Александр Литвиненко
Пробудитель. Искра Человечности

Сквозняк в зеркале

Анастасия стояла у окна и смотрела, как Дмитрий заводит спорткар. Его движения были чёткими, почти механическими. Он не обернулся, как делал раньше, не махнул ей рукой, не улыбнулся. Просто натянул шлем, щёлкнул замком – и исчез, как будто стал частью машины.

Внутри неё скреблось что-то первобытное. Страх, похожий на тот, что она чувствовала у постели своей матери. Только теперь он не был связан с телом – теперь он касался души.

Интерьер. Кафе. Глеб и Анастасия за столиком у окна.

Анастасия (шёпотом, взгляд тревожен):

– Он не он. Последнюю неделю… будто копия. Живёт по расписанию, отвечает правильно, улыбается, но – как будто не изнутри. А ночью…

(пауза)

– Иногда я слышу, как он разговаривает сам с собой. На кухне. Без света.

Глеб (сдержанно):

– Ты уверена, что это не… стресс? Посттравматическое?

Анастасия (вздох):

– Это не стресс. Это как будто… внутри него кто-то другой. И этот кто-то смотрит на меня через его глаза. – Я знаю, как это звучит, но Глеб… мне страшно.

Глеб (после паузы, с ухмылкой):

– Ну, если он начнёт в два часа ночи гладить чайник и звать его «папочкой», зови меня сразу. А пока…

– Давай устроим что-то простое. Пикник. Ты, он, я и Эмма. Лёгкая обстановка, без допросов. Я поговорю с ним – если это Тень, я почувствую.

Анастасия (вяло):

– Ты всегда такой уверенный…

Глеб:

– Я просто хорошо притворяюсь. Особенно, когда боюсь.

Сцена: Пикник у озера

Погода была на удивление тёплой. Лёгкий ветер гнал рябь по воде, дети кричали вдали, играя в мяч. На покрывале: фрукты, багеты, оливки, сок. Эмма резала сыр и хихикала, глядя, как Глеб неуклюже пытается открыть банку маслин с помощью ключей от машины.

Эмма (перекидывая нож):

– Дай сюда, герой с ключами от «Пантеона подсознания».

Глеб (улыбаясь):

– Это не просто ключи. Это мой универсальный инструмент. Один раз я ими даже спас хомяка.

Анастасия (мрачно):

– Они не спасут нас от Тени.

Глеб:

– Ну, разве что она захочет оливок.

(Общее короткое молчание, затем Эмма прыскает со смеху и утирает слёзы.)

Эмма (глядя на Дмитрия):

– Ты совсем в себе, Дим. Не хочешь присоединиться? У нас тут великая сырная дегустация и конкурс на самый философский кусочек.

Дмитрий (без улыбки):

– Не голоден.

Глеб (садится рядом с ним, обводит рукой горизонт):

(пауза)

– Слушай, ты ведь был в тех краях, где дорога уходит в туман, помнишь? У моста? – Там, где всё началось.

Дмитрий (поднимает взгляд, чуть ожесточённо):

– Я многое забыл. Или, наоборот, вспомнил не то, что хотел.

(пауза)

Глеб:

– Странное чувство, когда внутри тебя кто-то есть, да? – Кто-то, кто шепчет вместо тебя. Думает за тебя.

Дмитрий (резко):

– Ты о чём?

Глеб (спокойно):

– Я просто… знаю, каково это.

(Молчание. Только шелест листвы и щебет птиц. Затем где-то неподалёку раздаётся громкий шлёпок – это сорока ворует багет.)

Эмма (вслед птице):

– Ты смотри, у нас даже птицы жрать не стесняются!

Глеб (в сторону):

– Главное, чтобы не заговорила. А то придётся звать экзорциста.

(Дмитрий встаёт и уходит к воде. Его движения – чуть слишком плавные, как будто он не чувствует вес своего тела. Анастасия смотрит на Глеба, тот еле заметно кивает.)

Диалог без лица

Солнце клонится к закату, свет падает под углом, вытягивая тени по берегу озера. Глеб медленно идёт вдоль воды, догоняя Дмитрия.

Глеб(спокойно):

– Хорошее место. Вроде бы – тишина, но всё равно что-то внутри не даёт покоя. Дмитрий (не оборачиваясь):

– Никогда не умел отдыхать. Всегда на грани – тормоза, резина, обрыв… Если тишина – значит, что-то точно не так. Глеб (со смешком):

– А я вот вчера попробовал медитировать под звуки природы – через десять минут уснул, и снилось, как на меня нападает чайник с функцией Wi-Fi. Дмитрий (чуть дергается плечами, будто усмехнулся, но всё ещё напряжён):

– Ты не представляешь, сколько раз я видел чайники в кошмарах. Правда, не беспроводные… Глеб (посерьёзнев):

– Интересно, как ты это сделал? – Странно, но ты ведь выбрался из силового поля в том сне. Помнишь? Тогда с Эммой. (пауза) (Дмитрий замирает. Ветер поднимает лёгкую пыль с берега. Он медленно поворачивает голову. Голос меняется: становится глуше, спокойнее, будто говорит кто-то другой.)

Тень (улыбаясь криво):

– Не думал, что так быстро обнаружусь. Обычно мне дают хотя бы недельку покататься в теле. – Догадался всё-таки. (вдох) – Он – гонщик. Гоняет на машинах, на пределе. И вот – удар. Резкий. Я прорываюсь. (короткий смешок) Глеб (ровно):

– Что дальше? Тень (задумываясь):

– Я больше не хочу разрушать. Но и жить не могу. У меня нет тела. Есть только… я. – Раньше я мечтал только о власти. О свободе. (пауза) (тихо)

– А теперь… Я почувствовал, что такое любовь. Внутри него. Это – как кислород. Глеб:

– Я помогу тебе. Но для этого тебе придётся оставить Дмитрия. Тень (нежно, почти с грустью):

– Просто сейчас мне некуда уйти. – Он стал для меня… чем-то большим. Типа… домом без интернета. Спокойно, но дико непривычно. (взгляд в сторону) Глеб:

– Тогда… перейди ко мне. (Тишина. Лёгкий ветер. Тень кивает. В этот момент взгляд Дмитрия меняется – он ошеломлён, будто очнулся.)

Дмитрий(моргает, озирается):

– Я… Я что-то говорил? Глеб (улыбаясь):

– Ты просто молчал. Даже не пожаловался на багеты – подозрительно. Сцена: Позже. Кабинет Глеба

На экране телевизора – тревожный выпуск новостей.

Ведущий (на фоне кадров с беспилотника):

– Городок Чернеково полностью отрезан от связи. По сообщениям очевидцев, жители ведут себя как под гипнозом: не отвечают на вопросы, двигаются по строгим маршрутам, ночью не выходят из домов. (пауза)

– Власти не исключают участие религиозной секты. Офицеры на месте сообщают, что лидер – некий Платон Игоревич Китилин. По неподтверждённым данным, он объявил себя «Проводником Света» и требует полной покорности.

(Кадр сменяется на ночную улицу: люди в одинаковой одежде двигаются строем. Один из них поправляет капюшон и врезается в фонарь – остальные, как по команде, тоже врезаются.)

Глеб(шепчет):

– Отличная синхронизация. Им бы флешмоб вести. Анастасия(в панике, закрывая ноутбук):

– Он вернулся. Мы же тогда его почти поймали… Если бы полиция не затормозила… (поворачивается к Глебу)

– Это он. Глеб (напряжённо):

– Он больше не человек. С тех пор, как демон вошёл в него – это другое. Это не Платон. Это оболочка. Жуткая, харизматичная оболочка. (поворачивается к Дмитрию)

– Нам нужно идти к нему. Прямо в сон. Но для этого нужен контакт. Связь.

Дмитрий(смотрит на Анастасию, потом на Глеба):

– Я с вами. Только скажите, что делать. Глеб(в сторону, почти мысленно):

– Сейчас ты не один. Тень (внутренний голос Дмитрия):

– Но, если я начну просить пиццу с ананасами – бей в левую почку. Это буду не я. – Я могу помочь. Пока побуду здесь, внутри. (пауза) – Я чувствую, как думают те, кто заражён. И.… возможно, смогу найти слабое место. (короткая пауза) Анастасия(тихо):

– Мы снова идём в самое сердце. Только на этот раз – с самим Тенью? Глеб(смотрит на неё серьёзно):

– Но хотя бы с багетами. – Или мы сгорим вместе с городом. (пауза)

Знак из прошлого

Небо налилось свинцом, воздух стоял тревожно неподвижным. Эмма стояла на парковке, закутавшись в пальто, пока остальные собирали вещи после пикника. Она машинально подошла к машине Дмитрия – всё казалось обычным: слегка поцарапанный капот, пыльное стекло, тёмный салон.

Но когда она склонилась к колесу с правой стороны, взгляд зацепился за что-то странное.

На ребре кузова, прямо над аркой колеса, была выцарапана надпись. Почти стёртая временем, но всё ещё различимая:

"Собиратель Эхо."

Эмма отступила на шаг. Сердце глухо бухнуло в груди. Вспышка памяти – детский смех, крик тормозов, её руки, судорожно царапающие металл в отчаянии, в ярости. Это была она. Это она нацарапала это в ту ночь, когда погиб её сын.

– Это я нацарапала…Эмма (шёпотом, словно самой себе): – Это я.… (в голосе дрожь)

(вскидывает взгляд, сжимаются губы)

– Я тебе отомщу.– Он был там. Он стоял рядом, когда мой сын умирал. (пауза) – Это всё из-за него… (тихо, с болью и гневом)

(Она разворачивается и уходит быстрым шагом, не обращая внимания на крики Анастасии вдали.)

Сцена: Где-то на окраине

Полуразрушенное здание фабрики. Внутри – десятки людей. Лица спокойные, почти пустые. Кто-то шепчет молитвы. Кто-то пишет одинаковые фразы в блокнотах – иногда прямо на руках.

На возвышении – Платон Игоревич Китилин. Его глаза – чёрные, зрачки неестественно расширены. Его голос – медленный, но завораживающий.

Платон(демон внутри, голос словно эхом):

– И мы перепишем этот сон, сделаем его единым. Без боли. Без страха. Только порядок. – Мы – не тела. Мы – воля. Мы – поток.

– Не бойся, здесь даже налогов нет. Входят новые люди. Их ведут «поводыри» – последователи Платона, в одинаковой одежде, с выжженным символом на шее. Один из них тихо шепчет:

(Поводыри берут новичков за руки, смотрят в глаза – и что-то передают взглядом. Через несколько минут новички уже стоят, замершие, в молчании, как и остальные.)

Платон закрывает глаза. Его сознание расползается паутиной, касаясь умов тех, кто подчинён.

Сцена: Кабинет Глеба, поздний вечер

(Свет тусклый, сканеры гудят. Входит Дмитрий, за ним – мужчина лет сорока. Неопрятный, в поношенной куртке, с блуждающим взглядом и следом от ожога на шее.)

Дмитрий (Тень внутри):

– Поймал одного из "перевёртышей". Не сопротивлялся. Они… как пустые сосуды. Один только буркнул что-то про распродажу в "Ленте" и заткнулся.

Глеб(осматривает мужчину):

– Он зомбирован?

Анастасия (подключает сканеры):

– Сильное подавление активности. Но жив. Внутри есть что-то… чужое. Очень активное. Как Wi-Fi соседей – везде и сразу.

Глеб (в сторону Тени):

– Если мы сможем войти в его сон, возможно, найдём путь к Платону.

Тень (внутренний голос):

– Они связаны. У них единая сеть. Но ядро где-то глубже. Нужно идти осторожно. Особенно если встретишь голографического голубя – это ловушка, не ведись.

Анастасия (собирая оборудование):

– Я соберу капсулу и активирую стабилизаторы. Прямое подключение к заражённому – как прыгать в омут с камнем на шее.

Глеб:

– Значит, придётся научиться плавать. Или хотя бы красиво нырять.

(Пауза. Анастасия хмыкает, проверяя контакты).

Финал главы

(Капсула готовится к запуску. Свет ламп становится бледнее. Пульс заражённого стабилизируется. Гул аппаратуры заполняет пространство).

Глеб (мысленно, самому себе):

– Всё повторяется. Опять сон, опять бездна. Но на этот раз… внутри меня есть тот, кто был по ту сторону.

Тень (внутренне):

– Только без драмы на входе, ладно? У меня аллергия на пафос. – Давай вытащим это зло наружу. Вместе. (пауза)

Лабиринт отражений

Темнота. Холод, словно на дне беззвучного океана.

В следующую секунду Глеб и Дмитрий (с Тенью внутри) открыли глаза – уже в сне подчинённого Платону.

Они стояли в узком коридоре, выложенном из тёмного стекла. Пол, стены, потолок – всё зеркальное. Казалось, отражения множатся, искажая пространство. Движение вызывало рябь – как будто сам сон пытался их проглотить.

Глеб (оглядываясь):

– Похоже на ловушку. Нет ни света, ни направления.

Дмитрий (Тень внутри):

– И, возможно, отражение его дизайнерского вкуса. Кто делает лабиринты из зеркал? Что дальше – пол из лаваша? – Он выстроил лабиринт. Сложный, но не идеальный. Это его защита, его… оболочка. (пауза)

(Глеб фыркает, но не отвечает. Они двигаются вперёд. Коридоры меняются, отражения начинают двигаться с небольшой задержкой, словно подстраивают свою волю).

Вдруг – смех. Глухой, низкий, прокатывающийся эхом.

Голос Платона (в пространстве):

– Я учёл ошибки. В этот раз вы не найдёте меня. Лабиринт – не просто защита. Это вы сами. Это ваша запутанность. – Вы думаете, что это всё, как прежде? (пауза)

Глеб (шёпотом):

– Он изменился.

Тень (с нажимом):

– Классический приём: «я прячусь в толпе, но всем руковожу». Как директор школы, только демонический. – Неважно. Это всё равно сон. А сны – моя стихия. (закрывает глаза, глубоко вдыхает) – Он рядом. Не здесь, не в этой проекции, но на грани. Его "я" прячется за этой армией. Он – ядро, но не центр. (открывает глаза)

Сцена: Переход в другое пространство сна

(Они проходят сквозь стеклянную стену, как сквозь дым. Оказываются в городе – знакомом, но пустом. Та самая копия Чернекова, только полностью безмолвная, словно в режиме ожидания).

Десятки. Сотни. Их лица – безликие, как застывшие маски.Фигуры – неподвижные, тени людей, стоящие с закрытыми глазами.

Глеб (вслух):

– Это и есть армия.

Тень:

– Но Платон не среди них. Он рядом, где может контролировать всё напрямую. Он не может рисковать потерей контроля. – Почти симпатичные, если бы не этот стиль «секта meets IKEA». (пауза)

Сцена: Интерком. Анастасия подключается извне

Анастасия (голос через капсулу):

– Глеб, ты слышишь меня? Глеб:

– Да. Мы в городе. Всё затоплено его сознанием. Пустота с привкусом фанатизма.

Анастасия:

– Демон, который вошёл в Платона, уже пытался захватить мир. Три тысячи лет назад. Тогда почти получилось… – Я нашла кое-что. (в голосе напряжение)

(пауза)

– Но тогда у людей не было соцсетей. Их сознание сопротивлялось. А те, кто умел "будить" их – называли магами. По сути, гипнотизёры на древнегреческом.

Глеб (удивлённо):

– То есть, мы – маги?

Тень:

– Погоди, у меня же нет мантии. Это обязательное условие?

Анастасия (улыбаясь в голос):

– Обязательное – нет. Но мантия с капюшоном повысит эффективность на 12%. По крайней мере, визуально.

(все ненадолго замолкают)

Анастасия (серьёзно):

– Я думаю, если вы освободите ключевых «проводников» – это вызовет цепную реакцию. – Его сила – в количестве подчинённых. Он распределён. Чтобы его ослабить, нужно освободить как можно больше людей.

Сцена: Подразумевание плана

Тень (в теле Дмитрия):

– Своего рода заражение наоборот – импульс осознания. – Этот человек, через которого мы вошли, – один из приближённых. Через него можно запустить импульс другим.

Глеб:

– И он пойдёт по цепи?

Тень:

– Как вирус… только с философией и меньшим числом ошибок JavaScript. Анастасия:

– Но, когда это начнётся, Платон всё поймёт. Он либо скроется глубже, либо начнёт контратаку.

Тень:

– Но, честно, внутри может быть… мрачно. И пафосно. У него там, наверное, трон из черепов и лазерное шоу. – Вот тогда ты подключаешь меня к самому Платону. Я знаю, как пробраться сквозь его барьер.

Глеб:

– Начнём с малого.

Капсула готова. Подчинённый лежит с электродами. Эмма наблюдает из-за стекла, молчалива. Дмитрий рядом. Глеб в последний раз смотрит на Анастасию.

Глеб:

– Если мы не вернёмся…

Анастасия (перебивает):

– Вы вернётесь. У вас есть то, чего не было у других.

Глеб:

– Что?

Анастасия (улыбаясь):

– Воля быть собой. И, в отличие от Тени – чувство стиля.

Тень (в голове Дмитрия):

– Эй, я стильный. У меня вон какая экспрессия!

(Глеб закатывает глаза, ложится в капсулу).

Погружение начинается.

Пять врат

Подключение

Анастасия:

– Подключение пошло. Вы заходите вдвоём – Глеб и Дмитрий (Тень). Я буду контролировать импульсы и держать капсулы в синхронизации. Если начнёт падать пульс – сразу вырываю.

Глеб (укладываясь):

– Не вырывай раньше времени. Особенно если я начну бредить – это, возможно, просто я рассказываю свои студенческие сны.

Дмитрий (Тень внутри, улыбаясь полушепотом):

– Походу, поставил ловушки. С запахом корицы. Ненавижу корицу. – Я чувствую, как дрожит поле. Он уже знает, что мы идём.

Анастасия (вздыхая):

– И постарайтесь не уронить сеть в буквальном смысле. У нас нет бэкапа. – Тогда вперёд. Удачи вам. Обоим. (пауза)

Сцена: Лабиринт страха

(Они очнулись в центре вращающегося лабиринта. Каменные стены будто дышат. Пол пульсирует. Вдалеке – рёв, шёпот, крик.)

Тень (осматриваясь):

– В моём случае это был одиннадцатиклассник с микрофоном на караоке. – Здесь всё завязано на страхе. Его страхе. Страхе потерять контроль.

(указывает на испуганную фигуру женщины) Глеб: – Вижу первое звено.

(Из стен вылезает чудовище – паук с лицами. Один из лиц – кто-то подозрительно похожий на преподавателя физики.)

(вытягивает руку, формирует светящегося медведя) Глеб:

– Назад!

Глеб (шепчет):

– Вперёд. Помоги ей вспомнить себя.

(Медведь вступает в бой. Паук растворяется. Женщина шепчет: «Я… здесь?..» – и исчезает.)

Тень:

– Один есть. Четыре осталось. Или, по моим ощущениям, двадцать два. Это же сон, тут всё нелогично.

Второй: Коридор отражений

(Зеркальные стены. В отражениях – искажённый Глеб с рогами, черепами и причёской из рекламы 90-х.)

(выбрасывает энергетический сгусток – стена шипит и исчезает) Тень: – Эти иллюзии мешают.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.