Паша Киста
Взаправду

Оглавление:

Дикая Слива

Живые солдатики

Диско Элизиум

El Coronos

Кеклик Нах

Выход из постиронии

Измена во сне

onlove

Последние новости

Прошлое будущее

Человек-мем

Сломанный полиграф

Всего лишь диктатор

Ещё один выход из постиронии

Дикая Слива

Ехал в метро с работы, как всегда, читал книгу. Самое лучшее занятие в метро – читать, потому что это самый полезный способ абстрагироваться и не смотреть на людей вокруг, которые стоят впритык к тебе и смердят, как трупы. Особенно летом. Это и было лето. До зуда жаркое, до тяжести в висках, до мокрых от пота подмышек и красноты, до принятия плана жидомасонов сократить население.

Обычно где-то на Парке Победы, а еду я до Славянского бульвара, где славянами и не пахнет (пахнет трупами, как я сказал ранее), я убираю книгу в свою барсетку. Я пытаюсь впихнуть её рядом с немытым контейнером из-под еды. На это уходит время и нужно приложить определённое усилие. А ведь ещё нужно найти в барсетке коробочку с беспроводными наушниками. Уставшие люди, такие же, как и я, заметив мой контейнер: грязный, с крошками от еды и потницей, который торчит из сумки, когда я начинаю искать в ней наушники, морщатся. Потом смотрят в моё лицо, изобразив своим отвращение. Но я слишком устал, чтобы воспринимать это, как оскорбление.

Когда я убрал книгу и надел наушники, то заметил перед собой симпатичную студентку. Она что-то смотрела на телефоне. Бля. Только это была уже осень, а не лето. Начался учебный год и в метро как раз стало в два раза больше людей. Но всё равно было жарко ещё. Или нет? Нет, на улице было уже нежарко, так как я был в ветровке. Но в метро всё равно в час-пик примерно одно и то же время года всегда – ебаное, душное, душегубное лето, сжимающее тебя живым, скользким, гниющим мясом со всех сторон.

Глядя на эту студентку в расстёгнутой розовой пушистой кофте, с наливными грудями, раздувшими её белую футболку, как ветер раздувает парус, я вспомнил одну знакомую. Не то, что бы они были похожи. Я вспомнил Дикую Сливу. Так её звали вк. Несмотря на то, что она представилась, как София, я бы не ручался за эту информацию, как за достоверную. Она была из тех, кто может назваться ложным именем. Дикая Слива. Это ей подходило намного больше. Какая нахуй она София.

Мы с ней познакомились осенью в Тиндере. Я той осенью активно искал себе бабу. Жаждал ебли, с которой у меня были проблемы. Какое-то время мы попереписывались, а потом договорились о встрече.

Встретились мы на метро Сокол. Дикая Слива училась в художке и шла на встречу со мной после пар. Долго я её ждал, минут двадцать сидел в метро. Я волновался. Думал, может она вообще не придёт, что это глупый развод.

Когда Дикая Слива наконец-то пришла, мандраж отступил, но накрыл новый, другой, не такой противный, но более отупляющий. Она сразу же пошутила, что я похож на гея. Или спросила серьёзно. Я не понял. Она заметила, что у меня маленькие и хрупкие руки, когда я взялся за поручень. Манерный говор. Акающий. Московский. Короткие штаны с обнаженными щиколотками. Кажется, она была уверена, что я пидор. Похоже, ей они нравились, потому что она рассматривала меня с загадочной улыбкой.

Мы ехали до Тёплого Стана. Дикая Слива сказала, что ей надо зайти домой, бросить вещи, а затем мы пойдём пить пиво. Разговор проходил неловко, нелепо, не клеился. Всюду чувствовался подвох. Постирония. Была такая же давка в метро, как сейчас, некоторые вещи неизменны, но Дикая Слива умудрилась найти свободное место, сесть и достать книгу. Какую – я не увидел. Я стоял в стороне. Слушал музыку в дешевых наушниках, которые трещали, как цикады. Из-за шума метро музыку я практически не слышал, но приятно было узнавать любимые мотивы среди этого подземного гула. Мне тогда было похуй на книги. Мне бы наркотиков. Немного наркотиков. Или хотя бы алко. Хотелось сильно курить.

Мы вышли из метро, закурили и пошли к её дому. Она мне прямо сказала, что я стал какой-то молчаливый. А я просто думал: «Нахуй я вообще с ней встретился». Пока шли к её дому вроде как расшутились. Я сказал, что в этом районе наверняка много закладок, она смеялась и предложила пойти искать. Я согласился. Она предложила несерьёзно. А я согласился серьёзно, хоть и в шуточной форме.

Мы подошли к её подъезду:

–– И тебе нестрашно вот так приводить парня, которого ты впервые видишь к своему дому? – спросил я.

–– А что такого? Не думаю, что ты будешь меня поджидать тут, чтобы изнасиловать, – ответила Дикая Слива.

–– Ну а если я влюблюсь в тебя? И буду каждый вечер сидеть у подъезда, чтобы увидеть тебя…

–– Это будет хуже, чем изнасилование, – перебила меня Дикая Слива, смеясь. – Я быстро, – сказала она и зашла в подъезд.

Я стоял под крышей, рассматривал дома. Этот район. Он был какой-то особенно печальным. Капал дождь. Стучал по крыше. Тыц-тыц. Мокрый асфальт будто шипел, волновался, как вода. Я тоже волновался. Хотелось уже быстрее выпить. Дикая Слива была хороша собой, симпатичное лицо, не худая, не жирная. Интересная сама по себе. Она мне начинала нравиться. Вскоре она вышла из подъезда. Сказала, что живёт с бабушкой, а родители её живут в Туле. Говорила она с лёгкой ироничной улыбкой. Я не верил ни единому слову. Мы пошли в какой-то магазин и взяли по два пива. Кажется, на кассе она намекнула мне, чтобы я заплатил за неё, но так как у меня были деньги только на себя, я от этого воздержался. Каждый заплатил сам за себя. Она была огорчена, но ничего не сказала. Рассчитывала на бесплатное пивко. Сучка. Дождь по-прежнему капал, мы искали какую-нибудь площадку с крышей. И мы такую нашли. Площадка была оборудована разными тренажёрами, типо спортивная. Мы открыли по пиву, закурили и тут уже стало всё несколько легче.

Что-то мы обсуждали. Реп, творчество. Я тогда особо ничего не писал. О чём можно писать лет в двадцать? Только о какой-то хуйне. Если ты не гений, которому суждено умереть рано. Мне рано умереть не суждено. Я это точно знаю. Поэтому пока что бездарен.

Помню, осушив первую бутылку, я захотел поссать и пошёл к дому, который стоял прям напротив площадки. У меня никогда не возникало проблем с тем, чтобы поссать на улице. Конечно, я старался избегать людных мест. Все места не особо людные, пока ты не начнешь ссать. По закону матрицы люди появляются из ниоткуда в самый неудобный момент.

Сливе, мне кажется, понравилось, что я такой простой. Могу поссать, где угодно, если приспичит. Могу пить пиво на спортивной площадке. Болтаться на турнике с сигаретой во рту, пытаясь подтянуться хоть раз. Могу разлечься на влажной после дождя скамье для упражнений на пресс. Курить сигарету и протянуть ей руку. Дикой Сливе. Она встала рядом со мной и взяла мою руку, мы трогали пальцы друг друга. Медленно и нелепо соприкасались. Мне это понравилось. Мы молчали. Потом она трогала мои жиденькие волосы, а я её – густые и могучие. Было что-то интимное в этом. Почти как в сексе. Мы занялись с ней сексом. Руками – уж точно.

Когда мы допили пиво, Дикая Слива сказала, что нам надо идти к метро. Она договорилась встретиться с подругами на Китай-городе. В метро мы сидели рядом, я взял её руку и сказал, что умею гадать по линиям. Я гладил её ладони, нёс всякую чушь про её будущее. Она с улыбкой слушала, какую хуйню я ещё снесу. Конечно, она не верила. Ей было забавно. Сказала, что это было приятно. Да, у меня тоже встал хуй. Потом я вышел, чтобы пересесть на другую, ветку, и поехал домой. Встреча началась так нелепо, а закончилась довольно мило. Я решил, что мне надо взяться за эту Дикую Сливу.

Где-то три дня она не заходила вк. Я уже начал переживать. Вдруг она умерла после встречи со мной. Напилась и упала под поезд. Или её убили по пути домой. Изнасиловали в подъезде… а ведь это должен был сделать я.

В конце концов она ответила мне. Сухо так. Сказала, что ей стало грустно, поэтому не заходила.

Я как-то забил на Дикую Сливу, начал встречаться с другой девчонкой. С которой всё было попроще. Но мы всё равно общались периодически. И однажды она написала мне вот что:

– ебать

Паш что делать

если влюбился

–– Да хуй знает

Смотря шо это

Смотря что именно испытываешь

–– какую-то хуйню

–– Ну бля

Это не объяснение

Но что-то мне подсказывает, что ты уже страдаешь больше, чем наслаждаешься

–– ДА

–– Ой, знач готовься к худшему

Но ты лучше расскажи про челика, в которого влюбилась и как он к тебе относится

–– bluya

в смысле

он красивый

смешной

тупой

наркоман

пиздык

–– Неплоха

–– у него мягкие волосы

хитрый взгляд

тупое лицо

милое

Дальше мы обсуждали её отношения. Периодически мы списывались так. Обсуждали разное: личные темы, проблемы, кидали друг другу песенки. Я начал заниматься творчеством как раз в то время, писать треки, стишки, вести телеграм канал. Она была одна из немногих, кто меня поддерживал в этом плане, она хвалила меня, всячески мотивировала, давала ненавязчивые советы. Обычно всем похуй, а она интересовалась. Наше общение было специфическим и необычным, в хорошем смысле. Оно возникало неожиданно, было нерегулярным. Но в переписке сформировалось своё особое настроение. С фразами, не имеющих смысла. С забавным и нелепым флиртом, который дальше никуда не перетекал. По-дружески, но с намёком на продолжение. Кажется. Слива терпеливо выслушивала моё депрессивное нытьё, которое я иногда начинал выливать на неё. От её ответов у меня не сгорало очко. А это редко бывает. Мы занимались искусством, когда переписывались друг с другом. Упражнялись в странностях.

Увидеться у нас никак не получалось. То я ей предлагал встретиться, то она мне. Я её звал гулять, но она не любила гулять. А я не любил сидеть на странных хатах непонятно с кем и курить траву. В основном она меня зазывала именно на такое времяпрепровождение. То одно, то другое в общем. До одного момента. Дикая Слива стала бить тотухи. И мы с ней умудрились договориться о сеансе. Далеко не сразу. Много нам времени на это потребовалось. Я выбрал эскиз летучей мыши, свисающей головой вниз. Чёрного цвета. Тревожные дрожащие контуры. Она пытается лапками закрыть свои сонные проснувшиеся печальные глазки. Она не хочет видеть то, что вынуждена видеть. Только со временем я понял, что эта летучая мышь – моя копия. Или я перенял от неё некоторые черты. Татуировки набивать опасно.

Приехал я к Дикой Сливе домой. Она снимала квартиру с парнем вроде, с которым рассталась, его не было в городе. Это был уже другой парень. Не тот, о котором она писала мне ранее. Не тот, в которого она была влюблена.

Одна комната была оборудована под битьё тату, а другая – их спальня. Когда мы зашли в их спальню, чтобы пройти покурить на балкон, я заметил не заправленную кровать и небольшой бардак в комнате. Небрежность всегда добавляет жизни. Глядя на эту кровать, я представил, как они занимались сексом на ней со свои парнем. Как она прыгала на нём сверху и как плескались её внушительные груди.. Ах, вот откуда взялась ассоциация с той студенткой из метро. Груди.. Мне стало ревностно, к тому же я возбудился. Злобный, но приятный импульс скользнул по нервным окончаниям головки моего маленького члена. У меня сжалась и разжалась челюсть.

Дикая Слива весь сеанс толковала мне про её отношения с парнем. Жаловалась, рассказывала, как они познакомились и как всё скатилось. Она была печальна, но как будто больше из-за того, что ей придётся съезжать и обустраивать свою тату-студию заново. Я о себе тоже что-то рассказывал, но не помню уже, что тогда в моей жизни происходило. Наверное, как обычно. Ничего.

Кстати. Оказалось, что её действительно зовут София. А я не верил.

Больше мы с ней не виделись, но продолжали общаться. Иногда предлагали друг другу встретиться, но, как обычно, ничего не получалось. София в то время начала лечиться от депрессии, принимала таблетки, её настроение менялось. Сложно сказать, что именно спровоцировало обострение.

В общем. К чему я это всё?

Вот ехал я в метро, смотрел на эту студентку, вспоминал Дикую Сливу, нашу историю взаимоотношений с ней и задумался. А может она была влюблена в меня? Не бывает же всё так сложно в дружбе.

После нашей первой встречи она пропала на три дня, потому что, предположим, испугалась чувств ко мне. Может, она просто хотела попить пива со случайным челиком из тиндера, а в итоге – влюбилась. Ей понадобилось три дня, чтобы немного остыть и взять себя под контроль. Она никак не могла встретиться со мной, так как, может, стеснялась или волновалась. Ей хотелось подойти в лучшем расположении духа к нашей встрече. А это было сложно. Всегда выходило так что, когда была готова она – не мог я. Ещё та переписка, где она писала, что влюбилась в парня. Может, она намекала так на меня? Девушки любят использовать подобные приёмы. А я не выкупил тогда. Настолько был уверен, что это не обо мне. А ведь под её описание я идеально подхожу.

Нам сложно было сойтись во времени, но с сеансом каким-то образом всё сошлось. Потому что она должна была оставить на мне свой след. Хотя бы так. Иглами и краской. На всю эту жизнь.

Она же тогда рассталась с парнем, возможно, как раз хотела присмотреться ко мне. Но снова у нас не пошло. Я ведь тоже её динамил. София впала в депрессию. Не исключено, что одним из факторов возникновения этой гадкой болезни было то, что у нас с ней не получилось поймать общий ритм. Не получилось встречаться. Может, это стало последним толчком к усложнению её состояния, к разочарованию в жизни. Мы совсем престали общаться, у меня появилась девушка. Слива отписалась от меня в инстаграме, отписалась от моего телеграм канала, потому что ей надо было минимизировать моё появление в её информационном поле. А ведь причины отписываться не было. На ровном месте всё произошло. Из вк она меня не удалила, потому что редко сидит там. А я бы ей точно написал, если бы она меня удалила там. И снова бы завёлся наш странный разговор, снова бы вспыхнуло что-то. Может, она и это учла. Только сейчас я задумался о том, что такое возможно.

Стоял я на платформе, когда перешёл на МЦД «Славянский бульвар». И думал. Такой вот набор фактов с Дикой Сливой, показывающий, с одной стороны, что мы просто с ней дружили, и не было у нас каких-то серьёзных планов друг на друга. Но с другой стороны… А почему именно так я думал про нас? Может, она всё это видела по-другому. Как сейчас увидел я. Да, она была влюблена в меня. Правда. А я так этого до сих пор и не понял.

P.S. Прошло два года с момента написания данного рассказа. Я неожиданно встретил Дикую Сливу недалеко от своей работы. Во время обеденного перерыва я сидел на лавочке, наслаждался солнцем. Подошла девушка и попросила зажигалку. У меня не было. Затем она сказала: «Привет, Паш». Я смотрел на неё молча секунд двадцать. Не мог понять, кто передо мной. А потом до меня дошло. Дикая Слива. Я её не узнал. Её лицо стало совсем другим. Где-то она потеряла свою ироничную улыбку. Оказалось, что София работает в тату студии в соседнем здании. Мы спросили друг у друга «как дела», и она пошла искать, у кого прикурить. Чёрт возьми. Почему же у меня не было с собой зажигалки?

Живые солдатики

Не знаю, как сейчас, но раньше очень было популярно сбагривать своих детей в детский лагерь. На работах раздавали бесплатные или недорогие путёвки в эти лагеря на черноморское побережье краснодарского края, и родители с большим удовольствием отправляли туда своих отпрысков. Во-первых, бесплатно/недорого, во-вторых, для ребёнка будет полезно: море, солнце, общение с другими детьми, отрыв от мамкиной сиськи и папиного… А, в-третьих, родителям тоже надо отдыхать от своих детей. Вот от меня довольно часто любили отдыхать, хотя не сказать, что я был ребёнком, приносящим много усталости. То в лагерь, то в деревню к бабушке на всё лето. Или на дачу к другой бабушке. Всё равно с лета я всегда возвращался непохожим на городского белокожего и воспитанного мальчика. Становился диким, как Маугли. Я залезал на деревья во дворе, висел вниз головой на турнике и бегал по детской площадке, как обезьяна. Кричал и издавал пугающие звуки. Бросался на птиц. Мной было освоено множество матерных слов и их производных. Я был чёрным то ли от загара, то ли от грязи. Забывал, как читать, считать и умножать. В первые школьные недели мне приходилось учиться этому заново. Родители меня отучали от всех приобретённых вредных привычек, но это не такие уж и серьёзные издержки, если сравнивать их с преимуществами избавления от меня. Жизнь без детей, даже довольно послушных, всё равно намного легче и спокойнее.

В лагеря меня отправляли раза четыре. Так что я бывалый. Не зря, когда мы с пацанами в универе проходили тест на зэка в интернете, я оказался блатным. На самом деле по своей структуре отдыха детский лагерь действительно напоминал зону. Подъём c утра, все идут на зарядку, затем завтрак потом какие-то процедуры, игры или занятия, потом море, после моря – обед, далее тихий час, после тихого часа полдник, потом на море, дальше свободное время, дискотека и ночной сон. Вот я написал распорядок дня и понял, что нихуя это не зона, конечно. Всем бы на такие зоны уезжать. Но по ощущениям – ты лишён свободы. Всё по расписанию, лишнего шага нельзя сделать без разрешения вожатого, вы находитесь на закрытой территории, которую окружает забор, разве что без колючей проволоки (а может она и была), вы играете в карты, пытаетесь достать сигареты, ебёте петухов в жопу (ладно, этого не было). Да что уж говорить. В школах делах обстояли также строго. В России с детства учат страху и показной покорности. Такая тут сложилась система воспитания.

Сейчас я не слышу особо, чтобы детей отправляли в детские лагеря. Возможно, родители стали более щепетильно относиться к своим детям. Это тоже плохо. А, возможно, больше нет такой практики. Бесплатных или недорогих путёвок. Или это просто потеряло популярность. Я не знаю. Может и правильно. В этих лагерях происходил такой пиздец, столько скандалов было. Я уверен, в интернете можно найти много жутких историй. И драки, и ебля малолеткок, изнасилования вожатыми девочек и парней, пьяные вожатые, пьяные дети, заболевания, мистика и даже смертельные исходы.

Столько всего лютого можно было узнать. Вы прикиньте. Сначала ты едешь в поезде два дня до лагеря в плацкарте с ребятами разного возраста, заводишь первые знакомства. Телефоны тогда были кнопочные, особо не поиграешь, поэтому единственное что оставалось – это общаться, играть во всякую хуйню, спать и есть. Уже после поезда ты в шоке от полученной информации. Ты услышал столько историй, сколько за всю жизнь до этого не слышал. Все начинают от скуки фантазировать и упражняться в остроумии, начинают выдумывать то, чего не было с ними или с их знакомыми, чего не происходит в жизни. Для привлечения внимания, для поддержки своего статуса. Ты вроде и понимаешь, что тут чё-то не так, но не можешь понять, где именно. Где сказали правду, где напиздели. Чему верить? Что возможно в этой жизни, а что нет? Отследить это становится нереально. Да и как будто нет потребности в этом. Это становится всё неважным. Грань между настоящим и выдумкой размывается и с этим ощущением ты потом остаёшься на всю жизнь. Ты начинаешь воспринимать слова людей несерьёзно, потому что где-то на бессознательном уровне уже знаешь – ничего не имеет значения. Что говорит человек, что думает. Это может быть лишь фантазией или иллюзией. И человек может быть настолько уверен в своём вранье, что это становится реальностью в его голове. С возрастом действительно становится сложно вспомнить, что было, а о чём ты наврал, что было на самом деле не с тобой, что приснилось, что просто показалось. ТЫ. Не говоря уже о рассказах других людей.

В самом лагере ты начинаешь общаться уже в основном с ровесниками, но дети в твоём отряде – с разных городов, регионов, с разными своими приколами, своими историями и «историями», своими культурными феноменами. Родители от тебя хуй знает за сколько км. Никто тебе ничего не подскажет. Не сориентирует. Связи нет. Ты начинаешь чувствовать себя небезопасно, но пытаешься адаптироваться к этой ситуации, ведь это единственное, что остаётся.

Конечно, не все посещали детские лагеря. Это мой личный опыт, как и то, что я расскажу дальше. Хотя я думаю, мои +/– ровесники хорошо поймут меня. И даже те, кто не был, в детском лагере, потому что необязательно было бывать там, чтобы со всем этим столкнуться. Наверное, дело в самом времени. Вся эта хуйня с повсеместным пиздабольством происходила и в школах, и во дворах, и на дачах, и в деревнях. Да где угодно, где могли собираться дети. А может так происходит и до сих пор и дело туи в самих детях.

У меня есть история. Вот как раз из одной поездки в лагерь.

Так или иначе свой круг общения там находится. Есть пацаны, с которыми почему-то интереснее. Метахимия, метафизика. Хуй знает, что это. И весь отряд разбивается на такие компании. По животному. Ведь в группе выживать легче. Были, конечно, и одиночки, но это скорее странные дети с потенциальным аутизмом или шизотипическим расстройством личности, социофобы. У меня не было какой-то одной компании, было несколько друзей, но я особо ни с кем сильно не сближался, но в то же время пообщаться мог с любым пацаном. С девочками я общаться тогда стеснялся, да и это было не особо в почёте. Могли засмеять и тогда пришлось бы свой интерес отстаивать, вступать в конфликт.

Вожатые той смены любили вечерами перед дискотекой сидеть с нами в беседке и играть во всякие игры. Крокодил там, ещё какая-то поебень. Это, надо сказать, объединяло и раскрепощало. Бывало оставалось свободное время, и мы просто разбивались по кучкам и общались. Однажды ко мне присел на уши один пацан. Он рассказывал про какие-то игрушки, вертолёты на пульте управления и прочее. Я был впечатлительным ребёнком и с интересом его слушал. Этого чувака подкупало моё внимание, и он начинал садиться мне на уши ещё плотнее.

Он прыгнул и зацепился руками за железку, которая протягивалась от одного края беседки к другому, как за турник. Висел и глядя мне в глаза без доли лукавства сказал: «Ещё эти солдатики могут вот так». Я ахуел. Потом он мне рассказывал, что они могут бегать, прыгать, ползти по-пластунски, что они садятся в самолёты, вертолёты, машины, танки и сами ими управляют. Но ты можешь в этом вмешиваться с помощью огромного сенсорного пульта управления. Рассказывал про их оружие, что можно устроить войнушку и это будет очень эффектно выглядеть, как в реальности. У меня отпала челюсть. Мне так захотелось в это поверить, что я поверил. Я у него спросил:

–– А откуда у тебя они? Их нет в магазинах.

–– Они не продаются. Мой отец сам их делает.

–– Пиздец как хочется проиграть в них, – ответил я.

–– Вернёмся из лагеря, приедешь ко мне, зарубимся. Я бы мог даже тебе подарить одного. У нас их очень много.

–– Это было бы ахуительно!

Я ждал конца смены, как никогда. Каждый день мы общались с этим парнем. Он всё рассказывал и рассказывал. Я перестал сомневаться в существовании того, о чём он говорил. Это стало реальностью для нас обоих. В конце смены мы обменялись номерами мобильных телефонов.

Когда мы вернулись в Москву, я позвонил ему. Он взял трубку, и мы опять говорили про солдатиков. Чувак обещал мне встречу, только надо спросить разрешения у отца. Своему же отцу я всё рассказал: про этого парня, про солдатиков, что они как живые, летают, воюют, стреляют. Спрашивал, отвезёт ли он меня в гости к моему новому другу. Батя смотрел на меня скептически. «Тебя водят за нос, сынок» – говорил он мне. «Какие бл..ть живые солдатики? А отвезти, я тебя отвезу, только договоритесь там между собой. Чтобы его родители были не против». Я отказывался думать о том, что мне этот парень наврал. Спустя время я опять позвонил ему, но он ответил, что солдатиков больше нет и односложно отвечал на мои вопросы, а потом быстро сказал, что не может больше говорить. Голос у него был безразлично-расстроенным. В следующий раз он уже не взял трубку.

Я подумал: «Наверное, папа прав. Меня водили за нос». На самом деле я легко принял это тогда и быстро позабыл, переключился на что-то другое. Трагедией это не было. Но сейчас анализирую всё и думаю. А как можно было так убедительно врать, рассказывая столько подробностей? Пониманию, у детей богатая фантазия, но разве можно было такое выдумать с абсолютно чистого листа? Без какой-либо подложки такие вещи в голове не могу возникнуть. Может быть, он просто немного преувеличил то, что действительно у него было? А может и не преувеличил вовсе. Может, он рассказывал всё как есть?

Он говорил, что солдатики изобрёл его отец. Гипотетически можно представить себе такое, что эти солдатики, вертолёты, самолёты, машины –какая-то тайная разработка. Может, его отец какой-нибудь там инженер, работающий на Министерство Обороны или вообще на ДОД. Может, он производил точные копии солдат, военной техники в миниатюрном виде, чтобы можно было наглядно рассматривать стратегии, передвижения, чтобы можно было детально увидеть разные тактические приёмы. А почему нет? Я уверен, что вероятность существования таких разработок вполне высока. В этом нет ничего сверхъестественного. Может, этот инженер, будучи хорошим отцом, взял и показал это своему сыну. Или тот случайно увидел, а тут уже не отвертишься. Дал поиграться с этими уникальными разработками, а тот полный впечатлений рассказал мне. Нашёл того, кто ему действительно поверил и смог разделить с ним его радость. Даже пообещал мне, что мы поиграем вместе. А когда он завёл разговор с отцом на этот счёт, то тот ему, естественно, запретил со мной общаться.

Сколько всего непонятного в этой жизни. Столько всего, во что хотелось бы поверить. Столько вранья и правды. И только восприятие каждого человека может выбрать, какой информацией окутать своё мышление. Но я никакую так и не выбрал. Единственное, что я выбрал это – это рассказать вам эту историю. Всё остальное – это одна большая иллюзия.

Диско Элизиум

Долго не мог придумать, как приступить к этому рассказу. Как его написать и как правильно донести идею. Но кое-что мне подсказало.

Один товарищ, Миша Кремлёв, посоветовал мне игру – Диско Элизиум. Я скачал её торрент на свой ноутбук и установил. Периодически я залипаю в неё сейчас, пока пишу этот рассказ. Игра впечатляющая и атмосферная из-за своего визуала и звукового сопровождения. Большую часть игры – занимает чтение текста. Не сталкивался никогда с такими играми, где нужно много читать, и где текст имеет такое большое значение. Очень поэтичная игра.

По сюжету главный герой просыпается в номере отеля и ничего не помнит. Ни о себе, ни о городе, ни о семье, ни о работе. Ни о чём. По ходу игры он должен узнать всё заново. Собрать информацию по кирпичикам о себе, о мире, в котором он живёт, и к тому же раскрыть дело об убийстве. Потому что оказывается, что главный герой – детектив. Талантливый детектив. Потеря его памяти последовала из-за беспробудного пьянства, наркомании. Что его вынуждало бежать от себя – также предстоит разгадать.

Не буду вдаваться в подробности игры, в её фактуру и технологию. Всё строится вокруг амнезии героя. Я решил воспользоваться этой довольно избитой идеей, потому что она идеально подходит для раскрытия концепции, которую я придумал для этого рассказа.

Отдаю дань этой игре за вдохновение, поэтому называю рассказ в честь неё. Хотя кроме факта потери памяти вряд ли будет ещё что-то с ней резонировать, но посмотрим.

Представим, что я просыпаюсь одним прекрасным утром. У меня болит голова и я понимаю, что ничего не понимаю. Кто я и где. На самом деле это почти типичное утро. Любое утро любого дня. Природа утра устроена так. Из непонимания, которое длится у всех по-разному.

Я осмотрел свои руки, пальцы тонкие и кривые. Потрогал своё лицо. Проехался пальцами по щетине. Помассировал глаза и направил их в потолок. В нём зависло моё одиночество. Висит, как люстра, но никакой искусственный свет не способен развеять скрытую темноту, эту серость, эту пустоту. Встал оглядеть комнату. Уютная и чистая, мне тут нравится. Сразу понятно, что это моё место восстановления сил. Иными словами – мой дом. Я обнаружил на столе очки для зрения, надел их и вышел из комнаты. Увидел дверь в ванную, подошёл к зеркалу. Рассмотрел своё отражение. Увидел себя. Так вот вы какое. В целом нестрашное. Аккуратные черты лица. Лысая голова. Очки с круглой оправой, которая делает глаза визуально больше. Невысокий рост. Тело странное: вроде худое, а вроде и не очень. Имеется подкожный жир. Тонкие руки и тонкие ноги, длинная шея.

Не самое лучшее тело досталось мне. Но так ли это важно? В материальном мире – да. А вот в тексте – нет. Как бы я не описывал своё тело, и как бы читатель не визуализировал, всё равно выйдет не так, как есть на самом деле. Потому что даже я могу видеть своё тело неправильным образом.

Я стал умываться, чистить зубы. Я сразу понял, какая из щёток моя. Дома я был один. На кухне в кастрюле стояла тёплая каша, которая похоже предназначалась для меня. Я сел её потреблять. По вкусу каши я понял, что она приготовлена Маман. Всплыл тёплый образ, состоящий из любви ко мне.

После завтрака я подошёл к окну. Стал смотреть на дома, на серость, которая взяла этот город в плен. Что за город – понять я не мог, но интуиция мне подсказывала, что если я выйду за пределы квартиры, то без проблем сориентируюсь.

К своему удивлению, я быстро сориентировался, как пользоваться техникой. Взял свой телефон и машинально вбил от него пароль. Мои пальцы его просто помнили. Нашёл контакт мамы и позвонил ей. Милый и добрый голос. Она души во мне не чает. Когда я сказал ей, что у меня отшибло память, она подумала, что я шучу. Я сказал, что это не шутка. Не сразу, но она поверила и сильно запереживала. Я попросил её рассказать немного обо мне. «Сынулькин, я на работе. Не могу долго разговаривать. Давай лучше вечером поговорим, когда я приду? Никуда сегодня не ходи, побудь, пожалуйста, дома. Хорошо?» – сказала Маман взволнованным голосом. Ей приходилось много раз говорить со мной таким тоном. Я это помню. Печальным, сожалеющим, разочарованным голосом. Голосом, который говорит: «Опять… Опять что-то опять не так. Почему всё так сложно. Всё же я задал несколько основных вопросов по поводу себя. Имя, возраст, увлечения, деятельность. Ответы на них мне показались знакомыми, но, честно говоря, никакое понимание себя даже и не мелькнуло. Да, основная информация – ничего о нас и не говорит. Возраст не отражает ничего, кроме того, сколько ты тут якобы находишься. Это может даже не отражать опыт и знания. Потому что истинный возраст можно определить только оценив движение человека. А имя что? Это условное название. Имя не индивидуально, имя нужно для встраивания в систему. Наверняка, звуковые волны, на которые мы откликаемся с детства, могут повлиять на формирование работы мозга. Нельзя недооценивать то, что невидно. Но само имя – говорит о его носителе чертовски мало. Возможно, даже знак зодиака даст информации больше. Это хотя бы какой-то образ. Увлечения и деятельность – это всё своевременно меняется. Работать можно и на работах, где ты абсолютно неорганичен. Главное приучить себя. Проверено личным опытом. Кажется, да. Проверено личным опытом. Что касается увлечений – им свойственно надоедать. Я думаю, имеет значение только призвание и какую пользу ты можешь принести себе. Насчёт моего призвания Маман мне ничего не сказала. Она не знает. Значит, его нет.

Ладно. Допустим, свободный день. Выходной. И я могу себе позволить посветить время изучению этого мира и восстановлению своей памяти. Открываю Телеграм и начинаю читать новости. Новости про то, что происходит в мире. Решил обратить внимание на военные сводки, которые я сначала пролистывал без интереса. Их было так много, похоже это действительно сейчас важно. Военные новости включали в себя информацию о перемещении войск, о том, кто что сказал из политиков, отрывки выступлений президентов, интервью солдат, всяких офицеров, лейтенантов и так далее. Похоже, всё это имеет серьёзные масштабы. Сначала нужно узнать, что происходит в мире. Может быть, как раз через мою реакцию я что-то и о себе пойму. Должен понять.

Для начала я захотел выяснить из-за чего это всё происходит. У меня выстроилась цепочка из вкладок в браузере, её конец должен был привести меня к ответу, как я наивно полагал, но эта цепочка не думала обрываться. Она росла и росла, подобно живому организму. Подобно кольчатому червю или бычьему цепню. Самое удручающее было в том, что на всех сайтах я находил сомнительную информацию, которую опровергали в других источниках. И так было С КАЖДОЙ ИНФОРМАЦИЕЙ. Даже касательно того, кто первый напал, кто «побеждает», у кого какие союзники, у кого лучше оружие, экипировка и так далее. Да даже прогнозы к чему это всё приведёт – полярные. После потери памяти сложно поймать ритм информационной эры. Очень быстро. Быстрее, чем скорость. Мнения блогеров, политиков, журналистов, артистов, музыкантов и прочих медийных личностей также были настолько противоречивыми, как будто они говорят о разных происшествиях. Вот отступили солдаты одной стороны, допустим, – это факт, а всё остальное обрастает интерпретацией многочисленных видов. А какие-то источники даже подвергают сомнению этот «факт», что он становится размытым, неточным. То есть по факту факт – перестаёт быть фактом. Выбор вида интерпретации событий зависит от личного пожелания говорящей головы. От интуитивного желания видимости этого мира. А некоторым за определённую видимость, оказывается, даже платят. Как бы тебе хотелось думать? Да никак. Я бы хотел просто узнать ёбанную правду. И вот в данном случае даже, с отступлением, я не смог вычленить ФАКТ. Я перерыл столько источников, столько сайтов, посмотрел уйму видео и до причины не добрался. Полдня блять прошло. Интернет захламлён всем, кроме важного. Надо написать кому-нибудь из друзей. Может, кто-то сможет мне объяснить ХОТЬ ЧТО-ТО.

Память стала понемногу восстанавливаться. Открыв свои социальные сети, я постепенно стал вспоминать своих знакомых и друзей. Не то что бы я досконально помнил их лица, их голоса, их манеру. Всплывали образы, которые и передавали всё вышеперечисленное. Услышав/увидев – я бы определил того, с кем знаком, но представить всё с точностью я не мог. А мог ли я раньше? Я и сейчас не могу, мне кажется. Я написал самым близким друзьям и ожидал ответов, но был разочарован. Само собой, все были в курсе, что происходят военные действия (конечно. было бы странно быть не в курсе, если об этом говорят везде. сейчас сложнее скрыться от информации, чем её получить), но никто мне толком не мог объяснить из-за чего это всё. Большинство даже не вникало, а кто-то говорил слово в слово так, как уже видел в интернете. Позиция стала, как одежда, как бренд. Как то, что можно в любой момент поменять, если разонравится или если изменится мода или если износится и порвётся (такое тоже может быть с мнением). Люди выбирают себе новостные источники, выбирают «лидеров мнений», на кого подписаться, кого наоборот избегать, и формируют позицию, касаемо чего-либо. Позиция? Что это вообще такое? Есть ли она на самом деле? Все сформированные позиции – спизжены, сознательно/бессознательно, но должен же быть какой-то первоисточник. Кто он? Даже этот текст – проекция каши из всякой налипшей на мозг хуйни. Когда-то всё это растает и останутся только: вода, земля, огонь и воздух. Мне, как человеку, потерявшему память, позицию сформировать сложно. Я ведь ничего не знаю. Я не помню, что я читал, не помню, кого уважаю, кто на меня повлиял, я не помню, на чём я рос. Появилась такая прекрасная возможность трезво оценить сложившуюся ситуацию, но я не могу, потому что причины глобальных событий либо тщательно скрыты, либо их нет.

Один из моих друзей всё же объяснил мне некоторые вещи. Между нами состоялась такая вот переписка. Я написал:

–– Салам, брат

Кароче

Я проснулся седня..

И СЛУЧАЙНО ТРАХНУЛ ЗАПАД

Лан, нет

В общем, ниче не помню ваще

Амнезия типо

Ну, хуй с ним, узнал, как зовут меня и прочее

Начал листать новости

И чё-т ахуел так

Не понимаю ниче

Чё ваще происходит

Какая-то военная операция, хуй её знает

Пытался найти причины

Информации дохуя, ёбнешься проста

А по факту ниче неясно

Подумал, может, ты подскажешь

–– малейкум асалам

дарова

ну типо

по сути никто нихуя не знает))

почему вся эта тема пошла

давно всё это тянется

так давно, что всем уже нам память отшибло как будто))

есть ещё такой прикол

что в облака подмешивают Серость

и люди внатуре теряют память

кто даже и не помнят

что потеряли, потому что ну

один хуй и так до этого ничего понятно и не было

удивительно что ты заметил ваще

–– А чё за Серость? Подмешивают в облака хранения информации что ли или в обычные?

Вот и отсылочка к Диско Элизиуму. Ха-ха! В игре Серость – это вещество, занимающее 72% поверхности Элизиума. Это враг жизни и материи. Можно сказать, что это переходное состояние бытия в небытие. Серость крайне трудно описать или измерить, так как это то, чьим фундаментальным свойством является остановка любых свойств: будь то физических, эпистемологических или даже лингвистических». Ну, примерно это и объяснил мне мой друг и продолжил:

–– вот

Походу юзают теперь в своих целях

выжимают всё до последнего

из несчастных островков жизни

вот и война нужна им

Серости запустили

и всем похуй типо

–– А кому? Им?

–– кому уже неинтересно быть людьми

кто находится в реальном мире

как в компьютерной игре,

а может они уже стали компами

в Циву же гонял?

Да, гонял.

–– Да, гонял.

–– ну вот типа

есть же такие люди

влиятельные

–– Бля

–– ток смотри. аккуратно говори об этом

или ваще не говори

а то ща в дурку забирают

за такие базары

–– Блять. И чё тогда делать?

–– в смысле чё делать)) живи епт как жил))

–– Ладно, понял, брат

Спасибо

Кажется, это диалог, который мог состояться в любом из миров, всех выдуманных и реальных (если есть такие).

После разговора, я крепко задумался. Задумался, не зная о чём. Я подошёл к окну и безысходно прислонился лбом к прохладному стеклу, которое как будто стало со мной одним целым. Одним заляпанным, прозрачным и отражающим целым. Я отрешённо смотрел на улицу, на деревья, на машины, на движение. Я не видел их, я именно что смотрел. А видел я что? Да ничего я не видел. Только безысходность всеобщего положения. Мне подкатил ком к горлу, сдавило грудь, и я отлип от стекла. Услышал, что пришла Маман.

–– Сынулькин, ты дома? – сказала она, разуваясь.

–– Не-а, – протяжно и иронично выпустил я. Я так частенько ей отвечаю.

–– А где ты?

В пизде. Как и все.

–– В небытие. Ну или в бытие. Не знаю, конкретно где. Я просто здесь, – медленно ответил я.

–– Похоже, что ты всё вспомнил.

–– Да. Я вспомнил. Всё вспомнил.

А вспомнил я то, что ничего и не помнил. Ни до этого дня, ни до какого другого. Действительно вспомнил, и пусть моё положение от этого особо не изменилось. Не изменилось в этом Диско Элизиуме, в котором и потанцевать что ли уже нельзя.

El Coronos

Я бы хотел рассказать одну из своих биографий. Этот период очень важен в моей жизни. То, через что я прошёл, сформировало меня, как социальную единицу, способную коммуницировать с другими людьми. Это время меня многому научило. Я столкнулся с разными персонажами, с которыми в другом матричном пространстве, я, наверное, не поимел бы чести познакомиться. Эта биография хорошо ложиться в концепцию сборника.

Los Santos. Улицы этого города мне были знакомы с детства. Я проводил на них много времени после школы. Занимался всяким ребячеством вместо того, чтобы выполнять миссии. Впрочем, не буду описывать, каким ребячеством я занимался. Кто тоже бывал на этих улицах прекрасно меня поймёт. Введёшь кучу разных чит-кодов и устраиваешь месиво.

Так сложились обстоятельства, что в подростковом возрасте я снова оказался в GTA. Я стал немного взрослее и улицы в этой игре стали другими. Не такими, как были ранее. Когда ты взрослеешь, перед тобой открывается больше дверей. В том числе те, в которые лучше не заходить. А хочется сунуть свой нос везде. Может, пока есть интерес что-то куда-то засунуть – это и нужно делать.

Я хотел заработать денег. Поэтому подбирал себе вакансию, где сделать это можно было быстрее и проще. В игре было несколько таких мест. Как правильно, в самых нудных местах, можно поднять больше всего кэша. Я тратил много времени на рутинные действия, но зато я хорошо зарабатывал. Это была тяжёлая физическая работа. Я приезжал на базу дальнобойщиков, переодевался в форму и загружал фуры мешками. Минута за минутой, час за часом, я неустанно проворачивал одни и те же движения стрелочками, у меня затекала спина и болела жопа. Взял мешок со склада, положил в фуру и так можно было делать до бесконечности, пока не устанешь, пока не заебёт, пока мать не погонит спать. Конечно, бывали перерывы, когда было много работников, фуры загружались быстрее. Но в основном это был конвейер.

Работал я там по совместительству, если можно так сказать. Когда мне надоедало загружать фуры, я угонял автомобили. За это платили меньше, но зато я получал полезный навык. Когда я достиг определённого скилла, я научился вскрывать персональные авто. Это было опасно, могли доебаться менты. Проверка документов, обыск. Если было что-то не так, всё перерастало в погоню. Что уж там. Бывало, я присаживался на нары, где царил хаус. Бесконечные драки, издевательства и всякое унижение между сокамерниками. Там не было иерархии, потому что в тюрьме надолго никто не задерживался. Она не успевала образоваться. Нет смысла делать в игре тюрьму, в которой ты будешь сидеть долго. Если это не игра о тюрьме, конечно.

Когда я достиг пятого уровня, передо мной открылись разные пути продолжения карьеры. Работать на базе дальнобойщиков – это, конечно, прибыльно, но совершенно неинтересно. У меня были амбиции, я хотел чего-то добиться на сервере. Это было немного наивно, но именно наивность помогает не разочароваться в себе и в бытие.

Меня пригласили в банду. Она называлась The Ballas Gang. Они носили фиолетовые банданы. Сначала я прошёл через школу банды. Там я впервые столкнулся с оружием. В этой школе меня научили стрелять, научили понятиям банды, рассказали с какими группировками они в союзе, а с какими враждуют. Когда я всё усвоил, и старшие выразили мне своё доверие, я стал полноценным членом банды.

Были специальные дни, когда мы воевали против других банд за территории, на которых располагались разные предприятия: магазины оружия, бары, аренды авто и прочие здания, где оказывались платные услуги. Целью таких столкновений было выяснение того, кто будет являться крышей того или иного бизнеса. Крыша получала процент с прибыли. Поэтому лидеры банд были максимально заинтересованы в том, чтобы под их контролем было, как можно больше территорий. Это было показателем престижа. Чтобы банда могла выигрывать конкуренцию против других, ей нужно было как можно больше человек в своём составе. Решало не только количество, но и качество. Хорошие и проворные стрелки особенно ценились. Я был довольно посредственным стрелком, но делал для Ballas всё, что было в моих силах. В свободное от захватов время, у нас были стрелы с другими бандами. Мы продавали оружие и наркотики. Наркотиками занимались старшие ранги, оружием – младшие. Да, я продавал оружие, обеспечивал себя комплектующими, из которых можно собирать тот или иной предмет для убийства, угроз и запугивания. На материалах (на слэнге – маты) можно было неплохо заработать, спекулируя ценами на рынке. Больше, чем грузчиком на базе дальнобойщиков. Так я и стал зарабатывать.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.