# Кулак невесомости

Михаил Поляков

На орбитальной станции «Паллада» курсанты осваивают искусство, которого нет на Земле. Здесь рукопашный бой в невесомости – не просто тренировка, а вопрос выживания.

Их учат владеть двумя стилями:

«Тектон» – методичный контроль, где каждая поверхность становится оружием.

«Вортекс» – хаос и скорость, когда любое касание превращается в смертоносный удар.

Но это лишь начало. Над ними возвышается третья ступень – «Сфера». Не приём и не техника, а новый способ мышления. Искусство управлять хаосом, видеть бой целиком и превращать рой в управляемую систему.

В космосе, где за стеной – вакуум и радиация, а врагом может быть не человек, а рой киборгов, побеждает не тот, кто сильнее. Побеждает тот, кто думает объёмно.

«Кулак невесомости» – это роман о новых боевых искусствах будущего, о том, как человек меняется, когда переступает пределы привычного. Здесь бой – это шахматы, где фигуры живые, а цена ошибки – жизнь.

## Глава 1: Тектон и вортекс

Как известно, лучшими бойцами рукопашного боя в невесомости (РБН) считаются члены экипажей пассажирских звездолётов. Среди знаменитых мастеров встречались стюарды, механики, капитаны, навигаторы и – что любопытно – особенно много медиков.


Причина проста. Военные космонавты, если и вступали в контакт с противником, то обычно увешанные оружием с ног до головы и в окружении своих боевых роботов. Так что рукопашная для них – это нонсенс, про который потом долго рассказывают, сильно приукрасив.


Совсем другое дело – гражданские экипажи, они регулярно имеют дело с самыми разными людьми и в самых разных обстоятельствах. Притом личное оружие у них обычно при себе отсутствует. Так что приходится справляться тем, что подвернётся под руку, а то и просто голыми руками и ногами.


Самой авторитетной школой рукопашного боя в невесомости была система Александра Сергеевича Бедревского. Для всех он был просто Наставником или Сергеичем – тем, кто не только активно участвовал в разработке современных мер безопасности на кораблях, но и лично преподавал РБН как её неотъемлемую часть.


Внешне он ничем не выделялся: небольшого роста, сухощавый, с чёрными волосами. Самый обычный человек. Но выделялся своей уверенностью, ироничным прищуром карих глаз и движениями. Он, как ртуть, не двигался, а стремительно переливался.


Держался он просто, без намёка на высокомерие. Хотя за внешней доброжелательностью к курсантам скрывалась железная требовательность. Высокотехнологичные методики обучения использовал с минимальной разумностью. Считал, что если готовишь людей действовать в экстремальной ситуации, когда вероятность выхода техники из строя крайне высока, то и учить лучше в обстановке, приближенной к реальной. Когда всё придётся делать вручную и на глазок.


Его курс делился на теорию и практику, включая занятия по рукопашному бою. В этом он был непревзойдённым мастером, защитившим даже докторскую по какой-то невероятно сложной теме, связанной с биомеханикой в невесомости.


Тренировочный модуль «Паллады» гудел ровным, негромким гулом. Гравитацию отключили. Новая группа курсантов в тренировочных костюмах собралась в зале, притянутые магнитами ботинок к решетчатому полу. Наставник, паря над ними, слегка касаясь центрального поручня, начал вводное занятие.


– Запомните главное: в невесомости Третий закон Ньютона становится вашим главным противником или союзником. Любое действие вызывает противодействие. Толкнёте кого-то – полетите сами. Ударите без опоры – закрутитесь волчком. Ваша задача – всегда контролировать импульс. Ваш союзник – любая твёрдая поверхность: стена, панель, поручень. Или сам противник.


Он сделал паузу, обводя взглядом курсантов.


– Противниками у вас, скорее всего, будут не вооружённые до зубов террористы или пираты, а обычные люди, охваченные паникой. Они привыкли полагаться на автоматику. Когда системы отказывают, а роботы не приходят на помощь, их охватывает животный ужас. И не думайте, что обыватель – это слабый противник. В состоянии аффекта хрупкая женщина может погнуть стальную балку или разбить бронированное стекло подручными средствами. Это реальные факты, а не пустые слова.


Наставник перехватился за поручень, плавно развернувшись.


– Чаще всего паника начинается при серьёзных авариях, когда отказывает электроника и пропадает искусственная гравитация. Большинство пассажиров совершенно не готовы к невесомости. Да, их учили этому в школе, но кто из них поддерживает навыки? Один из ста, не больше.


Его голос стал жёстче:


– Дезориентированный человек опасен. Без работающих систем безопасности он способен уничтожить корабль в попытке спастись. Ваша задача – нейтрализовать угрозу при первых признаках неадекватного поведения. Желательно – сохранив жизнь паникёру. Но главное – остановить его, пока он не погубил всех. Не надейтесь на предупреждающие надписи и картинки, паникёры их или не заметят, или поймут неправильно. Поэтому главное для вас – максимально быстро взять пассажиров под контроль и успокоить, пока они не упокоили себя и экипаж заодно. Успокоить всеми доступными средствами, в том числе и физически.


Он не смотрел на них, его взгляд был устремлен куда-то в точку за их спинами, в серый металл стены.


– Сегодня о том, что происходит, когда начинается рукопашная в невесомости, – голос был ровным, негромким, без напряжения. —Здесь работают два стиля боя. Тектон и вортекс. Оба эффективные.


Он оттолкнулся от поручня легко, без усилия. Доплыл до стены, магниты подошв мягко щелкнули при контакте. Развернулся к группе. Никакой лишней траты движения.


– Тектон. Основа – контроль. Хаос невесомости превращается в управляемую систему. Враг – инерция. Ваш ресурс – любая твердая поверхность. Стена. Панель. Поручень. Сам противник. Каждый контакт – точка опоры. Захват – чтобы зафиксировать противника относительно этой точки. Удар – короткий, жесткий, от опоры. Блок – с упором во что-то. Инерцию атаки гасите через конструкцию станции. Она прочнее.


Короткая пауза. Гул вентиляции заполнил тишину.


– Буксир «Силач-7». Сервисный тоннель. Тесно, вакуум. Инженер Егоров мастер тектона. Против двоих вооружённых. Первый противник проплыл мимо, не успев развернуться. Егоров оттолкнулся от стены за его спиной, рванулся ко второму – тот уже поднимал пистолет. Захват запястья. Точка опоры – выступ панели слева. Уперся в него локтем, резко провернул руку противника. Ствол смотрел теперь в сторону первого нападающего. Выстрел. Пуля пробила скафандра первого. Тот закрутился в воздухе, хватаясь за пробоину. Пока второй в шоке, Егоров использовал его руку как рычаг. Удар локтём в шейное кольцо – пластик треснул. Разгерметизация. Противник инстинктивно выпустил пистолет, пытаясь зажать трещину. Егоров оттолкнулся ногами от стены, вложив весь импульс в удар коленом в солнечное сплетение – противник рефлекторно согнулся. Егоров тут же рванул его в сторону, ударив спиной об угол стены. Хруст – сломанные рёбра, шок. Весь секрет в том, что он создавал опору и использовал инерцию тел противников.


Наставник отцепился от стены. Один резкий рывок за ближний поручень – и его понесло через зал. У дальней стены – легкое касание подошвой под углом. Тело плавно развернулось. Пролетел мимо курсантов. У исходного поручня рука вцепилась в металл. Тело качнулось на вытянутой руке, ноги уперлись в решетку пола. Остановился. Твердо.


– Теперь вортекс. Основа – движение. Хаос невесомости становится оружием. Враг – статика. Ваш ресурс – инерция и пространство. Касание стены – точка для рывка. Касание противника – способ изменить траекторию, задать вращение и нанести ущерб. Удар – всем телом, на скорости. Защита – уход сменой вектора движения.


Его взгляд, холодный и оценивающий, скользнул по лицам.


– Ангар станции «Ломоносов». Простор, вакуум. Лейтенант Ветров мастер «Вортекс». Против троих. Толчок от стены и на большой скорости пронесся мимо первого, лёгким касанием локтя в солнечное сплетение задал ему неконтролируемое вращение и надолго вывел из строя. Оттолкнулся ногами от висящего контейнера, резко сменил направление. Врезался во второго ударом ногами в корпус скафандра на полном ходу. У противника разрыв шовного крепления, утечка воздуха, поломаны рёбра. Тоже отбросил в неконтролируемое вращение. Использовал вращение от удара. Сгруппировался, увеличив скорость кувырка, ушёл с линии огня третьего. Разгруппировался. Захватил поручень, сменил траекторию и под новым углом пронёсся мимо третьего. Ударом локтя разрушил шейное кольцо и повредил шейные позвонки. Всё. Суть в постоянном движении, использовании любого импульса. Даже в тесноте он превратит стены в трамплины для коротких смертоносных выпадов.


Александр Сергеевич замолчал. Тишина стала ощутимой. Наконец продолжил.


– Спрашивать, какой метод сильнее, бессмысленно. Тектон и вортекс – разные стратегии. Тектон силён там, где можно создать или использовать точку опоры. Его сила – абсолютный контроль. Его слабость – требуется время, чтобы этот контроль установить. Вортекс доминирует там, где есть пространство для маневра. Его сила – скорость и непредсказуемость. Он опасен, пока сохраняет темп. Его слабость – зависимость от дистанции. Настоящий мастер использует оба подхода, переключаясь между ними в зависимости от условий. Начинать проще с одного.


Он оттолкнулся в сторону выхода.


– В скафандре все уязвимы одинаково. Тектонщик обездвижит и методично выведет из строя системы жизнеобеспечения. «Вортексец» сломает шейное кольцо на скорости. Теперь практика, включаю тренажёры: Селина, Костя – к стенке, базовый захват тектона. Петров, Ильина – отрабатываете рывки вортекса между поручнями. Начали.


Скрип магнитов по решетке. Короткие, сдержанные команды. Курсанты задвигались. В гуле вентиляции теперь смешивались два ритма: размеренные, точные движения у стенки и резкие рывки через центр зала. Два разных способа выжить в пустоте.


## Глава 2: Сквозь тьму на ощупь

Тренировочный зал модуля «Паллада» в этот раз был точной копией центрального коридора пассажирского звездолёта класса «Арго-Максимус».

Наставник Бедревский, как всегда, демонстрировал отточенность движений. Они были мягкими и быстрыми, словно он был частью самой невесомости. Чуть касаясь поручней, и, подойдя к группе курсантов, он начал занятие.

– Сегодня вы будете работать в условиях, когда у вас нет ничего, даже зрения, только руки и знания своего корабля. Когда свет исчезает, ваша задача не только помнить, где что находится, но и уметь ориентироваться в пространстве. В этом вам помогут навигационные полосы. Они имеют тактильные особенности. В зависимости от того, проводите вы по ним рукой к носу или к корме корабля, они будут или гладкими или шероховатыми. Также на каждой палубе номера отсеков начинаются с цифры, соответствующей её порядковому номеру, а чем больше номер отсека, тем дальше он от носа.

Он выключил основное освещение. Зал погрузился в полумрак, и лишь слабое свечение от флуоресцентных полос оставалось.

– Ваша цель – пройти от отсека B-12 до аварийного шлюза B-20, используя только полосы и ваши знания о строении корабля. Понимание, где находится нос, а где корма, может спасти жизнь.

Курсанты начали двигаться. Аня, как обычно, быстро ориентировалась и уверенно двинулась вперёд. Егор несколько раз, сначала запутавшись, а потом вспомнив нумерацию отсеков, быстро достиг цели.

– Это всего лишь разминка, – продолжил Бедревский, наблюдая за курсантами. – В реальных условиях вы можете потерять зрение или из-за повреждения шлема вы не сможете видеть, тогда сориентироваться вам помогут тактильные ощущения и ваши знания корабля.

Бедревский сделал жест, и перед курсантами возникло изображение гигантского корабля, на борту которого вдруг появилось несколько отверстий. Из них вырывался густой, почти видимый поток воздуха, унося с собой мелкие предметы

– Звездолёт «Сириус», пассажирский лайнер. Несколько метеоритов одновременно пробили корпус. В считанные секунды системы жизнеобеспечения вышли из строя. Свет погас. Произошла разгерметизация центрального коридора судна и капитанского мостика. Гравитация исчезла. Пассажиры, большинство из которых были простыми туристами, впали в панику.

Пилот Соренсен оказалась в центре событий. В результате взрыва она потеряла зрения, но выжила, остальные, кто был рядом, нет. Пульт управления корабля был уничтожен. Она знала, что от её действий зависит жизнь тысяч людей. Всё, что ей оставалось, – это действовать максимально точно и быстро.

Она была в центральном коридоре, на палубе C-12, и знала, что для безопасной эвакуации необходимо было попасть в дублирующий пульт управления корабля, он находился в шлюзе C-20. Никто не мог помочь. Всё зависело от её знаний, от её реакции и памяти.

Прежде чем вернуться к шлюзу, она сосредоточилась на том, чтобы правильно ориентироваться на ощупь. В руках она почувствовала навигационную полосу, почувствовала её шероховатость. Это был важный момент: эта текстура могла подсказать, в каком направлении двигаться.

Она поняла, что перед ней будет не просто длинный коридор, а целая сеть отсеков, где важно правильно вычислить, где она находится. Дальше двинулась отталкиваясь от стены, передвигаясь с помощью собственной инерции, контролируя направление и импульс. Для неё это было естественно – в условиях невесомости она знала, как важно быстро адаптироваться и использовать любое пространство как трамплин для движения.

Вскоре её пальцы нашли номер отсека – C-13. Это значило что находится на правильном пути. Считая про себя, она снова двинулась дальше, нащупывая и корректируя каждый шаг. Точно зная, где она, и полагаясь на свою память и ощущения, она двинулась к следующему отсеку.

Однако, когда она добралась до C-20, её ждал неожиданный сюрприз – дверь шлюза была заблокирована. Соренсен не растерялась. Она помнила, что рядом с этим люком должен быть аварийный рычаг – скрытая панель для экстренного открывания двери, если системы управления выходили из строя. Нащупала нужную панель, почувствовала рычаг и потянула. Шлюз открылся, и она сразу же попала в отсек с дублирующим пультом управления. Спасение началось.

– Думаю, вы не удивитесь, если я скажу, что Соренсен мастер тектона, – сказал Бедревский своим курсантам, смотря на их реакции. – Этот случай – пример того, как важно не просто сохранять спокойствие, но и полагаться на свои знания, что бы ни случилось. Это то, что нужно каждому, кто выходит на передовую в условиях непредсказуемости космоса.

В голосе Бедревского была уверенность.

– Когда вы оказываетесь в таких условиях, ваша память и ваши навыки – вот что будет спасать вас. Вы должны помнить, где какие рычаги, как работают ваши ориентиры. И в критические моменты вы должны быть готовы полагаться не на приборы, а на то, что вы выучили на тренировках.