Плутос
Однажды я стала принцессой. Книга 1

플루토스

어느 날 공주가 되어버렸다 1

Who Made Me a Princess Vol.1

©Plutus/KWBOOKS

Original Korean edition published by KWBOOKS

Russian Translation Copyright © 2025 AST Publishers Ltd.

ALL RIGHTS RESERVED

This translated edition was published by

arrangement with KWBOOKS through Shinwon Agency Co.

Illustration by Sonnet

© Т. Москвичева, А. Проценко, перевод на русский язык, 2025

© ООО «Издательство АСТ», 2025

Часть 1
Однажды я стала принцессой

Глава 1

– Что мне сделать, чтобы вы меня полюбили?

Атанасия сквозь слезы смотрела на мужчину перед ней. Однако ее отец, император Клод, безжалостно глядел сверху вниз на рыдающую у его ног девушку.

– Мне нужно стать похожей на Дженит? Тогда вы меня полюбите? Начнете ли вы так же ласково произносить мое имя и глядеть на меня с той же теплотой? Если я приложу больше усилий…

Ее прекрасная сводная сестра. Мало того, что Дженит пользовалась таким почетом, о котором Атанасия даже мечтать не могла, так она еще и любовь отца у нее украла. Атанасия была в отчаянии, раз упомянула это имя.

– Вы не отвергнете меня? Примете в свои объятья?

– Я скорее умру, чем допущу это.

– Почему?

Ответ Клода был мгновенным. Его нисколько не трогал пылкий тон дочери, которая обычно сохраняла сдержанность.

– Я ведь тоже ваша дочь. И я была с вами дольше, чем Дженит.

В отчаянной попытке достучаться до него, Атанасия собрала всю смелость и вымолвила свой последний довод. Однако император до самого конца оставался непреклонным.

– Какой вздор.

Руки, цеплявшиеся за ноги Клода, обессиленно упали на пол. Его полный презрения взгляд опустился на ее опущенную голову. В ушах гремел его жестокий голос:

– Я никогда не считал тебя своей дочерью.

В бирюзовых глазах Атанасии читалось глубокое, неведомое ей доселе отчаяние.

– Ха.

С ума сойти. Я вдруг вспомнила сцену из романа и от удивления выронила погремушку из рук. С чего вдруг в моей голове всплыла эта книга?

Какая-то школьница забыла любовный роман в интернет-кафе, где я подрабатывала. «Милая принцесса» – так он назывался. Помню, что безвкусное название соответствовало незамысловатому и наивному сюжету. Несчастная принцесса, которую ложно обвинили в попытке отравить сводную сестру. А ее собственный отец приговорил к смерти в день ее восемнадцатилетия. Героиня носила то же имя, что и я. Поэтому я его вспомнила? Ну что за напасть. Прочь из моей головы!

– Вот растяпа! Ну сколько можно ее ронять?!

Дремавшая на стуле девушка резко проснулась от звука упавшей погремушки и принялась бранить меня, будто только ждала повода. Это уже ни в какие ворота не лезло! Какое такое «снова»? Что за глупые претензии? Дети разве никогда ничего не роняют?

– Не шумите и играйте аккуратно.

Она что, даже не стала протирать упавшую на пол игрушку перед тем, как отдать ее мне? То ли у жителей этой страны своеобразное представление о гигиене, то ли я отверженная принцесса, на которую можно не обращать внимания. Вероятно, последнее… Хотелось бы верить, что я ошибаюсь.

– Уа-а-а.

Я снова выронила погремушку. Даже если я и малышка, умеющая только ползать, так нельзя.

Вредная девушка начала гневаться.

– Вот ведь неугомонная! У меня тут шитья по горло. Вот, возьмите!

– Не-о.

Не надо! Во-первых, погремушка уже дважды была на полу, она грязная. Более того, да и вообще, она мне не нравится! Я, может, и ребенок, но интерес к таким игрушкам у меня давно прошел!

– Неужто наигрались?

Девушка удивленно склонила голову, подняла меня с ковра, уложила в кроватку и вышла из комнаты. Наверняка пошла за старшей горничной. Если собирается снова принести погремушку или что-то подобное, лучше уж пусть вообще не возвращается.

– Агу.

Я аккуратно осмотрелась: надо мной вращались подвешенные на веревочках игрушки, а к ним тянулась нежная пухлая ручка.

Сколько бы я ни смотрела на нее, никак не могла привыкнуть. Помню, что приняла снотворное и заснула… А когда открыла глаза, уже была такой. Как это возможно? Мы не в фэнтезийном романе живем, а я вдруг стала ребенком.

– Ваше высочество!

Да сколько можно! Кому вообще придет в голову врываться в детскую с грохотом и так громко орать!

– Старшая горничная сказала, что бюджет не резиновый. Играйте с тем, что есть.

Горничная снова сунула мне в руку погремушку и села за шитье.

– А вздумаете реветь, я утешать не стану. И так работы по горло.

Ее слова были такими холодными. Я, вообще-то, ребенок, дамочка! Думает, что в таком возрасте я что-то пойму? Ах, какая жестокость! Видимо, принцессы разными бывают. В прошлой жизни я была сиротой и обрадовалась, что переродилась настоящей принцессой… Но почему принцессой, над которой все издеваются?Хнык.

Я была сиротой. Одна из старших девочек в приюте как-то рассказала мне, что младенцем меня нашли у главного входа, завернутую в старую пеленку. Впервые я услышала об этом в феврале, перед поступлением в начальную школу. Той девочке было девятнадцать, и она готовилась покинуть приют. Мать, бросившая меня, даже не дала мне имени. Поэтому заведующая приютом открыла телефонный справочник и выбрала первое попавшееся: Ли Чжихе.

«Ах, вот как…» – подумала я, услышав эту историю. В приюте было полно детей вроде меня. Но отсутствия мамы, которая с самого рождения не участвовала в моей жизни, я не ощущала. В восемь лет здесь уже перестаешь быть ребенком.

В маленьком и тесном приюте за каждую крошку хлеба приходилось бороться. Поэтому, когда я достигла возраста, в котором можно было уйти, – того же, что и у той девочки, рассказавшей мне о моем происхождении, – я мечтала только об одном: выбраться из этого места. Однако реальность оказалась жестокой. Для сироты без денег, связей и образования жизнь за пределами приюта стала настоящим испытанием.

С тех пор, как покинула приют, я бралась за любую работу, чтобы сводить концы с концами. Работала посудомойкой, не щадя рук, подрабатывала в интернет-кафе, насквозь пропахшем табаком. Питалась просроченными кимбапами¹, ночами трудилась в круглосуточном магазине, а днем мыла машины под палящим солнцем. Моя жизнь была невыносимой.

Хотела бы я учиться и строить отношения, как другие люди, но обстоятельства не позволяли. Даже аренда захудалой комнаты давалась мне с трудом, поэтому приходилось убиваться на работе.

«Ах, у меня нет ни мечты, ни надежды, – эта мысль пришла ко мне одним зимним днем, когда я сидела в комнате без отопления.

На следующий день нужно было идти на ночную смену, однако холод не давал уснуть. Скорей бы лето. Я боялась, что больше не проснусь, если засну сейчас. И так я не спала уже несколько дней.

В конце концов я приняла снотворное, что накануне выпросила у хозяйки ресторанчика. Сон постепенно овладел мной, унося все страхи и тревоги. А очнулась я уже принцессой.

– А-гу.

Сегодня я снова агукала в своей кроватке. Целыми днями только и делаю, что ем, сплю да пачкаю пеленки. Я давно потеряла счет времени и до сих пор не уверена, сон это или реальность.

– Наша милая принцесса Атанасия.

Единственным утешением было то, что меня окружали не одни только злобные горничные-сиделки.

Я широко улыбнулась девушке, качавшей мою кроватку. Молодая горничная с каштановыми волосами и голубыми глазами начала работать в моем дворце с этого месяца. «Я же принцесса, так почему у меня вместо няни одни горничные?Хнык. Все потому, что я принцесса, над которой можно издеваться».

– Растите здоровенькой.

Эта горничная была так красива, что, когда я впервые ее увидела, могла только пускать слюни. Ее звали Лилиан – имя, излучавшее чистоту и элегантность. Оно идеально подходило ее нежному лику. Мысленно я называла ее Лили.

Моя горничная – настоящая красавица, которую словно любым порывом ветра может унести. Ах, как же мне повезло в новой жизни.

– Уа, ба-а!

Но стоило Лили посмотреть на меня, как ее взгляд наполнялся грустью и тоской. Боже, у меня каждый раз сердце в груди сжималось. Она словно вспоминала что-то, глядя на меня. Родная, прошу, не делай такое лицо. Улыбка тебя куда больше красит.

– Ах, принцесса. Вам пора спать.

Моя радость длилась недолго. Прозвучавшие словно из ниоткуда слова заставили меня начать вырываться в знак протеста. Солнце еще высоко, какой сон! Лучше поиграй со мной еще чуть-чуть. Мне очень скучно.

– Нет. Вам нужно хорошо кушать и спать, чтобы вырасти здоровой.

Мой протест оказался тщетным. Ее нежные руки успокаивали, и Лили снова ласково мне улыбнулась.

– Лилиан!

Из-за двери раздался чей-то голос. И так каждый раз. Я еще слабый маленький ребенок, не надо меня пугать!

Лили тоже была на мгновение ошеломлена бесцеремонным поведением человека за дверью. Увидев, что я испугалась, она осторожно прикоснулась к моей груди.

– Ваше высочество, я скоро вернусь.

Я помахала рукой на прощание.

Оставшись в одиночестве, я уставилась в потолок. Он все так же был богато украшен люстрами и изящными узорами. Я перевела взгляд в сторону и за пределами кроватки увидела дорогую мебель. Каждый раз, глядя на нее, я задавалась вопросом: неужто это золото? Нужно будет попробовать ее на зуб, когда они у меня прорежутся. Если я доживу до этого момента, конечно.

– Уа.

Снова вспомнив о человеке, которого все вокруг называли моим отцом, я вдруг задрожала всем телом. Все, что я о нем знала, когда-то услышала от служанок. Судя по всему, он по-настоящему страшный человек. Стоило мне только услышать, о чем шептались горничные, которые приходили убраться в детской, как все стало предельно ясно.

Глава 2

Дворец, где я сейчас живу, называется Рубиновым. Здесь на протяжении многих поколений проживали наложницы императора. Иначе говоря, это был гарем.

Моя мать, Диана, была танцовщицей. Однажды ее пригласили на банкет в императорском дворце, где она случайно попалась на глаза императору, завоевала его внимание и в итоге родила меня. Говорят, после ее появления во дворце другим девушкам больше не разрешалось там жить. Похоже, она когда-то была фавориткой императора.

Однако это длилось недолго. Я слышала, что вскоре император перестал навещать ее. Диана была настолько низкого происхождения, что не могла претендовать даже на статус наложницы. И, подарив мне жизнь, она умерла.

Трагедия, потрясшая Рубиновый дворец, случилась в день моего появления на свет. Тогда в одно утро император вырезал всех обитателей дворца.

Вслед за этим он упрятал меня, свою родную дочь, здесь и ни разу не пришел меня проведать. Так что моим воспитанием занимался ветер… А точнее, горничные Рубинового дворца. Если так подумать, то и в этой жизни моя судьба оставляет желать лучшего.

То, что мне рассказывала Лили, немного отличалось от того, о чем шептались другие горничные. С ее слов, император искренне любил мою мать и избегал меня из-за чувства утраты, которое вызвала смерть Дианы.

Это удивило меня, ведь, если честно, в ее словах даже был смысл. Смерть моей матери и резня в Рубиновом дворце произошли в одно и то же время. Однако я думаю, что Лили либо заблуждалась, либо просто пыталась меня утешить.

Пока все другие горничные в один голос твердили: «Он просто слетел с катушек!», одна лишь Лили возражала: «Нет, он не просто так слетел с катушек!» Как бы то ни было, мне оставалось только поверить их общему выводу: мой папа сумасшедший.

Жить в этом «замке с привидениями» непросто.Хнык-хнык. Когда я узнала о резне, мне каждую ночь снились кошмары. Держать ребенка в подобном месте – дурной тон. Однако меня больше пугал сам император, которого я ни разу не видела, чем какие-то страшилки о дворце.

Разве не может произойти так, что со словами «Тебе конец!» он однажды придет убить меня так же, как и прежних жителей этого места? Как мне «повезло» стать принцессой.

– Уа-а-а.

Я ведь так и не сказала, как меня зовут. В прошлой жизни заведующая приюта дала мне имя с помощью телефонного справочника. В этой же мне его дала моя биологическая мать.

Атанасия – это величественное имя означает «бессмертная».

Мне об этом вчера рассказала Лили, хоть имя было слишком роскошным для такой нелюбимой принцессы, как я. К тому же так звали злополучную принцессу из романа «Милая принцесса». Думаю, что «мама» дала мне его, чтобы я долго и счастливо жила в объятьях императора…

Хнык.Однако мне не по себе, ведь по сюжету романа принцесса Атанасия трагически погибает от руки императора в возрасте восемнадцати лет. С тех пор как я оказалась в теле новорожденной, не могу перестать думать об этом романе.

– У-у-у.

И с того момента, как я сегодня открыла глаза, смотрю на дверь с тревогой о том, что человек, которого называют моим отцом, придет за мной.

Клац!

Когда резко распахнулась дверь, я думала, что умру от страха. К счастью, в комнату вошли лишь горничные. Увидев меня в кроватке, они недовольно заворчали:

– Почему это вы еще не спите?

– Нам обязательно здесь сидеть? Она же все равно никуда не сможет уйти.

– Сама знаешь, как Лили на все реагирует. Как же она раздражает.

Ох, ну вот опять началось. Стоит им только увидеть меня, как начинают шептаться и браниться. Дамочки, мы все в одной лодке под названием «Рубиновый дворец», давайте не будем ее раскачивать?

– Можно просто посидеть и отдохнуть.

– А если она разревется?

– Просто покачай кроватку.

Если кто их услышит, сразу подумает, что я только и делаю, что плачу. Покажите мне более спокойного ребенка, чем я! Даже Лили переживает, что я только лепечу и почти не плачу, а эти дамочки каждый раз такие вещи обо мне говорят.

Думаете, мне от этого грустно? Я вас умоляю! Моя цель – всегда оставаться такой же принцессой, как сейчас. Взять немного золота из этой комнаты, сбежать и жить припеваючи. Поэтому, пожалуйста, забудьте о моем существовании. И пусть я проживу всю жизнь в одиночестве. Не нужен мне отец, который делает вид, что меня не существует.

– Хоть его величеству на нее и плевать, она все равно живет, как принцесса.

Горничные постоянно жалуются, однако в чем-то они правы. Да, меня сейчас кормят сухой смесью, но при этом я живу во дворце, питаюсь три раза в день, у меня удобная и уютная кровать, меня окружает роскошь. Пока император не обратит на меня внимание, я могу жить, не боясь голодной смерти. Если думать в таком ключе, то не такая уж у меня и плохая жизнь.

Когда я вырасту, стащу немного золота, сбегу и буду жить в свое удовольствие. Но сперва надо перерасти кроватку. А для этого нужно слушать Лили, хорошо кушать и усердно тренироваться. Ух. Я легла на спину и активно зашевелила ножками.

– Взгляни на нее. Ее же ветром сдует. Одно неосторожное движение, и ее не станет.

– Верно. И вообще, нас случайно определили в это место… Ты, кстати, слышала о призраке, что появляется по ночам в кухне?

– Жуть какая. Кто знает, может, и мы когда-нибудь такими станем.

Горничные продолжали шептаться, поглядывая на меня. Но я не то, чтобы не понимала их. Конечно, мне тоже не очень хочется жить во дворце, где погибло столько людей. Вот накоплю денег – и обязательно сбегу! Я еще раз пообещала это себе.

– Хе-хе-ха.

У меня сейчас было прекрасное настроение. Я широко улыбнулась побрякушке передо мной, и Лили улыбнулась мне в ответ.

– Вам такое нравится?

– О-а!

Мое любимое золото. Такое красивое! Я обрадовалась, увидев перед собой круглый золотой шар, и мило посмотрела на Лили. Когда я засмеялась и потерлась об него щекой, Лили поцеловала меня. Похоже, у нее тоже было хорошее настроение.

Прошло еще немного времени, и я уже могла ползать по ковру без особых усилий, а мои глаза жадно блестели при виде золота и драгоценностей, которые украшали комнату. Дворец не зря назывался императорским – он был позолочен сверху донизу. Даже стены были усыпаны драгоценностями. Это ведь настоящие золото и драгоценности?

Как бы то ни было, пока я продолжала тянуться к золоту и украшениям, Лили решила, что мне просто нравятся блестящие штучки. После этого она стала мне приносить золотые погремушки, игрушки на веревочках – у меня от всего этого глаза разбегались. Сам дворец был великолепен, вероятно, из-за того, что раньше в нем жили наложницы. Однако ввиду нехватки бюджета у меня почти не было игрушек.

– Если вам надоест, я принесу что-нибудь другое.

И без того красивую голову Лили словно озарил нимб. Лили – моя золотая рыбка!

– Ам. Оуа-а-а!

Я лежала на ковре и играла с мячиком, который мне принесли. Я была ограничена в движениях, поэтому просто катала его по полу, Лили меня не останавливала. Нужно будет сохранить мячик. Хе-хе-хе. Фу, слюней напускала.

Жизнь в Рубиновом дворце текла спокойно. Сперва я немного переживала, но после нескольких месяцев без происшествий решила, что император забыл о моем существовании.

Лили и другие горничные, нервничавшие из-за того, что император может устроить очередную кровавую баню, теперь успокоились. И конечно, рассказы о призраках, обитавших в купальне и на кухне, по-прежнему не давали им покоя.

Я хорошо питалась, тренировалась, много спала и с каждым днем становилась все сильнее. Лили превосходно обо мне заботилась, и я росла здоровым ребенком, даже не получая шишек и синяков. Но мне все равно хотелось поскорее научиться ходить, чтобы как можно быстрее собрать деньги на побег.

Возможно, мне просто казалось, но у меня было стойкое ощущение, что из моей комнаты пропадают драгоценности. Может, Лили их убирала из страха, что я случайно что-то уроню, пока буду ползать по комнате.Хнык. Нет, мое золото. Верните мне мое золото!

– Фу!

Вместо того чтобы спокойно играть с мячиком, я громко позвала Лили. Я промочила штанишки. Хе-хе-хе. Неловко, конечно, но мне нужно сменить подгузник.

– Маг башни – сильнейший маг в мире.

Я сидела у Лили на руках и рассматривала книгу. Однако это была не книга сказок, а почти что учебник, где история основания страны излагалась в одном томе с парой иллюстраций.

Я терпеливо слушала, потому что у меня было много вопросов об этом месте. Хотя не думаю, что обычный ребенок моего возраста смог бы разобраться в такой сложной теме.Хм-м-м. Может, Лили просто интересовалась развитием малышей. Но сборник рассказов, который она мне читала, был увлекательным, поэтому я слушала с интересом. Но кое-что особенно привлекло мое внимание.

Магия существует! В этом мире есть маги! Почему-то мне показалось, что я не в какой-то другой стране, а в другом мире. Эх, честно говоря, я не поверила, когда впервые услышала, что император – маг. Но раз об этом в книге написано, мне не оставалось ничего иного, как отбросить свои сомнения.

– Еще!

Я указала на одну из иллюстраций, которую Лили не пропустила, перелистывая страницы, – изображение темной башни, обвитой колючими лианами.

– Говорят, если маг из этой башни задастся целью, он может стереть с лица земли всю империю.

Я была взволнована тем, что впервые столкнулась с магией. Хочу ее увидеть! Хочу увидеть магию!

– Вот почему говорят, что маги замораживают собственные сердца.

Теперь этот скучный учебник казался сказкой. История мага из Черной башни, которую прочла Лили, была очень интересной.

– Когда сердца магов переполняют эмоции и страсть, они не руководствуются разумом и холодным расчетом. Маги используют свои силы для личных дел, а не для высшего блага.

– Ух ты…

Глава 3

«Существует легенда, согласно которой современная правящая династия империи Обелия смогла восстановить свое влияние благодаря магу башни, сокрушившему Древнюю Обелию».

Само собой, будь то миф о создании государства или легенды, что передавались из уст в уста, почти наверняка роль магов в них либо преувеличена, либо искажена. Тем не менее, слушать эти истории было безумно интересно. А у меня появилось еще одно желание: собственными глазами увидеть живого мага, во что бы то ни стало.

С бьющимся сердцем я внимательно слушала и другие истории, которые читала мне Лили. Но кое-что особенно привлекло мое внимание.

– Уо-о! Уа-а!

Что это тут такое? Уставившись на иллюстрацию, я тыкала в нее пальцем. На картинке был изображен мужчина: он стоял возле трона, вонзив в него огромный меч.

– Бог ты мой! Вы же знаете, кто здесь изображен?

Да откуда же мне знать?

– Правильно. Это ваш отец, принцесса.

«А?! Что?! Неужели тот, который бросил свою дочь и пропал неизвестно где?»

– А-а-ы-ы-о-о! Ы-ы-э-э-и!!

«Вот подонок! Мерзавец!» – осыпала я проклятьями мужчину из детской книжки.

– Ах, принцесса! Какая вы у нас умница!

Едва увидев, как я яростно тычу пальцем в страницу с изображением, Лили принялась восхищенно гладить меня по голове. И пусть я не могла прочитать текст в книге, но из рассказов Лили я ясно поняла, что человек на картинке – мой отец и правитель империи Обелия.

Согласно книге, прежний император увлекся черной магией и погряз в тирании, а нынешний правитель героически его сверг и занял трон.

Оказывается, тот негодяй, который устроил кровавую резню в Рубиновом дворце, а теперь делает вид, что не знает собственную дочь, в книге описан как доблестный воин. Ну и как теперь верить всем этим книгам?! Пусть даже это всего лишь сборник сказок! Я почти задыхалась от обуявшего меня гнева.

– Дайте-ка подумать, а ведь я ни разу не называла вам имя его величества.

Она произнесла последнюю фразу с таким выражением, будто эта мысль только что пришла ей в голову. Я наблюдала за ней с кислой миной.

– Хотите взглянуть на картинку еще разок?

А вот и не хочу! Не хочу я ничего знать об этом негодяе!

Но, услышав имя, которое она тихо прошептала мне на ухо, я почувствовала, как от ужаса кровь стынет в жилах.

– Ваш отец, принцесса, – его величество Клод де Эльджио Обелия.

Голова трещала от переполнявших ее вопросов. Что?! Что ты сказала?! Лили, как будто услышав мой немой вопрос, снова погладила меня по голове и с улыбкой произнесла:

– Клод де Эльджио Обелия – наш правитель.

Нет! Так нечестно! С какой это стати его зовут так же, как того императора из книжки?!

– А ваше имя – принцесса Атанасия де Эльджио Обелия.

О, нет, только не это! Оказывается, я тоже тезка той несчастной принцессы! Любовных романов в жанре фэнтези я отродясь не читала, да и таких дурацких длинных имен никогда раньше не слышала. Видимо, поэтому оно сразу же отпечаталось у меня в памяти. Неужели реальность, в которой я оказалась, похожа на мир из книжки про императора и принцессу?

Пока все сходится настолько, что мне даже как-то не по себе. Кажется, у меня нервы разыгрались. Не из-за них ли пробежал холодок по шее? Ох-ох…

Так-так, что же там было в той книжке… «Милая принцесса» – так назывался сетевой любовный роман, который некогда завоевал бешеную популярность. Конечно же, я узнала об этом благодаря той девочке, что однажды забыла свою книжку в интернет-кафе, где я работала. От нечего делать я прочла ее, когда скучала на работе поздней ночью. И многое в сюжете показалось мне лишенным всякого смысла.

В книге, как и следовало из названия, была милая принцесса, а именно вторая принцесса империи Обелия – Дженит. По сюжету принцесс было две, но одной из них досталась второстепенная роль, и жизнь ее закончилась трагически. Так что можно считать, что роль главной героини заслуженно принадлежала Дженит. Она была настоящей красавицей с белокурыми волосами и голубыми глазами цвета топаза – символа империи Обелия.

Дженит была не только хороша собой, но и обладала ангельским нравом. Потому все ее и любили. Не только подданные империи, но и знатные юноши со всех концов материка отправляли Дженит страстные признания в любви. Среди тех, кто относился к Дженит с трепетом, был и сам император Клод.

Тут напрашивается логичный вопрос: разве любовь отца к дочери не безусловна? Однако к Клоду это точно не относится. Он был незаконнорожденным сыном императора и фрейлины. Проблема заключалась в том, что Клод, несмотря на низкое происхождение, был очень талантлив. А его старший брат, напротив, был столь бездарен, что только и ждал возможности избавиться от сводного братца.

После смерти старого императора старший брат взошел на трон, но Клод по-прежнему оставался для него костью в горле. Ему так сильно не давал покоя сводный брат, что он даже решился прибегнуть к черной магии, попытавшись его убить. Защищая свою жизнь, Клод сразился со сводным братом. Что и говорить, битва была на редкость кровавой и жестокой. Победив, Клод стал императором, но все его чувства умерли. Убийство брата превратило его в холодного и эмоционально опустошенного человека. И единственной, кому удалось растопить лед в его сердце, стала прекрасная Дженит.

Клод узнал о существовании Дженит, лишь когда ей исполнилось четырнадцать. До этого девочка жила на попечении семейства Альфиосов – одного из трех влиятельных герцогских родов в империи. Мать Дженит происходила из рода маркизов и была помолвлена с Клодом. Но когда выяснилось, что она была близка с бывшим императором, Клод изгнал ее из дворца. Дженит появилась на свет в изгнании, и мать умерла при родах.

Тетя Дженит, старшая сестра ее матери, на тот момент была замужем за графом. Скрыв факт рождения Дженит, она решила отдать племянницу в семью Альфиосов, члены которой были известны своей набожностью. Это было необходимо, чтобы защитить девочку от Клода, который тогда был вне себя от гнева. Так император узнал о существовании Дженит лишь спустя долгое время.

Конечно же, Клод, в чьих жилах текла голубая кровь, сначала не проникся к Дженит теплыми чувствами. Но не стоит забывать, кем была наша героиня Дженит. Не ей ли достались все звезды с неба, не ее ли природа наделила невероятным очарованием? В конце концов, даже Клод, чья душа была похожа на промерзшую глыбу льда и источала холод, не смог устоять перед обаянием дочери.

Позже Дженит обрела надежную защиту в лице могущественного отца. Вдобавок ей достался самый завидный жених империи лорд Иджекиил, который влюбился в нее, пока она была воспитанницей в доме семейства Альфиосов. И после жила она в счастье и достатке!

О боже!

Так нечестно!

Вспоминая содержание романа, я принялась нервно мусолить во рту краешек одеяла. Хлопковая ткань поскрипывала, зажатая между моих детских зубов. Не знаю, возможно, все дело в простой зависти, но героиня Дженит вызывала во мне сильную неприязнь.

Уж не потому ли, что она была ангелом во плоти и за всю свою жизнь ни разу не видела зла. Все вокруг души в ней не чаяли. Но когда ей удалось растопить даже сердце Клода, меня охватил такой гнев, что я швырнула книжку на стойку, за которой сидела.

Какие же они оба противные – эти Клод и Дженит! Именно такое впечатление осталось у меня от прочтения «Милой принцессы». Ну, а как тут не разозлиться? Особенно если вспомнить о второй принцессе – несчастной Атанасии, – которой пришлось жить в забвении, пока путь Дженит был устлан цветами.

Принцесса Атанасия – сестра и ровесница белокурой и голубоглазой Дженит. Атанасия была дочерью безродной танцовщицы и, также как и Дженит, лишилась матери при рождении. Но ее жизнь сложилась совершенно иначе.

Клод узнал о рождении Атанасии почти сразу и заточил дочь во дворце для наложниц. Бедняжка Атанасия, порядком натерпевшись от горничных, которые за ней присматривали, выросла тихой и застенчивой, словно рыба-луна.

Она впервые увидела отца в свой девятый день рождения. Невозможно даже представить, чтобы Клод вспомнил о дне рождения собственной дочери. Он закатил большой прием в честь посла из соседней страны.

Привлеченная светом и шумом торжества, Атанасия поздним вечером покинула покои Рубинового дворца и случайно забрела в сад, где и встретила Клода. Император взглянул на нее с полным безразличием и прошел мимо. Тем не менее для Атанасии, которая так жаждала родительской любви, эта встреча была судьбоносной. И впредь, пока не объявилась Дженит, она робела при виде Клода, который неизменно был к ней холоден.

В то же время девушка прилагала немало усилий, чтобы заслужить любовь отца. Она выросла утонченной и воспитанной. Но в день ее дебюта в императорском дворце, когда ей исполнилось четырнадцать, объявилась Дженит. Прекрасной принцессе покровительствовал лорд Альфиос, и всем надеждам Атанасии суждено было разбиться.

Прекрасная, блистающая Дженит сразу затмила сестру. Атанасия на ее фоне казалась невзрачной и полной печали девушкой, чей образ будто бы укутан туманом. Ничего удивительного, что окружающим больше пришлась по душе Дженит.

По мере развития сюжета книги Дженит проявляла себя как положительная героиня, читателю давали понять, что она и есть та милая принцесса. В то же время и Атанасия, несмотря на свою робость, была наделена добрым нравом. И доброта ее поистине не знала границ…

Она не завидовала Дженит, которая объявилась во дворце позже нее и перетянула на себя всеобщее внимание и восторг. Атанасия даже жалела ее, когда та, оказавшись в непривычной обстановке, чувствовала себя неловко в присутствии Клода. Она жалела ее так сильно, что даже помогала освоиться в императорском дворце!

О, боже! Ну, разве не идиотка?! Надо же и о себе подумать! Ради чего помогать сопернице?

Как бы там ни было, Атанасия уступила Дженит даже любовь отца, которой так жаждала. Наверное, «уступила» слишком громко сказано, он ведь никогда не относился к ней как к своей дочери.

А закончилось все тем, что несчастная принцесса Атанасия погибла от руки собственного отца. Случилось это тогда, как во время бала Дженит упала в обморок, сделав глоток из отравленного кубка, и Атанасию обвинили в покушении на жизнь сестры.

Обвинение было ложным. Виновницей была супруга графа, тетя Дженит. Она пошла на этот шаг, чтобы устранить Атанасию, в которой видела угрозу. Графиня мечтала сделать племянницу главной претенденткой на трон. Но это было лишним, ведь положение Атанасии, которую Клод просто не замечал, и так было жалким. У нее в любом случае не было ни единого шанса.

К тому же, бедняжка Атанасия была не способна на подобный шаг. Да если бы эта глупышка узнала о том, что Дженит в опасности, она бы сама схватила кубок и выпила отраву. Ведь больше всего на свете она боялась, что Клод огорчится, если что-то случится с Дженит. Такой уж жалкой идиоткой была принцесса Атанасия.

Все, чего добивалась графиня, – это заточить Атанасию в темницу и устранить ее как соперницу в борьбе за престол. Но Клод был не из тех, кто поддается чужим интригам. Пока Дженит была на грани жизни и смерти, он казнил Атанасию, вина которой еще не была доказана. Он совершил это в день ее восемнадцатилетия – ровно через девять лет после того, как впервые встретил ее.

Вот это злая ирония!

Глава 4

Позже стало ясно, что все беды произошли из-за коварных козней графини. Но было уже поздно: Атанасия давно покинула этот мир. Клод, для которого существовала только Дженит, не испытал ни вины, ни сожалений.

Дженит, как и положено идеальной героине, конечно, грустила по погибшей сестре. Однако ее печаль быстро растворилась в объятиях Иджекиила, ее преданного возлюбленного.

«И жили они долго и счастливо», – такими словами оканчивалось повествование. А я не знала, смеяться мне или плакать.

– Ох!

Чем больше об этом думаю, тем сильней бешусь. Мне все еще невдомек, зачем вообще автор ввел в сюжет героиню, которая должна была так нелепо погибнуть.

Та школьница, что явно была большой поклонницей этого произведения, с жаром бросилась меня убеждать. По ее мнению, Атанасия нужна была лишь для того, чтобы подчеркнуть образ деспотичного императора Клода, в чьем сердце оказалось место для одной лишь Дженит. Она еще наплела кучу всякой чепухи про очарование юности в образе принцессы и про идеальный сюжет, который искусно сочетает сюжетные линии всех женских романов. Но я быстро потеряла интерес и пропустила все мимо ушей.

Что ж, я вовсе не была в восторге от Атанасии. Но все же, она была получше, чем Клод или Дженит. Конечно, мне тоже было глубоко плевать на окружающих, мой главный принцип – чтобы я была счастлива. Но здесь было нечто совсем другое. Почему? Да потому, что я, похоже, оказалась в теле Атанасии из того самого романа!

– Уа-а-а!

Мне вдруг стало так невыносимо обидно, что я громко заревела. Я все пыталась гнать подальше эти мысли, но закрывать глаза на очевидные факты было уже невозможно. Слишком много совпадений с этим проклятым романом. Сколько бы я ни пыталась отмахнуться от этого странного ощущения дежавю, все мои старания шли прахом.

– Ваше высочество!

Дверь открылась, и в комнату вошла Лили, откликнувшаяся на мой рев.

– И что это наша принцесса расплакалась?

Она обняла меня и взяла на руки, а я продолжала рыдать, привычно уткнувшись в ее мягкую теплую грудь. В последнее время из-за резких перепадов настроения я и так была на грани, а стоило мне увидеть лицо Лили, как слезы хлынули с двойной силой.

– Может, хотите кушать?

Лилиан Йорк – единственная героиня «Милой принцессы», которая до последней секунды верила, что Атанасия ни в чем не виновата, и пыталась ее спасти. За это она поплатилась жизнью – Клод казнил и ее.

Лилиан сама пришла в Рубиновый дворец и вызвалась помогать ухаживать за Атанасией, став для нее кем-то вроде няньки. Она сделала это из-за Дианы – погибшей родной матери Атанасии.

Хоть Диана и была танцовщицей, которую клеймили за низкое происхождение, она все же была очаровательной женщиной: у нее были светлые волосы, напоминавшие сияние луны, и глаза цвета фиалки. К тому же она была такой искусной танцовщицей, что во время балов исполняла перед гостями главную партию.

Уставшая от дворцового быта Лилиан на очередном балу увидела выступление Дианы. Ее пленили легкие движения девушки, которая порхала по сцене, словно на крыльях. Лилиан мечтала увидеть ее снова. Но Диана умерла сразу после рождения Атанасии.

– Уа-а-а!

Клод, вот скотина! Уа-а-уа-а! Как только я заревела с новой силой, на лице Лилиан отчетливо отразилось беспокойство.

– Бог мой, принцесса! Да что вдруг стряслось?!

Но разве могла я теперь успокоиться? Ведь сколько об этом ни думай, но мир, в котором я очутилась, оказался точь-в-точь таким же, как в той несчастной книжонке.

О дружбе Дианы и Лилиан упоминалось лишь вскользь. Тем не менее девушка произвела на меня неизгладимое впечатление.

Это была прочная и прекрасная дружба, прямо как у главных героинь в романе «Аня из зеленых мезонинов», что в детстве попался мне под руку, когда я пришла в гости к однокласснице. У меня никогда не было настоящих друзей, поэтому я всегда мечтала о такой подруге.

Но ведь в конце Лили встала на сторону Атанасии и тоже погибла. Уа-а-а!

– А может, пора сменить пеленки?

Эй! Постой! Я не описалась! Не хочу я есть, и пеленки не грязные!

Божечки! С меня бесцеремонно стащили одежду, и теперь я вопила, извиваясь всем телом. Само собой, с тех пор как я оказалась в теле младенца, такое происходило регулярно. Но для моей психики это все еще был травмирующий опыт.

– Да какая муха вас вдруг укусила?!

Похоже, Лилиан сильно переживала из-за того, что не могла выяснить причину моего внезапного плача. Но и мне самой было не легче. Как бы мне ни хотелось обо всем рассказать, я не могла вымолвить ни слова. Я оказалась в полной безысходности. Не важно, будь то реинкарнация или переселение душ, все это было просто нелепо! Но теперь это уже слишком!

О, Лилиан! Ну почему тебя зовут Лилиан? Почему Диана – это Диана, а Клод – это Клод? И главное: почему я – Атанасия? Ну почему?! Я хочу быть Дженит, а не Атанасией!

– Не плачьте, принцесса! Я рядом.

Слушая убаюкивающий голос Лилиан, я еще немного поплакала. Все, что мне теперь остается, – это поскорей вырасти, чтобы сбежать из этого несчастного дворца. Время, пожалуйста, лети быстрее!

Ясный и солнечный весенний день. В саду Рубинового дворца, за которым давно никто не ухаживал, повсюду буйно расцвели цветы. Я пробежала в окружении дрожащих лепестков –топ-топ-топ – и легонько дернула за подол горничную, которая быстро шла вдоль галереи.

– Няня-няня!

Сегодня тот день, когда во дворец привозят провизию на неделю: различные овощи, мясо и морепродукты. Скорее всего, она, только что закончив прием продуктов, шла по другим делам.

Услышав, как я ее окликнула, она повернулась и посмотрела на меня сверху вниз. А я, устремив на нее взгляд бездонных сверкающих глаз, придала лицу самое умилительное выражение.

– Ати хочет шоколада!

Мне пять! Уже целых пять лет! И никакая я не тихоня! Никого не стесняюсь… Черт! Вообще-то, чувствую себя ужасно неловко!

– Милая принцесса! Вы что, хотите шоколада?

– Да! Люблю шоколад! Хочу много-много!

Похоже, горничная поддалась моим чарам, ее щеки зардели, и она начала шарить рукой в кармане фартука. Это Ханна, она работает на кухне, и мне прекрасно известно, что у нее для меня всегда припрятана шоколадка или конфета.

– Вам так нравится шоколад?

– Ати любит шоколад! Во-о-от так! – Вытянув вверх обе руки, я рисую в воздухе огромный круг. Мне немножко неловко, но, притворившись разок милой, можно раздобыть сладостей, что того стоит.

– Ати любит Ханну!

– Божечки!

– Гив ми! Гив ми э чоколит!

– Ханна, ты чем тут занята? – Кое-кто решил помешать моим грандиозным планам выклянчить шоколад у горничной.

– Сет!

– Ты что, не слышала, что сказала госпожа Лилиан? Она же велела не давать ей сладкого!

У девушки, что появилась в дальнем конце галереи, будто бы на лбу было написано «стерва». Она была стройна и прекрасна, но холодна. Ее звали Сет, и она уже не раз появлялась так же неожиданно, мешая другим горничным угостить меня сладким.

– Ну, ведь ничего страшного не случится, если дам всего одну!

– Случится, ты ведь не одна такая наивная.

Эй! А ну не смей вставать между мной и шоколадом! В отличие от Ханны Сет держалась холодно и казалась нелегкой добычей, но я не собиралась так легко сдаваться.

– Няня! – Легонько потянув и ее за подол, я снова атаковала взглядом огромных печальных глаз. – Ати хочет шоколадку… – Я изобразила на лице самое жалобное выражение и вдруг заметила, как лицо горничной начинает понемногу смягчаться.

– Ваше высочество, вам же нельзя.

Но я-то вижу, что к тебе в душу уже закрались сомненья.

– Ну правда нельзя, принцесса…

В конце концов, я победила. В следующий миг она опустилась передо мной на корточки и насыпала мне в ладонь горсть шоколадок.

– Только чур ничего не говорите госпоже Лилиан.

Лили, на чьих плечах уже давно лежала полная ответственность за мою жизнь, в последнее время стала беспокоиться о здоровье моих зубов. Она запретила всем угощать меня сладостями, и поэтому у нас с горничными появилась маленькая тайна.

– Спасибо, няня! – Со счастливой улыбкой я чмокнула ее в щеку.

Под напором моего очарования черты ее лица сами собой смягчились. Вы только гляньте! Выходит, она только кажется строгой, а на самом деле у нее доброе сердце? О нет! Она строгая красотка, которая добра только ко мне! Вот и отлично!

– Эй, Сэс! Это было подло! Ты только за этим вмешалась?

– Хм! Ты о чем это? Думаешь, я, как и ты, делаю все только для личной выгоды?

– А зачем ты принцессе дала шоколаду? Это, вообще-то, был мой поцелуй!

За моей спиной начиналась ссора. А я –топ-топ-топ – поспешила удалиться с веранды, опасаясь случайно наткнуться на Лили. Я будто сбегала из ресторана, не заплатив за обед.

Время пролетело, словно стрела, и вот мне уже целых пять лет.

Когда Лили заставала меня за подобным занятием, она каждый раз говорила, что нельзя лебезить перед слугами и сближаться с ними. Но так я пыталась сделать свою жизнь здесь более легкой и комфортной.

К тому же принцессе, заточенной в уединенной крепости, важно не потерять чувство собственного достоинства. Ценой невероятных усилий мне удалось добиться того, чтобы горничные, что прежде относились ко мне с презрением, начали угощать меня сладостями и ласково говорить со мной. Я считала это большим достижением.

Конечно, в обычных обстоятельствах, если бы горничная осмелилась первой со мной заговорить, это считалось бы оскорблением члена императорской семьи. Но в нашем дворце о таком и не слыхали. И едва я научилась ходить, как твердо решила заслужить расположение слуг.

Раньше они относились ко мне, как к ничтожеству. Стоило мне заплакать без причины или нечаянно что-то пролить, как слышались ворчание и насмешки. Но я вдруг осознала: завязать с ними дружбу было бы гораздо полезнее для меня.

Ведь моя жизнь и так висела на волоске по милости Клода. Так стоило ли вдобавок ко всему враждовать с горничными и терпеть их дурное обращение. К тому же именно так вела себя Атанасия из книжки.

Я окончательно укрепилась в своем решении, когда поняла, что мне вовсе не кажется, будто из моей комнаты начали исчезать драгоценные элементы декора. Только не надо насмехаться над моей меркантильностью! Тем, кто в жизни не испытывал нужды, этого не понять!

Все, кто состоял на службе у императорской семьи, носили дворянский титул. Тем не менее, придворные дамы, обитавшие в Рубиновом дворце, происходили не из знатных родов.

После того как Клод перебил тут всех скопом, никто больше не хотел идти на службу во дворец. Ведь случись здесь убийство, никто и пикнуть не сможет. Поэтому новые слуги, которых отправили сюда против воли, были выходцами из семей баронов и виконтов, чей социальный статус был невысок. Только такие дамы попадали к нам на службу. Я слышала, что их семьи были на грани краха и даже в обычной жизни эти девушки влачили довольно жалкое существование, перебиваясь поденной работой.

Оказавшись в Рубиновом дворце, где все напоминало о кровавой расправе, они поначалу вздрагивали от каждого шороха. Но со временем все поняли, что императору, который меня здесь заточил, глубоко на меня плевать.

С тех пор моя жизнь стала скучнее некуда.

Глава 5

Горничные боялись Клода. Однако страх поутих, когда стало понятно, что он не планирует приходить в Рубиновый дворец. И они принялись разворовывать бюджет. Да и новых женщин в гареме императора не появлялось, поэтому никто не видел в этом ничего ужасного.

Сперва это было трудно заметить, но со временем горничные так осмелели, что закрывать на это глаза было уже невозможно. Они даже начали выносить украшения из дворца и снимать драгоценности со стен.

Ух, ну дают. Поговаривают, что Клод в последнее время почти никого не казнит, да и ведет себя тихо, вот они и осмелели.

Я заметила исчезновение драгоценностей из моей комнаты раньше, чем Лили. Ведь мне, мечтавшей тайком присвоить их, было особенно обидно: мой потенциальный «улов» таял на глазах.

Мне даже хотелось пойти к императору и пожаловаться на наглость прислуги. Но Клод не из тех, кто на фразу «Папа! Меня обижают!» ответит: «Ах, вот как! Моего ребенка?»

Он скорее скажет: «Хм? Ты еще жива?» – и перережет мне горло. Конечно, есть вероятность, что это всего лишь заблуждение. Быть может, то, чего я опасаюсь, не произойдет. Однако я не стану рисковать. Я для себя важна, знаете ли!

Вот так, прямо у меня на глазах, меня лишали золота. Мне оставалось лишь плакать, когда служанки под моим пристальным взглядом засовывали в фартуки что-то вроде золотого подсвечника.

Эх, мое золотишко забрали! Нечестно.

Однако проблему решила Лили. В ярости она устроила разнос главной горничной. Именно тогда я окончательно убедилась: Лили, а не я на самом деле была самым влиятельным человеком в Рубиновом дворце. Я чувствовала это, когда она приносила мне в детстве золотые игрушки и когда другие служанки разговаривали с ней уважительно. Меня это не беспокоило, ведь она мне нравилась.

Воровок выгнали из Рубинового дворца, отобрав у них все награбленное. Но странным было то, что ничего из украденного так и не вернулось в мою комнату.

Куда оно испарилось, мое золото?! Я с подозрением смотрела на старшую горничную, но могла лишь недовольно на нее ворчать. Я запомнила ее еще с того самого раза, как она отказалась купить мне погремушку под предлогом ограниченного бюджета.

Единственным утешением было то, что из-за большого количества пустых мест никто бы не заметил, если бы я тайком вынесла из дворца пару вещичек. Нет, поправочка. Это мой дворец, так что я не краду, а беру на хранение. Да, я храню свои драгоценности и золото отдельно!

Но тут тоже приходилось знать меру. Лили в последнее время пристально разглядывала внутреннее убранство дворца, и я беспокоилась. Меня мучила совесть, ведь интерьер и правда стал беднее. Я так долго собирала деньги на побег… Если Лили подумает, что повторяются события трехлетней давности, то она перевернет весь дворец вверх дном, и у меня будут проблемы. Нужно на какое-то время залечь на дно.

– Ваше высочество, куда вы идете?

– Хи-хи, я иду к Лили!

– Вот как. Но сперва вам нужно вытереть рот. Шоколад, похоже, был вкусным.

Проходившие по коридору горничные окликнули меня и вытерли мне рот платком.

На моем лице были следы шоколада. Я закинула его в рот прежде, чем Лили меня поймала. Служанки посмеивались надо мной, а я сгорала от стыда. Неужели я правда стала ребенком просто из-за того, что нахожусь в этом теле? Ах, как же неловко.

– Только никому не говорите, что я ела шоколад!

– Хорошо, принцесса.

Меня больше пугал не мой позор, а то, что Лили меня отругает. Я помахала горничным на прощание и скрылась с места происшествия. Фу, у меня еще и руки все в шоколаде.

Я решила просто вытереть их о платье, но вспомнила, что оно сегодня светлое. Ну, ладно. Рядом есть фонтан. Поскольку раньше здесь жили наложницы императора, тут много красивых фонтанов, озер и цветочных садов. А следили за этим всем… Ну, кто-то, наверное, следил. Мужчинам, не являвшимися родственниками, было запрещено появляться в резиденции принцессы, поэтому работали здесь только женщины.

Встретив по дороге еще пару горничных, я подошла к фонтану, где установлена статуя ангела. Говорят, что это ангел, но он был изображен в столь соблазнительной позе, что походил больше на куртизанку, чем на посланца Бога.

В этом дворце вообще все статуи такие. Это потому, что здесь был гарем? Как бы то ни было, Рубиновый дворец – не лучшее место для детей. Хоть мои глаза и наслаждались красотой каждый день.

Ах. Ты и сегодня в прекрасной форме, ангелочек.

Плеск-плеск. Я принялась смывать с рук шоколад в фонтане. С моим ростом мне пришлось встать на носочки, чтобы достать до воды. Но я слишком сильно оттолкнулась от земли и потеряла равновесие. Божечки, я уж думала, что свалюсь в воду.

Пока я пыталась удержаться, поверхность воды успокоилась, и я увидела свое четкое отражение. Засмотрелась настолько, что забыла вернуться на землю и пробормотала:

– Хорошенькая.

Звучит так, будто я хвастаюсь, но мое отражение на водной глади… было чересчур красивым. Ах. Этот прекрасный и милый ребенок – я! Если бы я такого перед собой увидела, я бы его затискала.

Щечки были достаточно пухлыми, чтобы их можно было ущипнуть, а глаза размером с кулак прекрасно смотрелись на очаровательно круглом личике. Волнистые от природы волосы были мягкими, но не пушистыми, а глаза – большими и ясными, с длинными ресницами.

С таким красивым лицом можно было бы уже работать актрисой или моделью. Прекрасные волосы золотого цвета достались мне от Дианы, но вот выразительные глаза – от Клода.

Я посмотрела на свое отражение в воде и на мгновение замерла.

– Хе-хе.

На первый взгляд я была просто милым и хорошим ребенком. Но мои глаза были особенно красивыми.

Лили говорила, что глаза цвета топаза – отличительный признак членов императорской семьи. Автор книги «Милая принцесса» не жалела эпитетов для описания глаз Дженит. Когда я читала, не могла не посмеяться с такой банальщины, но теперь я поняла, что описание было точным.

Глаза были не просто красивыми, а загадочными. В зависимости от того, под каким углом на них взглянуть, они меняли цвет от насыщенного зеленого до ультрамаринового синего.

Все считали, что в Обелии лишь у Клода и у меня были такие глаза. Однако это не так. Ведь Дженит сейчас припеваючи живет в доме герцога Альфиоса.

Нет, я все еще не потеряла надежду, что это не тот самый мир из проклятого романа!

Люди в этом мире обладают магией, однако у императорской семьи она особенная, именно поэтому и цвет глаз у нас такой. Так это объясняли в книге, которую принесла мне Лили, но я не уверена, что правильно все поняла. Главное, что глаза красивые.

– Ваше высочество! Осторожнее!

Тут меня неожиданно обняли чьи-то теплые руки. Я сперва удивилась, но быстро поняла, кто это.

– Просила же вас не ходить одной, а вы меня совсем не слушаете.

Я устроилась поудобнее в руках Лили и улыбнулась ей.

– Лили, я соскучилась!

Девушка в ответ на мои заискивания лишь вздохнула. Она была так же прекрасна, как и четыре года назад. Я всегда любила дурачиться, поэтому и в ее присутствии себя не сдерживала.

– Ваше высочество, вы сегодня ели шоколад?

Ой. Я почувствовала, как улыбка застыла на моем лице. Ах, как она узнала?

– Мне Ханна все рассказала. На этой неделе больше никакого сладкого.

Не-е-ет. За что?! Ханна, ты предательница! Теперь меня на целую неделю лишат шоколада! Какое бы жалобное личико я ни строила и как бы ни старалась вызвать сочувствие, Лили осталась непреклонной. Не-е-ет, мой шоколад!

Чуть позже я собирала цветы в саду.

– Ваше высочество, а можно и мне цветочек?

– Нет! Ты очень плохая!

После обеда Ханна поменялась с другой горничной и начала ходить за мной хвостиком. Похоже, ей было скучно. Она достаточно хорошо относилась ко мне, чтобы носить мне сладости, а теперь ей захотелось мой цветочек. В любой другой день я бы с радостью его ей отдала, но не сегодня.

Ханна рассказала Лили, что я ела шоколад! Конечно, она не хотела этого делать и якобы не сдержалась, ведь расстроилась, что я сперва поцеловала Сет, а не ее. Но ошибка есть ошибка.

– Ваше высочество, ну пожалуйста!

Несмотря на нытье Ханны, я продолжала собирать цветы. Я собиралась сделать большой венок для Лили, которая пошла на встречу с главной горничной. Нет, что вы, я вовсе не хотела задобрить Лили и убедить ее отменить шоколадное наказание. В общем, собрав белые цветы, которые, как по мне, прекрасно подойдут ей, я оказалась в тупике. Сделать венок только из одинаковых цветов – слишком скучно. Ах, придумала! Надо по центру поместить большой и красивый цветок!

– Ханна, как думаешь, какой цветок сюда подойдет?

Когда я заговорила после долгого молчания, глаза ее засияли.

– Вы же хотите подарить его Лилиан? Тогда, может, голубой или фиолетовый? Хм. Желтый тоже будет хорошо смотреться.

Ханна задумалась и сказала, что найдет подходящий цветок. А я решила еще раз пройтись по саду. Если во время поиска цветов для Лили найду что-то для Ханны, то можно будет сделать веночек и для нее… Какая я добрая.

Увидев, как Ханна меня любит, я решила перестать дуться.

– Цветочки живут в саду.

Я ходила по саду, напевая детскую песенку.

– А мы живем в детском саду.

Спустя некоторое время я поняла, что покинула пределы Рубинового дворца.

– Ах!

О нет, где это я? Я растерянно оглянулась по сторонам.

Глава 6

Я шла по бескрайнему цветочному саду. Я видела его впервые и постоянно оглядывалась по сторонам. Территория дворца так велика, что было трудно понять, где она начинается, а где заканчивается. Как же я вернусь обратно? Ведь я не все время шла по прямой. Похоже, я впервые потерялась в этом мире.

Так, спокойно. Сам дворец гигантский – его отовсюду видно будет. Так и оказалось. Стоило мне только поднять взгляд, как я заметила стену дворца. Я побежала к ней, держа в руках букет цветов.

– Что это?..

Однако вышла я не к Рубиновому дворцу. Это место казалось еще более безлюдным. Настолько пустынным, что дух захватывало. Тем не менее, здесь было довольно чисто, значит, кто-то все-таки следил за порядком.

Как забавно: я просто пошла собирать цветы, а нашла какой-то другой дворец. Хм, погодите-ка. Дворец, в котором никто не живет?

– Хм…

У меня глаза загорелись. Если дворец никому не нужен, значит, им могу воспользоваться я? Я же как раз ломала голову, где мне спрятать средства на побег. Похоже, это судьба. Я, конечно, прятала свои сокровища по разным закуткам Рубинового дворца, но они рано или поздно закончатся. Да еще и Лили зачем-то пошла на встречу с главной горничной.

Затаив дыхание, я принялась рассматривать дворец. И только после этого я медленно пошла к нему. Проведя небольшое расследование, я выяснила, что дворец действительно убирают, но при этом тут никого нет. Вероятно, это один из дворцов предыдущего императора, но сейчас у него нет хозяина, поэтому в нем просто изредка наводят порядок.

Раз горничные здесь убирают, нужно быть осторожной. Дворец еще и рядом с моим! Невероятная удача. И вот так это заброшенное место стало моим тайником.

Я долго об этом думала и в итоге решила, что четыре года назад умерла, приняв снотворное. Стояла зима, комната не отапливалась, и в итоге я замерзла насмерть. Грустно. Но поскольку я была сиротой, у меня не было особых сожалений насчет своей предыдущей жизни. Если бы мне пришлось сейчас туда вернуться, это было бы ужасно.

Если на секундочку забыть об этом треклятом романе и пораскинуть мозгами, то я могу не работать, целыми днями кушать и развлекаться, да еще и живу в своем собственном дворце. Если это не рай, то что?

К тому же у меня была еще одна плюшка: с момента пробуждения в этом мире я понимала местный язык.

– Ли-ли!

Я громко рассмеялась, подняв листок, на котором красовались кривые буквы. В этом мире низкий уровень образования, и то, что я в своем возрасте уже начала писать, было чем-то невероятным.

Моя цель – спокойная и незаметная жизнь. Я сильно просчиталась, когда в начале прошлого года решила попробовать что-нибудь написать. Лили и горничные уставились на меня так, словно я гений.

– Наша умная принцесса.

Увидев мою сообразительность, горничные, что и так всегда восхищались мной, воодушевились еще больше. Они начали давать мне уроки этикета и правописания. Позже я узнала, что дворяне в этом мире обычно начинают обучение в возрасте восьми лет.

– Я так счастлива быть рядом с принцессой Атанасией!

Я испытывала странное чувство вины. Все считают меня гением, но они даже не подозревают о том, что я просто завладела этим телом. Я этого не хотела! Поэтому принялась отчаянно доказывать, что они ошибаются: писала с ошибками и разливала чай. Хотя толку от этого было мало. Эх.

– Ати тоже счастлива быть с Лили!

Радует во всем этом лишь то, что Рубиновый дворец был изолирован от внешнего мира и что новости вряд ли выйдут за его пределы. Маленькие радости.

В отличие от Атанасии из романа, я не допущу встречи с Клодом в девятилетнем возрасте в саду императорского дворца! И сбегу отсюда до своего восемнадцатилетия!

Ах, надо избегать Клода любой ценой. Я даже смотреть на императорский дворец не буду, пусть пока и не представляю, где он находится. Но там ведь живет император, значит, он должен быть грандиозным, верно? Нужно просто избегать любых роскошных мест.

– Ваше высочество, не хотите ли молока?

– Хочу! Но я не люблю холодное!

– Хорошо, я его подогрею.

Когда Лили вышла из комнаты, я перестала писать и поднялась на ноги. Затем я достала из-под кровати спрятанные под ней два мешочка, что когда-то выпросила у Ханны, и принялась за дело.

Убедившись, что украшения и золото, которые я незаметно снимала со стен дворца и статуй, были равномерно распределены по мешочкам, я подняла юбку. Мои милые детские панталончики, похожие на тыковку, предстали перед взором.

Я принялась быстро привязывать мешочки к ногам, пока Лили не вернулась. Я специально попросила ее принести мне теплого молока, чтобы выиграть время, но надо было поторапливаться.

Ах. Ну почему они так плохо держатся? Поломав голову, я пришла к тому, что это единственный способ вынести драгоценности из дворца, не попавшись на глаза Лили и другим горничным.

– Получилось!

Завязав узел, я встала. Как я и думала, детскому телу тяжело передвигаться с дополнительным весом, но ничего другого не оставалось. За пару таких заходов мне удастся полностью перенести накопленные драгоценности.

Кстати, в тот раз Лили встречалась с главной горничной, чтобы обсудить генеральную уборку моего дворца. Он давно в ней нуждался, а теперь, когда я подросла, Лили решила, что пришло время. Конечно, сварливая старшая горничная не хотела стараться ради меня, но таков дворцовый закон, у нее не было выбора.

Услышав об этом от Лили, я поняла, что мне нужно поторопиться со своим планом.

И вот я решила сегодня ускользнуть из дворца во время дневного сна. Как-то раз я притворилась спящей и узнала, что Лили не заходит в мою комнату, пока я сплю. Вероятно, потому что она знает, что меня никто не побеспокоит.

– Сладких снов, принцесса.

Решив, что я крепко заснула, Лили поцеловала меня в щеку и тихо вышла из комнаты. Я немного полежала, прислушиваясь, а потом осторожно открыла глаза.

Ай. Драгоценности болезненно впивались в мою детскую нежную кожу. Трудно будет перенести их в безопасное место.

Клац.

Стараясь как можно меньше шуметь, я выскользнула за дверь. К счастью, я знала, когда и где ходят горничные, и много раз выстраивала в голове маршрут, поэтому мне удалось пробраться в сад незамеченной.

Но если честно, мне было все равно, поймают меня или нет, ведь я могла очаровать любую горничную, за исключением Лили. Я ускорила шаг и пересекла цветочный сад. Я уже проделала весь этот путь в прошлый раз, и теперь точно знала, в какой стороне находится дворец.

Но в таком теле было тяжело двигаться с дополнительным весом. К тому моменту, как я добралась до дворца, я совершенно выбилась из сил и дышала, как паровоз. В довесок у меня еще и ноги дрожали. Ах, блин. Того гляди, я еще и без ног останусь. Но у меня в запасе была всего пара часов, так что надо было шевелиться.

– Так.

Я отвязала мешочки от ног и побежала к тому месту, что видела в прошлый раз. Если бы я спрятала их в самом дворце, то могли возникнуть трудности с их дальнейшим извлечением. Так что я решила закопать мешочки под открытым небом, в тенистом дворике.

Я пробралась через кусты до подходящего места. И тут возникла проблема – мне нечем копать! Дожди давно не шли, земля была слишком твердой, чтобы раскапывать ее руками. К тому же Лили сразу заметит мои грязные руки. Как быть?

После недолгих раздумий я решила спрятать драгоценные мешочки в кустах. Придется еще завтра сюда вернуться и закопать их. Нужно попросить у Ханны садовую лопаточку. Обратная дорога оказалась гораздо легче, вероятно, потому, что я бежала налегке.

По дороге в комнату я столкнулась с одной из горничных и чуть не померла со страху. Но, похоже, она решила, что я просто вышла немного поиграть. Как же хорошо, что я постоянно бегаю по дворцу. Наконец, оказавшись в своей комнате, я была совершенно измотана.

Ах. Так и помереть недолго.

Клац.

– Ваше высочество, пора вставать.

– М-м-м.

Как же тяжело, я не смогла сдержать недовольный стон. Лили сочла этот звук за сонное бормотание.

– Хм? Почему вы такая мокрая?

Удивленный голос Лили заставил меня вздрогнуть. Мне все же не удалось замести следы преступления.

– У вас небольшая температура. Неужели вы простыли?..

– Нет, мне просто жарко. Солнце такое яркое.

Услышав мой ответ, Лили обвела взглядом комнату и стерла пот с моего лба.

– С завтрашнего дня буду открывать окно или задергивать шторы. Уже почти лето. Комната выходит на юг и вправду сильно нагревается.

– Ати хочет молока. Холодного.

– Но вы же пили его перед сном.

Однако Лили все же пошла за молоком. Оставшись в одиночестве, я сразу провалилась в глубокий сон.

Глава 7

После этого я стала время от времени выбираться из Рубинового дворца. Я боялась попасться на глаза Лили, да и уходить из дворца каждый день было сложновато, поэтому я совершала свои вылазки раз в несколько дней. Немного привыкнув, я научилась двигаться с большей осторожностью. Вот только мои ноги стали толстыми и мускулистыми, как будто от бега с тяжелыми гантелями, но тут уж ничего не поделать.

Тем не менее, каждый раз, когда я уходила, меня мучали сомнения. Сказать по правде, мне ужасно нравилась моя жизнь в Рубиновым дворце. Если бы это было возможно, я бы с радостью оставалась там и дальше.

Но так как здесь меня поджидала бомба с часовым механизмом по имени Клод, как бы здорово мне ни жилось, было бы опрометчиво слепо верить, что моей жизни ничего не угрожает.

А значит, эти красивые штучки – не что иное, как моя страховка. Однажды в день «икс» они помогут мне сбежать отсюда, но никто не знает, когда он наступит.

Уже в пятый раз я привычно шагала по цветочному лугу и вскоре ступила на территорию дворца. Здесь, как и прежде, царила мертвая тишина. Но в этот раз я не пошла в сад, а направилась в то место, которое заприметила еще в прошлый свой визит.

Да! Так и есть!

Открытая планировка дворца позволяла видеть довольно отдаленные его части. В прошлый раз издалека я увидела нечто в галерее первого этажа, а теперь смогла убедиться, что не ошиблась: там были скульптуры ангелочков.

Они оказались разных размеров – некоторые выше меня, а другие – длиной всего от ладони до локтя. И все отлиты из чистого золота! Боже! В нашем дворце все статуи были сделаны из какого-нибудь камня, вроде мрамора. Я чуть не захлебнулась от восторга. Тут так много ангелочков, что если умыкнуть одного, то никто даже и не заметит.

Конечно, сейчас это будет сделать трудновато. Но, когда подрасту, может, и приберу к рукам кого-нибудь из этих малышей.

Это ведь правда золото?

Я стала придирчиво осматривать с разных сторон ближайшую ко мне статую, и когда перед глазами оказалась пухлая ягодица ангелочка, слегка попробовала ее на зуб.

Зубы-то у меня теперь крепкие!Кусь!

Шорк-шорк!

В этот момент за спиной раздались чьи-то шаги. Я так и застыла, прикусив попку ангела.

– С каких это пор в моем замке завелась эта букашка?

В моих ушах раздался леденящий душу голос. При этом звуке по всему телу стал расползаться холодок. Я рефлекторно обернулась, но, увидев нависшую надо мной тень, тут же шагнула назад.

Мне в спину уперся твердый край статуи. Как давно этот гигант стоял у меня за спиной? На меня безмолвно смотрели двое мужчин.

Один из них стоял поодаль, но я могла разглядеть его лицо. Судя по облачению, он был рыцарем. Но тот, что стоял прямо передо мной…

Бум! Дзинь!

Стоило мне осознать, кто передо мной, как все мое тело будто обмякло. Узелок, что я держала в руках, упал на пол, и его содержимое рассыпалось по полу. Драгоценные камни, которые я собирала на протяжении трех лет, переливались на белоснежном полу всеми цветами радуги.

Мужчина, стоявший позади, бросил на камни небрежный взгляд, и на лице его на миг отразилась едва уловимая эмоция. Но нависавший надо мной тип продолжал неподвижно стоять, уставившись прямо на меня, и не обратил на произошедшее ни малейшего внимания.

– Это лицо…

Блеск его холодных глаз был под стать низкому голосу. Он сверлил меня взглядом, и казалось, будто глаза его сами источали таинственный свет. Они были точь-в-точь как мои, но при этом совершенно ничего не выражали. Их будто бы не зря называли топазовыми, они действительно походили на драгоценные камни.

– Где-то я его уже видел…

Я ни разу не видела его в лицо, но сразу же поняла, кто это. Золотые волосы, развевающиеся на ветру. И топазовые глаза, которые были лишь у членов императорской семьи. Его лицо было лишено каких-либо эмоций. От этого человека исходило неуловимое ощущение, будто перед тобой хищник.

Клод де Эльджио Обелия. Отец Атанасии, сам император, глядел на меня, будто на булыжник, брошенный у дороги.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.

1

Кимбап – корейское блюдо, похожее на японские роллы.

Вернуться