Мелисса Флосмун
Если не видишь выхода

3 год до н.э.

Глава 1. Тени

Сколько Ева себя помнила, в ее семье постоянно царила гармония. Но по рассказам ее старших братьев, так было не всегда.

Мама Евы, Нерия, раньше была замужем за котом по имени Дейв Аклинс. Он был из породистого и богатого рода мейн-кунов, поэтому обеспечивал семью хорошо. Однако его род был хоть и небезызвестен, но все-таки Аклинсы были низшей знатью, и у них никогда не было огромного количества крестьян и слуг. Но Дейв хотел больше, поэтому он сам активно занимался торговлей и увеличивал свое состояние. Дейв был смышлёным котом, мог быстро принять правильное решение, что и помогало ему стать успешным.

«Я просто никогда не сдаюсь», – отвечал он, когда его спрашивали, в чем заключался секрет его успеха.

Именно за это Нерия и полюбила Дейва. Ее восхищала его стойкость, уверенность и решительность.

У Нерии и Дейва было два сына, и оба переняли от отца крупные размеры и черты мейн-кунов, поэтому Нерия, стоя среди членов своей семьи, чувствовала себя совсем коротышкой. Она всегда знала, что может положиться на своих родных, и это была долгая и спокойная полоса в ее жизни.

Однако никакое спокойствие не может длиться вечно.

Род деятельности Дейва вынуждал его сражаться с конкурентами и рисковать, причем рисковать постоянно. Не всегда Нерия узнавала о его проблемах одновременно с их появлением, и не потому, что Дейв был скрытен, а потому, что он не желал ее беспокоить и не думал, что она может чем-то сильно помочь. Он приходил домой уставший и не всегда находил в себе силы о чем-то разговаривать, поэтому иногда просто не успевал сказать любимой о проблемах до того, как решит их.

Вот и тогда Дейв поначалу думал, что справится со всем сам. На самом деле, семья мало чем могла помочь ему, поэтому он и не спешил сообщать им о том, что у него возникли конфликты с крупной группой разбойников. Чем именно он им не угодил, Нерия так и не узнала, но когда все зашло слишком далеко, Дейв решил, что ему нужно уехать, чтобы не подвергать семью опасности. Он знал, что разбойники не будут просто так трогать его близких, потому что им не надо было как-либо шантажировать его, они просто хотели избавиться от Дейва.

Однажды вечером он сказал Нерии:

– Дорогая… у меня появились проблемы с моими конкурентами. Я должен уехать на пару месяцев, потому что если они будут пытаться достать меня здесь, то и вам может достаться. Если я буду далеко, они пойдут за мной, и с вами ничего не случится.

Нерия не показала своего страха, потому что это могло помешать спасти мужа, но в этот момент она едва стояла на лапах. Она присела будто просто так, но на самом деле она боялась упасть в обморок.

Дейв не был глуп, и, должно быть, он понял, что спокойствие Нерии напускное. Он сел рядом с ней.

– Ты не беспокойся, я справлюсь. У меня уже бывали похожие ситуации, и я справлялся.

– Конечно, – ответила Нерия, стараясь, чтобы ее голос не дрожал, – когда ты уезжаешь?

– Планировал прямо сейчас.

Тут Нерия уже не смогла скрыть свой шок и пораженно взглянула на мужа.

– Просто если я останусь на ночь, они могут прийти, пока мы спим.

– Все настолько плохо? – тихо спросила Нерия.

Дейв отвел взгляд.

– Я все разрешу. Не переживай.

– Ты уверен? Может, я поеду с тобой и буду помогать?

– О нет-нет. Я буду только беспокоиться о твоей безопасности, и это будет сбивать меня с мысли. Ты больше поможешь мне, если останешься в безопасном месте.

– Хорошо, – кивнула Нерия, – раз ты так считаешь. Тогда я помогу тебе собраться.

Они взяли только самое необходимое. Дейв сказал, что не стоит брать много вещей, ведь тогда он не сможет быстро перемещаться. Они решили пройти через лес, чтобы не привлекать внимание. Через него Дейв собирался дойти до моря и тайно пробраться на какой-нибудь корабль.

Было уже темно, однако благодаря почти полной луне кошачьи глаза видели хорошо. Нерия не задавала лишних вопросов, ведь она знала, что Дейв сейчас сосредоточенно думает и планирует, что ему делать дальше. Но она то и дело озиралась, и ей все время казалось, что в темных кустах кто-то крадется и смотрит на них. Ветки тихо качались, по земле плясали тени, и нельзя было понять, есть ли среди них тени животных.

Супруги почти прошли лес и оказались возле реки. Если перейти реку, то окажешься уже совсем близко к порту.

– Дальше я лучше пойду один. Там уже есть народ, и кто-то из них может оказаться там.

– Они что, при всех могут напасть?

– Конечно. Наденут маски, и никто не рассмотрит их лица. Так что давай попрощаемся здесь, и я пойду.

– Пока, – сказала Нерия и заставила себя улыбнуться, – надеюсь, увидимся как можно скорее.

Дейв улыбнулся и погладил Нерию по щеке. Редко от него можно было дождаться подобной нежности Он быстро, но с чувством поцеловал ее, непроизвольно передавая ей то, что делается у него на душе, и Нерия поняла, что ему страшнее, чем кажется.

– Ладно, я пойду, – сказал он, отстраняясь. Дейв смотрел мимо нее, будто ничего не видел.

– Удачи.

– Нери, я люблю тебя, – взгляд его снова стал осмысленным. Он смотрел ей в глаза.

– И я тебя, – сказала она.

– Я дойду до моста, а потом пройду немного, чтобы ты увидела, что я попал на ту сторону.

– Хорошо.

Дейв скрылся в темных зарослях.

Нерия села и стала ждать, пока Дейв покажется на другой стороне. В ее глазах время тянулось дольше, чем на самом деле, и ей казалось, что прошло уже полчаса или даже час. Но, наконец, ее зоркий кошачий глаз уловил на той стороне движение. Луна осветила крупную фигуру Дейва. Нерия не могла заглянуть ему в глаза, он был слишком далеко, видно было лишь силуэт, но Дейв точно видел ее. Какое-то время он постоял на месте, а потом развернулся в сторону рощи.

Дальше все произошло очень быстро. Откуда-то появились еще силуэты, и они вместе со своими тенями замелькали, то и дело сливаясь с деревьями и кустами. Тени окружили Дейва, Нерия ясно увидела блеск металла в лапе одной из теней. Она вскрикнула в ужасе, краем сознания понимая, что они все же выследили…

Ее саму будто сковали металлом, но на отяжелевших лапах она все-таки побежала к берегу. Быстро поняв, что реку ей не переплыть, она выскочила на берег и заметалась в панике из стороны в сторону. А на другом берегу тени уже смешались в кучу, и Дейва среди них было не видно. Но вскоре силуэты разошлись, и берег опустел. Нерия не могла хорошо разглядеть, осталось ли там что-нибудь, но было понятно, что произошло. Теперь уже она не могла сдержать всю бурю эмоций. Нерия упала на землю и зарыдала в голос, будто задыхаясь.

Тело Дейва нашли на следующий день. Нерии в самую глубь души запал вид мертвого мужа. Его закрытые глаза больше не откроются, не будут блестеть решительностью и храбростью, которую Нерия так любила в Дейве. Его больше нет, и Нерия будто упала в бездонную темную пропасть. Ей казалось, что теперь она всегда будет видеть перед собой лишь три вещи: тени при луне, блеск металла вдали, на другой стороне реки и мертвого Дейва, лежащего перед ней с еще оставшимся выражением слабого испуга и отчаяния.

Глава 2. Луч света

Нерию сильно подкосила смерть Дейва. Ей стало тяжело думать, тяжело делать что-либо. Она зачастую даже не могла встать и накормить детей, особенно когда наваливались воспоминания. А они, словно живые, действовали не по ее воле, а будто сами по себе. Хотят – уходят в сторону, и Нерия тогда могла хоть немного вернуться к жизни. А хотят – наваливаются на нее всем скопом, и тогда кошка становилась похожа на призрака, а глаза ее были пусты.

Дети ее, Колин и Люкс, были уже крепкими и умными юношами. Они не винили мать за то, что она потеряла силы, а сами заботились о себе и о ней. Им тоже было трудно, разумеется, ведь отца они любили.

Почти год Нерия была в такой тоске. Конечно, потом начала немного отходить. Она начала вставать, пыталась работать в саду и отвлекаться. Садоводство всегда ее расслабляло, но все-таки мысли и воспоминания продолжали ее преследовать.

Нерия была умной кошкой, и она хоть как-то пыталась управлять воспоминаниями. Она цеплялась за хорошие. Например, она любила вспоминать мудрые фразы Дейва о том, что никогда нельзя сдаваться.

Ее любимой цитатой Дейва была эта:

"Выход есть всегда. Отрицают это лишь те, кто просто не хочет его искать, а хочет сидеть и ныть. Если не видишь выхода – ищи лучше! Если все равно не видишь – изобрети выход сам!"

"Изобрети сам…" – повторяла про себя Нерия. Как бы странно это ни звучало, но для Дейва это было жизненным девизом. Много раз он попадал в ситуации, где любой другой сдался бы. Но он буквально сам прокладывал себе путь к спасению, своими собственными лапами, делал то, что другому и в голову не пришло бы.

К примеру, в молодости Дейв ушел от родителей и два года путешествовал по миру. В какие только передряги он не попадал. Один раз на него напали и скинули со скалы в бушующее море. Вернее, думали, что скинули. На самом же деле Дейв повис на скале, а когда они пытались сбросить его, он сам отцепился и упал. Дело в том, что он видел внизу скалу удачной формы, за которую можно было зацепиться, быстро подтянуться и исчезнуть из поля зрения врагов. Как у любого кота, у него было очень хорошо с координацией, поэтому он хорошо владел своим телом в пространстве.

В другой раз он оказался, опять же, в море, и к нему приближалась акула. Здесь ему также помогло везение (акула была не слишком большая), но еще и скорость реакции, способность очень быстро думать. Он увернулся от челюстей акулы, а потом схватил ее за жабры и через них раздавил ей какие-то внутренности, отчего акула ослабла, и он еще немного поранил ее и успел уплыть на берег.

Таких историй у Дейва было огромное множество. Он и сейчас знал что делать, просто не успел…

Сыновья поддерживали Нерию. Они уговаривали ее выйти прогуляться по городу. Сначала она отказывалась, но через какое-то время все же начала выходить. Ей было тяжело, но она уже хоть как-то начинала видеть вокруг себя мир, а не картины из ее горьких воспоминаний.

Так прошел еще один год.

За год Нерия окрепла как физически, так и морально. Благодаря саду, сыновьям и собственным стараниям она пришла к мысли о том, что Дейв, если он смотрит на нее с неба, точно не хочет, чтобы она страдала всю жизнь. Ради него она должна поправиться, ведь он всегда хотел для нее как лучше. Разумеется, ее все равно иногда одолевала тоска.

Но внезапно ее старший сын, Колин, в то время сильно разболелся, и ее мысли переключились на беспокойство за него, поскольку он-то еще был жив, и его жизнь зависела от Нерии. Она ужасно боялась потерять и его, ей постоянно было страшно, что Колин вот-вот умрет. Но теперь Нерия не только боялась, но и действовала. Она сама не замечала этого, но часть характера Дейва передалась и ей. Она знала, что любую проблему нужно решать, придумывать что-нибудь до последнего. И целый месяц Нерия и младший ее сын, Люкс, думали только о том, как можно помочь Колину, кормили его и искали лекарства.

Колин поправился, пусть и с трудом. И после этого с Нерией произошла перемена. Она почувствовала новые силы в себе, силы жить дальше и выходить из тоски.

Это не значит, что она больше не горевала, но она старалась не окунаться в горе с головой. Нерия стала заниматься привычными делами.

Как-то однажды Нерия шла утром по городу. Сыновья были на работе (они оба владели торговой лавкой, продавали разные вещи). Нерия шла с овощного рынка с сумкой и решила зайти в пекарню.

Из пекарни очень вкусно пахло свежим хлебом. Нерия тут же захотела есть. Старушка-зайчиха за прилавком только испекла булочки, и Нерия купила пирожок с вишней, а домой взяла пирог с лимоном. Сев за стол, Нерия стала есть пирожок.

Непонятно почему и как это произошло, но ее внимание привлек некто, кто вошел в пекарню. Дверь распахнулась, и необычайно яркие лучи солнца проникли в помещение. В лучах стоял кот, который, казалось, горел. По крайней мере, Нерии так показалось. Когда кот вошел внутрь, она поняла, что все из-за его яркой-яркой рыжей шерсти, которая напоминает пламя, если на нее светит солнце.

Неясно, что именно привлекло внимание Нерии: яркая шерсть или живой взгляд, в котором было что-то детское и милое. Котик тоже заметил ее, и они встретились взглядами. Котик улыбнулся, улыбнулась и Нерия. Что-то было в этом коте такое, что вызывало у Нерии необычайную симпатию к нему, что-то, что невозможно описать словами, но что все чувствуют, впервые встречая родственную душу.

Котик купил багет и сел рядом с Нерией.

– Здравствуйте. Как вас зовут? – спросил котик

– Нерия.

– Я Лоренс. Лоренс Мотелето, – он вежливо протянул ей лапу, и она пожала ее.

– Знаете, – продолжил он, – вы очень красивая кошка. Не хотите ли познакомиться?

Подумав, Нерия согласилась. Так началась новая любовная история Нерии, которая длится уже очень, очень и очень долго.

Лоренс совсем не походил на Дейва. Дейв был большим, крепким котом, и внешностью, и характером полностью олицетворял силу и храбрость. Лоренс же был худым и поджарым котиком, едва-едва выше Нерии. В нем было изящество, я бы даже сказала, что-то женское, но это не делало его непривлекательным. Напротив, он хорошо понимал, чего хотят девушки, поэтому моментально предвидел любые потребности Нерии, понимал с полуслова.

Лоренс был архитектором, творческой натурой. Работал в архитектурном сообществе, проектировал дома и прочие здания, а их потом строили. К своей работе подходил с душой, любил ее всем сердцем и считал искусством. Он часто говорил об искусстве. Нерии это нравилось, она тоже любила искусство. Дейв им никогда не интересовался, и Нерия не могла с ним поговорить. Зато теперь прекрасно могла обсудить это с Лоренсом.

Лоренс имел в характере все, чего не было у Дейва. Дейв хоть и любил Нерию, но был часто слишком в себе. К примеру, когда они где-нибудь сидели, а потом решали идти дальше, но Нерия была еще не готова (надевала шубу, например), Дейв просто мог встать и пойти, не видя, что она еще копается и одевается. Она знала, что он не со зла это делает, он просто не замечал, но все равно ее это иногда злило.

С Лоренсом таких проблем вообще не было. Он, казалось, следил за каждым действием Нерии, за каждым движением, и по языку ее тела сразу догадывался, чего она хочет.

Нерия долго не отдавала себе отчета (или не хотела в этом признаваться, считая это аморальным), но Лоренс будто больше подходил ей по характеру. Она не перестала любить Дейва, но с Лоренсом у нее было больше взаимопонимания, и это вызывало у нее сладкую и тихую радость в душе каждый раз, когда он угадывал ее мысли.

Лоренс восхищался Нерией примерно также, как она восхищалась Дейвом. Сама этого не заметив, после смерти Дейва Нерия стала сильнее и увереннее в себе. Лоренс не раз говорил, что хочет походить на Нерию, а она вспоминала, как сама говорила это, глядя на Дейва.

Связь между Нерией и Лоренсом становилась все сильнее. Вскоре они осознали, что любят друг друга. Лоренса не смущало, что у Нерии есть дети.

– Думаю, мы подружимся, – со смехом говорил он, – они славные и веселые ребята.

И вот, они поженились. У них родилось еще трое детей: сначала сын, Гаос, потом дочь, Саолина, и, наконец, Ева. Такой и была краткая история семьи Евы.

Глава 3. Эвр

Ева была уже молодой и красивой кошкой. Она закончила архитектурный университет в ее родном городе и сейчас работала в той же компании, что и ее отец Лоренс. Отец сейчас был в отпуске, но Ева уже вошла в ритм работы и уверенно себя чувствовала и без него.

Был вечер. Из окна сочились оранжевые лучи заходящего солнца, заливая цветом заката бумаги с чертежами, столы и пол.

Ева осталась одна, остальные архитекторы разошлись по домам. Кошка не хотела бросать незаконченную работу, у нее был прилив вдохновения, и она хотела закончить чертеж, над которым работала уже месяц.

Еве, как и отцу, нравилась ее работа. Она обожала придумывать здания, а потом смотреть, как они постепенно становятся реальными. Можно сказать, что Ева с помощью воображения постепенно преображала мир вокруг.

Хоть было и поздно, Ева не торопилась домой. Ей даже не пришлось зажигать свечу, потому что, в отличие от многих коллег, Ева хорошо видела в темноте, как и любая кошка. Совесть, конечно, упрекала ее в том, что родители будут волноваться, но надолго Ева не задержится. Она заварила себе черный чай с лимоном и чертила здание будущего музея с расстановкой, после каждой линии любуясь работой и представляя, как она будет выглядеть в законченном виде.

Наконец, Ева завершила проект. Она встала из-за стола и отошла назад, глядя издалека на работу. Она довольно улыбнулась и решила, что теперь пора уходить. Завтра она отнесет чертеж куда следует.

Взяв сумку, Ева вышла на улицу. Несмотря на поздний час, народу вокруг было много. Сейчас была пятница, и вокруг доносился шум из пабов, ресторанов, таверн и всего такого прочего. Ева, может, и ушла бы с коллегами куда-нибудь, но ей очень хотелось закончить чертеж. А сейчас было уже поздно куда-то идти, да и не с кем. И родители, опять же, будут волноваться, если она до десяти вечера не будет дома.

Ева шла по одной из центральных площадей города, и ее внимание привлек какой-то гул. Она увидела, что возле фонтана собралась какая-то толпа. Ева остановилась и прислушалась. Голоса собравшихся были недобрыми, кто-то выкрикивал оскорбления, кто-то перешептывался с явным осуждением. Ева нахмурилась: у нее было недоброе предчувствие. Должно быть, какого-нибудь нищего опять гнобят или даже какого-нибудь преступника. Ева никогда не любила публичные унижения преступников и негодяев, даже если они и поступали гораздо хуже с другими. У нее с самого детства была вера в лучшее в окружающих, поэтому избиения, казни и тому подобное Ева никогда не одобряла.