Там, где любовь!
Сборник рассказов
Вероника Вуаль

© Вероника Вуаль, 2025

ISBN 978-5-0067-4645-9

Создано в интеллектуальной издательской системе Ridero

НА БЕРЕГУ НЕВЫ

В аэропорту автомобиль с водителем был на месте. Посадка прошла успешно.

Лиза посмотрелась в зеркало и сделав несколько привычных штрихов, стала ожидать выхода. Бессонная ночь оставила в глазах свою роспись. Глаза были покрасневшими, волосы лежали так, как им хотелось.

«Скорее в отель… Ванна тёплая и кофе с пломбиром» – мечтала Лиза.

– Доброе утро! Как перелёт?

– Давно ждёте? Да. Доброе утро! Спасибо. Всё хорошо. Одно желание – остановиться и понять, что я могу отдохнуть.

– Вы часто здесь бываете?

– Ой, простите! Знаете, мне как никогда хочется молча смотреть в окно.

Извините! Воспоминания…

– Вы не должны извиняться! Понял.

Лиза смотрела на мелькающие картинки знакомой дороги из аэропорта. Память начала бунтовать и наперебой предлагать моменты прошлого, которые так старательно складывались в шкатулку прошедших лет…

– Вот и всё! Приятных Вам впечатлений! Мой номер у Вас есть. По первому требованию – я у Вас! Трансфер оплачен заранее..

– Благодарю! Всё так.

Багаж подняли в номер. Приняв ванну, Лиза остановилась у большого зеркала.

«Ну нет! Нет. Так нельзя. Я словно выжатый лимон. Мне необходимо отоспаться, как минимум.»

Проспав около четырёх часов, она привела себя в порядок. Сказать в порядок – ничего не сказать. Вечером её ждал ужин в ресторане отеля. Но будет ли там тот – ради кого ей захотелось совершить многочасовой перелёт, она не знала?

Несколько неловкая ситуация заставляла переживать стресс. Ведь его могло там не быть совсем? Она два года ничего не знала. С их последней встречи прошло два года и два месяц. Много! Но надежды забыть не оправдались. Сердце привело её туда, где была по – настоящему счастлива.

Она понимала, что даже если бы захотел, он не смог бы её найти. Это действительно было невозможно!

Именно тот факт и давал надежду и веру в любовь. Вопреки!

Она надела стильное французское платье, открытые босоножки, уложила волосы. Добавила браслет, перстень с гранатом и…

Спустилась в ресторан. Села за заказанный ранее столик. Взоры свободных (и не только) мужчин то и дело были обращались в сторону загадочной женщины. В их глазах считывался интерес и некое ожидание.

Кто же он? Где он, наконец? Ну не может эта женщина быть здесь одна???

Живая музыка вовсю наполняла помещение. Становилось душно и вполне шумно.

Неудобство положения усугубляло то, что ничего за столиком Лизы не происходило! Она ужинала одна. Это не могло не приковывать внимание посторонних глаз.

Сердце не подводит. Оно буквально вырывалось из груди, подсказывая – Он здесь! Он совсем близко! Он рядом!

Она смотрела в окно, слушая совершенно чудесный блюз. За окном падали большие хлопья снега.. Волшебно. Совсем как тогда – думала Лиза. Совсем как тогда…

Неужели я совершаю глупость? Неужели всё придумала? Его здесь нет? Он забыл меня? Всё сказка?

Бархатный тенор иглой вонзился в душу! Лиза повернулась к эстраде.

«Боже мой! Это самый приятный голос, какой я слышала в этой жизни. Невероятно, но это Он! Костя…»

Она смотрела на вокалиста и утопала в звуках воспоминаний. Дежавю. Словно не было долгих двух лет разлуки…

«Костя! Мой Костя! Сколько раз ежедневно произношу я это имя… Не сосчитать. Знал бы ты!»

Он пристально смотрел на неё и не подходил. Будто боялся не справиться с нахлынувшими чувствами? Оттягивал этот момент. Они видели друг друга и сохраняли дистанцию. Их разделяли метры. Метры – не тысячи и тысячи километров. И они смаковали момент!

Только в кино можно увидеть подобные сцены. Но оказывается, жизнь пишет такие сценарии, что человеку придумать просто неподвластно.

Замирая на месте, Лиза сидела абсолютно не двигаясь.

Играл красивый блюз. Константин, зафиксировав микрофон, направился к Лизе. Он молча взял её руку и вывел в середину зала. Люди невольно расступились, освобождая место паре. Танец жизни и любви! Не обмолвившись ни единым словом, они приклеились друг к другу. Он с таким упоением прижимал её к себе, перебирая непослушные локоны… Казалось, если бы кто – то попытался их разлучить, наверное он бы просто порвал на части любого вмешивающегося в это таинство?

Танец закончился и Костя должен был вернуться к стойке микрофона.

– Дамы и Господа! Сегодня Вас ждёт прекрасный вечер и живая инструментальная музыка. У Вас есть уникальная возможность сказать друг другу самые важные слова! Самые – самые главные слова!

Утянув Лизу за собой, они вышли на улицу.

– Привет!)

– Привет!)

– Ты понимаешь, что больше тебя никуда не отпущу? Слышишь? Я больше никуда тебя не отпущу!

– Я должна объяснить почему всё так сложилось…

– Мне неважно это. Вообще неважно. Важно одно – мы снова вместе!

– Костя, давай поговорим завтра? Сегодня просто будем жить! Дышать и жить!

Поднимемся в номер? Я переоденусь и пойдём куда – нибудь.

– Нет. Просто поедем ко мне! Не надо переодеваться. Поедем…

Луч солнца щекотал игривыми движениями и разбудил таки Лизу.

– Костик, где ты? Ты что меня бросил одну?

– Я уже иду! Лизок, одну секунду!

Костя появился с кофе и пышными ароматными сырниками.

Всё, как ты любишь! Лиз… Это сон или ты здесь?

– Вот и я хочу уточнить тоже самое?)

Обнявшись, они молчали и смотрели друг на друга.

– Костя, прости меня! Я боюсь тебе сказать правду.

– Говори. Не бойся. Что бы ты не сказала – я пойму. Я постараюсь понять!

– Я даже не спросила есть ли у тебя кто – то? Или же ты свободен?

– А что спрашивать? Нет! Это и так понятно. Я искал тебя! Я обрывал все телефоны, я рыл землю, я сходил с ума. Ты исчезла. Не было ни одной зацепки.

Обиделась. Я обидел тебя. Прости! Я – полный идиот! Не мог простить себе тот разговор.

У нас мог быть ребёнок. Я полнейший дурак!

– Ну почему мог? Он есть. У нас есть сын! Ему полтора года. Костик.

– Ты шутишь?

– Это правда. Вот. Знакомься.

Лиза стала листать фотографии в телефоне. Костя смотрел на неё и на фотографии…

– Почему ты не привезла сына?

Лиза вытирала ручейки слёз.

– Я замужем. Другой человек считает его своим сыном. Он не позволил мне взять Костю с собой. Да и я считала, что так лучше.

– Прости меня! Прости! Я очень виноват перед вами. Теперь нужно что – то делать. Мы должны быть вместе.

Лиза, ведь ты согласна? Мы должны всё исправить!

– Костя, есть вещи, которые нельзя исправить. Тот человек поддержал в трудную минуту. Он не заслуживает такой участи. Майкл привязан к малышу!

– Лиза, но ты приехала, чтобы сообщить мне? Тогда зачем?

А он уже предан. По факту. И за своего принимает чужого ребёнка.

Как по – другому? Мы любим друг друга.

– Я не хотела говорить о сыне. Лишь хотела увидеть тебя, страшно тосковала. Очень запуталась. Я люблю тебя! И не переставала любить. Ты постоянно снился мне. Я болела в разлуке… Чувствовала, что ждёшь меня. Моя мечта быть с тобой и сыном вместе! Но невозможно это.

– Мы вместе полетим и всё уладим. Сейчас единственно верное решение!

– Я не знаю как правильно? Но и жить в обмане тоже не могу! Я обманывала тебя, скрывая сына. Я обманывала его, скрывая, что отец ты. Я обманываю сына, говоря, что Майкл его отец. Я сама себя обманываю!

Костя, больше нет сил… Я устала. Это всё неправильно… Кругом ложь! Святая, не святая, а всё равно ложь! Посеянная ложь взрастит только ложь…

– Не кори себя. Я виноват во всём, что случилось. Изначально мы должны были быть вместе и здесь бы родился наш сын. Не надо было уезжать так сразу! Если бы я знал?! Лиза, я благодарю тебя за сына! Ещё не знаком с ним, но чувствую, что люблю всем сердцем! Я сделаю всё, чтобы искупить вину. Вот увидишь! Просто доверься мне. У нас всё будет хорошо! Открываю визу и летим за нашим сыном! Надеюсь, Майкл поймёт? Ведь ты говоришь, он хороший человек! Он поймёт.

В аэропорту молодая семья с вещами погрузилась в такси и помчала навстречу большому семейному счастью. А главной провожатой была любовь, благодаря которой настал этот счастливый день!

– Ой. Остановитесь, пожалуйста! Укачало что – то.

Лиза выскочила из машины на воздух.

«Не может быть… Во всех этих хлопотах я совсем упустила график… Да неужели? Ну не может же быть?»

Семь месяцев спустя, Костя с Костиком переполняемые радостью стояли под окнами перинатального центра, где на свет появилась прекрасная маленькая девочка. Единогласно и без раздумий её назвали – Любовь!

Елизавета, Константин, Костик и Любаша – счастливая крепкая семья, проживающая в одном из уютных районов на берегу Невы. Кто – то написал: «Живущих в Петербурге счастливыми быть – карма!»

Судя по всему, это чистой воды правда!!!

И СПОКОЙНО, И НАДЁЖНО

– Давно это было, внученька! А я вспоминаю и думаю как же счастья своего не видела? Отнекивалась, отмахивалась. А он – дед твой тихий был, скромный такой.

Мне тогда соседский старший сын нравился. Красивым считали его. Все девки так и старались обратить на себя внимание. Сын лесника. Ну и я попала под чары. Вбила себе в голову, замуж пойду только за соседского Михея.

Катюша вдумчиво посмотрела бабушке в глаза.

– Бабуль, так ты что? Деда Лёню не любила что – ли, получается? Да?

– Да в том и дело, что любила! Так любила, что сейчас, если бы не вы, мои родные, не знаю как бы я жила? Мне его так не хватает! Как часть меня неживая будто.

Всё вспоминаю… вспоминаю… А всего столько за жизнь было, что и не перевспоминаешь!

– Баба Маша, расскажи как было? Как вы поженились?

– Мне было 18 лет. Четвёртая дочка в семье. Замуж рано отдавали. Вот приехали сваты с соседней деревни. Ну мне отец и говорит:" Мария, пора замуж идти! Выходи к сватам поздороваться. Семья хорошая. Не переживай, в обиду не дадим!»

Я в слёзы. Давай упрашивать не отдавать меня замуж без любви. Мол, к другому душа лежит.

Выхожу сама не своя. Лица на мне нет. Слёзы градом капают на платье. А я молчу. Вытираю их платком, а они ещё больше прибывают. До того мне жалко себя стало.

Жених говорит: «Не плачь, Марийка! Не горюй! Если скажешь не мил я тебе, так настаивать не стану. Уедем.» И так взволнованно стал пальцами кепку перебирать. Зарделся весь от стеснения перед отцами.

«А согласишься – так и не пожалеешь. Обещаю тебя почитать и верным быть. Не обижу! Голос не буду применять. Беречь тебя буду!»

Вот так! А про любовь и не слова единого. Ну и поженились мы вскоре. Жизнь пошла семейная. Я его дичилась первое – то время. Но его доброе сердце быстро распознала. Жалостливый был. Дюже сердечный. Бывало сердится и голос такой железный в ту минуту сделается. А я же чувствую, что за голосом этим любовь ко мне душевная. Человечная. Ругал меня, что на улицу с бельём стираным, не одевшись, выскочила. Ведро тяжёлое схватила. Плохо ела и мало отдыхала. Вон как повернулось – то всё. Скор и дети пошли. Твоя мама родилась когда, так он ещё заботливей стал. Бывало не спит ребёнок, все руки выкрутил, я с ног падаю. Хозяйство ведь держали да огород засаживали для продажи. Так дед возьмёт её в свои ручищи огромные тёплые – дочка тут же и уснёт. А он гордится! Вот, мол, отцовские руки как знает. Спокойно ей с отцом – то.

Говорит как – то раз: «Одно слово – бабы! Вам ведь для спокою – то уверенность да надёжность важно»

А ведь так и есть! Когда женщина спокойна? Когда уверенна. Когда надёжно ей. Так вот, внученька. И жила я век «Как у Христа за пазухой»! Стеной каменной непробиваемой был дед Лёша для меня. Для всей нашей семьи.

А детей всех нянчил. И с меня пылинки чуть ли не сдувал. К сыновьям построже. дочек как – то жалел больше, что – ли? Любил семью свою. Ох, как любил. Гордился! А говорить не говорил о любви. Не умел красиво говорить про это. Да и цветов толком не дарил. Поехал раз в город, переучиваться направили. Приехал с подарками. Детям игрушки, матрёшки, неваляшки, старикам платки, фляжку с крышкой на цепочке. А мне достаёт отрез цветастый. Платьёв каких надо на свой вкус нашьешь, сказал.

Словом, не словами – делами был силён твой дед Лёня! Так и читала любовь его… по делам.

Какой год без него, а всё как вместе. Что делаю и думаю как бы Лёня сделал? Что бы Лёня сказал?

– Бабуля, ну что ты опять плачешь? Дед не любил, когда плачут. Я его помню добрым и ласковым. Весёлым!

– Катюша, как замуж соберёшься, мужа по делам смотри. Не по словам. Говорить – то красиво многие умеют, а в жизни не только слова нужны. Дела мужчину выдают. Какие дела – такой и мужчина!

Есть пословица: «У хорошего мужа жена хороша!»

Конечно, женщины тоже есть всякие. Бывает и с женой не повезёт. Ну там глупая или бессердечная…

Но я – то знаю какая ты у нас, Катюшка! При добротном правильном муже на редкость хорошая будешь жена, мама, хозяйка! Тебе на роду написано счастливой быть в семье! Я это точно знаю.

– Ой, баба Маша, да если честно, есть уже один мальчик, который мне сильно нравится. Его Максимом зовут. Он один самый – самый во всей школе. Самый красивый и умный! Я познакомлю тебя с ним.

А …бабушка, ты же не рассказала про того? Который сначала нравился тебе очень?

– Ну я не знаю как дальше сложилась его жизнь? А пока мы жили в соседней деревне, то слышали, что он женился и потом ушёл к другой женщине. А как родился ребёнок во второй семье, уехал в город. Познакомился с ещё одной женщиной. И больше ничего не слыхали.

Жалко тех женщин, что на смазливое лицо да на красноречие попадались. Страдалицы!

А мне вот такая счастливая доля выпала. Миловал Бог стать женой деда твоего – настоящего мужа!

– Бабуль, а что ты деда никогда не ревновала?

– Ревновала и ещё как! Помню, когда в городе жил он, так я с ума сходила. Думала насмотрится там на модниц городских? Когда любишь всегда ревнуешь. Хоть и не показываешь. А он приехал и так соскучился по нам, что даже разговорчивее стал. Всё рассказывал и рассказывал истории всякие. Столько впечатлений было. Сердце не обманешь. Я сразу поняла, что понапрасну переживала. Это и была любовь! Самая настоящая.

– Катюша, внученька, а ты с мальчиком аккуратно общайся. Рано ведь ещё.

– Бабуль, взрослая я! Ты же в 18 замуж уже вышла…

– Вышла. Время другое было. А за тебя волнуюсь. Да и нет тебе 18 ещё.

Не про богатство, не про манну небесную не загадываю! Об одном прошу Боженьку, чтобы послал моей Катюше в свой час мужа настоящего, как дед Лёня. Тогда и помереть не страшно мне будет! И буду уверенна. И на душе будет и спокойно, и надёжно!

ТАК ВЫГЛЯДИТ ЛЮБОВЬ!

– Виола, в субботу давай к нам! Обещаю, скучно не будет. Наводи марафет и отказ не принимается. Мы с Арсеном ждём!

– Лиля, меня настораживает «наводи марафет» Что задумали опять? Очередной жених в поисках невесты «случайно» заедет тоже? Не смешно, если честно. Лиль, ну хватит, правда. Не обижайся! Просто навязчивая идея выдать меня замуж? У меня нет задачи выскочить замуж за первого встречного. И вообще., замуж только за… Виола резко замолчала. Или никак.

– Вот дурёха. Да ты что от счастья – то отказываешься? Ты же его даже не видела?!

– Так и нет этой необходимости видеть. Я тебе говорила – я не свободна! Моё сердце занято.

– Послушай. Если ты не свободна, значит, должен быть живой мужчина рядом. Понимаешь? Ря – дом! С тобой! Физически присутствовать должен. Не в мыслях, не ещё где – то. Я уже волнуюсь за тебя. Кому ты верность хранишь? А она ему хоть нужна? Он просит тебя быть верной ему? А он сам верен тебе? Он тоже ни с кем не знакомится и говорит всем, что не свободен?

Извини! Как лучше же хотим. Мы были на Дне рождения у друга Арсена. Там был брат этого друга.. Что – то фотки листали и на одной мы все у нас дома. И ты тоже на фото. Так вот этот брат друга как увидел тебя и всё. Буквально не отстаёт – познакомьте! Спросил. замужем? Сказали, что нет. Тут такое началось. Словом, влюбился по фотографии. Две недели названивает, не стесняясь. Видно, точно запал. Не на шутку. Думаю, тебе пока не скажу. Я навела справки, понятно. Ну отличный вариант! Вот и хотели познакомить. Сюрпризом. Неплохо зарабатывает, обеспечен, не скупой, что важно, машина супер!

– Лиль, ну хватит. Опять ты за своё. Ну не трогает меня этот набор. Зачем ты перечисляешь как медали на выставке? Хотя, я с уважением отношусь к достижениям! Ведь за этим списком огромный труд и время. Я всё понимаю. Но это не может быть главным для меня. Это может быть плюсом к мужчине, которого я люблю! Люблю! Можешь ты это услышать, Лилька?

– То есть, другими словами, останься твой любимый мужчина без ничего по разным обстоятельствам, на твои чувства это никак не повлияет? Так?

– Разумеется! Всякое в жизни бывает! Но я несу удачу, если люблю по – настоящему! Это так. Далёкое прошлое. Я человека люблю, а не вещи. Вещи и предметы могут меняться. Странный у нас разговор с тобой.

– Да он реально странный! Такое ощущение, что мы идём с выпускного и болтаем. Нам по 16 лет, когда на глазах розовые очки и в голове сквозняк от ветра с цветочным ароматом? Нам не 16, Виол! Пора как – то взрослеть же! Я считаю, что мужчину можно ценить и уважать за то, что он имеет. Да, да! И не смотри на меня так. А что касается любви – пусть он и любит. А ты не мешай. Принимай его любовь с благодарностью! Ребёнка роди для надёжности Ещё лучше двоих.

Кстати, за ним девки бегают по пятам. Только позовёт и любая не пойдёт, а побежит.

– Ну что это за счастье жить, не любя? Когда любишь, от имени одного мурашки по коже. От взгляда в жар бросает. От голоса бабочки в животе. Когда любишь – живёшь! Даже воздух хрустальнее. Трава зеленее. Солнце ярче. Что значит для надёжности родить? Ну что ты говоришь, Лилька? Я родить хочу для радости и счастья нам обоим. Чтобы в крохотном личике угадывать любимые черты. А потом в характере узнавать знакомые моменты. Как – то так.

– ЧуднАя какая… Ты может инопланетянка? Я ей перечисляю плюсы человека, который покой потерял от фотографии. Ну ясно же, что влюбится по уши, если вживую увидитесь.

– Да мне то что, скажи? Ну не нужен он мне! Не нужен. Я же не отрицаю и понимаю, что этот мужчина, возможно, на редкость замечательный. Но не для меня. Смысл знакомиться с человеком, если он уже тебе не нужен и ты отчётливо понимаешь это?

– Вот упрямая же ты! Сказано, овен! Как пробьётся на чём – пиши пропало.

– Да ладно тебе со своими гороскопами) Будто ты не упрямая? Решила выдать замуж и хоть ты тресни! Лиль, может хватит, а?)

– Да ну тебя. Хочешь как лучше, ты шипы свои выпускаешь. Арсен тоже говорит: «Давай с нормальным мужиком познакомим! А то опять выберет не весть кого.» Тоже согласен, что не везёт тебе с выбором. Не умеешь выбирать. В мужиках не разбираешься.

– Ну спорить не буду. Есть, правда, оправдание небольшое. Любви не было. Так… увлечение. в лучшем случае а на нём семьи не построишь. Как не старайся.

– Ну! Так я о чём говорю? И вот опять – такое себе. Вроде как не свободна, а рядом никого. Это как? Это что за новый вид отношений? Ну серьёзно, Виол, ну серьёзно. Детский сад какой – то…

– Ой, ладно. Хватит уже об одном и том же.

– Так приедешь в субботу? Ну не хочешь с марафетом, приезжай без него) Я так сказала. Шутя. Ты всегда эффектно выглядишь!

– Всегда ценила комплимент от красивой женщины! Спасибо, моя хорошая!

– Будто сама не знаешь? Как говорит мне мой муж: «Да какой там комплимент? Это – факт!»

– Выходной. Жара. Что сидеть дома?

– Да почему дома? Я погуляю. Отдохну.

– И чего ты ждёшь у моря погоды? Была бы нужна ему, давным давно бы через все преграды переступил и крепко держал бы за руку. И потерять тебя боялся бы. Он не может не понимать, что у такой женщины нет отбоя от поклонников. Надоест ждать сидеть и ответит кому – нибудь. И всё, и уйдёт поезд. Другое дело женщина странная и всех отшивает профессионально. Это да!

– Не буду я эту тему развивать. Поступаю так, как чувствую! Точка!

– Давай, до субботы) Хорошо проведём время. Приезжай! Даже не думай.

– Пока, пока.

Виола чмокнула в щёку подругу и пошла домой по парку, где сирень и черёмуха вперемешку в буквальном смысле кружили головы гуляющим. Пятница! Ура! Ура! Виола не спешила. Купила немного спелой сладкой черешни и отправилась в свою уютную обитель. Она любила свой дом. Любила виды из окон.

Ночью ей снова снился он. Георгий. Мужчина, с которым они давно не виделись. Это было, можно сказать и верно сказать, деловое знакомство. Прошло достаточно времени, чтобы напрочь забыть о нём и даже выйти замуж, и родить ребёнка… Однако, память упорно не хотела стирать судьбоносную встречу. А то, что это так – сомнений давно не осталось. Напротив, словно кто – то свыше повернул её глазами к нему и не позволяет отворачиваться? Она уже смирилась с этим состоянием и жила так. Во сне он часто говорил. Ей приснились его крепкие плечи, отсылая подсознание к некой фундаментальности и надёжности. Образно. Он просил не ходить на субботнюю встречу. Просил ждать и верить ему. Сны повторялись. Суть примерно одна – просьба верить и ждать. Проснувшись, Виола оставалась под приятным послевкусием ночных грёз. Пусть и во сне, но он был такой близкий родной. Какой – то …свой. Самый парадокс был в том, что взять в руку телефон и набрать друг друга на самом деле – одна минута. И встретиться, и поговорить по душам. Помочь друг другу перелистнуть этот пробел. Решить вместе как быть дальше и быть ли? Есть «мы» или нет нас? Иллюзия или реальность? Но нет. Молчанка продолжалась. А мысли по типу – может он воспринимает меня просто как одну из…? Как клиента и не более? Может всё действительно навязчивая фантазия? С этим знакомством стали происходить невероятные явления. Интуиция обострилась и практически перестала подводить.

«Ну решись! Ну, пожалуйста, решись! Неужели ты не чувствуешь насколько сильно я жду тебя? Помоги нам обоим. Мы же оба устали! Сил нет жить в таком состоянии. Энергия уходит в никуда. А она так необходима нам с тобой!»

Виола обращалась к небу, смотрела на звёзды и думала о нём.

Сильный порывистый ветер, врываясь в полуоткрытое окно, касался обнажённых ступней. Замёрзнув, полусонная она потянулась за пледом, чтобы согреться. Неожиданно свибрировал телефон.

«ПРИВЕТ! ПРОСТО ЗАХОТЕЛОСЬ ПОЖЕЛАТЬ ТЕБЕ ДОБРОЙ НОЧИ И СЛАДКИХ СНОВ!»

Сон улетучился, а вместо прохлады по всему телу пробежала жгучая волна радости. Это впервые. Он написал просто женщине. Не клиентке. Появилось желание ответить взаимным пожеланием. Так. Стоп! Стоп! Не надо в горячке ничего писать.

А вот нет! С этим человеком мне не пригодятся никакие условности, общепринятые нормы. Я буду поступать так, как я хочу! С ним я буду просто жить и любить! Как не любила никогда и никого.

«ПРИВЕТ! ВЗАИМНО! ТОЛЬКО СПАТЬ РАСХОТЕЛОСЬ) Я ОЧЕНЬ РАДА!»

– " А Я ВНИЗУ. ЧАСТО ПРИЕЗЖАЮ ПОЗДНО ПЕРЕД СНОМ И СМОТРЮ В ТВОИ ОКНА. ЖЕЛАЮ ТЕБЕ МЫСЛЕННО ПРИЯТНЫХ СНОВ!»

– «НУ ЭТАЖ И КВАРТИРУ ТЫ ЗНАЕШЬ. СТАВЛЮ ЧАЙНИК)»

Виола накинула домашнее платье и открыла дверь. Вид был не тем, какой она представляла при вероятной их встрече. Собранные в хвост волосы, отсутствие макияжа и небольшая заспанность. Гоша стоял и смотрел глубоким пронизывающим, словно насквозь, взглядом. Виола взяла за руку и пригласила войти. Прикосновение подарило приятное ощущение. А дальше? А дальше они до утра говорили и спрашивали, расспрашивали и говорили. Чайник устал кипятить воду. Рассвело рано. Не смотря на затянутое тучами небо, им обоим казалось, что солнце освещает квартиру как никогда ярко В действительности же они сами светились изнутри от радости, что вот так просто могут быть рядом, говорить, брать друг друга за руку, да просто делить одно пространство.

Соскучились! С такой неистовой силой скучать может лишь закат по рассвету, вечер по луне… Невозможно было расстаться. Да и не расставались больше. А если и приходилось, то неслись навстречу друг другу с необыкновенной скоростью и желанием увидеться вновь. Время – вещь умная. Месяцы разлуки навёрстывались очень стремительно. Они будто пили в иссушивающий зной воду из чистого колодца. Так выглядит встреча, которую ждали два любящих человека. Так выглядит любовь!

КРАСОТА ДУШИ В ЛИЦе ОТРАЖАЕТСЯ!

– Ну полно, полно! Тебе бы остудиться малость, а то, неровён час, пострадаешь от пожару своего сердечного.

– Так – то оно так. Да вот только сердцу не прикажешь – известный факт. Горит да и горит, покуда вовсе в золу не превратится… Поклясться готов, не знал и знать не мог какая она любовь – то бывает! Как есть чума. Как есть!

Иной раз увижу её сдалека и как солнцем всё кругом озарит, всё одно что. А сердце как заколотится в груди, что глотнуть воздуха нет никакой возможности. Как птица в клетке крылами бьёт и вырваться готово и полететь до её. И на край бы света бежал за ей. Дак это ладно, если десятая часть того, что есть на душе – то. Шибко врезалась она мне! И знал бы как излечиться, так и таблетки бы пил. До того измотался изстрадался я по ей.

– Ой, беда, беда… Чем же она так тебя? Уж больно круто в бараний рог скрутила, такая эдакая. Что же это творится – то? Осунулся весь, с лица опал. НА что она любовь такая? Ежели всё одно жизни нет никакой с ей – с любовью энтой?

– Дак вот об том и речь. Я и видал – то её по пальцам сосчитать. Улыбнулась мне, подмигнула. А толи в глаз ей чё попало? А меня и взялО.

– Ты говорить с ей пытался? Ну, мол, так и так, жизни никакой не стало…

– Да пробовал. Молчит да улыбается. А глаза добрые – добрые! Выслушала и ушла восвояси. А я как улыбку еёную увидал, так ещо боле в страданья вдарился. А тут, говорят, сваты в их доме были третьего дня. К свадьбе дело. От безысходности не спать, не ись не могу. Глаза токмо закрою, а она тут и есть сразу с улыбкой своёй ангельской. Вот напась на меня обрушилася! Думал от хвори люди помирают? А оказыватся, не токмо, от любви тоже.

– Тихон, ты вот что! Как увидишь её, али в глазах нарисуется образ еёный – в аккурат в энту минуту молитву читай! Нечисто тут. Не может так быть, шоб от бабы мужик рассудком недомогал! Нравиться – дело обычное. А тут нет! Нечисто с энтой историей. Поди шта наколдовала чего? Свят, свят! Оборони, Господь!

Прохор трижды перекрестился.

Василиса была третьим ребёнком в семье. Когда переехали с родителями и двумя старшими братьями в деревню, ей исполнилось семнадцать лет. Доподлинно неизвестно какие обстоятельства продиктовали этот переезд, но усадьбу они приобрели отличную для сытой деревенской жизни. Сам дом был добротный и к нему прилагались земля немалая, плодоносящий сад и множество построек для внушительного хозяйства. Отец Василисы был человеком почитаемым и много времени уделял делам насущным. Матушка крайне мало бывала на людях и местные приписали ей такие качества, как сдержанность, скромность. Братья помогали по хозяйству и оба были к тому времени женаты. Жили все вместе. У старшего брата жена была на сносях. А когда их сын появился на свет, они купили небольшой дом и приступили к самостоятельной жизни. Семья выделялась своей обособленностью. Все были приветливы с другими и одновременно закрытыми. По деревне мигом разнеслись слухи о необыкновенно красивой молодой девушке. Её миловидная улыбка покоряла сердца с первого взгляда. И Тихона эта участь не миновала.

– Тиш, а Тиш!

– Ну чего тебе, Варька?

– А правду глаголят, что ты по приезжей Василиске сохнешь?

– Чё придумываш? Заняться тебе не чем ли чёли? Нашла чё слушать.

– А чё ты стушевался сразу? Чё красный – то весь сделался?

Варвара с грустинкой взглянула на Тихона.

– Пустое это! Она, говорят,… ведьма? Её голоса никто никогда не слыхал. Смотри, шоб не заколдовала. Дураки вы все! Только и слышно как о ней судачите. И чего нашли в ней такого? Обычная! На меня наряды еёные напяль, дак и я павой ходить буду.

– Варька, хватит огород городить! Не опостыло сплетни собирать? Вот и собираш по деревне – то… Чё ты понимаш в красоте – то?

– Ты много понимаш!? Как крот слепой. Счастья сваго не видишь. Разул бы зенки – те, дак и не страдал бы попусту. Тьфу ты! Тошно.

Варя ушла в дом и заплакала. Уж больно мил ей был Тихон. Но он ни в какую не хотел разглядеть в ней прекрасную партию для судьбы. И кроме как Варькой никогда её не называл.

Весёлая и озорная с яркими огненно – рыжими длинными волосами, она, скорее, воспринималась больше как друг. Как ровня. К слову сказать, Варвара отличалась не слишком покладистым и сговорчивым характером. Не нужно было очень стараться, чтобы увидеть её норов.

В один из дней Тихон свернул в заулок на соседней улице, чтобы искупаться в реке, спасаясь от назойливой жары. Чуть лбами они не столкнулись с Василисой. Она гнала гусей от воды. Тихон встал как окаменевший и полностью растерялся. Василиса посмотрела ему в глаза и добродушно улыбнулась. Ускорив шаг, девушка удалялась из проулка, подгоняя вицей гусят.

– Василиса! Подожди! Объясниться надо. Ну подожди же!

Никак не реагируя, не оглянувшись, Василиса исчезала в направлении своего дома.

«Вот как энто понимать? Она даже не считат нужным оглянуться в ответ на мои слова. Пошто така бессердечность? Бессердечная.

Холодная как лёд и тёплая будто солнышко на пригорке. Ох, как же она прекрасна. Напась моя! Беда!»

По деревне расползались слухи о необычной девушке и её колдовских способностях. Никто ни разу не слышал голоса Василисы. А если у её родных спрашивали об этом, они меняли тему и уходили от ответа. Всё это давало ещё больший повод распускать сплетни и развивать, что есть фантазии, различные домыслы.

Любовь заставляет действовать! Она является самым действенным двигателем. Самый несмелый и скромный человек будучи влюблённым, становится смелым и решительным. Тихон собрал волю в кулак и постучал в ворота.

– А… Тихон! Заходи. Чем могу быть полезным?

Фёдор Кузьмич поприветствовал неожиданного гостя.

– Поговорить надобно!

– Так чего ж стоять? Айда в дом.

Мать, у нас гости! Сооруди – ка нам чего на стол по – скорому.

– Доброго денёчку вам! Сейчас – сейчас. Жара стоит несусветная. Токмо принесу редьку с квасом. И картошки в самый раз подоспели.

– Ну слушаю тебя, Тихон! И думать не могу какие дела обсудить решил?

Тихон снял фуражку и начал теребить её пальцами от нестерпимого желания расставить всё по местам. Волнение накрывало волной и смелость предательски отступала… Совладав с собой, он сказал твёрдо и уверенно:

– Фёдор Кузьмич! Тут тако, значится, дело. Люблю я её! Всем сердцем люблю! Вот больше жизни.

– Кого, мил друг? Ты уж прости меня старого. Не вразумлю об чём толкуешь?

– Дочь вашу. Василису.

Воцарилась тишина. Фёдор Кузьмич отодвинул тарелку и глубоко посмотрел в глаза Тихону.

– Мать, поди к нам! Тут и тебе полезно слышать будет.

Евдокия Власовна вышла в комнату.

– Повтори ей, что ты сказал.

– Я люблю вашу дочь! Василису. Больше жизни.

– А Вася – то знает? Ты ей – то говорил, растерянно спросила женщина?

– Я много раз пытался. Но она улыбается и только. Уходит…

– Вот так! Так вот! Она и не ответит.

– У ей жаних есь? Ага? Другого любит она? Свадьба же, судачат, скоро?

– Это кто это судачит?

– Ну как хто? Все! Вся деревня. Сваты же были? С городу?

– Ох, Тихон, Тихон… И сам не ведаешь, куды лезешь. Раз пришёл, смелости набрался, будь по – твоему. Скажу как есть!

Василиса зашла в комнату и улыбнулась. Увидев гостя и занятость родителей, смутилась и вышла обратно.

– Сейчас я скажу тебе правду. А ты, клянись, не понесёшь её по людям и оставишь здесь. В моём дому.

Тихон был необычайно взволнован.

– Я клянусь!

– Смотри. Со мной не шути. Дал клятву – дяржи!

Василиса глухонемая. Она не слышит и не говорит. Недуг поразил её в самом младенчестве. В ответ она всегда улыбается. Фёдор Кузьмич расчувствовался и в глазах отца блеснули стеклянные слёзы. Евдокия Власовна уголком платка стала осушать покатившиеся прозрачные капли.

Тихон побледнел. Он молча смотрел на родителей Василисы и никак не мог переварить услышанное. Он не смел уточнить главное.

– Моя дочь – самый чистый и ранимый цветок! Она полна любви и доверия к энтому миру! Ведь её душа – ангельская! Её слух не осквернён. Душа чиста как первый снег. Василиса изъясняется с нами по – своему. Мы понимаем друг друга. И моё самое больное отцовское место – допустить до сердца родительского мысль, что если нас не станет, её кто – то может легко обмануть, обидеть.

Тихон никак не мог осознать открывшееся.

– А ведь мне ни разу в голову не пришло, что Василиса меня не слышит!

А как же вы в замуж не боитесь отдавать?

– Да в какой замуж? Глупости. Хотя чего сердцем кривить, хотел бы я дочке своей счастья земного! Ох, как хотел бы!

– Так сваты же были?

– Да врач это был с супругой. Он с малых лет наблюдает дочку. А теперь уж как родные мы с ними сделались.

Василиса немного не как все. Как бы это сказать, как вроде не от мира сего, что ли? Будто вовсе нет в ней зла. Добро во всём видит. Потому и улыбается в ответ. Дочка очень даже умная и смышлёная. Только когда мы недовольны – мы злимся. А если ей что не нравится, она грустная и не улыбается. Плачет иногда, молча. А я как слёзы увижу, так сердце готов отдать, только бы осушить их да улыбку вернуть. Вот такой рассказ получился.

В сердце Тихона взбушевалась волна нежности к Василисе. Казалось, он готов стать ей защитой от целого мира.

– Отдайте мне Василису в жёны! Я буду ей и ушами, и языком, и воздухом! Клянусь, если надо, жизь отдам за её, не мешкая! Слов нет, как люблю!

Фёдор Кузьмич строго посмотрел на Тихона.

– А ежели наскучит и поговорить захочется? А ежели обидишь в сердцах? Она ведь дитя Божье. Нельзя её обижать. Понимаешь? Сурьёзный это шаг! Дюже сурьёзный.

Но верю я тебе, Тихон! Вижу, любишь дочку мою. Вижу!

А мать с отцом как примут? Шутка ли?

Чего это ты свататься идёшь, а родичи ни сном, ни духом.

– Да знают они всё. Говорили, что «не по Сеньке шапка». Мол, забудь и не думай! Мол, сосватана она. Все знают!

– Ну дела! Все знают, а мы не знаем.

Фёдор Кузьмич смачно усмехнулся в усы.

Прошло десять лет с громкой деревенской свадьбы Тихона и Василисы. Язык, на котором они общаются, многим не понятен. И язык тот – язык любви! Любовь Тихона таких дел натворила… Василиса расцвела и стала ещё краше в замужестве. Все трое ребятишек и слышат, и говорят. Ведь болезнь настигла их матушку уже после рождения. Она не была наследственной. Не было в округе человека, кто бы не заметил необыкновенную сияющую красоту женщины.

А Тихон говорил так: «Василисушка моя – чистый ангел. Душа у неё ангельская. А глаза её – зеркало души. Вот и судите… Какая душа – такое и лицо! Красота души в лице отражается. Вот он секрет.»

ОБЫЧНАЯ СЕМЕЙНАЯ ЖИЗНЬ

– Жуля, а ну, брысь, со стола! Да что это такое?! Филипп, ты видел, что творится? Только посмотри на них!

Кот Жулик сбрасывал со стола тонко порезанные кружочки докторской колбасы своему верному другу – Ромео. Это был кудрявый королевский пудель абрикосового окраса. Обаяшка и веселун с глазками – пуговками. Эмоции на мордашке Ромео – отдельный вид искусства, наблюдать за которым можно было часами.

Они с Жуликом славно ладили между собой, особенно, когда предоставлялась возможность улизнуть из – под внимания хозяйки Жулик спрыгнул со стола и скрылся в дальней комнате. Ромео ушёл за кухонный диван.

Филипп настолько любил своих подопечных, что вместо того, чтобы включиться в воспитательный процесс, просто улыбался. Катерину это злило и где – то обижало. Получается, она вынуждена их ругать за проделки, а Филипп всегда оставался добреньким и хорошим для них. Впрочем, такое отношение распространялось и на их сына с Катей – пятилетнего Лёву. Всё, что касалось ребёнка, тут Филипп был безотказен совершенно и отцовская любовь не имела границ.

– Ты избалуешь его. Это никуда не годится. Так нельзя. Должна быть мужская рука и слово. У нас же не девочка растёт всё – таки. Это же будущий мужчина!

– Именно – будущий. А пока он имеет полное право на детство. Что не так, жизнь поправит. В чём – в чём, а в этом сомневаться не стоит!

Филиппа с двух лет воспитывала мама. Отец оставил их, выбрав другую женщину. Будучи взрослым и став родителем, Филипп задавал отцу вопросы. Как он сумел оставить его и маму? Обида детства сидела где – то очень глубоко. И с появлением собственного ребёнка как – будто даже обострилась. Было бы справедливо заметить, что отец не отказался от сына и на протяжении всей жизни принимал участие в воспитании. Бывал у них в каждый День рождения, принося Филиппу подарки. Брал его на несколько часов по выходным, чтобы вместе провести время. Словом, считать себя безотцовщиной не было повода. Но, тем не менее, сам факт того, что отец предпочёл им других людей, вызывал чувство ревности. Он по сей день жил с той семьёй, где у него появились две дочери, которых отец – Георгий Павлович любил до бесконечности. К сёстрам по отцу Филипп не испытывал родственных чувств. Девочки были похожи на свою маму, которую он, будем откровенны, не долюбливал. Однажды в беседе по душам с повзрослевшим сыном, отец сказал: «Филипп, ты уже достаточно взрослый, чтобы понять меня. Я полюбил другую женщину. Полюбил так, как никого и никогда. Я жизни без неё не представлял. Прости меня, что так вышло! Я старался жить так, чтобы ты не мог обвинить меня в предательстве, когда вырастешь. Она родила мне дочерей. А ребёнок от любимой женщины – это особенное чувство.» Георгий Павлович был максимально искренним в тот момент. Диалог не складывался. Филиппу царапали слух некоторые признания и аргументы. То есть я рождён нелюбимой женщиной? А как же мама? Ведь она – лучшая из женщин! Сейчас Катерина не в счёт. Это – другое. Как можно было полюбить кого – то на стороне, если с тобой жила такая женщина, как мама? Добрая, красивая, покладистая, неконфликтная, от светлой улыбки которой становилось светлее вокруг… Эти мысли мешали Филиппу понять отца полностью. Его нынешняя жена – Ольга Леонидовна имела откровенно стервозный характер и весьма резкие острые черты лица. Редко улыбалась. И относилась к Филиппу «никак». А на отца то и дело прикрикивала и в её речи прослеживались нотки недовольства… Это было взаимно, наверняка – по умолчанию. Несимпатия женщины и Филиппа витала в воздухе. Хотя вслух никогда ничего плохого не произносилось. Филипп на каком – то подсознательном уровне старался дать своему Лёвке всё то, чего был лишён сам. Он отвозил его в детский сад и часто забирал. Рассказывал перед сном разные сказочные (и не только) истории про вымышленных героев. Лепил вместе с ним из пластилина волшебный город и солдатиков с танчиками. И много всего того, что бывает в полных семьях. Где отец постоянно присутствует в жизни своего ребёнка.