Ольга Чумаченко
Василиска 4

Глава 1

У-у-у… ощутила Лиска всю прелесть заботы названного отца – папы Шамиля. Забиться уже в какой-нибудь угол хотелось, и порыдать о своей тяжёлой участи.

Месяц! Как она и обещала, целый месяц была паинькой, и даже за ворота имения не выходила. Ну, почти! И не только потому, что пообещала. Потому что дел скопилось!

Первое, взвалить заботу о девочках на Марину не представилось возможным: она в ту же ночь разродилась. Так что Лиске пришлось всё самой делать. И самой Марине помогать, и лекарю принимать малыша, и проводить лекцию для растерянной молодой мамы об уходе за малышом, и к какой груди впервые прикладывать, и как мыть, и т.д. К тому же, как белянка и собиралась, вручила приданое для младенца.

А насчёт привезённых ею девочек… Она понимала, что просто не будет. Первое, что для них сделала, проработала план дня, режим, обучение и развлекательную программу. По той методике, о которой говорили знающие люди в её окружении ещё на Земле. И если бы не сама уважаемая сари Рима, сёстры Уля и Вера, и ещё Лесь, взвыла бы волком.

За два дня вместе с оборотнем они смогли сделать две детские коляски для прогулок и одни ходунки, что существенно облегчило жизнь молодым женщинам.

А Рис от рук отбился. За те два дня, которые она отсутствовала. Он сдружился с мальчишками из их класса. И практически всё время пропадал с ними. Лиска им из кожи заказала мяч, показала несколько игр. Но они только в вышибалу играли. Лесь предупреждал её, что с такими щенятами одни проблемы. Они же будущие альфа-самцы, они никого не слушают, кроме старшего в стае.

Самой большой проблемой в имение стал Идан. Но что сделано, то сделано. Им ещё почти полгода жить рядом. И она не могла позволить… шпионить за собой в своём же доме.

В тот день, когда Шамиль закрыл его у себя в доме. Когда оборотень-наёмник не сдержал оборот. Лиска вернулась вечером с некими медицинскими приборами. Попросила Леся подтвердить, что, то, что она хочет сделать, не так страшно, как будет казаться со стороны. Но ей это надо! Иного способ снять чужие магические печати на подосланном самце она не знает. И ещё, этот инстинкт его звериный… нехорошо это. Нельзя! Но с ним она ничего не может сделать.

Шамиль в тот вечер оказался сторонним наблюдателем. Воочию наблюдая за смертью и воскрешению живого существа. Магическим зрением созерцая, как спадают с подопытного магические печати клятв и договоров. Как познавательно оказалось. И ведь только после этого случая, он начал узнавать о возможности медицинской практики своего ужика.

Бешеной фурией влетела белянка в дом к управляющему, бухнулась лицом вниз на диван. У-у-у… Лесь и Идан молчаливыми тенями проследовали за ней, встали у стеночки. Шамиль услышал вторжение, проскользнул по полированному полу, постоял над «несчастной», сложив руки на груди, но девушка даже не соизволила взглянуть на него. Ну, что тут сказать? Опять щенок!

– Он меня не любит, учиться не хочет, тренироваться отказывается! – пробурчала в подушку девушка. Горе! Змеелюд молчал, ждал! – Ну, нет! Представляешь? Я ему объясняю, как рассчитать ширину пропасти, не пересекая её, чтобы по возможности перекинуть хоть верёвку. Или вот! Может, единственное брёвнышко рядом валяться будет, и хватит ли его длины? А он мне скалится, что и так всё знает! Ну, щенок… И техника рукопашного боя ему ни к чему… Он быстрый и ловкий… Зубы, лапы, хвост! А я… девочка!

– И не любит?! – еле справляясь с улыбкой на тонких губах, переспросил её наг, отпугнув хвостом прыгающую по ней дракошку и подхватив девичье тело хвостатой частью с дивана, уселся, поглаживая её по голове.

– Не любит! – горестно шмыгнула она носом, ещё и головой отрицательно покрутила. Ну, вот! Опять глаза красные-красные будут.

Дед щенка – Деян, приходил один раз. Шамиль объяснил ему ситуацию. Подтвердив, что к его внуку нет претензий. А то, что случилось. Уже случилось. Лиска его на месяц наняла, а насчёт рабского ошейника… он будет узнавать. И ведь не солгал.

Перехватил наг девушку на руки, коснулся щеки лентой раздвоенного языка, поймав скатившуюся слезу. Втянул ноздрями исходивший от неё тонкий аромат с примесью своего же яда. И глаза предательски засветились теплотой и счастьем. Ужик! Его маленький ужик! Родительский инстинкт! Еле-как справлялся он с желанием укутать малышку кольцами своего хвоста, и никуда не отпускать. Даже на учёбу. Убаюкать, укачать, закрыть от всего мира. Ну, зачастую, так и получалась, что засыпала она именно в кольце его хвоста.

Так уж повелось, что у хвостатых женщин их мира, как минимум, два официальных мужа. И если ужик от одного самца, а яд принял от второго, то оба и являются отцами, а если малыш отравится ядом от совершенно чужого самца, чаяно или нечаянно, то по всем законам, чужак становится третьим супругом. Звериная часть полузмеев чувствует своё и воспринимает его своим родным детенышем.

Так вот, у нагов, первый жених выбирался родителями по достижению девушкой первого совершеннолетия. Естественно, без согласия молодой змейки его не утверждают. Это как на Земле, паспорт молодые люди получают в четырнадцать, но до восемнадцати считаются детьми. Так и здесь. Отмечается первое совершеннолетие, организуется праздник, приглашаются гости и претенденты на хвостатую часть женской особи. Что-то вроде сватовства происходит. Выбирается тот, кто будет официально жить с девушкой именно в гнезде её семьи. Кто станет другом, опорой на целых десять лет. Так как обретение хвостатой части это новый этап в жизни. Это долгое становление, упражнения, тренировки, массажи, чтобы научиться передвигаться, как положено настоящему нагу. А мальчики – нет, их отцы учат.

По законам нагов, как понял Шамиль, Лиске до первого совершеннолетия, ещё несколько лет. Маленькая она. И по законам, касающихся простых людей, родители имеют право отдавать дочь замуж в те же пятнадцать, даже не спрашивая её желаний. Но опять же, путаница у неё в возрасте. Сама же подтвердила, что их пятнадцать, для неё, по земному счёту, в двадцать один будет. Сама запуталась, отца запутала. Ужас! И ведь из-за её нестабильной магии пока невозможно точно определить её биологический возраст по их точным магическим данным. Сколько законов он пересмотрел за этот месяц, кто бы знал?

Спасибо, у самой магии есть природный закон, который невозможно оспорить. Ведь именно она и подтвердила, засвидетельствовав, нарисовав на одной скуле Василиски рисунок, идентичный его собственному. Он – папа! Самый что ни на есть настоящий. Любой целитель сможет подтвердить их родство даже по крови. А ведь боги наградили его одним из сильнейших ядов. И думал, что никто и никогда не сможет его пережить и тем более принять.

– Станки для типографии привезут в конце недели. Индивидуальный заказ для бумажного дела, думаю, в течение месяца будет готов. А заказали бы всё в одном месте… – посетовал хвостатый отец на несговорчивую зевающую дочь в своих объятиях.

– Мне мастерская нужна, лаборатория, если я всё в одном месте буду делать заказ, меня будут прослеживать. И… в мастерские при имении у меня всё ещё нет доступа, это же ты отговорил меня подавать заявку в артефакторную?.. – пробурчала недовольная девушка, ещё и нежно-розовые губки поджав. – А замы ректора опять сегодня пытались раскрутить меня, чтобы родовым кольцом подтвердила их бумажки, мол, что специальный заказ на практику доставили, и стоит теперь он где-то в городе. И почему-то нервничают они. Наверное, зарядки глушилок на пологах кончаются? А я сказала, что кольцо на сохранение у тебя.

Да, да! Привезли «сырой» материал в мастерские имения, где молодые артефакторы должны практику проходить. А на деле, работать в тяжелых, не приспособленных для этого мастерских. А тут Лиска новые правила ввела, вернее, старые вспомнила, что магическая школа – объект повышенной опасности, поэтому, всё, что поступает сюда, должно иметь сертификат соответствия и подтверждающие документы. О чём ректор школы был уведомлен заранее, и сообщить это своим поставщикам. Это его работа! Но они же опытные предприниматели. А она… девочка неразумная. Думали, что леди не осмелится ставить запрет на пересечение границы в её имение без соответствующего подтверждения. Вот гружёные повозки и встали у дорог, перекрытые городской стражей. А ведь она «совершенно случайно» намекнула главе города – градоначальнику, когда доставляла вместе с управляющим кое-какие документы, что если у доставщиков не будет с собой соответствующих документов, она совершенно не против, если город перекупит сырьё. А так как город соответствует своему названию глухой деревни, тащить ещё куда-нибудь груз, доставщикам будет не выгодно. И цену, скорее всего, за свой неликвид, скинут.

Возвращаясь к бумажной фабрике и типографии. Тут так, есть территория государства, княжества, империи, а на них гильдии разной направленности: торговые, ремесленные и так далее. И если ты хочешь открыть какое-нибудь предприятие, мастерскую, ты должен в соответствующую гильдию подойти, зарегистрироваться, уплатить первый взнос, показать товар, как говориться, лицом. Но в основном, всё совершенно по-другому устроено, приносишь товар, если он кому в гильдии приглянется, его могут выкупить. Могут даже торги организовать. Ну, это если желающих высокопоставленных господ несколько. Ведь каждая мастерская это люди, которых надо обучать определённому делу. Это утечка секретов изготовления. Той же самой бумаги. И эта гильдия бумажного дела, когда узнает о не подконтрольном предприятии, о-о-очень обидится. И даже могут в магическую школу прекратить доставку своего товара, чтобы наказать. Лиска заверила папу Шамиля, что никуда она с ним ползти не будут. Просто, гильдия, если откажется торговать с ними, потеряет часть доходов. Ей же не нужны никакие чужие рабочие с чужих мастерских и чужими секретами и знаниями? И предприятие не в Утренней империи будет располагаться, чтобы вводить кого-то в курс дела. Поэтому и заказы она такие сделала из разных мест. Но не с полным циклом, основное она сама решила доделать. Химикаты, как оказалось, если им своих не будет хватать, можно без проблем у тех же нагов заказать. Что-что, а гадости всякой им не жалко. Шамилю только людей надо было подобрать, и не обязательно магов, простые люди ещё лучше подойдут, если им дать приемлемые жилищные условия и возможность планирования своего будущего, а в остальном, Лиска посчитала, что справится. Бизнес план на бумаге смотрелся хорошо. Не умеют – научит, не захотят… – у неё папа Шамиль есть. А без простой и качественной бумаги, да той же туалетной, плоховато живётся. Вот представьте себе, как для такого… закупались лоскутки с обычных швейных мастерских. Это ладно лоскутки. А тут школа! Одними лоскутками не обойдёшься. Тут рулонами самой дешёвой ткани приходилось брать. А это какие деньги?.. Вот и представьте себе, на чём в школе экономили. Вернее, на чём наворовывались.

– Твой целитель опять письма тебе прислал… – белянка чуть с надёжных рук не спрыгнула, предвкушая новую порцию размышлений. Уж больно интересно было общаться ей с человеком, жадным до определённых знаний. Ухмыльнулся наг, даже не пытаясь прятать клыки. Ревность! Что его дочь проявляет интерес к общению ещё с кем-то, кроме него. И даже сонливость у неё пропала. Если бы он точно не знал, что на том конце связи довольно пожилой мужчина-маг, подумал бы, что она влюбилась. Отправляла она ему переводы своей медицинской книг с зарисовками, с замечаниями, пометками. Писала от себя, описывая свою медицинскую деятельность и деятельность мужа. Да, да, рассказала Лиска папе Шамилю, что на самом деле она замужем, по крайне мере была, расписал их командир одного из подразделений. И родители дали добро. У неё даже этот самый подтверждающий документ имеется. Всё законно! А теперь… она была в растерянности, не понимая своего нынешнего статуса. Статуса?! Шипел наг. У его ужика теперь один статус, его маленькой дочери.

Пожилой целитель изучал её письма и отписывался ответным посланием, и не одним. По ходу изучения, естественно, возникали у него вопросы, требующие подробного разъяснения. Лиска старалась донести информацию, и как можно подробнее.

А от Глеба известий не было. Он связывался с Шамилем недели три назад, сообщив, что они выдвинулись в путь до какой-то стоянки, куда планировалось дойти до проливных дождей и там переждать. А там какая-то аномальная территория, что магическая связь не работает.

Не работает связь, значит, дошли, значит, всё в порядке. Эх! Лиска старалась не нервничать, сбегала в рабочий кабинет змеелюда, забрала с высокого стола присланные ей письма. Пролистала. Повизжала. И с такой счастливой улыбкой, вприпрыжку, вернулась в гостиную…

– Радость, как от любовных посланий… – не сдержался замечания наг.

– Когда я начну получать любовные послания, боюсь, что они у меня будут вызывать лишь злость и раздражение, так как будут пропитаны ложью и лестью, – хмыкнула белянка, прижав грубую жёлтую бумагу к груди. – Ладно, ребята меня к девочкам проводят, и я их отпущу, мы с сестрёнками сегодня попробуем доделать вышивку, пока малыши спят. А младшие просто порисуют. И я им сегодня буду очередную сказку читать.

– Петь будешь?! – прошипел наг, и даже потемневшие глаза не скрыли его негодования. Белянка моську недовольную скорчила. Она к выступлению готовится, нет бы подбодрить!

У-у-у… подбодрил он её, когда она заявила, что, кажется, один из бродячих бардов-менестрелей ей наследство оставил, и отказываться от него она не собирается. Пусть это всего песенный репертуар, но он её по праву!

У-у-у… Одно дело петь в достойном обществе, в специальном зале, показывая своё умение перед равными. А другое, выступать на уличных развлекательных подмостках перед простым народом – отребьем, быдлом.

Ну, нет! Тут дело принципа. «Птичка на хвосте им принесла», что некие барды подали на одну музыкальную гильдию в суд. И есть вероятность, что та городская гильдия перейдёт в её пользование. Таков закон! Но по закону полные права она может получить, если сама хоть какое-то отношение к их сфере деятельности имеет. Иначе, какая-нибудь другая музыкальная гильдия выкупит её наследство, а ей просто денежную компенсацию предложат. И естественно, маленькую. У того же преставившегося барда не имелось никакого отмеченного достижения? Нет, своего рода, признания народом, разряда. Вот Лиска и решила сама отметиться. Песни она раздаёт, как говориться, то направо, то налево. А сама с усами? Она тоже хочет хоть немного расслабляться, развлекаться. У неё, как она выразилась, недостаток внимания, а иногда и стресс. Ей надо!

Скоро стресс у него будет, нервно дёрнул наг хвостатой частью, подцепил девчонку, притянул к себе по воздуху, поцеловал в белобрысую макушку, передал Лесю в руки. И когда они все скрылись за дверью, уполз в кабинет, чтобы ещё раз перечитать доклад доверенных людей из дворца человеческого властителя. Император?! Хмыкнул наг! По словам обоих докладчиков, посмеялись там над предложением леди ди Фён. Как он и думал. И сама Лиска знала, что так оно и будет. А потому…

Прислали ей приглашения, кто на праздник, кто на именины, кто на бальный вечер. И ведь те, кто перед императором высмеивал глупышку, постарались сделать это самыми первыми, чтобы опередить других. Но сходить ей в гости не мешало бы. Отметиться в высшем обществе. Иначе… слухи плохие могут пойти. Но одна появиться в аристократическом обществе она не может. Этикет не позволяет такое. Тут бы хорошо было иметь приличного родственника. Сам бы Сокол подошёл. Но вот его родня… Таким сопровождением белянка только подтвердит свою недееспособность, ведомость. Жених тоже бы подошёл, но такого пока нет. А она подкинула размышление над возможностью появления фаворита. Титул у неё же такое позволяет? Ещё как! Даже про одного Тритончика заикнулась.

У-у-у… сколько она информации принесла с собой с прогулки. Попросила пробить возможность перекупать железо, что уходит из болот нагов в Утреннею империю. А он ни сном, ни духом. И надо же, и про железо, и про Тритончика, и про саженцы – всё к одному нагу – Зорану. Безобидный уж. Но один из опаснейших нагов хвостатой империи. Достал Шамиль чистый лист и письменные принадлежности. Обращение ему надо написать к сородичу, о прошение личной встречи.

Глава 2

– Ну и далеко вы пешком уйдёте? – сидя на лавочке, у задних ворот, остановила Лиска влюблённую парочку. Так получилось, что подслушала она один разговор о побеге. И вот! Ночь, луна, влюблённые. – Экипажа не было. Не приезжал. Испугался.

Ну да! Молодые, влюблённые. Ему девятнадцать, ей восемнадцать и то, только пару дней назад исполнилось. Съездила девушка домой на каникулы, а там оказалось, что ей жениха присмотрели. А сказать она побоялась, что у неё в школе уже есть любимый человек. Да парень молодой. Да, без титула, без денег. Хотя и её родители не аристократы – торговцы, и за неё родственники приданое, можно сказать, не давали. Кому нужна третья дочь, не имеющая магического дара. Латентный не считается. Толку от него? Да вообще, оба они с латентным даром. Бракованные!

Лиска даже заметила, как парень крепче сжал руку своей возлюбленной, во второй он тащил совместные пожитки, сложенные в плотную ткань. Куль! Они думали, что родственники девушки ей доучиться дадут этот год. Но нет! Письмо пришло буквально сутки назад, чтобы она собралась, за ней прибудут вот-вот, в крайнем случае, в течение недели.

– Садитесь, пообщаемся, – подвинулась Лиска на скамейке, поправляя гитару, но молодые не двинулись с места. – Хотите спою? И кто-то в свой черёд ей пропоёт, спасибо за день, спасибо за ночь, спасибо за сына, спасибо за дочь…

– Мы тебя видели… – переглянувшись со своей девушкой, заговорил парень. – Ты в начальной школе учишься. Ходишь с оборотнями.

– Ага… хожу под конвоем… – подтвердила Лиска. – Вот так и вы, вроде одни, а на деле под присмотром. Вы что думаете, татуировка сокола это просто обозначение принадлежности к магической школе? Даже если до города доберётесь. Из города вас не выпустят. На ночлег если и пустят хоть в какую-то забегаловку, то ректору тут же сообщат о вас. У них там договор. А то и стража сразу вас под арест возьмёт. И ночь вы проведёте с преступниками за решёткой, где вас, хорошо, если только обчистят.

– Мы всё равно попробуем… – уверенно проговорил парень.

– Попробуйте сходить к управляющему имением, честно объясните ситуацию, а ты можешь связаться по почтовому коробу с родственниками, узнать, кто вас примет, приютит, поручится, может, через портальную арку может, кто заберёт? А уже потом планируйте побег. Родственники, я так понимаю, своё мнение уже высказали? – обратилась она к парню, и он положительно кивнул, но лицо при этом осталось серьёзным, желваки нет-нет, двигались. Понятно! Они потратились, оплачивая ему обучения, теперь хотели возмещения, чтобы парень всю оставшуюся жизнь отрабатывал и деньги им отдавал, а не на свою непонятно какую девушку финансы тратил. – Но можно же здесь на работу попроситься? Вы-то оба уже совершеннолетние. Договороспособные. Не обремененные обязательствами. И неважно, что там ваши родственники делают, с кем договариваются. Вам обучение они оплачивали на добровольной основе, в договорах магической школы нет, что вы должны отрабатывать за своё обучение у родственников. Или вернуть им деньги. Так что магический договор найма сможет решить ваши проблемы. И поженить вас сможет уже наниматель, хозяин этой земли, глава рода.

– Зачем? – удивлённо спросил парень, что какому-то чужому человеку их проблемы решать.

Лиска пожала плечами. Что тут ответить? Зачем? Родители тут, конечно, добра хотят своим детям. Хотя, как скотину кровиночку продают. Или за обучение отрабатывать заставляют. И ей бы не вмешиваться. Но, когда вот так. Когда молодые уже несколько лет вместе, у них планы, парень ждал всё это время взросление любимой, думал, что успеет закончить обучение, получит, наконец-то, своё наследство, устроится на работу и попросит её руки. Но не судьба! Не успел! Вот и решили они сбежать. Лиске понравилось, что они оба не ждали от судьбы подачек. Шли к своей цели. Старались, стремились. Немного же ему осталось доучиться.

А тут такое испытать можно. Эксперимент! Не все же люди из дальних поселений могут посещать храмы, оплатить, чтобы и свадьбу, и праздничный ритуал провести. Дорого это, магические ритуалы! Да и сама магия в храме может не согласиться соединить брачующихся, не нанести магическое подтверждение в виде татуировки браслета на запястье, она, смотрите-ка, видит какую-то там суть, какие-то там добровольные желания, бескорыстные стремления и совместимость. Так что в мелких поселениях сам староста выписывал брачные подтверждения. Справки о рождении и смерти. Выполнял регистрацию. А потом уже ездил в город и сам регистрировал в городской управе. А это может быть и раз в год, и больше.

Это только аристократам надо иметь подтверждённую родословную в самом храме. Иначе… благородное общество может не признать, как равного себе. Там же магический оттиск ставится. Подтверждение в специальной магической книге регистрации. Но даже если на руках брачующихся не появились специальные татуировки, брак всё равно регистрируется в книге, если молодые и дальше высказали своё «да».

Вот на таких землях, как у Лиски, не имеющих ни храмов, ни управы. Она сама могла подтверждать браки своих рабочих, связанных с ней магическими договорами. И оспорить такое не каждому под силу, даже храму. Она сама могла прийти в храм и сказать, чтобы храмовники зарегистрировали её людей в магической регистрационной книге, предоставив магический договор брака.

Учащиеся её школы, практически все, не были признаны своими родами. И по магическому оттиску – татуировки сокола, – являлись её подопечными, за которых именно Лиска стала нести ответственность после принятия родового кольца. А ректор магической школы у них без её одобрения работал. Что-что, а за это время она хорошо освоилась в местном законодательстве. Папа Шамиль индивидуально просвещал её, приобрёл для неё специальный артефакт свода законов сразу двух государств. Учил!

Верхушка магической школы не просто так нервничала. После появления леди ди Фён, наследницы Сокола. Все их договорённости были магически аннулированы. Это они теперь управляли школой на птичьих правах.

– Пошли спать, – махнула Лиска рукой в сторону луга, откуда сразу показались шерстяные спинки оборотней в зверином обороте. Влюблённая парочка испуганно напряглась. Вид четвероногих друзей белянки их удивил. Два матёрых зверя прошли рядом с ними, не издав ни одного шороха, только худощавый щенок безобразничал, порыкивая, крутясь между сородичами юлой. А ведь пока зверьё не поднялись с травы, их даже не было видно и слышно. Из-под лавки выбежал ещё один зверь, и с разбегу забралась хозяйки на руки. – Деда Симар, мы пошли спать, можете ворота закрывать.

– Знали бы вы, сколько вас таких на моей памяти было?.. – вышел старый сторож, когда хозяйка с оборотнями удалилась. – И ведь только одной паре удалось до соседнего города добраться. Скандал тогда был… Молодого человека, как помню, тогда за похищение девушки-аристократки судили, на три год сослали в каменоломни. И что с ними стало потом, поросла история высокой травой…

Девушка всхлипнула. И парень её прижал к своей груди, погладил по голове, спине. А ведь он думал, что всё получится. Ведь договорился с городским кучером. Подгадал, чтобы в отходящий обоз успеть. Там даже два места в экипаже оплатил. Думал, что доедут они до соседнего города, а там у него родственник. Дядя. И это он ещё не знал, что белобрысая незнакомая девушка уже выяснила, что там за родственники у него. В глаза улыбался он своему ущербному племяннику, обещал свою помощь, как только тот закончит обучение. А на деле губы кривил в брезгливости.

– Пап, я к себе в убежище, – открыла Лиска двери в дом нага. – Ребята со мной, голубков дождалась, предупредила, завтра, пораньше подойду, думаю, они тебя с утра будут на рабочем месте ждать. Если не дураки!

Сколько она уже в этом магическом мире? Пнула Лиска попавшийся камешек на земляной тропинке. Два или три месяца по местному? Всего?! Темнота не смущала. Кое-где ей удалось установить уличное освещение, так что некие ориентиры имелись, шла она уверенно к своей лестнице, ведущей в убежище. Но вот небо, огромное, звёздное… Пока оборотни гуляли по лугу, она сидела и любовалась им. Она всегда любовалась звёздами хоть у себя на Земле, хоть здесь. И мысли её всё куда-то уносили. Мечты досаждали. Ведь все ничего прошло, хотя и болела душа. Ей хотелось жить.

Белёсая тень мелькнула впереди. Дан прислал ей картину, что влюблённая парочка решила остаться до утра. Утро вечера мудренее. Зевнула Лиска, потянулась к небу руками, приподнявшись на носочках. Струны на висевшей за спиной гитаре звякнули. Каждому своё! Ноги сами двинулись в танцевальном движении. Руки, тело…

Шамиль запретил оборотню-наёмнику ночевать в человеческом обличии рядом со своей малышкой, хотя жила она в основном в доме нага. Змеелюд спальню для неё обустроить, прямо рядом со своей комнатой. Так что контроль был полный. Ну и Лесь с щенком старались ночью соблюдать приличия. Но постель белянки всё равно периодически окрашивалась в тёмно-синий цвет. Рис во сне оборот не контролировал, оборачивался.

Завела Лиска оборотней за шкирку к себе в убежище. Посетила ванную, ополоснулась и, закутавшись в полотенце, залезла в большую мягкую кроватку. Рис прыгнул следом, втиснулся к ней в объятия, уткнувшись мокрым носом во влажные волосы. Да, за этот месяц её спальное место преобразилось. Оборотни сделали ремонт, поставили мебель, ту, что Лесь сделал по её эскизам. Трюмо, комод, шифоньер, стенка для её книг, записей, набросков, и неких вещей из прошлой жизни. Лабораторию она соорудила по соседству. Химичила там кое-что. А испытания проводила в своём тайном месте у моря, скрытом с глаз. Шамы, как понимала, так и не пустили в свою низину чужаков. Кроме неё. Этим и пользовалась. Надеясь, что и дальше так будет.

Свой матрац она вынести не позволила, ей удобно было днём сидеть на нём медитировать и кое-что мастерить или читать. Хотя, гостиная с мягкими диванчиками у неё расположилась в громадной библиотеке, где она ежедневно проводила по несколько часов в день. И взрослые оборотни располагались на её матрасе, когда с ней ночевали. Конечно, кроме Риса. Этот маленький щенок предпочитал спать исключительно с ней, чтобы ночью напитывать свой магический резерв. Щенок!

А в доме Шамиля старшие самцы ночевали в комнате слуг. Рис только у неё. Но по ночам замечал змеелюд движение. Идан прокрадывался к девчонке, опускал свою огромную голову к ней на постель и подолгу сидел рядом, смотрел на неё с щенком, нюхал. Сын у него где-то спрятан. Какие-то проблемы у мальчишки со здоровьем, но привести его, как Лиска просила, так и не решился. Главы стай оборотней прислали ему послание, что время ожидания вышло. Он должен предъявить своего отпрыска. Раз сам не смог ни вылечить его, ни избавить щенка от мучений, теперь они решат этот вопрос сами. Вот он и прятал его, понимая, что долго так продолжаться не может. А Лиска с Рисом? Он часто сидел и смотрел на девушку. Наблюдал! Дочь нага? Бесхвостый ужик? Ущербная? Да ещё и маг нестабильный. Почему-то наличие, вернее, отсутствие змеиного хвоста у своего ребёнка Шамиля не волновало. Нет его и нет! Ничего страшного! И магия… Идан видел, с какой нежностью наг смотрел на малышку, закручивал её в кольца своего хвоста. И думал, что было бы куда лучше, если бы и его сын был просто человеком. Без оборота, без магии… Ущербный!

Лорд Дион обещал посмотреть его щенка, магическую клятву взял, что оборотень-наёмник за это будет ему должен, будет докладывать о каждом шаге леди ди Фён. Всё-всё-всё! А если Идан найдёт у неё некий предмет…

Он и докладывал, живёт, учится, девушка девушкой. Если не считать того, что занимается ещё тренировками. Но у неё же магия, пусть нестабильная, но есть. А магам требуется занятия физической подготовки, чтобы легче управлять магическими потоками.

Лиска же не успевала восполнять физические затраты, после использования магии, поэтому это сказывалось на её внешних данных.

Донесения главному целителю столицы от наёмника Шамиль сам прослеживал. Лиска даже не лезла в такие сугубо мужские дела. Однажды только они оба пропали на сутки, а Лиску с щенком на Леся оставили, даже основной группе наёмников ничего не объяснив.

– Спать иди, а то вставать уже скоро, – попыталась Лиска столкнуть морду зверя со своей постели, но куда там. Глаза он прикрыл, притворяясь, что послушался и уже спит. Белянка приподнялась, прикрыла раскинувшегося на постели голого щенка, стряхнула синюю пыль с подушки, и попыталась уснуть. Но куда там. На горизонте показалась утренняя звезда, предшествующая скорому рассвету. Ещё с пол часика, и пора вставать.

Полчаса погоду не делают. Встала Лиска и вышла на крыльцо. Села медитировать. Прохладный ветерок сразу же закружил вокруг её сонного тела, даря ласковые потоки пробуждающегося дня. Белёсой тенью появился фамильяр, лизнул сонное лицо и умчался проверять окрестности имения. Девушку передёрнуло от такой нежности. Как льдом прикоснулся.

Глава 3

На рабочее место папы Шамиля Лиска пришла заранее. С комфортом разместилась на мягких диванчиках в примыкающей к приёмной гостиной, соединённой с рабочим кабинетом, правда, спиной к двери. Свежие булочки, парное молоко. Щенку всё нравилось, тем более зная, что мясо будет чуть попозже. У него свой рацион питания. Усиленный!

Перекусив, Рис улёгся белянке на ноги и, обняв её за талию, уткнувшись ей в живот, засопел. Не выспался, она его рано подняла, заставила пробежку с ней сделать. Режим у людей: учёба, медитация, практика, а Лиска… если чем-то займётся, могла и несколько дней практически не спать. Два-три часа днём, столько же ночью. А то могла и всю ночь просидеть за книгами, чертежами или непонятными приборами. Растачивая, затачивая, припаивая. Или в не ком подобии химической лаборатории, смешивая жутко пахнущие вещества. У-у-у… оборотни, прикрывая чувствительные носы, старались эту её особенную лабораторию обходить.

Знали бы, какой выдержки ей самой требовалось, чтобы обуздать в себе временами обострённые чувства. Ладно, звуки, запахи, а вот захлёстывающие инстинкты голодной самки… пугали.

Сколько она себе не твердила, что маленькая ещё. Природу не обманешь. Созрело тело, гормоны, словно магия, временами, вулканом вырывались наружу. Но в такие непростые моменты Лиска нашла выход. Она танцевала.

Почтовый короб, стоявший перед белянкой на маленьком чайном столике, мигнул, подтверждая, что очередное послание доставлено. Лиска чуть в ладошки не захлопала от радости. Но у неё ещё листов пять. Это, как минимум, минут десять-пятнадцать. Пока артефакт перезарядится, пока послание не проявится у получателя. Время. Минуты три на каждую отправку требовалось, а то и пять.

Лесь завёл влюблённую парочку в гостиную и, прикрыв за ними дверь, уселся у стеночки. Идан тоже сидел, подпирая стену, только у окна, не спуская взгляд с охраняемого объекта.

Двое – влюблённая парочка. Самое интересное, очень похожие внешне. Худощавые, подтянутые, с гордо вздёрнутыми острыми подбородками, форма носа, губ, чуть смуглые, с тёмными прямыми волосами, и даже глаза у обоих одни на двоих – карие. Он только на голову выше своей возлюбленной, с широким разворотом плеч. Уже сейчас было видно, что со временем этот ещё «гадкий утёнок» преобразится в прекрасного «лебедя». Как и девушка, изящная тонкая тростиночка – лебёдушка. Они держались за руки, как будто цепляясь друг за друга. Любовь!

Строгий тёмный костюм у него, строгое, в тон его одежде, платье с высоким воротом, прикрывающее тонкую изящную шею. А глаза у девушки заплаканные. Даже парень, видимо, не спал всю ночь. Лиска их не осматривала, просто спиной к ним сидела, но всё видела в отражение окна.

– Присаживайтесь, – шепнула она застывшей у дверей паре, – у меня ещё четыре послания, потом я дам короб вам. Хотя, нет, давай, сейчас это моё дойдёт, и свои послания отправишь, а то тебе, скорее всего, ответ ещё ждать.

То, что им нужен почтовый короб, подтверждали листы бумаги у парня в руке. Парочка села напротив белянки, и только тогда заметили они спящего на её ногах маленького оборотня. Ну, какой маленький, Лиску он на полголовы выше, а тут и в рост, и вширь пошёл. Только успевали кормить его кухонные работницы. Хотя по возрасту мальчишке всего лет двенадцати-тринадцати. Беспокойно завозился мальчишка на диване, что-то порыкивая во сне, даже прикусывая зубами её платье на животе, белянка погладила по голове щенка, и тот притих. Короб мигнул, и Лиска повернула артефакт к парню.

– Давай, давай, а то у меня ещё четыре письма, – сообщила белянка так же шепотом, чтобы не разбудить своего разбалованного мальчишку. – Вы не завтракали? Здесь парное молоко в крынке и свежие, ещё тёплые булочки с нашей новой пекарни. Вон чистые стаканы. Берите!

Но парочка не торопилась угощаться, старательно отводила глаза от обнимавшего девушку, спавшего в одних шортах, мальчишки, от её руки, поглаживающей его голову, остроконечные ушки. Пальцы зарывались то в густые волосы мальчишки, массируя кожу головы, то простоскользили по его спинке.

– Это же вы, вчера были? – спросил Лиску парень.

– Мы, – подтвердила белянка его слова, подбородком указав на окружавших её оборотней.

В кабинете управляющего послышался шелест, как будто мелкий гравий сыпется. Белянка подумала, что это Шамиль явился на рабочее место. А вот Лесь напрягся, поднялся и исчез за дверью. Сразу же послышались приглушённые голоса. Шипение. И второй голос был совсем незнакомый.

Молодой человек не торопился отсылать послания, процедура, как знал, не бесплатная, и не такая дешёвая. Мялся.

– Отсылай! – прошипела полушёпотом Лиска. – Зарядка почтового короба идёт за счёт доходов имения, так что сир Шамиль разрешает чуть-чуть эксплуатировать артефакт, но пока рабочий день не начался. Или вечером попозже.

В гостиную из приёмной заглянул один из помощников управляющего, пришедший раньше всех на работу, вернее приехавший из города. Тот хмурый мужчина – сир Арис, который сопровождал её, когда она за своими девочками ездила в Большие луга. Лиска сказала, что ещё немного времени им надо. Мужчина кивнул и скрылся, прикрыв двери.

– Люди ждут… – кивнула Лиска, чтобы парень поторопился. И он, наконец-то, решился и сунул первое письмо.

Пришлось ждать минут пять, пока пришло «дзинь», оповещающее доставку. Правильно, парень отсылал письма в специальную почтовую организацию в управе, а оттуда письма доставят адресатам. Не каждому, даже благородному семейству, под силу купить такой индивидуальный артефакт. Так что при каждой управе был организован отдельный орган, вроде как быстрой телеграммы, работники которой круглосуточно сидели, получали и доставляли послания, за что получали немалые деньги.

Отослал парень и второе. Но это не всё. Ему теперь надо было подождать, когда письма доставят адресату и получить ответы.

– Я бы поспорила с тобой, что ответа не будет, работники, скорее всего, отпишутся, что адресата нет по заявленному адресу или он в отъезде, – обернулась Лиска на открытые двери из кабинета управляющего, но вот, вместо Шамиля, в широком проёме показался незнакомый наг с чёрно-зелёным хвостом, сливающегося с полутьмой утра. Солнце ещё не взошло. И на смуглой коже змеелюда виднелся тёмный узор: на скулах, плечах, верхней части груди… А глаза… невероятно зелёные. Опасный! Ядовитый! Даже передёрнула белянка плечами от неприятного ощущения, исходившего от него. Сладковато-мятный аромат добрался до её рецепторов. Потянула она носом.

Кивнула Лиска Идану, и тот сразу подскочил к ней. Но не по её душу, а подхватив на руки спящего щенка, как маленького ребёнка, забрал с дивана. Поднялась и она, подхватив почтовый короб, освобождая один из трёх диванчиков. Прошла и уселась на подоконник того окна, под которым наёмник сидел. Села, поставила рядом короб и отвернулась, наблюдая за просыпающимся имением. Рано ещё, но народ сновал туда-сюда. Вон, новая пекарня начала функционировать всего несколько дней назад, а сколько радости появилось на лицах, что детей, что взрослых, не говоря о тех, кому дали работу. Свежий хлеб, лепёшки, булочки. Ешь – ни хочу! У-у-у…

Рис проснулся, вернее, сел, но не проснулся, потёр сонные глазки и, свернувшись калачиком, подложив руки под голову, решил доспать прямо на голом полу.

Только влюблённая парочка не знала, куда себя деть. Не такой крупный и длинный как сир Шамиль, незнакомец, заползший в помещение, и их пугал. Лиске очень хотелось шикнуть на незнакомца, чтобы прекратил использовать свою пугающую силу. Нервировало всё!

А за шторкой у неё была припрятана одна из гитар. Белянка подтянулась и подхватила её с пола. Прошлась пальчиками по струнам. Перевернула скрученное вокруг пальца кольцо, часть которого использовалось ею как медиатор.

Играла простую мелодию, разбавляя негативный вибрирующий фон. Хвостатый гость, разместившись на одном из трёх диванчиков, стоявших буквой «п», уселся чуть сбоку, держа всех присутствующих в поле зрения, расслабился, и перестал запугивать детишек.

В помещение опять заглянул Арис, хмурым взглядом осмотрел всех присутствующих, дожидающихся явления управляющего.

Лиска успела отослать ещё пару писем, прежде чем пришло сообщение от родственников парня.

– Тебе! – коротко сообщила белянка, но короб открывать не стала, чтобы не заглянуть в присланное письмо. Зная, что не удержится. Так что парень подорвался и, открыв короб, извлёк ответ. Отступив в два шага, он вчитался в письмо, пытаясь скрыть свои волнения и переживания. Лиска скосила взгляд на лист в его руке, но ничего разглядеть не смогла, так как он его тут же скомкал. А тут и папа вполз.

Первым делом он, поздоровался с сородичем. Подбородком кивнул на влюблённую парочку, что сначала от них избавится, а уже потом они поговорят. Гость одобрительно кивнул. А Лиска принялась отправлять свои письма.

– Представьтесь! – одним слитным движением перетёк управляющий на диванчик, разместившись напротив.

– Сир Ростислав Горный, – встал парень напротив нага и слегка поклонился, девушка встала рядом с женихом, двумя руками придерживаясь за локоть возлюбленного. Ещё бы! Два нага, оборотни, коленки от страха тряслись. – А это моя невеста Зарина Соловьёва.

От услышанных родных имён, у Лиски даже на душе потеплело. Губы расползлись в улыбке. Погладила она полулежавшую на плече дракошку, настороженно поглядывающую на большое скопление хищников.

– Вы с одного города? – не удержался и Шамиль от любопытства.

– Да, – подтвердил парень. – Мы соседи, были, – и чтобы предотвратить следующие расспросы, так как уже такое было: про сестрёнку, сообщил, что их семьи целой группой когда-то переехали из Гординии. Одного из двадцати ближайших к Утренней империи, своего рода, небольших княжеств.

– Чем занимается твоя семья? – Шамиль уже знал, кто его родственники, и чем они занимаются. – Какую работу выполнял?

Парень переступил с ноги на ногу. Правильно! Не очень хотелось о таком говорить, что семья у него когда-то была богатая, именно его, а теперь… Его родители погибли, сгорели во вспыхнувшем доме. А ему, на тот момент, было четырнадцать, и учился он в одной из элитных школ. Пришёл после учёбы домой…

Дознаватели выяснили, что частная ювелирная мастерская примыкала к самому дому, и огонь распространился как раз оттуда. А отец что? Он работал сам, реализовывал продукцию его старший брат. У того имелась сеть ювелирных магазинов.

Дядя забрал племянника. Но быстро выяснилось, что наследства за мальчишкой практически нет. Его отец вложил деньги в разработку какого-то месторождения, но оно оказалось убыточным, чтобы предприятие возродить его требовалось сначала модернизировать, уж больно глубоко располагались залежи добываемой руды. Оплачивать из своих сбережений дорогую школу бездарному родственничку, в которой тот учился, дядя отказался, но нашёл выход, чтобы получить оставшиеся сбережения погибшего брата и не держать мальчишку в своём доме. Соколиная школа! Отдал и забыл, так как пока тот оттуда выйдет, много воды утечет. И с оплатой он с ректором договорится.

Лиска не сомневалась, что у старшего родственника какие-то планы на парня. И не сомневалась, что давить тот будет на то, что это он оплатил ему обучение, и теперь Ростислав ему должен. Поэтому, преодолев магические замки, белянка со своим фамильяром пробрались в кабинет с документами – архив, и нашли нужные сведения. Там оказалось, что оплата шла от имени его дяди, но с припиской, что его родственник, как опекун, получает ежемесячные выплаты с банка на содержание сироты и по своему усмотрению распоряжается полученными средствами своего покойного брата, но только пока мальчишка получает образование, а учиться-то ему осталось вот-вот. Лиска и не сомневалась, что даже ректор школы получал откат от дяди юноши.

Ко всему прочему, в деле Ростислава Горного имелись чеки, дебит и кредит, якобы потраченных на мальчишку средств. Видимо, неучтённые расходы тоже компенсировались с остатков счёта доставшегося от родителей. Невооружённым взглядом было понятно, что мальчишке перепадали крохи, директор брал взятку, а кругленькая сумма оставалась у старшего Горного. Не зря ему приписали кличку горного троля. Хитрый, коварный и жадный тип. И с шахтой там что-то нечисто. Лиска попросила папу Шамиля пробить те предприятия. Так как доучившись, дядя должен будет передать племяннику то, что осталось. Кое-какие финансы на счетах или долги это будут? Надо заранее выяснять.

А девчонка? Там тоже своя трагедия. Её отец мечтал об одаренном сыне, женился один раз – дочь, развёлся, женился второй, опять девочка. Мать Зорины вышла замуж повторно, и очень удачно благодаря её приданому и откупным от мужа, и у неё с новым мужем тоже дочь родилась. А когда ей исполнилось одиннадцать, а дар так и не пробудился, родной отец больше ею не интересовался. К тому же, у него уже имелась одна такая бракованная, надежда оставалась на третью, но он уже подумывал о разводе и новой партии. И у матери с новым мужем родилась девочка, и всего-то на три года младше её. И повзрослевшая старшая дочь начала перетягивала внимание на себя. Поэтому, поговорив, семейная пара решила определить нежеланную дочь в закрытую соколиную школу, чтобы глаза не мозолила. До тех пор, пока любимой кровиночке не найдётся подходящая партия. Но тут покупатель нашёлся, предложивший хорошую цену за неликвид. Ну и что, что жениху сто лет в обед? Что старше самих родителей чуть ни в три раза? Зато, если её супруг быстро «кони двинет», девчонку опять можно будет выставить на продажу. Они же мелкая аристократия. Он, отчим Зарины мелкий аристократ из обедневших, и хотя взял в жёны дочь торговца, решил, что это его дочь должна сиять на разных привилегированных мероприятиях. А нее эта… И прилично наряжать одну девушку куда выгоднее, чем двух.

Лиска посмотрела на влюблённых. Им ещё не приходилось работать. По какой-то причине, даже, несмотря на то, что парень сам просился в артефакторную, чтобы научиться обрабатывать те же драгоценные камни. Родственничек не одобрил его стремление. Только общее образование, с которым, выйдя из школы, на работу и не устроишься. Слугой, может, гувернёром. Принеси, подай! Но парень ещё не потерял надежду на получения хоть какого-нибудь наследства. Знал, что что-то должно быть. Даже тот участок в столице, где дом родителей стоял, стоить довольно дорого.

Глава 4

В гостиную опять заглянул помощник управляющего, видимо, уже по договорённости, держа в руке несколько листов с договорами, прошёл, протянул их не хозяину, а сидевшему парню.

– Здесь стандартный магический договор найма на один год, – мягко проговорил Арис, как Лиске показалось, чтобы ещё больше не напугать молодых. – Но я бы предложил пройти ко мне в кабинет и изучить его, а я по ходу дела, буду разъяснять, что к чему.

Молодые, может, думали, что сам управляющий будет им разжёвывать написанное в документах, мало ли что там непонятная девушка им сказала, что леди ди Фён нужен секретарь и простая помощница, доверенное лицо, своего рода, компаньонка. Нет!

Почтовый короб звякнул, и сир Арис тоскливо посмотрел на дорогой артефакт, Лиска достала из него последний лист и закрыла крышку, всем своим видом показывая, что дорогой предмет свободен. Секретарь подошел, правда, забрал его из рук вставшего оборотня-наёмника, своей широкой спиной загородившего подход к маленькой хозяйке. И удалился помощник управляющего вместе с молодыми людьми.

Идан незаметно подтолкнул маленького соплеменника, ещё, когда вошёл помощник управляющего. Так что мальчишка проснулся и сел, потирая сонные глазки. И пока все расходились, он сходил в «комнату отдыха» освежился. Вот только не на место он вернулся, а к столику с яствами. Уселся прямо на пол, между столиком и диванчиком, на котором разместился сир Шамиль, налил себе молочка, принялся поглощать очередную сладкую булочку.

Гостя при такой картине надо было видеть. А ведь он змеиный аристократ, лицо которого ни при каких обстоятельствах не должно выдавать эмоции своего владельца.

– А я думал, ты тут от скуки гибнешь, – с предвкушением прошипел черно-зеленый наг. – А это что только что было? – Кивком головы указал он на вышедших людей.

– Любовь! – коротко ответил Шамиль и погладил щенка по голове.

– А ты заделался скрепляющим храмовником? – хищно прошипел гость, передвинув свою ядовитого цвета конечность поближе к щенку, совершенно не обращающего на него внимания. И это задевало его хищное самолюбие. – И не надоело с людишками возиться? Вон, владыка ищет очередного советника в одно из малых княжеств, если хочешь, я посоветую твою кандидатуру?

Шамиль сидел расслабленно, не отвечая на щедрое предложение.

И пошло некое обсуждение проблем на их родном языке. И что творится непонятно что, вроде, как молодежь часто стала проявлять неуважение к своим сородичам из других гнёзд. Даже имелись случаи травли в неких элитных заведениях. И, вроде, ничего серьёзное, но осадок остался неприятный. Воспитание, воспитание, всё, как говорится, упиралось в воспитание детей. И, Шамилю, как показалось гостю, это удаётся.

Лиска «ушки на макушке держала». Папа Шамиль прекрасно знал, что она понимает их, сам же постоянно её тестировал на знание языков, особенно после появившегося рисунка на её щеке. И уйти надо было бы ей, но её не отпускали и наёмник загораживал ей спуск с подоконника. Поэтому сидела и смотрела в выплывающее на небо светило, улыбаясь наступающему новому дню, играя на музыкальном инструменте.

На ней было простое платье кремового цвета с нижней частью «солнце» длинной до середины икры, так что такой фасон позволял ей сидеть хоть по-турецки, пряча босые ноги. Туфельки-лодочки остались стоять у дивана, где она сидела. Это рядом с щенком. Верхняя часть платья была приталена, но не плотно. А поверх любой одежды, когда она шла на учёбу, Лиска всегда надевала какую-нибудь жилетку. Сейчас на ней имелась белая, расшитая золотым соколом, эмблемой рода. Рукава, правда, вроде «епископа» – свободные и практически прозрачные, дополняли воздушный образ, преображая простую ткань.

– Маленький не выспался? – с не скрываемой завистью спросил гость, не ожидая ответа, когда, не прикрывая рот, щенок зевнул. И ведь на языке нагов говорил.

– Выспишься с ней?! – не прожевав, пробурчал щенок, правда, на общедоступном языке Утренней империи. Так уж получилось, что память у него хорошая, прекрасно запоминал, но вот, повторить, это же надо ещё выстроить в уме предложения, перевести. – То пинается, то кусается, зубы у неё не все выросли. А сегодня Лиска вообще не спала. Раз десять обернуться заставила. Дядя Шамиль, а можно я сегодня у вас ночевать буду?

У гостя челюсть отвалилась. Управляющий, погладил щенка по влажным волосам, но спросил, что же Лиска ночью делала? Лиска аж играть перестала. Просунула руку и кулак показала Рису.

– Выжимку… – расплылись губы мальчишки в улыбке, достал он из своего мешочка, висящего на шее, зажигалку и прозрачный пузырёк с жидкостью. Налил выжимку или по-людски самогон, прямо на стол и поджёг. – Горит! Градус большой, а она говорит недостаточный для обеззараживающего, если только, как успокоительное, на ночь употреблять, а сама Леся расспрашивала из чего можно маленькую бочку сделать, но из такой древесины, чтобы она окрашивала выжимку и придавала приятный вкус.

Шамиль протянул руку и забрал пузырёк, понюхал имеющуюся в нем жидкость. Капнул себе на тыльную сторону кисти, попробовал лентой раздвоенного языка. Он, как истинный наг, прекрасно разбирался в разных жидкостях. Химия и основы ядов в их империи на высоком уровне, как он считал. И оценил полученное. Даже обрадовался, что его малышка сама смогла такое сделать. И он даже вспомнил, что она его как-то расспрашивала именно о выжимке, о её использование в медицине, и не только. Самогон ведь действительно использовался в лекарских лавках с разными настойками, и там продавался. Это благородным по карману приобретение дорогого вина и чистых напитков, а простой люд пил в тавернах брагу, больше похожую на квас.

– А ещё у неё какая-то гадость испортилась, еду измяла, сахар добавили, и ещё что-то, и в уголочек спрятала, и там такая жёлтая жидкость стала, Лесь выбросить хотел, а она сказала, что это дорогое лекарство, и хочет, чтобы мы ей крыс наловили для испытаний, – выдал её этот разговорчивый паршивец. Ну что ж, разговорчивый ребёнок – находка для шпиона. – Ни хочу и не буду я крыс ловить. Я ей что? Падальщик?

– У вас в школе, вреде, нет ни медицинского, ни химического направления? – из любопытства взял гость со стола забытый девушкой одно из посланий, в котором описывались травмы от ожогов. Первая помощь. Лечение. И как проводить операции удаления рубцов и пересаживать кожу.

От расспросов отвлёк шум из приёмной. Лесь выскочил за двери. Через несколько секунд вернулся, прикрыв их на засов, сообщил хозяину, что там один из замов директора школы вместе с охраной и приехавшим доверенным сари Зарины. Кто-то указал им на приёмную управляющего, вот они толпой и пожаловали, требуя девушку, иначе, угрожают, что её репутация будет испорчена.

Арис, прежде чем войти, постучал в двери из самого кабинета, обходя приёмную. Правильно! Из его отдельного кабинета тоже имелось два выхода, один в кабинет управляющего, другой в приёмную. Он принёс подписанные молодыми документы. Шамиль их изучил, кивнул, чтобы отнёс на подпись леди ди Фён. И попросил пригласить рвущихся к нему посетителей. Видя, как достала его малышка записывающее устройство. Показала папе, что она готова.

Лесь открыл перед Арис двери, придержал их, пока входила толпа. Гостиная, по мнению Лиски, и так мала. И с учётом сразу двух нагов, двух крупных брутальных оборотней, и подростков. Набились посетители, как маринованных селёдок в банку.

– Сир Шамиль, – обратился к управляющему зам директора школы, – мне сказали, что к вам одна ученица вошла, можете попросить её выйти?

– Одну? – пожал наг плечами, и указал на свою девочку, сидящую за спиной оборотня. – Вот, есть тут одна, можете забрать.

– Леди? – дёрнул зам тощим подбородком, стараясь придать себе презентабельный вид, разглядев белянку. – Доброе утро! Нет, нам другая девушка нужна.

– Ну, тогда ничем помочь не могу, – слегка кивнул наг головой, сообщив, что посещение законченно. – И да! Раз вы здесь, отнесите ректору документ, что леди ди Фён приняла на работу ещё шесть учеников из школы.

Арис отделил из стопки бумаг один лист и передал заму. Тот документ взял, и направился было к двери, по пути вчитываясь. Запнулся, увидев имя одной девушки, которую они с утра ищут. Не сдержался.

– Да как вы посмели! – затряс зам документом у себя над головой, но не к единственной девушки в кабинете обратился, а к хвостатому нагу. – Вы не имеете право нанимать на работу учениц школы, тем более девушек. Ладно, одну испорченную взяли. Вы что? Хотите и этой девушке репутацию испортить? Да кто её теперь замуж возьмёт? Вот, уважаемый человек прибыл, чтобы сопроводить её к жениху, а теперь что? Он от неё откажется, и это будет на вашей совести. Вы ей жизнь испортить хотите?

– Вы хоть себя слышите? – зло прошипел сир Шамиль, отпуская свой змеиный дар на волю. Посетителей сразу придавило невидимой стеной. Дыхание у людей спёрло. У оборотней только шерсть на загривке поднялась, угрожающе оскалились они. И даже Мура на шее у Лиски заволновалась, ощущая опасность, настороженно притаилась. А тут ещё и наставник боевиков заглянул в открытую дверь, сказав, что он по поводу работы для своих подопечных зашёл, вроде, ещё двое изъявили желание наняться.

Гостю Шамиля было весело, движение народа, разборки. Давно он так не веселился. Интриги, оказывается, можно не только во дворцах устраивать. А щенок от витающей силы нагов даже ухом не повёл, облокотившись на белёсого нага спиной, продолжая попивать молоко. Гость добрался своим хвостом к мальчике, но не тронул, а хотелось. Чужая собственность неприкосновенна, особенно с рабским ошейником.

– Я это так не оставлю, – затряс руками уважаемый человек, – немедленно приведите сюда девчонку, и, вам же лучше будет, если вы сами приплатите, чтобы жених закрыл глаза на такой позор.

– Сир Арис, проследите, чтобы этот уважаемый человек немедленно покинул пределы соколиного имения. А к Зарине, компаньонке леди ди Фён, приставьте охрану, и местной охране сообщите, что если её попытаются выкрасть и вывести, преступников казнить на месте за похищение, – обратился Шамиль к своему помощнику, перегораживающему посетителям подступы к нанимателю. Зам попытался ещё что-то сказать, но цепкие руки оборотня с рабским ошейником за шкирку вытолкали его за дверь. Другие вышли следом, и помчались они толпой к ректору школы, чтобы найти поддержку. Аррис попросил боевика чуть-чуть подождать, уж больно большой наплыв посетителей с самого утра. И ещё что будет? Пошёл давать указание охране. А ещё законник с самой столицы ещё обещал прибыть с утра. Как Шамиль думал, привести ответ на предложение леди ди Фён к императору. И когда двери захлопнулись, сказал своей малышке, чтобы она не беспокоилась. Никуда Зарина не денется. И может спокойно идти на уроки, если что, за ней пришлют.

Снимать компромат Лиска перестала, и как только за посетителями захлопнулась дверь. Теперь у неё своего рода оправдание, по какой такой причине она поженит молодых, если её спросят. А чтобы репутация девушки не пострадала.

– Даже обидно, что моя репутация никого не беспокоит, особенно, когда сам добрый доктор прописал мужчин? – хихикнула Лиска, проведя пальчиками по мощной спине Идана, сбившегося с дыхания при её прикосновении. – Рис пойдём, может, хоть твою репутацию испорчу?

– О, нет! – недовольно прорычал щенок при упоминании об уроках, откинувшись на диван. – Дядя Шамиль, а можно мы не пойдём сегодня на уроки. У нас сегодня этика, а там училка такая, постоянно к Лиске придирается. Скажем, что проспали. А вы за неё штраф заплатите?

– Ага! Сначала этика пропустите, потом на математику решите не ходить, потом основы магии, дальше ещё какой-нибудь предмет вам станет не интересен, – прошипел змеелюд, подняв хвостатой частью щенка с насиженного места, и поставил в стороне.

Мальчишка обречённо вздохнул и, облизав липкие пальцы, посвистывая (если радость на всех одна, то и беда одна), направился к девушке. Наёмник подвинулся, давая мальчишке возможность подойти к охраняемому объекту.

– Я мыл руки, – пробурчал щенок, протягивая руку Лиске, обтерев их об штаны. А она язык ему показала и спрыгнула с подоконника в противоположную сторону и, приземлившись на примятую траву, кинулась бежать, сверкая голыми пятками.

– Ах ты, малявка, – прыгнул Рис в окно за ней, догоняя подругу. Идан устремился за детьми, выйдя так же, через окно. Лесь только спокойно подошёл, забрал обувь и вышел в дверь.

– Продай мне щенка, – выдохнул гость Шамиля, даже не пытаясь сдерживать довольную улыбку. – А что это у него за воспламеняющийся артефакт?

Глава 5

– Кто последний до кухни, тот посуду моет, – пробежал щенок мимо белянки, показав ей язык.

Кухня встретила их гудящим пчелиным роем. Лиски нравилось видеть довольные лица, искренне улыбающихся людей. Детишкам работников имения, правда, пришлось нанять независимого от школы учителя, так как ректор магической школы попытался шантажировать управляющего и законную наследницу их обучением. Вот Рису, после учёбы приходилось учиться ещё и в том общем классе, чтобы наверстать знания письма и чтения. Рычал, бурчал, недовольно пыхтел щенок, но на уроки ходил. А Лиска его сопровождала вместе со всеми наёмниками и Лесем. Втянулся. А охотничьи навыки он с Иданом и Лесем подтачивал, правда, Шамиль им не разрешал далеко отходить. Луг за имением, и всё пока.

Лиска не скрывала змеиный узор на своей скуле. Он и так был бледненьким, серебренным, сильно не выделяясь на её золотой, загорелой коже. Но смотрелся красиво. Ей нравилось. Ближний круг прекрасно знал, что Шамиль её отец. Ну, людям же всё не объяснишь? И она никому ничего не собиралась объяснять.

Что ждать ей от соплеменников Шамиля? Спрашивала она его. Опять возвращаясь к испугавшим её на болоте нагам. Ну, что? Заверил он, что такое больше не повторится, так как она уже меченная его ядом. И обидеть ребёнка, и тем более девочку-ужика, очень серьёзное нарушение, со змеиным хвостом она или без. Правда, пока он решил умолчать, что когда она войдёт в женскую силу, от хвостатых женихов придётся отбиваться, так как способность принятия яда нагов, говорило о том, что организм девушки способен зачать от них сильное потомство. А если она ещё и маг… И они – хвостатые самцы – это будут чувствовать, и тянуться к ней. Но пока решил не пугать. Она ЕГО маленький ужик, ЕГО малышка. Он всем самцам хвосты пооткручивает. А Глеб?! Вой! ЕЁ вой! Приложение он к ужику, что только повысит интерес к девушке среди нагов.

Если бы Лиску специально отравил ядом один из самцов той тёмненькой нагини, то они бы забрали её у него. Тогда бы именно их семья считалась родной для неё. А не он!

Пока то, да это, прошло, наверное, часа два. Сначала ректор, как обычно, выступил. Завтрак пролетел в обычном режиме. Но вот учебный процесс… Уроки тянулись, как казалось подросткам, именно сегодня, особенно долго и нудно. Чтобы хоть как-то отвлечься, одним ухом, как говориться, слушая тему урока, белянка вела записи на прихваченных листках, вспоминая песни и стихи, переводя и перекладывая на местный общий язык. И увлеклась так, что не срезу заметила нависшую над собой «грозовую тучу».

– Да как ты смеешь?!.. – завопила над ней учительница этики, и давай, возмущаться непотребным поведением единственной девочки в классе, обвиняя в скудоумие ума, и низких социальных нормах. Лиска удивлённо подняла на женщину взгляд, снизу-вверх, не понимая, по какому такому поводу она опять провинилась? Пока не проследила, куда тычет дамочка пальчиком. Оказалось, в её черновик… А там сверху написано, «как много тех, с кем можно лечь в постель…». И такими красивыми буквами. Выделяла же название. Птичек пририсовала. Сердечки.

Ну, да, ну, да, бывают вот такие казусы. Осталось только тяжело вздохнуть и переждать «бурю». Собрала Лиска листки с парты и прижала их к своей плоской груди, на всякий пожарный случай, а то хватит ума у разошедшейся в гневе женщины, схватить её прелесть, скомкать и порвать.

– Немедленно к ректору! – ткнула сари Эмилия пухлой ручкой в сторону двери.

Объясняться белянка не стала. Поняла, что бесполезно. Женщина на взводе, не услышит. И пошла за учительницей под ручку с Рисом и в сопровождении парнишки, что сидел за её спиной. Так и передвигались, словно на прогулке, чеканя благородный неспешный шаг, под усиленной охранной. Наёмники рассредоточились. Лесь шёл чуть сбоку, контролируя всю группу передвижения с детьми. Успел он, как белянка заметила ещё в кабинете, зажать в кулаке связной артефакт для вызова хвостатого хозяина. Так что мельтешение белого нага на горизонте можно было предвидеть. Идан тоже не отходил от неё, контролируя всё пространство по периметру. Даже ревностно порыкивал, когда мужские особи приближались к ней, как ему казалось, слишком близко.

Сари Эмилия не успокаивалась, возмущалась, всё больше и больше привлекая к процессии внимание. Лиске казалось, что женщина специально это делала, громко причитая, как плакальщица на похоронах. Так что пока они дошли до бального зала, являющегося школьным холлом, прибилось к ним любопытных, что из работников, что из учеников школы. Но тем не менее, белянка не заметила ни одного косого взгляда в свою сторону. Наоборот, люди смотрели на конвоируемую девушку с сочувствием и состраданием. Кто-то порывался даже подойти, расспросить о причине конфликта, пытаясь сгладить происшествие.

А в холле оказалась своя процессия. Да такая, что разойтись противные стороны не могли. Два нага возвышались над толпой людей человек так в сорок, по виду и манере большинства из которых было видно, что пожаловали аристократы. Там и лица недовольные, презрительные взгляды, и аксессуары, ну, о-о-очень дорогие, да кнуты на поясах. Двоих Лиска узнала. Лорд Дион, главный столичный целитель и лорд Вардар, столичный законник. Ректор, и вся его приблуда из замов да помов ужами крутились между нежданными визитёрами. И сколько заискиваний было в глазах людей, что аж тошно леди ди Фён стало. Что в её доме, и такое… А ведь их никто не просил являться пред светлые очи всемогущих хозяев магического мира. Они прибыли к наследнице Сокола. К леди ди Фён.

Лиска вздохнула, представив, как бы было ей трудно, если бы так они и перед ней лебезили. А-то взяли манеру запугивать беззащитного ребёнка, что её несговорчивость может повлиять на результаты обучения.

Увидев ректора, сари Эмилия словно айсберг ломанулась вперёд. Лиска поняла, что взволнованная дамочка, от своего гнева просто потеряла бдительность. И, видимо, никогда не видела, настоящую элиту высшего общества. И не ожидала такого явления в этой захудалой школе. Поэтому, даже внимания на стоявших людей не обратила. ХодЮт тут всякие! Пф!

Своим немалым весом и такими же внушительными габаритами растолкала она дорогу к ректору-колобку, также выделяющемуся среди прибывших своим рыхлым округлым телом, и постоянно утирающий стекающий по вискам и шее пота. Лиски на ум пришло, что очень он чего-то боится. Прямо трясётся! И как догадывалась, именно проверки.

Лиска закатила глаза на громкие возмущения сари, указывающую пальчиком на неё (а ещё учитель этики?), остановившуюся чуть в сторонке от группы дорогих гостей.

Спинка прямо, шаг от бедра, шла она… Королевишна! Ни один мускул не дрогнул на её лице-маске, не выдал эмоции. Этикет! Будь он не ладен! А самой носом шмыгнуть хотелось. После всего пережитого, что-то в носу засвербело, и в глазах защипало. Ещё и эмоции такие противоречивые загрызли. И посмеяться хотелось, и поплакать из-за несправедливости происходящего. Друзья, спасибо, поддержали.

Шамиль одним взглядом спросил у своего маленького ужика, что случилось? Она слегка шевельнула прижатыми к груди листами бумаги. А вот его гость, до того, как Лиска подошла, забавлявшийся, что так удачно посетил старого друга, перестал ухмыляться, разглядев красоту на скуле девчонки. Змеиный рисунок привлёк внимание и целителя, впился он своим изучающим взглядом в девичье лицо.

Шикнул Шамиль на людей, чтобы они притихли, придавив своей силой, но вот, что интересно ему стало, что никто не убежал, а ведь раньше, стоило ему припугнуть так, люди старались как можно дальше отойти. Вот, что любопытство делает!

– Сари Эмилия, – прошипел Шамиль, обращаясь к женщине, – объяснитесь, пожалуйста.

– Бесстыдница! – опять ткнула сари в его ужика пальцем. – Пишет… всякое. Позор! Да её за такое не просто наказать надо, выгнать из школы.

– Ваша Светлость Василиска леди ди Фён, – обратился папа Шамиль к своей малышке, тем самым представив её, – прочитайте, пожалуйста, что вы там написали.

– Стих, он не мой, я его только переложила с другого языка, – вздохнула Лиска и, прикрыв на секунду глаза, начала его читать. – Как много тех, с кем можно лечь в постель, как мало тех, с кем хочется проснуться…

Как много тех, с кем можно лечь в постель,

Как мало тех, с кем хочется проснуться,

И утром, расставаясь, улыбнуться,

И целый день, волнуясь, ждать вестей.

Как много тех, с кем можно просто жить,

Пить кофе утром, говорить и спорить,

С кем можно ездить отдыхать на море,

И как положено, и в радости и в горе,

Быть рядом, но при этом не любить.

Как мало тех, с кем хочется мечтать,

Смотреть, как облака роятся в небе,

Писать слова любви на первом снеге,

И думать лишь об этом человеке,

И счастья большего не знать и не желать.

Как мало тех, с кем можно помолчать,

Кто понимает с полуслова, с полувзгляда,

Кому не жалко год за годом отдавать,

И за кого ты сможешь, как награду,

Любую боль, любую казнь принять.

(автор Эдуард Астахов)

Лиска читала стих, и голос её звучал ровно и чётко. Нигде не дрогнул. И кто бы знал, каких понадобилось ей на это усилий. Внутри, только всё клокотало, и выдавало это волнение подсвечивающаяся на плече шама, чей длинный хвост обвивался вокруг тонкой девичьей шеи, как невероятной красоты украшение.

Лорд Дион попытался подойти к леди ди Фён и высказать своё восхищение, но дорогу ему перегородили. Идан встал перед Лиской, оскалив пасть.

– Хотелось бы мне сказать, что очень приятно видеть у себя в доме гостей, – вздохнула девочка девочкой, нежная, хрупкая, романтичная. – Но как успели заметить, очень трудно работать с некомпетентными людьми. Сир Шамиль, разберитесь тут, пожалуйста.

Леди ди Фён кивнула хвостатому управляющему и, развернувшись, пошла со своим сопровождением к лестнице в своё убежище. Гости пожаловали без предупреждения, без уведомления, так что она имела полное право никого не принимать.

За спиной послышалась возня, перетоптывание, перешёптывание. А что? Приехали господа, думали, что леди ди Фён тоже лебезить перед ними будет, выказывать уважение, заинтересованность. Она же маленькая, да без поддержки в виде солидных родственников и знакомых. Хотя, смерили господа удаляющуюся малышку. Маленькая она, такой простительно.

Сир Шамиль дал помощникам указания на то, чтобы с комфортом разместили приехавших гостей. Благо, они успели подготовить гостиную, можно сказать, при школе. Ремонт там, мебель на заказ. И уголок дорогих напитков, типа барной стойки поставили, на этом Лиска настояла и отстояла.

Гости вошли в гостиную, прошлись по помещению, взглядом, словно рентгеном, осмотрев имеющиеся предметы декора и мебель, выполненные в очень дорогом стиле. Кресла, словно из царских покоев, с золотой вышивкой, стеклянные столы на невероятных переплетающихся резных ножках в виде растений. На полу толстый ковёр. И стеллаж с напитками. Один гость не выдержал, зашёл за стойку и начал перебирать бутылки, посматривая на висевшие бокалы.

Набежала прислуга, проинструктированная, расставила перекус, закуски, и всё на шпажках. Сдоба отдельно, напитки в кувшинах. Один из секретарей управляющего, находившийся при гостях, предложил напитки покрепче: сидр, дорогие холодные вина, настойки. Продемонстрировав запечатанные бутыли. Мужчины воодушевились. Поперебирали, посовещались между собой и выбрали. Только не одну, а несколько разных видов. Ухмыляясь, приняли бокалы с жидкостью.

Помощник не подвёл, не повёл бровью, не стал настаивать, чтобы выбрали поменьше напитков. Ведь только одна бутылка стоила от десяти, а то и больше, золотых. А они что? Один бокал выпьют, а остальное придётся выбросить или отдать той же прислуге. Плохой тон хранить уже откупоренные, и тем более предлагать бывшие в употребление остатки другим дорогим гостям.

А чтобы гости не скучали, помощник управляющего включил стоявший на столе артефакт, из которого зазвучала нежная мелодия. Правда, и сам артефакт имел интересный вид каменной чаши, в которой из-за давления воды крутился переливающийся стеклянный шар, подсвеченный изнутри.

И пока между прибывшими людьми шла светская беседа, в своём убежище из угла в угол бегала хозяйка, ожидая, когда придут её девчонки. Марина и Зарина, чтобы помочь собраться. Причёску хотя бы сделать. С лёгким макияжем сама справилась. Бррр… Вот, сама не думала, что так себя будет вести, переживать. Ведь неоднократно прокручивала в голове визиты аристократии. Но не думала, что сразу они явятся такой толпой. Это же некультурно. Или же они не специально и не сговариваясь, набежали, пытаясь опередить друг друга?

Белянке шли розовые оттенки, но этот цвет для такого, скорее всего делового общения, именно сегодня показался ей легкомысленным, она и так предстала перед гостями в романтическом образе юной девушки, ранимой, нежной. Поэтому, выбрала нейтральный цвет – голубой. Под цвет своих линз. Несмотря на то, что было жуткое желание вырядиться в черное платье. И глаза чёрным подвести, и губы. Шокировав окружение. Ни судьба! Не сегодня!

Украшения в тон платью она подобрала легкие и воздушные. Бриллиантовое колье с голубым аквамарином в виде цветочка. А так же колечко, серёжки и браслетик на руку. Всё с одного набора. Белое золото, бриллиантовые камешки и аквамарина. И если честно, всё выглядело скромно, если, конечно, не знать цену. И здесь в магическом мире, только за один такой драгоценный или полудрагоценный камешек из её украшений, любой бы маг душу продал. И, естественно, доступность таких камней, а тем более украшений из них была ограниченна. Даже не каждый аристократ имел к ним доступ.

Волосы помощницы убрали ей наверх, соорудив что-то вроде короны на голове, оголив красивую шею с украшениями и с дракошей, ставшей неотъемлемой частью её самой. На обритой части волосы отросли, и уже не требовалось подстраивать причёску. Шпильки из голубого аквамарина украсили волосы, завершив красоту. Посмотрелась Лиска в зеркало, грустно вздохнула. На неё смотрела воздушная и хрупкая фея. Крыльев только не хватало. А ведь хотела смотреться и постарше, и по строже. Но не получилось. А переодеваться уже не хотелось. Время!

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.