, малыш Бен?

Взглянув на увлечённую уборкой Марту, я заметил, что её сердцебиение стало слабее, чем обычно. Меня крайне насторожило это наблюдение, хотя она сама не подавала вида и выглядела спокойно и расслабленно, как и всегда.

– Мам, ты хорошо себя чувствуешь? – взволнованно спросил я, отложив книгу в сторону.

– Что ты, Оливер? Я полна сил, тебе не о чем волноваться! – Марта тепло улыбнулась, но её сердце не билось в привычном ритме.

Хотя Марта и звучала довольно убедительно, я не мог оставить без внимания её замедленное сердцебиение. Тихонько выбравшись из комнаты, я добрался до телефона на стене в гостиной и позвонил в скорую, на всякий случай сообщив о своих опасениях. А вернувшись обратно в комнату, я увидел, что Марта лежала на полу без сознания, а малыш Бен громко плакал, испугавшись громкого звука от падения. Скорая приехала быстро, и врачи успели вовремя оказать первую помощь потерявшей сознание Марте, благодаря моему звонку.

– Молодец, парень! – врач с благодарностью пожал мне руку, узнав о том, что я позвонил им, – Благодаря тому, что ты вовремя сообщил нам о происшествии, с твоей мамой всё в порядке!

– Пустяки! Я просто услышал, что её сердце начало биться медленнее обычного, и решил заранее позвонить вам! – тогда меня переполняла гордость, я чувствовал себя настоящим героем, когда спас жизнь своей приёмной матери.

– Хорошо, что ты регулярно проверяешь пульс своей матери, – врач улыбнулся, явно не понимая, что я имел ввиду, – Интересуешься медициной? Хочешь стать врачом, когда вырастешь?

– Не знаю, – я неуверенно пожал плечами, ведь врачом мне быть не хотелось, – Я просто всегда слышу, как бьются сердца других людей!

– Слышишь? – врач недоверчиво поднял бровь, – Имеешь ввиду на расстоянии?

– Да, я ваше сердце сейчас слышу! – я не понимал, почему врач сомневается в моих способностях.

Видя сомнение в глазах доктора, я решил доказать ему, что говорю правду. Тогда я в точности настучал ритм биения его сердца по своей коленке. После этого врач переменился в лице, крайне удивившись моим способностям. Этот случай и заставил меня задуматься, что моя способность – нечто особенное. Вечером того же дня я пересекся со своей старшей сестрой Эмбер и решил убедиться в своих догадках.

– Слушай, Эмбер, а ты слышишь, как бьётся моё сердце? – мой странный вопрос явно смутил сестру.

– А? Что ты имеешь ввиду? – Эмбер с удивлением вытащила из уха наушник и приложила голову к моей груди, чтобы послушать сердце, – Кажется, с тобой всё в порядке… Ты не заболел?

– Да нет, я просто слышу, как ваши сердца бьются… – в тот момент мне казалось, что я выгляжу очень глупо, говоря об этом, – Ты разве не слышишь? Ну, на расстоянии…

– Да ну тебя, Оливер! – Эмбер обиженно отмахнулась, думая, что я её разыгрываю, – Я-то думала, с тобой случилось что-то!

Тогда я окончательно убедился в том, что лишь я один обладаю этой необычной способностью. Засыпая в ту ночь дома, я даже через стены слышал, как бьются сердца моих сводных братьев и сестёр, хотя раньше меня никогда это не беспокоило. Я решил узнать об этом побольше, ведь мысль о моей особенности не давала мне покоя. Много дней я провел в городской библиотеке, листая книги о разных генетических заболеваниях и медицинских особенностях. К сожалению, это не дало мне никакого результата, а когда книги по медицине закончились, я решил обратиться к мифологии. Тогда я узнал о том, что в шестнадцатом веке якобы существовала группировка людей, охотившихся за нечистью, а именно за вампирами. Сперва я подумал, что это бред, ведь вампиров не существует. Однако, один миф вызвал у меня некоторые сомнения, по поводу вымысла этих историй. Много веков лидерами подобных группировок были члены семейства Элден, способные слышать сердцебиение. Все они были потомками первого охотника на вампиров – Альберта Элдена. Удивительная особенность наследовалась лишь по мужской линии, поэтому, чтобы продолжить свой род, Элдены обязательно заводили сына, который продолжал традицию. Способность слышать сердцебиение помогала потомкам первого охотника выслеживать кровососов, у которых не было пульса. Мужчины из семейства Элден много веков вели войну с вампирами, однако, в той книге не было информации о том, кто все-таки одержал победу, ведь последний потомок первого охотника бесследно исчез. Когда я прочитал эту книгу, я всерьез задумался о том, что я вполне мог бы быть последним потомком Альберта Элдена, учитывая мою удивительную особенность. С тех пор я решил выяснить все об этом загадочном семействе охотников на вампиров. Я узнал, что корни семьи Элден выходили из Бельгии, поэтому я твердо решил, что накоплю денег и отправлюсь на поиски правды о своем происхождении. Работать я начал, едва мне стукнуло четырнадцать. С самого детства я, как гражданин Канады, знал два языка: Английский и Французский, но изучение языков было моей страстью. В пятнадцать лет я знал Японский, Русский и Итальянский, параллельно изучая Фарси и Китайский. Благодаря своим увлечениям, я подрабатывал переводчиком и репетитором в основном у взрослых, мечтавших отправиться в путешествие по миру. Я бережно откладывал деньги и к своему совершеннолетию набрал приличную сумму, которой хватило бы не только на поездку в Бельгию, но даже на то, чтобы снять там жилье на длительный срок. И раз я был уже совершеннолетним, то мог самостоятельно принимать решения и без проблем покинуть дом своих приемных родителей в поисках своих корней.

– Посмотри, каким взрослым ты стал… – вытирая слезы, Марта с гордостью глядела на меня, – Хотя мы с твоим отцом официально уже не опекаем тебя, ты навсегда останешься членом нашей семьи!

– Будет тебе, Марта! Ты ведь не последний раз его видишь! – Гарольд тепло улыбнулся, будучи уверенным, что однажды я ещё вернусь к ним, даже если найду настоящую семью, – Возвращайся в любое время, сынок! Мы всегда будем тебе рады!

– Обязательно вернусь! Вы же моя семья, – я тепло обнял своих приемных родителей на прощание.

После этого я решил попрощаться с остальными родственниками, кто ещё остался в нашем общем доме. Их осталось не так уж и много. Старший брат Тимми устроился на работу в крупную IT-компанию на другом конце города, поэтому переехал ближе к работе. Однако, в этой сфере он разбирался не больше меня, поэтому работает бариста в местном буфете, но, тем не менее, зарплата у него все равно достойная, поэтому он и не жалуется. У моей старшей сестры Эмбер судьба сложилась менее радужно. Она так часто летала в облаках, что долеталась и по итогу забеременела от какого-то парня из её колледжа, из-за чего в результате бросила учебу. Она была по уши влюблена в этого кретина, поэтому они поженились и сейчас живут вместе.

– До скорого, Фиш, – я пожал руку моему младшему брату Фишеру, – Уверен и тебе повезет встретить какую-то богатую мамочку!

Его сестра-близняшка, Ноэль, познакомилась в интернете с каким-то богатым американским бизнесменом, который частенько задаривал её дорогими подарками и полностью обеспечивал.

– Да не, чувак, я не привык садиться на готовенькое, как моя непутевая сестрица, – Фишер с насмешкой крепко обнял меня, – А тебе удачи в твоих поисках! Что бы ты там ни нашел, надеюсь, мы ещё увидимся!

– До скорого, Фишер, – я по-братски похлопал Фишера по спине.

Хобби моей младшей сестры Барбары обернулось для неё настоящим успехом. В свои пятнадцать она уже написала несколько сотен каверов на популярные песни, после чего её заметил известный продюсер и предложил ей подписать контракт с его студией, на что та с радостью согласилась. Теперь она все время проводит на записи, исполняя песни, написанные каким-то именитым дедом.

– Ты уходишь от нас, братишка Олли? – из своей комнаты попрощаться со мной вышел малыш Бен.

Однако, малышом его уже сложно было назвать, ведь за последнее лето он уже вымахал аж до двух метров. С моей высоты в сто семьдесят восемь сантиметров было довольно глупо называть его малышом, но я не изменял традициям. Мы всей семьей рекомендовали малышу Бену начать заниматься баскетболом, но он заявил, что выступает против стереотипов о том, что темнокожий парень должен обязательно бросать мяч в кольцо. Тем не менее, для хоккея, базового канадского спорта, малыш Бен был слишком теплокровным, поэтому он выбрал для себя лакросс.

– Да, малыш Бен, ухожу, – я задрал голову вверх, чтобы взглянуть в глаза своего высокого младшего брата, – Но не стоит расстраиваться. Однажды, мы с тобой вновь увидимся.

Попрощавшись со своей приемной семьей, я взял в руки свои чемоданы и отправился в путь, имея перед собой четкую цель: узнать правду о своем происхождении. Я любил семью Грейс, как родную, но Оливер Грейс – это не тот человек, которым я являюсь на самом деле. Моё имя – Оливер Элден. Это моё настоящее имя.

Добравшись до Бельгии на самолете, я решил поймать такси, чтобы добраться до отеля.

– Добрый день, уважаемый, – я обратился к одному из таксистов, стоявших возле аэропорта, – Не могли бы вы довести меня до отеля? Желательно, чтобы это было какое-то историческое место. Хочу поближе познакомиться с культурой этой страны.

– Садись, сынок! Я знаю отличный отель неподалеку, – таксист был пожилым джентльменом; я неспроста обратился к нему, будучи уверенным, что он точно должен знать об интересных местах с обширной историей, – Я без проблем довезу тебя!

Мы добрались до шикарного отеля с названием «Рогфорт». Он был похож на старинный замок, выполненный в готическом стиле. Такое место явно имело какую-то историю и до того, как стать отелем, скорее всего было дворцом, принадлежавшем правителю местных земель. Я вошел внутрь и направился к стойке регистрации по шикарному бархатному ковру.

– Добро пожаловать в отель «Рогфорт»! Желаете у нас остановиться? – за стойкой регистрации меня встречала улыбчивая полная старушка.

– Здравствуйте! Да, я бы хотел снять у вас номер! – я осмотрелся вокруг, размышляя о том, насколько я собираюсь задержаться в этом месте, – Пока что, на пару дней, я думаю, а там посмотрим!

Вдруг за спиной я почувствовал резкий холодок, будто кто-то появился из воздуха, дыша мне в затылок. Обернувшись, я увидел перед собой высокого мужчину с белыми длинными волосами, аккуратно зачесанными назад. Он был одет в алый длинный камзол и белую рубашку с жабо, словно сам воплощал дух старинного замка, которым являлся отель.

– Ох… Мсье Эвальд… – старушка испуганно вздрогнула, увидев таинственного мужчину, – Не ожидала увидеть вас сегодня…

– Я просто хотел лично поприветствовать нашего нового постояльца! – незнакомец с улыбкой протянул мне руку, – Август Эвальд, владелец отеля «Рогфорт»! Несказанно рад вашему визиту! А вы?

– Я… Оливер… – пожав руку хозяина отеля, я почувствовал, что она была достаточно холодной, тогда я прислушался к его сердцу, но, не услышав стука, я вдруг передумал назвать ему свою настоящую фамилию, – Оливер Грейс… Я приехал на отдых. Сам я из Канады, решил вот повидать Европу!

Тот факт, что я вообще не слышал, как бьется сердце Августа Эвальда, напугал меня до дрожи. Я едва мог связать два слова, пытаясь не подать вида, что обратил на это внимание. Неужели передо мной действительно стоял самый настоящий вампир? Нет. Не может этого быть.

– Вот и славно! Всегда рад гостям из-за океана! Располагайтесь, мсье Грейс! – голос Августа звучал довольно успокаивающе, хотя мои наблюдения все равно не давали мне покоя, – В номере будет лежать брошюра, в которой собраны различные живописные места неподалеку отсюда! Обязательно посетите их! Вы не пожалеете, уверяю вас! А если возникнут какие-то вопросы, то мой кабинет находится в номере семьдесят восемь! И ещё раз добро пожаловать в отель «Рогфорт».

Хозяин отеля с улыбкой откланялся и удалился в сторону лифта. А я тем временем словно оцепенел. Меня не покидала мысль о том, что человек, только что стоявший передо мной, был никем иным, как вампиром. Его холодная рука, отсутствие сердцебиения… Я не был знатоком вампиров, но если мне не явился мертвец, то он явно был одним из них. Но что же мне делать? Ведь я потомок семьи Элден, веками сражавшихся с подобными созданиями. Если Август Эвальд и правда тот, кем кажется, то он наверняка захочет убить меня, чтобы избавиться от последнего наследника Альберта Элдена.

– Ваш ключ, пожалуйста! – старушка за стойкой буквально вывела меня из ступора, протягивая мне ключ, – Ваша комната с номером шестьдесят четыре! Приятного отдыха!

– Спасибо… – дрожащими руками, я забрал ключ у старушки администратора и направился к лифту.

В ту ночь я никак не мог уснуть, ведь мою голову не покидали тревожные мысли насчет владельца отеля Августа Эвальда. Лёжа на роскошной мягкой кровати, которая была настолько удобной, что казалось, я мог бы спать в ней вечно, меня одолевал страх. Ведь, хотя в моих жилах и текла кровь первого охотника, я все равно не обладал какими-либо профессиональными навыками для сражения с вампиром. За всю жизнь, я даже не дрался ни с кем, а речи о том, чтобы сразиться с могущественным созданием ночи, обладающим огромной силой, и быть не могло. Я подошел к окну, чтобы занавесить шторы, и вдруг увидел, что владелец отеля куда-то уходит. И тут меня охватил дикий интерес. Я хотел узнать о нем побольше, однако, спрашивать о том, не вампир ли он, напрямую было бы опасно. Поэтому, я решил пробраться в его кабинет, чтобы найти хотя бы какие-то доказательства, подтверждающие мои опасения. Я вышел из своего номера и, пройдя по длинному винтажному коридору, наконец добрался до комнаты с номером семьдесят восемь. Дверь оказалась не заперта, и я без проблем пробрался внутрь. В плане интерьера, номер Августа Эвальда ничем не отличался от моего, лишь большим письменным столом, стоявшим по центру, но ничего подозрительного, что выдавало бы в нем вампира, я не обнаружил. На самом деле, я понятия не имел, какие причуды должны быть у подобных существ, что отличало бы их вкусы от людских. Мою голову посетила мысль порыться в документах в его столе, ведь наверняка он хранил там нечто зловещее. В центре стола лежала массивная старая книга с загадочными рунами на обложке. Но изначально я не придал ей никакого значения, наивно полагая, что это лишь историческое чтиво, не содержащее в себе ничего, кроме мифов, которые я уже читал в городской библиотеке в Квебеке. Открыв ящик в его столе, я нашел там тетрадь, обернутую в красную кожаную обложку с застежкой. Я вытащил тетрадь из стола и открыл застежку, чтобы прочитать её содержимое. Внутри были, как я понял, личные записи хозяина отеля.

– «Десятое декабря две тысячи четырнадцатого года. Дитя постоялицы Марии Фостер не выдержало воздействия крови и погиб. Придется продолжать поиски подходящего ребенка», – гласила одна из записей на случайной странице.

– Что за воздействие крови? – подумал я, ещё раз перечитав попавшуюся мне запись.

– «Тринадцатое февраля две тысячи пятнадцатого года. По непонятным мне причинам, дарованный Эклипс сангрейн, был закреплен сразу за двумя людьми. Вероятно, это как-то связано с тем, что Куро и Широ Эндо – близнецы. Тем не менее, в книге сохранены обе их души, взамен всего лишь на один дар», – эта запись показалась мне довольно странной из-за обширного количества новых для меня слов.

– Эта книга… Эклипс, кажется? Она похищает души? Но зачем? – я перешел к следующей записи, надеясь найти ответы на свои вопросы.

– «Четырнадцатое февраля две тысячи пятнадцатого года. Эклипс пропала. Кажется, близнецы украли её, узнав о сделке с их душами. Я должен вернуть её», – на удивление, с такой тревожной записью почерк Августа все равно был ровным и размеренным, будто он совершенно не нервничал на этот счет или просто хорошо держал себя в руках, не давая волю эмоциям.

– «Пятнадцатое февраля две тысячи пятнадцатого года. Я вернул книгу, однако, близнецам удалось уйти. К сожалению, они сумели расторгнуть кровавый договор, страница связанного с ними сангрейн перестала источать энергию, потеряв силу, а кровь жертв на ней исчезла», – я все ещё не понимал, о чем говорится в записной книжке владельца отеля, но мой интерес был неутомим.

– «Семнадцатое марта две тысячи пятнадцатого года. Девчонка в больнице не смогла принять мою кровь и тоже погибла. Без новообращенного ребенка ритуал воскрешения невозможен. Придется продолжать поиски», – очередная запись о ребенке и крови оставляла все больше вопросов.

– Что это за ритуал такой? Он пытается кого-то воскресить? – мне стало интересно, какие цели преследует загадочный Август Эвальд, и я решил пролистать дневник к самому началу, надеясь найти там какое-нибудь упоминание о сути ритуала.

– «Неизвестно, сколько веков продлятся мои поиски, а бесконечная жизнь не наделяет меня бесконечной памятью, поэтому я должен сохранить в письме то, к чему я стремлюсь. Ритуал воскрешения короля состоится в замке, где все началось, неподалеку от отеля «Рогфорт», когда я завершу все приготовления. Мне необходимо заполнить Эклипс душами, которых будет достаточно для воскрешения, а также пожертвовать кровью долгоживущего и новообращённого молодого вампира», – наконец я нашел запись, содержащую информацию о таинственном ритуале, после чего у меня не осталось сомнений в том, что Август Эвальд в самом деле является вампиром.

Я вырвал страницу с записями о ритуале из дневника Эвальда и спрятал её в своем кармане. Не уверен, что именно двигало мной в этот момент. Было ли то желание оправдаться перед законом, если вдруг мне удастся убить его, как последнему охотнику на вампиров, или просто способ напомнить себе, с чем я столкнулся. Тем не менее, моё внимание все же привлекла старая книга, лежавшая на столе, которую я посчитал лишь древней безделушкой. Судя по записям в дневнике владельца отеля, эта книга имела огромное значение. По словам Августа Эвальда, книга называлась Эклипс, но, взглянув на обложку, я никак не мог прочитать это название в рунах, вырезанных на ней. Открыв Эклипс, я начал листать её страницы, рассматривая изображения удивительных существ, которые именовались сангрейн. Кажется, эти создания переходят во владение людей, которые отдают каплю своей крови книге, взамен на их души. Это звучало довольно пугающе, учитывая то, что ритуал, который собирается провести Август Эвальд, заберет все души, заточенные в Эклипс. У меня по коже пробежали мурашки.

– Эй! А ты ещё кто? – долистав до страницы с изображением сангрейн ‘Til We Die, я вдруг услышал голос из-за спины; хотя он явно не принадлежал владельцу отеля, столкнуться с кем-то в его номере, мне явно не хотелось.

Обернувшись, я увидел молодого парня спортивного телосложения, вышедшего из ванной комнаты. Он был раздет по пояс, прикрывая интимные места лишь одним белым полотенцем, держащимся на бедрах.

– Я просто искал владельца отеля… – резко обернувшись, я и не заметил, как порезал палец о страницу книги, после чего у меня начала резко кружиться голова, и связать мысли в кучу, чтобы оправдаться, мне удавалось с трудом, – Он сказал… обращаться… в любое… время…

После этих слов я потерял сознание и рухнул на пол, словно мешок с картошкой. Однако, секунду спустя, я очнулся, очутившись в некоем бесконечном белом пространстве. Вдруг из-под земли резко начали вырастать густые деревья, напоминающие ели, однако, они, как и всё вокруг, были белого цвета. Бесчисленное множество деревьев обратилось непроглядным бесконечным лесом. Хотя я не до конца понимал, что происходит, но я знал, что должен выбраться отсюда, пока вампир не вернулся в свой номер и не нашел там моё тело. Едва эта мысль появилась в моей голове, как вдруг на земле начали проявляться следы ног, святящиеся красным цветом. Судя по всему, следы вели к выходу, подсказывая мне путь. Обрадовавшись, я шагнул вперед, двигаясь по направлению следа, однако, пройдя сквозь пару густых деревьев, я наткнулся на развилку. Все следы тоже вели в разные стороны, будто пытаясь меня запутать. Я был в смятении. Идти по каждой из тропинок, ведущих в никуда, было крайне рискованно, ведь неизвестно, куда они могли меня вывести. А ведь я мог просто бесконечно слоняться по лесу, пока не погибну. Отчаяние буквально валило меня с ног. Вдруг из-за одного из деревьев буквально по воздуху выплыло небольшое существо в белом плаще, стоя в крохотной лодочке. Оно начало кружиться в воздухе, будто пытаясь привлечь моё внимание. Сперва это показалось мне подозрительным, ведь неизвестно, можно ли доверять этому необычному созданию. Вдруг оно наоборот хочет заманить меня в ловушку? Малость покружившись в воздухе, существо в лодочке скрылось за деревом. Сделав глубокий вдох и собравшись с духом, я все же решил направиться вслед за ним. Я заглянул за дерево, за которым скрылся небольшой лодочник, и увидел его кружащимся за следующим поворотом. Существо в плаще вновь скрылось за другим деревом, а я последовал за ним. Мы петляли по густому лесу около получаса, пока наконец не добрались до выхода. Плотно растущие деревья словно расступились передо мной, открывая вид на бескрайнюю белую пустошь. Белый лодочник устремился вверх, будто выпуская искры своим веслом, а затем исчез в ярко сияющем свете, слово источаемом солнцем. Я смотрел прямо на него, но, когда лучи света ослепили меня, я вдруг вновь открыл глаза в реальности.


Август Эвальд
Вампир, фламандец
Дата рождения: 02.11.1102 – 915 лет (Скорпион)
Рост: 195 см
Род деятельности: хозяин отеля

– Браво, друг мой! – прямо передо мной сидел владелец отеля, Август Эвальд, он улыбался и медленно хлопал в ладоши, – Ты успешно прошел испытание!

– Испытание? О чем вы? – до меня никак не доходило, что со мной только что произошло, и чем именно являлся белый мир, в котором я оказался, – Это вы устроили для меня испытание?

– О, нет. Это был не я, – Август бросил взгляд на загадочную книгу, которая вновь лежала на его столе, – Это все книга! Именно она наделила тебя силой!

– То есть, как? Разве простая книга может наделить какой-то силой? – я пытался сделать вид, что не понимаю, о чем он говорит, боясь, что Август придет в ярость, узнав, что я раскрыл его тайны.

– Кончай прикидываться, – хозяин отеля встал со своего кресла, загадочно глядя на меня, – Я же знаю, что ты читал мой дневник.

– Я… я просто… – мне нужно было срочно придумать себе оправдание, ведь от вампира можно было ожидать чего угодно, он мог убить меня в ту же секунду, – Я хотел просто поинтересоваться у вас насчет достопримечательностей вокруг… мсье Эвальд…

– К чему этот цирк? Я в курсе, что ты знаешь, кто я на самом деле, – вдруг взгляд Августа начал казаться мне довольно пугающим, – Оставь эти игры, Оливер Элден.

– Что… – я не на шутку перепугался, понимая, что выхода из этой ситуации у меня уже нет, поэтому отрицать свою личность не было смысла, – Как вы…

– С самого начала было ясно, кто ты такой, – вампир вплотную приблизился к моему креслу, что заставило меня вжаться в его спинку от ужаса, – Я заметил твой беглый взгляд в сторону моего сердца. Ты ведь сразу понял, что оно не бьется, верно? Я же почувствовал, как сильнее от ужаса забилось твое!

В этот момент я прокручивал в своей голове молитвы на всех языках, которые я знал, то ли в надежде отпугнуть ими создание преисподней, то ли от полной безысходности и страха надвигающейся смерти. Август Эвальд склонился над моим лицом, глядя прямо в мои глаза, а я словно старался убежать от его прожигающего взгляда.

– Теперь вы… Вы убьете меня? – озвучив свои самые страшные предположения, я зажмурил глаза, пытаясь смириться со своей судьбой.

– О, конечно, нет! Я не стану тебя убивать! Расслабься, откинься в кресле, выпей вина! – отстранившись от меня, Август вдруг улыбнулся, протягивая мне бокал вина, который он словно вытащил из неоткуда, – А я расскажу тебе кое-что интересное. Знаешь, почему ты и весь твой род имели эту необычную способность слышать сердцебиение других людей?

– Кажется, я не читал об этом… мсье Эвальд… – мне стало действительно интересно, как вышло так, что мои предки вдруг обрели эту загадочную силу.

– Что ж, все началось с того, что мать Альберта Элдена вступила в связь с правителем королевства Рогфорт Фредериком Первым, который был еще и одним из первых вампиров. Однако, так сложилось, что вампиры не могут иметь детей. Сам понимаешь, мы ведь, грубо говоря, не живые. Тем не менее, та женщина уже была беременна двойней, – Август увлеченно расхаживал по комнате, рассказывая историю зарождения моего рода, – К сожалению, в результате этого слияния, один из детей в её утробе погиб. Но второй поглотил его и родился абсолютно здоровым, имея врожденную особенность слышать сердцебиение!

– Вот как… Увлекательная история… – честно говоря, я даже не знал, как мне реагировать на рассказ хозяина отеля, поэтому я лишь отпил немного вина из своего бокала.

– Понимаешь, к чему я веду, Оливер? Мы с тобой ведь не такие уж и разные, видишь? Так к чему нам эта бессмысленная война, идущая уже много веков? Мы могли бы мирно сосуществовать вместе! – Август остановился возле своего стола и оперся на него рукой, – Стоит ли нам зарыть топор войны? Что скажешь, Оливер Элден?

– Я никогда не участвовал в этой войне! Да и родителей я своих не знал… – слова Августа действительно вдохновили меня, я был полностью согласен с тем, что воевать с вампирами бессмысленно, поэтому решил принять его предложение, гордо поднимая бокал вина, – Я согласен на перемирие, мсье Эвальд! Пора объявить о перемирии!

– Так выпьем же за это, друг мой! До дна! – Август налил вина в свой бокал и, чокнувшись со мной, мы оба сполна насладились сладким красным напитком.

– Забавно, что многолетний конфликт можно решить простым диалогом! – я рассмеялся, облизывая губы после выпитого вина.

Я с облегчением выдохнул, узнав, что вампир, стоявший передо мной, на самом деле не был ужасным созданием из ночных кошмаров. Он ведь такой же человек, как и я, пускай и не совсем живой. Я с удовольствием выпил с ним вина и был готов продолжать нашу светскую беседу хоть до самого утра.

– Это в самом деле забавно! – Август, улыбаясь, подлил в мой бокал ещё вина, – Казалось бы, только вчера я убил последнего потомка Альберта Элдена, а сейчас, спустя восемнадцать лет, я веду непринужденный разговор с его сыном, даже и не думая о вражде!

– Вы правы, мсье Эвальд! Смысл этой вражды был утерян много лет назад! – когда я сделал очередной глоток из своего бокала, до меня вдруг дошло, что только что сказал Август Эвальд, – Восемнадцать лет назад…? Чего…?

– Да-да, я знаю, что это звучит дико! – поставив бокал вина на стол, вампир резко перестал улыбаться, а его голос стал намного серьезнее, – Ты ведь приехал сюда, в надежде отыскать своих родственников? Но здесь лишь я. Ты верно меня услышал. Я убил Томаса Элдена, твоего отца…

Меня словно обухом по голове огрели. Вся расслабленность и спокойствие, которые я сохранял до этого момента, вдруг улетучились от осознания. Я смотрел прямо в глаза убийцы моего биологического отца, который, скорее всего, пытался уберечь меня от этой встречи. Не зная, как мне реагировать, я словно потерял дар речи.

– Я… Последний… – шепотом сквозь зубы проговорил я.

– Да, ты прав! Ты и впрямь последний потомок Альберта Элдена! Это была моя оплошность. Я ведь и твою беременную мать хотел прикончить, чтобы положить конец этой бессмысленной войне, но сучка сбежала и родила тебя! – Август разочаровано развел руками, сожалея об упущенной возможности, и вновь улыбнулся, однако, в этот раз его улыбка уже была довольно зловещей, – Так, выходит, она сбежала в Канаду? А я так и не сумел её найти!

– Она умерла при родах… – хотя я и не знал свою мать, мне все равно было нелегко слышать о том, как вампир собирался убить её, чтобы прервать род Элденов.

– Как хитро! Кто бы мог подумать! Своей смертью, твоя мать напрочь оборвала след твоего существования! Тем не менее, забавно, что тебя мне даже искать не пришлось, ведь ты сам пришел ко мне! И вот, ты сидишь в моем кабинете, пьешь моё вино! – Август взял со стола книгу, открыв её на той самой странице, которую я видел последней, прежде чем потерять сознание, – Кстати, ты же прошел испытание моей книги! А значит, пробудил силу в своей душе! Посмотрим, что тут у нас? ‘Til We Die? Отличный сангрейн для охотника, вроде тебя и всех твоих предков! Но, к сожалению, для меня он может стать проблемой…

Я не до конца понимал, что именно из себя представляет сангрейн и о какой силе говорит Август Эвальд. Но я знал, в какое русло уходит этот разговор. Все же впечатление оказалось обманчивым, и вампир в самом деле собирается меня прикончить лишь потому, что я являюсь потомком первого охотника на вампиров. Мне хотелось просто сбежать оттуда, унестись со всех ног, чтобы Август никогда меня не нашел. Однако, я понимал, что он найдет меня рано или поздно. Тем не менее, оставаться с ним один на один я не мог, ведь я был совершенно не готов к противостоянию с могущественным существом, вроде вампира. Даже мой отец, Томас Элден, не сумел справиться с ним и погиб. Я попытался встать с кресла, но Август Эвальд быстро пресек это.

– А ну-ка сел на место! – его нечеловеческий голос словно эхом отразился в моей голове и, то ли от ужаса, то ли ещё от чего-то, меня будто приковало к креслу, и я с трудом мог даже руки поднять.

– Что со мной… Не могу… Пошевелиться… – я едва мог открывать рот, чтобы сказать что-то, это точно был не страх.

– О, ты уже чувствуешь? Это всего лишь влияние моего сангрейн Bad Blood! Твоя мать разве не учила тебя, что не стоит пить с незнакомцами? Тебе же так легко подмешать что-то в бокал, особенно когда ты лежишь на полу без сознания, – будто говоря тост, Август с улыбкой поднял свой бокал, – Донован, нашедший тебя в моем кабинете, рассказал мне, как ты рыскал в моих записях! А потом я решил рассказать тебе обо всем, чтобы ты на мгновение подумал, что я вовсе не желаю тебе зла! А теперь, это не имеет значения, ведь ты все равно скоро умрешь!

Я и правда не мог пошевелиться. Неизвестная мне сила парализовала все моё тело. Я взглянул на свой пустой бокал, понимая, что в вине было некое вещество, подобным образом влияющее на мой организм, но я никогда не сталкивался с подобным ранее. Август сказал, что это его сангрейн – сила, не связанная с его основными вампирскими способностями.

– Наверняка, ты даже представить не можешь, что именно с тобой происходит. Что ж, я расскажу тебе. Видишь ли, в твое вино, я добавил свою кровь, смешанную с частичками моего сангрейн Bad Blood. Если бы ты просто выпил моей крови, то обратился бы в вампира после многочисленных трансформаций в твоем организме, однако, мой сангрейн объединяется с моими вампирскими клетками, позволяя мне, проникать в твои сосуды и взять твои конечности под полный контроль! – вампир продолжал без умолку хвалиться своей способностью, демонстрируя свое превосходство, – Всего капля моей крови позволила бы мне получить контроль над одной из твоих конечностей. Но ты же выпил намного больше, так ещё и по собственной воле! Этим ты оказал мне огромную услугу!


Bad Blood
Пользователь: Август Эвальд


Значит, вот, что происходит внутри меня: полное подчинение воле коварного упыря из-за того, что я по незнанию выпил его крови в вине. Как я мог не почувствовать этого? Я же знаю, какая кровь на вкус. Но, может у вампиров она другая? Этого я не знал. Но зато знал, что нахожусь в огромной опасности и ничего не могу предпринять самостоятельно.

– Кстати, то, что ты выпил вина добровольно по собственному желанию, открывает мне доступ к довольно интересным возможностям! Сейчас я наглядно продемонстрирую, что случится с твоим телом! – зловеще улыбаясь, Август повернулся в сторону соседней комнаты со спальней и позвал кого-то, – Эй, Донован! Ну-ка, иди сюда!

– Мог бы хотя бы сказать «пожалуйста»! – из спальни вышел тот парень в одном полотенце, который застукал меня копающимся в документах вампира, – Хотя твоя грубость меня очень заводит!

– Познакомься, Донован, – хозяин отеля приобнял парня за обнаженную талию, указывая на меня пальцем, – Это мой гость – Оливер Элден!

– Ты до сих пор не вышвырнул этого негодяя, что рылся в твоих вещах? – сперва Донован взглянул на меня с явным презрением, а после медленно провел ладонью по щеке Августа, – Нам ведь не нужен третий… В наших играх есть место только для двоих…

– Тебе нужно показать кое-что нашему гостю, – вампир легко оттолкнул от себя парня, чтобы сохранить дистанцию, – Но напрягаться не придется, я все сделаю сам!

– Как скажешь, сладкий! Я весь твой! – Донован страстно облизнул губы и послал Августу воздушный поцелуй.

– Господи, надеюсь, хоть эти двое меня насиловать не будут… – подумал я про себя, – Я, все-таки, по женщинам…

Вдруг я почувствовал, как могу слегка пошевелить указательным пальцем на руке. Что это значит? Паралитический эффект временный? Это точно не Август управлял моим телом, я чувствовал, что двигаю пальцем по собственной воле. Я решил не подавать вида, надеясь дождаться момента, когда все моё тело будет вновь мне подвластно.

– Этот прекрасный юноша по имени Донован выпил целую бутылку моего вина по доброй воле! – вампир продолжал бахвалиться своими способностями, суть которых до сих пор не была ясна мне полностью, – Я не просто так упоминаю добровольность, ведь это своего рода позволение мне взять себя под свой контроль! Иронично, ведь алкоголь и сам по себе буквально овладевает твоим телом, делая его расслабленным и непослушным, в зависимости от количества!

– Боже… Я быстрее от старости помру, пока он свой монолог закончит… – любовь Августа изрядно пофилософствовать до ужаса мне надоела.

– Итак! Узри, Оливер Элден, что станет с тобой после добровольного принятия моей крови! – наконец вампир указал на Донована, приступив к демонстрации.


Донован
Человек, бельгиец
Дата рождения:01.09.1990 – 26 лет (Дева)
Рост: 183 см
Род деятельности: мужчина по вызову


Улыбка с лица молодого полуобнаженного парня вдруг пропала. По его выражению лица можно было понять, что сейчас он испытывает некое сильное напряжение во всем своем теле. Спустя пару секунд все конечности и голова Донована резко оторвались от тела и удлинились, удерживаясь лишь на прочных кровеносных сосудах, по которым текла вампирская кровь вперемешку с его сангрейн. Сам парень уже не мог ничего произнести, а лишь хрипел, издавая глухие звуки тем, что осталось от его горла. Не понятно, осознавал ли он происходящее или умер сразу после того, как его голова оторвалась от тела. Тем не менее, сейчас то, что осталось от Донована больше напоминало марионетку на ниточках.

– Это совершенная форма моего сангрейн! Bad Blood: Red Swift! – Август злобно засмеялся, словно злодей из фильма ужасов, а затем резко указал пальцем в мою сторону – А теперь настало твое время стать моей кровавой марионеткой! Достойная смерть для последнего потомка рода Элденов! Почувствуй, как моя кровь бурлит в твоих венах! Высвободи её силу!

– Вот черт! – я зажмурился, с ужасом предвкушая, что сейчас все мои конечности оторвутся, как у Донована.

Кровь в моих венах будто и правда начала закипать. Я почувствовал безумное напряжение по всему телу, ощущая, как мои суставы начинают растягиваться. И вот в тот момент, когда меня уже должно было разорвать на части, ничего не произошло. Я приоткрыл глаза, чтобы осмотреть свои конечности. Они все ещё были на своих местах, а я больше не чувствовал в них никакого напряжения. Передо мной стоял пораженный своей неудачей Август Эвальд, удивленно глядя на меня.

– Изумительно… – вампир глубоко вздохнул и улыбнулся, – Так ты унаследовал от своих предков не только способность слышать сердцебиение, но и очень редкую особенность организма – иммунитет к крови вампира!

– Иммунитет? – я думал о том, каким образом мне досталась эта особенность, – Выходит, что мой организм сам нейтрализовал кровь вампира в моих венах?

– Эта особенность имелась лишь у самого первого охотника на вампиров – Альберта Элдена! Удивительно, что она проявилась спустя столько поколений лишь у тебя! Что же в тебе особенного, Оливер Элден? – Август вдруг показался мне напуганным, он отстранился от меня, будто понимая, что мой иммунитет дает мне некое преимущество, – Тем не менее, даже не смотря на все это, ты всего лишь мальчишка! Твоя сила не сравнится с моей!

Август скомандовал марионетке Доновану напасть на меня. Долговязый манекен с подвешенными руками бросился в мою сторону. В этот момент, я почувствовал, что контроль над моим телом вновь вернулся ко мне. Едва Донован добрался до меня, я приложил все силы, чтобы перекатиться назад на кресле, укрывшись от надвигающейся угрозы. Донован споткнулся о перевернутое кресло и рухнул в сторону книжного шкафа. Я же оказался возле большого окна, занавешенного шторами. Вспоминая о том, что я читал о вампирах, я знал, что они боятся солнечного света, ведь он буквально сжигает их кожу. Взглянув на часы на стене, я понял, что на улице уже должно было рассвести, поэтому не теряя времени, я сорвал штору, пытаясь поразить Августа Эвальда солнечным светом.

– Не дождешься ты моей смерти! – однако, сорвав занавес, я вдруг увидел, что окно было заблокировано стальной пластиной с подъемным механизмом, – Вот черт…

– Дорогой мой Оливер! Ты думал, что я настолько глуп, что оставлю огромное открытое окно в своем кабинете! – Август громко рассмеялся, видя мою беспомощность, – Я прожил несколько сотен лет! Не будь наивным, мальчик!

Поднявшийся на ноги Донован вновь бросился в мою сторону, замахиваясь на меня своей разорванной рукой, удлиненной сосудами. Марионетка попыталась ударить меня, но мне удалось увернуться, проскользнув под его рукой, я кинулся в сторону Августа. Даже не знаю, на что я рассчитывал в тот момент. Возможно, я думал поразить его своей необычной кровью, которая, вероятно, смертельна для вампиров. Однако, я даже не успел добраться до хозяина отеля. Развернув голову на сто восемьдесят градусов, Донован изогнул руку за спину и ловким движением сбил меня с ног. Я кубарем покатился по полу, врезавшись в столик, на котором стоял бокал с вином, из которого пил Август, а сам вампир лишь отошел в сторону. Бокал разбился об пол, а я быстро схватил в руку его отколотую ножку, чтобы хоть чем-то вооружиться. Конечно, против вампира обычное стекло было слабоватым оружием, но больше мне в голову ничего не приходило. Вдруг я увидел, что на полу начали проявляться следы, подсвеченные красным светом. Они вели сперва от места, где секунду назад стоял Август Эвальд, к нему самому. Ножка от бокала, из которого пил вампир, в моей руке тоже светилась красным. Спустя пару секунд все места, которых так или иначе касался Август Эвальд, начали подсвечиваться. Это напомнило мне о том, что я видел в том белом лесу. Судя по всему, так работала моя способность ‘Til We Die, которую я, по словам хозяина отеля, обрел с помощью той книги.

– Я вижу все, чего он касался… – осмотрев все светящиеся красным места, я вдруг обратил внимание на книжный шкаф, где была отмечена единственная книга, – Неужели это…

Меня посетила мысль о том, что эта книга, вероятно может быть выключателем механизма, который открывает окно. Я ведь увидел Августа именно через это окно, когда тот уходил из отеля. Тогда оно ещё было открыто, значит, закрыл его он до того, как я пришел в себя после контакта с книгой. В моей голове появился план, который я немедленно привел в исполнение. Когда Донован вновь бросился на меня, я швырнул ножку от бокала прямо в лицо Августа, целясь в его глаз. А я тем временем, проскользнул под бегущей на меня марионеткой, пытаясь добраться до книжного шкафа.

– Жалкая попытка, Оливер! Ты думал, что сумеешь ослепить меня? – Август легко поймал летящий в него осколок в паре миллиметров от своего глаза, – Стоит заметить, что бросок у тебя и правда меткий! Однако, я ведь вампир! На что ты надеялся, Оливер? Мои рефлексы развиты до предела, я бы мог поймать и десяток таких осколков, брошенных в мою сторону! К тому же, даже если тебе бы и удалось нанести мне урон таким образом, я все равно обладаю невероятной регенерацией! Поэтому у тебя ни единого…

– Ой, да заткнись ты уже! Сколько можно трепаться без умолку?! – я не выдержал нескончаемых речей вампира и все же решил прервать его, – Это был отвлекающий маневр, упырюга ты проклятый!

Пока Август распинался о своей невероятной силе, я успел добраться прямиком до книжного шкафа. Потянув за книгу, которая подсвечивалась моей способностью, когда я коснулся разбитого бокала, мой план наконец сработал. Я не ошибся, предположив, что книга является механизмом. Стальная пластина, блокирующая окно, начала подниматься. Из щели начали проступать лучи утреннего солнца.

– Ах ты паршивец! – Август выглядел взволнованно, – Донован! Не дай этому окну открыться!

Марионетка бросилась к стальной створке, чтобы прижать её своим телом. Я тут же схватил с пола осколок бокала и, набросившись на Донована, попытался обрезать кровеносные сосуды, на которых держались его оторванные руки. Понимая, что марионетка не сможет одновременно держать стальную пластину и отбиваться от меня, Август двинулся в мою сторону, чтобы вмешаться в процесс.

– Не подходи! – направив осколок в моей руке в сторону вампира, я заметил, как Август настороженно остановился.

Оказалось, что я и не заметил, как порезал руку осколком бокала. Я узнал этот взгляд. Таким же взглядом Август смотрел на меня, когда узнал о моем иммунитете к крови вампира. В его глазах читался страх. Было очевидно, что моя кровь, аналогично крови моего дальнего предка, оказывает чудовищное влияние на организм вампиров.

– Что, боишься моей крови? – я улыбнулся, чувствуя свое преимущество над вампиром, который пару секунд назад хвалился своим могуществом, – Вот и не подходи ближе!

– Избавься от мальчишки, Донован! – Август рассвирепел, отдав приказ своей марионетке.

Донован резко развернулся, отбросив меня в сторону. Тем самым, он отпустил стальную пластину, которая продолжала открываться, а солнечные лучи все сильнее просачивались в комнату. Марионетка вновь попыталась ударить меня, но я вовремя пригнул голову. Прямо над моей головой находилась книга, которую я использовал для активации подъемного механизма. Своей продолговатой рукой Донован ударил прямо по выключателю и тот сломался, из-за чего открытие окна остановить стало невозможно. Я пнул марионетку по ноге и тот быстро потерял равновесие, рухнув прямо на меня. Тем временем, солнечный свет освещал уже практически всю комнату. Кожа на руках Августа Эвальда начала быстро сохнуть и тлеть, словно пепел от сигареты. Вампир стиснул зубы и, понимая, что больше не сможет вести бой, схватил Эклипс и свой дневник со стола и быстро сбежал из комнаты. Через пару секунд Донован обмяк, словно тряпичная кукла и больше не подавал признаков жизни. Я скинул изувеченное тело с себя и встал с пола в полный рост.

– Я победил… настоящего вампира… – я стоял спиной к открытому окну, озаряемый лучами рассветного солнца.

Спустя несколько минут в номер вошла полная старушка администратор, катя за собой тележку с уборочным инвентарем. Она выглядела довольно непринужденно.

– Ох, мсье Эвальд снова устроил тут беспорядок… – старушка тяжело вздохнула, а я вообще не понимал, как она может быть так спокойна, видя перед собой разорванное на части тело.

– Вы… Вас совсем не пугает это зрелище? – удивленно глядя на женщину, я все еще пытался прийти в себя после увиденного.

– Ох, сынок, думаешь, работая в этом отеле многие годы, я не знаю, что мсье Эвальд – вампир? – старушка рассмеялась, похлопывая меня по спине, – Идея с окном была хорошей, однако, солнце не всегда будет на твоей стороне. В глухих пещерах, подвалах и, в конце концов ночью. Ты ведь понимаешь, о чем я говорю?

– Как же мне тогда убить вампира? – я сразу понял, что старушка намекает мне на то, что, однажды, мне придется убить бессмертное существо, и она явно знала, как это сделать.

– Серебряными пулями, конечно! – женщина достала из кармана какой-то небольшой старый ключ и протянула его мне, – Здесь ты найдешь все необходимое…

– От чего этот ключ? – с интересом спросил я.

– На бирке есть адрес, – старушка таинственно улыбнулась мне и вышла из номера.

Взглянув на бирку на ключе, я прочитал на ней адрес места, куда я, очевидно, должен был отправиться. Я хотел спросить старушку о том, откуда у неё этот ключ, но выглянув в коридор, я не увидел её поблизости. Она словно испарилась. С того момента я больше не видел её, даже за стойкой регистрации, где она обычно находилась. У меня была куча вопросов о том, кем же была эта загадочная женщина, чьего имени я даже не узнал, почему она помогла мне и что скрывается за дверью, которую отпирает этот ключ. Собрав все свои вещи, я поймал ближайшее такси и назвал водителю адрес, указанный на бирке. Водитель молча кивнул мне и довез меня до места назначения. Это был старый дом за чертой города, где, судя по всему, давненько никто не жил. Ключ, который дала мне старушка из отеля, был слишком маленьким для замка, висевшего на двери. Поэтому, недолго думая, я решил разбить окно, чтобы попасть внутрь. Там-то я и обнаружил скважину, к которой подошел ключ. Это была дверь, ведущая в подвал. Она поддалась без проблем, несмотря на то, что дом был заброшен многие годы. Зайдя внутрь, я оказался внутри оружейной комнаты, где находилось самое разнообразное вооружение. Различные мечи, кинжалы, колья, винтовки, множество патронов разного калибра. Все это оружие прекрасно бы подошло для убийства массы всевозможной нечисти, тем не менее, я понимал, что мне ни за что не унести все это с собой. Вдруг моё внимание привлек висящий на стене серебряный револьвер, который сиял так, будто его полировали каждый день, что было явно невозможно в этом давно покинутом доме. И тут я решил, что именно таким оружием я и хочу прикончить Августа Эвальда и любого другого вампира, встретившегося мне на пути. Я снял револьвер со стены, нацепил на себя лежащую рядом портупею с кобурой и засунул в свою сумку пару коробок с серебряными пулями. На стене рядом висел слегка запылившийся белый кожаный плащ с черными вышитыми линиями. Я подумал, что это было бы отличной маскировкой для человека, носящего при себе оружие. Отряхнув плащ от пыли, я надел его. Меня охватило странное чувство, будто во мне проснулась небывалая уверенность. Будто я прямо сейчас был готов отправиться на кровопролитную войну с нежитью. Но мне, само собой, не хватало подготовки, я ведь даже никогда не дрался. Рядом с плащом на полке шкафа лежала белая шляпа охотника с черным пером, но, даже понимая, что головной убор будет отлично сочетаться с моим новым плащом, я подумал, что такой образ будет выглядеть слишком вычурно. Так я и оставил шляпу на своем месте, забрал сумку с патронами и поднялся наверх, покинув подвал. Направляясь к выходу из дома, мне в глаза бросилась одна занятная деталь, которая слишком сильно выделялась по сравнению с общей атмосферой дома охотника. Это была детская кроватка, стоявшая посреди комнаты. Мне показалось это очень странным. Я ведь даже не знал, кому принадлежал этот дом, меня интересовал лишь подвал с оружием, а остальные элементы не привлекли моё внимание. На подоконнике стояла фотография в рамке. На ней была изображена, кажется, семейная пара: мужчина, одетый в белый плащ, который сейчас был на мне, и в ту забавную охотничью шляпу, а рядом с ним женщина в красивом голубом платье. С обратной стороны рамки был подписан год, в который, вероятно, была сделана фотография. Тысяча девятьсот девяносто шестой – за два года до моего рождения. В этот момент ко мне вдруг пришло осознание. Вытащив серебряный револьвер из кобуры, я обратил внимание на гравировку на его дуле. Там было написано имя «Т. Элден». Пазл наконец сложился.

– Это… мой дом… – я осознал, что в этом доме когда-то жили мои настоящие родители.

Мой отец – Томас Элден и моя мать, чьего имени я так и не узнал, жили в этом старом и ныне заброшенном доме, пока кровожадные создания, не добрались до них. Я ужасно сожалел о том, что уже не мог встретиться со своими родителями, даже не узнав о том, как бы сложилась моя жизнь, если бы я родился здесь и вырос в этом доме. Но одну вещь, я знал точно. Я должен был продолжить дело своих предков и разыскать всех оставшихся вампиров, чтобы прекратить их бессмертное существование и уберечь от них весь мир. И начать мне стоило с Августа Эвальда. Я вспомнил о том, что я вырвал страницу с описанием ритуала по воскрешению из дневника вампира, а моя новая способность могла бы помочь мне отыскать убийцу моего отца, где бы он ни был.


Оливер Элден (Грейс)
Человек, канадец
Дата рождения: 14.02.1997 – 21 год (Водолей)
Рост: 178 см
Род деятельности: переводчик, охотник на вампиров (неофициально)


– С тех пор я начал путешествовать по миру, преследуя Августа Эвальда по его следам. В процессе, я обучался самым разным видам боевых искусств и стрельбе, чтобы отточить свои навыки и не оплошать перед лицом опасности. Два года я провел в скитаниях, ведь вампир каждый раз ускользал от меня… И вот, я здесь, в Стране Восходящего Солнца! – Оливер наконец закончил историю о своей жизни, рассказанную таксисту, подвозившему его из аэропорта в Токио прямиком до небольшого городка Киношуто, куда по словам юного охотника вел след вампира.

– У вас крайне интересная жизнь, молодой господин, – таксист улыбнулся, глядя на парня через зеркало заднего вида, – Надеюсь, вы обязательно достигнете своей цели. Кстати, мы уже въехали в город. Где именно мне вас высадить?

– Мне нужно к местной больнице. Кажется, след ведет туда… – не успел Оливер договорить, как вдруг где-то в другом конце города раздался мощный взрыв, – Какого черта это было?!

– Понятия не имею… – водитель остановил такси возле тротуара и развернулся лицом к парню на пассажирском сидении, – И, честно говоря, я не хочу об этом знать… Прошу прощения, господин, но я вынужден высадить вас прямо здесь!

– Но до больницы ещё километров пятнадцать! Нельзя терять времени! – Оливер подскочил со своего кресла, пытаясь переубедить таксиста, – А вдруг этот взрыв как-то связан с тем, что я ищу? Вдруг здесь замешан Август Эвальд?

– В таком случае, я ещё меньше хочу оказаться там! Что-то взорвалось примерно в том месте, где находится эта больница, куда вы направляетесь! Это может быть очень опасно! – голос водителя начал звучать очень напуганно, – Поймите, господин, я ещё хочу вернуться в Токио к моей семье… А если все, что вы рассказали мне, правда… Прошу меня простить…

В этот момент Оливер понял, что это только его бой и вмешивать случайных людей было бы неправильно, ведь они могли бы погибнуть, встретившись с вампиром, а виноват бы был он сам. Юный охотник молча вышел из такси, забрав с собой свою сумку с вещами и боеприпасами. Водитель вновь завел мотор своей машины и, немного сдав назад, быстро уехал в сторону выезда из города. Сам Оливер, собравшись с духом, направился в сторону больницы, надеясь в этот раз не упустить вампира, к которому вел след. Не так уж и просто было преследовать того, кто сбегает в другую страну. Сангрейн ‘Til We Die отображал след цели начиная от точки отправления, которой в случае Августа Эвальда была страница из его дневника.

– Если этот взрыв как-то связан с Августом Эвальдом, то есть небольшая вероятность, что это могло задержать его, – на пути к месту назначения, Оливер предвкушал скорую встречу с его давним врагом, – Даю слово, что как только я его увижу, тут же пущу пулю в его башку…

Около полутора часа молодой охотник добирался до больницы, пока не наткнулся на то, что от неё осталось. Это место явно отличалось от фотографий в интернете, ведь на месте трехэтажного белого здания остались лишь руины. Подобравшись поближе, Оливер заметил, что местная полиция уже оградила место происшествия желтой лентой, а вокруг караулили патрули. Парень обошел территорию, уходя с главной улицы, чтобы тихонько пролезть со дворов. Осмотревшись вокруг, он решил перелезть через полицейскую ленту.

– Эй, парень, ты куда собрался? – попытка проникновения была пресечена полицейским, патрулирующим территорию неподалеку.

– Прошу прощения, – заметив приближающегося сотрудника полиции, Оливер попытался быстро оправдаться, чтобы избежать задержания, – Я просто живу тут неподалеку… Всю ночь работал, надеялся скорее попасть домой, чтобы выспаться. Обходить лишний раз не хотелось…

– А придется! Не видишь, что ли? Территория перекрыта! – высокий мужчина в полицейской форме, грозно встал на пути Оливера, всем своим видом показывая, что если тот не хочет проблем, то лучше ему уйти, – Давай, топай отсюда, парень!

– Что ж, как скажете, офицер! – охотник протянул руку полицейскому для рукопожатия, – Удачной службы вам! Надеюсь, вы разберетесь, что здесь произошло!

Полицейский с подозрением взглянул на Оливера, но все равно нехотя пожал руку. Пользуясь моментом, парень стащил запонку с рубашки служащего. Из-за головы Оливера на крошечной лодочке, гребя веслом по воздуху выплыло небольшое существо, похожее на то, что видел парень в чертогах сознания, когда получил свою способность. Только в отличие от создания из белого мира, у лодочника, принадлежавшего Оливеру, плащ был черным. На секунду притормозив, сангрейн повесил красный фонарь на крючок в своей лодке, после чего на земле начали проявляться следы полицейского. Так Оливер сумел оценить маршрут его передвижения, который оказался цикличным. Полицейский не доходил до одного из смежных с руинами переулков, чем и решил воспользоваться молодой охотник. Некоторые стены больницы ещё не были разрушены до конца, поэтому, пробравшись через полицейскую ленту, Оливер спрятался за одной из таких стен, укрываясь от полицейских патрулей. Выбросив запонку офицера полиции, парень нащупал в кармане старую бумажку, вырванную из дневника вампира два года назад, чтобы вновь отследить его след. Однако, Оливера ждало разочарование, ведь след Августа Эвальда обрывался прямо в том самом месте, где он сейчас стоял.

– Вот дерьмо… – Оливер повернулся лицом к полуразрушенной стене, стукнув её кулаком, – Неужели так и закончится мой путь?


‘Til We Die
Пользователь: Оливер Элден


За своей спиной Оливер вдруг услышал звонкий взмах какого-то клинка, за которым последовало нечто иное. Подобных звуков парень никогда раньше не слышал. Не успев обернуться, Оливер почувствовал, как его руку мгновенно прибило к стене какой-то вязкой жидкостью, полностью обездвижив её. Охотник попытался достать из кобуры свой револьвер, но в его плечо снова прилетела плотная жидкость, приклеившая его в таком положении, что руку оружием он уже не смог вытащить из-за пазухи. Кто-то подошел к Оливеру сзади, прижимая его локтем к стене.

– Ты кто ещё такой? – за спиной охотник услышал женский голос, – Какого черта ты здесь забыл?

– Я… – Оливер не успел ответить, как его перебил голос полицейского.

– Эй, вы что тут делаете? Это закрытая территория! – полицейский был где-то неподалеку, но вдруг будто перестал видеть, – А? Что за херня? Они же только что были передо мной!

– Они прямо перед нами! Ты слепой, что ли? – где-то поблизости появился ещё один полицейский, – А-ну стоять на месте!

– Черт! Куми, заканчивай с ним! Нам пора валить отсюда! – голос, принадлежащий уже другой женщине, раздался в паре метров от Оливера, – Я не смогу наложить иллюзию и на второго!

– «Иллюзию? Эти женщины тоже обладают сангрейн?» – когда эти мысли проскочили в голове Оливера, он вдруг почувствовал, как в его шею воткнулся дротик, после чего у него закружилась голова и спустя пару секунд он потерял сознание.

Material Girl быстро создала воду, чтобы с её помощью отлепить Оливера от стены, после чего Имаймаши Кирюкито закинул его тело на плечо. По команде Ибутсу Каокиру The Final Cut рассек пространство своим клинком, затем затащил туда сперва Имаймаши с Оливером на плече, Куми и Марси-Мию, а после быстро вернулся за хозяином, Хигаишей и Рей, которая до последнего поддерживала иллюзию в глазах полицейского, который вводил своего напарника в заблуждение, говоря, что никаких людей здесь нет. Группа покинула руины больницы, закрыв за собой разрез. На месте происшествия осталась лишь пара полицейских.

– Э… Нарушители же только что были здесь! Куда они подевались? – полицейский, не испытавший на себе иллюзию, был крайне поражен внезапным исчезновением тех, кто буквально пару секунд назад стоял перед ним.

– Я же сказал, что тут никого нет! – напарник дал подзатыльник своему коллеге, сбив с его головы фуражку, ведь теперь в его глазах он выглядел идиотом, – Вот дубина!


## Глава 2. День отца рождения.


Сбежав от полиции через портал The Final Cut, компания оказалась внутри забетонированного помещения без окон и дверей, где Ибутсу Каокиру держал в условном плену Марси-Мию. Выйдя из разреза первым, Имаймаши бросил тело незнакомого им охотника на бетонный пол. Вместе с ним вышли Куми и Марси-Мия. Затем Хигаиша и Ибутсу помогли Рей пройти сквозь реальность, поддерживая её от головокружения, вызванного влиянием её сангрейн. Рей стала замечать, что чем дольше она поддерживает иллюзию, тем сильнее она испытывает на себе последствия. Больше всего у женщины начали болеть глаза, как от длительного ношения очков с толстыми линзами, а также слегка кружилась голова.

– Эй, ты как? Все нормально? – Хигаиша обратила внимание на ухудшение состояния Рей.

– Да, я в порядке, – Рей не хотела афишировать свое состояние всем, боясь, что они начнут волноваться и спишут её со счетов, – Просто много всего навалилось. Слишком я разнервничалась из-за этого урода, который оказался не тем, кого мы искали…

– Я все думаю, нормально ли то, что мы бросили того типа под руинами? Его же никто никогда не найдет, скорее всего! – Имаймаши вспомнил о враче, который остался под землей.

– А что мы могли сделать? Он ничего не соображает, а мы даже дотронуться до него толком не можем, – Рей сердито взглянула на отца, будто осуждая его за глупый вопрос со столь очевидным ответом.

– К сожалению, с этим ничего не поделаешь… – Куми тяжело вздохнула, осознавая их беспомощность в ситуации с врачом в силовом поле, – А ведь этот человек, вероятно, даже ни в чем не виноват…

– Если не брать во внимание подавление мечты, то прямо таки ни в чем! – странная улыбка Марси-Мии создавала двоякое впечатление о её мнении насчет сложившейся ситуации, то ли она была рада тому, что они бросили врача, то ли, скрывала истинную печаль насчет всего, что связано с семьей Отокаге, – Этот человек покинет этот мир, лишь когда Вселенная позволит ему уйти. Другого пути нет.

– О боже… – Ибутсу закрыл руками свою маску, тревожась об их ужасном поступке, – Никто не заслуживает такой смерти…

– У нас тут, кажется, ещё одна проблема, – Имаймаши указал взглядом на лежащего без сознания Оливера, который уже несколько минут пускал слюни на пол, – Если вы, конечно, не забыли!

– Зачем мы вообще взяли с собой этого блондинчика? – Хигаиша перевернула охотника на спину, чтобы лучше рассмотреть его.

Все столпились над лежащим без сознания парнем, глядя в его лицо. Оливер выглядел достаточно юным для бывалого охотника на нечисть, что не удивительно, ведь ему едва исполнилось двадцать лет. Его длинные светлые волосы были собраны в растрепанный пучок на затылке и переливались под светом потолочной лампы. Парень был одет в белый кожаный плащ с поднятым черным воротником, а из-под плаща выглядывала надетая поверх застегнутой рубашки без воротника портупея с кобурой, внутри которой находился серебряный револьвер. На ногах у Оливера были надеты облегающие красные джинсы, будто привлекающие разъяренного быка, коим выступали вампиры в его случае. Джинсы он заправил в высокие черные берцы, напоминающие ботинки Марси-Мии, но без огромной платформы, а сверху парень носил пояс, который крепился, как на его бедрах, так и на правой ноге, держа на ней небольшую сумку, наполненную серебряными пулями. Вид у него был довольно усталый, что не удивительно для человека, который днями и ночами выслеживает убийцу. Однако, герои, столпившиеся над его телом, даже не знали о том, кто он такой, а еще больше вопросов вызывало то, почему он оказался на месте взрыва именно в тот момент, когда Куми упустила человека, укравшего у неё книгу.

– Он вполне мог бы быть тем ублюдком, который обвел нас всех вокруг пальца и украл Эклипс! – Куми наклонилась к Оливеру и схватила его за воротник, пытаясь привести в чувство, – Мы должны допросить его!

– Прямо сейчас, боюсь это невозможно, бабочка Куми, – Марси-Мия присела рядом с телом Оливера, поглаживая его по светлым волосам, – Видишь ли, в том дротике, который я в него запустила, было столько всего намешано… Сейчас он блуждает в густом лесу среди духов сна. Будет забавно, если он вообще сможет очнуться!

Куми взглянула на подругу с округленными глазами, поражаясь, как она может так спокойно говорить о том, что возможно убила неизвестного паренька, который мог быть даже не при делах, относительно пропажи книги. Марси-Мия лишь пожала плечами, невинно улыбаясь.

– Что ж… В таком случае, нам остаётся только ждать… – Куми отпустила воротник Оливера и села рядом с ним на пол, скрестив ноги.

Все вокруг замерли в ожидании, будто полагая, что незнакомец может очнуться в любой момент. С другой стороны, каждый находящийся в комнате человек со слов Марси-Мии понимал, что это вряд ли произойдет сию же секунду. Ибутсу немного нервничал, представляя, что им вновь придется прибегнуть к насилию, чтобы допросить подозреваемого. Его чувства разделяла Хигаиша. Она заметила, как мужчина тревожно перебирает пальцами и взяла его за руку, чтобы немного успокоить. Ибутсу взглянул на художницу сквозь небольшие прорези в своей маске и немного успокоился.

– А долго нам вообще ждать? – не выдержав, Имаймаши решил прервать общее молчание, – Я ни на что не намекаю, но мы с Рей пол ночи в поезде мариновались, а потом ещё с жуками чернильными сражаться пришлось… Я бы сейчас с таким удовольствием завалился спать в своей небольшой халупе…

– Ты серьезно хочешь вернуться в этот гадюшник? – Рей с недоумением взглянула на отца.

– А у меня что, есть выбор? – старик сложил руки на груди, не понимая, о чем именно говорит его дочь.

– Вообще-то, ты мог бы вернуться в свой дом. Ну, тот, где ты жил с мамой, пока не бросил нас, – женщина решила проявить некое снисхождение, позволяя отцу вернуться в дом, который когда-то принадлежал ему, – Я подумала, что раз уж мы с тобой относительно наладили отношения, то тебе не обязательно жить в какой-то лачуге, когда у тебя есть свой дом…

– Правда? Ты не против? – Имаймаши кинул быстрый взгляд на Рей, а затем резко отвернулся, пытаясь скрыть намокшие от слез глаза, – Тяжело будет вернуться после стольких лет… Но я рад, что ты не против…

– Кстати, у меня тоже есть кое-какие дела… – Рей подошла к Куми, а та поднялась с пола, чтобы узнать, чего женщина от неё хочет, – И ещё, Куми, мне понадобится твоя помощь.

– Моя помощь? В чем? – Куми взглянула на Рей с удивлением, не понимая, на что она намекает, но, когда женщина шепнула ей что-то на ухо, та тут же утвердительно кивнула головой, – А, я поняла. Хорошо, разберемся!

– Тогда, увидимся вечером! – женщина взглянула на Ибутсу, намекая ему на то, чтобы он открыл портал и выпустил их с отцом из забетонированного помещения, – Откроешь нам дверку?

– О, да! Конечно! – по команде бездомного мужчины его сангрейн вылез из возникшего перед Имаймаши и Рей разреза и забрал их внутрь, чтобы доставить на улицу, – Кстати, мне тоже нужно идти… Я ведь обещал прекрасной мадемуазель Ребекке, что я помогу её отцу! Наверняка придется сдать кучу анализов, да и вообще, чем скорее мы этим займемся, тем скорее поправится мсье Галлон!

– Прекрасной? Ой, ну что ты… – Хигаиша явно засмущалась, она по-прежнему была поражена самоотверженностью Ибутсу, – Кстати, ты можешь звать меня Хигаиша… Я знаю, как тяжело японцам выговаривать французские имена…

– Эй, погоди-ка, Джейсон! – Куми поспешила напомнить Ибутсу о том, что они все ещё внутри помещения без окон и дверей, – Ты не забыл о том, что без тебя мы с Марси-Мией отсюда не выберемся?

– Бабочка Куми, стены – это всего лишь видимая преграда на нашем пути! – Марси-Мия взяла подругу за руку, вновь говоря с ней загадками, – Но эта преграда лишь в твоих глазах! Закрой их и сможешь полагаться на то, что велит тебе двигаться вперед, внутри твоего сердца!

– Марси-Мия, я понимаю, что с новой силой я могла бы сломать эти стены, – Куми понимала, что хочет сказать её подруга, но все же выходить наружу таким способом было опасно, – Но я же не знаю, в какую сторону нужно их ломать! А вдруг я разрушу несущую стену и на нас с тобой рухнет все здание?

– Не переживайте об этом! В стене справа от вас блоки выталкиваются легким движением! Я все-таки жил тут до обретения способностей, – Ибутсу пожал плечами, указывая на стену, о которой говорил, а после, приобняв Хигаишу за талию, позволил The Final Cut забрать их в разлом, – Прощайте, друзья! Мы с Вами больше никогда не увидимся!

С этими словами Ибутсу вместе с Хигаишей исчезли в фиолетовой пустоте. Марси-Мия была уверена, что мужчина улыбнулся им на прощание, хотя за его маской увидеть это было невозможно. Перед тем, как уйти, Ибутсу сделал явный акцент на слове «никогда», что заставило Куми задуматься о том, что именно он подразумевал своими словами. Вероятно, это был намек на то, что ни она, ни Марси-Мия больше не увидят его таким, каким видели в этот момент. Ведь в его планы входила операция по восстановлению лица, а значит, что, увидев его однажды в толпе людей, Куми бы даже не поняла, что это Ибутсу. Но сам он точно узнал бы её и Марси-Мию. Определенно этим он хотел сказать, что Куми и её подруга ещё встретятся с ним однажды, но он уже будет совершенно другим человеком. Марси-Мия лишь улыбалась, глядя на закрывающийся портал за уходящим Ибутсу, зная, что он обязательно позвонит ей, когда заведет себе телефон, ведь она оставила ему свой номер.

– Что ж, подруга, а нам с тобой останется лишь ждать, – взглянув на Оливера, который до сих пор был без сознания, Куми взяла одно из ведер и, перевернув его вверх дном, присела в ожидании, – Но сколько же нам тут сидеть?

– Одной вселенной известно! – Марси-Мия приложила голову к груди парня, чтобы послушать его сердцебиение, – Наше ожидание завершится, если он вновь откроет глаза! Ну, или оно будет окончено, когда сердце перестанет биться!

Марси-Мия присела на второе ведро рядом с Куми и, положив голову ей на плечо, они вдвоем стали ждать. Куми устало глядела на Оливера, который не подавал особых признаков жизни, хотя по движениям его груди, можно было понять, что он ещё дышит. В ожидании Куми размышляла про себя, какой вопрос ей задать молодому охотнику, когда тот очнется. Возможно, стоило сперва объяснить ему кем являются они с Марси-Мией и где сейчас он находится. Это было бы дипломатичным подходом к допросу, позволяющим подозреваемому сперва успокоиться, чтобы яснее выражать свои мысли без лишнего волнения. А можно было бы выбрать более агрессивный метод, сразу в лоб спросив Оливера, связан ли он с кражей Эклипс и является ли он обладателем сангрейн со способностью к лицедейству. Девушки провели в ожидании несколько часов, не отводя взгляда от светловолосого юноши. И вот, ближе к полудню, он наконец начал понемногу приходить в себя. Увидев, что Оливер шевелится, Марси-Мия тут же подбежала к парню и склонилась над ним в ожидании, когда он сможет открыть глаза.

– «Боже мой… Кажется, я все-таки умер… Неужели, так закончится мой путь? Выходит, что Рай все-таки существует… Иначе, как ещё объяснить то, что я вижу перед собой столь прекрасного ангела?» – открыв глаза, Оливер увидел нависшую над ним Марси-Мию, которую, находясь в бреду, принял за небесную сущность, – «Хотя… кажется, я чувствую кончики своих пальцев… Может… обернувшись, я увижу свое безжизненное тело? Тогда, передо мной… ангел смерти? Значит, он вовсе не костлявый призрак в капюшоне, а прекрасная девушка? Может поэтому многие люди так легко принимают свою смерть? Тяжело отказать в последнем поцелуе такому прелестному созданию… Но я ещё не готов… Прошу тебя, ангел, сохрани свой поцелуй для меня ещё на какое-то время»…

– Ага! Проснулся, дружочек! – коматозные грезы охотника быстро прервала Куми, крепко схватив его за воротник, – А ну, говори, кто ты такой? Что ты забыл у больницы сегодня утром?!

После долгих раздумий, Куми все же решила выбрать манеру поведения плохого полицейского, начав допрос с агрессивной ноты. Ей показалось, что этот способ будет наиболее эффективным, чтобы быстрее выведать необходимую информацию. Хотя, глядя на недоумевающего Оливера, в голове девушки появлялись сомнения насчет того, что действительно он украл книгу. Да и к тому же, при себе у парня не было ничего, кроме револьвера, нескольких коробок с патронами в его сумке, а также, всяких личных вещей по типу одежды и ноутбука. Но не стоило исключать вероятность того, что он мог работать на того, кому он передал книгу, а сам вернулся, чтобы замести следы.

– А? У больницы? Какой больницы? – Оливер до сих пор не пришел в себя полностью, забыв о том, что делал последние несколько часов.

– После взрыва, ты зачем-то рыскал в руинах! – Куми была очень напориста, будто вот-вот изобьет парня до полусмерти, – Отвечай! Кто ты такой? Где Эклипс?!

– Эклипс? Я… – не успел охотник объясниться, как его прервала Марси-Мия.

– Не стоит прибегать к такой резкой позиции, Бабочка Куми, будто сейчас твое тело загорится ярким пламенем! – девушка с голубыми волосами положила руку на сердце подруги, чтобы передать ей её напряжение, – Ты не можешь знать наверняка, что он тот, кого мы ищем! Он может и не быть злодеем!

– Эх… Ладно… Ты права, я слишком разгорячилась… – Куми поднялась с пола и протянула руку Оливеру, чтобы помочь ему встать, – Извини за это… Так, кто ты такой?

– Моё имя Оливер. Оливер Элден, – молодой охотник поднялся на ноги и отряхнул свой плащ от пыли, – Моё имя может показаться вам странным, ведь я из Канады. Путешествовал по многим странам в поисках одного человека… Его след привел меня…

– Приветствую, Оливер Элден! Моё имя Марси-Мия Марципан! А это моя подруга бабочка Куми! – возникнув прямо перед Оливером, Марси-Мия восторженно протянула ему руку, от чего парень буквально потерял дар речи, – Рада знакомству!

Ещё при первом взгляде на девушку, Оливер влюбился до безумия. Ни разу в жизни он не испытывал подобных чувств. Конечно, в школе он был влюблен в свою одноклассницу, но то была лишь детская симпатия и, закончив учебу, он даже не вспоминал о ней. Но в этом случае все было иначе. Все мысли парня были о Марси-Мии, которая в его глазах словно блестела под лучами солнца, даже учитывая то, что в закрытом помещении не было ни единого окна.

– Привет… Оливер Элден… Я Марси-Мия… – к несчастью, находясь лицом к лицу с привлекающей его девушкой, Оливер и двух слов связать не мог, а мысли собирались в кучу, – «Не понимаю… Что за невероятное влияние? Она же правда настоящая? Моё сердце так бешено колотится… Ни разу в жизни не видел ничего прекраснее… Она словно с картины… Эта теплая и милая улыбка буквально сводит меня с ума… А её глаза, словно небо на рассвете, в котором хочется воспарить… Так приятно пахнет… Ромашкой… На душе так спокойно»…

Парень стоял, глядя на Марси-Мию с открытым ртом, полностью забыв о том, что она протянула ему руку. Его тело будто онемело, а душа ушла в пятки. Подождав несколько секунд, Марси-Мии самой пришлось взять Оливера за руку и немного встряхнуть её, имитируя рукопожатия. От прикосновения девушки молодой охотник даже слегка вздрогнул.

– Эй, приём! Диспетчер, мы падаем! – Куми щелкнула пару раз пальцами перед лицом Оливера, пытаясь привести его в чувство, – Кого ты там искал, говоришь?

– А? Да! Говоря откровенно, я потомственный охотник на вампиров, – выйдя из транса, парень решил не скрывать от новых знакомых то, для чего он приехал в Японию, – Вот уже два года я преследую вампира, убийцу моего отца по имени Август Эвальд…

– Кого-кого ты ищешь? Вампира? – наступила неловкая пауза; переглянулись с Марси-Мией, Куми не смогла сдержать смех и расхохоталась так, что слышно было даже снаружи, – Ха-ха-ха! Охотник на вампиров! Ты слышала, Марси-Мия! Я под столом!

– Почему ты смеешься? – Оливер не ожидал подобной реакции, хотя с другой стороны понимал, что люди могут воспринимать его слова, как вымысел, – Ты думаешь, я вру?

– Это же бред! Ничего лучше придумать не мог? – Куми откровенно насмехалась над словами охотника, ни капли, не веря ему, – Ты совсем ненормальный? Вампиров же не существует! Это вымышленные существа! Ты нас совсем за идиоток держишь?

– Я верю ему! – Марси-Мия не разделяла веселья своей подруги, – Вселенная полна тайн и загадок, бабочка Куми! То, что ты не знаешь их все, совсем не значит, что люди осведомленные, по своей натуре безумны! Кто знает, сколько удивительных созданий скрывается в тени!

– «Ты самое удивительное создание из всех, что я встречал на своем пути!» – думал про себя Оливер, глядя на Марси-Мию, – «Как жаль, что у меня ком подступает к горлу, когда я пытаюсь сказать хоть слово, обращаясь к тебе»…

– Вот тебе, Марси-Мия, я бы поверила, – Куми сдалась, махнув рукой, хотя все ещё не доверяла Оливеру полностью, – Рассказывай про этих твоих вампиров…

– А ведь вы обладаете сангрейн, верно? – из-за головы охотника на крохотной лодочке выплыло существо в черном плаще, – Мой зовется ‘Til We Die, он позволяет мне взять след любого существа, чьей вещи я коснусь. Ты, кажется, упомянула Эклипс? От неё вы получили свои сангрейн?

– А менять лица ты можешь? Или клонировать себя? – Куми по-прежнему с подозрением относилась к юноше, – Или может знаешь кого-то с такими способностями?

– Бабочка Куми, тебе ли не знать, что любое создание может обладать лишь одним сангрейн! – Марси-Мия взяла подругу за руку, проводя по линии жизни на ладони, будто это было как-то связано со способностями, даруемыми книгой, – Хотя твоя сила и уникальна, но все же это единое существо с множеством воплощений! Ты куда больше похожа на того, кто украл нашу книгу, чем наш новый друг!

– Свой сангрейн я получил два года назад, когда впервые встретил Августа Эвальда… – в голове Оливера пронеслись события, произошедшие тогда в отеле «Рогфорт», – А вы, когда обрели свои?

– Совсем недавно! Бабочка Куми поделилась со мной магией Эклисси, едва я попросила! – Марси-Мия взяла Оливера за обе руки, из-за чего у парня снова перехватило дыхание, – Я знала, что она не откажет мне!

– А… – юный охотник не мог отвести глаз от невысокой девушки, но переведя дыхание, посмотрел на Куми и снова смог говорить, – Книга… Она же у тебя, верно? Если я дотронусь до неё, то сумею вновь взять след Августа Эвальда! Он владел этой книгой, когда я впервые встретил его два года назад!

– Погоди… Что ты сейчас сказал? – Куми вдруг вспомнила, где именно она нашла Эклипс, когда обрела свой сангрейн, – Кто владелец этой книги?

– Как я и сказал, это вампир – Август Эвальд, – Оливер не понимал недоумения в глазах девушки, – Я преследовал его до самой Японии, пока не добрался до больницы в вашем городке. Видимо, с ним что-то случилось, поэтому след оборвался…

– Например, смерть? – Марси-Мия была в восторге от осознания того, что она оказалась права в тот день, когда познакомилась с Куми; первые слова, сказанные ей в тот день, были неоспоримой истиной, – Однако, порой смерть не всегда означает конец! Поэтому, он и ушел, когда пришло время!

– Вы видели Августа Эвальда? – Оливера распирало от любопытства, он чувствовал, что находится в шаге от своей цели, – Куда он направился?

По какой-то причине, говоря о своей «работе», Оливера не смущало присутствие Марси-Мии, хотя в иных случаях, он терял дар речи, глядя на неё. Хотя и рядом с ней, разговаривая с другими людьми, не вызывающими у парня сильной симпатии, собраться с мыслями не составляло труда. Но когда Марси-Мия смотрела в его глаза, будто весь мир замирал вместе с ним.

– Не сказала бы, что я видела этого твоего вампира… – осознав, что тот, о ком говорил охотник, и оказался тем трупом в морге, при котором была книга, по телу Куми пробежали мурашки, – Он выглядел словно отбитый кусок мяса, по которому катком прошлись…

– Не зря он хвалился превосходной регенерацией… – Оливер задумался над тем, как вампир сумел восстановиться из куска мяса, – Что ж, если книга у вас, то вычислить его будет не трудно! Скорее, позвольте мне коснуться её!

– Видишь ли… – девушка не знала, как лучше сказать о том, что книги у неё уже нет, – Тут такое дело…

– В чем дело? – Оливер почувствовал смятение Куми.

– Книги у меня нет… – девушка расстроенно опустила голову, – Её кто-то украл… Тот, кто устроил этот взрыв в больнице… Но я не знаю, кем был он или она… Его сангрейн позволяет ему менять лица, поэтому понять, кто этот человек на самом деле было невозможно…

– Вот черт… Это проблема… Но это явно не Август Эвальд, ведь его сангрейн имеет иную силу, – Оливер начал нервно расхаживать по комнате, давая девушкам понять, что все это не к добру, – Тем не менее, это все равно не очень хорошо… Вампир наберется сил и вернет свою книгу. Он точно попытается найти того, кто её забрал и тогда, если он вернет Эклипс, нам всем грозит серьезная опасность…

– Опасность? О чем ты? – Куми и Марси-Мию смутили эти слова, хотя вторая особо не подавала вида, оставаясь спокойной, будто ничто в мире не способно её потревожить.

Та ночь в отеле «Рогфорт» осталась настолько ярким воспоминанием в памяти Оливера, будто это было вчера. Хотя время все же знатно потрепало листок, который парень хранил при себе с того момента. Страница из дневника Августа Эвальда выглядела весьма потертой и рваной в местах складок, однако, текст, записанный на ней все равно был виден отчетливо. Оливер протянул Куми старую бумажку, чтобы ввести её в курс дела. Девушка внимательно изучила её, вчитываясь в каждое слово. Но не смотря на содержание записки, в ответ Оливер не получил той реакции, которую ожидал увидеть.

– Ни черта не понимаю… – покрутив страницу в руках, Куми вздохнула и вернула её обратно Оливеру, неловко улыбаясь, – Буквы латинские, но слова эти, я никогда не видела… Что это за язык? Какой-то древний шифр?

– Это… французский… – парень вдруг вспомнил, что разговаривает с японкой и вряд ли она хорошо знает другие языки, – Совсем забыл, что я в другой стране… Прошу прощения… Иногда мне кажется, что раз я понимаю всех, то и остальные понимают все на любом языке…

– Неловко вышло… – Куми не считала себя плохо образованной, да и французский язык не был сильно распространен в Японии, но она знала лишь английский, – Это тебе тоже в комплекте с сангрейн досталась способность понимать всех?

– Что? Нет! – Оливер рассмеялся, – Я просто с самого детства учил разные языки!

– Я тоже знаю несколько языков, – восторженно добавила Марси-Мия, – Жизнь обучила меня языку этой страны, а также я знаю язык полуострова, похожего на сапожок, острова в форме ведьминой головы и ещё умею читать точки!

– «Потрясающе… Такая красивая, а ещё и образованная… Знает японский, итальянский и английский! Так ещё и на Брайле читает! Само совершенство!» – думал про себя Оливер, слегка не понимал, зачем зрячей девушке уметь читать шрифт Брайля.

– Ой, ну всё… Вы меня урыли! – Куми обиженно сложила руки на груди, – Переводи уже свою эту бумажку!

– Тут сказано о некоем ритуале воскрешения, для которого будут использованы все души, собранные в книге… – блондин решил не читать прямо с листка, а объяснить написанное простыми словами, – То есть, подписывая мнимый договор с книгой своей кровью, оставленной на её странице, вы завещаете Эклипс свою душу взамен на сангрейн. После вашей смерти, душа будет навсегда запечатана внутри книги…

– Подразумевая ритуал, для которого будут использованы наши души, ты имеешь ввиду, что мы помрем раньше, чем нам уготовано, если ритуал будет проведен? – пытаясь переварить услышанное, Куми уселась обратно на ведро.

– Наши души принадлежат вселенной! Они не должны быть запечатаны, а уж тем более использованы для одной сущности, – Марси-Мия задумалась, – Я готова пожертвовать своей душой только ради дорогих мне людей…

– Поэтому мы должны найти книгу быстрее, чем это сделает Август Эвальд! – Оливер пока даже не предполагал, как именно им удастся найти вампира или книгу, хотя одна мысль у него была, – Но то, что вы не знаете, кто забрал книгу, делает наше положение не самым завидным… Хотя, если бы мы знали людей, которые связаны с книгой, то могли бы предположить, кем был тот, кто похитил её!

– Что ты имеешь ввиду? – Куми примерно понимала, о чем говорит охотник, но полностью сути не улавливала.

– Однажды, кто-то уже выкрал Эклипс у вампира. Тогда, он сразу же отправился на поиски того, кто это сделал и уже на следующий день, вернул книгу назад. Но важно то, зачем они похитили Эклипс! Близнецы хотели отвязать свои души от проклятия книги, чтобы остаться в живых, – Оливер вспомнил, что в дневнике Август упоминал о близнецах, которые похитили книгу, – Это я к тому, что мы могли бы разыскать тех, кто получил свой сангрейн от книги, ведь ваш похититель тоже мог знать о ритуале. И раз Август Эвальд последний раз был в Японии, где и потерял Эклипс, то искать он будет именно здесь. Мы же можем попытаться найти её первыми, но учитывая то, что вампир тоже не знает, кто именно украл книгу, то шанс пересечься с ним у нас тоже есть. Я тут же выпущу пулю ему в башку!

– Но в таком случае, нам не придется искать книгу! – Марси-Мия широко улыбнулась, – Если прекратится существование вампира, то тот таинственный ритуал проводить будет некому!

– Успех ждёт нас в любом случае! Мы либо найдем Августа Эвальда и покончим с ним, либо найдем книгу и освободим наши души! – восторженный Оливер подошел к стене и облокотился на неё, чтобы отдышаться, – Только вот… Если бы мы только знали тех, кто обрел сангрейн в Японии…

– Я знаю кое-кого, кто может знать… – Куми достала из кармана свой телефон и набрала номер из своих контактов.

Тем временем, в Париже пара молодоженов прогуливались по Марсовому полю вблизи Эйфелевой башни. Поженившись в Америке, Хлоя Зои и её новоиспеченный муж Акичи Томей отправились отмечать медовый месяц во Францию. Это была идея невесты, ведь она ещё с детства мечтала побывать в городе любви. На самом деле, изначально Хлоя должна была поехать учиться по обмену именно во Францию, но в последний момент её место заняла другая девочка и ей пришлось отправиться в Японию. Сейчас, конечно, Хлоя ни капельки не жалеет об этом, ведь именно учеба в Японии стала отправной точкой, которая привела к тому, что сейчас она замужем за самым прекрасным человеком на свете, по её мнению. И сейчас юная королева ос счастлива, как никогда. Не менее счастлив и её жених, Акичи, который буквально души не чает в своей второй половинке. Вдоволь нагулявшись, Акичи предложил жене передохнуть на скамейке с видом на знаменитую башню. Усадив Хлою, он заметил поблизости небольшую палатку с мороженым.

– Хочешь мороженое, любовь моя? – присев на корточки перед женой, спросил Акичи, – Я мог бы купить нам парочку!

– Я бы не отказалась! Ты ведь знаешь, как я люблю сладкое! – Хлоя смущенно улыбнулась, чувствуя себя будто у них с Акичи было лишь первое свидание.

– И я люблю, ведь самая сладкая здесь ты! – парень поцеловал свою жену и убежал за мороженым.

Пока Акичи пытался на ломаном английском со своим японским акцентом объяснить мороженщику, чего именно он хочет, Хлоя отдыхала на скамейке, наслаждаясь теплым парижским ветерком. Не успела девушка расслабиться, как вдруг у неё зазвонил телефон.

– А? Кому я могла понадобиться? Неужели снова мама? – Хлоя вытащила телефон из своей сумочки, вызывающим её абонентом была Ёидзокуми Хината, чему девушка была ужасно рада и тут же взяла трубку, – О, это же моя лучшая подруга! Алё! Привет, Куми! Звонишь, чтобы поздравить меня со свадьбой?

– Ага, поздравляю и всё такое… – на другом конце провода Куми закатила глаза, вспоминая, как Хлоя достала её своими приготовлениями к этой пресловутой свадьбе, – Мне вообще твой муженёк нужен. Позови-ка этого невидимого засранца.

Акичи в этот момент наконец договорился насчет мороженого и возвращался назад к своей возлюбленной. Уже издалека Хлоя, говоря по телефону, начала махать ему рукой, подзывая ближе.

– Что такое, милая? – Акичи заинтересованно подбежал к Хлое, протягивая ей рожок с мороженым.

– Ой, спасибо! Да, он здесь! – Хлоя забрала мороженое и протянула телефон мужу, – Это Куми, она хочет с тобой поговорить!

– Вот черт… – по непонятным для Хлои причинам, Акичи заметно занервничал, – Блин… Скажи, что меня нет…

– Но я уже сказала, что ты здесь, так что не отвертишься! – махнув рукой, Хлоя буквально приложила телефон прямиком к уху своего мужа, – Давай, не брыкайся!

– Не надо… – но отпираться было поздно, поэтому Акичи собрался с духом и решил выдать то, о чем уже так долго молчал, – Ёидзокуми прости, что я выдал тебя тому врачу! Он сказал, что может навредить моей Хлое! Я лишь старался защитить её! Можешь меня ненавидеть, но раз ты звонишь, то выходит, с тобой все в порядке…

– Да не пугайся ты так, дурак! Это все уже в прошлом. Я всего-то чуть не померла во время взрыва в больнице, но это пустяки! Я вовсе на тебя не злюсь! Ну, выдал меня и выдал. С кем не бывает? – Куми нужна была информация, поэтому она старалась вести себя непринужденно, чтобы Акичи с испуга не положил трубку, – Ты мне лучше скажи, с этой твоей штукой с памятью, ты же помнишь содержимое книги, которую ты пытался у меня стащить?

– Да… Я помню… – Акичи с облегчением выдохнул, – Тебя интересует что-то конкретное?

Едва Акичи расслабился, поняв, что Куми абсолютно не интересует месть, его уже ждала проблема с другой стороны. Повернув голову на пару секунд в сторону своей жены, парень увидел, как Хлоя смотрит на него глазами, наполненными яростью.

– Что ты сделал, Акичи? – девушка сильно сжала руку в кулак, сломав рожок с мороженым, – Да как ты мог так поступить с моей лучшей подругой?!

Словно бешеный ураган, озлобленная Хлоя надвигалась на испуганного Акичи, намереваясь, скорее всего, избить его до полусмерти, забыв о том, что они едва поженились и любят друг друга. С испуга Акичи решил, что самое время сматываться. За его спиной возник сангрейн, похожий на скелет птеродактиля, и, распахнув свои огромные крылья, скрыл под ними своего хозяина. Способность к невидимости, позволила Акичи продолжить разговор с Куми, обезопасив себя от гнева своей жены.

– Слушай, Акичи, – Куми продолжала, – Мне нужны имена всех, кто обрел сангрейн в Японии. Сможешь вспомнить?

– Да, я помню каждого, – благодаря своему отклонению, – Акичи помнил все, что было расписано на страницах книги, будто читал прямо с них, – Слушай: Хана Банира, Маонинг Чэнь, Кессеки Кемоно, Немуро Кирихира, Курт и Широ Эндо, Мерика, Сонзай Тайсеку, Ринго Шинка и последней была ты, Ёидзокуми Хината.

– Ух-ты, у тебя и правда нереальная память, – Куми быстро записывала имена на листке, который создала Material Girl по просьбе Марси-Мии, – Ты наверняка помнишь и их сангрейн?

– Сангрейн, да! Я по… – не успел Акичи договорить, как Хлоя врезала ему прямо по лицу.

– Если уж и вздумал прятаться, то хоть бы со скамейки ушел, чтобы я тебя не нашла! – последним, что слышала Куми, были слова взбешенной Хлои, доносящиеся издалека, ведь телефон, судя по всему, выпал из рук Акичи, – Я тебе покажу, как стучать на мою подругу! А-ну иди сюда!

– Акичи? Алло? – кроме возни и жужжания черно-желтых насекомых, призванных Хлоей, Куми больше ничего не слышала, – Ну, что ж, обойдемся тем, что есть…

Куми положила трубку, понимая, что большего она не добьется. Тем временем, спустя всего пару минут разъяренной борьбы, Хлоя и Акичи уже целовались лежа на траве, словно вспомнили, что все-таки любят друг друга. Хотя, они и не забывали, ведь легкая ссора не может уничтожить чувства, пронесенные через годы.

– Прости меня, любимый, – Хлоя нежно поглаживала мужа по искусанной осами щеке, – Я немного погорячилась…

– Ну разве я могу злиться на тебя, пчелка моя? – Акичи улыбнулся, глядя в глаза своей жены, понимая, что всю боль от укусов затмевают сильные чувства, – Я ведь люблю тебя!

– И я люблю тебя, мой милый! – Хлоя запрыгнула на Акичи сверху, и они слились в страстном поцелуе.

Молодожены совершенно не обращали внимания на собравшуюся вокруг них толпу зевак. Им совершенно не было до них дела, ведь увлечены они были лишь друг другом. Тем временем, Куми, держа в руках бумажку с именами, думала, что же делать с ней дальше, как им разыскать всех этих людей. Одного она уже знала – Сонзай Тайсеку, парень, который явился в больницу, чтобы уничтожить книгу, разрушившую его жизнь, а после неудачи покончил с собой. Поэтому Куми сразу вычеркнула его из списка, понимая, что искать погибшего уже нет смысла, ведь и вампир тоже не сумеет его найти.

– Почему ты вычеркнула имя? – Оливера немного смутила подобная уверенность Куми в исключении подозреваемых.

– Этого искать нет смысла. Я уже встречала его… – Куми на мгновение замолчала, прокручивая в голове то, как отчаянно пыталась остановить кровь, плещущуюся из открытой раны на шее Сонзая Тайсеку, – Короче, он мертв…

– Главное, не забудь переписать эти имена на настоящую бумагу, бабочка Куми, – Марси-Мия рассмеялась, зная о том, что бумага в любой момент может обратиться в кучу пузырьков, – Если я, вдруг забуду об этой бумажке, то стеревшись из моей памяти, она сотрется и из реальности!

– Ха-ха-ха! Это очень смешная шутка! – блондин громко рассмеялся, пытаясь поддержать Марси-Мию, которая даже не шутила в этот момент, – «Она такая остроумная! А способности её сангрейн так же прекрасны, как и она сама!»

– Чего ты ржёшь, придурок? – Куми озадаченно подняла бровь, не понимая такой, слегка неадекватной реакции.

– Ну… бумага сотрется… Как память… в общем… кхм… – вдруг до Оливера дошло, как глупо он выглядит, – Неважно…

– Может записать на чем-то другом? – Куми сняла с себя потрепанный белый халат с оборванным после потери руки рукавом, оставшись в одной майке, – Я могу написать имена на руке, она то не исчезнет!

– Не забывай, бабочка Куми, ручка, которой ты писала тоже создана моей леди! Поэтому даже чернила могут испариться! – Марси-Мия взяла Куми за левую руку, бережно гладя её глубокий шрам на сгибе руки, оставшийся после сращивания, – Нам придется найти пергамент из этого мира!

– Может просто напишем заметку в телефон? – пожав плечами, Оливер решил предложить разумный вариант, а после вытащил свой телефон из кармана, – Значит, имя Сонзай Тайсеку мы не записываем?

Оливер переписал имена обладателей сангрейн в свой телефон. Все эти люди, если знали о своей судьбе после обретения способностей, вполне могли быть причастны к похищению книги. Поэтому проверить нужно было каждого, но сперва следовало найти хоть какую-то информацию об этих личностях. Было бы намного безопаснее разыскивать людей из списка, зная на что они способны, но, к сожалению, Акичи не успел рассказать Куми об этом, поэтому оставалось лишь действовать по ситуации.

– Ой, я чуть не забыла! – Марси-Мия сняла шляпу и достала из неё свой телефон, – Раз уж ты наш новый друг, волчонок Олли, то мне обязательно нужно узнать твой номер телефона!

– М…мой номер…? – Оливер вновь впал в ступор, – «Разве не парень должен спрашивать у девушки её номер телефона? Это значит… что я ей нравлюсь? Но её сердце бьется так же, как и обычно… Обычно у тех, кто влюблен, сердце бьется иначе, но не просто учащенно. Там даже ритм иной… А её сердечный ритм ничем не отличается от обычного… Эх»…

Оливер мог различить сердцебиение влюбленного человека, ведь обнаружив свою особенность, он часто вслушивался в сердца других людей, в особенности своей приемной семьи. Наглядно он заметил это, когда его старшая сестра Эмбер влюбилась в парня из колледжа. Оливер видел их вместе несколько раз и, когда она была рядом с ним, её сердце билось необычным образом: оно, то бешено стучало, то замирало, в такт каждому слову, что произносил тот парень в адрес Эмбер. А то, что это биение именно влюбленного сердца, Оливер понял, когда смог увидеть разницу на другом примере. Когда его младшая сестра Ноэль познакомилась с мужчиной в интернете, она тоже рассказывала всем, как сильно она его любит, но лишь Оливер знал, что это не так. Её сердце не билось так же, как сердце Эмбер. Оно тоже стучало учащенно, но не так, как у влюбленного, а скорее, как от волнения во время сдачи экзамена или в предвкушении долгожданного подарка. Таким сердцебиение Ноэль было лишь потому, что она любила деньги этого мужчины, ведь он был достаточно состоятельным и делал ей дорогие подарки, водил по ресторанам. А вот сердце Марси-Мии имело свой привычный ритм, который, казалось, вообще не менялся. Поэтому Оливер понимал, что она совершенно не влюблена в него, но её поведение все же его смущало.

– Да чего ты опять застыл? – Куми пихнула оцепеневшего парня в плечо, – Просто дай ей свой номер!

– Ох… Прошу прощения… Я ещё не сменил сим-карту на японскую… Если вы будете звонить мне, то звонок пройдёт, как международный… – в глубине души Оливер корил себя за то, что не поменял сим-карту сразу по приезду, – «Дурак! Дурак! Ты же сейчас упустишь такой шанс! Надо спросить её номер! Но… как я позвоню ей, если даже сказать ничего не могу?»

– Если не можешь поделиться своим номером, то я могу поделиться своим! – Марси-Мия улыбнулась и вывела на экран свой номер, протянув телефон Оливеру, – Только не забудь позвонить, чтобы и у меня был твой номер!

– Так, ладно, – Куми подошла к стене, на которую указал Ибутсу перед уходом, – Давайте выбираться отсюда.

Девушка покрыла свою руку твердым материалом и ударила ей по стене, совсем забыв о том, что Ибутсу говорил, что бетонные блоки в этом месте легко выталкиваются. Пробив стену, Куми вдруг почувствовала, как её левую руку, словно иглой проткнули.

– Ай! Сука! – от пронизывающей боли Куми схватилась за локоть, – Какого хрена так больно?

– Моя леди обладает потрясающей силой, но люди достаточно сложные существа! Возможно, твоё тело ещё не восстановилось полностью, – Марси-Мия понимала, что способности Material Girl не всесильны, поэтому сращенная рука Куми восстановится не сразу, ведь телу надо привыкнуть, – Придется подождать пару дней, чтобы боль не беспокоила твою оболочку!

Все трое вышли на улицу, оказавшись в переулке, где Ибутсу похитил Марси-Мию. Оливер размышлял над тем, что здесь их пути разойдутся и теперь ему придется действовать одному, как и обычно. Получив необходимую информацию, он должен был отправиться на поиски людей, связанных с Эклипс, чтобы добраться наконец до Августа Эвальда, который наверняка тоже будет разыскивать свою книгу. Но его печалила мысль о том, что он, вероятно больше не увидит Марси-Мию, которую он считал самой прекрасной девушкой на свете. Тем временем, Куми считала, что Оливер может быть очень полезным союзником, ведь раз книга представляет опасность в руках вампира, то охотник на этих существ, знающий о них все, пригодится в команде. Она тоже думала о том, что им нужно отправляться на поиски тех, кто был связан с книгой.

– Что ж, спасибо, что помогли мне. Уверяю вас, я отыщу вампира и покончу с ним раз и навсегда, – Оливер закинул на плечо свою сумку и развернулся, чтобы уйти, – Может быть, мы с вами ещё увидимся!

– Постой, – Куми не могла отпустить Оливера просто так, – Эта книга ведь и нам угрожает смертью. Так что, один ты явно не пойдешь…

– Мы пойдем с тобой, волчонок Олли! – Марси-Мия тоже осознавала важность ситуации и хотела защитить свою подругу, – Куда бы ни завела нас судьба, я всегда буду рядом с бабочкой Куми!

– «Какое забавное прозвище она для меня придумала… Это так мило… Но ещё лучше то, что мне не придется расставаться с ней»… – у Оливера сердце замерло от восторга, – Тогда, я направлюсь в отель, подзаряжу свой ноутбук и нарою информации на всех людей из этого списка! Я напишу вам, как закончу!

После этих слов, Оливер с улыбкой до ушей направился искать ближайший отель, чтобы переночевать в нем перед путешествием. Он был вне себя от счастья, что сумеет провести ещё много времени вместе с девушкой его мечты. Несмотря на то, что он буквально видел её впервые в жизни, он был уверен, что, узнав девушку получше, наверняка не разочаруется, а наоборот влюбится ещё сильнее. Попрощавшись с Оливером, Куми и Марси-Мия думали разойтись по домам и немного отдохнуть. Но вдруг на телефон Куми пришло сообщение от Рей, которая приглашала её к себе. Разумеется, Марси-Мию она взяла с собой, не отправлять же ее домой одну. Вскоре, добравшись до адреса, который указала Рей, девушки оказались около обширного двухэтажного особняка, расположенного на симпатичной лужайке, усаженной розами. Имаймаши жил в этом доме в своей молодости, а после его ухода здесь обосновалась Рей со своей матерью. Калитка оказалась не заперта и Куми вместе с Марси-Мией без проблем вошли на территорию особняка.

– Какие прекрасные цветы! – Марси-Мия поспешила коснуться прекрасных алых бутонов цветов, растущих на лужайке, – Они наполняют это место истинной смелостью и отвагой!

– Эти цветы посадила моя мама, – Рей появилась возле входной двери, встречая своих гостей, – Каждый год она сажала по цветку в день ухода моего отца, надеясь, что он вернется домой. Сейчас по ним можно сосчитать мой возраст.

– Очевидно, что больше цветы сажать не придется, – Куми осмотрела лужайку, где росли ровно тридцать два цветка розы, – Кстати, а где этот старый хрен?

– Он спит наверху, – Рей открыла дверь, чтобы впустить подруг в дом, – Заходите, как раз о нем я и хотела поговорить.

Девушки зашли внутрь особняка. Он был выполнен в японском стиле, пол покрывали татами, поэтому при входе гости сняли свою обувь и оставили на специальной полке в прихожей. Рей завела Куми и Марси-Мию в гостиную, где посреди комнаты стоял большой белый овальный стол с красной каймой по краю. Не смотря на японское оформление интерьера, стол в гостиной был высоким и под ним стояли роскошные белые стулья с красной кожаной обивкой. Дом слабо напоминал жилище рок-музыканта, что вполне логично, ведь тридцать два года в нем хозяйничала обычная женщина, которая наверняка обустроила все под себя. Рей села за стол в центре, а Куми и Марси-Мия сели рядом друг с другом сбоку.

– Так что там с твоим отцом? – Куми сложила руки за столом, как на важном заседании в конгрессе.

– Завтра семнадцатое июня… Это день рождения моего отца, – Рей откинулась на спинку стула и глубоко вздохнула, глядя наверх, – Мама каждый день ждала его возвращения, пекла разные торты в этот день и даже ставила свечи с цифрами его возраста… Раньше я бы сказала – какое мне до этого дело, но сейчас я бы хотела отметить этот день… Ради мамы… Чтобы годы её ожидания не прошли напрасно…

– Хочешь, чтобы мы помогли тебе испечь торт? – Куми понимала чувства Рей, но ход мысли пока не уловила, – У меня с готовкой не очень. Я обычно покупаю себе готовую еду, ну, или ем то, что готовит моя мама.

– Да нет… Как бы это сказать? – Рей старалась подобрать слова, чтобы не звучать слишком слащаво, – Имаймаши оказался не таким уродом, которым я его считала всю свою жизнь… Он старается быть хорошим отцом… Поэтому я тоже хочу подготовить для него что-то особенное… Ты ведь знаешь его лучше, чем я, Куми. Чем я могла бы его удивить?

– Хм… Как насчет возрождения его группы? – единственное, о чем ярко помнила Куми была история Имаймаши о группе Unholy Miracle, – Они хоть и были полными козлами, но, говорят, что многие обиды проходят с годами.

– Для таких стариков, как мой отец, это было бы не самым приятным сюрпризом… – Рей вздохнула, понимая, что придется придумать что-то другое.

– Отнюдь! Идея бабочки Куми ласкает воображение! – тут в разговор вмешалась Марси-Мия, которая до этого увлеченно молча слушала, – Возрождение группы может случиться, но ей вовсе не обязательно быть идентичной той, что была в прошлом! Если разрушенный корабль отстроить заново по образу и подобию, он так же поплывет по волнам, но по определению будет уже другим кораблем!

– Что ты имеешь ввиду, малышка Мия? – Рей, не так часто общаясь с Марси-Мией, ещё не научилась улавливать суть её метафор и аналогий.

– А вот я понимаю, о чем она говорит, – Куми сразу поняла замысел своей подруги, – И её идея мне очень даже нравится. Осталось выяснить наши с вами музыкальные способности!

На следующее утро Имаймаши, проспавший практически сутки, проснулся в своей кровати, на которой в последний раз он спал тридцать два года назад. Нет чувства лучше, чем спать в собственной кровати, считал старик. На секунду он даже вновь почувствовал себя молодым, видя перед глазами тот же интерьер, что и в его бурной молодости. Впервые за эти годы у него наконец-то не болела спина. Протерев глаза и с хрустом потянувшись, старик накинул свой черный шелковый халат и вышел из комнаты. На выходе его уже встречали три девушки с крайне довольными выражениями лиц.

– Вы чего столпились-то, как на похоронах? Помер кто-то? – Имаймаши на секунду замер, потрогав себя за грудь, чтобы проверить, не призрак ли он, – Неужели я коньки отбросил? Да нет… живой, вроде…

– Вообще-то, сегодня особенный день, Имаймаши, – Рей смотрела на отца с хитрым прищуром.

– У козявки первые месячные, что ли? – старик осмотрел Марси-Мию с ног до головы, видимо, проверяя следы крови, ведь ему казалось, что ей около тринадцати лет, – Я не хочу вас расстраивать, девочки… Но мы не евреи, такие вещи не празднуем…

– С днем рождения! – Марси-Мия из ниоткуда достала праздничную дудку и, подбежав к Имаймаши, протрубила прямо ему в ухо.

– Ё-мае… Не гуди ты, козявка, я же только глаза продрал… – старик забрал дудку у Марси-Мии и покрутил пальцем в ухе, – Ну день рождения и день рождения, чего бубнить-то? Каждый год этот день рождения…

– Да ладно тебе, старикан, – Куми пихнула Имаймаши в плечо, – Это не просто день рождения! Во-первых, сегодня помимо твоего дня рождения, по всей стране отмечают день отца! А отсюда вытекает второй пункт! Это первый твой день рождения, который ты проведешь вместе со своей дочерью! Так что прояви уважение!

– Мы с девочками для тебя кое-что приготовили, – Рей протянула отцу флаер, – Надеюсь, тебе понравится…

Имаймаши взглянул на флаер. Он был довольно минималистичным. Ярко оранжевое пламя на черном фоне, а над ним красовалась бледно зеленая надпись «Unholy Miracle Reunion». Сперва старик не понял, что именно подразумевает этот флаер, но увидев время и место, подписанное снизу, до него вдруг дошло.

– Воссоединение? Да ну нахер! Я этих уродов и в аду видеть не желаю! – Имаймаши обиженно сложил руки на груди и отвернулся, – Хотя, знаете, что? Если уж эти козлы осмелились выступать в этом городе, то давайте завалимся к ним и закидаем их презервативами, наполненными мочой!

– Вообще-то, единственным козлом там будешь ты, старик! – Куми громко рассмеялась, видя, что до Имаймаши не доходит, что именно они для него приготовили.

– Не понял… Чего это я козел? – Имаймаши приподнял бровь.

– Мы говорим о том, что ты будешь единственным из старого состава группы! – Рей наконец озвучила отцу задуманную ими идею, – Остальных участников заменим мы! Куми, как оказалось, неплохо играет на бас-гитаре. Малышка Мия сядет за барабаны, главное, чтобы она за ними не потерялась. Ты, само собой будешь вновь играть на гитаре. Ну, а я отлично пою и много твоих песен знаю! Как думаешь, понравится ли посетителям женский вокал в ваших песнях?

– Да как вы… Вообще додумались до такого… – слова Имаймаши прозвучали словно разочарованно, однако, спустя пару секунд старик улыбнулся и крепко обнял всех троих девушек, – Девочки, вы мои родные! Это же просто чудесная мысль! Никогда бы не подумал, что когда-нибудь выйду на сцену, так ещё и вместе с дочерью и моими хорошими подругами! Спасибо вам большое!

– Рада, что тебе понравился наш подарок, – Рей искренне чувствовала, что сделала что-то действительно важное, – Но сперва нам нужно отрепетировать наше выступление. Например, в подвале.

– В подвале? – старика накрыли воспоминания из прошлого, – Мы с теми уродами из Unholy Miracle всегда репетировали в моем подвале… Откуда ты про него знаешь?

– Это единственное место, в котором мама ничего не меняла с твоего ухода… Только протирала пыль со всех инструментов внизу и бережно расставляла все по местам, – Рей повела отца и подруг вниз по лестнице, спускаясь к подвалу, – Я даже знаю, что ключ ты всегда прятал за этим плакатом Led Zeppelin…

Имаймаши взглянул на постер с изображением группы Led Zeppelin. Подняв его, он обнаружил, что под ним на небольшом крючке висел ключ. Старик и сам уже забыл о том, что он там, но осознал, насколько важно было для Суми Сейкимы его возвращение, раз она так трепетно относилась к его вещам, в надежде, что однажды они ему понадобятся. По щеке Имаймаши скатилась скупая слеза, которую он поспешил скрыть, сняв ключ с крючка. Открыв дверь в подвал, он запустил девушек внутрь.

– Ого, это же «Рей»! – первым, что бросилось в глаза Имаймаши, была та самая гитара, на которой он играл в своей молодости, – Давненько я её не видел…

– Рей? – аналогично Рей, когда та впервые услышала это наименование, Куми залилась безудержным смехом, – Ты что, назвал дочь в честь гитары?

– А мне кажется, что это очень мило! – Марси-Мия села за барабанную установку, начав крутить палочками в руках, – Есть нечто восхитительное в том, чтобы называть тех, кто тебе дорог, именем ценной для тебя вещи. Это истинная любовь! Жаль, что мой создатель не вложил в имя, данное мне при рождении, великий смысл…

– А как твое настоящее имя? – Рей даже не задумывалась над тем, что имя, которым называет себя Марси-Мия, может быть не настоящим.

– Марси-Мия Марципан! – гордо заявила девушка, сыграв барабанную дробь, – Это моё настоящее имя! Остальное не имеет значение, ведь было давно затеряно в бесконечной Вселенной!

– Что ж, в таком случае, вопрос исчерпан, – Рей не стала допытывать Марси-Мию вопросами, решив, что это её личное дело, – А нам пора начинать репетицию, чтобы к вечеру быть готовыми к выступлению!

– А хоть песни мои знаете? – Имаймаши скорчил недоверчивое выражение лица.

– Ещё бы! – Куми протянула старику список песен, которые они с подругами выбрали для выступления, – Тут неплохие песни с твоим участием. Надеюсь, что ты их хотя бы помнишь.

– О, и правда неплохие песни, – старик внимательно прочитал все названия выписанных песен, – Кроме, конечно, Negative Diagnosis! Всегда терпеть её не мог!

– Окей, значит, её мы вычеркнем, – Куми взяла в руки бас-гитару и перекинула ремень через плечо, – С какой песни начинаем, шеф?

– Предлагаю начать с Natural Selection! – Имаймаши схватил свою гитару «Рей» со стойки, – Я просто обожаю эту песню!

Закинув на плечо ремень от гитары, Имаймаши придвинул свои круглые темные очки к глазам, и вот в них уже сверкал свет от прожекторов, освещающих сцену клуба «Нидо-ни», в котором выступала возрожденная группа Unholy Miracle. На удивление в клубе собралось достаточно много людей. Многие пришли по объявлению в интернете, которое Рей опубликовала на музыкальных форумах, а некоторые зашли просто случайно, но остались посмотреть выступление. В основном зал был заполнен взрослыми или пожилыми фанатами рок-музыки, которые слушали Unholy Miracle ещё в молодости, но и молодежь так же не осталась в стороне. Интересные образы юных девушек, выступающих на сцене, притягивали внимание. Марси-Мия предусмотрительно сняла свою шляпу, оставив её на усилителе звука, чтобы она не слетела во время активной игры на барабанах. Куми зажимала пальцами жесткие струны бас-гитары, задавая общий ритм. Затем вступает Имаймаши, быстро перебирая пальцами, словно извергая молнии струнами своей гитары, после чего начинается вокальная партия, которую исполняет Рей.


This world doesn't like the truth!
(Этот мир не любит правды)
This world is filled with suffer!
(Этот мир полон страданий)
It will get rid of you,
(Он избавится от тебя)
When you'll have none to offer!
(Как только перестанешь приносить пользу)


Первый куплет был принят толпой достаточно бодро. Зрители кивали головами в ритм музыке, а женский вокал был не только чем-то довольно необычным для песен Unholy Miracle, но ещё и крайне тепло принят слушателями. Хотя, конечно, сперва не многие поняли, почему именно женщина исполняет вокальную партию, поэтому относились довольно скептично с первого взгляда. Но услышав низкий и местами грубый голос Рей, весьма неплохо сочетающийся с тематикой песни, люди сразу поняли, что пришли сюда не зря. Вход, конечно, был бесплатным, поэтому никто бы ничего не потерял, а группа бы просто классно провела время. Тем не менее, одобрение слушателя всегда радует музыканта. Пришло время исполнять бридж.


You just have to calculate,
(Тебе нужно просто рассчитать)
How not to lose your face!
(Как не потерять свое лицо)
Learn to manipulate
(Научись манипулировать)
To force the masses show a grace!
(Чтоб заставить массы проявить милость)


Во время бриджа в партию вступила Куми, в качестве бэк-вокала. Хотя она пела в голос вместе с Рей, но из-за того, что её голос был выше, создавался достаточно необычный эффект эхо. Это ещё сильнее раззадорило толпу, многие начали прыгать от возбуждения.

– А девки-то реально жгут! – пожилой фанат рока одобрительно кивал головой, обращаясь к своему товарищу.

– Эй, а это не Имаймаши Кирюкито играет на гитаре? – его друг присмотрелся к гитаристу на сцене и узнал в нем того самого Имаймаши, исполнявшего эти песни в далеких семидесятых, – Погляди, ну вылитый же!

– Так и есть, господа! Один из величайших рок исполнителей Японии семидесятых годов! – позади двух стариков стоял молодой парень Кессеки Кемоно по прозвищу Рок Монстр, прибывший в город по личному приглашению от Рей, – А вы, я погляжу, ценители!

Все шло к припеву и, если бы фанаты могли стихийно передать свои эмоции, зал бы зажегся ярким пламенем.


That's the only way you will survive!
(Только так ты сможешь выжить)
The worse the path, the more is right!
(Чем хуже путь, тем правильнее)
That’s the only way you will survive!
(Только так ты сможешь выжить)
Sell all the slaves and leave your sign!
(Продай всех рабов и распишись)
And you will survive!
(И тогда ты выживешь)


После припева толпу было уже не остановить. Настоящие фанаты рок-музыки уже вовсю трясли головами, размахивая своими длинными сальными волосами и громко топая ногами. Ни один из присутствующих не жалел, что зашел сегодня в этот клуб, ведь выступление было невероятным. Оно не только вызывало ностальгические чувства, но и заставляло слушателей вспомнить о том, почему именно рок был основной волной движения в те годы. Тем временем, напротив клуба остановился автобус. Из его на остановке вышел лысеющий старик в сером пальто и закурил. Он перешел дорогу, направляясь в сторону клуба, планируя выпить и немного отдохнуть. Однако, взглянув на афишу, висевшую на входной двери, старик на секунду замер на месте.

– Воссоединение Unholy Miracle? – от неожиданности старик даже выронил сигарету изо рта, – Что это ещё за херня?

Пожилой мужчина злобно оскалился, плюнул на землю и вошел внутрь, чтобы выяснить, что происходит внутри. А группа тем временем, завершив припев, перешла к исполнению второго куплета песни.


This world is filled with lies!
(Этот мир полон лжи)
There is no place for slobs here!
(Здесь не место для слюнтяев)
The better you disguise
(Чем лучше ты маскируешься)
The easier to be prepared!
(Тем проще быть готовым)


Второй куплет уже не повторял разогревающий темп первого, а был достаточно энергичным, почти, как и припев, однако, все равно словно позволял слушателям немного передохнуть после сильного перевозбуждения. Даже те, кто наблюдал за выступлением, сидя у барной стойки клуба «Нидо-ни» вышли немного подвигаться вместе с остальными. Затем вновь последовал бридж, исполненный дуэтом Рей и Куми, а после него припев, вновь разжегший огонь в сердцах фанатов Unholy Miracle. Ближе к концу припева Имаймаши разглядел в толпе старого знакомого – Кессеки Кемоно, с которым познакомился во время поездки в Диснейленд. Вспомнив о том, как молодой фанат рассказывал о своей мечте, сыграть на сцене вместе с ним, старик подумал, что раз уж в свой день рождения он получил такой незабываемый подарок, то порадовать кого-то ещё было бы очень даже здорово. Имаймаши указал пальцем прямо на молодого музыканта в толпе.

– Что это значит? На кого он показывает? – Рок Монстр растерялся, сперва не поверив, что его кумир зовёт его на сцену.

– На тебя! На кого же ещё? – старый фанат рока, похлопал парня по спине, – Сейчас будет гитарное соло, а тут только ты с гитарой за спиной!

– Давай, парень! Забирайся на сцену! – друг старика, подтолкнул Кессеки ближе к сцене.

– Вот черт! – Рок Монстр залез за сцену, хватаясь за протянутую руку Имаймаши, – Спасибо вам, Кирюкито-сан! У меня нет слов!

– Давай зажжем эту сцену, Рок Монстр! – Имаймаши улыбнулся молодому музыканту, – Покажи, на что ты способен!

Вместе с Рок Монстром Имаймаши приступил к своей невероятной гитарной партии. Правда, это уже трудно было назвать гитарным соло, ведь гитары было две, но Кессеки быстро подхватил ритм игры своего кумира. Вдвоем они быстро перебирали пальцами по струнам так, что казалось, что их гитары сливаются воедино. Имаймаши нисколько не растерял своих навыков и не отставал от молодого музыканта, хотя со стороны казалось, что это Рок Монстр старается за ним угнаться. Не обошлось и без трюков с сангрейн, которые решил провернуть Кессеки прямо во время игры. Используя своих крохотных существ, похожих на ноты, Рок Монстр поднял к потолку частички пыли, собранные по всему клубу. Пыль закрутилась в воронку, словно ураган над головами зрителей. Люди задрали головы вверх, завороженно наблюдая за вращающейся пылью. Они не видели множество нот, пасующих друг другу частички пыли. В клуб вошел старик, приехавший на автобусе, выражая полное непонимание происходящему. Он взглянул на сцену, где Имаймаши и Рок Монстр агрессивно перебирали пальцами по струнам, крутя волосами в разные стороны.

– Я узнаю эту игру… Только один человек из всех, кого я знал, играл так же виртуозно… – старик присмотрелся к пожилому гитаристу и вдруг осознал, что знает, кто это, – Имаймаши…?

Гитарное соло подходило к завершению выдавая финальный рифф, Имаймаши по привычке поставил ногу на усилитель, опрокинув голову назад и подняв над собой гитару. С обратной стороны грифа до сих пор оставался небольшой крепеж для бутылки, однако, никакой бутылки там уже не было. Старик оставил в прошлом свои привычки и зависимости, осознав, что в его жизни много других достаточно важных вещей. Синхронно завершив невероятную гитарную партию, темп мелодии будто резко стих. Музыка стала намного спокойнее и началась любимая часть Имаймаши в этой песне. Однако, исполняла её уже не Рей. Для этой вокальной партии выбрали Марси-Мию из-за её высокого и мелодичного голоса.


And if you’re powerless
(И если ты бессилен)
To take your piece of pie!
(Чтоб забрать свой кусок пирога)
So please, do your best!
(Пожалуйста, сделай как лучше)
Just lie down and die!
(Просто ложись и помирай)


Даже когда прожектор осветил розовым светом барабанную установку, зрители не сразу поняли, кто именно поет эту партию, ведь невысокую Марси-Мию было едва видно за барабанами. Хотя её итальянский акцент, который она тщательно пыталась скрыть, прорезался в некоторых моментах, пение девушки все равно было великолепным. Её голос, как теплый весенний ветер, ласкающий волосы, аналогично воздействовал на барабанные перепонки слушателей. За вокальной партией Марси-Мии вновь последовал мощный припев, который оказался финальным. Рей и Куми дополняли пение друг друга, сменяя план исполнения. И наконец песня подошла к концу, завершившись звонким ударом Марси-Мии по тарелке. Толпа громко скандировала название группы, а исполнители чувствовали невероятную гордость за свое выступление. После этого группа исполнила ещё несколько песен из заготовленного списка и ни один из зрителей даже не подумал уходить до самого конца. Правда многие напились настолько сильно, что уже валялись на полу без задних ног, но их товарищи или просто неравнодушные люди, поддерживали их на ногах до последнего или оттаскивали за свободные столики.

– Спасибо за ваши овации! Вы отличная публика! – исполнив половину песен из списка, Рей решила взять небольшую паузу и дать всем немного передохнуть, – А сейчас группа удаляется на небольшой перерыв! Но мы обязательно вернемся!

Под аплодисменты зрителей участники группы сошли со сцены, оставив инструменты. Толпа тут же окружила девушек, выпрашивая у них совместное фото. Если бы Куми, не держала Марси-Мию рядом с собой, её бы просто задавили. А Имаймаши тем временем под шумок смылся в сторону туалета.

– Вы знаете, я всегда мечтал выступить на одной сцене с таким выдающимся музыкантом, как Имаймаши Кирюкито! Мы ведь с ним лично знакомы! Он мне, как наставник! Правда, Кирюкито-сан? – Кессеки Кемоно восторженно делился впечатлениями о выступлении, но пытаясь найти в толпе Имаймаши, он лишь увидел, как тот закрывает за собой дверь в уборную, – Кирюкито-сан? Куда же вы? Подождите!

Старик вошел в туалет, открыл кран и умылся холодной водой, чтобы смыть с лица пот и остудиться. Он думал над тем, как сильно отличается его выступление сейчас от того, что было в прошлом. Ему уже не хочется упиться в усмерть, а лишь хочется насладиться моментом вместе с остальными участниками группы, коими на этот раз выступают не те уроды, которые однажды выкинули его словно мусор, а его любимая дочь и верные подруги.

– Неплохо мы с тобой справились, верно? – Имаймаши улыбнулся, глядя на свое отражение в зеркале, – Ты и правда стал лучше…

– А ты и правда не растерял хватку за все эти годы, Имаймаши… – за спиной старика раздался знакомый ему голос.

– А вы кто? – взглянув на незнакомца через зеркало, Имаймаши не сразу понял, кто с ним говорит, подумав, что это кто-то из старых фанатов группы, – Если вы за автографом, то подождите снаружи. Я выйду через минуту.

– Разве ты не узнаешь меня, Имаймаши? Хотя, я понимаю, такого старика, так ещё и облысевшего узнать трудно, – старик позади Имаймаши рассмеялся, потирая лысую голову, – Правда, я ведь и сам едва узнал тебя, хотя ты почти не изменился! Но твоя игра… Клянусь тебе, с тех пор, как мы распались, я не встречал гитариста, играющего лучше тебя! Хотя тот мальчишка почти от тебя не отставал!

– Погоди-ка… ты… – обернувшись, Имаймаши присмотрелся к лицу говорящего и вдруг узнал в нем старого знакомого, – Бокаро Реннон?

– Давно не виделись, Имаймаши! – старый Реннон раскинул руками с улыбкой приветствуя своего приятеля.

– Да пошел ты к черту, ублюдок! Я-то думал, ты помер давно! – Имаймаши отмахнулся от Бокаро, не желая даже говорить с ним, – По крайней мере, это было бы славно!

– Я тоже удивлен, что ты ещё жив, Имаймаши! Учитывая, как ты нажирался каждый раз, странно, что ты ещё жив! – бывший вокалист старого состава Unholy Miracle рассмеялся и раскинул руки для примирительных объятий, – Да ладно тебе! Слышал, что время лечит? Давай забудем старые обиды!

– Забыть о том, как вы меня выкинули черт знает где и вычеркнули моё имя из списка участников группы? – Имаймаши толкнул Бокаро в плечо, освобождая проход к выходу из туалета, – Любовь живет три года! Вот как говорят! А нож из спины трудно вытащить! Так что, до свидания, лысая гнида! Понял?!

– Признаю, мы и правда погорячились, – крикнул Реннон вдогонку, – Но ты же бухал, как черт, так ещё и малолеток каких-то изнасиловал! Как думаешь, подписали бы с нами контракт, если бы знали, что мы водимся с таким, как ты?

– Таким, как я? Да ты хоть знаешь, о чем ты говоришь, урод?! – Имаймаши резко развернулся и, схватив Бокаро за воротник пальто, прижал его к стене, – Ты телек вообще не смотришь?! Меня оправдали! Никого я не насиловал! Тот бармен подмешал мне что-то, а две малолетки были его дочерями, которые меня обокрали!

– Значит, Кучидоме, все-таки, не ошибся насчет тебя… – Реннон вдруг понял, как он был неправ все эти годы.

– Чего? О чем ты? – Имаймаши не сразу понял, о чем идет речь.

– Кучидоме Фореру – наш басист. Он до последнего не верил в то, что слухи о тебе – правда. Убеждал нас не вычеркивать тебя из контракта… – вспомнив о том, как басист группы Unholy Miracle, уговаривал остальных участников дать Имаймаши второй шанс, Бокаро Реннон тяжело вздохнул, понимая, как неправильно они тогда поступили, – Прости, Имаймаши… Правда… Мы считали, что ты действительно негодяй и заслужил место за решеткой… Фуку Гурору был уверен, что твое обвинение – это истина в последней инстанции. Он буквально убеждал нас в том, что если мы не вычеркнем тебя, то на успех можно не рассчитывать… Мне правда жаль, что так вышло…

– Кучидоме верил в меня? – Имаймаши наконец отпустил бывшего вокалиста, – Я всю жизнь считал ублюдками вас всех… Но ими оказались только ты и этот говнюк Фуку…

– Очевидно, что это так… Мы были слепы… – вздохнув, Бокаро оставил надежду на примирение и обошел Имаймаши, чтобы уйти, – Что ж… Я понимаю твою злобу… Ты имеешь на это полное право… Рад был повидаться, Имаймаши…

Имаймаши вдруг задумался о том, была ли оправдана та ненависть, пронесенная им через годы. Он ведь был так же слеп, как и Реннон: не зная всей правды ненавидел всех участников группы, хотя один из них никогда не отворачивался от него. И тут до Имаймаши дошло, как глупо было то, что сейчас спустя столько лет, он до сих пор ненавидит Бокаро Реннона, с которым когда-то выступал на одной сцене. Время действительно лечит, а самое главное, что со временем все, во что ты верил, теряет смысл.

– Постой… Я тут подумал… Тот случай, когда вы избавились от меня, был настолько давно, что уже не имеет значения… К тому же, это все привело к тем событиям, которые сделали мою жизнь лучше по итогу… – старик заставил своего бывшего приятеля остановиться после этих слов, – Спасибо за это я тебе, конечно, не скажу… Но иди сюда, засранец!

Впервые за прошедшие сорок шесть лет двое старых приятелей крепко обнялись, забыв обо всем, что случилось тогда. Бокаро Реннон сожалел о том, что не узнал раньше всей правды о своем старом друге, а Имаймаши просто понимал, что сегодня он уже не чувствует той обиды, которая была с ним сорок шесть лет назад. Афиша на входной двери клуба действительно оправдала свое название. Это было самым настоящим воссоединением группы Unholy Miracle.

– Я скучал по тебе, Имаймаши… Правда скучал… – Бокаро улыбнулся, но что-то вдруг расстроило его, – Жаль, что остальные не дожили до этого момента…

– Остальные уже того? – тяжелым голосом спросил Имаймаши, осознавая, что спустя столько лет, это совсем не удивительно.

– Время никого не щадит… Кучидоме играл в Unholy Miracle до самой смерти. Он ушел первым, когда ему было сорок шесть… У него был рак, о котором он не говорил никому до тех пор, пока это не стало очевидным… А потом через пятнадцать лет у Фуку случился инсульт, и он больше не мог играть на барабанах, а пару лет назад он умер… А я набрал в Unholy Miracle новых участников на замену старым, но потом понял, что это уже не та группа, какой она была раньше… – Реннон тяжело вспоминал пережитые годы, за которые он потерял всех своих товарищей, – Возможно, они до сих пор выступают с нашими песнями или пишут новые. Но скажу тебе честно, Имаймаши, с тех пор, как мы выгнали тебя из группы, гитариста лучше я так и не видел…

– Печально это слышать… – Имаймаши вдруг вспомнил кое о чем, что он давно уже хотел сделать, – Слушай, а как у тебя с голосом? Ещё можешь что-то спеть?

– Давненько я не практиковался, – Бокаро прокашлялся и попробовал протянуть ноту, – Ну, кажется, если распеться, то что-то и смогу выдать.

– У меня к тебе предложение, от которого ты не можешь отказаться ввиду своей вины передо мной, – Имаймаши загадочно улыбнулся, понимая, что Реннон не отвертится, – Это выступление организовала моя дочь в честь моего дня рождения.

– О, поздравляю! Не знал, что у тебя дочь, – Бокаро протянул Имаймаши руку в знак поздравления, – Это та мелкая за барабанами?

– Сдурел, что ли? Она же буквально вчера родилась! – Имаймаши по-прежнему считал, что Марси-Мии не очень много лет, хотя относительно его возраста, она действительно была достаточно молодой, – Моя дочь вокалистка! Та, что самая симпатичная, вся в свою мать!

– Ладно, и что ты задумал? – задумчиво спросил Реннон.

– В общем, я тут давненько одну песню набросал… – старик достал из кармана старую смятую бумажку и протянул её товарищу, – Сам я петь не особо умею, а вот ты мог бы вновь стать вокалистом Unholy Miracle и помочь мне!

– Господи… Это же попса какая-то… – Бокаро нахмурился, вчитываясь в текст песни, что написал Имаймаши, – Ты про гитару свою написал, что ли?

– Лысина твоя – это попса! А это лирика! – Имаймаши шлепнул Бокаро по лысой голове, – Ты поможешь или нет?

– Да помогу, чего уж там! – Реннон похлопал приятеля по плечу, – Как я могу отказать моему старому другу?


Бокаро Ренон (старый и в молодости)
Человек, японец
Дата рождения: 21.02.1941 – 77 лет (Рыбы)
Рост: 180 см
Род деятельности: пенсионер, экс-вокалист группы Unholy Miracle

Перерыв закончился и, к удивлению зрителей и самих участников группы, на сцену вместе с Имаймаши поднялся никому не знакомый старик в сером пальто. Облысевшего и старого Бокаро Реннона не узнал даже Кессеки Кемоно, преданный фанат группы Unholy Miracle. Рей, Куми и Марси-Мия тоже не признали в лицо бывшего вокалиста группы.

– Это что за дед с тобой? – Рей пыталась разглядеть получше старика, но все равно не понимала, кто это, а Куми видела в его лице что-то знакомое, но никак не могла вспомнить.

– Сейчас узнаете! – с хитрым видом Имаймаши схватил микрофон, чтобы объявить своего товарища, – Встречайте, друзья! Вокалист группы Unholy Miracle, Бокаро Реннон!

Услышав имя участника старого состава группы Unholy Miracle, толпа взревела. Хотя многие даже после объявления сомневались, что это действительно тот самый Бокаро Реннон, они так же понимали, что он мог и правда сильно измениться в результате старения.

– Боже мой! Реннон-сан! Я сперва не узнал вас! – Кессеки был в восторге больше всех, но не так сильно, как при встрече с Имаймаши, он чувствовал себя так, будто просто пересекся с актером кино где-то на улице, ведь Реннон не был его кумиром, – Рад с вами встретиться!

– Да-да, парень, приятно познакомиться! Играешь ты, кстати, ничуть не хуже моего приятеля Имаймаши! Моё уважение! – Бокаро пожал руку Рок Монстру, но все же решил попросить его удалиться со сцены, – А сейчас, дай старой гвардии выступить. Имаймаши приготовил одну очень необычную песню!

– Конечно, Реннон-сан, позвольте откланяться! Уступаю сцену профессионалам! – Кессеки с довольным видом спрыгнул со сцены и встал в первом ряду.

– Ты тоже спустись пока к Рок Монстру, Рей, – Имаймаши хотел, чтобы его дочь услышала из зала то, что он приготовил для неё, – У меня небольшой сюрприз, так что я бы хотел, чтобы ты послушала.

– Что ж, ладно, – Рей пожала плечами и слезла со сцены, взяв за руку Кессеки, который решил помочь ей спуститься, – К тому же, раз на сцене уже есть вокалист, то я там особо ни к чему.

Имаймаши улыбнулся дочери, надеясь, что она оценит его старания. Тем временем, Бокаро вручил Куми и Марси-Мии ноты, которые он начеркал на бумажке за пару минут в туалете. Пока участники группы ознакамливались с мелодией, Имаймаши решил объявить свою идею зрителям.

– Итак, друзья! Следующую песню, я посвящаю одному очень дорогому человеку! – хотя старик и обращался к толпе, смотрел он только на Рей, – Я написал её уже давно! И сам бы исполнил, но, к сожалению, голоса у меня нет! Поэтому я попросил моего старого товарища Бокаро Реннона подсобить мне! Что ж, поехали!

После объявления старта песни, Марси-Мия быстро поняла, что нужно делать и начала ритмично стучать по барабанам, задавая умеренный темп композиции. Судя по её выражению лица, она уже поняла, кому будет посвящена песня, хотя текст ни она, ни Куми не видели. Следом за подругой к ритм-секции присоединилась Куми, хотя её партия была самой простой, необходимо было лишь подыгрывать ритму, задаваемому Марси-Мией. Но общее настроение песни уже задавал Имаймаши, вступив со своей гитарной партией. Зрители тут же поняли, что их ждет нечто лиричное, поэтому внимательно слушали, замерев в ожидании. После небольшого проигрыша, в дело вступил Бокаро Реннон.


I tried to understand,
(Я пытался понять)
What’s more important to me?
(Что важнее для меня)
What awaits me at the end,
(Что ждёт меня в конце)
If I can never see?
(Если я никогда не узнаю)


Не смотря на возраст, голос Бокаро Реннона звучал так же мелодично, как и в молодые годы, а хрипотца придавала мелодии довольно необычный характер. Он звучал так, будто использовал прием расщепления. Слушателям было интересно узнать, что ждет их дальше. А Имаймаши понемногу начинал разгонять темп, переходя к бриджу.


But recently I realized,
(Но недавно я понял)
You’ve changed my view!
(Ты изменила мой взгляд)
You’ve captured my eyes!
(Ты приковала мои глаза)
It’s all about you!
(Всё дело в тебе)


Голос Бокаро Реннона был по-прежнему довольно сильным, и он без труда брал даже самые высокие ноты. Толпа проявляла явный интерес к исполнению, хотя песню они и слышали впервые. Никто не знал, стоит ли считать её новым хитом группы Unholy Miracle и смогут ли они услышать её где-то ещё в будущем. А Куми, тем временем никак не могла понять, о ком именно поется в этой песне. Тем временем, все шло к припеву и тут Марси-Мия выдала мощную дробь, ставшую явным переходом к следующей части песни, после чего Бокаро взял выше.


When the clouds cover the sky,
(Когда тучи закрывали небо)
You were the brightest sun of mine!
(Ты была моим ярким солнцем)
And if I drown in the sea!
(И если я утону в море)
You will be oxygen for me!
(Ты будешь моим кислородом)


И тут толпа начала активно качать головами и даже подпевать мелодии, хотя и не знали слов. В этот момент в клуб вошел Оливер Элден, держа подмышкой свой ноутбук. Добыв достаточно информации, он набрался смелости написать Марси-Мии, чтобы узнать, где можно будет разыскать их. Получив от девушки ответ, который она успела написать в перерыве, конечно, не без помощи своей подруги Куми, Оливер мигом отправился по указанному адресу, добравшись за несколько минут на такси.

– Какая прелесть! – суровый бородатый байкер был очень тронут посылом исполняемой песни, положив руку на сердце.

– Она и правда прелесть… – Оливер не понимал, что мужчина говорит о песне, ведь его взгляд был прикован к Марси-Мии, сидящей за барабанной установкой, – Ничего прекраснее в жизни не видел…

Заметив в толпе Оливера, Марси-Мия улыбнулась, стараясь не отвлекаться от ритма. Парень чуть в обморок не упал, увидев её улыбку, но байкер, стоявший рядом, помог ему удержаться на ногах, выразив понимание его восторгу от новой песни. А тем временем, завершив припев, Бокаро Реннон перешел ко второму куплету.


Even a long time I was gone,
(Даже если меня долго не было рядом)
But I never forgot about you!
(Я никогда не забывал о тебе)
I won't leave you alone!
(Я не оставлю тебя одну)
I swear it is true!
(Клянусь, это правда)


До Куми вдруг дошло, кому именно посвящена песня. А вот Рей до сих пор не поняла, что песня о ней. Она считала, что подобные чувства Имаймаши мог испытывать к её матери, а учитывая, что это мероприятие она организовала в какой-то мере в память о ней, то ей казалось очевидным, что старик так же решил отдать ей дань памяти. Тем не менее, Куми всячески пыталась намекнуть Рей о том, что песня про неё, делая явный акцент глазами на слове «ты». Бридж и второй припев особо не отличались от предыдущих, лишь одна строчка в начале перехода была изменена на «потому что сейчас я осознал», намекая на события, произошедшие с Имаймаши за последнюю неделю. После второго припева ритм-секция Куми и Марси-Мии завершилась и Бокаро Реннон под легкие ноты и завороженные взгляды зрителей исполнил финальные строки, читая их словно стих.


I’ll never change my mind!
(И я никогда не поменяю свое мнение)
When thoughts wander from side to side,
(Когда мысли гуляют туда-сюда)
You will throw it all away!
(Ты прогонишь их прочь)
I will always love you, Rei!
(Я всегда буду любить тебя, Рей)


Услышав свое имя в последней строчке, Рей наконец поняла, что отец посвятил ей эту песню. А говоря о том, что написал он её уже давно, Имаймаши подразумевал, что чувства, переданные в этой песне, он всегда испытывал к родной дочери. Это до глубины растрогало Рей и растопило лед в её сердце. После всех попыток отца добиться её расположения, она наконец поняла, что, несмотря на то, что его не было рядом с ней всю её жизнь, она все равно действительно любит Имаймаши. В этот момент Рей почувствовала, что может назвать его не по имени или не холодным словом «отец», а более теплым словом «папа». От этой мысли по щекам женщины потекли слезы.

– Это так трогательно, госпожа Кирюкито! – Рок Монстр, стоявший рядом с Рей, выразил свои эмоции, едва сдерживая свои слезы, – Ваш отец действительно любит вас больше всего на свете!

– Я знаю… – Рей вытерла слезы, тепло улыбаясь, глядя на Имаймаши.

Толпа аплодировала, словно находясь в концертном зале, а не в ночном клубе. В момент грязные рокеры и бородатые байкеры обратились аристократичными слушателями, скандируя «браво» выступающей группе.

– Эта песня о моей дочери! Которая, кстати, и организовала это невероятное выступление в честь моего дня рождения! – выхватив микрофон у Реннона, Имаймаши сделал гордое заявление, – Моя дочь – самый важный человек в моей жизни! Ради неё я горы сверну! Как вы уже поняли, её имя Рей! А песня уже запатентована, так что не думайте украсть мой текст троглодиты!

Старик указал пальцем на Рей, чтобы зрители поняли, о ком он говорит, а Рок Монстр схватил её за руку, словно победившего в бою боксера. Слушатели тут же подхватили Рей на руки, подняв её над головами и громко крича её имя. Имаймаши протянул Рей руку, чтобы вновь пригласить её на сцену. Забравшись, женщина тут же крепко обняла своего отца под ликующие возгласы толпы.

– Не так важно, что день рождения у меня, ведь ты здесь главная звезда, – шепнул Имаймаши на ухо Рей, – По крайней мере для меня, ты всегда ей и останешься!

– Спасибо… – Рей вновь почувствовала прилив чувств, подступавший прямо к горлу, – …папа.

– Думаю, за это надо тяпнуть по кружечке! – Бокаро Реннон подошел к Имаймаши и его дочери, и положил руки на их плечи, – Ты как, Имаймаши?

– О нет! Я больше не пью! Как говорится, ни капли в рот, ни сантиметра… кхм… ну ты понял, – рассмеялся Имаймаши, – А вот дочке запрещать не стану. Все-таки, взрослая уже!

– Я, в целом, не против, – Рей пожала плечами и улыбнулась, – Всегда было интересно познакомиться с друзьями моего отца.

– Что ж, в таком случае, с меня коктейль для дамы, – Реннон неуклюже спустился со сцены, зазывая с собой Имаймаши и Рей, – А тебе, старина, закажем яблочный сок! Ха-ха-ха! С днем рождения, Имаймаши!

Имаймаши, Рей и Бокаро ушли в сторону бара, чтобы отдохнуть от выступления и просто провести время за увлекательными историями из прошлого, пока молодежь, оставшаяся на сцене, умилялась от трогательного воссоединения. Тема выступления вновь приобрела новое значение, ведь воссоединилась не только группа Unholy Miracle, но и семья. Проводив взглядом отца, дочь и старого вокалиста, толпа уже думала, что на этом концерт подошел к концу. Однако, оставшиеся на сцене Куми и Марси-Мия собирались исполнить ещё одну песню. Это идея пришла к ним спонтанно, но обоим показалось, что эта песня отлично подойдет для завершения выступления.

– Прежде, чем вы разойдетесь, мы бы хотели исполнить ещё одну песню! – Куми робко подошла к микрофону, ещё ни разу не выступав с речью перед толпой, – Нас всех скоро ждет долгое путешествие, поэтому если вы тоже собираетесь куда-то, то помните, что нет ничего важнее того, чтобы рядом с вами были ваши верные друзья!

– И в самые трудные моменты, они всегда будут рядом с вами, чтобы прийти на помощь! – Марси-Мия подхватила речь подруги, выбежав к ней из-за барабанной установки, – Помните, что вы не одни в этой вселенной и кто-то всегда приглядывает за вами!

Куми вновь позвала на сцену Рок Монстра, чтобы тот помог им выступить вдвоем. Однако, девушка предложила ему сменить инструмент, усадив парня за барабанную установку, вместо Марси-Мии, с которой планировала спеть дуэтом. Кессеки с удовольствием согласился, после того, как Куми объяснила ему, какую песню они планируют исполнить. Сама девушка взяла у Рок Монстра его гитару, чтобы сыграть основную мелодию. Зал замер в ожидании. Имаймаши, Рей и Бокаро тоже было интересно послушать, что за песню планируют исполнить девушки. Кессеки вступил с ритмичным постукиванием палочками.

– Listen, baby! – с первых слов слушатели узнали известный хит, Куми взяла на себя мужскую партию, – Ain’t no mountain high, ain’t no valley low, ain’t no river wide enough, baby!

– If you need me, call me! – Марси-Мия исполнила женскую партию песни, подхватив слова Куми, – No matter where you are! No matter how far!

– Don’t worry, baby! – отвечала Куми своей подруге, передавая через песню свои чувства.

– Just call my name! I’ll be there in a hurry! – Марси-Мия тоже словно не пела, а обращалась к своей подруге, уверяя её в том, что она всегда придет на помощь, – You don’t have to worry!

Слушатели активно хлопали в ладоши, в ритм песни, задаваемый Кессеки Кемоно, сидящим за барабанами. Девушки же старались отразить чувства, высказанные в песне, в сердце каждого слушателя. Больше всех был очарован Оливер, наблюдая за тем, как сердца Куми и Марси-Мии бьются в одном и том же ритме. Но больше всего его радовал тот факт, что и его сердце тоже бьется вместе с ними. Как, впрочем, и сердца всех остальных слушателей. Пришло время припева и голоса девушек слились воедино.


‘Cause baby there ain’t no mountain high enough!
Ain’t no valley low enough!
Ain’t no river wide enough!
To keep me from getting to you, baby!


Слушатели активно подпевали заводному дуэту Куми и Марси-Мии. И каждый из них понимал, что нет преград для настоящей любви, будь то любовь между парой, крепкая дружба или семейные узы родителей и их детей. Даже если любовь спит где-то глубоко внутри, однажды, найдется способ пробудить её и выпустить наружу. Любящие друг друга люди должны быть рядом друг с другом и, ни высокие горы, ни глубокие каньоны, ни широкие реки, не смогут их разлучить. Можно преодолеть любые трудности, если держаться вместе. Эти мысли крутились в голове Куми, пока она исполняла эту песню со своей лучшей подругой. Предвкушая тяжелое и опасное путешествие в поисках Эклипс, которое их ждало, она знала, что Марси-Мия, Рей или Имаймаши всегда придут ей на помощь. Возможно, даже этот едва знакомый парень по имени Оливер Элден, протянет руку помощи, став одним из верных друзей Куми однажды. Глядя на них всех: Марси-Мию, подпевающую ей через строчку, Имаймаши и Рей, наблюдающими за выступлением из бара; Куми понимала, что именно они и являются самыми близкими для неё людьми.


## Глава 3. Tear You Apart.


Ранним утром после выступления в клубе «Нидо-ни», компания, которая ещё не ложилась спать, собралась за большим овальным столом в особняке Имаймаши. Куми и Марси-Мия столпились за спиной Оливера, сидящего за ноутбуком, чтобы выслушать о результатах его поисков. Рей недоверчиво сидела напротив, закинув ноги на стол и подозрительно глядя на блондина в белом плаще. Её отец тем временем провожал своего старого приятеля, Бокаро Реннона, который напился в клубе, как черт, и едва стоял на ногах.

– Надо ж было так нажраться, Реннон! Ну ты даешь! – Имаймаши, держа вокалиста под руку, вел его к двери, – А ведь когда-то я был на твоем месте, только ты заводил меня внутрь этого дома, а не выводил наружу!

– Тше… Имаймаши… Не трси… Мня счас стошнит… – Бокаро старался держать равновесие, но получалось у него не очень хорошо.

– Так, ну-ка, давай без этого! – Имаймаши понял, что домой в таком состоянии его друг не дойдёт, – Давай-ка, садись…

Имаймаши усадил товарища на диванчик в прихожей, но тот сразу рухнул лицом в небольшую подушку и больше не подавал признаков жизни. Старик даже испугался, что его друг коньки отбросил, но тот дышал, поэтому Имаймаши понял, что Бокаро просто отключился. Пожав плечами, Кирюкито отправился в гостиную к остальным.

– Ничего, если у нас в прихожей немного полежит лысый старикан? – с легким нервным смешком спросил Имаймаши у дочери, – Я его до дома точно не дотащу… Да я, честно говоря, даже не помню, где он живет…

– Ладно, черт с ним, – Рей закатила глаза, понимая, что в этой ситуации уже ничего не поделаешь, – Но, чтобы к вечеру никаких пьяных стариков тут не было!

– Вечером тут точно будет два трезвых старика! – Имаймаши не сразу обратил внимание на Оливера, но заметив его решил все же спросить, – А это ещё что за хрен в пальто?

– Вот и мне интересно, что этот тип забыл в нашем доме? – Рей недовольно приподняла бровь, глядя на Куми и Марси-Мию, словно требуя от них объяснений, как от детей, которые притащили в дом уличного котенка.

– Ну, тут такое дело… – Куми хотела рассказать обо всем, но Оливер перебил её.

– Позвольте мне самому представиться! Моё имя Оливер Элден! Я охотник на вампиров, – Оливер встал из-за стола, чтобы представиться и объяснить ситуацию, – Мы с вашими подругами пришли к заключению, что недавно похищенную книгу следует вернуть, иначе наши с вами жизни будут под угрозой!

– Постой, ты сказал – охотник на вампиров? – Рей вспомнила о существе, которое описывал Кессеки Кемоно, при их первой встрече, – Значит, они действительно существуют?

– К сожалению, единственный экземпляр ускользнул от моего взора, когда ушел из больницы, – Марси-Мия в какой-то степени жалела о том, что ей не удалось вживую увидеть вампира, – Думаю, мы с ним где-то разминулись… Но я не сомневаюсь, что они существуют!

– Существуют, конечно! Помимо этого, именно вампир по имени Август Эвальд является владельцем той книги, которую вы потеряли, – Оливер сел обратно за стол и продолжил вводить Рей и Имаймаши в курс дела, – И если не вернуть книгу, то с помощью неё этот вампир исполнит какой-то ритуал воскрешения, и мы все умрем!

– Вампир, значит… Интересно, как они устроены? У меня появился безумный научный интерес! Они ведь бессмертны? Но почему? Регенерация? Мы тоже обладаем регенерацией, однако, у вампиров она усилена! – Рей словно стала одержима вампирами, – Точно! Возможно их теломеры тоже регенерируют, поэтому они не укорачиваются, и поэтому вампиры не стареют! Удивительно! Пожалуй, я бы хотела быть вампиром, жить вечно! Столько всего можно было бы исследовать и изучить!

– Что хорошего в вечной жизни? Все, кого ты знаешь и любишь однажды умрут, а ты останешься существовать ещё столетия, – Куми довольно скептично отнеслась к идее бессмертия, – А если однажды Солнце станет сверхновой и уничтожит Землю, что будет с бессмертной тобой? Останешься дрейфовать в космосе?

– К тому времени, я думаю, человечество освоит космические перелеты и переселится в другие солнечные системы, аналогичные нашей, – Рей звучала очень оптимистично, – Бессмертная Рей точно не пропадет!

– А я не вижу смысла в бессмертии физической оболочки, – Марси-Мия в данном вопросе была больше на стороне Куми, хотя имела иную точку зрения, – Наша душа и так бессмертна, просто каждый раз занимает новую оболочку!

– «У неё такой удивительный взгляд на вещи… Какая же она умная»… – ход мысли Марси-Мии очаровал Оливера ещё сильнее, из-за чего он завис, наблюдая за ней.

– Кстати, ты сказал, что мы можем умереть! С чего бы мы должны умереть? – возмутился Имаймаши, глядя на зачарованного парня, – Эй, чего завис? Доброе утро!

– Кхм… У вас ведь есть сангрейн? Я видел, у тебя точно есть! Ты ведь говорила об иллюзиях, до того, как я потерял сознание в больнице, – Оливер указал на Рей, вспомнив ее по голосу, – Сангрейн связан с книгой неким договором, из-за чего после смерти пользователя, его душа будет запечатана в книге!

– Я не имею ничего общего с книгой, – Рей усмехнулась, перекинув ногу на ногу, – Мой сангрейн достался мне от камня, который дал мне один уродец в белом халате!

– Вот как… Значит, силу можно получить иным способом… – узнав о камне, Оливер был крайне удивлен, – Не многим повезло так же. Хотя, везение это или нет, я не знаю, связан ли камень с книгой. Вероятно, что способности, полученные от него, не менее губительны. Когда ритуал будет исполнен, все души, связанные с сангрейн, будут использованы для воскрешения…

– Твою-то мать… – Имаймаши был шокирован этой новостью, – Я ведь и не помню, как я получил свой радиоприемник! Помирать мне что-то не хочется!

– Что ж, даже если моя душа не связана с книгой, отца я потерять не хочу, – Рей взглянула на Имаймаши, который был явно растроган её волнением о нем, – Выкладывай, как нам избежать этого.

– Мы отыщем книгу или вампира, чтобы изменить наше будущее! – Марси-Мия положила руку на плечо Оливера из-за чего парень потерял дар речи, – А для этого, нам предстоит разыскать всех, кто заключил договор с книгой! Волчонок Олли уже собрал нужную информацию и узнал обо всех сущностях, которые нас интересуют! Верно?

– Я… э… м-ммм… – Оливер словно язык проглотил от прикосновения Марси-Мии.

– Марси-Мия, убери руку… – Куми закатила глаза, разгадав секрет молодого охотника.

– Спасибо… – парень выдохнул, вернув себе способность говорить, после чего вновь огласил список людей, которых предстояло отыскать, – Итак, нас интересуют люди, получившие сангрейн здесь, в Японии. А именно, Хана Банира, Маонинг Чэнь, Кессеки Кемоно, Куро и Широ Эндо, Немуро Кирихира, Мерика, Ринго Шинка…

– Можешь вычеркнуть оттуда Кессеки Кемоно, – Рей понимала, что Рок Монстр, скорее всего не станет целью вампира, к тому же, ему можно просто позвонить.

– Какое знакомое имя… – Имаймаши задумался, напрочь забыв имя своего фаната, – Где же я его слышал?

– Пап, ты серьезно? – Рей крайне удивляло то, что её отец не может вспомнить человека, которого видел этой ночью.

– А? Я что с ним пиво пил в семьдесят шестом году? – Имаймаши всеми силами пытался вспомнить, – Хоть убей, не помню!

– Про него я узнал, что он живет в Токио и у него есть канал, куда он выкладывает каверы с электрогитарой, под ником RockMonsta, – открыв сведения по Кессеки Кемоно, Оливер сообщил остальным информацию.

– Ты же с ним вчера на сцене играл! – Рей злобно посмотрела на отца, – Беды с башкой?

– Ааа! Точно! Это тот дурачок с ирокезом! – Имаймаши рассмеялся, поражаясь своей забывчивости, – Да, это мой кореш, Рок Монстр!

– Так, значит, его я вычеркиваю, раз он ваш друг. Но, лучше передайте ему, что если он встретит вампира, то пускай позвонит вам немедленно! – Оливер удалил с ноутбука файл со сведениями о Кессеки Кемоно, – Итак, по остальным: я не нашел информацию только о ком-то по имени Мерика. Лишь информацию о том, что с индонезийского это означает «перец». Помимо этого, не уверен, есть ли смысл разыскивать близнецов Куро и Широ Эндо…

– Почему это? – удивленно спросила Куми, вглядываясь в ноутбук Оливера, – Разве мы не должны разыскать всех этих людей? Почему они вне подозрений?

– В дневнике Августа Эвальда, он писал, что близнецы уже однажды украли у него книгу, а затем разорвали договор, отвязав от неё свои души… – Оливер понимал, что таинственным Куро и Широ Эндо вовсе нет смысла похищать Эклипс дважды, пытаясь рассуждать, как Август Эвальд, – Думаю, сам вампир понимает, что они бы не похитили книгу во второй раз…

– Все мы движемся в нескончаемом цикле бесконечных повторений, раз за разом переживая одни и те же события! – Марси-Мия обвела в воздухе круг, демонстрируя цикличность бытия, – Многие живые существа вовсе не против повторений! Например, хотя я уже и так знакома с бабочкой Куми, я бы с удовольствием познакомилась с ней ещё раз, чтобы испытать те же эмоции и пережить похожие чувства! Например, в моей следующей жизни!

– «И я буду вечно помнить момент, как впервые увидел тебя перед собой, едва открыв глаза… Даже моргая, я вижу перед собой лишь твой прекрасный облик и никак не могу убрать одну лишь тебя из своих мыслей… Хотя, я и не хочу убирать»… – молодой охотник таял, глядя на Марси-Мию, не отрывая от неё глаз, как вдруг заметил, что окружающие его люди, начали с недоумением глядеть на него, ожидая от него хоть какой-то наводки, – Кхм… Тем не менее, ближе всего к нам, как ни странно, Маонинг Чэнь!

– Как ни странно? А почему это должно быть странно? – Имаймаши сложил руки на груди, выражая непонимание.

– Потому что Маонинг Чэнь – это китайское имя. А мы, если ты не заметил, в Японии, – Рей недовольно поправила отца, – Смысл выражения «как ни странно» заключался именно в этом…

– Тем не менее, эта женщина из Токио, – Оливер вчитался в информацию в своем ноутбуке, – А вот Токио от нас далековато…

– Какой занимательный парадокс, – Марси-Мия взглянула в окно, сложив большие и указательные пальцы, подобно рамке фотокамеры, – Эта китайская дама из Токио так близко, но так далеко!

– Значит, сперва мы отправимся к ней, – резюмировала Куми, – Что ещё известно про эту китаянку?

– Так, посмотрим… – Оливер вновь всмотрелся в ноутбук, – Она мастер фехтования. Чемпионка Китая, удерживавшая титул с тысяча девятьсот восемьдесят седьмого по две тысячи первый год. В Токио у неё свой кружок по фехтованию под названием «Рапира МаоЧэнь».

– Что ж… Нам нужно быть готовыми, что нас затыкают до смерти… – Куми представила, как было бы больно, если её проткнут шпагой, – Так, все в деле?

– Пускай ветер несет меня по твоим следам, Бабочка Куми! – Марси-Мия уверенно кивнула головой, – Я в деле!

– Я пойду на край света за М… – Оливер едва не проговорился, вовремя закрыв рот, – …за Августом Эвальдом… чтобы убить его… само собой…

– Долгие поездки ужасно выматывают, но если от этого зависит жизнь Рей или моя, то делать нечего, – Имаймаши положил руку на плечо дочери, – Я тоже в деле!

– Ну, а я тоже не отправлю отца одного, даже если моя душа не имеет ничего общего с этим ритуалом, – видя энтузиазм отца, Рей тоже согласилась на путешествие, – Можете на меня рассчитывать!

– Нас ждёт незабываемое путешествие! – Марси-Мия предвкушала совместную поездку, совсем не думая о том, что это может быть опасно, – Это так волнительно!

– Сперва, нам следует хорошенько выспаться, – Куми зевнула, ведь всю ночь они выступали в клубе и до сих пор не ложились спать, – Разойдемся по домам и отправимся в путь завтра утром.

– Согласен, меня тоже тянет на боковую… – Имаймаши потянулся, хрустя суставами, – Сейчас я готов вырубиться, прямо как Реннон, но не в прихожей!

– В таком случае, я гостеприимно попрошу всех удалиться, – Рей мило улыбнулась, что сильно противоречило её просьбе, – Увидимся завтра!

Попрощавшись, все разошлись по домам. Имаймаши ушел в свою комнату, где тут же завалился в кровать. Рей проводила гостей и тоже собралась готовиться ко сну. Оливер поехал обратно в отель, ведь оплатил два дня на всякий случай. Марси-Мия направилась в свое общежитие, думая, стоит ли ей объяснять коменданту, что она больше там не появится. А Куми поехала домой на автобусе, размышляя насчет предстоящей поездки. По правде говоря, ей не хотелось уезжать из родного города и оставлять маму одну надолго. Но, тем не менее, если бы она умерла из-за этого таинственного ритуала, это тоже, мягко говоря, не сильно понравилось бы её маме. Выходит, что, если Куми откажется от поездки, это все равно расстроит маму в будущем. Этого бы ей точно не хотелось, поэтому она была просто обязана вернуть книгу, чего бы ей это не стоило. Разве что, жизнь, все-таки, была для Куми довольно важна, как её, так и её друзей. Вместе, они могли бы стать отличной командой. С этими мыслями Куми добралась до дома и тихо пробралась внутрь, чтобы не разбудить еще спящую маму. Оказавшись в своей комнате, девушка наконец-то могла расслабиться. Пытаясь по привычке снять белый халат, Куми вдруг вспомнила, что выбросила то, что от него осталась ещё в комнате без окон и дверей. Девушка сняла с себя майку и лифчик, переодевшись в домашнюю футболку, после чего переодела и штаны на пижамные. Куми чувствовала себя измотанной после всех произошедших событий. Она наконец-то впервые вновь легла в свою постель. Пальцы болели после интенсивной игры на бас-гитаре, а её левая рука ещё немного ныла после сращивания. Да и пережить буквально собственную смерть было, так сказать, неприятным опытом. Множество мыслей в голове Куми постепенно погрузило её в сон. Девушка проспала буквально целый день и всю ночь, проснувшись только на следующее утро от звонка в дверь. Мама Куми, Чоу Хината поспешила открыть дверь звонящему, пока дочь одевалась в своей комнате. На пороге их дома стояла вся компания: Марси-Мия, Рей, Имаймаши и Оливер. Все они приветливо улыбались.

– Ну, что, девчонка, ты готова? – рассмеялся Имаймаши, явно спутав Чоу с её дочерью, – Решила сделать новую прическу перед поездкой?

– Дурень, очевидно же, что это её мама! – Рей дала отцу подзатыльник, – Прошу прощения, Хината-сан! Мы друзья вашей дочери. Мы с ней собирались в небольшую поездку по достопримечательностям Японии…

– Уже сегодня… – Чоу с удивлением взглянула на друзей дочери, поспешно раскатав рукава рубашки, будто пряча руки, – Ой, конечно, заходите! Подождите Куми в гостиной, я скажу ей, что вы пришли!

– Спасибо вам, Хината-сан, – Рей вошла внутрь и сняла обувь, остальные тоже зашли за ней, – Мы подождем!

– Её мать так на неё похожа… Я даже разницы не заметил… – шепнул Имаймаши на ухо Рей.

– Да помолчи ты, – недовольно огрызнулась Рей, понимая, что не стоит обсуждать такие вещи в присутствии человека.

– Я серьезно, – старик продолжал гнуть свою палку на пути в гостиную, – Женщина она красивая, конечно, но я бы за ней не приударил… Это же все равно, что с самой Ёидзокуми замутить шуры-муры… А она мне как вторая дочь, это неправильно…

Под непристойное шептание Имаймаши, Чоу Хината, улыбнувшись, поднялась наверх, чтобы позвать Куми спуститься к её друзьям. По пути в комнату дочери, женщина зашла к себе в комнату и открыла ящик, запертый на ключ, в прикроватной тумбочке. Оттуда она достала небольшую деревянную шкатулку, на которой стоял кодовый замок из четырех цифр. Приложив шкатулку к уху, Чоу услышала едва различимый шепот. Женщина забрала шкатулку и направилась в комнату дочери. На удивление, Куми уже оделась и была готова выходить, взяв с собой лишь свою сумку-шопер, в которую сложила все самое необходимое.

– Куми, там пришли твои друзья, – постучавшись, Чоу зашла в комнату дочери, – О, ты уже готова?

– Да, мам. Прости, что не сказала, что мы собираемся в поездку, – Куми боялась, что мама будет сердится на неё за то, что она решила уехать, ничего не сказав, – Меня не будет несколько дней… Я, надеюсь, ты…

– Ничего страшного, Куми. Я рада, что ты собираешься куда-то со своими друзьями, – на удивление девушки, её мама вовсе не злилась на неё, – Только будь осторожна. Кто знает, какие опасности будут ждать тебя на пути.

– Ты не сердишься за то, что я не предупредила тебя о поездке? – Куми осмотрела глазами комнату, убедившись, что ей не понадобится взять что-то ещё, – Все будет хорошо! Со мной точно ничего не случится, я тебе обещаю!

– Прежде чем ты уедешь, я хочу отдать тебе кое-что, – Чоу протянула дочери запертую шкатулку, – Эта вещь очень важная. Если вдруг ты окажешься в ситуации, когда тебе покажется, что выхода нет, открой шкатулку и она обязательно поможет тебе. Но не открывай её ни секундой ранее, это может разрушить абсолютно все вокруг…

– Хорошо… – девушка с опаской взяла шкатулку из рук матери, услышав из неё странный шепот, – Видимо, это что-то очень важное…

– Так и есть. Я серьезно, не стоит открывать её без надобности! Только в самом крайнем случае, – Чоу звучала так, будто знала что-то страшное, но не могла об этом рассказать, – Шкатулка заперта кодовым замком. Код – одиннадцать ноль девять, дата твоего рождения.

– Спасибо, мама, я запомню, – Куми крепко обняла мать на прощание и уже собиралась спускаться вниз, – А что внутри этой шкатулки?

– Спойлеры, – улыбнулась Чоу и больше не сказала ни слова, – Приятно тебе провести время с твоими друзьями!

Куми не стала выпытывать из матери подробности о содержимом шкатулки. Девушка улыбнулась в ответ Чоу и, убрав шкатулку в сумку, направилась в сторону лестницы. Компания друзей Куми уже вовсю расположилась на креслах и диванах в гостиной, будто в ожидании важного заседания.

– Знаете, что ещё невероятно? У них и сердца бьются абсолютно одинаково, – Оливер тоже влился в разговор о сильной схожести Куми и её матерью, – Я мог бы объяснить это тем, что они родственники, но вот у вас, Кирюкито-сан, и вашей дочери сердца бьются по-разному.

– Ты на что намекаешь, умник? – Имаймаши злобно привстал с дивана, подумав, что Оливер хочет сказать, что Рей не его дочь, – Что-то сказать хочешь?

– Нет-нет, я ничего такого не имел ввиду, – Оливер испуганно помахал руками, пытаясь успокоить разозленного старика, – Я вообще не уверен, что у родителей и детей должно быть обязательно схожее сердцебиение! Я сам рос в приемной семье, так что в этой теме я не силен!

– Иметь семью, в любом случае, замечательно! – Марси-Мия, сидящая рядом с Оливером положила руку на его коленку, – А у тебя большая семья, волчонок Олли?

– Ну… Б… – от прикосновения девушки охотник вновь выпал из реальности, лишь засунул руку в карман рубашки и протянул Марси-Мии фотографию своей приемной семьи.

Марси-Мия внимательно изучила фотографию семьи Грейс. Гарольд Грейс – отец семейства представлял собой высокого мужчину с черными волосами и выдающимися усами, закрывающими верхнюю губу. Он носил квадратные очки и был одет, как типичный банковский служащий: белая рубашка под черный пиджак в полоску, заправленная в черные выглаженные брюки, и зеленый галстук. Его жена – Марта Грейс, стоявшая рядом с ним на фотографии, выглядела, как обычная домохозяйка: русые волосы, собранные в пучок, придерживаемые белым ободком, красная рубашка в белый горошек и синие джинсы с высокой талией. На переднем плане находились все приемные дети. Первым слева был Тимоти Грейс, самый старший ребенок из семьи. Фото было сделано за пару дней до того, как он переехал ближе к месту работы, тогда ему было восемнадцать. Парень среднего роста азиатской внешности был одет в футболку с логотипом кофейни, в которой он работал и такую же кепку. Рядом с ним стояла Эмбер Грейс, на год младше Тимоти. В свои семнадцать она отходила от своего увлечения субкультурой эмо и готовилась к поступлению в колледж, но её волосы до сих пор были окрашены в сочетание черного и розового цветов. Тем не менее, одеждой она напоминала приемную мать, но вместо рубашки носила укороченную фиолетовую толстовку с открытым животом. Далее на фото был сам Оливер, в свои шестнадцать напоминающий девочку, из-за того, что собирал длинные светлые волосы в хвостик. Будто отмечая Рождество, парень носил зеленый свитер с оленями. В таком же свитере перед Оливером радостно подняв руки вверх стоял девятилетний Бенджамин Грейс. Больше всех он любил Оливера, как своего родного брата, хотя из-за его африканского происхождения, было очевидно, что родства между ними никакого нет. Рядом с Оливером стояла тринадцатилетняя Барбара Грейс, привставшая на носочки, чтобы показать рожки над головой сводного брата. На ней было надето белое кружевное платье с фартуком, а светлые белые волосы заплетены в длинную косу. С правого края расположились близнецы Ноэль и Фишер, похожие друг на друга только рыжими волосами. В свои пятнадцать Ноэль Грейс выглядела совсем не как ребенок. Она носила короткий топ и мини-юбку с колготками в сетку, наряжалась так для своего богатого ухажера. Именно с ним она переписывалась в момент фотографии, не глядя в камеру. А её родной брат Фишер Грейс, одетый в большую черную толстовку с капюшоном, закатывал глаза, поражаясь распущенности своей сестры.

– Какая удивительная семья! Они все такие разные, но между ними чувствуется невероятная энергия, объединяющая их, – изучив фотографию, Марси-Мия вернула её Оливеру, – Прямо, как мы! Нас ведь тоже можно назвать семьей, хотя мы не связаны кровью!

– Я готова! – тем временем, Куми спустилась со второго этажа, – Можем отправляться!

Одежда Куми немного отличалась от её привычного внешнего вида, как минимум отсутствием белого халата, ведь больше он ей был ни к чему. Сверху она носила черную майку с красной винтовой полосой, её руки были полностью обнажены, как и плечи, а вот горло закрыто высоким воротником. На левую руку, в районе локтя, девушка надела черную повязку, скрывающую кольцевой шрам. Прическа Куми не изменилась, а вот макияж стал более выразительным. Впервые в жизни, она нарисовала на глазах стрелки, подчеркивающие разрез глаз, а помада на её губах выглядела иначе. Верхняя губа была покрашена в матовый черный, а нижняя имела насыщенный алый оттенок. Куми спустилась к прихожей и надела на ноги свои черно-белые кеды. Остальные тоже встали с диванов и тоже начали обуваться. Команда вышла из дома и направилась к калитке.

– Мама у тебя ничего такая! – Имаймаши ехидно улыбнулся, – Был бы я помоложе, я бы…

– Веди себя прилично! – Рей стукнула отца локтем в живот.

Пока все выходили за калитку, Куми обернулась, чтобы последний раз взглянуть на дом. В окне своей комнаты она увидела маму, которая махала ей рукой, прощаясь. Девушка помахала в ответ, но Чоу отвлекла пролетающая мимо окна бабочка с черно-красными крыльями. Засмотревшись на насекомое, женщина вдруг закрыла шторы на окне. Куми пожала плечами и пошла к остальным. Она не заметила, как сквозь шторы в её комнате вдруг начал проступать яркий красный свет. Однако, через пару секунд он исчез. Группа села на автобус, следующий до вокзала, а там уже на поезде отправились в Токио. В пути пришлось провести около девяти часов и к вечеру того же дня герои добрались до столицы. Город выглядел достаточно чистым, дома вокруг были белыми, а улицы кишели людьми.

– И где этот фехтовальный клуб? – по пути Куми столкнулась с каким-то парнем, – Эй!

– А я, кстати, Болдмэн! – незнакомый мужчина вдруг заговорил с Куми, указывая на себя большим пальцем и играя бровями, – Это так, к сведению!

Непонятный парень, имевший крупное накаченное телосложение, поиграл своими мускулами перед девушкой, вставая в позы бодибилдеров на конкурсах. Он был одет в черные спортивные штаны и белую майку, а на затылке его гладко выбритой лысой головы красовалась татуировка с надписью «BaldMan».

– Ну всё, гудбай, амигос! – странный лысый парень развернулся и ушел, бубня себе под нос какую-то неразбериху, – Оу йес, ай эм Болдмэн! Йес, бэби, ай эм Болдмэн! Ммм, бэби, йес!

– Это что сейчас было? – Куми с недоумением обратилась к группе, пытаясь переварить увиденное, – Он ко мне подкатить решил так или что?

– В переводе с английского «BaldMan» переводится, как «Лысый мужик», – резюмировал Оливер, хотя понимал, что эта информация вряд ли будет объяснением произошедшего.

– Это и так было заметно… – Куми почесала затылок и решила забыть об этом случае, сосредоточившись на деле, – Ладно, черт с ним… Надо найти клуб фехтования.

Группа направилась вперед по улице, в поисках нужного адреса. Клуб «Рапира МаоЧэнь» находился в паре километров от вокзала. Это было не слишком далеко, поэтому компания решила пройтись пешком.

– Кстати, парень-то, вроде, ничего такой был, – Имаймаши подмигнул Куми, намекая на встреченного ими качка, – Странный, конечно, но кто из нас тут нормальный?

– Чего? Дед, ты бредишь? – девушка взглянула на старика исподлобья, – Зачем мне этот придурок?

– Ну, могла бы и приударить за ним, – усмехнулся Имаймаши, – У тебя вообще хоть хахаль был когда-нибудь?

– Стойте! – Марси-Мия, все это время ведущая пальцами по стенам, вдруг остановилась, – Мы на месте!

– Как ты это поняла, малышка Мия? – Рей подняла голову вверх и увидела вывеску с названием клуба «Рапира МаоЧэнь», – Мы и правда пришли. А я даже внимания не обратила.

– Она умеет читать шрифт Брайля… – Оливер подошел к стене, до которой дотронулась девушка, на ней была небольшая табличка с надписью шрифтом Брайля, – Я тоже не обратил внимание на вывеску…

– На Марси-Мию засмотрелся, охотничек? – Куми с насмешкой взглянула на Оливера, давно обратив внимание на то, что тот не ровно дышит к её подруге, – За дорогой бы так следил!

– Я не… Это не правда! – Оливер запаниковал, на его лбу проступили капли холодного пота, – «Черт! Нельзя, чтобы кто-то узнал о моих чувствах, пока я сам не соберусь с силами рассказать о них! Молчи, Куми, пожалуйста, молчи!»

– Слушай, Марси-Мия, откуда ты знаешь Брайль? – Куми, будто прочитав мольбу в глазах Оливера решила сменить тему, – Ты же, вроде как, зрячая…

– Иногда есть вещи, которые видеть не хочется, но убежать от них невозможно, – Марси-Мия вспомнила о том, как её отец запирал её в темном подвале без света в наказание на несколько дней, – Книги, написанные точками, порой тоже довольно увлекательные. Особенно, если чтение помогает не сойти с ума в бескрайней темноте.

– Неприятный опыт, что сказать, – Рей открыла дверь, ведущую внутрь клуба фехтования, – Что ж, идем.

Зайдя внутрь клуба, герои обнаружили, что внутри никого нет. По крайней мере, так казалось на первый взгляд. Свет был погашен и длинные коридоры пустовали. Команда очутилась на распутье. Три коридора вели в разные стороны. Героям предстояло разделиться, чтобы исследовать все три сразу, не упустив возможности пересечься с Маонинг Чэнь, обладающей сангрейн.

– Ау! Есть кто? – голос Куми эхом разнесся по коридорам клуба, но ответа не последовало, – Странно… Может и нет тут никого?

– Возможно, мы пришли слишком поздно, – Оливер подозревал, что клуб мог закрыться к вечеру, – Хотя, проверить все равно стоит…

– Тогда, нам нужно разделиться, – Рей предложила команде разойтись по коридорам, – Нужно разбиться на группы, равные по силам.

– «Как бы я хотел оказаться в группе с Марси-Мией… Может наедине, я бы смог узнать её получше и рассказать о своих чувствах? Да и вообще… Каждая минута рядом с ней, словно отдых на мягком облаке»… – думал про себя Оливер, надеясь пойти вместе с Марси-Мией, – Отличная идея! Мой сангрейн – следопыт, так что в прямом столкновении толку от него будет мало…

– Значит, пойдешь с Куми! – заключение Рей буквально ошеломило Оливера, разрушив все его надежды, – Её сангрейн достаточно сильный, так что вы сработаетесь. Я возьму с собой малышку Мию, ведь мой сангрейн работает только на одной цели и при прямом зрительном контакте, а она и сама по себе сильная, да и вылечить сможет в случае чего.

– Э… Не понял? – Имаймаши возмущенно взглянул на дочь, подняв одну бровь, – А я что один пойду?

– В тебе я уверена, – Рей хитро улыбнулась, – Даже если не выстоишь против сильного противника, то сможешь найти неординарный выход из ситуации. Так что тебе напарник ни к чему!

На этом команда и решила разойтись по разным сторонам. Марси-Мия с довольным выражением лица махнула рукой Куми и направилась вслед за Рей в правый коридор. Оливер опечаленно глядел вслед уходящей Марси-Мии до тех пор, пока Куми не схватила его за воротник и не потащила за собой в левый коридор. Парень пошел за девушкой, грустно повесив голову. Когда все разошлись по разным сторонам, на распутье остался лишь один Имаймаши, который до сих пор не понимал, почему его все бросили.

– Да я ж умру один со скуки! Стойте, паразиты! – старик отчаянно пытался воззвать к совести своих товарищей, – Ой, да пошли вы!

Имаймаши недовольно сунул руки в карманы и направился по коридору, ведущему прямо, злобно бубня себе под нос. За героями наблюдала трехцветная кошка. Когда они разошлись по разным сторонам, кошка свернула направо, направившись за Рей и Марси-Мией. Коридор, по которому шел Имаймаши, казался достаточно длинным, практически бесконечным. Конца не было видно из-за выключенного света, поэтому Имаймаши буквально двигался вслепую. Однако, из-за того, что старик был крайне возмущен тем, что все его кинули, он просто шел вперед, глядя в пол.

– Вот и идите парами! Веселитесь там! – злобно бубнил Имаймаши, – А я сейчас, и книгу эту найду, и вампира поймаю! И все один! Вот увидите!

Старик шел достаточно долго, пока не уперся в стену. Немного поводя руками в темноте, он нащупал дверную ручку. Имаймаши повернул ручку и вошел внутрь помещения, в которое вела дверь. Внутри так же было темно.

– Сука! Темно, как в жопе! – Имаймаши попытался нащупать выключатель, но едва свет включился, старик безумно разочаровался, – Чего? Туалет? Не понял…

Имаймаши вышел из комнаты, чтобы осмотреть коридор, по которому он шел, освещая его включенным светом из туалета. Однако, по всей длине коридора, озаряемой светом, не было ни одной двери, ведущей в другие комнаты, лишь бескрайний прямой маршрут, оканчивающийся входом в туалет.

– На кой черт делать такой длинный коридор до туалета?! Это же обоссаться можно по пути! – Имаймаши был крайне возмущен своей находкой, – Нет, вы поглядите! Они, небось знали, что дорога ведет к туалету! Сейчас наверняка все вместе смеются надо мной!

Рассерженный старик злобно пнул стоящую в углу мусорку и направился в кабинку. Он открыл дверцу, опустил крышку унитаза и сел сверху. Пошарив по своим карманам, Имаймаши нащупал в куртке пачку сигарет, купленных еще в Токио, во время поездки в Диснейленд, и вставил одну себе в рот. Однако, зажигалку в карманах он не нашел.

– Вот напасть какая! Сегодня явно не мой день! – старик расстроенно прикусил фильтр сигареты, – Неправильно это… Вот так вот обращаться с пожилым человеком! Ай-яй-яй! Что за люди?

Проклиная бросивших его товарищей, Имаймаши забрался ногами на сливной бачок, чтобы дотянуться до лампы на потолке. Плафон был прикручен, но не слишком крепко, поэтому старик с легкостью расшатал его и вырвал вместе с болтами. Оттянув провод, на котором держалась лампа, Имаймаши дернул за неё, в результате чего оголил контакты. Другие лампы на потолке ещё горели, поэтому и провод был под напряжением. Этого старик и добивался, надеясь поджечь сигарету с помощью электричества. Но, потянувшись ртом к оголенному проводу, Имаймаши неожиданно перекусил фильтр, и сигарета упала на пол.

– Да пропади все пропадом! – громко выругался Имаймаши, проклиная все вокруг, – Ну все, сейчас я буду злиться! Довели, изверги!

Взглянув на пол, старик вдруг увидел крысу, которая держала в лапках его сигарету. Она наблюдала за Имаймаши с самого его появления в кабинке, хотя тот даже не обратил внимание на зверька. Крыса будто успела поймать сигарету, пока она не коснулась мокрого пола, словно зная о том, что намоченной её будет труднее зажечь.

– Ух ты… Какая умная зверюга… – Имаймаши наклонился к крысе, тянущей к нему лапки с сигаретой, – Спасибо…

Со второй попытки старику удалось поджечь белую табачную палочку от оголенного провода. Спустившись вниз, Имаймаши вновь сел на унитаз и сделал глубокую затяжку. Наконец он почувствовал мимолетное чувство расслабленности, выдыхая клубок серого дыма.

– Эх, выходит, только ты меня тут понимаешь, крыса… – Имаймаши взглянул на зверька, но та, пару секунд поглядев в глаза старика, развернулась и убежала прочь из кабинки, – Эй! Куда? А… Ну и вали! Не нужен мне никто! Я и один тут неплохо справляюсь! Все меня бросили! Да и плевал я на ваши головы с Пизанской башни, ясно?! Гады…

Тем временем по коридору, ведущему налево, двигались Куми и немного расстроенный Оливер. Он все думал о том, как бы ему подольше побыть рядом с Марси-Мией, которая буквально захватила его разум. Причем настолько сильно, что парень даже забыл об Августе Эвальде, которого так рьяно выискивал целых два года. Куми же давно догадалась о его неравнодушии по отношению к её лучшей подруге, хотя её и удивляло то, почему именно Марси-Мия так запала ему в душу. Она хоть и считала её достаточно милой девушкой, которая вполне могла бы кому-то понравится. Но чтобы по кому-то так сильно сходили с ума, она видела лишь однажды. Ещё в школе с Куми училось много привлекательных девушек, которые красиво одевались, приятно пахли и всегда красились явно не для школы. Мальчишки всегда были от них без ума и даже могли подраться между собой за одно лишь внимание со стороны такой девушки. Но Марси-Мия была совершенно не такой. От неё исходила абсолютно другая энергия, да и она сама, вряд ли, позиционировала себя роковой красоткой, играющей с мужскими сердцами. К тому же, маленький рост девушки делал привязанность Оливера довольно странной, с точки зрения Куми, ведь выглядела Марси-Мия почти, как ребенок. Хотя, с точки зрения закона, Оливер, ещё не достигший двадцати одного года, вполне мог встречаться с восемнадцатилетней девушкой, вне зависимости от того, как она выглядит.

– Значит, тебе нравится Марси-Мия? – устав идти в тишине, Куми решила напрямую спросить парня о его чувствах, – Глаз ведь оторвать от неё не можешь, верно?

– Ха-ха… С чего ты взяла? – Оливер даже покраснел от смущения, получив подобный вопрос буквально в лоб, – «Да как она догадалась? Неужели у меня это на лице написано? Хорошо, что она не может чувствовать сердцебиение, как я! Иначе, наверняка бы знала о моих чувствах!»

– Мне незачем слушать, как бьется твое сердце, чтобы понять очевидное, – Куми довольно ухмыльнулась, глядя на покрасневшего Оливера, который выглядел, как вареный рак, – Я же вижу, как ты на неё смотришь. Так что, у тебя буквально это на лице написано!

– Как ты… – пытаясь сглотнуть слюну, парень вдруг почувствовал ком в горле, буквально перекрывший ему дыхание, – …узнала, о чем я думаю?

– Ну я же не слепая! Видно же, что по уши втрескался, – девушка громко рассмеялась, из-за чего Оливер хотел в тот же момент провалиться под землю от стыда, – А ещё я умею читать мысли с помощью жидкости номер один моего сангрейн! Запульнула её тебе в затылок, пока ты на мою подругу слюни пускал!

– Да… да чего в этом смешного?! – голос Оливера вдруг непроизвольно стал выше от волнения, – Ну да, раскусила ты меня! Мне и правда нравится Марси-Мия! В этом нет ничего смешного!

– Да ты посмотри на себя! Выглядишь, как ребенок, который боится, что одноклассники, будут дразнить его за то, что влюбился в девочку! – Куми продолжала смеяться, все больше вгоняя блондина в краску, – Вот тебе и суровый охотник на вампиров! Ты небось перед тем, как выстрелить серебряной пулей, плакать начинаешь!

– Да много ты знаешь… – Оливер обиженно отвернулся, – Как будто сама никогда ни в кого не влюблялась…

– Ой, ну ладно. Мне тоже нравились разные мальчишки, начиная от ребят в детском саду, до симпатичных персонажей из аниме и компьютерных игр. Но одно дело влюбленность, а другое дело любовь! Такого чувства я никогда ещё не испытывала, – Куми вдруг решила поделиться с компаньоном своей историей из детства, – Мои самые длительные отношения были в четырнадцать лет. Тогда я влюбилась в старшеклассника, ему было семнадцать. Узнав о моей симпатии, он тоже начал проявлять ко мне внимание: мы с ним часто гуляли, целовались за школой, он мне все рассказывал, что я не такая, как девочки моего возраста, что я намного умнее и более зрелая, чем они. А однажды, он пригласил меня к себе в гости. Мы собирались посмотреть какой-то фильм, уже не помню о чем. И там он начал ко мне приставать, предлагал заняться сексом, вновь убеждая меня в том, что я уже достаточно взрослая для подобного. Ну, и тут я поняла, что все эти сказки о моем высоком уме, были лишь для того, чтобы совратить малолетнюю дурочку.

– Это ты к чему вообще… – Оливер не совсем понимал, зачем Куми рассказала ему эту историю, – Неужели ты думаешь…

– Я говорю это к тому, что ты же видишь, как выглядит Марси-Мия?! – Куми вдруг рассержено схватила парня за воротник, прижав его к стенке, – Такая маленькая, с невинным взглядом! Неужто ты запал на неё, потому что она выглядит, как ребенок?!

– Чего? Да как ты могла такое подумать?! – чувства Оливера на самом деле были достаточно чистыми, он совершенно не видел в Марси-Мии ребенка, – Никакой я не педофил! Разве ей не восемнадцать?!

– Повезло тебе, что это действительно так, – выдохнув, Куми отпустила блондина, – Не будь ей восемнадцать, я бы тебя мигом прихлопнула!

– Фух… Слава богу, что она совершеннолетняя… – Оливер с облегчением выдохнул, – Но даже так, я не собирался склонять её ко всяким пошлостям! Мои чувства к ней абсолютно чистые!

– Пускай будет так… – Куми злобно поднесла кулак левой руки к лицу Оливера, – Но если я увижу, что ты к ней в трусы залезть пытаешься, я тебе одним махом лицо снесу!

– Да понял, я понял… – Оливер поднял руки вверх, пытаясь убедить девушку успокоиться, – Уверяю тебя, мои намерения чисты. Увидев её впервые, я влюбился в её внешность. Однако, пообщавшись с ней немного, я понял, что без ума от её манеры общения, очевидно доброго сердца и некой таинственности…

– Влюбился, говоришь? – Куми задумчиво вытянула губы уточкой, потирая подбородок, – Как ты считаешь, любовь ли это или просто временная влюбленность?

– Честно говоря… Я не знаю… – Оливер удрученно вздохнул, – Мои чувства достаточно сильные, но, я ведь и сам никогда никого не любил по-настоящему… То есть, я любил своих приемных родителей, и сводных братьев, и сестёр, но очевидно же, что речь сейчас о другом чувстве…

– Что ж, в таком случае, я просто обязана тебе помочь, – Куми звучала довольно обнадеживающе, – Вам с Марси-Мией стоит хотя бы разок побыть наедине. Может у тебя получится поговорить с ней, разобраться в своих чувствах?

– Ты… ты это серьезно? – Оливер завис на месте, не зная, как реагировать на великодушие своей компаньонки, – Почему ты хочешь помочь?

– Так ведь Марси-Мия моя лучшая подруга! Я считаю своим долгом заботиться о ней и защищать. А раз ты говоришь, что твои чувства чистые, то, если они будут взаимными, моя подруга станет счастливее, если будет кто-то, кто тоже захочет жизнь за неё отдать. Я ведь не смогу всегда быть рядом, но если у неё ещё будешь и ты, мне будет спокойнее, – Куми перевела глаза на Оливера, её взгляд был крайне серьезным, она словно глядела ему прямо в душу, – Ты ведь сможешь защитить её, Оливер Элден? Я могу тебе доверять?

– К-конечно… Можешь… Я сделаю всё, чтобы защитить Марси-Мию! – Оливер вдруг неожиданно даже для себя крепко обнял Куми, – Спасибо тебе большое, Куми! Я не забуду твоей доброты!

– Тихо… Тихо… – девушка была крайне смущена подобным выпадом, – Прибереги это для Марси-Мии…

– Ой… Извини… – Оливер тут же отпустил из объятий Куми, – Не хотел тебя смущать…

– Ладно, проехали… – справившись с неловкостью, Куми вдруг обратила внимание на ворону, которая пристально смотрела на пару, сидя на трубе, – Кстати, тебе не кажется, что за нами наблюдают?

– Если эта птица – это сангрейн возможного врага, то я бы мог отследить наблюдателя, – Оливер подозрительно взглянул на ворону.

Ворона словно поняла, что её обнаружили, и попыталась скорее улететь прочь. Чувство подозрения не покидало Куми, поэтому она решила выстрелить в птицу жидкостью номер два. Метким выстрелом, девушка приковала ворону к стене. Птица едва могла шевелиться. Когда она открыла клюв, из него вылетел небольшой таинственный шарик, скрывшийся во тьме настолько быстро, что ни Куми, ни Оливер даже не заметили его.

– Ну-ка, посмотрим, – Оливер вырвал перо из крыла вороны, надеясь отследить кого-то, кто мог следить за ними, однако, след от пера вел лишь к вороне, – Как странно… Похоже, это всего лишь обычная птица…

– Эх… Надо быть начеку, – Куми махнула рукой, зовя парня за собой дальше по коридору, – Идем дальше…

– Ладно… – из головы Оливера не выходила мысль о том, что Куми вызвалась помочь ему установить контакт с Марси-Мией, но тревога не покидала его, – Ох… А как же я смогу поговорить с Марси-Мией, если, глядя на неё я и двух слов связать не могу…

– Ой, не переживай! Это все мелочи! – Куми похлопала Оливера по спине, вспоминая о том, как Акичи делал предложение Хлое через неё, – Я даже невидимому человеку личную жизнь устроила! Так что опыт у меня в этой теме хороший! Ха-ха-ха!

Повесив голову, охотник отправился вслед за Куми, продолжая поиски хозяйки клуба. Темный коридор тянулся, казалось, бесконечно. Из-за недостатка освещения не было видно, есть ли вообще конец у этого коридора. С противоположной стороны здания в другую сторону направлялись Рей и Марси-Мия. Благодаря способности Material Girl у обоих в руках были фонарики, что позволяло им не идти почти вслепую. Конечно, фонари не освещали коридор полностью, но это все равно значительно упрощало передвижение. Вдруг Рей увидела в темноте чьи-то светящиеся глаза.

– Эй, Мия, смотри! Тут кто-то есть! – Рей посветила фонариком вперед, осветив сидящую посреди коридора трехцветную кошку, пристально смотрящую на неё, – А? Это кошка?

– Какое милое создание! Мы могли бы остаться здесь и любоваться ей вечно! – Марси-Мия была в восторге от увиденной кошки, – Я без ума от кошек, они просто прелестнейшие существа во вселенной! Однако, стоит признать, что совершенных созданий не бывает. Даже у таких чудесных животных, на удивление, крайне скверный характер! Однако, они обладают некой магией, которая позволяет людям любить их, несмотря ни на что! Интересно, возможно ли полюбить человека так же, как кошку, не смотря на их явные недостатки?

Кошка пристально уставилась на Рей, глядя ей прямо в глаза. Она зависла, словно узнала женщину в лицо. Однако, Рей впервые видела эту кошку. Пушистое существо совершенно не обращало внимания на Марси-Мию, которая, медленно подобралась к ней, чтобы погладить.

– Ох, не могу я разделить твоего мнения, малышка Мия. Я, все-таки, больше собак люблю, – Рей не отводила взгляда от кошки, будто пытаясь прочитать её мысли, – К тому же, это животное меня немного пугает… Чего она на меня так уставилась?

– Очевидно, ты ей нравишься, Сиба Рей-сан! – Марси-Мия улыбаясь, пыталась расшевелить кошку, но та все равно смотрела лишь на Рей, – Удивительно, учитываю твою мощную связь с потенциальным врагом этого создания, она все равно испытывает к тебе некую симпатию! Вот это истинная любовь!

Кошка вдруг встала на все четыре лапы, заставив Марси-Мию отойти в сторону, и направилась вглубь темного коридора. Сделав пару шагов, кошка обернулась и громко мяукнула, словно зазывая девушек вслед за собой. Подобное поведение ещё больше смутило Рей. Что-то подсказывало, что идти за ней может быть опасно, однако, Рей одолевало любопытство, которое явно разделяла Марси-Мия.

– Кажется, это милое создание хочет нам что-то показать! – Марси-Мия направилась вслед за кошкой, зовя за собой Рей, – Идем скорее, Сиба Рей-сан!

– Что ж… Ладно… Посмотрим, к чему это приведет, – Рей вздохнула и направилась вслед за подругой, – Кстати, о любви… Что ты думаешь об этом странном парне, малышка Мия?

– Если ты говоришь о волчонке Олли, то мне кажется, что он довольно забавный, – Марси-Мия задумалась, вспоминая о том, как парень теряет дар речи, когда она с ним разговаривает, – Странно, способность говорить покидает его, когда я пытаюсь установить контакт!

– Вероятно, это потому, что ты ему нравишься, – так же, как и Куми, Рей сразу вывела Оливера на чистую воду, хотя она не была уверена, что Марси-Мия это понимает, – Поэтому он каждый раз язык и проглатывает.

– Мне он тоже нравится! – вдруг выдала Марси-Мия, чего Рей совершенно не ожидала.

– Правда? – однако, Рей не была полностью уверена, что правильно поняла девушку, – Нравится, как парень? У тебя к нему особенные чувства?

– Как создание этой вселенной, коими мы все и являемся! – ответ Марси-Мии ввел Рей в еще большее заблуждение, – Многие существа имеют большой перевес в сторону собственных недостатков, что перекрывает их положительные стороны! Поэтому, само собой, мои чувства особенные, ведь не многие существа вызывают у меня симпатию, как ты или бабочка Куми или господин Имаймаши!

– Ох… Я её совсем не понимаю, – запутавшись в словах девушки, Рей решила оставить эту тему.

Компаньоны продолжили следовать за кошкой, пока не увидели свет, исходящий издалека. Вскоре они добрались до слегка приоткрытых дверей. Кошка забежала внутрь через щелку, из которой исходил свет. Девушки зашли вслед за ней. Они очутились в огромном спортивном зале, где очевидно проходили тренировки и, вероятно, турниры по фехтованию, учитывая трибуны по краям зала с обильным количеством мест для возможных зрителей. В зале было пусто. По крайней мере, так казалось на первый взгляд.

– Ты наконец-то одумалась и вернулась ко мне? – голос доносился откуда-то сверху, – Я ждала тебя, А-Чжун!

Рей и Марси-Мия не сразу поняли, откуда доносится голос. Взглянув на кошку, они увидели, что её взгляд устремлен в конкретную точку где-то наверху. Подняв головы вверх, Рей и Марси-Мия увидели наверху того, кому принадлежал этот голос. Высоко на флагштоке сидела пожилая китайская женщина. Заметив девушек, вошедших в зал, китаянка, обхватив обеими ногами длинное красное полотно, свисающее до пола, съехала по нему вниз. На самом подходе к полу, женщина сделала ловкий пируэт, приземлившись на обе ноги прямо перед девушками. Она была одета в белый защитный костюм для фехтования, расписанный китайскими иероглифами. Её волосы были собраны в плотный пучок, заткнутый двумя скрещенными спицами, а на глазах она носила темные очки, за которыми практически не было видно её глаза. В руках женщина держала стальную шпагу; на гарде был высечен красный китайский дракон. Китаянка прижала руку с направленной вверх шпагой к груди и поклонилась, глядя прямо на Рей.

– Сразимся же, А-Чжун! – женщина направила лезвие шпаги в сторону Рей, – Докажи мне, что заслуживаешь быть принятой обратно!

– О чем она говорит? – Рей вопросительно взглянула на Марси-Мию, но та лишь пожала плечами.

Кошка, глядя на Рей, обошла её со спины и направилась в сторону трибун. Запрыгнув на одно из мест, кошка легла на сидение и стала наблюдать за происходящим. Рей замерла на месте, не зная, как реагировать на выпад женщины со шпагой, стоящей перед ней.

– Чего ты ждешь, трусиха? – китаянка нахмурилась, глядя на Рей, – Хватай шпагу и покажи, чего ты стоишь!

– Не волнуйся, Сиба Рей-сан! – Марси-Мия положила руку на плечо своей компаньонки, – Моя леди может сделать для тебя шпагу, укол которой будет подобен настоящему! Я достаточно тренировалась, так что сил у меня хватит!

За спиной Марси-Мии появилась Material Girl, которая тут же закружила вихрь из маленьких пузырьков, которые сформировали острую стальную шпагу с красивой деревянной гардой, в форме головы рыжей собаки породы сиба-ину. Так Марси-Мия старалась подчеркнуть индивидуальность оружия, созданного специально для Рей.

– Постой, малышка Мия, – Рей совершенно не хотела сражаться, лишний раз тратя силы, – Кажется, эта женщина меня с кем-то спутала! Поэтому, как бы это странно не звучало, я отправлю её в иллюзию, чтобы вернуть в реальность!

На глазах Рей материализовались темные очки The Weeknd, сверкнув линзами, отражающими солнечный свет их окон спортзала. Столкнувшись взглядом с китаянкой, женщина применила способность своего сангрейн, чтобы создать в её сознании иллюзию. Однако, к огромному удивлению Рей, её соперница никак не отреагировала. Очевидно, что иллюзия на неё не подействовала.

– Чего ты так смотришь, А-Чжун? Боишься проиграть мне? – китаянка по-прежнему вела себя напористо, – Не мудрено! Стрекозе никогда не одолеть дракона!

– Почему иллюзия не подействовала на неё? – Рей находилась в смятении, ведь впервые её способность не сработала при прямом зрительном контакте, – Может дело в её очках? За ними я и глаз ее не вижу… Вероятно, они как-то блокируют действие моего сангрейн… Нужно от них избавиться! Малышка Мия, давай мне скорее шпагу!

Material Girl передала созданную шпагу в руки Рей и исчезла. Сама Марси-Мия, поняв, что в этом поединке она явно будет мешаться, отошла к трибуне, присев на место рядом с кошкой. Рей схватила шпагу и встала в боевую стойку, копируя стойку женщины, напротив неё. Однако, она никогда раньше не участвовала в фехтовальном поединке, только видела состязания по телевизору. Собрав в голове все накопленные знания, Рей собралась с духом, понимая, что ей придется сразиться с китаянкой. Она рассчитывала сбить очки с её лица, чтобы добраться до глаз и ввести её в иллюзию.

– Ан гард! – боевой клич означал готовность обоих соперников к бою, – Алле!

Второй своей фразой женщина сообщила о старте поединка, тут же бросившись в бой. Рей не сразу успела среагировать, ведь в фехтовальных терминах разбиралась не слишком сильно. Едва успев уклониться от первого укола китаянки, Рей тут же получила следующий прямо в левое плечо. Укол был сильным, хотя плотный плащ женщины защитил её кожу. Китаянка напирала с огромной скоростью, Рей даже не успевала уследить за всеми её уколами. О том, чтобы парировать атаки не могло быть и речи, ведь Рей едва успевала уклоняться. Ей оставалось лишь пятиться назад, пока она не отошла слишком далеко от начальной точки.

– Альт! – китаянка вдруг остановилась и опустила шпагу, – Ты вышла за линию боя! Вернись обратно на позицию! И кончай бездельничать! Отвечай мне хоть чем-то!

– Что? – Рей обернулась назад и увидела, что её опорная нога находится за линией, после чего она поняла, что находится в рамках боевой зоны, – Значит, она хочет сражаться по правилам фехтования? Что на уме у этой женщины?

Рей вернулась на исходную позицию. Женщина вновь поклонилась своей сопернице и приняла боевую стойку. Рей оставалось ответить ей тем же.

– Ан гард! Алле! – объявив о начале боя, китаянка вновь бросилась в бой, безжалостно засыпая Рей прямыми атаками.

Рей пыталась поймать подходящий момент, чтобы нанести контрудар, однако, её соперница была слишком быстрой. В этот раз Рей старалась лишь уклоняться, не отходя назад. Она подумала, что сбить с глаз китаянки её загадочные очки, блокирующие действие иллюзии, можно лишь оставаясь в зоне поединка. Понимая, что женщина следует правилам боя, Рей знала, что она вновь остановит поединок, стоит ей лишь ступить за линию. И вот нужный момент настал. Рей подала корпус вперед, ныряя под направленную в неё шпагу, пытаясь уколоть китаянку в ответ. Однако, план Рей не сработал. Женщина слегка отвела голову в сторону, изогнув при этом руку так, что Рей уперлась своей шеей прямо в кончик шпаги, успев лишь вовремя остановиться, чтобы не напороться на него.

– А гош! – женщина остановилась, объявив о победе фехтовальщика слева, то есть о своей, – Очень плохо, А-Чжун! Ты позоришь свой род!

Вдруг со стороны трибун раздался громкий выстрел. За ним тут же последовал следующий. Кошка повернула голову в сторону, с которой донесся звук. Марси-Мия держала в руках пистолет, созданный Material Girl. Хотя по правилам она не должна была вмешиваться в ход поединка, но она хотела помочь Рей, ведь понимала, что поединка в целом можно избежать, если дать женщине понять, что она ошибочно приняла Рей за кого-то другого. Пули были резиновыми, ведь Марси-Мия не собиралась убить ими китаянку. Ее целью было сбить очки с её глаз. Пуля летела прямо в голову женщины, однако, та успела среагировать молниеносно. Китаянка отвела шпагу от шеи Рей и резким взмахом разрезала летящую пулю напополам, даже не глядя в сторону выстрела.

– Судьба меня не обманула! – радостно крикнула Марси-Мия с трибуны, – Все идет точно по плану!

То, что произошло дальше, Марси-Мия и подразумевала под планом. Правая часть пули, разрубленной шпагой, изменила свою траекторию, из-за чего в неё врезалась вторая пуля, летящая следом. На это и рассчитывала девушка, выстрелив дважды. Столкнувшись со второй пулей, кусок первой изменил свою траекторию, врезавшись прямо в дужку очков на лице китаянки, сбив их с её глаз. Рей не теряла ни секунды и тут же материализовала на глазах темные очки своего сангрейн. Однако, взглянув в глаза китаянки, женщина вдруг остановилась.

– Что? Это невозможно! – по глазам женщины Рей поняла, что иллюзия против неё бессмысленна, ведь её зрачки были мутными и практически бесцветными, – Так вот в чем дело… Вывеска на входе, написанная шрифтом Брайля… Эта женщина слепая! Дело не в каких-то особенных очках… Моя иллюзия не действует лишь потому, что она не может видеть мои глаза! Но как же ей удается так хорошо сражаться на шпагах?!

– Сработало, Сиба Рей-сан? – Марси-Мия не видела с трибуны глаза китаянки, поэтому не понимала, почему Рей остановилась.

– Нет! – Рей находилась в смятении, – Эта женщина слепая! Я не могу повлиять на неё с помощью The Weeknd!

– Ты говоришь так, будто не знаешь об этом, А-Чжун! Неужели забыла историю, которую я рассказывала тебе? Что ж, я расскажу её снова! – китаянка ловко поймала слетевшие с лица очки, не успели они коснуться пола, после чего она встала прямо, начав свой рассказ, – С самого детства у меня было плохое зрение! И с возрастом оно становилось все хуже и хуже, однако, это не помешало мне стать чемпионом Китая по фехтования в тысяча девятьсот восемьдесят седьмом году, когда мне было всего двадцать лет! Этот титул я удерживала следующие четырнадцать лет, пока меня не исключили с соревнований за недееспособность! К тому моменту я уже полностью потеряла зрение! На своем последнем чемпионате, я вновь защитила свой титул, однако, когда я сняла маску, то не почувствовала, как мои очки зацепились за неё и упали на пол! Тогда все увидели мои пустые белые зрачки, и судьи дисквалифицировали меня!

– Чемпион Китая по фехтованию с тысяча девятьсот восемьдесят седьмого по две тысячи первый год? – со слов китаянки Рей вдруг вспомнила, о чем говорил Оливер вчера перед поездкой, – Очевидно, что это… Маонинг Чэнь! Она именно та, кого мы ищем!

– Теперь, я больше никому не позволю сбить очки с моего лица! – грозно заявила Маонинг Чэнь, – Никогда!

– Простите, Маонинг Чэнь! – Рей попыталась достучаться до женщины, – Мы хотели просто поговорить с вами!

– Не смей называть меня по имени, пока не докажешь мне, что достойна, А-Чжун! До тех пор зови меня Ши-Фу! И не важно, что я женщина! – очевидно, что китаянка жаждала лишь поединка, принимая Рей за другого человека, – А теперь, встать! Ан гард! Алле!


Маонинг Чэнь
Человек, китаянка
Дата рождения: 22.02.1966 – 52 года (Рыбы)
Рост: 163 см
Род деятельности: хозяйка фехтовального клуба

С ещё большей яростью Маонинг Чэнь бросилась в бой, осыпая Рей многочисленными уколами. Женщина едва успевала уклоняться от её атак, не понимая, как китаянка бьет точно в цель, будучи слепой. Вероятно, отточенное мастерство способно заменить зрение в умелых руках. С одной стороны, Рей казалось, что она может не пытаться извернуться так, чтобы её атака выглядела неожиданной, ведь её соперница все равно не сможет увидеть обманного маневра, а будет реагировать лишь на звук стали и рассечение воздуха. С другой стороны, она не могла понять, как вообще в таком случае вычислить её слабое место, если слепота явно им не является. Человек, смотрящий фехтовальные состязания по телевизору, ни за что не одолеет мастера, даже если тот будет незрячим. Тем не менее, некая безысходность положения, придала Рей больше уверенности, ведь теперь ей придется полагаться лишь на собственные силы. Благодаря этой уверенности, она пыталась не уступать слепой китаянке на её поле битвы. Удар за ударом соперницы скрещивали свои шпаги, пытаясь уколоть друг друга в открытые места, но никому из них не удавалось этого сделать. За напряженным боем увлеченно наблюдала Марси-Мия. А вместе с ней наблюдала и кошка, сидевшая рядом. Она словно следила за каждым ударом, пристально глядя на Рей.

– О милейшее и грациозное создание, нэко-сан, окажете ли вы мне честь почесать ваш подбородок? – понимая, что в сложившейся ситуации, Марси-Мия никак не может помочь Рей, она решила немного поприставать к кошке, – Молчание обычно означает согласие! Приму это, как положительный ответ!

Марси-Мия встала со своего места и подошла к кошке, чтобы почесать ей подбородок. Присев перед животным на корточки, девушка заслонила ей обзор на поле боя. Едва Марси-Мия поднесла руку к подбородку кошки, та резко встала на задние лапы, чтобы выглянуть из-за головы девушки. В этот момент, Рей атаковала Маонинг Чэнь прямым уколом в голову. Китаянка, почувствовав направленную в неё атаку, по колебанию воздуха, сумела увернуться в самый последний момент.

– Альт! – Маонинг Чэнь вдруг остановилась; дотронувшись до своей щеки, она вдруг почувствовала, как из пореза, оставленного Рей идет кровь, что крайне поразило её, – Ты делаешь успехи, А-Чжун… Тем не менее, ты зашла за линию! Па Конте!

Рей и сама была поражена тому, что ей все же удалось нанести хоть какой-то видимый урон мастеру фехтования. Это придало ей ещё большей уверенности в её силе. Однако, Рей всё равно смущало то, что она так легко сумела достать до лица Маонинг Чэнь простой прямой атакой. Словно та лишь притворилась слепой, но в этот момент ослепла по-настоящему. Хотя она же ясно видела её пустые глаза, которые точно не могли ничего видеть. Вдруг женщину осенило. Она вспомнила о том, что Маонинг Чэнь точно обладает сангрейн, ведь именно из-за этого их команда и приехала в Токио. Что-то явно помогало ей видеть, не имея глаз. Но в тот момент, когда Рей смогла рассечь щеку китаянки, эта способность почему-то дала сбой. Сама Маонинг Чэнь явно ждала чего-то, не продолжая бой вновь, а Рей, тем временем, пыталась понять, что позволяет ее сопернице видеть. Увидев, как Марси-Мия гладит кошку, сидящую на трибуне, Рей вдруг посетила одна мысль о том, какой характер может иметь способность китаянки.

– Малышка Мия, отойди от кошки! – Рей собиралась удостовериться в своей теории.

– К вашим услугам! – Марси-Мия отошла в сторону от животного, позволив Рей установить с ней зрительный контакт.

Тут же женщина материализовала на своих глазах темные очки The Weeknd, встретившись взглядом с кошкой. Она создала в её голове иллюзию, что ту засунули в раскаленную печь и решили зажарить заживо. Кошка упала на спину и начала судорожно барахтаться по сидению, пытаясь потушить мнимый огонь по всему своему телу. Краем глаза Рей заметила, как Маонинг Чэнь начала обильно потеть. Китаянка выронила шпагу из дрожащих покрасневших от жара рук.

– Вот оно что! С помощью своего сангрейн, она видит глазами этой кошки, поэтому так легко парирует мои атаки! – не отрывая глаз от кошки, Рей старалась понять, как именно работает сангрейн Маонинг Чэнь, – Это она следила за нами в коридоре и легко нашла нас в кромешной темноте, ведь кошки без труда ориентируются без света!

– Что происходит? Я горю?! – Маонинг Чэнь начала тяжело дышать от явного перегрева, – Нет! Не может этого быть!

Китаянка вытянула дрожащую руку в сторону бьющейся в агонии кошки, отзывая свои способности. Изо рта животного вылетел небольшой красный шарик и устремился в сторону Маонинг Чэнь. Алая сфера напоминала небольшой глаз со с фиолетовой спиралью, исходящей от сосудов, сходящихся в закрученный зрачок.

– Мия, не дай ему уйти! – Рей сняла с глаз темные очки, оставив кошку в покое и указала подруге на летящий по воздуху крохотный глаз.

– От меня не уйдет! Моя леди, стальная игла! – Material Girl, появившись за спиной Марси-Мии, мгновенно создала тонкую иглу, которую запустила прямиком в летящий глаз.

На большой скорости игла насквозь пронзила небольшую сферу, не успела та добраться до своей хозяйки. Вдруг глаз раскололся на мелкие фрагменты и исчез. Это явно отразилось на Маонинг Чэнь. Из обоих её глаз вдруг брызнула кровь, вытекающая из-под очков. Китаянка закрыла лицо покрасневшими ладонями, ахнув от пронзающей боли.

– Значит, вы раскрыли секрет моей способности Tear You Apart… Очень умно, А-Чжун! – Маонинг Чэнь убрала руки от лица, подобрав с пола свою шпагу, – Это моя ошибка… Глупо было полагаться на зрение, когда я прекрасно справляюсь и без него!

– В таком случае, сразимся без посторонних наблюдателей! – Рей встала в боевую стойку, вернувшись на позицию, – Ан гард!

– Мне нравится твой боевой дух, А-Чжун! Не думала, что в тебе ещё осталась решимость! – Маонинг Чэнь улыбнулась и приготовилась к бою, – Алле!

Начался новый раунд поединка. В этот раз Рей была уверена в своей победе, ведь она точно знала, что теперь Маонинг Чэнь точно не может видеть. Зачастую, уничтожив сангрейн, можно уничтожить и его хозяина, однако, это происходит лишь в том случае, если они связаны между собой напрямую. Но есть исключения, когда сангрейн связан с телом хозяина лишь частично, и его уничтожение понесет за собой малый урон обладателю. Сам сангрейн на некоторое время становится не активен, то есть, его хозяин не сможет его использовать. В случае Маонинг Чэнь, с её травмой она могла бы лишиться зрения, если бы уже не была его лишена. Бой был в самом разгаре, а Марси-Мия продолжала внимательно следить за поединком, взяв на руки и успокаивая кошку, едва не сгоревшую заживо. Рей атакует прямым уколом в плечо китаянки, но Маонинг Чэнь ловко перехватывает атаку, отведя шпагу женщины влево. В тот же момент мастер фехтования попыталась занять выгодную позицию, чтобы выиграть Рей в расстоянии, удлинив свою атаку. Женщина успела вовремя среагировать на маневр и увела лицо в сторону, не позволив Маонинг Чэнь задеть его. Казалось, что Рей поймала удачный момент для контратаки, когда китаянка оказалась слишком близко, но едва женщина направила шпагу в сторону оппонентки, как та ловким прыжком назад увеличила расстояние и ушла от прямого укола.

– Сражается так, будто ей и вовсе не нужно зрение и другие уловки! – отстранившись от Маонинг Чэнь, Рей тяжело выдохнула, поражаясь скорости и меткости мастера.

– Я слышу, как шпага рассекает воздух, направляясь ко мне! Я чувствую запах приближающейся стали, с какой стороны она бы не оказалась! Я твердо стою на своих ногах, ощущая вибрацию от твоих шагов, вне зависимости от их легкости! – китаянка была настроена крайне уверенно, – Я защитила титул чемпиона, будучи полностью слепой! Глаза мне совершенно ни к чему!

Бой продолжился и Маонинг Чэнь нисколько не уступала зрячей сопернице. Напряжение заполнило весь спортивный зал. Марси-Мия с волнением обняла сидящую на её коленях кошку, переживая за успех Рей в поединке. Даже не находясь под действием сангрейн, кошка продолжала внимательно следить за боем.

– Если следовать правилам, то я не могу оказывать сопротивление пожилой даме в белом! Но моя беспомощность в этой ситуации, пронзает меня иглами насквозь! – Марси-Мия делилась с кошкой своими мыслями, думая, как бы она могла помочь Рей, не вмешиваясь в бой напрямую, – Я могла бы давать Сибе Рей-сан подсказки, словно её тренер! Движения тела её соперницы, станут ключом к победе! Каждая атака начинается с плеча!

Тщательно продумав план, Марси-Мия начала следить за движениями Маонинг Чэнь. Девушка внимательно следила за тем, как китаянка направляет свою руку, начиная с плеча. Марси-Мия бережно посадила кошку на соседнее место и, раздвинув ноги, начала громко постукивать по своему сидению. Она стучала так, чтобы Рей могла услышать. Стук звучал перед каждым уколом Маонинг Чэнь. Однако, количество стуков было разным. Первый укол – один стук. Второй укол – два стука. Третий укол – вновь один стук.

– Этот стук… Малышка Мия нервничает? Или она хочет мне что-то сказать? Стук прерывистый, но не хаотичный… Может это азбука Морзе? – вспоминая обозначения из азбуки Морзе, Рей пыталась понять, что пытается сказать Марси-Мия, – Нет… Выходит какая-то бессмыслица… Дело явно в другом…

– Ну же, Сиба Рей-сан! – Марси-Мия продолжала стучать по сидению, – Приглядись же к своей сопернице!

– Постой… Малышка Мия стучит перед каждой атакой Маонинг Чэнь… Может она пытается дать мне подсказку? Но какая логика в количестве стуков? – присмотревшись к сопернице и внимательно слушая, как стучит Марси-Мия, Рей вдруг поняла, о чем может говорить количество стуков, – Укол вправо – один стук… Влево – два стука…

Внимательно следя за атаками Маонинг Чэнь, Рей начала понимать суть подсказки Марси-Мии. От количества стуков зависело направление руки. Эта информация могла бы стать очень полезной, если бы Рей до конца разобралась в подсказке.

– Еще есть уколы вверх и вниз. Вверх – один стук, вниз – два. Теперь я понимаю! – Рей наконец поняла, как она сможет предугадать атаки, – Все ясно. От количества стуков зависит продолжительность удара. Больше стуков – длиннее атака. Маонинг Чэнь держит шпагу в правой руке, соответственно, чтобы атаковать влево и вниз ей нужно больше времени, чем на прямую атаку вправо или вверх! Я раскусила тебя, Маонинг Чэнь!

Распознав направление атак китаянки, в зависимости от подсказок Марси-Мии, Рей думала лишь о том, чтобы поймать удачный момент для контратаки. Зная, куда будет атаковать мастер, у женщины было намного больше времени, чтобы продумать маневр для парирования. Каждая доля секунды играла огромную роль в ходе поединка. Наконец Рей сумела подгадать нужный момент для ответного удара. Дождавшись одного стука, означавшего, что атака будет направлена вправо или вверх, женщина возложила все надежды на то, что Маонинг Чэнь попытается атаковать вверх. Китаянка атакует – укол вверх. Собрав в кулак свою решимость, Рей пригнулась, нырнув под шпагу Маонинг Чэнь, чтобы уйти от удара. В ту же секунду, мастер фехтования буквально потеряла соперницу из виду, но через мгновение почувствовала укол прямо в шею, направленный снизу. Укол был быстрым, но не сильным, поэтому шпага не проткнула кожу. Однако, от неожиданности, Маонинг Чэнь потеряла равновесие и оступившись, упала спиной на пол.


Tear You Apart
Пользователь: Маонинг Чэнь


– А друа, не так ли? – окрыленная победой Рей подошла к сопернице, объявляя о засчитанном уколе фехтовальщика справа.

– А друа! Я горжусь тобой, А-Чжун! – Маонинг Чэнь поднялась с пола, однако, ее лицо уже не было сердитым, его озаряла теплая улыбка, – Ты стала поистине достойным соперником! Я вырастила прекрасную дочь!

– Дочь? Постойте, я не… – Рей хотела объясниться перед китаянкой, но её прервала подбежавшая с поздравлениями Марси-Мия.

– Браво! Сиба Рей-сан, ты была великолепна! – девушка протянула Рей трехцветную кошку, – Нэко-сан тоже очень рада твоей победе! Возьми её и почувствуй исходящее от неё восхищение!

– Спасибо, малышка Мия… Без тебя я бы не справилась, – вежливо отказавшись брать на руки кошку, Рей решила продолжить разговор с Маонинг Чэнь, чтобы прояснить ей то, что она не та, за кого её принимают, – Прошу прошения, Маонинг Чэнь. Я не ваша дочь. Меня зовут Рей Сейкима.

– Не моя дочь? Но ты так похожа на мою А-Чжун! – китаянка была крайне удивлена тому, что ошибалась, – Гуньян, дай-ка мне мою кошку, чтобы я могла взглянуть поближе.

Поняв, что просьба адресована ей, Марси-Мия вручила кошку её хозяйке. Вновь вернув себе способность использовать сангрейн, Маонинг Чэнь воссоздала сферу, именуемую Tear You Apart, направив её к питомцу. Кошка машинально открыла рот, запуская в него парящий глаз. Её глаза на мгновение покраснели, но после вернули привычный оттенок. Установив связь с животным, Маонинг Чэнь поднесла её ближе к лицу Рей, чтобы рассмотреть её вплотную.

– Ты и правда не моя дочь… Хотя очень на неё похожа, – опустив кошку на пол, Маонинг Чэнь расстроенно вздохнула, – Извини, что я так набросилась… Но у тебя весьма выдающиеся способности! Где ты научилась так фехтовать?

– Когда я была маленькой, я часто смотрела спортивные каналы, по телевизору, – Рей было немного неловко говорить об этом, так как подобное объяснение казалось ей глупым, – Мне нравилось фехтование и… иногда я упражнялась со шваброй в руках…

– Значит, профессионально ты не занималась? А очень зря! С твоими способностями, ты вполне могла бы стать мастером! – Маонинг Чэнь с теплой улыбкой смотрела на Рей, после чего вдруг обратила внимание на невысокую девушку, подобравшую кошку на руки, – А ты кто такая, гуньян?

– Моё имя Марси-Мия Марципан! Маячок для заблудших душ! – Марси-Мия, придерживая кошку одной рукой, протянула руку китаянке для знакомства, – А ваше имя мне известно, Маонинг-сан!

Кошка удивленным взглядом посмотрела на протянутую руку девушки. Такое же удивление испытала и сама Маонинг Чэнь. Марси-Мия явно несильно разбиралась в китайских традициях, поэтому не видела ничего странного в своих действиях. А вот Рей, поспешила сообщить подруге о том, что та ведет себя не слишком правильно.

– Малышка Мия, в Китае так не принято… – Рей наклонилась к уху Марси-Мии, чтобы шепотом предостеречь её от международного конфликта.

– Ой! Прошу прощения, Маонинг-сан! Я не хотела проявить неуважение своими действиями! – обратив внимание, что Рей пытается изобразить поклон, Марси-Мия отпустила кошку и поклонилась, – Мир настолько разносторонний, что не всегда успеваешь уследить за обычаями разных народов!

– О-хо-хо! Я сама так давно не была в Китае, что уже отвыкла от большинства традиций! – Маонинг Чэнь громко рассмеялась, – Ничего, гуайгуай, все хорошо! Только вот моё имя – Маонинг Чэнь. При обращении, оно произносится полностью, чтобы избежать неуважения!

– Хорошо, госпожа Маонинг Чэнь! Ой, то есть, просто Маонинг Чэнь! – Марси-Мия почувствовала себя крайне неловко и вновь поклонилась, – Ми скузи, пор фавор! Я запомню!

– Что ж, Рей Сейкима, спасибо тебе за хороший поединок, – Маонинг Чэнь и Рей поклонились друг другу с уважением, – Но вы ведь пришли ко мне не за тем, чтобы сразиться на шпагах, верно? Что же вас привело?

– На самом деле, мы здесь из-за вашей способности. Сангрейн – так она зовется, – наконец появилась возможность перейти к той части, ради которой затевалась эта поездка, – Можете рассказать нам, как вы получили свою способность?

– Конечно, я вам расскажу, – Маонинг Чэнь задумалась, пытаясь детально вспомнить произошедшие события, – Это случилось три года назад, когда здесь в Японии проходил очередной этап международного турнира по фехтованию, в котором участвовала моя дочь – Чжунчан Чэнь. Тогда ей было всего пятнадцать…

– Оу… ну, спасибо, – кокетливо улыбаясь, Рей поправила волосы, – Неужели, я так хорошо выгляжу?

– Я с самого детства тренировала свою дочь, чтобы она смогла превзойти меня в фехтовании! Зрение у неё было идеальное, так что моя участь её бы не постигла, – Маонинг Чэнь с трепетом вспоминала о своей дочери, – Моя дочь должна была стать чемпионом, победив на том турнире! Но, к сожалению, она проиграла…

Три года назад в спортивном комплексе «Метрополитан» в Токио проходил турнир по фехтованию, на который съехались спортсмены из разных стран. Юная Чжунчан Чэнь, фехтовальщица из Китая, приехавшая на турнир со своей слепой матерью, схлестнулась в поединке с молодым французским спортсменом, который был её ровесником. После продолжительного боя на равных, молодой парень склонил счет в свою сторону, завершив поединок блестящей победой. Юная китайская спортсменка проиграла.

– Ты была хороша! – француз снял защитную маску, взмахнув золотистыми волосами.

– А ты ещё лучше! – Чжунчан Чэнь, сняв свою маску, смотрела на оппонента влюбленным взглядом.

– Наш план ещё в силе, Чжунчан? – подойдя в девочке, парень начал шептать ей на ухо, хотя из-за шума в зале, их бы и так никто не услышал, – Сегодня я улетаю назад во Францию. Ты ведь сбежишь со мной?

– Я боюсь… – китаянка была не уверена, хотя ей очень хотелось этого.

– Перестань! Я буду рядом, – парень крепко обнял Чжунчан Чэнь, гладя её по волосам, – К тому же, ты проиграла в турнире. Разве ты хочешь, чтобы мама снова тебя наказала?

Маонинг Чэнь была строгой матерью. Она знала, что её дочь постоянно переписывается с каким-то мальчиком из другой страны и всегда старалась оградить её от этого, чтобы Чжунчан Чэнь больше времени уделяла тренировкам по фехтованию и учебе. Маонинг Чэнь считала, что дочь ещё слишком юная для общения с мальчиками, но слепота матери позволяла Чжунчан Чэнь в тайне переписываться с французским спортсменом. Они заранее спланировали свой побег. Хотя, в этом случае сбегала лишь Чжунчан Чэнь, а её возлюбленный возвращался домой. Удалившись с фехтовальной арены, спортсмены скрылись с глаз зрителей. И вот, спустя некоторое время, когда турнир закончился, Маонинг Чэнь бродила по комплексу, пытаясь найти свою дочь.

– А-Чжун? А-Чжун?! – женщина пыталась докричаться до дочери, даже не зная о том, что зал давно опустел, а Чжунчан Чэнь сбежала, – Где ты, А-Чжун?!

– Как досадно слышать крики матери, которую бросила родная дочь, – голос, раздавшийся прямо возле уха Маонинг Чэнь, обжигал, как мороз по коже, – Ушла с каким-то юнцом, даже не попрощавшись!

– Она сбежала с тем мальчишкой? Как она могла так со мной поступить? – Маонинг Чэнь не видела, кто находится рядом с ней, но ей больше не у кого было просить помощи, – Вы же видели их? Куда они направились?

– Насколько мне известно, голубки направились в аэропорт, – таинственный голос, словно парил вокруг китаянки, не издавая даже звука шагов.

– Я должна забрать свою дочь! – Маонинг Чэнь крутила головой в разные стороны, пытаясь понять, где находится тот, кто говорит с ней, – Прошу вас, отвезите меня в аэропорт!

– Постойте, вам незачем спешить! Я обязательно помогу вам, но иначе! – китаянка услышала звук перелистывающихся страниц какой-то книги, – Я верну вам зрение, и вы сами сможете отыскать свою дочь! Думаю, Tear You Apart отлично вам подойдет! Дайте мне свою руку!

Маонинг Чэнь вытянула руку вперед, не понимая, что её ждёт дальше. Хотя, ей было всё равно как, главное – найти дочь. Поэтому она доверилась таинственному незнакомцу, которого даже не могла увидеть. Китаянка почувствовала резкую боль, словно её палец чем-то порезали. Голова начала идти крутом, а земля словно ушла из-под ног. Женщина потеряла равновесие и упала на пол.

– Дальше все было, как в тумане… То есть, я смогла видеть, но это было, будто во сне, – Маонинг Чэнь вспоминала испытание, которое прошла в чертогах сознания, – Я словно была разными животными… Сперва, я ползла по земле, как змея. Затем, я обратилась кроликом, скачущим по белому лугу. Потом взлетела в небо, как птица, но потеряв все свои перья, а стала кошкой и приземлилась на четыре лапы…

Покинув чертоги сознания, Маонинг Чэнь открыла глаза. Она вновь смогла видеть. Женщина осмотрелась вокруг, увидела территорию спортивного комплекса, фехтовальную арену, пустые трибуны. Но самым большим шоком для неё было то, что она вдруг увидела себя, сидевшую на полу. Маонинг Чэнь направилась к самой себе, не понимая при этом, как она передвигается, если при этом сидит в другом месте. Подойдя вплотную к себе, китаянка поняла, что её взгляд находится слишком низко для человеческого роста. Взглянув себе под ноги, Маонинг Чэнь вдруг увидела трехцветные кошачьи лапы.

– Тогда, я поняла, что зрение вернулось ко мне не так, как я бы этого хотела… Я смотрела на себя глазами кошки, – Маонинг Чэнь взяла на руки свою кошку, – С тех пор Юань стала моими глазами…

– Приятно познакомиться, Юань! – Марси-Мия уважительно поклонилась кошке, вероятно полагая, что раз имя у неё китайское, то она тоже чтит местные традиции.

– А как же ваша дочь? – Рей понимала, что знает ответ на этот вопрос, раз Маонинг Чэнь приняла её за пропавшую Чжунчан Чэнь, – Вы так и не нашли её?

– Я тут же рванула в аэропорт, чтобы остановить свою дочь от побега, но не зная, сколько времени я провела без сознания, добравшись до аэропорта, я не смогла даже понять, куда улетела моя дочь, – Маонинг Чэнь тяжело вздохнула, – Я решила обосноваться здесь, в Японии. Открыла свой фехтовальный клуб, чтоб не бросать свое любимое дело. И надеялась, что однажды моя дочь одумается и вернется назад… Думала, что этот день настал, но ошиблась…

– Жаль это слышать, Маонинг Чэнь… – Рей сочувственно положила руку на спину китаянки, – Надеюсь, однажды, настанет тот день, когда Чжунчан Чэнь вернется к вам… Главное, верить.

– Сегодня, ты подарила мне шанс увидеться с дочерью. Пускай и не по-настоящему, но мне было приятно думать, что ты моя дочь, – Маонинг Чэнь улыбнулась и обняла Рей, – Спасибо тебе, Рей Сейкима!

– Рада, что смогла вам помочь, – женщине было приятно, что случившаяся путаница привела к тому, что одна китайская мама стала счастливее на несколько минут, – Как я понимаю, вы не знаете, кто наделил вас способностями?

– Я лишь слышала его голос… Такой тихий и холодный… Будто звучал прямо внутри моей головы… – в лице женщины читался страх, который она испытывала, когда голос говорил с ней в тот день, – Но, если вы ищете этого человека, описать я его не смогу, ведь когда я очнулась, имея глаза, рядом уже никого не было.

– Что ж, в таком случае, мы больше не станем отнимать ваше время, Маонинг Чэнь, – Рей поклонилась на прощание и они с Марси-Мией направились к выходу, – Однажды, ваша дочь обязательно к вам вернется!

– А я буду верить в это, – с улыбкой ответила китаянка.

– Ой, я чуть не забыла, – Марси-Мия остановилась и вернулась назад к Маонинг Чэнь, – Не могли бы вы поделиться со мной номером вашего телефона?

– Мобильный я не использую, но, если хочешь, гуайгуай, можешь звонить в клуб, – китаянка держала в руках свою кошку, глядя на Марси-Мию через её глаза, – Номер будет написан возле стойки регистрации.

– Спасибо вам! – Марси-Мия улыбнулась и догнала уходящую из зала Рей, махая на прощание Маонинг Чэнь и её кошке, – До свидания, Маонинг Чэнь! До свидания, Юань!

– Не забудьте забрать своего лаофу! – крикнула напоследок китаянка, явно намекая на Имаймаши, – Он уже засиделся в здешнем туалете!

Перед уходом девушек из спортивного зала, Маонинг Чэнь дошла до рубильника, чтобы включить свет в коридорах фехтовального клуба. Смотря глазами своей кошки, она прекрасно ориентировалась в темноте, поэтому выключала свет после закрытия вечером. Но сейчас Маонинг Чэнь позаботилась о том, чтобы все посетители клуба, включая Куми, Оливера и даже Имаймаши, не переломали себе ноги, шатаясь по коридорам в темноте. Добравшись до развилки, где группа впервые разошлась, Марси-Мия и Рей наткнулись на Куми и Оливера. Увидев подругу издалека, Марси-Мия бросилась к ней с крепкими объятиями.

– Давно не виделись, Марси-Мия, – Куми радостно обняла подругу, – Рада, что ты в порядке!

Заметив, как Оливер смущенно потирает затылок, стоя в стороне, Куми пнула его по лодыжке, напоминая об их уговоре. Она хотела намекнуть ему, чтобы он тоже сказал что-нибудь Марси-Мии, хотя бы пару слов.

– Марси… Мия… я… рад, что… в порядке… – когда Марси-Мия отлипла от подруги, чтобы выслушать Оливера, тот едва стоял на ногах, стараясь не упасть в обморок, – Я… переживал… за…

– Переживал за меня, волчонок Олли? Приятно это слышать! И я за вас переживала! – Марси-Мия говорила искренне, но не испытывала ни к кому особенных чувств, как те, что испытывал к ней Оливер, – Кстати, а вот вам бы стоило переживать за Сибу Рей-сан! Видели бы вы, как она сражалась на шпагах с белой дамой-мастером!

– Вы наши Маонинг Чэнь? – отойдя от очарования Марси-Мией, Оливер смог вновь сосредоточиться на работе, – Она что-то рассказала?

– Рассказала о том, как получила свои способности, – Рей отрицательно покачала головой, – Но толка от этого мало, ведь она слепая и вампира не видела.

– Что ж, в таком случае, круг поиска сужается, – Оливер пожал плечами, понимая, что придется искать следующего человека, связанного с книгой, – Раз она не видела Августа Эвальда, то он вряд ли подумает, что она могла украсть у него книгу…

– Отлично. Давайте отсюда выбираться, – Куми махнула рукой в сторону выхода.

– А ничего ли мы не забыли? – вспомнив прощальные слова Маонинг Чэнь, Рей остановила группу.

В туалете по-прежнему сидел Имаймаши, жалуясь крысе на то, что все его бросили. Зверушка внимательно слушала его, даже несмотря на то, что уже давно не находилась под действием Tear You Apart. Ведь изначально именно Маонинг Чэнь следила за Имаймаши с помощью крысы. Небольшой грызун выглядел так, будто понимает все, что говорит ему расстроенный своим положением старик.

– Ты пойми меня правильно! Я же к ним со всей душой! Они ж мои кровинушки родные! А они… – причитал перед крысой Имаймаши, тряся в руке уже шестую по счету выкуренную сигарету, – Ну как можно родного отца отправить в туалет, зная, что это туалет, а потом всем вместе смеяться над этим, м? Это вообще адекватно? Мне кажется, нет… Ну, хоть убей – не понимаю! Как так можно обращаться с пожилым, на минуточку, человеком, а?

Прервав драматичное откровение старика, дверь в туалет резко открылась. Испугавшись громкого звука, крыса быстро запрыгнула в спущенные штаны Имаймаши. Старик вытащил крысу из штанов, судорожно натянул их и, спрятав своего нового приятеля под курткой, с грохотом вывалился из кабинки.

– Собирайся, папаша, – на входе стояла Рей с остальной компанией позади неё, – Нас снова ждет долгий путь!

– Эээ… ха-ха… Хорошо, что вы тут… – Имаймаши нервно застегнул ремень на штанах, – А я тут совершенно точно не жаловался крысе на жизнь… кхм… ну да…

Забрав слегка обезумевшего от скуки старика, компания покинула клуб. На выходе Марси-Мия все же записала телефон клуба, указанный у стойки администрации, проконсультировавшись с Рей насчет того, как правильно записать имя Маонинг Чэнь. И лишь один вопрос оставался на языке после выхода из фехтовального клуба. Почему же клуб носит название «Рапира МаоЧэнь», если хозяйка клуба использует шпагу в поединке? Вероятно, если бы Оливер, знающий множество разных языков, слышал историю о том, как Маонинг Чэнь оказалась здесь и открыла свой клуб, он без труда бы понял, почему хозяйка выбрала именно такое название. Все дело в том, что слово «рапира» на китайском языке звучит, как имя Чжунчан.


## Глава 4. Somebody That I Used to Know + Stayin’ Alive.


– Что ж, вернемся к моей истории… Меня зовут Камидзу Цукуёми. Мой младший брат Камидаши болен какой-то страшной и неизвестной, ни мне, ни другим врачам болезнью. Из-за неё он испытывает ужасную боль и едва приходит в сознание, – Камидзу ехал по шоссе на своем фургоне, беседуя со своим попутчиком, – Единственное, чем мне смогли помочь врачи – они выдали мне эту капсулу гибернации, которая замораживает все процессы в его организме, облегчая его боль… Сейчас он словно спит…

Младший брат Камидзу находился в капсуле в пассажирском отсеке его фургона. Старший брат крепко закрепил сосуд ремнями безопасности с ближайших сидений, чтобы на ухабистых участках дороги, капсулу не трясло и не мотало по всему салону. Его фургон не был приспособлен к перевозке грузов, но выбора у него особо не было. Слева от Камидзу на пассажирском сидении спереди сидела молодая девушка с золотистыми волосами, одетая в школьную форму. Она молчала, не проявляя особого интереса к рассказу водителя, однако, тот, не отвлекаясь от дороги, продолжал свою историю.

– Мы с моим братом с самого детства неразлучны. Хотя, говоря по правде, Камидаши мой единоутробный брат, ведь мать у нас одна, а вот отцы разные. Своего отца я никогда не видел и даже не слышал о нем ничего. Наша мать постоянно водила домой разных мужчин, один из которых, вероятно, является отцом Камидаши, но какой именно, я точно не знаю, – рассказывая о прошлом, Камидзу свернул с шоссе по направлению в деревню с названием Сундаме, – Нашу мать можно было назвать пропащей женщиной, ведь она не только вела разгульный образ жизни, совсем не заботясь о собственных детях, но и пристрастилась к тяжелым наркотикам…

В небольшой старой и грязной квартире десятилетний Камидзу качает кроватку своего младшего брата Камидаши, которому едва исполнилось четыре месяца. Старший ребенок выглядел очень исхудавшим, так как мать не заботилась о том, чтобы приносить в дом еду, поэтому приходилось доедать остатки. Из соседней комнаты доносились громкие голоса. Мать мальчиков ругалась со своим очередным ухажером, пока Камидзу успокаивал брата, чтобы тот не боялся.

– Всего один? Ты издеваешься надо мной? – женщина толкнула высокого худого мужчину в черном капюшоне, злясь из-за того, что тот дал ей лишь один кристалл неизвестного вещества.

– Ты должна мне ещё за предыдущие три! – мужчина развернулся, собираясь покинуть квартиру, – В этот раз секс в качестве оплаты не подойдет! Знаешь, сколько у меня таких как ты?

– Ах ты урод! Ты и других трахаешь у меня за спиной? – женщина влепила звонкую пощечину мужчине.

– Да пошла ты! – дилер оттолкнул женщину от себя, из-за чего та упала на пол, – Другие в состоянии заплатить!

Взглянув с презрением на женщину, пытающуюся подняться с пола, мужчина вышел из квартиры, громко хлопнув дверью. Мать Камидзу лишь злобно посмотрела вслед уходящему дилеру. Она поднялась с пола и направилась в свою спальню, начав торопливо копаться во всех ящиках шкафов и комодов. Женщина пыталась отыскать ещё кристаллы, спрятанные ей на черный день.

– Да где же она… Черт… – перевернув вверх дном почти всю комнату, она наконец нашла небольшой пакет в своей косметичке, – Слава богу… ещё осталось…

Женщина достала из-под кровати жгут, чтобы перетянуть руку выше локтя, после чего высыпала все найденные кристаллы в ложку и начала разогревать её зажигалкой. Камидзу в своей комнате услышал, как ругань и шум прекратились. Убедившись, что младший брат заснул, мальчик решил выйти и проверить, чем занимается его мать. В квартире стало подозрительно тихо, что насторожило маленького Камидзу. Заглянув в комнату матери, мальчик увидел её лежавшей на кровати лицом к стене.

– Мама? – Камидзу медленно зашел в комнату, обходя кровать матери, чтобы увидеть её лицо, – Все хорошо?

Мать мальчика не отреагировала на его голос. Она лежала без движений, не подавая никаких признаков жизни. Обойдя кровать, маленький Камидзу увидел лицо матери. Её глаза были открыты и закачены вверх, а изо рта пеной сочилась слюна. Очевидно, что у женщины случилась передозировка. На лбу мальчика выступил холодный пот. Камидзу упал на колени и буквально начал задыхаться от ужаса и безысходности своего положения. Тогда он испытал первый в своей жизни приступ панической атаки.

– На самом деле, я не горевал о смерти своей матери. Она ничего не сделала для нас, кроме того, что родила нас на свет… Хотя, зная, что за жизнь ждёт меня и моего младшего брата, я бы предпочел и вовсе не рождаться, – воспоминания о том дне заставили Камидзу вновь пережить тот случай, – Но больше всего меня одолевал страх… Я боялся того, что будет с Камидаши, если у нас не останется опекуна…

Той же ночью в местный полицейский участок зашел мальчик в старой поношенной одежде, держа в руках маленького ребенка. Не зная, как поступить в сложившейся ситуации, Камидзу посреди ночи направился в полицию, забрав брата с собой. Он не мог оставить его одного с трупом матери. Всю ночь дети просидели в участке, а на утро за ними пришел представитель органов опеки. Детей определили в местный детский дом. Камидзу был рад уже тому, что их с братом не стали разлучать. Конечно, они были в разных отделениях, ведь Камидаши был слишком маленьким, и за ним постоянно следили работники детского дома. Но Камидзу разрешали навещать брата время от времени. Детский дом был не самым плохим из возможных, хотя подобные учреждения в Японии едва ли можно назвать хорошими. Здесь очень ценятся собственные дети, поэтому сироты попадают в приемные семьи лишь в пятнадцати процентах случаев. Да и государство не особо заботится о сиротах, выпущенных из детских домов по достижению совершеннолетия. Большинство выпускников просто становятся бездомными или вынуждены заниматься проституцией, чтобы обеспечить себе хотя бы пропитание. С этим столкнулся и Камидзу, хоть и не напрямую. Однажды, возвращаясь в детский дом из школы, мальчик увидел на улице бездомного с табличкой в руках. На ней было написано «помогите бедному сироте». А ведь парень, сидевший на улице, выглядел достаточно молодо. Приглядевшись к лицу бездомного, Камидзу узнал в нем выпускника своего детского дома, которому буквально полгода назад исполнилось восемнадцать. С тех пор мальчик решил, что ему нужно начать зарабатывать уже сейчас, чтобы на выходе не остаться с пустыми руками. Однако, официально работать Камидзу не мог, поэтому он решил воровать в магазинах сладости по пути из школы. Наворованные угощения мальчик продавал старшим товарищам в детском доме, а все заработанные деньги он прятал в своем матрасе. Однако, когда Камидзу исполнилось пятнадцать, он решил завязать с воровством и устроился на официальную подработку. Время шло и накопления Камидзу росли, рос и он сам. И вот ему стукнуло восемнадцать и пришло время выпускаться из детского дома.

– Братишка, куда ты уходишь? – восьмилетний Камидаши встретил своего брата в коридоре, когда сотрудник детского дома провожал его к выходу.

– Мне больше не разрешают здесь оставаться, Камидаши… – старший брат присел на корточки перед младшим, взяв его за руку, – Но я обязательно вернусь за тобой. Не переживай. Все будет хорошо.

Камидзу обнял брата на прощание и направился к выходу. Сотрудник детского дома, проводивший юношу, попросил Камидаши вернуться в комнату для занятий, приободрив его.


Камидзу Цукуёми
Человек, японец
Дата рождения: 10.11.1996 – 21 год (Скорпион)
Рост: 176 см
Род деятельности: путешественник


– Покинув детский дом, я сумел снять небольшую квартиру на накопленные деньги, а после устроился на более прибыльную работу на полную ставку, – Камидзу продолжал рассказывать о своем прошлом попутчице, которая отвлеченно смотрела в окно, – Моей главной целью сразу же стало получение прав на опекунство над моим младшим братом, ведь я не мог бросить его. Однако, это было не так просто.

– Извини, Камидзу… Я знаю, что ты любишь своего брата, да и я помню тебя ещё с юного возраста, но мы просто не можем оформить на тебя опекунство… – директор детского дома опечалено взглянул на Камидзу, – Но ты зарабатываешь минимум, так ещё и условия проживания довольно скудные…

– Но ведь он мой брат! Я не могу просто бросить его здесь! – Камидзу возмущенно подскочил со стула, – Прошу вас! Позвольте мне его забрать!

– Я не могу… – директор тяжело вздохнул, – Прости меня, Камидзу… Ты можешь навещать Камидаши в любое время, если хочешь… Это все, чем я могу тебе помочь…

Раздосадованный отказом Камидзу вышел на улицу. Буквально тут же он пришел в ярость. Его просто выворачивало от безысходности. Чтобы выпустить злость, Камидзу несколько раз ударил кулаком в стену.

– Проклятье! – вдруг парень почувствовал, как его голова начала кружиться.

Камидзу вдруг стало тяжело дышать. Он уже испытывал подобное ранее, его вновь настигла паническая атака. Едва держась на ногах, Камидзу уперся спиной в стену и сполз по ней на асфальт. Чувство тошноты никак не покидало его, а по всему телу пошли мелкие покалывания. Единственное, что Камидзу понял в тот момент, это то, что он вернет своего брата любой ценой. Ночью того же дня парень тайком пробрался в детский дом. Он залез через окно, ведущее в спальню. Стараясь не издавать ни звука, Камидзу прокрался к постели, на которой спал его младший брат и тихо попытался разбудить его.

– Камидзу? – Камидаши открыл глаза, увидев перед собой лицо брата, показывающего жестом, чтобы тот не говорил громко, – Что ты тут делаешь, брат?

– Вставай, Камидаши… – парень глазами показал на открытое окно, – Мы уходим…

Камидзу снял наволочку с подушки младшего брата, чтоб помочь ему сложить некоторые вещи из его тумбочки. Братья выбрались через окно спальни и сбежали.

– Не знаю, искали ли пропавшего ребенка из детского дома или решили замять это дело, чтобы не возиться с полицией, навлекая проблемы на учреждение, но мы с Камидаши сразу же покинули город, чтобы убраться как можно дальше. Однако, мы никогда не оставались долго в одном месте и около двух лет скитались по разным местам, боясь, что нас могут найти, – Камидзу вспомнил о тех событиях, что произошли с ним пару недель назад, – Однажды, наши похождения привели нас в пещеры на окраине небольшого городка Киношуто. Не уверен, что именно мы пытались там найти. Была ли это страсть к исследованиям или банальная глупость. Там-то и произошел тот инцидент, из-за которого мой брат сейчас на грани жизни и смерти. Однако, тогда я обрел свою способность, сангрейн, зовущийся Somebody That I Used to Know. Хотя, если эта сила была дарована мне взамен на жизнь моего брата, то я предпочел бы обойтись и без неё…

– Зачем ты мне это рассказываешь? – девушка вдруг решила проявить крупицу внимания к парню за рулем, – Думаешь, эта история вызовет во мне сочувствие, и я позволю тебе упасть в мои объятия, чтобы утешить?

– Я… просто хотел поделиться… – Камидзу тяжело вздохнул, явно расстроенный словами девушки.

– Перестань оправдываться. Это выглядит жалко. Фуккацуми все равно не будет с тобой, прекрати уже о ней думать, – блондинка в школьной форме заставила Камидзу ещё больше уйти в себя от её слов, – Ты хоть раз встречался с ней после выпуска из школы? Знаешь, где она? Чем занимается?

– Не знаю, смогу ли я перестать о ней думать… – Камидзу отвернулся к окну, сворачивая на бездорожье, – Ты ведь снишься мне каждую ночь в перерывах между кошмарами, напоминающими о той ночи в пещерах…

– Зачем ты говоришь это, Камидзу? Сосредоточься на том, что сейчас важно, – девушка повернула голову в сторону Камидзу, сверкнув голубыми глазами со зрачками в форме крестов, – Тем более, ты же сам понимаешь, что я не Фуккацуми.

– Да… Ты права… – взглянув на клона, созданного по образу девушки, в которую был влюблен Камидзу, когда учился в школе, парень вновь отвернулся, заставив клона исчезнуть, после чего пассажирское сидение опустело, – Фуккацуми была другой, но я не могу передать ей прежний характер, ведь я буквально говорю сам с собой… Как это глупо…

После того, как с Камидаши случилось несчастье, Камидзу было слишком одиноко, поэтому он часто говорил сам с собой, используя своих клонов, чтобы это выглядело не слишком странно. Больше всего ему нравился образ его бывшей одноклассницы. Её звали Фуккацуми Мусока и в неё Камидзу влюбился с первого взгляда, впервые придя в школу. Она была веселой и жизнерадостной девушкой, возможно малость с ветром в голове. Но Камидзу зацепила её доброжелательность и тепло, с которым она всегда говорила с ним. Однако, влюбленный дурак никогда не замечал, что Фуккацуми вела себя так не только с ним, а абсолютно со всеми своими одноклассниками. Это было лишь чертой её характера, а не особое отношение. За все время, пока Камидзу учился в школе, он ни разу не проводил её из школы, не пригласил погулять после занятий и, тем более, никогда не говорил ей о своих чувствах. А когда школа закончилась, он больше ни разу не видел Фуккацуми и даже не пытался написать ей, боясь, что она отвергнет его. Эта мысль настолько пугала его, что даже клон Фуккацуми не проявлял никакой взаимности, транслируя потаенные чувства Камидзу. Остановив свой фургон в ста метрах от въезда в деревню на опушке в лесу, Камидзу вышел из фургона, сменив свою внешность. Его рост, составлявший сто семьдесят пять сантиметров, слегка увеличился, а кожу словно покрыло новым слоем, формируя даже новую одежду. Он принял облик усатого мужчины средних лет, одетого в рубашку с джинсовой жилеткой и красную кепку. Затем Камидзу вновь применил способность своего сангрейн, разделившись надвое. Так он создал отдельную копию недавно принятого образа. Клон не проронил ни слова, лишь сев за руль фургона и закрыв дверь изнутри. Камидзу подал копии вербальный сигнал, после чего тот завел фургон и уехал.


Фуккацуми Мусока
Клон, сангрейн
Дата рождения: – (вечно 16 лет)
Рост: 161 см
Род деятельности: внутренний голос


– Ненавижу этого урода… – Камидзу с отвращением потер усы на своем лице, – Однако, настоящий водитель за рулем угнанного фургона – это лучшее средство против внезапно нагрянувшей полиции…

Год назад, Камидзу и Камидаши брели вдоль трассы, после того, как опоздали на последний междугородний автобус. Путь был не близкий, а вокруг не было ни одного дома, где братья могли бы переночевать. Вдруг рядом с ними остановился фургон марки Тойота. Окно опустилось и из него выглянул усатый мужчина в красной кепке.

– Далеко планируете топать, ребятишки? – водитель улыбнулся, пытаясь привлечь внимание братьев, – Может вас подвезти?

– Нет, спасибо, – Камидзу наотрез отказался, считая незнакомца подозрительным, – Мы сами доберемся.

– Я устал, братишка… – Камидаши остановился, тяжело дыша, – Может не стоит отказываться? Нам ведь ещё целую ночь идти…

– До города тут далековато, что в одну, что в другую сторону, – зазывая братьев в свой фургон, мужчина открыл пассажирскую дверь, – Садитесь. Я не возьму с вас денег.

Камидзу не доверял водителю фургона, но видя, как устал его младший брат, парень нехотя принял предложение незнакомца. Камидаши залез в фургон первым, а старший брат зашел следом, закрыв за собой дверь. Однако, водитель не спешил заводить мотор, подозрительно осматривая Камидаши. Камидзу почувствовал неладное.

– Знаете, как мы поступим? – мужчина странно улыбнулся, – Денег я с вас не возьму, но оплата все же не помешает.

– О чем вы говорите? – Камидзу вдруг стало не по себе.

– У тебя очень симпатичный младший брат, – водитель закрутил усы на пальце, – Я довезу вас, если этот парнишка сделает мне приятно своим маленьким ротиком.

– Пошел ты к черту! Мы уходим! – Камидзу попытался открыть дверь, но водитель заблокировал их, – Какого хрена?!

– Не так быстро, мальчики, – мужчина открыл бардачок, демонстрируя пистолет лежавший внутри, – Либо вы сделаете так, как я хочу, либо я сообщу полиции, что вы пытались меня ограбить. Вы же не хотите оказаться в полицейском участке?

Камидзу и правда не хотел очутиться в полицейском участке, ведь там могли обнаружить то, что у него нет прав на опекунство над братом. Полиция могла бы закрыть Камидзу в камере за попытку грабежа, а брата вернуть назад в приют, а что ещё хуже, так это то, что сотрудники могли бы понять, что Камидаши был похищен из детского дома, за что его старшего брата могли бы посадить за решетку на несколько лет. Нужно было придумать, как выкрутиться из этой ситуации.

– Ладно… – Камидзу взглянул в напуганные глаза младшего брата, понимая, что ему придется сделать, – Можете отвернуться? Мне нужно поговорить с братом…

– Хорошо, только не затягивайте с этим, – улыбнувшись, водитель отвернулся в предвкушении, – Дорога была долгой…

Едва мужчина повернул голову к окну, Камидзу понял, что нужно действовать быстро. Парень схватил пистолет из бардачка, пригнув голову брата. Раздался громкий выстрел. Кровь и мозги не успевшего отреагировать водителя разлетелись по всему салону. Лицо Камидзу тоже забрызгало кровью незнакомца. Парень испуганно выронил из рук пистолет. Это было его первое убийство. У Камидзу вновь началась паническая атака, дрожащими руками он схватился за голову.

– Братишка… ты в порядке? – не обращая внимания на труп водителя, Камидаши попытался привести своего старшего брата в чувства, – Все хорошо… Ты не виноват…

Но Камидзу не мог ответить своему брату. Он был едва в состоянии дышать после случившегося. Кровь на его руках, казалось, пропитала кожу так, что её невозможно было вывести. По крайней мере, с моральной точки зрения Камидзу казалось именно так. С другой стороны, он лишь пытался защитить своего брата.

– Я ведь даже не знаю, как звали этого ублюдка… Когда я убил его, у меня ещё не было способностей клонирования. Поэтому клоны, созданные по образам из моей памяти, как водитель или Фуккацуми, не имеют собственных эмоций или характера, а лишь могут копировать меня или молчать, когда я не передаю им мыслей, – сунув руки в карманы, Камидзу шел в сторону деревни, – Мне нужно имя, чтобы втереться в доверие к местным… Бано Унтеншу… Подойдет.


Бано Унтеншу
Человек (облик), сангрейн
Дата рождения: неизвестно
Рост: 181 см
Род деятельности: водитель фургона


Камидзу понимал, как смешно будет звучать придуманное им имя, ведь при произношении на японском оно звучит, как «водитель фургона». Однако, это было первое, что пришло ему в голову, ведь светить настоящим именем или лицом он не горел желанием. Он понимал, что вполне возможно в этой деревне могло произойти что-то, что привлечет лишнее внимание к его персоне, поэтому всегда лучше иметь в запасе возможность скрыться, приняв свой настоящий облик. Наконец парень добрался до деревни Сундаме. Это поселение было не совсем обычной японской деревней. В отличие от большинства японцев, местные жители были христианами, а не синтоистами, поэтому на главной площади стояла большая деревянная церковь с золотым крестом на верхушке. Но храм не особо интересовал Камидзу. Он направился в местный бар, ведь его целью было найти некого Немуро Кирихиру, а в барах постоянно распускают разные слухи. Особенно в маленьких деревушках, где все жители знают друг друга. Добравшись до бара с немного богохульным названием «Кьюсейшу но чи», что в переводе означало «Кровь Спасителя», Камидзу вошел внутрь. Его целью был бармен, ведь именно через бармена проходит большинство слухов и историй. После пары рюмок язык особенно развязывается, и посетители могут растрепать человеку за стойкой все свои секреты.

– Рюмку саке, пожалуйста, – Камидзу не планировал пить, но, чтобы не вызывать подозрений, решил заказать выпивку, ведь если человек начинает с расспросов, но при этом ничего не заказывает, то, скорее всего, это полицейский под прикрытием.

– Желаете что-нибудь ещё, уважаемый? – улыбаясь спросил бармен.

– Вообще-то, я бы хотел узнать об одном человеке, – хитро улыбаясь, Камидзу расчесывал фальшивые усы, – Может вы знаете что-то о человеке по имени Немуро Кирихира?

– Говорите потише, господин… – бармен вдруг напрягся.

– Что? В чем проблема? – реакция бармена слегка смутила Камидзу.

– Дело в том, что господин Кирихира – очень важный человек для нашей деревни, – бармен наклонился ближе к Камидзу, говоря шепотом, – А у важных людей бывает и много недоброжелателей… Как вон те, что сидят за столиком позади вас…

Камидзу обернулся, чтобы понять о ком говорит бармен. За столом позади него сидела копания из семи человек: шесть мужчин и одна молодая девушка. У каждого из них была явная отличительная особенность: на шее они носили большие серебряные кресты на цепочке, выставив их напоказ, как символ своей веры. Это первое, что бросилось в глаза Камидзу, после чего бармен резко схватил его за плечо, чтобы тот повернулся назад.

– Не оборачивайтесь! – бармен явно нервничал, – Не стоит привлекать их внимание!

Однако, мужчина за барной стойкой не успел вовремя предостеречь Камидзу. Один из сидевших за столиком людей, заметил на себе подозрительный взгляд усатого мужчины в кепке, которым притворился Камидзу. Он встал из-за стола и направился к барной стойке.

– Слышал, ты разыскиваешь Кирихиру? – мужчина положил руку на плечо Камидзу, – Зачем тебе понадобился этот проклятый безбожник?

Мужчина был достаточно крупным и слегка полноватым. Его волосы были гладко зачесаны назад, а борода аккуратно выбрита под пару миллиметров с ровной окантовкой. Он носил длинное бежевое пальто поверх белой рубашки, а на его груди красовался большой серебряный крест, надетый, словно галстук под воротником.

– У вас какой-то конфликт с ним? – не выдерживая паузу, Камидзу ответил вопросом на вопрос, тем самым отвлекая своего собеседника от того, что он спросил изначально.

– Этот тип мнит себя посланником Господа! Целителем! – мужчина начал агрессивно размахивать руками, – Он считает, что ему подвластна божья сила!

– Занятно. Может расскажете поподробнее? – Камидзу протянул руку, демонстрируя дружелюбие, – Меня зовут Бано Унтеншу!

– А ты фургон не водишь случайно? – имя, придуманное Камидзу, явно рассмешило мужчину, – Да я шучу! Меня зовут Баару Тенно! Давай выйдем и поговорим на улице, подальше от этих псевдоверунов!

Рукопожатие, используемое зачастую, как дружелюбный жест, Камидзу использовал совершенно для других целей. Прикосновение к человеку активирует способность его сангрейн Somebody That I Used to Know, который не только копирует внешность, но и черты характера и особенности поведения, чтобы клон, созданный в дальнейшем по принятому образу, не отличался от оригинала. Единственным отличием, которое выдавало копию, были крестообразные зрачки в глазах, но заметить их можно было лишь вглядевшись в глаза подставного человека. Само собой, Камидзу было не обязательно касаться человека, ведь он мог воссоздавать образ по памяти, имея прекрасную память на лица, однако, в таком случае, он бы создал клона без личности, как это было с копией Фуккацуми или водителя фургона. Аналогичная ситуация произошла и с подставной Марси-Мией в роковую ночь в больнице. Камидзу лишь транслировал ей собственные мысли, основываясь на их единственной встрече в день убийства Самиси Тенпу. Поэтому он упустил особенность девушки, называть подругу бабочкой, что в результате выдало его. Тем не менее, образ Баару Тенно он успешно скопировал, не меняя при этом облик водителя. Камидзу направился вслед за мужчиной из бара на улицу. Баару махнул рукой своим приятелям, сидевшим за столом, и те последовали к выходу. Выйдя на улицу, толпа окружила Камидзу, из-за чего парню стало не по себе.

– Слушай, Бано. Мы с моими ребятами истинные христиане. Мы верим в троицу и спасителя нашего Иисуса Христа! Однако, мы относимся лояльно к тем, кто исповедует другую религию. Ты же, наверное, синтоист, верно? – мужчина ввел Камидзу в курс дела, положив ему руку на плечо, парень внимательно слушал и кивал головой, – Но этот Кирихира – это другой случай! Он оскорбляет нашу религию и порочит образ всевышнего! Своей демонической силой он якобы исцеляет добрый народ!

– Я могу ошибаться, конечно, поэтому прошу простить меня за неосведомленность, – Камидзу не до конца понимал претензий со стороны Баару, – Но разве Иисус не исцелял людей, путешествуя по свету?

– Не стоит сравнивать этого выродка с сыном божьим! Его ученики, конечно, и исцеляли больных, согласно Евангелие: глава шесть, стих тринадцатый, но они делали это с помощью священных масел, а сам больной и окружающие воочию лицезрели процесс! – толпа, окружившая Баару и Камидзу выглядела крайне возмущенно, – А этот тип усыпляет человека и проворачивает все в тайне, скрывшись в своем шатре! Разве может чистый душой человек скрывать свои деяния от лица Господа? Мы считаем, что Кирихира проводит у себя дьявольский ритуал, продавая души больных людей Дьяволу, взамен на здоровое тело!

– Вы считаете, что этот человек заключил сделку с Дьяволом? – Камидзу задумался, размышляя о том, что эти люди вообще не понимают, что представляет собой сангрейн, считая его дьявольщиной, – Но зачем ему это?

– Да кто ж этих сатанистов разберет? – выкрикнул один из мужчин в группе христиан, – Одно ясно: этот ублюдок – антихрист!

– А у вас нет какой-то молитвы для изгнания этого демона? – парень, притворяющийся водителем фургона, казалось, поймал одну волну с фанатиками.

– Помолиться мы можем лишь за души тех бедняг, которые попали под демоническое влияние этого безбожника. Но сегодня мы готовы наконец пойти на радикальные меры! Изгоним нечисть, как завещали нам в крестовых походах! Придадим колдуна священному огню! – в глазах Баару будто и правда загорелся огонь, когда тот рассказывал о своих планах, – Выдвигаемся сегодня вечером, чтобы во тьме вся деревня видела очищающее пламя! А ты, вроде, мужик нормальный, так что, надеюсь, под ногами путаться не станешь. Если вдруг захочешь помочь нам, то приходи ко мне. Я живу в северной части деревни, в желтом доме на конце улицы!

– Я понял, – от услышанного Камидзу буквально дар речи потерял, – Буду иметь ввиду…

Баару похлопал парня по плечу и вместе со своей компанией радикальных фанатиков они ушли вверх по улице. Камидзу осознал, что ему нужно действовать быстро. Необходимо было срочно найти Немуро Кирихиру и забрать его из этой деревни, пока эти психи не сожгли его заживо. Дождавшись, пока фанатики уйдут подальше от бара, Камидзу забежал внутрь, чтобы узнать у бармена, где живет целитель.

– Скорее, скажите мне, где найти Немуро Кирихиру! – парень ошарашил мужчину за стойкой своим испуганным взглядом.


Тенно Баару
Человек, японец
Дата рождения:25.12.1975 – 43 года (Козерог)
Рост: 183 см
Род деятельности: лидер религиозной секты


Бармен, понимая, что Камидзу совсем не похож на религиозного фанатика, рассказал ему, что Немуро Кирихира живет в лесу. Парень не стал упоминать о том, что радикальные христиане собираются сжечь целителя, полагая, что жители заходят вызвать местную полицию. Это могло бы создать проблемы для самого Камидзу, ведь под надзором правоохранителей, ему бы вряд ли удалось тихо вывезти Немуро из деревни. Торопливо направившись в южную сторону деревни, где находился лес, вскоре Камидзу выбрался к пустырю, где в самом центре стояла внушительных размеров палатка. Судя по всему, в ней и жил загадочный целитель. Заглянув внутрь, Камидзу почувствовал запах благовоний, которыми был пропитан воздух. Вокруг стояли полки со спиритическими книгами, куча засушенных насекомых, кроличьи лапки и мистические атрибуты. На входе видел ловец снов с зелеными и фиолетовыми перьями, коснувшись которого носом, Камидзу громко чихнул.

– Я знал, что ты придешь… – голос доносился из-за узорчатой шелковой ширмы, за которой виднелся чей-то силуэт.

Камидзу медленно подошел к ширме, стараясь не задевать головой развешенные повсюду амулеты и четки. Парень заглянул за ширму увидев за ней мужчину. Он сидел на мягкой подушке в позе лотоса и медитировал с закрытыми глазами. Мужчина был одет в длинный зеленый балахон с золотой каймой вокруг шеи. У него были длинные волнистые волосы и борода до самого пояса, однако, старым он не выглядел. На вид ему было около тридцати лет, на лице практически не было морщин. На голове у загадочного мужчины лежали бусы с амулетом в виде третьего глаза, свисающего ко лбу.

– Присядь… – мужчина не открывал глаз, говоря с Камидзу, словно видя его через третий глаз, – Расскажи мне, с чем ты пришел…

– Вы ведь Немуро Кирихира? – Камидзу сел на стул напротив целителя, – Моё имя Бано Унтеншу…

– Оставь ложное имя! Я ведь прекрасно вижу, кто ты такой… – Немуро вдруг резко открыл глаза, – …Камидзу Цукуёми!

Когда целитель открыл свои глаза, Камидзу вдруг охватило бескрайнее чувство пустоты. Он не сразу поднял, была ли та пустота внутри глаз Немуро или это чувство всегда таилось внутри его души. Словно вся вселенная вдруг пронеслась перед глазами Камидзу, буквально срывая с него кожу. Взгляд целителя на самом деле заставил парня сбросить свою маскировку, обнажая его истинное лицо. От толчков невидимой энергии, Камидзу едва не упал со стула.

– Откуда вы знаете моё имя… – пощупав своё лицо, Камидзу осознал, что усов у него больше нет.

– Я многое о тебе знаю… – от мужчины исходил едва заметный пар, – Скрываться тебе ни к чему…

– Я пришел вас предупредить! – Камидзу решил сразу перейти к делу, ведь времени у него было не так много, – В деревне есть группа религиозных фанатиков! Они собираются убить вас! Вам нужно срочно уезжать отсюда! Я помогу вам! У меня есть фургон неподалеку. Со мной вы будете в безопасности!

– А буду ли, Камидзу? – Немуро наклонился ближе к парню, – Если учесть сколько зла ты причинил другим людям, могу ли я быть в безопасности рядом с тобой?

– Что? – Камидзу вдруг стало не по себе, словно целитель залез прямо в его голову, – Откуда вы…

– Я ведь ясновидящий! Поэтому я вижу тебя насквозь! Все твои деяния мне известны, поэтому я знаю, что и меня ты хочешь забрать с собой не из благородных побуждений! Ты видишь во мне лишь мою способность! Если бы у тебя была возможность забрать только её, то, уверен, ты бы так и поступил, не так ли? Однако, если я умру, то со мной и моя способность канет в бездну! Это бы помешало свершению твоих планов, верно? – Немуро буквально напирал на Камидзу рассказывая ему всю подноготную его похождений, не давая парню вставить ни слова, а после лишь закрыл глаза, – Ты не тот человек, кто делает что-то ради других! Поэтому, я отказываю!

– Послушайте! Вы же знаете, что эти люди хотят с вами сделать! Почему вы не хотите уйти вместе со мной? – Камидзу пытался из последних сил убедить целителя, – Я ведь правда хочу вам помочь!

– Довольно! – Немуро вскочил со своей подушки, грозно глядя на парня, – На этом наш разговор окончен!

– Господин Кирихира! – резко вскочив со стула, Камидзу ухватился за столик, стоявший рядом, не заметив стоявшую на нем металлическую статую трехглазого сокола и нечаянно порезал кисть об острое крыло птицы, – Ай… Черт…

Не успел парень сказать ещё хоть слово, изменившее бы мнение стоявшего на своем целителя, как вдруг шатер заполнил густой туман зеленоватого цвета. Камидзу стало тяжелее дышать из-за повышенной влажности, а в глазах начало темнеть. Немуро Кирихира, казалось, сидевший рядом, вдруг сильно отдалился от парня, слившись с калейдоскопом кружащих вокруг него оттенков радуги. Затем целитель медленно растворился в густом тумане, и Камидзу уже не понимал, что с ним происходит, и где именно он находится. На долю секунды все цвета вокруг потухли и шатер стал белым, а затем и вовсе исчез, слившись с бесконечной пустотой вокруг. Камидзу словно оказался в чертогах сознания, но лишь на мгновение. Едва он взглянул на свои руки – единственное, что казалось реальным в этом месте, его голова закружилась, и он потерял сознание.


Немуро Кирихира
Человек, японец
Дата рождения: 08.12.1984 – 33 года (Стрелец)
Рост: 177 см
Род деятельности: целитель


Спустя какое-то время, Камидзу очнулся на обочине у дороги, ведущей в христианскую деревню. Осмотревшись вокруг, парень понял, что время близится к вечеру, а значит, что расправа сумасшедших фанатиков над Немуро Кирихирой уже скоро начнется. Взглянув на свою руку, порезанную в шатре целителя, Камидзу удивился тому, что от раны не осталось и следа, даже следов крови на ней не было. Такой была истинная сила Немуро Кирихиры, которую парень испытал на себе, погрузившись в туман. Очевидно, что после того, как он потерял сознание, сам целитель или кто-то другой оттащил его подальше от шатра и бросил у дороги.

– Проклятье! Я должен остановить фанатиков! – Камидзу поднялся на ноги, понимая, что ему нужно спешить, – Времени мало!

Камидзу направился в сторону деревни, двигаясь на север в поисках желтого дома, в котором жил Баару Тенно. Опросив случайных прохожих, парню все же удалось добраться до нужного места. Камидзу поднялся на крыльцо и уже собирался постучаться в дверь, но вдруг вспомнил, что забыл сменить облик. Ведь лидер группы фанатиков никогда не видел Камидзу в лицо, он знал лишь некого Бано Унтеншу, которым парень представился, приняв облик водителя фургона. Камидзу изменил внешность, вновь отрастив усы, кепку на голове и джинсовую жилетку. Парень нервно постучал в дверь, но не получив ответа через несколько секунд постучался снова. Через минуту дверь открыл недовольный Баару.

– Чего ты долбишься? Не видишь, звонок на двери висит? Ты из деревни, что ли? – мужчина покачал головой, но затем все же махнул рукой, пуская Камидзу внутрь, – Ладно, заходи уж…

– «Вообще-то, это ты тут из деревни»… – подумал про себя Камидзу, заходя в дом.

– Ну, рассказывай, с чем пожаловал? – Баару уселся на диван посреди комнаты и закинул ноги на чайный столик, – Только быстрее, нам с ребятами уже пора поквитаться с этим безбожником Кирихирой!

– Как раз поэтому я и здесь, Тенно! – Камидзу назвал сектанта по имени, чтобы втереться в его доверие, – Я подумал над твоим предложением и понял, что ты был прав! Этот ублюдок и правда порочит любое святое верование! Поэтому, я хочу помочь вам наказать его!

– О, это прекрасная новость, друг мой! Помощь единомышленника никогда не помешает в нашем деле! – мужчина радостно вскочил с дивана и крепко пожал руку Камидзу, – Мои ребята уже ждут нас в дальней части леса! Мы сожжем его дьявольское логово, а если он подумает сбежать, то мы легко настигнем его в городе!

– «Повезло, что я успел до того, как они совершили задуманное!» – подумал про себя Камидзу, фальшиво улыбаясь Баару, – Не терпится уже начать!

– Не торопись, Бано, я заварю тебе чаю, – мужчина пошел к шкафчику на кухне, чтобы достать оттуда чай, – Настраивайся на победу, а я пока помолюсь за наши души!

Камидзу последовал за Баару на кухню, понимая, что ему срочно нужно придумать что-то, чтобы остановить сектантов. Лидер фанатиков заварил гостю чай и, поставив чашку и сахарницу на поднос, повернулся к Камидзу. Обернувшись, мужчина был шокирован, обнаружив, что парень навел на него заряженный пистолет.

– Какого черта, Бано?! – не успел Баару сказать и пары слов, как Камидзу выстрелил ему прямо в лоб.

Поднос с чашкой упал на пол. Чашка разбилась и чай разлился по ковру. Вслед за подносом упал и Баару с простреленной головой. Чай на полу смешался с сочащейся из обнаженного черепа фанатика кровью. Камидзу наклонился к телу, приложив к шее Баару два пальца, чтобы проверить пульс. Его вены все ещё пульсировали, а значит, он оставался живым. Это было необходимо для того, чтобы клон, которого собирался создать Камидзу, мог скопировать характер и поведение Баару. Копировать мертвого – все равно, что копировать человека из памяти: он останется лишь копией, способной только воспроизводить мысли самого Камидзу. Пока парень держался за шею Баару, его кожа и одежда плавно изменялась. Джинсовая жилетка удлинилась и превратилась в бежевое пальто, кепка исчезла, слившись с зачесанными назад волосами. Он изменил свой облик, обратившись лидером сектантов. Затем Камидзу разделился надвое, создав полноценную копию Баару Тенно, а после вновь стал водителем фургона.

– Идем, друг мой! – клон Баару положил руку на плечо Камидзу, – Ребята уже заждались, а мне нужно представить тебя им!

– Нужно торопиться, пока эти фанатики ничего не заподозрили! – Камидзу направился к выходу из дома, а клон последовал за ним.

– Мы остановим их, Бано Унтеншу! – ехидно улыбаясь, клон забавлялся над именем, выдуманным Камидзу, – Во имя Господа нашего!


Somebody That I Used to Know
Пользователь: Камидзу Цукуёми


Настоящий Баару Тенно так и остался лежать на полу своего дома, истекая кровью. Камидзу и клон сектанта покинули желтый дом и направились в сторону леса. С другой стороны улицы кто-то наблюдал за ними из тени переулка. Человек проводил взглядом уходящих вниз по улице Камидзу и его клона и направился за ними. Вскоре пара обманщиков добралась до леса, где их ждала группа религиозных фанатиков.

– Друзья, помните Бано Унтеншу? Мы познакомились с ним в баре! – клон представил Камидзу группе, – Он отважно согласился совершить обряд изгнания демона вместе с нами!

– Вот это благое дело! – воскликнул кто-то из толпы, подняв кулак вверх, – Сразу видно, наш человек!

– А он крещеный? – спросил другой мужчина, словно это было важно.

– Не важно, крещеный он или нет, друзья мои! – клон Баару с улыбкой развел руками, – Главное, что этот добрый человек, поддерживает наши идеи!

– Верно! Ради благого дела, хороша любая помощь! – многие сектанты согласились с доводами лидера.

– Итак, друзья, план такой: мы с вами разделимся на две группы и возьмем антихриста в двух сторон! – клон положил руки на плечи стоявших возле него товарищей, излагая план действий, – Часть группы вместе со мной направится на запад, а вторая часть на восток. Наш новый друг пойдет на восток с вами!

– Но ведь план был иным! – возмутился один из фанатиков, – Мы собирались прижать антихриста к деревне!

– Да, планы немного изменились! Но вы сами понимаете, что в деревне у нас не так много союзников, поддерживающих наши намерения! Они бы укрыли ублюдка у себя, а мы сами не хотели бы навредить мирным людям! – Камидзу даже удивлялся тому, как уверенно его клон излагает свои мысли, копируя поведение лидера сектантов, – Наш друг Бано предложил новый план, зажать антихриста с двух сторон! Так ему точно не удастся сбежать!

План Камидзу, который он транслировал в мысли своего клона заключался в том, чтобы разделить группу сектантов, чтобы сделать их менее опасными. Если проредить их ряды, то избавиться от них было бы не проблемой. Только так, по мнению Камидзу, можно было спасти Немуро Кирихиру. Возможно, если он избавит его от грядущей угрозы, то целитель станет более благосклонным и согласится помочь Камидаши.

– Итак, вы трое, идем за мной! – клон Баару указал на троих людей из группы, – Остальные вместе с Бано отправляйтесь на восток, чтобы взять негодяя в кольцо!

– А можем ли мы доверять ему? – единственная девушка из группы вдруг подозрительно взглянула на Камидзу.

– Конечно, друзья мои! Я уверен в этом человеке! Я умею отличить надежного человека! – клон улыбнулся и громогласно поддержал толпу, – Не стоит и вам сомневаться в нем! Всем ясно?

Толпа восторженно выразила согласие со своим лидером. Группа разделилась на две части, одна из которых вместе с подставным командиром направилась в западную часть леса, а вторая вместе с Камидзу, скрывшемся под лицом водителя фургона, выдвинулась на восток. Всего радикальных христиан было шестеро, поэтому группы получились равными. Но, несмотря на общие замыслы, сектанты не были безликими людьми. Каждый из них был членом единой общины деревни Сундаме. Вместе с клоном Баару Тенно отправились Моракусу Уши, Баруба Тосу и Бьюа Нахида. Первый – пожилой мужчина пятидесяти лет, ухаживающий за собственным садом. В прошлом был моряком, поэтому постоянно носил моряцкую фуражку, скрывающую лысину. А под кожаной курткой мужчина надевал полосатую футболку с длинным рукавом, оставшуюся у него с молодости. Баруба Тосу, мужчина двадцати восьми лет, служил простым монахом в местной церкви, но больше всего любил животных. Он содержал дома трех собак и четырех кошек, которых он подобрал на улице. Обычно Тосу носил монашескую рясу, но вне службы одевался в обычную черную рубашку и брюки. Бьюа Нахида в свои тридцать четыре года преподавал естественные науки в деревенском университете. Он был высоким мужчиной в очках и носил белую рубашку с синим галстуком и коричневый пиджак с кожаными нашивками на локтях. Во второй группе, направившейся вместе с Камидзу было двое мужчин и одна девушка. Муру Коджин – сорокалетний мужчина, работающий гробовщиком на местном кладбище. Он привык работать с мертвецами, поэтому мысль о сожженном заживо человеке его нисколько не пугала. Однако, его образ не особо сочетался с его работой. Коджин одевался во все белое, не боясь запачкать костюм землей и грязью. Наверняка, он проводил параллель между собой и ангелом, проводящим почивших в последний путь. Паймон Урусай был городским оратором, который метил в мэры деревни. Близились выборы и он, достигнув тридцати шести лет, решил баллотироваться. Одевался Урусай всегда ярко: синий берет и красная водолазка, заправленная в джинсы с цепочкой и украшенным золотыми вставками ремнем. Он крайне любил выделяться и быть в центре внимания. И последняя девушка Фокарору Фурина была обычной студенткой, увлеченной христианской верой. В свои двадцать четыре года она хорошо училась, но её семью крайне настораживала связь с религиозными фанатиками, хотя они и сами были верующими. Фурина одевалась в длинное белое платье из хлопка, а в её волосы были вплетены искусственные цветы белой лилии. Всех этих, на первый взгляд разных людей, связывала лишь вера в бога, которая была крайне радикальной. Никто из них не сомневался в том, что Немуро Кирихира должен умереть.

– Скорее бы грохнуть эту мразь, порочащую нашу веру! – грозно заявила Фурина, ведущая группу за собой, – Только так Господь сможет спасти души всех жителей нашей деревни!

– Верно! А мы станем мучениками, принявшими на себя грех, нарушив шестую заповедь! – очевидно, что эта перспектива нисколько не огорчала гробовщика Коджина.

– Постой, Коджин, разве ты забыл заповеди Господни? Шестая заповедь запрещает убивать человека, а человек создан по образу и подобию Господа! – Урусай положил руку на плечо товарища, – А разве антихрист создан по образу и подобию Господа? Нет! Он сам дьявол!

– И то верно! – Коджин громко засмеялся, – Значит и греха на нас не будет, раз убьем мы не человека!

– «Нужно поскорее избавиться от этих безумцев, пока они не подобрались к целителю», – думал про себя Камидзу, понимая, что ему придется сперва разделить группу между собой, ведь в одиночку он не справится с тремя фанатиками.

– Видишь, Бано! Моё слово сильно почти так же, как слово самого Господа! – Паймон Урусай дождался Камидзу, плетущегося позади, решив поговорить с ним, – Как думаешь, поддержат ли меня жители, когда я стану мэром?

– Думаю, стоит помолиться за твой успех, – учтиво ответил Камидзу, наблюдая за тем, как Фурина и Коджин удаляются вперед.

– А ведь я тебя совсем не знаю, Бано Унтеншу, но ты кажешься мне человеком праведным! Какую веру ты исповедуешь? Ты ведь синтоист, верно? – Урусай шел перед Камидзу, говоря будто с самим собой, не дожидаясь ответов, – Я ни в коем случае, не осуждаю твою веру, если это синто, но раз уж ты с нами, то может тебе стоит креститься? Ты ведь решил нам помочь, но что повлияло на твое решение? Может ты уверовал в нашего Господа?

Камидзу молчаливо шел за оратором, держась прямо за его спиной. Едва Коджин и Фурина скрылись за деревьями, парень понял, что время действовать. Подобравшись ближе к Урусаю, Камидзу взял его в захват, напав со спины. Парень крепко зажал шею оратора, не давая ему издать ни звука. Они оба были примерно одинакового телосложения, хотя Камидзу, будучи водителем фургона, был повыше ростом. Паймон Урусай задыхался, но руками он тянулся к небу, словно прося помощи у Бога.

– Помоги… мне… Боже… – прохрипел оратор из последних сил.

– Бог тебе не поможет… – Камидзу сорвал бутылку с горючим, прикрепленную к поясу Урусая, и, разбив её о ближайшее дерево, перерезал горло фанатику.

Кровь брызнула из шеи мужчины, окропив землю. Камидзу оттолкнул от себя его тело, чтобы не запачкаться кровью. Паймон рухнул на колени и упал замертво, после чего убийца тут же поспешил спрятать его за толстым стволом дерева. Оттащив тело, Камидзу проверил его пульс, однако, мужчина был уже мертв.

– Черт… – парень понял, что клон, которого он создаст, не сумеет скопировать личность убитого, – Придется импровизировать…

Через некоторое время Камидзу в облике водителя фургона и Паймон Урусай догнали остальных членов группы. Оратор был на удивление тихим, ведь вместе с Камидзу вернулся не кандидат в мэры, а всего лишь его клон, созданный с помощью сангрейн. И он не имел собственной воли, ведь копировал мертвого.

– На самом деле, я не очень люблю огонь и немного его побаиваюсь… – Фурина смущенно опустила голову, боясь, что её спутник подумает, что она передумала совершать обряд, – Мы могли бы утопить антихриста под предлогом крещения! Демона ведь нельзя крестить, верно? Мы могли бы утопить его в этом пруду!

В месте, где остановилась группа, располагался небольшой водоем, в котором Фурина и предложила утопить целителя. Пруд был не очень глубоким, поэтому, чтобы утопить в нем человека, пришлось бы наклонять его лицом вниз.

– Это вряд ли освещенные воды, – подметил Коджин, – В обычной воде крещение не проводят.

– Но мы ведь собираемся изгнать антихриста, – Фурина таинственно улыбнулась, – Так ли важно, как именно мы это сделаем?

– Вы чего там плететесь, как черепахи? – Коджин обратил внимание на Урусая и Камидзу, которые наконец догнали группу, – Вы же не хотите, чтобы антихрист от нас ускользнул?

– Ни за что, – Камидзу старался не подавать вида, что что-то не так, – Нужно поспешить, чтобы не дать гаду уйти!

– Постойте… – Коджин принюхался, словно собака, – Я чувствую запах свежей крови…

Камидзу машинально убрал руки за спину, понимая, что на них могла остаться кровь Урусая. Однако, этим жестом он вызвал ещё большее подозрение у гробовщика. Коджин подошел вплотную к водителю фургона, шмыгая своим носом. Он точно знал, что запах крови исходит от Камидзу, поэтому парню срочно нужно было что-то придумать, чтобы отвести от себя подозрения и выиграть время для нанесения удара. Атаковать напрямую было бы глупо, ведь он не знал, чего ожидать от Фурины, стоявшей неподалеку около пруда.

– Вероятно, дело в том, что мы с Бано наткнулись на раненное животное, – клон Урусая вышел перед Камидзу, двигая в сторону напористого Коджина, – Нам пришлось прекратить его мучения, вот и запачкали руки.

– Да чего ты мне голову морочишь, Урусай? Я могу отличить запах человеческой крови! – гробовщик пристально вгляделся в глаза клона, – А что с твоими зрачками, Урусай?

Камидзу понял, что Коджин заметил кресты в глазах клона, что вызвало у него ещё большее подозрение. Тянуть больше не было смысла. Камидзу нащупал за поясом пистолет и резко вытащил его, направив прямо на Коджина. Однако, не успел он выстрелить, гробовщик быстро среагировал и выбил пистолет из рук парня. Он тут же оттолкнул клона в сторону, видимо полагая, что это все ещё его товарищ и ударил Камидзу по лицу. От сильного удара крупного мужчины, парень не сумел устоять на ногах.

– Что ты сделал с Урусаем, мерзавец? Почему в его глазах кресты?! – Коджин рассерженно схватил Камидзу за жилетку, – Ты заодно с антихристом?

– Может его вера настолько сильна, что крест даже в глазах рисуется? – насмешливо ответил Камидзу.

– Как ты смеешь насмехаться над нашей верой?! – Коджин поднял парня с земли и взял его в захват за спиной.

Клон Урусая попытался добраться до пистолета, чтобы защитить своего хозяина, но Фурина успела подобрать оружие первой. Девушка навела ствол на своего, как ей казалось товарища, понимая, что с ним что-то не так.

– Не подходи, Урусай! – руки девушки испуганно дрожали, она не хотела причинить вред Урусаю, но понимала, что нужно защищаться, – Что он с тобой сделал?

– Стреляй, Фурина! Это уже не Урусай! – Коджин крепко вцепился в шею Камидзу, не позволяя ему выбраться, – Этот демон уже подчинил его волю своими бесовскими фокусами!

Клон Урусая не проронил ни слова, ведь Камидзу было не до того, чтобы управлять его мыслями. Единственной его целью была защита своего хозяина, поэтому он шагнул в сторону напуганной девушки с пистолетом. В этот момент Камидзу нащупал нож, на поясе Коджина. Он резко сорвал его и вонзил в бок гробовщика, заставив его ослабить хватку. Это позволило Камидзу выбраться из захвата. Услышав болезненный крик Коджина, Фурина запаниковала и выстрелила в клона Урусая. Выстрел был направлен прямо в его сердце. Однако, едва пуля коснулась тела клона, его оболочка слезла, и он исчез. Тем временем, пуля попала прямо в шею Коджина, которого Камидзу толкнул навстречу направления выстрела. Гробовщик упал на землю, захлебываясь собственной кровью.

– Боже милостивый… – шокированная Фурина выронила пистолет из рук, – Что же я наделала…

– Все ещё взываешь к богу после этого? Думаешь, он сможет простить тебя за такое? – Камидзу улыбнулся, глядя на задыхающегося Коджина, – А я ведь могу вернуть его к жизни, знаешь? Хочешь, я тебе покажу?

Камидзу присел рядом с телом гробовщика и дотронулся до его лба двумя пальцами, имитируя крещение. Его внешность медленно начала преобразовываться, а испуганная до ужаса Фурина наблюдала за этим, не понимая, что происходит. Поднявшись на ноги, Камидзу принял облик убитого Коджина.

– Что за дьявольщина… – девушка упала на колени и начала медленно пятиться в сторону пруда.

– Это же я, твой друг! Соратник! Единоверец? Или второй тебе нравился больше? – Камидзу расставил руки в стороны, приближаясь к Фурине и вновь меняя свою внешность на убитого ранее Урусая, – Я могу быть кем захочешь! Предстану перед тобой с любым ликом! Кто же я? Может быть Бог?

– Тебе не затуманить мой разум! Демон! Лицедей! – девушка уже подобралась к воде, – Я знаю, кто ты! Ты Люцифер! Пришел помешать нам вершить волю Божью!

– Может и так! Я Люцифер! Король Ада! И я пришел за вами! – подобравшись достаточно близко к девушке, Камидзу наступил на её ногу, прижимая её к земле, и вновь изменил внешность, став копией самой Фурины, – Ты когда-нибудь, глядя в зеркало, задавалась вопросом, верно ли то, что ты делаешь?

Напуганная девушка не смогла найти слов, чтобы ответить на вопрос Камидзу. В её голове не укладывалось, как она может говорить сама с собой. Её сковывала боль из-за того, что её клон с силой вдавливал её лодыжку в землю. Не дожидаясь ответа, Камидзу ударил Фурину второй ногой по лицу. Девушка упала на бок, погрузившись головой в воду. Тогда Камидзу свободной ногой, наступил на затылок Фурины, не давая ей подняться и вдохнуть. Криков девушки не было слышно под водой, лишь куча пузырьков воздуха выходили из её рта. Через пару минут, Фурина перестала дрожать, выпуская воздух. Она погибла, захлебнувшись в мелководье.

– Ну вот и всё… – Камидзу сошел с тела погибшей и вновь поменял облик, став водителем фургона, – Пора спасать целителя…

Не успел парень сделать и шага, как вдруг кто-то резко схватил его за ногу. Хват был настолько сильным, что сбил Камидзу с ног. Оказалось, что Фурина лишь притворялась мертвой и дождавшись, пока её убийца расслабится, напала на него. Повалив Камидзу на землю, девушка забралась на него сверху и, достав нож, спрятанный под её белым платьем, резко воткнула его в плечо парня.

– Покажи свое истинное лицо, дьявол! Пускай Господь видит, кого я изгоняю! – кричала Фурина, вдавливая лезвие ножа в плоть Камидзу.

– Каким было бы твоё разочарование, если бы дьявол все это время жил подле тебя? – пытаясь, вытащить нож из плеча, Камидзу отталкивал от себя девушку, меняя при этом облик и становясь Баару Тенно, – Ты ведь считала меня лидером? Думала, я приведу ваши души к спасению? На самом деле, я лишь исполнял приказы своего покровителя из преисподней!

– Нет… Баару… Не может быть… – от неожиданности Фурина слегка расслабила руки.

Воспользовавшись смятением девушки, Камидзу собрал в ладонь горстку земли и швырнул прямо ей в глаза, чтобы ослепить её. Пока девушка, пыталась, протереть глаза свободной рукой, парень сумел вытащить нож из своего плеча вместе с другой рукой Фурины. Резко вывернув ей руку, Камидзу подал корпус вперед и вонзил нож девушки прямо в её сердце. Фурина открыла рот от боли и неожиданности, но не издала ни звука. Тогда Камидзу оттолкнул её от себя в сторону пруда. Девушка упала на спину, а Камидзу вытащил нож из её сердца и моментально вонзил обратно. Парень продолжал протыкать окровавленным лезвием грудь Фурины, пока вода в пруду и белое платье девушки не окрасились в красный. Пронзив девушку ножом около двадцати восьми раз, Камидзу наконец убедился в том, что она мертва и выкинул нож в сторону.

– Какие же эти фанатики живучие… – парень с трудом поднялся на ноги, держась рукой за кровоточащее плечо, – У меня мало времени… Неизвестно, чем занята вторая часть группы…


> Религиозные фанатики (слева направо): Коджин Муру, Урусай Паймон, Фурина Фокарору, Уши Моракусу, Тосу Баруба, Нахида Бьюа


Тем временем, вторая часть группы во главе с подставным Баару Тенно, двигались в западную часть леса. Сценарий, заложенный Камидзу в голову своего клона, подразумевал бессмысленное хождение по лесу, продолжавшееся до тех пор, пока сам Камидзу не вывезет из деревни Немуро Кирихиру. Клон вряд ли смог бы самостоятельно противостоять трем мужчинам, учитывая, что он мог исчезнуть после любого серьезного ранения.

– А вы обращали внимание на то, что трава на западе зеленее, чем на востоке? – старик Уши с любопытством разглядывал прорастающую из земли траву.

– Никогда не обращал внимания… – служитель церкви по имени Тосу растерянно почесал голову, – А почему так выходит?

– Все дело в том, что западная часть лучше освещена солнцем, чем восточная, ведь там все заросло густым лесом, а мы с вами буквально в чистом поле, – Уши хорошо разбирался в растениях и их свойствах и, чтобы разбавить тишину в группе, решил поделиться справедливым замечанием.

– Верно, друг мой, все дело в хлорофилле, – преподаватель Бьюа Нахида поддержал беседу научным фактом, – Именно благодаря нему трава приобретает зеленый цвет, а лучше всего он вырабатывается на солнце.

– Справедливо будет заметить, насколько вы, мои друзья, эрудированы, – клон Баару Тенно обернулся, взглянув с улыбкой на своих товарищей.

– Я надеюсь, что наша вылазка не продлится до поздней ночи, – Тосу вздохнул с печалью в голосе, – Мне ещё нужно погулять с моими собаками, да и не помню, оставил ли я кошкам еду…

– Не вешай нос, старина! Все закончится быстро! – клон Баару положил руку на плечо Тосу, – Уверен, остальные уже ждут нас на месте, а мы почти пришли!

– Глядите, на земле следы от шин! – Уши, все рассматривающий траву, заметил нетипичные для леса следы от покрышек, – Здесь в лесу обычно никто не ездит на машинах. Это подозрительно!

– Может это наш антихрист как-то прознал про наши планы и решил сбежать? – Нахиду тоже крайне смущали следы на земле, – Давайте посмотрим, куда они нас приведут?

– Постойте, у нас нет времени отклоняться от маршрута! – клон Баару примерно понимал, от какого транспорта могут быть эти следы, поэтому попытался остановить сектантов.

– Может и идти уже некуда, если ублюдок сбежал, – Нахида позвал за собой остальную группу и они пошли по следу, – Идем скорее, Баару!

Клон нехотя последовал за увлеченными следами сектантами. Пройдя пару поворотов, группа наконец добралась до припаркованной машины на опушке, которой и принадлежали следы от колес. Это был фургон, на котором Камидзу приехал в деревню и на котором он собирался вывезти Немуро Кирихиру. Клону нужно было срочно увести сектантов от фургона, но этот момент Камидзу не продумывал, поэтому клон растерялся, увидев фургон.

– Это всего лишь чей-то старый фургон, друзья, – клон попытался отвлечь группу, чтоб они не приближались к автомобилю, – Идемте скорее, нас ждут благие дела!

– Внутри кто-то есть! Надо спросить у него, не видел ли он антихриста поблизости! – старик Уши постучался в окно фургона, пытаясь привлечь внимание водителя, но тот даже ухом не повел, – Эй, уважаемый! Не замечали тут мужика в балахоне с длинной бородой?

– Минуточку, я знаю этого водителя… – подойдя ближе Нахида увидел, что за рулем фургона сидит их новый знакомый по имени Бано Унтеншу, – Это же тот новенький, который согласился помочь нам в изгнании еретика!

– Бано? Но разве он не ушел на восток с остальными? – Тосу начал нервничать, не понимая, как Бано может находиться здесь, – Что здесь происходит?

– Друзья мои, не стоит паниковать! – клон Баару обратился к группе, чтобы успокоить их, – Очевидно, что это происки дьявола! Но вероятно, когда мы избавимся от антихриста, Господь укажет нам…

Клон не успел закончить свою мысль, как вдруг раздался громкий выстрел. Дробь прилетела прямо в ухо клона и тот за пару секунд испарился. Уши, Нахида и Тосу изумленно повернули головы в сторону выстрела.

– Я здесь, друзья мои! Вас обманули! – на опушку вышел настоящий Баару Тенно, держа в руках дробовик, его лицо было покрыто кровью, а голова обмотана окровавленными бинтами, – Этот урод Бано! Он обманул всех нас!

Поняв, что дело плохо, клон, сидевший за рулем фургона, завел мотор и вдавил газ в пол. Фургон рванул с места в сторону леса. Баару выстрелил еще пару раз, пытаясь остановить машину, но лишь поцарапал боковую дверь.

– Баару? Что за бесовщина здесь творится? – Уши удивленно подошел к лидеру, – Кем были эти люди?

– Это не люди! Это демоны! Слуги сатаны! – Баару перезарядил дробовик, – В одном этот бес был прав! Это действительно происки дьявола! Дьявола, назвавшегося именем Бано Унтеншу! Мне сразу показалось, что это имя не настоящее! Но этот дьявол и меня обвел вокруг пальца!

– Он ведь пошел вместе с Фуриной, Урусаем и Коджином! – схватившись за голову, Тосу присел на траву, – Что же он с ними сделал?

– Боюсь, они уже мертвы… Он и меня пытался убить… – Баару отложил дробовик и положил руку на плечо Тосу, – Да спасет Господь их души…

– Но как же… Коджин… Урусай… Фурина… она была так молода… – по щекам Тосу потекли слезы, – Я ведь молился за них… Почему Господь не уберег их от дьявола?

– Иди-ка ты лучше домой, Тосу, – Баару помог мужчине подняться на ноги, – Я вижу, как ты переживаешь из-за этого… Мы закончим начатое, а ты пока помолись за наши души…

– Спасибо… Я буду молиться за вас до самого рассвета… – Тосу вытер слезы и в последний раз взглянув на оставшихся членов группы, направился в сторону деревни, – Прошу вас, избавьте землю от зла…

Сектанты проводили взглядом уходящего Тосу и направились вглубь леса, чтобы наконец настигнуть Немуро Кирихиру и предателя. Их осталось всего трое, но возвращение лидера придавало группе сил. С ним они вновь уверовали в свой успех. Тем временем, Камидзу добрался до шатра целителя. Он все ещё скрывался за обличьем водителя фургона. Войдя в шатер, парень поспешил отыскать внутри Немуро Кирихиру.

– Кирихира-сан! Сектанты уже рядом! – Камидзу увидел целителя сидевшего в центре шатра, он очевидно ждал его, – Скорее, уходим со мной! Мой фургон неподалеку!

– Ты ведь убил их, Камидзу? – Немуро загадочно взглянул на парня.

– Только троих… – Камидзу пытался оправдаться, не понимая, что вопрос целителя заключался не в этом, – Остальные будут здесь с минуты на минуту! Нам нужно…

– Целых три жизни взамен спасения одной. Разве это разумно? Это стоило того? – Немуро отвел взгляд на зеркало, заставляя Камидзу взглянуть на свое отражение, – Ты считаешь, что твоя цель оправдывает средства? Ты не становишься лучше, Камидзу Цукуеми! Сколько ещё жизней ты отнимешь, ради всего лишь одной?

– Но ведь они убийцы! Они собирались убить вас! – Камидзу отвернулся от зеркала, не желая слушать Немуро, – Вставайте, скорее…

– Ты называешь убийцами их? Но разве они убили кого-то? – целитель пытался донести до парня очевидное, – А скольких убил ты? Чем ты лучше них?

– Я… – Камидзу не успел ответить, услышав, как стекло разбилось об основание шатра.

– Горите в священном огне демоны! – кричал Уши, кидая зажженные бутылки с горючим в шатер.

– Возвращайтесь в преисподнюю! Оставьте в покое наши земли! – с другой стороны горючее закидывал Нахида.

– Они уже здесь, Кирихира-сан! Вставайте, нам нужно идти! – осмотревшись вокруг, Камидзу заметил проход в шатре ведущий в южную часть леса, – Выйдем здесь! Они нас не заметят! А потом я…

Едва Камидзу раздвинул полотна, закрывающие выход из шатра, раздался громкий выстрел. Баару Тенно уже поджидал его и целителя со своим дробовиком. Он выстрелил прямо Камидзу в лицо. Дробь сбила маскировку с лица парня, и он вернулся в свой истинный облик. Однако, выстрел снес Камидзу половину лица. Он упал на ковер. Его оба глаза вытекли на пол, зубы разлетелись по всему шатру, а ошметки кожи болтались, словно тряпки. Обнажившийся мозг Камидзу пульсировал, ведь парень все еще оставался жив, но при этом не мог пошевелиться. Ковер на полу шатра пропитался свежей кровью Камидзу. Баару перезарядил дробовик и перешагнул через тело парня, направляясь к целителю.

–…если я пойду и долиною смертной тени, не убоюсь зла, потому что ты со мной! Твой жезл, твой посох, они успокаивают меня! – пнув тело Камидзу ногой, Баару перекрестился и плюнул в то, что осталось от его лица, – Это тебе за моих ребят, ублюдок…

Шатер был полностью охвачен огнем, полотна полыхали, воспламеняя окружающую мебель. Немуро Кирихира не показывал ни капли волнения, даже видя, как прямо перед его глазами безжалостно застрелили Камидзу. Он поднялся на ноги, глядя в глаза приближающегося Баару Тенно, и улыбнулся. Лидер сектантов выкинул дробовик в сторону и снял с пояса бутылку с горючим веществом. Он открыл бутылку и облил её содержимым Немуро Кирихиру, а тот даже не сопротивлялся.

– Теперь твоя очередь, дьявольское отродье! За твои бесовские деяния, я, от лица Господа, приговариваю тебя к смерти! – Баару достал из кармана зажигалку и зажег огонь, – У тебя есть последние слова? Может хочешь помолиться?

– Если ты считаешь, что исполняешь божью волю, то кто я такой, чтобы ей противиться? – Немуро расставил руки в стороны, выражая готовность принять свою участь, – Делай что должен. Да помилует тебя Господь!

– Аминь… – Баару поднес зажигалку к целителю и огонь за пару секунд охватил его тело.

Немуро Кирихира словно не чувствовал боли от обжигающего пламени. Он упал на колени, глядя вслед уходящему Баару Тенно, а затем рухнул на спину. Целитель взглянул вверх, сгоревшая крыша шатра открывала вид на ночное небо.

– Чарующая красота… – Немуро повернул голову в сторону умирающего Камидзу, который едва мог дышать, – Какими бы ужасными не были поступки человека, он всегда имеет право на второй шанс… Сегодня ты не умрешь, Камидзу Цукуеми… Я прощаю тебя… Как Господь прощает человека за его грехи… Надеюсь… ты сумеешь… Искупить их…

Едва различимая туманная сущность поднялась в воздух, заполняя испарениями пространство внутри шатра. Это была истинная форма сангрейн Stayin’ Alive. Камидзу вдруг почувствовал, как боль уходит, а раскрашенный череп вновь обрастает тканями. Баару Тенно ещё не успевший покинуть шатер, обернулся и увидел, как туман заполонил его полностью. Его рана на голове тоже начала затягиваться.

– Нет! Нет! Нет! Я не поддамся на демоническое влияние! – лидер сектантов поспешил уйти из шатра, но вдохнул слишком много тумана, из-за чего начал терять сознание, – Я не могу… Господи… помоги…


Stayin’ Alive
Пользователь: Немуро Кирихира


Когда глаза Камидзу вновь собрались воедино и зрение вернулось к нему, он увидел, как прямо перед ним на пол рухнул Баару Тенно. Это было последнее, что он увидел, перед тем, как все вокруг вновь стало белым на мгновение. А спустя пару секунд Камидзу вновь очнулся. На его теле не осталось ни единой раны и лицо его было целым. Однако, вокруг него не осталось ничего, кроме огромной кучи пепла, оставшегося после сгоревшего шатра. Не осталось ничего, кроме одного обугленного тела, лежавшего неподалеку от Камидзу.

– Только не… надеюсь, это не Немуро Кирихира… – сплюнув заполонивший рот пепел, Камидзу подполз к сгоревшему трупу, но обнаружил на его голове вросший в лоб оплавившийся медальон в виде третьего глаза, – О нет… Как же так… Это моя вина…

На сожженную плоть упали две слезинки, пролитые Камидзу от отчаяния. Он винил себя в смерти целителя, ведь не смог убедить его в том, что он должен спасаться. Но Камидзу не понимал, что виновен не поэтому. Целитель пытался донести до него, что его действия не приведут его к успеху. Он не должен был убивать сектантов, ведь как сказал целитель, три жизни не стоят одной. Но теперь, по его вине была отнята ещё одна жизнь. Камидзу поднял голову и увидел, что перед ним стоит его фургон. Клон, пригнавший фургон к сгоревшему шатру послушно дожидался своего хозяина.

– Мой фургон? Почему он здесь? А Камидаши? – поднявшись на ноги, Камидзу бросился к фургону, отпирая задние двери, – Только бы с Камидаши ничего не случилось!

Заглянув внутрь фургона, Камидзу увидел капсулу, в которой лежал его брат. Капсула казалась нетронутой, и книга лежала рядом на пассажирском сидении. Фургон и внешне был целым, лишь пара царапин от выстрела дробью остались на корпусе. Камидзу склонился над капсулой с братом.

– Прости меня, Камидаши… Я тебя подвел… Но я обязательно найду способ вылечить тебя! – парень осмотрел фургон, все было на месте, но чего-то словно не хватало, – Странно, что меня не ограбили. Ничего не пропало. Или, кажется…

Прощупав карманы своих штанов, Камидзу понял, что камень исчез. Он тут же выскочил из фургона и бросился копаться в куче пепла. Но камня нигде не было, ни в месте, где лежал Камидзу, ни поблизости.

– Черт… Кажется, кто-то украл камень… – Камидзу сел на колени, понимая, что камень ему не найти, – С другой стороны, какой теперь толк от камня? Книга поможет мне спасти моего брата…

Плюнув на камень, Камидзу забрался обратно в свой фургон на место водителя, заставив клона исчезнуть. Он завел мотор и уехал прочь из деревни. Камидзу не знал, как сложилась судьба оставшихся сектантов, да и его это мало волновало. Как и не волновало то, куда пропал камень после ночи, когда сектанты убили Немуро Кирихиру. Главное, что волновало его, это спасение его брата. Ему было необходимо найти нового целителя, чье имя написано в книге Эклипс. Человека, чей сангрейн настолько силен, что может исцелить любые раны.

На шоссе выехала спортивная машина, несущаяся с огромной скоростью. Человек, сидевший на переднем сидении, держался за руль одной рукой, а во второй руке крутил камень с заостренными краями, имеющий форму глаза.

– Говоришь, что я разочаровал тебя, доктор? – человек крепко сжал в руке камень, порезавшись о его острые края, – Не знаю, кем был тот парень, но он как-то связан с тобой, я точно знаю! Я докажу тебе, что я не слабак!

Человеком, что украл камень у Камидзу был Таманеги Наку. Именно он следил за ним до самой деревни, полагая, что после взрыва в больнице, Даийо Отокаге передал камень Камидзу. Таманеги едва не потерял управление, когда его голова закружилась от обретения нового сангрейн, но он успел вывернуть руль, чтобы не выехать на встречную полосу.

– Теперь я убью любого, кто встанет на моем пути! – засунув камень в карман, Таманеги вцепился обеими руками в руль, – Я докажу, что достоин руки Мэйуми Отокаге! Она будет моей! Очень и очень скоро!


## Глава 5. Monkey Man.


Время близилось к вечеру, и внутри огромного циркового шатра под громкие хлопки фейерверков, началось грандиозное представление. Толпа зрителей ликованием приветствовала ведущего шоу.

– Добрый вечер, дамы и господа! Добро пожаловать в наш цирк! Сегодня вы увидите что-то, что поразит даже ваше воображение! – мужчина в ярко-красном смокинге, держа в руках микрофон, вышел на сцену и поклонился, приветствуя зрителей, – И первый удивительный номер нашего шоу представит Великолепный Цезарь и его гениальные обезьяны! Встречайте под ваши аплодисменты!

Ведущий откланялся, представляя зрителям объявленного артиста. Толпа замерла в ожидании. На сцену вышел темноволосый мужчина, ведя за собой пятерых крупных обезьян. Его лицо было окрашено белым гримом с яркой красной помадой и голубыми треугольниками под глазами. Артист был одет в розовую жилетку с бордовыми полосами поверх белой рубашки с пышными рукавами и синие брюки с высокой посадкой. На его руках были надеты синие кожаные перчатки, волосы мужчины плотно покрывал лак, делая их сверкающими, а воротник его рубашки украшала бордовая бабочка. На плече артиста сидела небольшая обезьянка в такой же жилетке и крошечной шляпке-котелке. Мужчина раскинул руки в стороны, представляя зрителям своих дрессированных обезьян, а его маленький ассистент с радостным визгом подбросил шляпку в воздух. Необычно выглядящие приматы выстроились в шеренгу перед дрессировщиком и синхронно поклонились. Несмотря на то, что выглядели обезьяны, как шимпанзе, в их лицах читались словно человеческие эмоции, а их рост был значительно выше рядового представителя вида. Зал залился радостными возгласами и бурными аплодисментами, после чего обезьяны, под руководством дрессировщика, начали выполнять различные удивительные трюки. Сперва один из приматов забрался на небольшой велосипед и проехал пару кругов мимо трибун, махая рукой. Затем другие обезьяны, запрыгнув на плечи велосипедиста, словно акробаты, забрались друг на друга, прекрасно держась ногами. Удивительные обезьяны крутили обручи, делали сальто и даже показывали фокусы, что, казалось невозможным, ввиду невысокого уровня интеллекта данного вида. Зрители были в восторге от увиденного, ведь редко можно было увидеть настолько умных и послушных шимпанзе. Номер завершился под громкие овации гостей, буквально вскакивающих со своих мест. После представления к необычному дрессировщику, отдыхавшему в своем шатре, заглянул мужчина в деловом костюме и красном галстуке с рисунком льва, держа в руках диктофон.

– Добрый вечер, уважаемый! Меня зовут Добутсу Шинбун, я журналист из газеты «Чудесный мир животных»! – журналист вежливо поклонился артисту и протянул микрофон к его лицу, – Прошу вас, позвольте взять у вас интервью! Ваши обезьяны просто бесподобны и такие необычные для шимпанзе! Что это за вид?

– Извините, я не даю интервью насчет моих обезьян и фотографировать их тоже запрещено, – дрессировщик презрительно отмахнулся.

– Всего пару вопросов! – журналист был настойчив, не желая уходить без интервью, – Разве вы не хотите, чтобы весь мир узнал о ваших обезьянах?! Вы заработаете миллионы!

– Разговор окончен, – артист встал со своего стула и, отвернувшись от назойливого гостя, демонстративно ушел в другой конец шатра, – Пожалуйста, уходите.

– Погодите минутку! – журналист попытался одернуть мужчину за плечо, но его тут же укусила за палец маленькая обезьянка, – Ай!

– Ох, что же вы такой неаккуратный? Вы напугали мою ассистентку! – вдруг лицо дрессировщика стало более доброжелательным, он подошел к журналисту и бережно взял его за руку, – Пойдемте со мной, я обработаю вашу рану, чтобы не занести заразу. Ну, и так уж и быть, дам вам интервью!