Елена Колесова
Здесь покоится ложь

Пролог

Его терзают ужас и сомненье,

Внутри его бушует бездна Ада:

Он носит Ад в себе, вокруг себя

И, как бы место ни переменял он,

Уйти от Ада может так же мало,

Как убежать от самого себя.

Джон Мильтон «Потерянный рай»

Глава 1

Осень 2021 года

Кай

"Что отражает нашу жизнь?

Наши поступки, мысли, или может быть цели, которые мы уже достигли или только хотим достигнуть. Ответы что мы ищем, зачастую просто скрыты в нас самих, мы сами их скрываем. Бежим от правды, стараемся её не замечать, даже если и осознаём, что мы не правы. Никто не хочет сдаваться. Никто не хочет быть проигравшим".

Я сидел и слушал все эти слова и вроде бы с одной стороны все такое знакомое, понятное, а с другой всё такое далекое, иногда я и сам себя не понимаю. Киносеансы на меня плохо влияют, приходится задумываться над смыслом жизни. А это особенно трудно, когда ты осознаёшь свою ничтожность в этом большом и жестоком мире.

В фильме, кажется, что вот-вот главные герои будет вместе и вот им уже ничто не может помешать, как вдруг случается катастрофа (закон любого фильма, книги и любого жанра). Обычно та самая катастрофа выступает в лице злодея, которым в романах обычно бывает третья сторона, которая не хочет, что бы главные герои были вместе. В фэнтези фильмах это злодей, который хочет уничтожить Вселенную, или поработить её. Но главные, герои отважно борятся, за то что бы день и дальше продолжала сменять ночь. В романтических фильмах это девушка или парень, она влюблена в главного героя и всячески пытается помешать ему, быть с любимой, или всё наоборот. Не исключён любовный треугольник.

Из всех жанров я предпочитаю исторический, есть в нём, что-то, что меня всегда привлекало. Наверное, это прошлые эпохи, люди которые там жили, есть в это всём своя привлекательная сторона. Хотел бы я увидеть, в лицо как выглядели, все реальные исторические личности, такими ли они были, как их описывает нам история? Такие ли они отважные и благородные как в исторических фильмах? Кто знает, правда никогда не бывает полной, она всегда наполовину скрыта.

– Кай,– услышал я своё имя произнесённое шёпотом, потом меня кто-то робко толкнул в бок.

Это Нора, она ненавидит ходить со мной в кинотеатр, а особенно на историческую тему. Ей больше нравятся драма и фэнтези, но ради меня она всё равно ходит на эти фильмы.

Нора – моя лучшая подруга. Она самая красивая, элегантная и привлекательна девушка, из всех девушек, которых я знаю или когда-либо видел. У нее мягкие гладкие волосы медового оттенка, а на лице очаровательные веснушки, которые она постоянно скрывает, уверяя, что это не красиво. Наверное, это единственная проблема в её внешности (если конечно это можно считать проблемой, я так совершенно не считаю). Пухлые губы и удивительно большие глаза, которые она любит подчёркивать чёрным карандашом и стрелками. Маленький слегка вздёрнутый аккуратный нос. Ей не нужна косметика, что бы быть красивой и притягательной.

Мы дружим с ней с самого детства. Когда нам обоим было по восемь лет, мы встретились однажды в начальной школе, и больше не расставались, даже ссорились очень редко и то по пустякам, могли не поделить вещи, или поссорится из-за какой-нибудь игры, книги, фильма, но и то были не настоящие ссоры. В остальном мы были едины. Так мы росли, менялись, но кое-что всегда оставалось прежним и всегда таковым останется, наша дружба. Незыблемая, преданная и полная доверия.

– Кай, идём уже отсюда, я уже знаю, на чем всё это закончится, он умрёт, она поплачет, погорюет, но всё равно выйдет за его сводного брата. Любовь зла, пойдём уже,– на одном дыхании произнесла она, закатив свои яркие зелёные глаза, как у хищной кошки, густо подведённые чёрным карандашом.

После сеанса мы сидели в кафе, нашем традиционном, мы приходим туда всегда обсуждать различные киноновинки и просто посидеть. Нора заказала себе маффин и милк-шейк, я предпочёл просто чёрный кофе, без сахара, всегда его обожал. Если в этом мире у меня есть слабость, то это чёрный кофе. А Нора наоборот совершенно его не выносит, и не понимает, как я могу его любить. Её любовью всегда были различные коктейли и шейки. В этом взгляде мы с ней расходимся.

Кафе очень красивое и уютное. Второе слово это главная причина, почему мы приходим именно сюда, а не в любое другое кафе. Уютные столики у окна, куда постоянно падает солнце, согревая своими лучами, оживлённый и весёлый смех и разговоры людей сидящих напротив, запах свежезаваренного молотого кофе, корицы, свежеиспечённой выпечки, и глинтвейна. Раньше Нора его просто обожала, всегда заказывала именно глинтвейн, пока не перешла на коктейли, теперь она любит милк-шейк.

– И всё же я всё равно не понимаю, что же такого есть в этих фильмах, за что ты их так любишь?– откусив не большой кусочек маффина, произнесла она, старательно его прожёвывая.

Я отпил небольшой глоток кофе и с видом профессора, который вот-вот готовился объяснять прогулявшему студенту суть своего предмета.

– Там ты даёшь простор своей фантазии, думаешь, свободно,– начал я, но не успел договорить, так как увидел красивую девушку с длинными русыми волосами, и яркими широкими, выразительными, изумрудно-зелёными глазами, с завораживающей улыбкой.

Она вошла в кафе с сияющей улыбкой и подошла к официанту, принимающему заказы.

Как только я увидел её, то сразу потерял цепочку своих мыслей. Она стояла у барной стойки и о чём-то говорила с официантом, пленяя его своей улыбкой, он кажется тоже, уже успел плениться её улыбкой.

У неё были светлые волосы чуть ниже лопаток, светлые брови, и красивый нос с небольшой горбинкой, который придавал ей особый шарм.

Её вид, для меня словно взгляд из прошлого, такого далёкого, но в тоже время близкого. Каждое её движение, мимика, кажутся такими знакомыми, словно я ее, когда то уже видел… но где и когда? Это чувство, кажется, называют дежа вю. Когда, кажется, что что-то что уже происходило, чего не было на самом деле. Только в моём случае это был не момент, а человек.

Я очнулся от лёгкого удара локтем в бок, это была Нора.

– Перестань пялиться, это так заметно,– с усмешкой сказала она, поглядывая на меня исподлобья.

Я не знал что делать, я не знал какое чувство я испытал в этот момент, но зато я знаю какое чувство я испытываю сейчас – растерянность. Нора поглядывала на меня с довольной усмешкой.

Взяв свой бумажный пакет с заказом, который принёс ей официант та девушка, краем глаза посмотрела на нас, словно почувствовав мой взгляд на себе. Она, на секунду замешкавшись, всё же повернулась в нашу сторону и направилась прямиком к нам.

Должно быть, она заметила, что я смотрел на неё слишком долго. Это ужасно неловко.

На секунду, я увидел её, только в длинном красивом тёмно-красном платье, её волосы были аккуратно уложены в красивую причёску, светлые локоны ниспадали с плеч, но эта секунда прошла и сейчас передо мной уже стояла та самая девушка только в красивом чёрном коротком платье и белых кедах. Я опустил голову пытаясь прийти в себя. Какого чёрта сейчас было? Со мной раньше никогда ничего подобного не происходило.

– Привет, простите, что побеспокоила, но я хотела спросить,– начала она официально,– здесь вкусное кофе?– улыбнулась она, посмотрев на мою чашку ещё нетронутого кофе.

На несколько секунд воцарилась тишина. Потом по лицу Норы расползлась широкая улыбка, и она весело засмеялась. Я улыбнулся вместе с ней.

– Очень,– ответила Нора, продолжая широко улыбаться.

Вот уже незнакомка начала смеяться вместе с нами.

– Я Моран Бернар,– представилась девушка, приложив свободную руку к груди.

Моран.

– Нора Велис,– словно титул произнесла Нора, протянув руку Моран, которая охотно её пожала,– присаживайся,– Нора толкнула меня в бок, что бы я подвинулся.

Как только я это сделал, Моран, сохраняя идеально ровную осанку, присела рядом со мной.

– Кай Кофт,– назвался я.

– Красивое имя,– заметила Моран, окинув меня мимолётным взглядом.

– У моих родителей был специфический вкус на имена,– сказал я спокойно, хотя мне на тот момент мне так не показалось.

Наши взгляды на несколько секунд пересеклись. Она улыбнулась, взглянув на меня из-под своих густых ресниц, и клянусь богом, я её знаю.

– А моя фамилия значит, никому не нравится?– обиделась Нора, сложив руки на груди.

– Твоя фамилия просто волшебная! – начала Моран, иронично приложив красивую бледную кисть к груди, точно настоящая леди.

Мы все засмеялись, я удивился этой непринуждённости в разговоре.

– Мы нигде не могли видеться?– я задал вопрос, который не давал мне покоя.

Она посмотрела мне прямо в глаза и ответила:

– Нет, не думаю,– потом явно думая спрашивать или нет, всё-таки спросила,– разве что, ты бывал в Ноттингеме?

– Нет, не думаю. Я всю свою жизнь прожил здесь. Страбург моё единственное пристанище,– ответил я, слабо пожав плечами.

Несколько секунд мы с ней смотрели друг другу в глаза, она первая отвела взгляд. Моран посмотрела на свои наручные часы и вдруг спохватилась, взяла спой пакет с едой и, встав, сказала:

– Простите, но мне пора идти. Я надеюсь, мы ещё встретимся, теперь я буду ходить в местную школу, Лойс. Я надеюсь, что вы там учитесь?– спросила она, с надеждой в голосе.

А в моей душе вспыхнула надежда, как будто сердце колыхнулось.

– Да, в десятом классе, наконец-то там появится хоть один нормальный человек,– произнесла Нора.

Моран тепло улыбнулась и помахала рукой на прощание.

– Пока,– произнесла она тихо.

Уходя, она оглянулась и бросила мимолётный взгляд на меня.

– Между вами искра,– вернула меня в реальность Нора, нарочито протянув последнее слово,– постой, нет. Это было, не видение и тебе действительно кто-то понравился. Да? Чудо свершилось,– смеясь, сказала она.

– Может, ты со своим романом разберёшься?– ответил я,– Дэниэл всё ещё ждёт от тебя окончательного решения.

Нора перестала смеяться, но улыбка никуда не исчезла.

– Завтра я всё решу,– всё так же позитивно ответила она.

Дэниэл это парень Норы, он окончил Лойс в прошлом году и поступил в Лондонскую школу экономики и политических наук. Он предлагал Норе, перевестись на удалённое обучение и переехать к нему, но она всё время уходит от точного ответа, и всё никак не может решиться, на кардинальные изменения в своей жизни. Завтра всё станет ясно.

Завтра.

Завтра первый день учёбы и второй встречи с Моран.

Глава 2: Вечер откровений

Трое лучших друзей увиделись впервые за всё лето. Поэтому этот вечер стал особенным во многих смыслах.

Весь июль Нина провела в деревне у бабушки и дедушки, но отдых не задался ещё с самого начала. Одним из пунктов в списке её неудач была плохая погода, минимум солнца, но хотя бы дождя не было. Но и с этим можно было смириться, если бы судьба не преподнесла ей ещё один удар: она заболела и практически весь июль месяц "отдыха" просидела на карантине и теперь вернутся в русло обычной жизни, она была рада как никогда.

Глеб и Поля тоже уезжали на всё лето к родственникам. Папа Глеба работает в местной строительной фирме, поэтому он всё лето помогал ему на стройке. Поля же уезжала в Питер к тёте. Но друзья не забывали друг друга и созванивались каждый день.

– Ты ходил в качалку? – смеясь, спросила Полина, игриво поглядывая на Глеба, пока они неспешно шли по улице.

Смутившись, он пожал плечами и усмехнулся.

– Нет, просто я всё лето работал на стройке.

– В любом случае: теперь ты выглядишь потрясно, – заявила подруга, не скрывая своего восхищения.

Нина хитро прищурилась. За всё время с их встречи, Поля то и дело кидала мимолётные взгляды в сторону Глеба и ещё этот комплимент. Нина задумалась. Что бы это значило?

– К чему это ты клонишь? – спросила Нина, прищурившись.

Полина двусмысленно отвела взгляд и произнесла:

– Да так, просто заметила. Он был высоким и красивым, а теперь ещё и накачанным, все девчонки будут его, – уверенно заявила Поля.

В ответ Нина с Глебом залились звучным смехом.

– Не переживай, вас, мои прекрасные девушки, они точно не затмят, – заявил он.

– Смотри у меня, – наигранно хмуро произнесла Поля, шутя, пригрозив ему кулаком.

За время их беспечного и весёлого разговора, они уже сошли с дороги и направились в сторону леса. Этот вечер доживал последние минуты, прежде чем всё погрузится во тьму и ночь зажжёт первую звезду. Месяц уже появился высоко в небе. Высокие деревья, с густыми кронами. Сочная зелёная трава. Лето. Скоро эта картина сменится голыми деревьями, и засыпанной листвой травой, и дорогами. Всё высохнет и приобретёт оттенки языков пламени.

По пути им стали попадаться парни и девушки, не все из них были трезвы. Как всегда, Нина удивлялась: почему эту вечеринку ещё не прикрыли, ведь не смотря на контроль и присутствие ответственных всё равно кто-то да проносил алкоголь, и кое-что похуже.

Пройдя ещё немного вглубь леса, они вышли прямиком к огромному костру, вокруг которого уже сидели или стояли рядом парни и девушки. Каждый был занят своим делом. Кто-то целовался, повсюду был весёлый смех и гул голосов.

Ребята подошли к столику с закусками и напитками, среди закусок были бургеры и сендвичи, а среди напитков лимонады и содовая. Глеб как настоящий джентльмен подал им две баночки охлаждённой колы. Они стукнулись и произнесли тост: "За новое начало" (так они делали в начале каждого учебного года, тем самым желая друг другу удачи). После первого глотка Нина неприятно поморщилась, она не очень любила газированные напитки.

– Привет, – произнёс чей-то красивый бархатистый голос.

Нине потребовалось несколько секунд, чтобы вспомнить, кому он принадлежит и всю прелесть остатка этого лета словно ветром сдуло. Конечно же, это была Анна. Анна Валевская. Подруга самой популярной девушки колледжа – Дианы Белинской. Диана была нормальной, и общение с ней вызывало у Нины положительные чувства, но вот Анна, от неё ничего хорошего не жди.

У Анны были красивые блестящие платиновые волосы, пухлые губы, накрашенные бардовой помадой, Нина усмехнулась, сравнив его с цветом жестяной банки из-под колы. Она была в облегающем чёрном летнем платье, и сером вязаном кардигане. Как бы Нина её не любила, она не отрицала, что Анна была красивой и достойно сравнивала её с Ники Рид, в роли Розали Каллен. А вот характер у неё был скверный, она считала себя лучше других, и водилась с теми, кого считала достойными своего величества. Вначале у Нины с ней были отношения равные норме, иными словами: не друг, но знакомой назваться можно, но потом она стала, плохо относится к Полине. Постоянно пыталась как-нибудь задеть или высмеять её. Нина приняла сторону подруги и, защищая её, не могла не попасть в число недругов Анны.

Сейчас Анна стояла перед ними с приятной и доброжелательной улыбкой, но Нина знала, что она была ненастоящая и тем ни менее тоже приветливо улыбнулась в ответ. Анна задержала на девушках лишь мимолётный взгляд, потом окинула Глеба уже заинтересованным взглядом и только, потом с явной неохотой снова посмотрела на Нину и Полину.

– Привет, – поздоровался Глеб, похоже, он решил проявить вежливость сразу за троих.

Анна обворожительно улыбнулась, склонив голову набок.

– Я с трудом тебя узнала, – произнесла она.

Видно, что она хотела сказать чуть больше, но к ней подбежала Диана, она быстро поздоровалась с ребятами и поспешила увести Анну. Она была взволнована… и напугана?

Нина усомнилась, что произошло что-то серьёзное. Поэтому она быстро выкинула эту мелочь из головы. Диана никогда не принимала участия в кознях Анны, ну или Нина просто об этом не знала. Так или иначе, она относилась к Диане хорошо. Та всегда была вежлива, и могла помочь, если попросить. Нина порой ловила себя на мысли: как такой добрый человек как Диана мог дружить с таким ужасным человеком как Анна?

У Дианы были красивые волнистые тёмно-русые локоны, приятная улыбка. Голубые глаза похожие на тёплые воды Тихого океана. Иногда, когда она улыбалась, то становилась похожа на ангела, красивого и чистого. Она училась на архитектурном факультете вместе с Анной. Её парнем был Вадим Родин, они были самой популярной парой в колледже, подстать друг другу – красивые и уверенные. Что ещё нужно, когда хочешь, что бы весь мир тебя любил? Он был старше её на год. Красивый, с точёными чертами лица, короткостриженый брюнет, всегда одевался стильно, как и Диана. Образцовый студент, принимающий активное участие в жизни колледжа. Но за сегодняшний вечер Нина его ещё ни разу не увидела, только Диану.

Когда Анна и Диана исчезли из поля зрения ребят, Полина подозрительно сощурила глаза и произнесла:

– Ты заметила, как эта стерва глядела на Глеба?

Смотря туда, где ещё секунду назад скрылись девушки, Нина произнесла:

– Определённо, – она задумалась и поняв, что ответила на автомате пропустив сам вопрос, переспросила, – прости, что ты сказала?

Полина закатила глаза и произнесла:

–А то, что я больше не хочу видеть её. Никогда, – сказав это, она сделала один большой глоток из банки колы.

Глеб огляделся по сторонам, в разговорах, касающихся Анны и подобных ей он всегда предпочитал не участвовать.

–Кстати, где бы нам найти алкоголь, – произнесла Полина, с задумчивым выражением лица.

– Ты хочешь сразу же напиться? – спросил Глеб.

– Да, я хочу напиться. Сейчас, когда нам нет восемнадцати, пить алкоголь не законно ещё больший вайб, – уверенно заявила Поля, – мы ведь не разу по нормальному не напивались! Так нужно сделать это, – начала Поля свою агитационную компанию.

Нина с сомнением посмотрела на неё, потом перевела взгляд на толпу пьяных весёлых студентов довольных жизнью и поняла, что тоже хотела бы хоть раз в жизни напиться. Но потом быстро прогнала эти мысли, посмотрев на банку колы в своих руках. Потерять контроль над собой и своим телом – вот чего она всегда боялась.

Они обсуждали новый учебный год, и чего следует ожидать. Практику, которая начнётся уже через два месяца, и предстоящую курсовую. В их представлении новый учебный год всегда лучше, чем прежний, потому что он ещё не наступил, и они ещё не успели наделать прежних ошибок. Он словно чистый лист, который снова наполняется кучей правок и изменений, которые в свою очередь делают этот год живым и одним из лучших в жизни.

Пока друзья беседовали, беспечный взгляд Полины блуждающей по толпам студентов вдруг остановился на одном парне. Нина это сразу заметила и слабо улыбнулась. Это был Данил Анский, красивый брюнет с копной непослушных кудрявых волос. Он учился на факультете дизайна, четвёртый курс. Для него это был последний год. Анский нравился Поле, но подойти к нему и заговорить с ним она всё не решалась. Но в этом году она сказала Нине, что твёрдо намерена признаться ему в своих чувствах, иначе будет поздно.

В глазах Полины появился страх и нерешительность. Нина поняла, какие мысли её посетили: "Лучше же сделать это сейчас?" или "Может в другой раз?" Нина слегка толкнула её в плечо, вырывая из внутренних размышлений и произнесла:

– Ну, так что?

Полина сделала глубокий вдох, и нерешительно перевела взгляд на Нину.

– Я обещала, что сделаю это? Хорошо, – сказала она, встряхнувшись.

Полина поправила свои волосы и отпила ещё пару глотков из своей банки колы.

– Ну, как я выгляжу? – взволнованно спросила она.

– Замечательно, обворожительно, великолепно, – заявила Нина, – тебе весь список перечислить?

– Спасибо, – благодарно улыбнувшись, произнесла Поля, и несколько секунд собрав свою уверенность в кулак, пошла в сторону Данила.

Нина осталась стоять, смотря ей вслед, она и забыла, что Глеб отошёл к знакомому, и не заметила, как он вернулся.

– Бу, – прошептал он ей на ухо, Нина невольно дёрнулась и резко повернулась в его сторону.

– О господи, напугал, – смеясь, сказала она.

– Где Полина? – спросил он, оглядевшись вокруг.

Нина довольно улыбнулась и произнесла:

– Она решила попытать судьбу и признаться в своих чувствах парню.

Его глаза удивлённо округлились.

– Постой. Постой, постой. Что это значит? Как я мог этого не знать?

– Мы хотели тебе рассказать, но ты бы посмеялся над нами. Потому что ты парень. Но в качестве извинения, я даю слово, что, если мне кто-то понравится, ты узнаешь об этом первый.

В глазах парня на секунду что-то промелькнуло, он хитро сощурился и произнёс:

– Обещаешь?

– Даю слово.

Они решили немного пройтись. Сейчас лес был по-особенному таинственен. Небо было чистым, без единого облака, лишь яркие мириады звёзд светились в небесах. Луна горела среди россыпи алмазов, подходящее сравнение для таких чудесных созданий Вселенной как звёзды.

Сегодня было немного прохладно, это невольно натолкнуло Нину на грустную мысль о том, что через пару часов уже наступит осень. В последние два года она стала наступать слишком резко. И ты невольно начинаешь задаваться вопросом: что уже пришла осень? Ведь ещё совсем недавно, два дня назад светило солнце и было тепло, а уже сейчас дождь холодный ветер и пасмурное серое небо. И следа не осталось от лета. А оно закончилось всего лишь два дня назад.

– Так что на счёт практики? Ты уже определилась, где будешь её проходить? – спросил Глеб.

Мы шли по тёмной протоптанной тропинке.

Нина слабо пожала плечами и, оглядываясь по сторонам произнесла:

–По правде говоря, нет. Ещё нет. Но скорее всего это будет местная реставрационная мастерская. Мне дадут то, что не жалко загубить, – усмехнувшись, сказала она.

–Решай сейчас, потому что я уже принял решение и если ты хочешь что бы мы попали в одну группу то подавай заявление, – произнёс Глеб, подобрав с земли обломанный сук дерева, и вальяжно взял её в руку, словно трость,– теперь я чувствую себя Воландом, ну или Казом Бреккером.

Вдруг вдали мы услышали приглушённые голоса. Два мужских голоса. Они о чём-то спорили. Когда Глеб и Нина подошли ближе, то голоса стали более различимы. Один голос она узнала точно, это был Вадим Родин, второго она узнала, когда они уже увидели его, это оказался Герман. Их разговор и взгляды были весьма напряжённые. Напротив них стоял чёрный BMW с заведённым двигателем и освещающим всё пространство своими яркими фарами.

Вадима Нина знала хорошо, так как часто видела его. В группе колледжа, он занимает каждый второй пост. А вот единственное что она знала про Германа так это его имя. Герман Осенев. Чёрные волосы, цвета воронова крыла, небрежно спадали на глаза. Острые скулы, греческий нос. В полумраке его было сложно разглядеть, он был в чёрной свободной футболке и чёрных джинсах. А вот Вадим напротив был в светлой рубашке и синих джинсах, его светлые волосы аккуратно были зачёсаны назад.

В полной тишине они смогли уловить лишь отрывки их разговора.

– Ты решил, что можно так просто уйти? О чём ты думал, когда ввязывался в это? О чём ты думал Родин? – повышая голос, произнёс Герман, подходя ближе к Вадиму, было видно, что он в ярости.

– Да, я завязываю с этим и точка. Это дерьмо, я больше не хочу в этом участвовать, – твёрдо ответил Вадим, разведя руки в стороны.

– Чёрт с два! Ты подставил меня! – повысив тон, злобно произнёс Герман.

Вадим нахмурил брови, но через пару секунд его лоб разгладился, и он слабо усмехнулся.

– Проблемы, Осенев? У тебя их и так было выше нормы, так что ничего не изменится, если прибавится ещё одна.

После этих слов Герман врезал Вадиму в лицо, тот посмотрел на Германа как на сумасшедшего и сплюнул кровью. Не прошло и секунды, как Вадим налетел на Германа. Потом откуда не возьмись, появились друзья Вадима и поспешили разнять их. Паша и Никита. Два высоких накачанных симпатичных брюнета.

Они быстро разняли дерущихся.

– Я убью тебя! – выкрикнул Герман и, вырвавшись из хватки Никиты, оглядел всех взглядом полным ненависти, и ушёл.

Вадим смерил его презрительным взглядом.

Нина с Глебом запаниковали, так как Глеб направился в их сторону. Развернувшись, они поспешили в противоположном направлении, но всё равно столкнулись с Германом. Он прошёл, не обращая на них никакого внимания, лишь слегка задев Нину плечом. В этот миг она заметила, что его губа была разбита и на ней была кровь.

– Что это было? – спросил Глеб.

– Не знаю, но что-то мне подсказывает, что нам в эти разборки лучше не лезть, – тихо произнесла Нина, смотря в след удаляющемуся парню.

После случившегося Нина с Глебом предусмотрительно решили, что лучше будет вернуться к месту вечеринки.

Они устроились рядом с костром. Его тепло приятно согревало, и Нина положила голову себе на колени, смотря на яркие языки пламени, тянущиеся в тёмное ночное небо. Глеб сел рядом с ней и тоже смотрел на огонь.

Рядом с ними сидели и другие парочки и группы людей. Кто-то ходил туда-сюда, был слышен смех, возня и оживлённые разговоры, кто-то даже пел. Но сейчас казалось, что звуки скрипа горящей древесины обрели какую-то особую силу и смогли заглушить весь посторонний шум.

У Нины не выходила из головы ссора, невольным свидетелем которой она стала. До этого она видела Германа пять раз от силы, и он всегда молчал, она даже толком не знала, как звучит его голос. Он был низкий и немного скрипучий. До этого момента она об этом даже не задумывалась.

– Как думаешь, что между ними произошло? – спросила Нина, нарушив тишину и отодвинув приятные уху поскрипывания костра на второй план.

– Не знаю, но это что-то серьёзное, – тихо произнёс Глеб, слабо пожав плечами, – Ты видела, как был зол Герман? Он бы его действительно убил, если бы их не разняли.

– Ты так думаешь? – спросила Нина, посмотрев на него.

– Кто знает. Не удивлюсь, если в этом могут быть замешаны наркотики, – произнёс Глеб.

Нина напряглась и сузила глаза, раздумывая над его словами.

– Эй, я знаю этот взгляд, но, к твоему сведению это всего лишь предположение.

Вскоре они предпочли замять этот разговор, и между ними снова возобновилась тишина, а скрип костра вышел на первый план. Через несколько минут Глеб решил прервать молчание:

– Нина?

– Да? – сразу отозвалась она.

– Раз уж сегодня вечер откровений. То я бы хотел последовать примеру Полины. Лучше услышать всё сейчас, чем ждать ещё год, или два.

Нина почувствовала, как всё её тело напряглось. Хоть она и не знала того что он скажет, но она чувствовала, что не стоит ждать ничего хорошего.

– Что ты имеешь в виду? – спросила она, повернувшись к нему.

Он опустил взгляд, но потом поднял на неё свои карие глаза, которые в отблесках огня казалось, светились изнутри. На его лицо падал тусклый свет костра.

– Я хотел сказать, что ты мне нравишься и давно, – выпалил он, собравшись с духом.

– Что? – тихо произнесла Нина.

Она заглянула в пошлое, которое хранила её память и попыталась вспомнить все моменты, когда они были вместе. Она пыталась найти какие-нибудь намёки, нечаянно брошенные слова, но на ум ничего не приходило. Сердце начинало биться чаще.

– Да, ты не замечала? – спросил он, на секунду нахмурил брови, словно ему не приятен этот разговор.

– Нет. Послушай, Глеб, я… не знаю, что сказать, – тихо произнесла Нина, все слова, что вертелись в её голове, вдруг исчезли.

Она заметила в его глазах разочарование и боль. Эта боль передалась и ей. Она чувствовала, что должна была что-то сказать, но не могла. Он точно ожидал не этого.

– Когда ты понял, что влюбился в меня? – тихо спросила она.

Он подсел к ней поближе, и их лица стала разделять ничтожная пара сантиметров. От этого Нине стало не по себе, но она не сдвинулась с места и словно заворожённая смотрела в его тёплые карие глаза.

–Когда мы перешли в восьмой класс. Мы оба изменились, мои чувства к тебе изменились. Ты изменилась, и в общении и внешне. Я понял, что чувствую к тебе нечто большее. Быть просто другом стало тяжело. Но я не смел, признаться в своих чувствах. Иначе я потеряю последнее, что нас связывает. А теперь я больше не боюсь. Да или нет?

Когда она почувствовала его тёплое дыхание на своих губах, то резко отстранилась, и потеряла равновесие, чуть ли не упав, но вовремя удержалась уперевшись руками в землю. Ладони больно ссадили, но она не подала виду, и резко встав немного поморщилась. Глеб встал следом за ней.

– Прости, это моя вина, – быстро произнёс он, потянувшись посмотреть её ладони.

Она отдёрнула их и сказала:

– Нет, спасибо. Ничего серьёзного. Знаешь, мне нужно срочно отойти.

Видя, что он собирается последовать следом за ней, она поспешила остановить его:

– Одной, – сказала она и поняв что прозвучала слишком резко добавила,– прости.

Закончив этот разговор, она направилась в сторону леса, туда, откуда они полчаса назад они вышли. В ладонях не прекращалась пульсирующая боль. Кожа была счищена и рана приобрела алый оттенок, кое-где проступили росинки крови. Она шла, и из-за досады даже не задумывалась куда идёт.

Спешными шагами Нина отдалялась всё дальше и дальше. Кузнечики стрекотали в этой тишине громче, чем обычно, иногда были слышны посторонние звуки птиц и насекомых. Её мысли были полны разочарования. Она не знала, что делать в этой ситуации и как сказать человеку, что он ей нравится только как друг. Но смогут ли они теперь быть друзьями? Этот вопрос больно вонзился в сердце Нины кинжалом. Она любила Глеба и не хотела, чтобы их дружба умерла из-за этого.

Пока она шла и думала про Глеба и его признание, то не заметила, как свернула с тропинки и наступила в яму, прикрытую кучей высохших прошлогодних листьев и сучьев. Она потеряла равновесие и скатилась в небольшой овраг. Боль пронзила всё тело. Нога болела особенно сильно на уровне щиколотки. Все руки и ноги были в глубоких царапинах.

Сейчас Нина чувствовала себя самым невезучим человеком на свете. Она корила себя за то, что шла и не на что не обращала внимания. Будь она наблюдательнее то вспомнила бы что здесь есть овраг. Ей повезло, что она вообще не сломала ногу. И как специально её щиколотка снова заныла с новой силой. Она попыталась встать, но ногу пронзила жгучая боль и Нина снова беспомощно упала на месте.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.