Колокольный звон предков
Ольга Быданова

Корректор Мария Сергеевна Жданова

Дизайн-верстка Александра Васильевна Антоненко

Иллюстрации Ольга Николаевна Быданова

© Ольга Быданова, 2025

ISBN 978-5-0067-4373-1

Создано в интеллектуальной издательской системе Ridero

Предисловие

Бывает так, что постоянно к чему-то стремишься, совершаешь действия в том или ином направлении и, вроде бы, постепенно приходишь к результату, а удовлетворения не получаешь?

Каждую сферу жизни хотелось бы улучшить, и, главное, – стараешься изо всех сил, и вдруг – бац – и всё схлопнулось, как мыльный пузырь. И ты опять встаёшь на узкую тропинку и начинаешь заново.

Кто-то говорит, что это карма, и всё зависит от даты и места рождения. Кто-то советует посмотреть на ситуацию с другой стороны. А кто-то утверждает, что всё зависит от госпожи удачи и от того, в нужную ли сторону крутится колесо фортуны.

Оказывается – это ещё зависит и от Родовых программ, как пользоносных, так и вредоносных, которые нам передали наши предки. Если та или иная радиационная программа не была в своё время отработана, она будет передаваться из поколения в поколение, пока не найдётся в Роду тот, кто еë закроет. Но, кроме деструктивных, есть и полезные вещи, и пусть это будут не значимые дела, а славные истории: о любви, о взаимопонимании, о мудрости и милосердии, а может, о силе слова и богатырской силе предков. Именно такие истории – и есть основа для Родового Эпоса.

Сама я родом из деревни. Но так случилось, что рано осиротела и с шести лет живу в городе. Все мои предки упокоены на родной земле, где я бываю, в основном, летом.

И когда посещаешь родных, отошедших в мир иной, видишь небольшие холмики и кресты с пробитыми или прикрученными табличками. На табличках обычно пишут фамилию, имя, отчество и две даты: дату рождения и дату смерти. Получается так просто: был человек – и нет человека. Но между этими датами заложена вся жизнь, со своими радостями и горестями.

Недавно я заметила: что чем старше становлюсь, тем чаще хочется попросить совета у родителей, даже если я их особо не помню. Но почему-то именно сейчас понимаю, как важны стали для меня их подсказки, которые приходят во сне.

Раньше, когда мне говорили: «Ты, сильная, справишься», – я удивлялась – какую силу они имели в виду? Но, когда мне «сказали» о моей силе духа упокоившиеся родители, я поняла, что эта сила во мне присутствует.

Через многие тернии пришлось пройти нашему Роду, многое пережить и выстоять. Несмотря на это, они умудрились не растерять эту Могучую Силу, которая передалась и нам, потомкам.

Род – это великая система, из которой просто так не выпрыгнуть. Всё, что нажито предками, хорошее и плохое, постараюсь сохранить в памяти, и передать это дальше по Роду в виде сказочных историй на страницах моей книги.

Читая эту книгу, вы окунётесь в глубокое прошлое и вспомните Родовые наставления и обычаи, а ещё проживёте интересные, жизненные моменты вместе с вашими бабушками и дедушками, а может, и с прапрабабушками. Наши предки помогут узнать ценности, а может, и страхи, которые их одолевали, и как они с ними боролись. Я уверена, что путешествие в прошлое окажется для многих очень увлекательным и поучительным.

Сказ о самой красивой любви в Роду

Позволь, друг мой дорогой, рассказать тебе сказку о самой красивой любви в Роду нашем. Сказку о том, как Любовь пришла в наш Род, пережила много испытаний, да и осталась в нём навсегда.

Жила была девочка Веселина – отрада для своих родителей. И чем старше она становилась, тем больше напитывалась энергией любви, красоты и женственности. И вскоре Королевская Роза расцвела, показав себя всему миру.

Ох, хороша девка вышла: стройна, бела, нежна и так прекрасна, что «ни в сказке сказать, ни пером описать».

Князья головы сворачивали от её изящной походки и осанки королевы. Умела Веселина себя красиво и дорого подать.

Родители души в ней не чаяли, но время пришло дочку замуж выдавать. Королевство у них было небольшое, после нашествий врагов-завоевателей разорение и бедность в нём присутствовали. Решили тогда Тятенька и Маменька пристроить Веселину в надёжные, сильные руки, отдать её за Богатыря Владимира.

Владимир жил в королевстве напротив, родом был знатных кровей, величали его за силу богатырскую, да мудрость великую. Многие сражения прошёл Владимир и всегда возвращался с победой. Славил его народ и поклонялся ему. Владимир был намного старше Веселины, но это не останавливало обе стороны, и сваты взялись за дело.

Сколько слёз пролила Веселина, сколько ни уговаривала родителей, но последнему слову Тятеньки перечить не посмела.

Не успели гости разойтись со свадебного пиршества, Веселина оказалась в опочивальне своего законного мужа. Сила была в нём великая, но он нежно и по-доброму обращался со своей жёнушкой.

Владимир часто уезжал в военные походы, а Веселина занималась хозяйством, да вынашивала дитя под сердцем. Нравилось молодой жене разные травы собирать, да сушить, частенько её можно было увидеть на лугу или на лесных полянах, никому эту работу не доверяла, отвары целебные делала, да поила немощных.

Однажды враг близко подобрался к двум королевствам, пришлось Богатырю Владимиру дружину собрать, да бой принять. На этот раз удача Владимира покинула, и пал он смертью храбрых.

И стала Веселина вдовой с малым дитём на руках. Погоревала, поплакала, да нашла в себе силы, развернула плечи, расправила спину и королевской походкой пошла в люди. Пригодилось её знахарство, попала она в обучение к Волшебнику Василию.

У Василия тоже была сильная связь с природой. Травы, соцветья, коренья и отвары заполняли всё помещение лечебницы. Народ доверял Василию и, принимая его отвары, верил в исцеление. Так Веселина и Василий стали вместе лечить людей от различной хвори.

Василий был в годах, имел свою семью, но большую часть времени проводил в лечебнице, занимаясь волшебством. Постепенно, обучая Веселину, прикипел наш Лекарь к доброй Вдовушке, опеку над ней взял, помогал, как мог.

Защемило в груди сердце, понимал, что «не его поля ягодка», но не смог совладать со своею любовью и решил Веселину к своим рукам прибрать, в терем её посадить, да никуда от себя не отпускать. Рьяно взялся за дело, терем построил рядом со своими хоромами, на пересуды людские внимания не обращал.

Прознала об этом жена Василия, заломила руки и стала причитать:

– Ой, опозорил, на всё королевство опозорил! Меня позабыл, детей позабыл, на молодуху позарился! В аду тебе гореть! – и, чтобы избежать позора, отправилась в лес к Ведьмачке.

Рассказала все свои горести, выплакала слёзы и попросила у Ведьмачки помощи:

– Накажи их, Великая, пусть ноги у мужа отнимутся, чтобы на сторону не бегал. Пусть глаза её пеленой покроются, чтобы красотой не сияла и ничего не видела.

– Помогу я тебе женщина, только смотри, потом не пожалей – «всуе» много можно дел наворотить. Захочешь всё исправить, – не получится, проклятие другому поколению может перейти.

Вскоре проклятие сбылось: Веселина потеряла зрение, словно пелена на глазах образовалась, а Василий обезножил, слёг в постель, теперь за ним уход требовался. Поняла его жена, что сотворила, но ничего нельзя было вернуть назад, стала для Василия сиделкой.

Веселине тоже тяжело пришлось: натыкалась на все предметы, приходилось пользоваться толстым стеклом, что применялось в лаборатории лечебницы.

Маменька и Тятенька жалели её и внука, но с возрастом силы их покидали.

– Ох, Веселинушка, кровиночка ты наша, сколько же тебе пришлось испытать, а сколько ещё впереди испытаний! Не сердцем ты жила, а разумом, всю молодость отдала «мужчинам-старикам». Нет уже у нас сил тебе помогать, самой тебе придётся пробиваться, мудрости набираться, да сына сильного и славного растить.

Проклятье на тебя наложено, – сама себе помочь не сумеешь, и травы местные слабы для этого. Тебе надо в дальний путь собираться, за тридевять земель. Там живёт твой Дядька-Чародей, вот он подскажет, как порчу снять.

Да! Ещё: в пути не бери, что подавать будут, а бери то, что под ноги упадёт. Возьми с собой воды ключевой, да колоб ржаной, да накинь Шаль, что по наследству тебе досталась. Не дело замарашкой в гости к Дядюшке идти.

Нелегко пришлось Веселине в пути, стекла спадали с глаз, дорога расплывалась, от этого часто спотыкалась и падала. Шла Веселина лугами, лесами, при этом не забывая по запаху лечебную травку и коренья определять, да в сумку их класть.

Однажды повстречалась ей Старушка. Забавная такая была, вьюном около неё вилась, норовила всё какую-то траву в её руки сунуть.

– Возьми, Милая, лечебную траву. Вижу: идёшь, маешься, завари травку, примочки сделай – глазки и прозреют.

Вспомнила Веселина наставления Маменьки, не взяла она траву из рук Старушки. Поклонилась низко, поблагодарила за заботу и дальше пошла. Долго ли, коротко ли она шла, притомилась и присела отдохнуть на пенёк. Поняла, что землю не чувствует, поправила стекла и разглядела, что ноги её «во мху утонули». Мох оказался белый, как снег, и мягкий на ощупь.

Снова вспомнила Веселина слова Маменьки: «брать то, что в ноги падает», и решила, что мох пригодится. Отдохнула, подкрепилась и дальше пошла. Темнеть стало, надо было ночь переждать, в темноте Веселина совсем ничего не видела. Решила, что с пригорка спустится, а там под кустиком устроится, но не разглядела в сумерках корягу, запнулась и упала.

В это время мимо проезжал всадник, но Веселина этого не видела, она без чувств лежала на тропе. Всадник успел осадить коня у самых ног женщины. Спешился Князь Мирослав, припал к груди женщины и услышал её слабое дыхание.

Мирослав хорош был собой, могуч, широкоплеч, силён – узлы из железных прутьев вязал. Отправился он по свету в поисках невесты. Увидел нашу красавицу и, когда та открыла глаза, понял, что пропал, утонул, растворился в её очах бездонных, и, при этом, даже стекла толстые не заметил.

Веселина не могла разглядеть Князя, она вспомнила слова Маменьки о том, «что в ноги упадёт», доверилась ему и поведала о своей жизни, о своей беде. А Мирослав слушал её – и не слушал, он словно оглох, онемел от такой красоты. Веселина поднялась с земли, поправила цветастую шаль и позволила Князю довезти её до Дядьки.

По дороге на них налетели Казаки-разбойники и похитили Красавицу, – не смог Князь уберечь её, только Шаль осталась. Попала Веселина в руки злодеев, а главарём у них была уже знакомая ей Старушка.

– Видишь, как судьба повернулась: снова нам довелось встретиться, только, что с тебя взять, со слепой? Самое ценное, что при тебе было – это Шаль, и ту разбойникам удалось потерять.

– А что ценного в этой Шали? – не понимая, спросила Веселина.

– Разве Мать тебе не раскрыла тайну? Ну слушай. Шаль эта – Покров твоего Рода, она передаётся по наследству женщинам Рода. Она уберегает от злых умыслов и благословляет на искреннюю, сердечную Любовь, благословляет на продолжение Рода. Та женщина, которая обладает Шалью, встретит Любовь всей своей жизни.

– Маменька мне об этом не говаривала. А тебе для чего моя Шаль? Ты ведь не нашего Рода?

– Глупая женщина, Шаль мне поможет войти в ваш Род и встретить своего суженного. В вашем Роду Богатырей много. Ты не смотри, что я стара, женского счастья тоже хочу. Здесь, среди Казаков-Разбойников, счастья не видать – им только богатство подавай, всё время дерутся между собой, награбленное делят. Устала я с ними, тишины хочу и радости. Ладно, хватит нюни распускать, давай, что ли, чай нам завари, всё какая-то от тебя польза. А Шаль, похоже, у Мирослава. Он обязательно начнёт тебя искать – сам её и принесёт.

Тем временем, Князь, прижимая цветастую материю к сердцу, пробирался через лесные заросли. Он знал, что обязательно найдёт свою желанную, нет без неё ему жизни на этой земле.

Веселина заварила чай, добавила туда разных трав и кореньев, поломала ржаной колоб и пригласила разбойников к столу. После трапезы все уснули крепким сном. Веселина обошла всех спящих и укрыла Старушку белым мхом, как покрывалом. А сама подсела к костру и запела печальную песню «О затерянной Любви».

Её голос Мирослав ни с чьим не перепутает. Князь вышел на поляну, поднял любимую на руки и посадил на коня. Нужно было поскорей покинуть это место, пока разбойники спали.

Дядька-Чародей уже их поджидал. Ему «Наливное яблочко» показало гостей.

– Знаю, дорогая племянница, зачем ты ко мне пожаловала. Нелёгкая твоя дорога по судьбе, Род твой много повидал и пережил и надеется, и верит, что сумеешь ты определить сердцем свою Любовь. Ты прозреешь тогда, когда поможешь «ей» излечится от людской злобы и зависти.

– Кому «ей», Дядюшка?

– Скоро сама всё поймёшь. – Князь Мирослав поклонился Чародею, – Неужели Веселина не чувствует, как я её люблю? Подскажи, Дядюшка, как мне растопить её сердце, как я могу ей помочь?

– Иди, отдыхай, притомились вы с дороги. Велю постелить тебе в доме, а Веселина в горнице отдохнёт. Поутру, думаю, все беды закончатся.

Чуть только заря зардела, а Веселина уже на ногах: травы заваривает, печь топит, колоба печёт, – всё, как в молодости, когда с родителями жила, только тогда глаза видели.

И вдруг услышала шум во дворе, почувствовала что-то неладное, не успела опомниться, как у её ног оказался Князь Мирослав. Рана в груди глубокая у Князя, только женщина это не видела, наклонилась она к нему и почувствовала запах крови. Вспомнила слова Маменьки: «Бери, что в ноги упало», и кинулась за травами и кореньями.

Когда она вернулась с отварами и микстурами, увидела Старушку или не Старушку, – сама не поняла. Протёрла стекла – перед ней стояла женщина средних лет, держащая в руках цветистую Шаль и покрывало из мха.

– Прости моих разбойников, опять всё перепутали, помоги мне обрести Радость, а я отдам тебе Князя.

Только сейчас Веселина заметила, что Князя, истекающего кровью, в доме не было.

– Как же так? Он умрёт, если ему не помочь! Отдай мне Князя, он мне помог, теперь мой черёд ему помогать. О какой ты Радости говоришь, в твоих руках Шаль, разве ты не этого хотела?

– Шаль у меня, только её волшебство на меня не действует. Там у костра, ты проявила заботу: укрыла меня покрывалом из белого мха и спела песню «О Затерянной Любви», этим ты растопила моё сердце. Я вспомнила, что тоже знакома с этим чувством, что когда-то тоже любила и потеряла Любовь, когда встала на путь разбоя.

В это время в дом вошёл Дядька-Чародей и Старушка обомлела. Она кинулась ему на шею, и слезы радости ручьём потекли по лицу.

– Ты вернула мне чувство радости и Любовь, проклятие с тебя снимется! Забирай Князя, он твой! – прокричала Старушка.

Веселина кинулась к Мирославу. Она обработала ему рану, наклонилась, чтобы поближе разглядеть и почувствовала в сердце жар. Огонь в груди разгорался всё сильнее и сильнее.

– Я люблю! Я люблю! Так вот она какая – Любовь! – Веселина подняла глаза и поняла, что зрение к ней вернулось.

Мирослав ожил и, находясь в руках любимой, быстро пошёл на поправку. Вскоре все вместе вернулись домой: Мирослав с Веселиной и Ведьмачка с Дядькой-Чародеем.

Свадьбу сыграли пышную, весёлую. Две пары соединились и благословление получили.

Покрова Шаль, как Родовой оберег накрыла их, и благословила весь Род потомков:

«Благословляю Вас, наши возлюбленные дети, на светлую и чистую Любовь в ваших сердцах.

Пусть всегда жар Вашего супружеского ложа будет согрет огнём Родового костра. Скрепляю Ваш союз верностью и уважением друг к другу. Цените, любите, берегите друг друга.

Процветайте, обогащайтесь, наполняйтесь теплом и нежностью и делитесь друг с другом. Пусть в нашем Роду навсегда поселятся Лад, Мир, Любовь и Верность.

Храни Вас Бог и наша Любовь!»

Процветание Рода

Давным-давно, в одном замечательном, очень красивом месте жил славный Род. С одной стороны селение окружали хвойные леса, да берёзовые рощи, с другой стороны – пшеничные, ржаные поля, и поля с просом, овсом, и горохом.

Любили ребятишки в гороховом поле с утра засесть и только к вечеру выйти. Конечно, их гоняли, засаду устраивали, но разве всех поймаешь. Не жалко сторожам было гороха, а переживали, что детки вытопчут всё поле, убирать будет неловко. Вот и ходили жаловаться к родителям, да старикам. А детишки – одно знай – бегали. Так и проходило весело их детство.

Что ни говори, а жили родовичи дружно и в достатке, побогаче других были, да вот только стали кичиться этим. Гордо по селению ходили, головы высоко задирали, хвастались своим положением, а других принижали. Пиры шумные устраивали, соседей зазывали да богатства свои показывали. Мехами да шелками трясли, многолетние бочки с вином выкатывали да скатерть-самобранку расстилали. И стали соседи им завидовать да косо на них поглядывать. А затем и вообще на Род несчастье за несчастьем посыпались, как будто кто-то родовичей сглазил или испытать решил.

То урожай не уродится, то скот заболеет да дохнуть начнёт. Плохо приходилось без коня, он всю тяговую работу выполнял. И в семьях раздоры начались: всё отношения выясняли, да утварь домашнюю били. Про богатство уже не вспоминали, а проблемы решали.

Прошли годы, и родился в этом Роду мальчик Костя. С детства слабенький был, болел часто, много требовал к себе внимания. С прогулки приходил всегда грязный, одежда была порвана, ссадины и синяки не успевали сходить с тела, а то и вообще травмы получал. А когда подрос, другие проблемы начались.

Бывало, Матушка в его кармане табак найдёт, а когда и папиросы.

– Мал курить-то ещё, да и здоровье не позволяет. Ты, Костенька, одумался бы да спортом занялся.

Время шло, Костя стал напитки горячительные пробовать, да деньги у Матушки требовать, а работать совсем не хотел.

– Не по мне это – спину гнуть за гроши, пусть другие работают, а я бизнесменом буду.

– Что ты, что ты, Костя! Чтобы бизнесменом стать, учиться надо много, да финансовую грамотность изучить. А ты одни двойки да колы из школы носил – одному Богу известно, как ты её закончил. Ты, как будто, все несчастья и беды Рода на себя забрал. Посмотри, кто твои друзья? Они и на друзей-то не похожи – одни прохиндеи и тунеядцы, да собутыльники. Ты разве не замечаешь, что все родные от тебя отвернулись – кому охота твой пьяный лепет слушать, да ещё и тумаков получать? – уже не первый раз горько причитала Матушка.

Она очень устала нести на себе такую ношу, но сердцу не прикажешь.

– Это же мой сыночек, как я его брошу? Это же моя кровиночка. – плакалась она близким и соседям. – Ничего, ничего, он одумается. Вот выучится и одумается, а денег на учёбу я найду.

Только деньги, приготовленные на учёбу, ушли на необходимые нужды сыну: горячительные напитки, папиросы, а потом и лекарства, для выхода из похмелья, и снова – по кругу. Сколько уговаривала, сколько слёз пролила, сколько врачебных кабинетов прошла Матушка, – никому неизвестно, только с мёртвой точки дело не двигалось. Сын сидел дома, живя на её иждивении, и требовал с каждым разом всё больше, или просил вообще оставить его в покое.

– Как же я оставлю тебя в покое? Ты же пропадёшь – никому ты, кроме меня, не нужен. Это мой крест, и мне его нести – раз в детстве не уследила.

Очень хотелось Матушке помочь сыну, наставить его на истинный путь, чтобы одумался и согласился на лечение, а потом и работать пошёл. Ко многим источникам она обращалась, да всё без толку, а тут как-то вычитала в одной умной книге, что для спасения её Костеньки нужно стяжать кувшин Благодати, который изменит не только судьбу сына, но и всего Рода.

Надо было срочно в дорогу собираться, за кувшином этим, только где же денег взять, ведь путь, наверное, неблизкий. И решила Матушка устроиться ещё на две работы, чтобы денег подзаработать. Так и гнула спину с утра до вечера, а Костенька на диване лежал, да в виртуальные игры играл.

Денег заработала, теперь надо у начальства отпуск просить. Да кто ей даст? Летний сезон – все в отпусках. Пришлось ещё подождать, пока коллеги с отпусков выйдут. Ну, вроде всё, путь открыт, да, как нарочно, заболела и слегла в постель. Силы были на исходе, а про нервы и говорить не стоит. Но всё же цель победила, и Матушка отправилась на поиски кувшина Благодати.

Долго ли, коротко ли шла женщина, пока не попала в джунгли. Со всех сторон наступала опасность: непроходимые участки, ядовитые змеи и пауки. У неё было такое ощущение, что гнус готов опустошить её тело от крови. И тут прямо на неё выбежал крупный дикобраз. Испугалась Матушка, за деревом прячется, выглянуть боится. А тот молвит ей человеческим голосом:

– Не там, ты, Голубушка, ищешь кувшин Благодати. Раз в джунгли забрела, значит дорогу выбрала длинную да трудную. Можно пойти другим путём, что покороче. Например, у другого Рода можно взять кувшин. А я тебе могу помочь: проведу тебя кратчайшим путём, глядишь, и мне что перепадёт.

– Господин дикобраз, разве Господь не увидит деяния наши?

– Кто здесь, Голубушка, тебя увидит? Здесь же джунгли!

– И правда, может стоит попробовать? Время идёт, а мне Костеньку, кровинушку мою, спасать надо.

– Вот и ладненько! Жизнь будет сладенькой! Добудем чужое добро – кувшин благодати, и заживём, а чужой Род с носом оставим.

– Ты хочешь сказать, что мы выкрадем кувшин, воровство совершим? Нет, я не согласна. Родители меня другому учили: «на чужом несчастье счастье не построишь». Разве будет у меня душа на месте, коли ради своей выгоды другим ущерб нанесу? Нет, не пойду я, господин дикобраз, и тебе не советую. Давай лучше через эти леса тропические пройдём и Благодать найдём.

Возмутился дикобраз, иголки свои длинные выставил, так и норовит уколоть Матушку.

– Чувствуешь, какой аромат пошёл? Сейчас другие дикобразы сбегутся – несдобровать тебе будет.

Кинулась Матушка прочь бежит, оглядывается, как бы её дикобразы не догнали, и… провалилась в яму.

Глаза открывает и видит, что лежит на больничной койке, а рядом доктор сидит, улыбается.

– Ну, наконец-то, очнулась, а то всё какие-то гонки совершала.

– Доктор, я в больнице? А змеи, гнус, дикобраз? Значит, мне всё это приснилось, и я не добыла кувшин Благодати для сына? – женщина горько заплакала.

– Не знаю, Голубушка, про какого ты дикобраза говоришь, он точно не приходил, а вот бабушка к тебе приходила. Статная такая бабуля, на княгиню похожа. Она передала тебе вот этот кувшин и письмо. Ты немного ещё отдохни, а потом прочитаешь.

Женщина посмотрела туда, куда указывал доктор. На подоконнике больничной палаты стоял старинный глиняный кувшин, наполненный Благодатью. Она подождала, когда уйдёт доктор, и развернула письмо.

«Дорогая наша девочка!

С той поры, как Род наш претерпел упадок в делах и пустоту в закромах, много времени прошло. Не знаю, сколько сейчас тебе лет, но раз письмо в твоих руках, значит, ты пережила все беды и несчастья, что были в Роду.

Знаю, нелегко тебе было выстоять и на поводу обмана не пойти, но этим раньше Род и славился: стойкостью и честностью, за это он был вознаграждён Благодатью. Ты сумела эту Благодать вернуть, и теперь ни ты, ни твой Род не будете страдать от бедности. Финансы снова польются неиссякаемым потоком в ваш Род и остальные беды забудут к вам дорогу.

Прими этот кувшин с Благодатью, за стойкость души твоей и верность Роду.»

Некогда было разлёживаться в больнице – надо сына спасать, и Матушка покинула палату, прихватив с собой кувшин.

Сын был дома – ничего не поменялось: ни «здравствуйте», ни «до свидания», ни «как твоё здоровье, Матушка». Ничего не спросил, только воды попросил и что-нибудь от головной боли.

Матушка спохватилась, руками замахала, кувшин скорее подаёт сыну. Костя сделал несколько глотков, и вдруг смесь гадов от него отделилась и поползла. Матушка в ужасе отскочила в сторону. Полчища тараканов, змей, жуков, пауков направлялись к выходу. Они так спешили, словно боялись опоздать. Матушка распахнула все окна и двери, чтобы избавиться от этих тварей, и вдруг комната залилась ярким светом. Над сыном повисло лёгкое облако, окутало его, как покрывалом, а потом растворилось.

Костя поднялся с дивана, подошёл к Матушке и поклонился ей в ноги:

– Матушка ты моя, заботушка! Женщина моя святая!

Сколько лет я распоряжался твоей жизнью во своё благо?! Прости меня, грешного, дорогая и добрая моя Мама. Пусть кувшин Благодати в твоих крепких и чутких руках спасёт все заблудшие души и исцелит твоё тело. Я благодарен тебе, моя Матушка, за твою любовь и преданное сердце!

С тех пор жизнь в Роду наладилась: семьи стали крепче, здоровее, сильнее. Благодать обошла весь Род и каждому принесла частицу любви потомков. В каждом доме отныне и во веки веков открыт Неиссякаемый Поток Изобилия.

Поняла Матушка сама и наставления дала своим детям и внукам, что без Любви и Преданности в этом мире не выжить. Всегда нужна поддержка ближнего, забота и внимание. Деньги всегда приходят под запрос. Вселенная огромна и богата!

Варежки

Жили некогда два могучих Рода.

Один Род славился силой своей богатырской да смекалкой. Мужчины Рода, земли свои защищали от врагов лютых, а освободив, не забывали их обрабатывать, да подпитывать. Не дома, а дворцы строили, как у царей, и жён себе выбирали искусниц – умелых да работящих.

Другой Род занимался охотой да торговлей. И была у Рода своя фабрика по выделке кожи, шитью пальто и шляп. Женщины там были мудрые и видные – одна краше другой.

И вот как-то раз появились на свет в этих Родах мальчик и девочка, предназначенные друг другу Судьбой и самими Небесными Предками на этот союз благословлёнными. Да только до поры до времени никто об этом не знал.

Мальчик Григорий рос смышлёным и бойким. Ни в чём не хотел уступать Деду и Тятеньке. За любое дело брался, даже которое не по силам ему было. Жил он в добротном доме, в большой и дружной семье. Братья Григория службу вели при царе, а он для этого ещё малой был.

А девочка Настенька была кроткая да скромная, мастерица на все руки, умная не по годам. Жила она с родителями, сёстрами и братьями в поместье, а рядом в небольшом домике жили её Дед и Бабушка, которые ни на какие уговоры не шли, чтобы объединиться с ними. Для этого им пришлось бы освободить свой дом, где стены напоминали о бурной молодости и хранили истории семейного счастья.

Отец Насти и старшие братья много времени проводили на охоте и на фабрике, а мама занималась домом и детьми, учила их уму-разуму.

Настенька частенько бегала до Бабушки с Дедом, очень ей нравилось слушать, как Бабушка про свою молодость рассказывает, да кое-какому навыку искусства учит.

Зима в том году была ранняя. Уже в начале ноября реки льдом покрылись. Хотя и хрупкий был лёд, но отважная ребятня умудрялась на нём покататься. Вот в это время запряг Тятенька лошадь и отправил Гришку в лес за дровами:

– Смотри, через реку не езди – лёд не выдержит гружёную телегу. Объездной дорогой трогай, да не спеши, не загоняй лошадь.

– Хорошо, Тятенька. Я заодно присмотрю место, где можно ёлочку под Новый год срубить, Мама любит запах хвои.

Едет Григорий не спеша, ёлочки выглядывает, метки ставит, где какая понравилась. Вдруг слышит крик о помощи:

– Помогите! Спасите!

Погнал он лошадь вперёд, на крик, и оказался у реки. На берегу собралась ребятня, а одна девочка барахталась в ледяной воде, издавая эти крики. Видимо, ребята, как обычно, катались на льду, и в одном месте лёд не выдержал и треснул.

Девчонку всё сильнее затягивало под лёд. Григорий быстро сообразил, что надо делать, применил свою смекалку. Не успел он вытащить девочку, как тут же примчалась карета и увезла малышку неведомо куда, оставив ему только маленькую узорчатую варежку. Гришка запихнул её за пазуху и поехал за дровами. Дома он никому ничего не рассказал, а варежку припрятал – вдруг хозяйка объявится.

Настенька много дней провела в постели, за ней ухаживала Бабушка.

– Бабушка, ты меня не будешь ругать? – спросила Настя, когда очнулась.

– За что, дитятко? Что ты такое натворила, за что я должна тебя пожурить? То, что на льду оказалась, так это ты по неопытности. Слава Богу, живая осталась.

– Нет, Бабушка, не за это. За то, что я одну узорчатую варежку потеряла, которые ты мне вязала и всё приговаривала, что эти узоры, мне счастье принесут. Что же это, получается, я теперь буду несчастная?

– Что ты, родная, не горюй, я тебе новые рукавички свяжу. А варежку ту береги, она на самом деле тебе счастье принесёт. Видишь, на ней узоры серебряной ниткой проложены, это линии твоей жизни, которые тебе надо пройти.

– А в чём заключается моё счастье, как я его распознаю? – тут Настенька приподнялась и села на кровати.

– А ты, Бабушка счастлива? И почему Вы с Дедом живёте в таких условиях, разве мы бедные?

– Многое тебе, дитятко, ещё придётся познать. Ничего, у тебя вся жизнь впереди. Я счастлива с твоим Дедом, мы уже полвека вместе, и всё у нас было, много чего пережили, но старались всегда беречь и поддерживать друг друга. Да, мы не бедные, все свои накопления мы вкладываем в общее дело, в помощь нуждающимся. Я думаю, ты, наверное, замечала, что у нас всегда постояльцы. Мы помогаем бедным и обездоленным, которые свернули со своего праведного пути и нуждаются в тепле и заботе.

Мы богаты душой – вот всё наше богатство. А твои родители выбрали другой путь. И у тебя он будет свой, и, если ты пойдёшь правильной дорогой, узнаешь, что такое «Манна Небесная» и что такое счастье.

Время шло, девочка с мальчиком выросли и стали заглядывать по-взрослому в будущее.

Настя и Гриша часто вспоминали случай на реке, каждый хранил свою варежку и никому не показывал.

Оба Рода пережили разруху, голод и разорение. Оба Рода вновь сплотились и стали дальше развиваться, разрастаться, обогащаться.

Настенька распускалась, как нежный бутон розы и наполнялась женственностью, обучалась рукоделию.

А Григорий возмужал, окреп, ремёсел много изучил и решил познакомиться со швейным мастерством. Устроился на фабрику, научился шкуры выделывать, кроить, мерки снимать, шить. И жизнь потекла своим чередом.

Как-то родители Настеньки решили, что пора ей о замужестве подумать, и по весне, когда распустятся яблони и вишни, устроить приём – смотрины женихов.

Поток к усадьбе не прекращался: и конные, и пешие, и знатные, и бедные, и молодые, и пожилые. Все хотели на невесту посмотреть, да себя показать.

Настя в первый же день устала от этих смотрин и предложила Отцу выдвинуть требования, и тот, кто с ними справится, будет её мужем.

Первое требование: «Подарить ей розу с каплями утренней росы, которая никогда не увянет, и капли на ней не высохнут».

Много было претендентов на её руку и сердце, но после объявленного условия женихи стали расходиться – кто куда.

Узнал об этом Григорий и решил тоже попробовать себя в роли жениха. Первая задачка была задана, надо было найти решение. Пошёл Гриша пролеском и вскоре наткнулся на большой камень, и решил присесть, отдохнуть. На краю камня сидела небольшая ящерица, она грелась на солнце, прикрыв глаза.

Григорий невольно залюбовался переливами кожного панциря ящерицы.

– Какая красота, сколько здесь блеска, откуда ты такая взялась? Можно я с тобой присяду, думу буду думать: как найти мне этот цветок, где он растёт и существует ли вообще или это выдумка? – так рассуждая, Григорий не заметил, что ящерица исчезла, оставив свой хвост.

Опомнился, понял, что сам с собой разговаривает, поднялся с камня и увидел, что на том месте, где сидела ящерица, лежит небольшой кусок кожи, такого же цвета и блеска. Поднял он кожу, а под ней оказался камень, переливающийся, как утренняя роса.

«Я подарю Настеньке розу с каплями утренней росы, которая никогда не завянет», – решил он и побежал на швейную фабрику.

К утру цветок был готов. Он был сшит из кусочка кожи, что оставила ему ящерица и украшен мелкими камушками-росинками, которые блестели и переливались на солнце.

Первая задача была решена, Настя была удивлена находчивостью Григория и загадала ему вторую задачку, посложней: «Принести ей то, что днём мешается, а ночью лечит».

– Ну уж с этим заданием он не справится, – говаривала она своему Отцу.

Опечалился Григорий, домой пришёл чернее тучи – ни есть, ни пить не может. Тут к нему подошёл его котейка, трётся о ноги, мурлычет.

– Отойди, не мешай, не до тебя мне сейчас – надо принести то… не знаю что. Что может мешаться и лечить? – спросил озадаченно парень.

Да тут же воскликнул:

– Я понял! Это ты мешаешься в течение дня под ногами, а ночью ложишься в ноги, всю хворь забираешь. Молодец, Мурлыка, помог мне! Завтра пойдёшь со мной.

Вторая задача тоже была решена, Настя и в этот раз признала находчивость Григория.

Третье задание:

– Проложи мне Млечный путь к нашему с тобой счастью.

Ещё больше опечалился Григорий – это ему не под силу. «Где он – а где Млечный путь?»

Ни спать, ни есть не может, из угла в угол ходит. Вдруг вспомнил про маленькую варежку:

– Где же она? – обычно, когда ему нужно было решить важный вопрос, он доставал маленькую варежку и мял её в руках. И вопрос сам по себе решался, и ответ находился.

Григорий и в этот раз помял варежку, расправил и заметил на ней серебряные узоры, которые проложены были по всей поверхности.

– Узоры, как Млечный Путь, серебром блестят и закручиваются по спирали… Млечный Путь!

Ура! Я понял! Серебряная спираль, узор, Млечный Путь!

Григорий еле дождался утра, чтобы предоставить невесте отгадку.

Настя обомлела, она достала из комода такую же варежку… Молчание затянулось.

Два сердца стучали в такт, две пары глаз встретились, две пары рук воссоединились, чтобы никогда не расставаться…

Свадьба была шумная, весёлая. Предсказание Бабушки сбылось, варежки принесли Настеньке счастье.

Мужчина и женщина шли по лесу, держась за руки. Впереди бежали их дети, играя в снежки. И вдруг с неба полетели большие хлопья, окутывая всё и всех в снежные шубы.

– Посмотри, дорогой, – это «Манна Небесная» сыплется, нашу семью обогащает. Второе предсказание Бабушки сбылось!

Вот так начался наш Род, и с тех пор в нашем Роду живут: Любовь, Мир, Лад и Доверие.

И все семьи наши крепкие и устойчивые, живут долго, счастливо и пребывают в Здравии!

Всё будет хорошо

В маленькой деревушке жила обычная семья: Мама, пять дочерей и сын. После весточки с войны о пропаже мужа все обязанности легли на женские плечи. Время было голодное – выживали, как могли. Старшие старались во всём помочь Матери, поддерживали её, многого не просили – знали, что негде взять.

Дети в школу ходили по очереди, так как валенки были одни на большую семью. Мать носила кирзовые сапоги, пока Дядька не принёс ей свои валенки, все в заплатах.

Дети росли, хлопот прибавлялось, много работы свалилось на старшую дочь. Хорошая девчонка росла, боевая, ничего не боялась, недаром её все звали Огонёк.

Председатель совхоза определил её вместе с остальными бабёнками с коровами управляться, и здесь у неё всё ловко получалось. Коровы её любили, мычали, когда она заходила в коровник. А потом доверили ей лошадь с телегой – молоко возить.

Жизнь шла своим чередом, и вот как-то предложили Огоньку поработать в магазине. Для этого ей надо было ездить на склад за товаром, топить печи в магазине и обслуживать покупателей.

В один из таких дней, когда Огонёк направлялась за товаром, её тормознул паренёк из соседней деревни. Давно Миколка заглядывался на яркую девчонку, всё искал случая познакомиться.

С тех пор встречи их стали частыми, они любили вечерами прогуливаться по зелёному лугу и купаться в ключевом озере. Огонёк была девушкой на выданье. Мать подыскивала ей жениха, только девушке никто не нравился, а вот Миколка – другое дело, хотя он и был младше её почти на пять лет.

Отношения их стали углубляться, и однажды Огонёк поняла, что носит дитя под сердцем от любимого человека. Насчёт свадьбы разговора у них не было. Родители Миколы ничего не знали, считали, что он ещё молодой для семьи.

И пришлось Огоньку повиниться перед своей Мамой о возникшей проблеме. Не приняла Мать дочь непутёвую:

– Нагуляла, вот теперь сама и выкарабкивайся! – и, во избежание позора, выставила дочь за дверь.

Приютил девушку дядька Пантюха:

– Обустраивайся, места всем хватит, думаю, потихоньку проживём. Ты, главное, дитё береги.

Так и осталась Огонёк жить у дядьки. Работу никто не отменял: она продолжала возить молоко и товар, топить печи и торговать. Домой возвращалась уж затемно. Наступила зима, пересудов про неё было много, но она не слушала. Её беспокоило лишь то, что родные от неё отвернулись, и Микола не объявлялся.

Стояли лютые морозы, дороги занесены, а ей придумалось рожать. Дядька Пантюха весь извёлся:

– Как ты доберёшься до лечебницы? Лошадь совхозную не дадут, да и ей не пройти будет, вишь, как метёт.

– Ничего, Дядюшка, дойду. Я не одна, со мной моё дитё, – ответила Огонёк, накинув старую дядькину пальтуху. Своя одежда не сходилась на животе.

Дорога оказалась непроходимой. Огонёк кое-как барахталась по сугробам, боль нарастала.

– Господи, помоги, прости мою душу грешную! Не по злобе, а по любви получилось, я и так уже пострадала – все от меня отвернулись. Не ради себя прошу, ради дитя неродившегося – согрей моё тело и дай мне силы всё вынести!

Мороз крепчал, совсем темно стало, силы были на исходе, а идти ещё нужно двенадцать вёрст. Боль стала невыносимой. Огонёк, корчась от боли, упала в сугроб:

– Сейчас немного отдохну и мы с тобой дальше пойдём, потерпи, маленький. Родишься, имя тебе дам светлое, да доброе, а когда подрастёшь, сильным богатырём станешь, защитником моим будешь. Ещё немного, ещё чуть-чуть, и скоро уже дойдём.

Нашли её недалеко от клиники, саму выходили, а ребёнка спасти не удалось.

– Это Кара Небесная тебе за то, что в подоле принесла, Род наш опозорила. Теперь тебе с этим грехом жить, вовек не отмоешься, кому ты теперь будешь нужна?! – ворчала Мать, поглядывая на измученную дочь.

– Мам, а мам, ты слышишь меня?

– Кто здесь? – Огонёк лежала в бреду уже несколько дней.

– Мам, это я, твой сынок. Помнишь, ты хотела меня назвать добрым, светлым именем? Ты уже придумала его! Давай, я буду Лучиком, хорошее имя, правда? Я буду тебя согревать, когда тебе будет холодно. Буду освещать твой путь, чтобы ты не заблудилась. Буду защищать, окутывая тебя своей солнечной любовью. Правда здорово я придумал? Мам, очнись! Тебе пора вставать и накрывать на стол. Видишь, сваты едут?

Огонёк открыла глаза, перед ней стоял Микола, неуклюже так стоял, шапку в руках мял.

– Ты, прости меня, Огонёк! – он упал в ноги девушки.

– Не было меня в деревне, на вырубки меня отправили. Я ничего не знал, моя ты будешь, жди сватов.

Свадьбу сыграли славную. Свёкр со Свекровью душевно приняли невестку, они оказались очень добрыми людьми. И жизнь началась семейная.

– Мам, давай с тобой поиграем, я буду прятаться, а ты меня искать. Чтобы тебе было не тяжело, я буду поддаваться, хорошо?

– Огонёк, проснись, проснись, тебе опять снится тот же сон? – муж тормошил её за плечо. – Пора уже отпустить, скоро тебе рожать, думай о хорошем.

Микола беспокоился о своей жене – его забирали на службу аж на три года.

Дочь родилась хорошенькой, здоровенькой, похожей на папу.

– Ну, ну, не плачь, успокойся, мы тебе поможем, – погладила невестку Свекровушка.

– Грехи твои Господь отпустит, я знаю. Ты теперь наша дочка, и жить мы будем вместе. И красавицу девочку поможем вырастить.

Ты пришла в наш Род, здесь ни тебя, ни твоё дитё никто не обидит. А на Маму не обижайся. Не со зла она, страх затмил ей глаза и сердце. Мы за неё помолимся, и всё наладится.

Свёкр со Свекровью часто ходили на службу, они в любую погоду преодолевали огромные расстояния, чтобы побывать в Храме Божьем.

Девочка подрастала и ещё больше стала походить на отца: такие же светлые кудряшки и звонкий голос.

Стала Огонёк замечать, что дочь всё время с кем-то разговаривает.

– Скажи мне, милая, с кем это ты общаешься?

– Как с кем, с братом, разве ты не видишь и не слышишь его?

Огонёк растерялась, ей давно уже не снились волнующие её сны.

– Милая, а где твой брат, и что он тебе говорит?

– Он со мной играет в прятки, я его как раз ищу. Хочешь, поищем вместе? Смотри, вода в ведре светится, он где-то там, пойдём скорее.

В ведре отражалось синее небо и яркое солнце. Огонёк дотронулась до воды и почувствовала в своей руке маленькую тёплую ладошку:

– Мам, я здесь. Я тебе обещал, что всегда буду тебя согревать и обволакивать своей любовью.

В другую руку женщины просунулась рука Дочери:

– Мама, видишь, мы вместе – как здорово и весело!

Все трое побежали по дороге, встречать Бабушку с Дедушкой.

– Огонёк, постой!

Женщина повернулась. Перед ней стояла поседевшая Мать.

– Прости меня, доченька! Дозволь на внучку поглядеть. Совсем я одна осталась… Все разъехались, никому я не нужна.

– Нет, не правда. Ты мне нужна, нет – нам нужна! – и Огонёк нежно обняла свою Маму.

– А я говорила, что всё хорошо закончится! Правда, братишка?

Благословение на счастливую жизнь

За окном уже третий день мело. Из-за метели не видно было дороги – вьюжило так, что хотелось спрятаться под одеяло и никуда не ходить. От такой погоды настроение у Анжелы становилось всё хуже.

– Что за дрянная погода! Когда уже наступит весна? Очень хочется тепла, – она отошла от окна и направилась в ванную. Включив воду, долго рассматривала своё отражение в зеркале. От горячей воды зеркало начало запотевать. – Вот и хорошо, а то с каждым разом всё больше вижу сходство с ней.

У Анжелы были тяжёлые отношения с матерью, почему-то назвать её по-доброму, ласково «Мама», у неё язык не поворачивался. Она никак не могла забыть, как мать выставила её за порог квартиры, узнав, что дочь находится в интересном положении.

– Ни тебя, ни твоего воробушка здесь не надо. Сами еле концы с концами сводим, ещё и ты принесёшь в подоле. Как жить собираешься? Накаталась на саночках, сумей сама их возить.

Вода набралась, Анжела добавила пены и зажгла свечи. Ей так хотелось тепла и уюта. Она скинула халатик и погрузилась в ванну.

Пенистая вода приятно обволокла красивое, подтянутое тело. Она следила за своей фигурой, годы брали своё, поэтому приходилось вкладываться в красоту.

Анжела в блаженстве закрыла глаза – как хорошо, всегда бы так – она осознавала, что надолго расслабиться у неё не получится. Скоро дочь со школы придёт, и начнётся опять кутерьма. А сейчас – её время. Она надела наушники и включила медитацию. Тихий голос и приятные звуки природы уносили Анжелу от действительности.

Почему-то перед глазами всплыл образ бабушки, которую вживую не довелось увидеть, только на фотографии. Та, в своё время, тоже была изгнана из Родового дома, и тоже из-за беременности. В те времена это было позором и грехом, и бабушку приютил дядька Пантюха. Она тогда потеряла дитя во время такой-же метели, и сама еле жива осталась.

И позднее, уже выйдя замуж и имея взрослых детей, бабушка не поддерживала отношений с матерью Анжелы, между ними тоже были какие-то заморочки. Но это уже другая, неизвестная ей история.

– Может, это какое-то проклятие наслано на наш Род?

«Род – система непростая, и не бывает так, чтобы только добрые, честные, да светлые в нём рождались. Случается и так, что в солнечном Роду чёрная овца появляется, что, как в поговорке говорится, всё стадо портит. Бывает, что изначально в душе человеческой тьмы больше, чем света, и в своём помутнении человек такие вещи творить начинает, что люди за головы хватаются.

Вот и нарушается равновесие в системе Родовой, и чтобы вернуть гармонию в Род, очень надо потрудиться.

А средством для такой работы является первый Родовой счёт, ибо возникает он тогда, когда кровь сама на себя восстаёт – отец на сына, мать – на дочь, или наоборот.»

Анжела открыла глаза.

– Что за чушь, что за программу я слушаю? Бред какой-то, – она сняла наушники. Вода совсем остыла, но выбираться из ванной не хотелось. Женщина включила горячую воду и нанесла на волосы маску. – Минут пятнадцать ещё есть.

«Чёрная овца, Родовой счёт, мать – на дочь, может и правда, всё дело в неотработанных Родовых программах? Чушь!» – она нашла другую медитацию и надела наушники.

«Родился я в одной семье, где меня не ждали и не заказывали. Можно сказать, что я нежеланный ребёнок и имя моё – Родовой Счёт. Просто моя мать была так разгневанна на свою дочь, что прокляла её и выгнала из дома. Так я и родился.

Моим предназначением было, как всегда, нечто несовместимое. С одной стороны я должен был сердца кровных родственников до поры друг к другу не пускать, а с другой стороны, покаяние и прощение с обеих сторон взыскивать.

Почему, спрашиваете, нужно было сердца сродников друг к другу не пускать? Тут у меня обычно работа тонкая ведётся, нужно «дурную кровь» вывести, а для этого носителей её на расстоянии удерживать.

Вот так: и инфекцию зла из крови вывести изволь, и между сердцами расстояние построй, и вместе с тем притяжение между ними сохрани, чтобы они тянулись друг к дружке, – вот работа, так работа!

Хоть такое одновременно делать совершенно невозможным кажется, терпения и настойчивости мне не занимать. Я знаю: раз в одном поколении не получилось, в другом не сошлось, может на третий или пятый раз точно получится. Ведь и Логика Рода на моей стороне. Она знает, что не зловреден я. Просто свою работу делаю. Каждому новому поколению старый сюжет отношений предъявляю, их реакцию проверяю: вдруг у кого-то сердце умягчится, да примет он близкого человека таким, каков он есть? И не станет допытываться – любят ли его? Уважают ли?

Всё жду, когда мне повезёт, когда умягчатся сердца сродников, покаянием и прощением наполнятся. Тогда моим трудам конец. Но рановато мне пока на покой, хоть и стар я…

Вот и в нашем Роду случилась такая история.»

Анжела услышала шум, открыла глаза, кто-то барабанил во входную дверь. Ванна переполнилась, и вода лилась на пол.

– Опять! – она закрыла кран, накинула халат и выскочила из ванной комнаты. Открыв дверь, она долго извинялась перед злобной соседкой с нижнего этажа, обещая возместить весь ущерб.

– Как ещё умудрилась не свариться? Вода – почти кипяток, – она обработала тело средством от ожогов, собрала тряпкой разлитую воду и села на край ванны.

Так до конца расслабиться в этот раз не получилось.

«Что это было? Господи, о чём я думаю!»

У двери послышался шорох, и дочь вошла в квартиру.

«Совсем уже взрослая стала, а какая красивая выросла, чертовка». – подумала Анжела. Она завидовала молодости и красоте своей дочери, и даже считала её виноватой, что та выглядит лучше неё.

Себя в хорошие матери она не записывала, она понимала, что не додаёт любви своей дочке, но ничего поделать с собой не могла. Она больше думала о себе.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.