Илиана Ярило
Фимур. Сохранить свою суть

Пролог

Свет луны падал в окно, слегка освещая большой, обставленный дорого и со вкусом кабинет, и одиноко сидящего в нём мужчину.

Он сидел, постукивая пальцами по столу. Его брови хмуро сводились к переносице, губы были сжаты в тонкую нить, а взгляд был злым. Видно было, что он глубоко ушёл в свои мысли и вряд ли замечает, что его пальцы уже побелели от безостановочной дроби.

Эта мрачная картина с монотонным постукиванием, казалось, так и останется неизменной, если бы её не нарушил неожиданный стук в дверь.

Мужчина недовольно повернул голову в сторону звука и, выждав несколько секунд, лениво сказал:

– Войдите.

Дверь тут же открылась, и в помещение зашёл настолько невзрачный человек, что, если бы кто-то встретил его мимоходом, то не смог бы впоследствии описать ни черты лица, ни внешний вид.

– Повелитель! Жрецы Чернобога все убиты и казнены Управлением магического порядка.

У мужчины, сидящего в кабинете, вопросительно выгнулась бровь, а после на лице зазмеилась усмешка.

– Чудненько. Все печати вскрыты, и Управление сделало за нас всю чёрную работу, – после короткой паузы он продолжил и его голос сочился зловещей радостью: – Осталось совсем немного. Вскоре он явится.

Глава 1

На Фимур я вернулась за неделю до начала занятий. За прошедшее лето я прекрасно отдохнула и успела соскучиться по Фене, ребятам и Фимуру в целом. Был даже некий страх, что ключ-портал не сработает и вернуться обратно не получится, но, к счастью, все страхи оказались беспочвенны. Прислонив ключ к двери своей квартиры, я, как и раньше, оказалась в нашей с Марианной комнате.

Хоть нас и не было долгое время, комната сияла чистотой и свежестью, видимо, домовушки о нас не забыли. Но и я вернулась не с пустыми руками, а принесла всяких разных угощений, которые можно проносить на Фимур. А проносить можно было всё, что не содержало химии и пластика. Поэтому пришлось вытащить всё купленное из упаковок и завернуть в крафтовую бумагу.

Первым делом я зашла к секретарю Лилиане, забрать новое расписание и список книг на второй курс. Лилиана порадовала немного похудевшим видом и искренней радостью от подаренной плитки тёмного натурального шоколада. Заодно шепнула мне, что по магии смерти у нас снова будет новый преподаватель, правда, не сказала, кто. Магистры Лианэйл и Вирдагар, к общему сожалению, покинули стены академии.

Затем я направилась в библиотеку, где неустанно трудился магистр Ферух. В этот раз он был погружен в чтение древнего, потрёпанного талмуда, страницы которого шумно перелистывал, поправляя очки на переносице.

– Добрый день, магистр Ферух. Можно получить книги по списку?

Он поднял на меня уставшие от чтения глаза и по-доброму улыбнулся.

– А, студентка… День добрый. Давай сюда список, сейчас всё соберём.

Магистр Ферух ловко пробежался пальцами по стопке карточек, находя нужные книги, а затем начал вслух зачитывать название каждой и использовать бытовое заклинание передвижения. Теперь я это понимала, в прошлом году его слова звучали для меня как абракадабра.

Поблагодарив библиотекаря, я занесла книги в комнату и отправилась вместе с Мефом проведать домовых, и заодно поесть.

– Ирочка, рады видеть! Мы сразу увидели, как ты вернулась. Как здоровьице? Как лето провела? – тепло приветствовали меня домовые.

Я принесла им всяких вкусностей и отрезы тканей, которые в этот раз выбирала сама, тщательно изучая крой и состав.

– Низкий поклон тебе, что не забываешь нас стариков. Садись с нами покушай, еще успеешь в столовой насидеться, – сказали они, убирая подарки и сервируя мне обед за их столом. – А Мефодия-то как откормила! – сказал Антип, разглядывая моего фамильяра. – Ты, батенька, последил бы за собой.

– Пфф, я прекрасен и в слежке не нуждаюсь! Да и с моим-то образом жизни я просто не могу не есть! Я ж разве сижу спокойно? «Меф, сходи сюда, сходи туда. Меф, принеси то, принеси сё». День и ночь никакого покоя бедному фамильяру, – жалобно выдумывал кот, пока я возмущённо на него смотрела.

– Васятка живёт хорошо, не жалуется, кур вот завёл, – хихикая, сменили тему домовушки. – Подружка твоя, дриада, навещала его по твоей просьбе. Но ты всё равно до учёбы сама к нему съезди. Проведать его тебе надо, – догрызая сушку, сказал Антип.

– Обязательно навещу, как раз планировала. Что в университете нового? – поинтересовалась я, допивая компот.

– Ничего, чтобы нам известно было. Некоторые помещения закрыты от нас так же, как и от Нивиолуса. Раньше то такого не было, везде у нас доступ был. А сейчас и произойти всё что угодно может, а мы и не узнаем, – посетовал Афанасий.

Через некоторое время я попрощалась с домовыми, переоделась и вышла в город, который не изменился за время моего отсутствия. Он всё так же радовал глаз своими разноцветными домами, увенчанными аккуратными крышами, и улыбчивыми прохожими, которые степенно прогуливались по улочкам.

Первым делом я позвала Феню. Он отозвался мгновенно, удивив нас с Мефом искренним, тёплым приветствием и ласково прильнув своим мягким, птичьим телом к каждому из нас. Фензиваль заметно возмужал, размах его крыльев теперь достигал внушительных двух метров, а оперение искрилось ещё ярче, словно сотканное из жидкого золота, переливаясь в калейдоскопе жёлтых и оранжевых оттенков.

Он рассказал, как провёл это время без нас, и сообщил, что к концу моего второго курса его частые отлучки в стаю прекратятся, потому что он достигнет рубежа взросления и необходимость пребывания в стае отпадёт.

Обменявшись короткими новостями, я попросила его разыскать Ниссу и передать, что буду ждать её в таверне «Сизый глаз» через двадцать минут, если она свободна. Он вернулся довольно быстро с положительным ответом дриады.

В таверне я только подошла к свободному столу, как ко мне вихрем подлетела Нисса, едва не сбив с ног в порыве объятий. Следом за ней, ослепительно улыбаясь, спешил Турин, который, дождавшись своей очереди на объятия, гордо шепнул мне на ухо: «Нисса согласилась принимать мои ухаживания!»

Вот этой новости я по-настоящему обрадовалась, потому что мы с Марианной весь год наблюдали, какими глазами гном смотрит на дриаду, и всё ждали, когда он справится со своими внутренними комплексами, чтобы сделать первый шаг. Сами мы, понятное дело, в это не лезли, но молча держали за ребят кулачки.

– Как же ты вымахал! – удивилась я, увидев Амикуса. Он сразу начал крутиться, чтобы я могла рассмотреть его получше. Волк заметно подрос, превратившись в крупного подростка, но ещё не достиг зрелости взрослого животного. Нисса рассказала, что теперь он полноценный фамильяр, отчётливо её понимающий несмотря на то, что всё ещё остается игривым, как щенок.

Мы все обменялись рассказами о проведённом лете. Я рассказала, как плавала на речке и помогала родителям на даче. Нисса провела всё время в работе, но при этом была совершенно довольна, так как её накопления на платную учёбу росли. Единственная грустная новость была в том, что с сентября в таверне больше не требовалась помощь, и она осталась без подработки. Но Нисса не отчаивалась, а я подбодрила её тем, что мы что-нибудь придумаем. Турин в свою очередь поделился подробностями своего похода в горы, уточнив, что он ожидал большего, потому что в его мире горы намного богаче природными дарами.

Остро не хватало Марианны, и я сильно переживала о том, вернётся ли она. Ребята сказали, что от неё весточек не было, а сами они без приглашения в мир вампиров Сангуис переходить не осмелились.

На следующий день я планировала отправиться в Лесовицу, и ребята собрались поехать со мной. Но перед этим, придя в университет, я подарила подарки и им тоже, так как летом у них прошли дни рождения. Мы в прошлом году пропустили все праздники, кроме Коляды, а в этом году надо бы исправиться.

Ниссе я подарила деревянные заколки для волос разных видов: прищепку, шпильку с кольцом и заколку-краб. Я разъяснила ей работу каждой из них и по довольному лицу дриады, поняла, что угодила.

Турину я принесла металлическую фурнитуру для амулетов с разной красивой резьбой. На Фимуре можно было приобрести и более красивые предметы, но только у заезжих эльфов, потому что именно они славятся тонкой работой по металлу, и стоимость их работ запредельная. Турин, надев гогглы, рассмотрел каждую детальку и тоже остался доволен подарком.

Для Марианны я припасла колбы для зелий разных размеров и необычных форм, но её день рождения будет только в конце сентября, поэтому пока что её подарок я спрятала в свой шкаф.

На следующее утро мы, поздоровавшись с Изабеллой, забрали у неё свою повозку и поехали все вместе в Лесовицу.

В пути Нисса похвасталась браслетом-артефактом с мирдаром. Всё свободное время летом после похода в горы Турин кропотливо работал над ним и добился того, что данный артефакт сможет многократно усилить одно воздушное заклинание Ниссы примерно раз в неделю. Получив одобрение и похвалу от магистра Норха за свою работу, он подарил его Ниссе. После этого они вдвоём ещё раз поблагодарили Терентия за столь ценный подарок.

Проезжая лес, я попросила остановить, чтобы поприветствовать лешего и отдать угощения, которые привезла и для него в том числе.

Поклонившись с ребятами в пояс, я произнесла ритуальное приветствие:

– Доброго дня, хозяин леса! С дарами мы к тебе пришли. Не откажи в беседе.

Лесовик появился сразу, махнув рукой и улыбаясь:

– Ой ладно вам, «не откажи в беседе»… Рад, рад, что не забыли. Чего ты мне, Ирина, там привезла, показывай, – сказал он, потирая ладошки.

Я достала плетёную корзину и начала выкладывать подарки: аккуратно завёрнутый большой пирог из капусты с ажурными украшениями из теста, в отдельной бумаге – свежие овсяные печенья и стеклянная бутыль с козьим молоком.

Дед Терентий с удовольствием угостился всем предложенным, особенно причмокивая над пирогом с капустой. Наевшись, вытер рукавом рот и сказал:

– Благодарствую, угодила. Сейчас я вам в вашу корзину тоже подарочков положу, – и громко свистнул. К нему в тоже мгновение прискакали несколько белочек и унесли корзину.

– А новостей-то у меня никаких и нет. За то время, что вас не видел, ничего нового не произошло. Только по лесной дороге проезжали несколько самоходок ваших разных с незнакомыми рожами. Я ухи-то побольше вырастил и подслушал. А это просто молодняк магический решил загодя в увертет… в у-ни-вер-си-тет поступить, тфу! – к нему снова подскочили белочки, но уже с целой корзиной лесных ягод. – Хватайте, ребятишки, вкусности лесные. А я пошёл, делов у меня сейчас в лесу много. Где веточка высохла – убрать надо, где птица какая в дупле застряла, за всем погляд нужен, – и, помахав нам своей маленькой рукой, исчез.

А мы отправились уже без остановок к моему дому, в котором нас ждал Васятка.

На звук повозки вышел Святогор, чтобы поприветствовать и перекинуться парой слов.

– Ирина, я догадываюсь, что в твоём доме живёт кто-то. Скотина у тебя сытая, да ухоженная стоит, – на этих словах я повернулась в сторону своего забора и не сдержала удивлённого: «Ой», потому что за забором торчала голова молоденькой коровки. – Но ты меня успокой, – продолжил Святогор. – Деревне этот твой житель вреда не принесёт?

Я вздохнула и начала объяснять старосте:

– Вреда он точно не принесёт. У вас в домах такие же жители живут, вы не можете этого не знать. Домовой это мой.

– Вот это да! Про домовых мы, конечно, знаем. Нам еще предки завещали чтить эту нечисть домашнюю. Но мы их ни разу не видели, только догадываемся, что такие есть. Порой то ложка не там лежит, то на детях одеяло поправлено, – делился староста уже с улыбающимся лицом.

– А вы с ними договаривайтесь, угощайте почаще. Они внимание любят, да лад в семье. Если дома раздор, да ссоры, то домовой помогать не будет, – посоветовала я Святогору, на что он задумчиво почесал бороду, а мы зашли в калитку.

Мой преобразившийся двор было не узнать. Раньше запущенный и мрачный, он теперь искрился жизнью и обещанием щедрого урожая. Запах свежей земли смешивался со сладким ароматом цветущих яблонь, создавая неповторимую симфонию природы. Вдоль забора, увитого диким виноградом, тянулись клумбы с яркими цветами. Петунии, георгины и бархатцы пестрели всеми оттенками радуги, радуя глаз и наполняя воздух нежным благоуханием. Беседка, увитая зеленью, манила присесть и отдохнуть в тени, наслаждаясь тишиной и покоем. На гладких аккуратных скамейках можно было укрыться от полуденного зноя и почитать книгу или просто помечтать, глядя на пчёл, снующих между цветущими деревьями. Смотря на всё это великолепие, я была искренне благодарна семьям Алёшки и Глеба, которые не пожалели своих сил и времени для моего двора.

За домом слышалось непривычное кудахтанье кур. А прямо перед домом был маленький участок, поросший изумрудной травой, где неспешно щипала сочную зелень увиденная мною корова.

– Васятка, принимай гостей, я приехала! – крикнула я, заходя в дом.

Домовой мне не ответил, но стоило нам переступить порог кухни, как глазам предстала картина щедрого пиршества. Стол ломился от яств: в центре восседала дымящаяся миска запечённой картошки, словно золотой король, окружённый свитой из тарелочек с селёдочкой, хрустящими малосольными огурчиками, россыпью свежих овощей и зелени. На сладкое манили аппетитные золотистые сырники, а в запотевшем кувшине весело пузырился, искрясь прохладой, домашний квас. Васятка же стоял у стола и, улыбаясь, ждал нашей реакции.

– Ничего себе! – сказала я переполненным эмоциями голосом. – И когда ты успел всё это наготовить?

– Афанасий передал, что ты сегодня ко мне поедешь, вот я и подготовил всё потихоньку. Ты давай сюда свои корзины, я разберу. А вы кушать садитесь.

Пока мы наслаждались таким простым, но до безобразия вкусным обедом, Васятка разбирал всё, что я привезла для дома, а это была и кухонная утварь, и бельё, и несколько простых инструментов, ну и заодно корзина с угощениями для домового и корзина с лесными ягодами от Терентия. Васятка был рад всему, что попадало в его хозяйство, и видел применение каждой вещи.

За то время, пока меня не было, он всё так же занимался активным обменом. То что-то купит, то продаст, и таким образом он накопил немало монет, на которые купил несколько несушек и одного петуха. Раз курятник есть, то и куры должны быть, пояснил он мне свои действия. А недавно у соседей народилась тёлочка, продать её было некому, а монеты людям были очень нужны, так как они готовятся дочку замуж выдавать, вот и попросил он очередной раз приехавшую Ниссу прикупить коровку на собранные им монеты.

Я умилилась столь хозяйственному домовому, а Меф мне сказал мысленно: «Невероятно ценный кадр у нас с тобой, Ира, имеется. Он же что хочешь подороже продаст, а потом нужное подешевле купит. Мы с таким талантом точно не пропадём».

Я, улыбаясь, согласилась с котом и заметила, что всех ребят, как и меня, после еды начало клонить в сон. Всеобщим решением мы решили немного поспать, а там может и остаться до следующего утра.

Жилых комнат было три, и мы с комфортом все разместились. Не успела я прилечь, как меня тут же сморило, что было не удивительно, ведь на свежем деревенском воздухе всегда быстро и сладко засыпается.

К вечеру я проснулась от звука бьющейся посуды и мигом слетела со второго этажа вниз, а следом за мной бежала заспанная Нисса. На кухне мы обнаружили Турина с топором наготове и громко ругающегося Васятку с полотенцем в руках:

– Ах ты, пакость такая, думал, что вывел. А тут, поди ж ты, всё равно гадит! – на этих словах он замахнулся полотенцем в угол кухни и сердито топнул ногой.

– На кого ты так ругаешься, Васятка? Что тут приключилось? – непонимающе спросила я, ещё не отойдя ото сна.

Васятка виновато вздохнул:

– Злыдень у нас завёлся, хозяюшка. Думал, что сам с ним справлюсь, вот и не рассказал тебе ничего, – и грустно склонил голову.

– Не печалься, Вась, справимся, – успокоила я домового. – Ребята, пошли на улицу, в беседку, поговорим, – а потом повернулась опять к Васятке. – А ты нам чаю вкусного завари, хорошо?

Домовой сразу преобразился и радостно кивнул.

– Это я мигом, и плюшек к чаю принесу, и ягод ваших лесных. Хороши те ягоды, скажу я вам, лешему поклон от меня, – и закрутился на кухне.

А мы расположились в беседке, и я задала интересующий меня вопрос:

– Расскажите мне, кто такие злыдни и, главное, как от них избавиться?

Все ребята, незнающе, пожали плечами, зато ответил Меф:

– Это тоже домашняя нечисть, но, как ты, наверное, поняла, злая. Они портят продукты, бьют посуду, рвут ткани, в общем, делают всё, чтобы разорить хозяев дома. А выманивают их хитростью, они очень падки на всякие вкусности.

– Значит, надо смастерить ловушку, чтобы его там закрыть и вынести из дома, – уверенно сказал Турин и, достав из многочисленных карманов бумагу и карандаш, начал чертить схему ловушки. А закончив, сразу принялся к её созданию.

Ловушка была незамысловатая: грубый деревянный ящик, чья крышка немного приоткрыта, а на бортике и внутри должна лежать вкусная приманка. Расчет прост: как только нечисть проникнет в нутро, поедая приманку, ящик захлопнется, погребая в себе злыдня.

Сделав ловушку, мы разместили её на кухне, попрятались и принялись ждать. Через пару часов, когда у нас уже всё затекло, из-за печки вышло лохматое грязное существо с крючковатым носом и злобными маленькими глазами. Злыдень начал озираться, высматривая добычу, и тут увидел нашу ловушку. А там лежали и ароматные плюшки, и варенье, и свежий, пахнущий на всю кухню, хлеб. Нечисть гадко улыбнулась и рванула к ловушке. В первую очередь он начал есть плюшку с бортика, и я начала переживать, что наша ловушка не сработает. Но, доев и рассыпав вокруг себя массу крошек, он повёл носом и всё-таки запрыгнул в коробку к остальной еде, а крышка сразу же захлопнулась.

Мы тут же выбежали из своих укрытий и заклинанием покрепче запечатали короб с неприятным содержимым. Пока несли на улицу, злыдень внутри бесился, визжал и рычал, раскачивая коробку, но сделать ничего не мог.

Когда мы вынесли пакость на задний двор, Меф обратился к фениксу, который сидел на заборе и наблюдал за нами:

– Жги его, Феня.

– Ты уверен, Меф? Всё же живое существо… – с сомнением сказала я, слыша поскуливания из ящика.

– Не жалей его, Ир. Ты не знаешь, сколько семей он разорил и довёл до нищеты, и скольких ещё загубит, если его не извести сейчас.

Я молча согласилась с Мефом, и Феня сжёг огнём короб с нечистью. После чего мы вернулись в дом, выпили чаю и отправились спать, так как за окном была уже глубокая ночь.

Перед сном в мою комнату зашёл Васятка.

– Ты, хозяюшка, не переживай о том, что его сжечь пришлось. Эта пакость плодится быстро и в скором времени они могли поселиться и в соседних домах. А там ужо и всю деревню накрыла бы беда эта.

Слова Васятки развеяли последние тревоги, и я провалилась в глубокий, безмятежный сон до самого рассвета. А наутро, перед самым нашим отъездом, домовой, окинув меня мудрым взглядом, промолвил:

– Добрые помощники у тебя, хозяюшка, в этой деревне подобрались. Молодые да рьяные, к работе усердные – глаз радуется. Да вот беда, помочь бы им чем… Их домовые, по великому секрету, мне поведали, что никак ребятишками они не обзаведутся. Может, ты им амулет какой привезёшь, аль снадобье заветное?

Я задумалась и согласилась с Васяткой. На этом мы с ним распрощались, и мы с ребятами двинулись обратно в университет.

Приехав и поставив повозку у Изабеллы, мы с ребятами разошлись: я пошла в сторону университета, а Нисса с Турином – в город, чтобы прогуляться вдвоём.

Я, не торопясь, шла по женскому общежитию, мысленно болтая с Мефодием. Когда я машинально открыла дверь в нашу комнату, то в первое мгновение растерялась, а потом взвизгнула и полетела внутрь. На кровати, рассматривая ряд чемоданов, сидела задумчивая Марианна. Она не успела и глазом моргнуть, как я, с криком восторга, свалила её в объятиях прямо на кровать. "Задушишь!" – возмущенно кричала она, шутливо отпихиваясь. Но вырваться из моих объятий ей не удалось, потому что к нашей куче-мале присоединилась еще и Айша.

Позже, когда эмоции поутихли, я села на свою кровать напротив подруги и серьёзно сказала:

– Я очень переживала, что ты не вернёшься. Твой папа очень строго выглядел в тот день.

Марианна коротко улыбнулась и ответила:

– Я же обещала, что вернусь. Я помню, что у тебя много вопросов, и предлагаю встретиться с ребятами после того, как я разберу чемоданы. Чтобы мне не пришлось повторять свой рассказ несколько раз.

Я передала ребятам о возвращении вампирши и скором сборе в саду университета и, пока помогала Марианне разбирать её тонну вещей, рассказала о том, чем закончилось дело с приспешниками Чернобога, и о нашей поездке в Лесовицу.

В саду мы расселись на лавочке после того, как Нисса с Турином тоже пообнимали нашу общую подругу, и Марианна начала рассказывать.

Её настоящее имя, как я и слышала в тот день, Марианнет Викруа, и она является дочерью повелителя одного из правящих кланов вампиров.

– И как к тебе теперь обращаться? – спросил гном. – Твоё высочество? Клыкастая принцесса? Повелительница ночных кошмаров? – ударился в фантазии Турин и, после шлепка от вампирши по плечу, ухмыляясь, замолк.

– Как и раньше ко мне обращаться, – возмущённым голосом ответила она и продолжила свой рассказ.

Этот рассказ я слышала и раньше, но в урезанной версии. Она родилась с редким по нынешним временам в Сангуисе даром менталиста и, достигнув зрелого возраста, оказалась помолвлена с сыном повелителя другого клана, которого она если и видела когда-то, то это было в глубоком детстве. Её на то согласия никто не спрашивал, обычное политическое укрепление связей. Но Марианна твёрдо была уверена, что должна выучиться, пожить свободной счастливой жизнью, и уж потом, лет через пятьдесят, можно будет и замуж. А отец, конечно же, слышать ничего не хотел. И как следствие, Марианна сбежала в другой мир, прикрывшись другим именем и скрыв свой дар. Долгое время она нервничала и дёргалась, ожидая, что отец может найти её в любую минуту, а дома выяснилось, что он давно знал где находится его дочь, но решил дать ей время, чтобы она успокоилась.

– А что было тогда с тобой в подземелье? И почему отец всё-таки пришёл за тобой? – спросила Нисса.

– У высшего вампира есть два этапа взросления, на рубеже которых появляются новые способности. На первом этапе появляются крылья в боевой трансформации и увеличивается физическая сила, а на втором приобретается сверхбыстрая скорость и способность превращаться в летучую мышь. Интересно то, что все эти возможности чаще всего просыпаются только у наших мужчин. Женщины же на первом этапе становятся немного сильнее, а на втором превращаются в летучих мышей и всё. Я же вошла в категорию редких исключений.

– А что по поводу отца? И как ты смогла вернуться? – это уже я проявила своё любопытство.

Марианна пояснила, что родители чувствуют трансформацию своих детей. Именно поэтому отец уже на следующий день после её трансформации собирался прийти в УМО прямым порталом, но ректор убедил его, что с его дочерью всё хорошо и её не стоит выдёргивать посреди учебного процесса. Но сразу после сессии он обязуется беспрепятственно пустить вампира прямым порталом на территорию университета. А по поводу возвращения… Во-первых, Марианна ещё перед первым курсом оплатила дальнейшее обучение за третий курс и, по договору, являясь студенткой университета, должна была закончить своё обучение. Во-вторых, она спокойно поговорила с отцом, приведя доводы и про обучение, и про внезапную трансформацию, на что он, хоть и с тяжёлым сердцем, но согласился с ней и отпустил учиться.

Получив разрешение отца на обучение, Марианна теперь находилась в университете уже со своим официальным статусом, что накладывало на неё ряд условностей, как, к примеру, невероятное количество вещей, привезённых с собой. Но зато необходимости скрывать свой дар больше нет, и она свободно планирует заниматься зельеварением, не искажая свои результаты на занятиях. Ну и на лекции по магии смерти больше не будет необходимости ходить, только на менталистику.

– А преподаватель по этим предметам на вашем курсе теперь всё равно один и тот же, – ворвался в наш разговор новый голос.

Перед нами стоял дух Нивиолуса, и теперь на вид ему было около двадцати пяти лет.

– Рады вас видеть, архимаг Нивиолус, – вежливо поздоровалась я.

Дух рассмеялся и махнул рукой.

– Ты же понимаешь, что в таком виде я никакой не архимаг Нивиолус. Давайте просто Нил. Как вы, ребята? Что, совсем не интересно, кто ваш новый преподаватель? – поддевая наше любопытство, спросил он.

– Интересно, конечно. Мы его знаем? – спросила вампирша.

– Ооо, дааа. Вот думаю, говорить или нет? – сделал он вид, что глубоко задумался.

– Ну, говори же, не томи! – не выдержала я.

– Ваш новый преподаватель… – замолчал он, сделав торжественную паузу. – Магистр Мортирей!

Вот этого, конечно, никто не ожидал, и мы несколько подзависли, переваривая новость.

– И что, ректор одобрил его кандидатуру? – задумчиво поинтересовалась я.

– Некоторых преподавателей утверждает совет архимагов по протекции Управления магического порядка, уэмпешников в общем. Поэтому тут решение ректора не играло никакой роли, – ответил дух. – Ну ладно, ребят, я полетел. Там тааакие первокурсницы вселяются, не могу это пропустить! – удивив нас еще больше, сказал он и растаял.

– А дальше что будет? Он за косички начнёт всех дёргать и подножки подставлять? – возмутилась Марианна.

Мы дружно пожали плечами и пошли в столовую на обед, где царила умиротворяющая тишина полупустого зала, предвещавшая скорое начало учебной кутерьмы. Оставшиеся до сумерек часы мы посвятили радостям шопинга. Турин, отмахнувшись от нашего предложения, сослался на полноту своих запасов, и мы, оставив его в одиночестве, отправились на прогулку чисто женской компанией, не считая наших неизменных фамильяров.

Мы особо не торопились, поэтому спокойно попили чаю с Изабеллой, набрав по корзине всяких приятных гигиенических притирок, паст, солей и кремов. У мии Дарины мы обследовали каждый манекен, соблазняясь нужными и не очень вещицами. Даже Марианна, чьи чемоданы и без того ломились от нарядов, не устояла перед очарованием пары воздушных блузок.

Поужинав, мы наконец-то улеглись спать, потому что силы от ярких эмоций, долгих разговоров и прогулок закончились.

А во сне случилась ещё одна встреча, которую я ждала с первого дня возвращения на Фимур.

– Привет, воробушек. Рад, что ты снова тут. – Мортирей сидел на стуле лицом ко мне, а на его плече сидел огромный ворон, которого я видела за окном нашей комнаты ещё на первом курсе. – Познакомься, это Клюв, мой потомственный фамильяр, – сказал он, показывая на ворона.

– Здрррасти, – подал голос этот огромный птиц.

– Привет, а я тебя уже видела, – сказала я, а ворон кивнул мне в ответ.

– Ты тоже можешь позвать своего фамильяра сюда. Сейчас объясню как, и это будет нашим первым мини-уроком. Ты же знаешь, что я теперь буду у вас преподавать? – спросил он с добрым смешком.

Я кивнула, и он объяснил, что мне нужно детально представить своего фамильяра и позвать его к себе.

– Присаживайся на диван, закрой глаза и нарисуй его образ в голове во всех подробностях. Чем чётче представишь, тем быстрее получится. Таким образом ты можешь затягивать в свой сон фамильяра, вестника и мага с даром менталиста. В общем всех, с кем ты можешь связаться мысленно, через сознание.

Я сосредоточилась и представила своего подросшего кота с блестящей чёрной шерстью, влажным угольком носа и большими золотистыми глазами, и, как только картинка выстроилась, начала его звать. Не знаю, сколько времени ушло на этот призыв, но очнулась я от того, что на мои ноги упало что-то очень тяжёлое. Открыв глаза, я увидела оглядывающегося Мефа.

– А неплохо тут у вас, тёпленько. Зачем позвали? – спрыгнув на пол, спросил кот, и к нему с плеча Рэя слетел ворон Клюв.

– Просто я теперь и ночами учусь, – со смехом сказала я Мефодию. – Познакомься ещё с одним потомственным фамильяром, его зовут Клюв.

Ворон повернул один глаз в сторону Мефа, и кот завис, не разрывая зрительный контакт. Похоже, что они перешли на мысленное общение.

– Можно еще входить в чужие сны, но это более трудоёмко и неприятно для того, к кому ты попадёшь. Лучше создать отдельное пространство, придумать его и приглашать в него того, кого ты хочешь видеть, – вернул к себе внимание Мортирей.

– Но я не помню никакого приглашения. Я просто оказываюсь тут и всё, – возмутилась я.

– А всё потому, что ты совсем не ставишь никакие мысленные блоки и защиты, я просто затянул тебя сюда, – сказал он шутливо-зловещим тоном. – Над этим мы с вами поработаем на уроках. Вам с Марианной, по сути, никакие ментальные амулеты не нужны, вы можете выставить защиту сами и гораздо сильнее.

– Как вышло, что ты стал преподавателем? – решила сменить я тему, всё-таки сейчас не учебное время.

– Отец настоял, чтобы я получил степень магистра и стал на какое-то время преподавателем. А мне всё равно нужно было попасть в университет на законных основаниях. Но не переживай, спуску я вам не дам, учить буду по полной.

Через день начались наши занятия. На втором курсе нам поставили те же предметы, что были ранее, а также добавились магические плетения и боевая магия. Ну и произошли некоторые изменения в наших факультативах. Отдельно появилась ментальная магия, которую предстояло посещать мне и Марианне. А магию смерти из нашей команды теперь посещать буду только я.

Учебный год открывала лекция по магическим плетениям, и вёл её магистр Тилландирлиэльтэль. И первое, с чего он начал – это проверка присутствующих по списку. Не досчитался он только Михаила ди Пашенкова, студента из моего мира. Когда он назвал его, и никто не ответил, я повернулась к Крису с Мартелем с вопросительным выражением лица, на что они отрицательно покачали головой и точно так же в ответ вопросительно кивнули мне, мол, а ты на Земле его не встретила? А мне оставалось только развести руками.

– Ну что ж, раз все, кто хочет учиться, пришли, – сказал преподаватель, недовольно поджав губы, – начнём. На лекциях по магическим плетениям вам придётся много, нет, очень много писать и учить. Но для начала мы с вами изучим основы.

Преподаватель взмахнул рукой, и перед каждым из нас появились спицы и клубок шерсти.

– Первое, с чего вы начнёте – это научитесь вязать. – В зале прозвучал грохот смеха, а Мартель, который, как выяснилось ранее, в тайне увлекался вязанием, мило покраснел. – Кому смешно, могут выйти. Магические плетения сильно схожи с вязанием. Насколько крепкими и ровными будут ваши петли, настолько же сильной у вас получится, к примеру, ловчая сеть. Взяли спицы, внимательно смотрим на меня и повторяем.

В руках преподавателя появились такие же спицы и клубок, как на наших партах, и он медленно начал накидывать первые петли на спицу. Мне, к слову, было чуть проще, как и Мартелю: я умела вязать, пусть не идеально, но технику знала. Но слова о тесной связи умения вязать и плести заклинания засели у меня в голове, и я решила в свободные вечера тренировать руки этим незатейливым занятием.

После лекции я, предупредив ребят, пошла к ректору, чтобы узнать, что случилось с Михаилом. Мне повезло, он был на месте и свободен, как сообщила Лилиана.

– Добрый день, магистр Веньямин, можно к вам? – шагнула я в кабинет после того, как вежливо постучала в дверь.

– Заходите, студентка. Ирина, кажется, да? – спросил он, мягко улыбаясь. – Присаживайтесь, рассказывайте, что вас сюда привело. Кто-то обижает? Или, может, какие-то проблемы с даром? – заботливо интересовался ректор.

– Я бы хотела узнать, почему на лекциях отсутствует Михаил ди Пашенков, который вместе с нами окончил первый курс.

Взгляд ректора тут же преобразился и стал колючим.

– И почему вас, студентка, это заинтересовало? К сожалению, не все доучиваются до конца, это обычная практика.

– Ммм, он просто задолжал мне монет, – сказала я первое, что пришло на ум.

– Ну что же вы, студентка, надо внимательнее относиться к своим сбережениям, – взгляд ректора смягчился, и он говорил притворно строго. – Михаилу не понравилось обучение, и он изъявил желание окончательно вернуться на Землю. Ему стёрли воспоминания о Фимуре, и он сейчас живёт своей прошлой жизнью. Так что, увы, Ирина, но свои монеты вы не увидите.

– Спасибо, магистр Веньямин. – Расстройство от услышанного даже не пришлось играть. – До свидания.

– До свидания, студентка. Будьте аккуратнее, – с теплотой в голосе попрощался он со мной.

А я бегом побежала на лекцию по бытовой магии, до которой оставалось пару минут. Я собиралась рассказать во время обеда обо всём ребятам, но не вышло. На подходе к столовой нам встретился Фейливрин, который испугал меня, подхватив со спины за талию и закружив.

– Привет, цветооочек! – крикнул он мне в ухо. И, поставив на пол, обошёл меня, состроив большие несчастные глаза. – Ты обязана меня спасти.

– От кого? – ошарашенно спросила я.

– От ужасного монстра! – продолжал кривляться Лив. – От страшенного чудовища! Ну же, скажи, что поможешь мне! – дёргал он меня за руку, пока мои друзья стояли рядом и смеялись.

– Да объясни ты уже, что делать надо? – не выдержала я напора.

– Вот, сразу бы так, – уже спокойно сказал эльф. – Возьми меня под руку, смотри на меня влюблёнными глазами и пошли. – И начал идти, утаскивая в сторону столовой.

Я же упёрлась в пол ногами и затормозила его.

– Ну уж нет, сначала пояснения, – встала я, уперев руки в бока.

– Зачем ты такая жестокая? – сказал он, закатив глаза и вызвав ещё одну волну смеха у ребят. – На первый курс зачислена моя невеста, – скривив лицо, пояснил Лив. – Это политическая помолвка, но Мианэль решила, что должна блюсти мою верность, и припёрлась сюда. В общем, спаси меня от этого ужаса! – и умоляюще сложил ладони.

Не то чтобы я хотела влезать в чьи-то отношения, но Ливу отказать было сложно, и я, взяв его под руку, пошла вместе с ним в столовую, правда, не к его столу, а потянула его к нашему.

Невесту Фейливрина я увидела сразу: восхитительно красивая, голубоглазая эльфийка с надменным выражением лица, уже нашедшая себе стайку послушных девиц из таких же первокурсниц. Сейчас она указывала им пальцем на стол, где сидела одинокая девчонка.

Подруги эльфийки, скопировав выражение лица предводительницы, сообщили что-то девушке, сидящей за столом, показывая жестами, чтобы она освободила стол. Нисса и Марианна дёрнулись в ту сторону, меня же крепко держал Лив. Но тут девушка встала из-за стола, и мы по платью поняли, что это ведьмочка. Она отрицательно помахала нам головой и подмигнула, затем незаметно просыпав что-то на свой стол, пересела со спокойным лицом за другой.

В этот момент невеста Лива увидела нас, и её красивое лицо перекосило от злости, после чего она справилась с собой и, гордо подняв голову, уселась с подругами за стол. А я почувствовала ещё один недовольный взгляд, но не заострила на этом внимание.

Мы наконец-то сели обедать, и Марианна задумчиво произнесла:

– По-моему, ты, Ир, только что нажила себе злостного врага.

– Я бы никому не советовала становиться врагом магу смерти и менталисту, – напыщенно сказала я, скопировав выражение лица Мианэль. – Может я ещё и не сильнейший маг, но посохом стукнуть точно могу.

Ребята очередной раз прыснули со смеху и расселись за стол, приступая к обеду. Через некоторое время мы заканчивали свой обед под шутки и кривляния Лива, когда услышали со стороны стола невесты Фейливрина громкий протяжный «Ик», который, казалось, идёт аж из глубины желудка. Повернувшись, увидели, что одна из подружек Мианэль выпучила глаза и закрыла рукой рот, но в этот момент икать начала и вторая их подруга, а через секунду уже все они попеременно икали, развлекая всю столовую.

Догадавшись, мы посмотрели на ведьмочку, которую ранее прогнали с того стола. Она, заметив наше внимание, засмеялась и ещё раз нам подмигнула. Ну а мы побрели учиться дальше.

На оставшихся лекциях по лекарскому делу и магическим существам мы писали проверочные работы, преподаватели хотели выяснить, какие крупицы знаний остались в наших головах за лето. И если по магическим существам мы написали неплохо, то по лекарскому делу провалился почти весь курс, на что магистр задал писать доклад на тему «Оказание первой помощи при отравлении зельем». Тема эта была совсем не простой, потому что список отравляющих зелий был по истине огромен.

После ужина мы наконец-то потянулись с ребятами в сад, чтобы поговорить в тишине. Пока мы неспешно шли вглубь, на повороте одной из садовых дорожек на нас вышла Мианэль со своей свитой.

Она всё с тем же надменным лицом сделала шаг вперёд.

– Ты! – невежливо направила она на меня свой палец. – Быстро забываешь о существовании Фейливрина! Можешь не смотреть на то, что я на первом курсе, – на этих словах она создала на руке водяную спираль, которая постепенно преобразовывалась в водяную плеть с шипами. – Я хорошо обученный маг и приехала сюда только ради жениха. Я сделаю так, что ты захлебнёшься, не успев даже понять, что это было.

Мы по инерции все встали в боевые стойки, и на наших руках зажглась атакующая магия, но в этот момент наша Марианна степенно сделала шаг вперёд, красиво подняв свою ладонь вверх, что говорило нам о том, что беседу поведёт она. Через мгновение все припевалы Мианэль синхронно сделали шаг назад, и мы поняли, что у вампирши опять загорелись красным глаза.

– Будь ты хоть архимаг, – начала говорить подруга тихим, но уверенным голосом, наполненным властью, – твой статус никогда не будет выше моего статуса принцессы. Поэтому пошла вон!

Мианэль скривилась, но не стала вступать в политический конфликт и развернулась, чтобы уйти, но на прощание бросила мне из-за плеча:

– С тобой, человеческая недоучка, мы ещё не договорили. Он мой, запомни это! – и с гордой прямой осанкой поплыла подальше от наших глаз.

А мы, как и планировали, расселись на лавочке, и первым заговорил Турин:

– Не делай добра, не получишь зла. Нужны тебе эти проблемы, Ир? Объяснила бы ей, что эльф тебе никто. Она ж теперь не отстанет.

– Я уже не раз попадала в такие ситуации ещё в своём мире, тем более она мне действительно не нравится. Можно же попытаться всё решить спокойным диалогом, уточнить обстоятельства, обсудить. Но такие личности, как она, могут только заявлять свои права и указывать на то, что им надо, не интересуясь чужим мнением. Ну и, если она не успокоится, у меня хватит фантазии, чтобы устроить ей весёлую жизнь, – сказала я, наблюдая, как Айша подкрадывается к Грозду с намерением отнять у него орешек, который тот держал в лапе и разглядывал.

Внезапно, сделав резкий прыжок, обезьянка выхватила лакомый кусочек, но не рассчитала маневр. Кубарем покатилась она прямо в Мефа, который, погруженный в собственные думы, старательно вылизывал лапу. От неожиданного удара в бок, Меф машинально, едва коснувшись, шлёпнул Айшу лапой по мордочке. Но озорница ничуть не смутилась. С довольным видом усевшись на землю, она принялась с наслаждением грызть орешек, в то время как Грозд, склонив голову, обиженно косился на неё одним глазом.

А я сменила тему, рассказав ребятам о походе к ректору.

– И что ты думаешь? Считаешь, с ним что-то случилось? – спросила Марианна.

– Я его совсем не знала, и первое впечатление он произвел отталкивающее. Но он не первый, кто покинул Фимур. Я просто не верю, что люди настолько легко отказываются от таких возможностей, – рассуждала я, смотря на ребят. – Вот бы кто сказал, его ли это было решение или всё-таки что-то случилось?

– Можно попробовать сходить к волхвам, – неуверенно предложила Нисса.

– Кто это? – подалась я вперёд, с любопытством глядя на дриаду.

– Это маги-самоучки, жрецы богов Фимура. Они одни из лучших предсказателей, наравне с друидами. Только друиды с нами и говорить не будут, – скривилась Нисса. – А у волхвов можно попытать счастья.

– Где нам их найти? – это уже Марианна загорелась идеей.

– В городских храмах их нет. Я точно знаю, что в Орисе на пограничье есть старинный храм, скрытый в лесу. Думаю, там мы их и найдём, – задумчиво ответила дриада.

– Ну что ж, – потирая руки, сказал Турин. – Теперь мы знаем, как проведём ближайшие выходные.

Следующий день никакими событиями не отличился, даже Мианэль сидела тихо и не отсвечивала ни за завтраком, ни за обедом. Мы отсидели все лекции, после чего начинались наши факультативы, и я с предвкушением шла на лекцию по магии смерти с нашим новым преподавателем.

В аудитории, еще полупустой, я почувствовала себя немного потерянной без Марианны. Куда же сесть? Помещение, и без того небольшое, казалось просторным из-за малого количества студентов. Заметив меня, Ромул приветливо махнул рукой, приглашая присоединиться. С радостью отозвавшись на приглашение, я подсела к нашему скрывающемуся принцу Ориса.

Заслушавшись Ромудила о том, как он провёл лето, я не заметила, как зашёл преподаватель. И после недовольного покашливания повернулась и зависла.

Впервые я видела Мортирея без маски: его голубые глаза дополнялись широкими скулами и озорной улыбкой, которая медленно сползала в ехидную усмешку.

– Приветствую вас, студенты. Моё имя магистр Мортирей, – сказал новый преподаватель и, дождавшись, пока стихнут удивлённые возгласы от Леона и Шактара, продолжил: – Я изучил то, что вы проходили с магистром Вирдагаром, и мы с вами продолжим в том же духе. По программе у вас идёт в основном теория, потому что вы не избрали ещё профессию, а магия смерти – довольно узконаправленный дар, в отличие от тех же стихий. Но я поддержу предыдущего преподавателя и так же включу активную практику в наши занятия. Чем больше вы будете уметь сейчас, тем легче вам будет потом.

Первым делом мы должны были вытащить из памяти и написать на чистом листке заклинание по сращиванию костей, которое учили в прошлом году. Как только мы закончили, Мортирей собрал все листы и внимательно проверил.

– Приятно удивлён! Все вы написали правильно. Теперь перейдём к теории поднятия простейшего скелета-слуги. Это основа, на которой строится весь принцип поднятия нежити. Поднятие скелета происходит в несколько этапов, непрерывно связанных между собой. И последовательность у них такая: заклинание призыва – лучше конечно работать с посохом, но можно и так, следом сразу заклинание сращивания, потом заклинание привязки и заклинание подчинения. Сегодня учим заклинание призыва, записывайте.

Он написал на доске длинное заклинание, и мы старательно переписали его себе. Оставшуюся часть лекции мы разбирали произношение каждого слова, и к следующему занятию мы должны были знать заклинание призыва наизусть.

По окончании лекции я, как и все, начала собираться на выход, но новый преподаватель попросил меня задержаться.

Когда все ушли, а я уселась за стол напротив Мортирея, он глухим голосом, смотря в окно, спросил у меня:

– Что у тебя с Фейливрином? – чем неслабо меня удивил.

– А вы, магистр, не считаете, что это очень личный вопрос? – на слове «магистр» я сделала особое ударение. – Но я всё же отвечу. У меня с Фейливрином ничего.

Услышав ответ, он повернулся ко мне и, проведя рукой по своему лицу, улыбнулся.

– Прости. Я сам не понял, почему разозлился, увидев вас с Ливом вместе в столовой. Не обижаешься?

Я тепло ему улыбнулась и отрицательно помотала головой, потому что и правда не обиделась.

– Тогда беги. У меня сейчас первый курс придёт, – и на этих словах он забавно сморщил лицо.

Наконец-то наступил вечер пятницы, и мы с ребятами начали сборы в наше небольшое путешествие. Турин узнал координаты конечной точки для нашей повозки, а ехать нам предстояло до Глухого леса. Напрямую к храму проехать не выйдет, транспортной дороги там нет, поэтому по лесу до храма мы пойдем пешком. А я решила, что нам понадобится личная вещь Михаила, что-то, что сохранило его энергетику. С этим вопросом я пошла к его приятелям.

– Комната его была пуста, когда он ушёл на Землю, – почёсывая лоб, сказал Крис.

А Мартель замялся, отводя взгляд.

– Ты что-то знаешь, Мартель? Не молчи. Вдруг я смогу его найти или что-нибудь узнать, – поторопила я парня.

– Я просто коллекционирую странные вещи и выменял у Миши за один золотой несколько ваших монет, он уверял меня, что обмен равноценный, – нехотя сказал он.

– Покажи, пожалуйста. Возможно, я смогу тебе позже восполнить то, что придётся забрать.

Через несколько минут Мартель принёс маленькую шкатулку, а в ней лежали наши современные 10 копеек, 5 копеек и 2 рубля. Я не стала расстраивать парня, что он жестоко продешевил, и пообещала, что обязательно верну и даже дополню другими монетами на следующих выходных.

– Ты только нам скажи, если сможешь его найти. Мы объясним ему, что друзей не кидают, – попросил Крис, а я ответила, что если что-то узнаю, то обязательно им скажу.

Пока меня не было, Марианна собрала наши сумки, не забыв положить разнообразные зелья собственного приготовления, а Нисса сходила за припасами в город.

К ночи, забрав повозку, мы всем составом отправились в путь.

Глава 2

Выехали мы сразу, так как к лесу мы планировали доехать к утру, с учётом остановок. Останавливались мы с целью поменяться за управлением повозки, перекусить и просто размять ноги. Всё-таки ехать постоянно по дороге с кочками и ямами – это вам не по нашему асфальту ровненько катиться, даже с учётом его не лучшего качества. Но даже под эту усыпляющую колыбельную тряску каждому из нас удалось урвать немного сна, чтобы к концу пути не клевать носом.

И вот, достигнув указанных координат, мы оказались у границы мрачного, дремучего леса, чьё имя – Глухой – говорило само за себя, и бескрайнего поля. Первые лучи солнца, робко пробиваясь сквозь пелену утреннего тумана, золотили траву и пробуждали мир от ночного забытья. В округе не было ни души, но тишины как таковой не существовало: поле звенело трелью кузнечиков, из лесной чащи доносились голоса птиц, ветер шелестел травой, а совсем рядом, словно отсчитывая наше время, раздавалось громкое и настойчивое «Ку-ку».

Повозку мы приткнули к лесу, замаскировав листвой, и вошли в него по единственной еле видной протоптанной дорожке. Местного лешего пока беспокоить не стали, да и сам он никак себя не проявлял.

Через час пути почва под ногами стала зыбкой, и мы поняли, что впереди нас ждёт болото. Лес, словно исполинский склеп, густо сомкнул кроны, почти не пропуская солнечный свет. Вскоре нам пришлось выпустить светлячков, чтобы они, словно живые маяки, указывали путь к спасительным кочкам, позволяя избежать объятий вязкой трясины.

Продвижение замедлилось до мучительно медленного шага. Вдруг, впереди, в самой сердцевине топи, мы заметили странные зелёные огни. Они выстроились в призрачный коридор, манящий вглубь болота, словно приглашая в волшебный мир, полный тайн и чудес. Их неземное сияние манило, обещало невероятные открытия, будто распахнуло врата в неизведанное. Где-то далеко, словно назойливая муха, жужжал Феня, но его клекот казался ничтожным на пороге этого манящего, совершенного мира.

– Ай! – вскрикнула я, потому что мне в ногу вцепился когтями Мефодий, тем самым возвращая в реальность.

А потом оглянулась и увидела, что всех ребят, как и меня, чуть не затянуло в болото, и только благодаря фамильярам и Фене, который первым поднял панику, мы пришли в чувство и остановились, недоумённо хлопая глазами.

И тут мимо нас с невероятной скоростью пробежало какое-то существо низкого роста, гадко хихикая. Я не успела толком его рассмотреть.

– Нам не повезло встретить кикимору. Это её огоньки, – сказал Меф. – С помощью них она очаровывает и затягивает жертв в болото.

Нисса, разъяренно прищурившись, соткала из воздуха лассо, которое метнула в кикимору, мелькнувшую у нас под ногами. Пронзительный визг, резанувший по ушам, возвестил об успехе. Нисса, натягивая магическую петлю, волокла к нам скрюченную фигуру: космы, как тина, свисали с головы, мешковатая рвань едва прикрывала тело, а кривые зубы хищно блестели в разинутом от вопля рту. Кикимора извивалась в объятиях невидимых пут, словно змея.

Добравшись до нас, тварь на мгновение затихла, чтобы тут же разразиться еще более оглушительным воплем. Магическое зрение подсказало, в чем дело: Айша, перейдя в энергетическую форму, кружилась вокруг кикиморы, осыпая её разрядами, похожими на плети молний. Феникс тоже решил не оставаться в стороне и плевался в неё небольшими сгустками огня – слишком маленькими, чтобы сжечь, но достаточными, чтобы сделать неприятно.

– Уберите! Уберите это! Перестаньте! – наконец-то перешла на понятный язык кикимора.

– Это только начало дорогуша. Я тебе сейчас всех мертвяков с твоего болота подниму, которых ты загубила, и натравлю на тебя, – со злостью сказала я, осознавая, что мы тоже едва не стали её жертвами.

– Не надо, пощадите! Я вас проведу по болоту туда, куда вы идёте, быстрым путём! – верещала нечисть, начиная немного дымиться от стараний Фензиваля.

– Маловато будет, – задумчиво сказал Турин. – Что ещё?

Кикимора забилась в путах ещё сильнее, видимо не зная, что может нам предложить, потом затихла на секунду и быстро заговорила:

– Вспомнила! Адамова голова у меня на болотах растёт, за ней все маги да ведьмы охотятся, и монеты с железками всякими в болотах есть, я их вам подниму! Только отпустите! Уй! – это Айша опять ударила её.

Я задумчиво смотрела на неё, пытаясь ухватить мысль, крутящуюся в голове, а потом сообразила:

– На слово тебе никто верить не станет. Ты сейчас поклянёшься над этим жёлудем, – сказала я, доставая наш волшебный жёлудь, подаренный Терентием. – И, если хоть в чём-то обманешь, мы найдём способ донести это до каждого лешего, до каждой нечисти, жизни тебе в этом мире спокойной не будет!

Кикимора, как увидела жёлудь в моей руке, изменилась в лице, её перекосило от злобы. И, сжав свои кулачки, с ненавистью глянув на меня, она сказала:

– Хорошо, будь по-твоему, давай сюда жёлудь.

– Клянись, что проведешь по болоту до храма волхвов, а когда мы вернёмся, выведешь всех нас обратно целыми и невредимыми. Клянись, что дашь удобный доступ к адамовой голове и поднимешь с болота то, что обещала, – и, попросив Айшу и Феню прекратить ненадолго, протянула ей жёлудь. – Даже не вздумай с ним что-то не то сделать, сразу вспомнишь, сколько душ загубила.

Кикимора так же зло оглядела нас всех, и, взяв жёлудь, принялась шептать.

– Нет, так не пойдет, – сказала Марианна. – Что ты там бормочешь? Вслух и чётко, чтобы мы все слышали.

Нечисть сморщилась, но уже громко поклялась на жёлуде, проговорив всё, что она обещала, и все мои уточнения. Как только она закончила, я сразу же забрала жёлудь, а Нисса отпустила кикимору. А та ехидно улыбнулась и сказала нам:

– Я вас проведу, только вот с какой скоростью я это сделаю, мы не договаривались. Успеете, не успеете – ваши заботы.

И резко попрыгала по кочкам, но далеко не упрыгала. Нисса опять закинула на неё лассо и, затянув его покрепче, с криком: «Догоняйте!», побежала по кочкам за кикиморой, притормаживая её.

В быстром темпе, не отставая от дриады, мы бежали минут пятнадцать, пока Нисса перед нами не остановилась. Аккуратно обойдя её, мы увидели несколько кустиков с фиолетовыми цветами. Это была адамова голова, она же мандрагора.

– Стойте, где стоите, к ней нельзя подходить близко, когда её выкапывают. Она орёт, но не физически, а на энергетическом плане, и может неслабо оглушить. У меня есть специальное зелье для такого случая, ну и, конечно же, инструмент. Всё лето собирала всякие приспособления для зельеварения, но не думала, что так скоро использую, – фанатично бормотала Марианна, подходя к цветам и копаясь в своей сумке. Оттуда она достала бутылочку с зельем, серебряную лопатку и амулет удачи, отнятый у Хромыги. – Вы же не против, если я его сейчас надену? С этим капризным корешком удача не помешает.

Возражать, разумеется, никто не стал, и мы, затаив дыхание, следили за каждым её движением, пока кикимора юркнула исполнять вторую часть сделки. Марианна, одним глотком осушив пузырек с зельем, надела амулет и, вооружившись лопаткой, приступила к священнодействию. Она бережно подкопала каждый кустик, а затем, надев перчатки, дёрнула за первый корень. Даже сквозь разделяющее нас расстояние мы ощутили эхо мерзкого энергетического удара. Марианна, быстро стряхнув землю с корня, бережно уложила его в большую шкатулку, как драгоценную реликвию. Так, с благоговением и опаской, она поступила и с остальными кустами. Пока она самозабвенно трудилась, вернулась кикимора, волоча за собой огромный грязный тканевый свёрток.

Дотопав до нас, она кинула на землю свою ношу, и тряпка развернулась перед нами, открыв горку монет, несколько ржавых мечей и кинжалов, и довольно-таки большой металлический кирпич из ардиминия.

– Ну вот, теперь и у Турина появится оружие из этого металла, – радостно улыбаясь, сказала Нисса.

Мы ничего не стали сейчас делить, а скинули всё ценное Турину в мешок с расширенным пространством, зная, что он по прибытии скрупулёзно всё разделит и разложит.

Наконец-то Марианна выкопала все кусты адамовой головы и, стерев со лба пот, убрала все принадлежности обратно в мешок, после чего сказала нечисти:

– Всё, веди нас дальше.

В этот раз кикимора не стала скакать, как заводная, поняв бесполезность этого процесса, а просто шла быстрым шагом, доведя нас до огромной поляны, на которой расположился комплекс зданий из белого камня, где-то за час.

– Как нам найти тебя на обратном пути? – спросила я.

Кикимора вытащила из своего кармана, не пойми где спрятанного, кусок буро-зелёных водорослей и сказала:

– Как пойдёте обратно и наткнётесь на первую зыбь, киньте это в трясину, и я приду, – и быстро скрылась с наших глаз.

А мы развернулись в сторону храмового комплекса, который состоял из большого центрального круглого здания, судя по виду, являющегося самим храмом, и высокого белого каменного забора, опоясывающего несколько различных строений, стоящих за ним. Строение храма было самым высоким и словно белоснежный айсберг возвышалось над лесом, ловя множеством больших витражных окон солнечные лучи, к нему-то мы и направились.

Храм Всех Богов. Рисунок сделан с помощью ИИ

Но не успели мы пройти и пары шагов, как увидели, что в нашу сторону из-за храма вышли белый и бурый медведи и один большой белый с серым волк.

– Стойте спокойно, – сказала нам Нисса. – Амикус говорит, что это не звери.

Мы встали не двигаясь, а медведи с волком, не дойдя до нас всего несколько метров, кувыркнулись о землю и предстали перед нами уже людьми в белых плащах. Они внимательно осмотрели каждого из нас чуть светящимися голубыми глазами, и тот, что был волком, заговорил:

– Идите за нами. Велемудр вас ждёт.

И, развернувшись, они пошли в сторону храма, а мы, не отставая, но постоянно осматриваясь, направились за ними. Вопреки ожиданиям, нас повели не к самому храму, а к каменному забору. Миновав неприметную калитку, мы очутились во внутреннем дворе, где взору открылась картина тихой обители: несколько скромных домов и хозяйственных построек, обширный огород, усыпанный плодами сад и мирно пасущаяся домашняя скотина.

Наши провожатые пересекли двор и скрылись в квадратном здании с большими окнами. Внутри оказалась просторная столовая. Всю её занимал массивный стол, вдоль которого тянулись лавки. За столом, так же облаченные в белые плащи, молчаливо трапезничали мужчины разных возрастов, а во главе стола восседал почтенный старец с длинной седой бородой, словно патриарх, взирающий на свою паству.

Увидев нас, он махнул рукой на пустующее место на лавке, около которого на столе стояло четыре тарелки.

– Доброго здравия, путники. Присядьте, пообедайте с нами. А помощники ваши пусть пройдут в тот угол, – показал он в один из углов столовой, где стоял один из мужчин и, судя по всему, накладывал в тарелки пищу для наших фамильяров.

Обед был скромен, но оттого не менее вкусен – простые радости здесь ценились превыше изысков. Над тарелками вился аромат варёных овощей, нежно обнимающих рыбу, а в центре стола, словно алтарь щедрого урожая, возвышались миски с изумрудной зеленью, рубиновыми помидорами, кремовыми ломтиками яиц и грубыми, пахнущими полем, кусками хлеба.

Во время трапезы царила тишина, нарушаемая лишь мерным стуком приборов. Насытившись, никто не спешил покинуть стол, все, затаив дыхание, ждали. И вот старец поднялся и лёгким взмахом руки дал безмолвный знак. Словно по команде, все поднялись и бесшумно покинули столовую, оставив нас наедине с главным волхвом.

Он с укоризной покачал головой и взмахнул посохом, словно сотканным из самого света и невесть откуда появившимся в его руке. В тот же миг посуда, оставшаяся после трапезы, взмыла в воздух и, повинуясь невидимой силе, устремилась в распахнувшуюся дверь в углу столовой.

После чего он облокотился на свой посох и задумчиво обратил свой взгляд на нас, и спустя где-то минуту волхв вздохнул и заговорил:

– Зовут меня Велемудр. Кто вы и зачем вы здесь, я знаю. На ваш вопрос, с которым вы пришли, я не отвечу. Но мне есть что вам сказать. Давайте пройдёмся, – и вышел во внутренний двор, а мы, переглядываясь, потянулись за ним. – Мы живём тут давно и привыкли к своей обособленности, – говорил он, неспешно ступая по двору в сторону центрального храма. – Не в наших привычках привечать путников. Но мне пришло видение о том, что вы придёте, и я получил волю богов вас встретить. – На этих словах он взмахом посоха распахнул двери храма, и мы оказались внутри.

Храм был полностью освещён светом из разноцветных витражных окон, создавая непередаваемую гамму цветных теней на полу и стенах. Так же, как и в городском храме, тут стояли статуи богов, разве что тут их было значительно больше.

– В нашем храме стоят изваяния всех существующих на Фимуре богов, кроме Чернобога. Ему мы не воздаём свои молитвы. Не просто так боги заточили его в царстве Пекла. Освободившись, он обрушит на Явь вечный лёд, разорвет пелену между мирами и выпустит Навь в наш мир.

На этих словах он обвёл каждого из нас пристальным взглядом и, не увидев проблеска понимания в наших глазах, решил пояснить:

– В незапамятные времена, когда боги лишь начинали творить мир, они водрузили Алатырь-камень – краеугольный камень сущего – посреди безбрежных вод. На этом священном камне произрастает Мировое Древо, чья мощь не знает границ. Зорко стерегут его Гагана-птица, крыльями затмевающая солнце, и змея Гарафена, чьё тело настолько велико, что опутывает весь ствол древа. Крона древа, теряясь в небесной лазури, укрывает Правь – обитель богов, где они правят мудро и справедливо. Ствол его, зримый для нас, держит Явь – мир, в котором мы живём и дышим. А корни, пронзая землю, уходят в Навь – царство теней и забвения, где в мрачном Пекле томится в оковах Чернобог. Между этими мирами пролегает незримая грань, которую нельзя нарушать. – Тут он сделал небольшую паузу, прикрыв глаза. – Боги хотят, чтобы вы знали: битва не окончена, опасность освобождения Чернобога велика как никогда. Печати сломлены, и враги собирают тёмные силы, чтобы вырвать его из заточения.

– Но почему боги передали это нам? – спросила Нисса у волхва.

– Мне не известны умыслы богов. Значит, ваша роль тут важна, – ответил он и перевёл задумчивый взгляд на статую Велеса.

– А как же быть с нашим вопросом? Может, вы знаете к кому нам обратиться? – занервничала я.

– Знаю, конечно, как же не знать, – обратил он на меня свой взгляд, наполненный мудростью веков. – Вам нужно попасть к самой великой ведьме этого мира. Живёт она в этом же лесу. Но вот захочет ли она вас принять, мне не ведомо, – сказал он, но мне показалось, что я видела хитринку в его глазах. – Нечисть, что вы повстречали, именно она сюда подселила, чтобы не лез никто.

– А как нам её найти? По лесу блуждать можно долго… – поинтересовался наш гном.

Старец ухмыльнулся по-доброму и создал магический светящийся шар синего цвета.

– Вот вам проводник, доведёт вас до нужного места. Ступайте, время нашей встречи закончилось, – и, развернувшись, медленно опираясь на посох, пошёл в сторону внутреннего двора.

А мы направились за синим огоньком в сторону противоположных дверей из храма.

Наш светящийся проводник летел неспешно, и мы спокойным шагом успевали идти за ним и обсуждать услышанное.

– Надо будет передать магистру Говарду слова Велемудра, – перешагивая кочку, сказала нам Нисса.

– Только вот сказать нам особо нечего, – буркнул гном. – Всё, что я понял, это то, что враги не спят, а Чернобог всё ещё может выйти из царства Пекла.

– А что за враги, и как он будет выбираться, если разрушение печатей его не выпустило – не ясно, – поддержала гнома Марианна.

– И всё же, это может быть важно, если помните, мне Берегиня тоже говорила что-то подобное. Поэтому придётся снова обрадовать магистра Говарда своим приходом, – подытожила я.

Спустя час ходьбы и разговоров наш синий огонёк внезапно погас, и мы начали недоумённо оглядываться. Вокруг был всё тот же лес и, на первый взгляд, ничего не поменялось.

«Перейди на магическое зрение», – шепнул мне Меф мысленно. И, последовав совету, я увидела зеленоватое марево впереди от нас, а следом за мной его начали рассматривать и остальные члены команды.

– Отвод глаз. Очень сильный, ведьминский. Мы на месте, – вынесла вердикт Марианна. – Сейчас каждый возьмёт в руку по корню адамовой головы и шагнёт вперёд. Магистр Дейдар очень поверхностно рассказал нам о нём. А на самом деле это растение обладает невероятной силой и имеет огромную ценность и для ведьм, и для магов. Даже не добавляя его в зелье, а просто держа в руке, можно увидеть скрытое, будь то чары, затаившаяся нежить или вот этот отвод глаз.

Каждый из нас взял в руку корень, и мы шагнули вперёд, а следом за нами и фамильяры, им в отличие от нас отвод глаз преградой не был. Теперь мы могли видеть, что за деревьями находится большая поляна, на которой стоит добротная изба. Но стоило нам выбраться на опушку поляны, как взгляд упёрся в невысокий металлический столб, на вершине которого восседал огромных размеров чёрный кот. Он дремал, но стоило нам показаться из-за деревьев, как веки его распахнулись, являя пару хищных, завораживающих золотых огней. Взгляд его обжигал, проникая в самую душу. И тут он заговорил. Громкое, мурлыкающее рычание вибрацией прокатилось по телу:

– Прррелестно… сколько гостей! Неужели пришли послушать мои сказки? Что ж, с удовольствием поведаю вам их. Слушайте же! В некотором царстве…

От звучания его голоса нас всех пошатнуло и резко повело в сон. Марианна из последних сил крикнула:

– Ира, помогай! Кидай на всех ментальные щиты, я не дотягиваю!

Я собралась и выполнила требуемое. Хоть и с трудом, но у меня вышло даже в таком состоянии кинуть на всех щит поверх щита Марианны. Моя сила понемногу, но продолжала расти, и это сильно ощущалось именно в такие моменты.

Кот, наблюдая за нами, состроил такую жалобную мину, что порыв снять все защиты едва не захлестнул меня. Собрав всю свою силу воли в кулак, я устояла. Через мгновение выражение его морды сменилось на любопытство. Дёрнув ушами, он уже вполне обычным голосом произнес:

– Ну и ну! Маги! Побегу, доложу ей, какие интересные гости у нас пожаловали. – И, спрыгнув со своего столба так, что листья и травинки подлетели в воздух, он помчался в избушку.

Тем временем мы потихоньку приходили в себя, всё ещё немного пошатываясь от невероятно сильного ментального внушения.

– Вот это силушка! Грандиозная мощь! Это же кот Баюн! Один из прародителей потомственных фамильяров, – с трепетом в голосе мурлыкал Меф, а Феня мысленно ругался на него, потому что Меф не позволил фениксу атаковать Баюна.

Подивившись словам Мефодия, я перевела взгляд на избу. Она стояла предо мной, словно сошедшая со страниц древних сказок – могучая, сложенная из цельных брёвен, источающих запах смолы и вечности. Резные наличники, словно кружево, обрамляли окна, а тесовая крыша горделиво несла на себе конька и причелины с полотенцем, испещренные таинственными, древними знаками. Но более всего поражали воображение её ноги – гигантские, скрюченные пальцы птичьих лап, вросшие в землю, словно корни векового дерева. Огромные куриные ножки, ощетинившиеся острыми когтями, держали на себе всю эту сказочную тяжесть.

Завороженные этим дивным зрелищем, мы приблизились к избе.

Пока разум отчаянно пытался отделить явь от грёз, дверь распахнулась, и на крыльцо вышла старуха, сгорбленная под бременем лет и окутанная ветхими лохмотьями. Лицо её – маска, вылепленная самой нечистью: длинный, крючковатый нос, отмеченный безобразной бородавкой, кривой рот, искажённый злобной усмешкой. И лишь глаза… Они выбивались из этого жуткого образа, словно два тлеющих уголька в пепле костра. Молодые, ясные, тёмно-карие, почти чёрные, они пронзали насквозь, заглядывая в самую душу, выискивая там сокрытые тайны и заветные желания.

– И правда маги! Не обманул Баюша, – на этих словах она начала выпрямляться и её облик старухи слетел с неё как пыль.

Перед нами стояла высокая, статная, красивая женщина. Её черные, как смоль, волосы спускались волнами прямо до поясницы, алые, пухлые губы улыбались нам, а чёрные глаза смотрели так же пристально, как и прежде. И тут она увидела корни мандрагоры в наших руках и, хмыкнув, прищурила глаза.

– Так, тааак… Значит кикимору на мой огород раскрутили. – В этот момент Марианна по-детски спрятала корень за спину. – Да не переживайте, не отниму, признаю вашу законную добычу. Но один корешок мне всё же отдадите, а взамен вам дам два древних рецепта переписать, один из них вам точно скоро пригодится. Ну давайте, заходите в дом, что на пороге-то стоять? – с хитринкой в глазах обратилась она к нам.

Но никто из нас не двинулся с места. Ведьма, увидев это звонко рассмеялась.

– Испугались? И правильно. Значит хоть чему-то да учат вас в ваших университетах. Но так уж и быть, – в этот момент она перешла на серьёзный тон. – Коль с добром вы пришли, то никто и ничто вас в моём доме не обидит, да вреда не принесёт. Да будет так! – и звонко хлопнула в ладоши.

Вот теперь мы расслабились, потому что точно знали, что такому слову верить можно. Переглянувшись, мы последовали за ведьмой в дом.

Внутри он оказался еще просторнее, чем был снаружи. Ведьма повела нас в большую, залитую светом кухню, дышавшую уютом. Всё, кроме печи, было выполнено из дерева, словно сама природа оберегала это место. На подоконнике ярким акцентом пестрела ваза с полевыми цветами, а окошко украшала вышитая занавеска. Рядом с окном стоял массивный стол, накрытый белоснежной скатертью, а на ней возвышалось блюдо с румяными, налитыми солнцем яблоками.

– Рассаживайтесь на лавку за стол, – махнула она нам в сторону примыкающей к окну лавке. – А ты, мой хороший, иди сюда. Дай-ка мы тебя рассмотрим, – постучала она рукой по лавке напротив, подзывая Мефодия.

– Ты посмотри, Баюш, как кровь твоя в нём сильна, – сказала она своему коту, расположившемуся на печке, поглаживая Мефодия по голове. А он, прижав уши, не противился и громко урчал. – Как хозяйка его в силу до конца войдёт, – искоса глянула она на меня, – так и он все свои возможности раскроет. Сильный будет красавец! – после чего повернулась к нам. – Ну что, дорогие гости, звать меня Ядвигой. Рассказывайте, зачем пришли, пока я вам травяного сбора бодрящего заварю.

А Баюн подозвал Мефодия на беседу, ему интересно было узнать, какие знания и умения сохранились в нём спустя поколения. Мы же опять впечатлились мощью, которая исходила от его голоса.

После того, как мы по очереди представились Ядвиге, Турин решил спросить:

– А почему вы к нам в таком образе вышли? Зачем такую красоту скрываете? – бесхитростно сделал он комплимент, заслужив при этом хмурый взгляд Ниссы.

Ведьма не ответила сразу. Её пальцы, словно ловкие паучки, порхали среди вязанок трав, что темнели в каждом углу избушки. Бормотание слетало с её губ, пока она срывала по щепотке с каждого пучка. В глиняный заварник, потрескавшийся от времени, ложились травы, укладываясь в известном лишь ей порядке, а вслед за ними – сморщенные ягоды из берестяных туесков. Когда последний ингредиент занял своё место, Ядвига бережно сняла с печи ковш, из которого поднимался пар, и горячая вода с тихим шипением затопила травяное нутро заварника. Завершив процесс, ведьма наконец-то ответила на вопрос гнома:

– Да потому что осточертели до смерти ходоки всякие, да просители убогие, а пуще всего – юнцы безусые, что, завидев меня, словно хворост сухой, вспыхивают желанием под венец. Столетиями я в личине этой живу, Бабой-Ягой прозываюсь, а от назойливых избавиться не могу! Но как я ни огораживаюсь: и кикимору посадила, и кота своего стеречь поставила – всё одно находятся пролазы, что тащатся сюда с надеждой, будто я им богатства несметные отсыплю или жену писаную наколдую, – ведьма в сердцах кулаком о стол грохнула, аж посуда подпрыгнула. – Да ещё и насочиняли сказки, что если Баюна моего поймать, то исцелит он от любых болезней да недугов. Тьфу!

– А как же волхвы? Они же не любят, когда около них кто-то бродит? Велемудр сказал, что не привечают они путников, – взыграло во мне любопытство.

– Их и не найдёт никто, кого они видеть не хотят. У волхвов своя магия – древняя, сильная. Они, поверь, посильнее архимагов нынешних будут. Но мирская жизнь им не интересна, они служат богам и исполняют только их волю, – ответила Ядвига, и вдруг на её лице проявился нешуточный интерес от какой-то пришедшей на ум мысли. – Ирина, ты же маг смерти? – и после моего кивка продолжила: – Я всё ещё жду причину вашего прихода ко мне, а потом у меня к тебе просьба будет.

Я взяла на себя слово и рассказала, что мы хотим узнать у Ядвиги.

– Личную вещь его принесли? – деловито спросила она. А я сразу достала шкатулку с монетами Михаила. – Посмотрю и всё, что узнаю, скажу. А ты мне духа доставучего упокой.

– Что за дух осмелился вас беспокоить? – удивлённо спросила Марианна.

– Очередной несостоявшийся жених, – со вздохом промолвила Ядвига, а Нисса едва не захлебнулась травяным настоем. – И самый настырный из всех, надо же. Добрался до моей поляны, ходил кругами, словно неприкаянный, серенады любви завывал. Да только Баюша на страже стоял, не пустил суженого. Эх, давно это было… Несколько дней он тут бродил, видать, оголодал, да и с горя волчьего лыка отведал. Бедняга. О том, что дух его отлетел, я узнала, когда он ко мне на поляну привидением пожаловал, хорошо хоть дом мой защищён был. – Ведьма опустилась на лавку напротив, подперев подбородок кулаком, и продолжила свой рассказ: – Так этот безумец и после смерти покою не даёт, ночами напролёт воет. Я поляну-то оградила, да за её пределами всё слышно. Давно бы развеяла его по ветру, но жаль дурака, не злой он, просто глупый. Не хочу уничтожать, хочу упокоить. Так что, ребятки, вы поможете мне, а я вам, – твёрдо заключила она.

А так как дух парня только ночью появляется, ведьма предложила нам переночевать у неё после того, как я с духом управлюсь. До вечера она, как и обещала, дала Марианне переписать два рецепта зелий из старого толстенного гримуара. Первое зелье – для снятия самых сильных и даже древних проклятий, а второе изничтожает тварей из Пекла. Пока Марианна переписывала, за ней, не сводя глаз, следил кот Баюн, и заодно комментировал её записи:

– Ну и почерк! Сама-то понимаешь, что пишешь?.. Вот тут не верно написала: не две капли, а две с половиной!

– Так там же две написано! – возмутилась вампирша.

– Глаза раскрой, эта книга больше тебя пережила. Видишь рядом с двойкой размыто? Это капля зелья сюда попала и смыла цифру, – не отставал от Марианны кот.

– А я, по всей видимости, должна была догадаться… – буркнула Марианна, исправляя свои записи.

Вечером, поужинав, мы пошли искать достающего ведьму духа все вместе. Ребята решили не отсиживаться и составить мне компанию. Я долгое время бродила по краю поляны, ища признаки неживого присутствия. Над лесом взошла луна, и бисерины отчётливо виднеющихся звёзд рассыпались по бархатному небу, освещая нам пространство.

–

Ядвига, ты мой свет в окне.
Дождись, приду к тебе во сне!
Я подарю тебе любовь!
Она прекрасна, как морковь…

Услышав незнакомый голос, мы пошли на звук и среди деревьев у края поляны увидели дух парня, который задумчиво смотрел в сторону дома ведьмы. Дух был силён, а поняла я это, потому что виден он был не только мне, но и всем ребятам.

– Нет, морковь не подходит… – нервно бормотал он вслух. – Бровь?.. тоже не то. Вот, точно!

Я подарю тебе любовь,
И буду рядом вновь и вновь!

– И что, работают твои стихи? – не удержался Турин.

Дух резко вскинул свой взгляд на нас и нахмурился.

– А вы ещё кто такие? Ядвигушка не любит чужаков. Уходите, у нас с ней свидание сейчас будет. Она вот-вот выйдет.

Мы с ребятами переглянулись, и я осторожно сказала:

– Она не выйдет. Она живая, а ты дух. Свидания не получится.

После моих слов он начал быстро увеличиваться в размерах и кричать:

– Никто не встанет между мной и моей любовью! Я буду добиваться её столетиями, пока она не сдастся и не полюбит меня в ответ!

Нашим фамильярам не понравился его тон, и они отреагировали кто выпущенными когтями, а кто обнажившимися клыками. А я начала читать заклинание развоплощения, которое используют для агрессивных, озлобленных духов.

Тут вперёд шагнула Нисса и начала говорить мягким успокаивающим голосом:

– Подожди, Ир, – я послушалась дриаду и прервала заклинание, а она обратилась к духу: – Как тебя зовут? Не переживай, мы не собираемся вставать между тобой и Ядвигой.

– Яков, – буркнул дух-романтик.

– Яков, – продолжила Нисса, – ты знаешь, что твоей душе давно пора переродиться? Ей тут не место. Посмотри, – указала дриада на меня. – Ирина – маг смерти и может тебе помочь.

– А как же Ядвига? Я не хочу никуда уходить! Отстаньте от меня! – в его голосе слышались истеричные ноты.

– А что ты можешь сделать, являясь мёртвым? – присоединилась я к разговору. – У тебя есть возможность переродиться и прийти сюда живым, – тут я, конечно, хитрила, потому что могла лишь упокоить его, но не гарантировать перерождение, – В общем, выбирай. Или я помогу тебе уйти за грань, или развею. Душам в Яви делать нечего, – твёрдо закончила я.

Дух заметался между деревьев, горестно что-то бормоча, потом подплыл к нам и спросил:

– А что меня ждёт там, за гранью?

– На это мы тебе не ответим. Как видишь, мы живые, – буркнула Марианна.

– А Ядвига меня не забудет? – хаотично полетав ещё несколько секунд, опять спросил он.

– Точно не забудет. Я уверена, что у неё прекрасная память, – сказала я, начиная терять терпение.

– А… – снова пытался что-то спросить дух, но его перебила Марианна, закатив глаза:

– Да определись ты уже!

– Хорошо, я готов, – наклонил он понуро голову, и снова вскинувшись: – Но вы должны будете передать ей мои слова любви!

– Передадим, не переживай, – хмыкнул гном.

Я произнесла уже знакомое заклинание упокоения, и Яков начал светиться. Неожиданно, сразу после моего заклинания, Турин произнёс другое, от чего дух, засветившись ещё ярче, исчез. Позже гном объяснил, что это заклинание он изучил на факультативе по магии жизни, оно похоже на то, что он использовал на мавках, и ускоряет перерождение души.

Когда мы вернулись, Ядвига нас не встретила, и мы разошлись по комнатам, которые она ранее нам показала. А утром, позавтракав, мы рассказали, что исполнили просьбу ведьмы и теперь очень хотим узнать, что там с Михаилом.

– Этот юноша точно жив и находится он не на Фимуре. Живёт он, как и прежде, но чувствует себя неполноценно, словно у него что-то забрали. Возможно, это потому, что его лишили куска памяти, – внимательно глядя на нас, говорила Ядвига. – Ещё я поняла то, что он был против лишения памяти. Я вижу, что он был напуган и разозлён тогда. Точнее я вам сказать не смогу, парень сейчас в другом мире, и к нему пробиться, чтобы считать, очень не просто.

Мы с ребятами переглянулись в растерянности, не зная, что думать.

– Спасибо, Ядвига, за помощь. Нам пора в обратный путь, – сказала я, вставая из-за стола.

Но когда мы уже спускались с крыльца ведьма меня остановила.

– Я вижу, что у тебя есть сильная вещь, которой ты не пользуешься. Так нельзя, мощные артефакты, считай, наделены собственным сознанием. Ими надо хоть иногда, но пользоваться. Негоже таким вещам пылиться на полке, – наставляла меня ведьма, а я вдруг поняла, что речь идёт о моём посохе. – И ещё. Вот вам клубок, он вас доведёт до кикиморы. Как дойдёте, кинете через плечо, и он ко мне вернётся, – и тут брови её сердито нахмурились. – О том, где я живу – никому ни слова!

Мы согласно закивали, поблагодарили за проводника и, бросив клубок на землю, пошли за ним, помахав на прощание коту, сидящему на столбе.

– Кто-нибудь понимает, что произошло с Михаилом? Зачем против воли отправлять на Землю и стирать память? – озвучила я свои мысли.

– Может, это связано с договором, который он подписал с ректором? – предположила Марианна. – Иначе я не вижу никакой логики.

– Расскажем магистру Говарду и магистру Мортирею, может, они нам что-нибудь подскажут, – сказала я, чуть не споткнувшись о корягу, а ребята хитро заулыбались, услышав имя нового магистра. – А ещё мне интересно, как Ядвига так просто рассталась с мандрагорой. Растение редкое, дорогое и востребованное в магическом мире, а она считай просто так отдала.

– Не забывай, что данный корень сильно дорожает в соответствии с его возрастом, – сказала вампирша. – Мы выкопали достаточно молодые растения, которые у неё посажены, как мне кажется, для отвода глаз. Многие ведьмочки охотятся за этой драгоценностью, вот Ядвига и высаживает, можно сказать, на виду. А наиболее старые и, соответственно, ценные экземпляры у неё спрятаны так, что никто не найдёт.

До болотистой местности мы дошли быстро и, вызвав кикимору, подбросили клубок, чтобы он вернулся к хозяйке. Кикимора явилась с таким же, как и прежде, недовольным выражением лица, но обещание своё выполнила – до выхода из леса довела. И пока мы за ней шли, между деревьев несколько раз мелькнули медведи и волки. Но в этот раз говорить с нами волхвы не стали, видимо, просто убедились, что мы отправляемся восвояси и их не побеспокоим.

Повозка нас ждала там же, где мы её и оставили, и, поменяв в ней магические накопители, мы тронулись в обратный путь. Так как ехать нам предстояло до вечера, мы заехали пообедать в первый встречный трактир у дороги, близ одной из деревень.

– Ребят, через выходные ничего не планируйте, – обратилась к нам Марианна, допивая медовый взвар.

– Куда идём на этот раз? – с улыбкой спросил Турин, готовый идти хоть сейчас.

– В мой мир, ко мне на день рождения, – смущаясь, сказала вампирша. – Папа уже передал указ на портальную станцию о разрешении вас пропустить. Вы же, надеюсь, не откажетесь? – с надеждой глядя на нас, спросила она.

– Марианна, извини, конечно, за вопрос, но нам не опасно идти к вампирам? Я вот до сих пор не знаю, пьёте ли вы кровь? – почёсывая нос, спросила я.

– Эта тема у нас считается не тактичной, – ухмыльнулась Марианна. – Вампиры тем и отличаются от упырей, что являются полноценной живой расой, способной жить, как и остальные. В постоянстве кровь у нас никто не употребляет. Живая кровь может понадобиться вампиру в случае сильнейшего ранения или энергетического истощения, в общем, тогда, когда вампир при смерти. В этом случае, выпив крови, вампир получает огромный прилив жизненных сил и энергии. Как ты понимаешь, были индивидуумы, которые пили кровь просто так, чтобы повысить свои силы, но это, как правило, низшие вампиры, и за такой проступок они сразу же преследуются нашим законом.

– То есть, если вампир хочет вне закона пить кровь, он просто сбегает из вашего мира? – озвучила я пришедшую в голову мысль.

– И такое было. Но в любом из миров его в итоге поймают и казнят с разрешения совета повелителей вампиров, – уверенно сказала Марианна.

– А как мы должны выглядеть на твоём празднике? – сменила тему Нисса. – Я никогда не была на высоких мероприятиях и не представляю, что одевать.

– Ну, с этим вопросом мы завтра отправимся к мие Дарине и закажем наряды. Я оплачу, и это даже не обсуждается, – видя начинающийся протест в наших глазах, отрезала вампирша.

Вернувшись в Корвус, мы поставили у Изабеллы повозку и поспешили в университет, успев вернуться до закрытия ворот.

На следующий день после лекций мы стройным хором отправились в кабинет к магистру Говарду и, застав там ещё и Мортирея, точнее магистра Мортирея, рассказали про слова волхвов и про то, что увидела Ядвига.

Магистр Говард хмуро почесал лоб, а Мортирей стукнул кулаком по подоконнику и сказал ему:

– Ты же понимаешь, что слова ведьмы только подтверждают мои догадки. Тут как-то замешан ректор. Но зачем их отправляют на Землю против воли несмотря на то, что Фимур нуждается в магах? И почему на это до сих пор никто не обратил внимание? – в бессильной злобе тёр он подбородок.

– Потому что в правилах университета есть пункт, разрешающий магам с Земли закончить обучение и вернуться домой по их желанию. А у нас нет ни одной зацепки, подтверждающей, что они уходят не по своей воле, чтобы передать информацию Управлению для начала расследования, – всё так же хмуро ответил магистр. – Где ваши браслеты, которые я вам давал? – спросил он, глядя на нас.

– Так пропали ещё в замке приспешников Чернобога, – ответил за всех Турин, пожав плечами.

– Завтра зайдёте, возьмёте новые. Чуть что, использовать! Особенно это касается тебя, Ирина, – строго сказал он.

Мы кивнули и потянулись на выход, а я заметила, что Мортирей провожает меня странным взглядом.

На следующий день мы забрали браслеты у магистра и сразу же их надели. А по пути в столовую произошёл момент, немного меня смутивший. Поднимаясь по лестнице, я встретила Фейливрина и, широко улыбнувшись ему, поздоровалась, он же, одарив меня хмурым выражением лица, кивнул мне и, коротко сказав: «Привет, Ирэн», быстро пошёл дальше. Я в недоумении посмотрела ему в след, но через некоторое время забыла о странном поведении эльфа, так как Марианна потащила нас в город заказывать наряды.

Пока мы с Ниссой сидели и скучали на диванчике, вампирша перечисляла мие Дарине список нарядов на каждую из нас, внося по каждому огромный ряд уточнений. И когда, по моим подсчётам, она начала описывать уже третье платье только для меня, я не выдержала:

– Мари, – решила я всё-таки сократить её имя. – Мы там каждые два часа переодеваться будем?

– Меня так папа называет, – тепло улыбнулась она. – На светских мероприятиях запас платьев быть обязан. На обеде в узком кругу и на званом ужине ты точно должна быть в разных платьях. Ну и про запас должно быть, вдруг на тебя кто-нибудь шампанское прольёт или тарелку с тортом перевернёт?

– Может мы не пойдём? – робко спросила Нисса. – Я не хочу, чтобы в меня бросались тортом. Сразу же захочется достать свои кинжалы.

Мы дружно рассмеялись и заказ нарядов продолжился. Турина Марианна затащить в лавку одежды не смогла, но он клятвенно обещал, что будет одет прилично.

– Итак, студенты, мы с вами переходим к изучению последних двух заклинаний из связки поднятия скелета-слуги. Заклинание привязки и заклинание подчинения. Но перед этим каждый из вас выйдет к доске и повторит первые два, которые уже были изучены, – радостно продолжал мучить нас знаниями Мортирей. – Как я говорил ранее, это основа поднятия нежити, остальную нежить вы будете поднимать (если, конечно, будете), – усмехнулся он, – похожими связками с небольшими изменениями. В том числе и несколько единиц за раз. Начнём с Шактара, выходи сюда и рассказывай, что запомнил.

Таким образом, мы по очереди вышли и рассказали наизусть заклинания поднятия и сращивания костей, к слову, никто не споткнулся, зазубрили все. А дальше мы записали и разобрали заклинания привязки и подчинения. Чуть позже, на факультативе по менталистике, Мортирей выделил некоторое время, чтобы объяснить мне, как вплетать в заклинание подчинения ментал, который во много раз увеличивал качество подчинения, вплоть до пробуждения подобия разума в поднятом.

Я же, после освоения данной темы, задумчиво поглядывала на посох, вспоминая напутствия Ядвиги, и подумывала испробовать изученную связку, но пока это было только в мыслях и, посоветовавшись с Мефодием, я решила отложить эту идею до возвращения из мира Марианны.

На выходных я наведалась на Землю с Мефом, навестила родителей и набрала дома для Мартеля монет разных достоинств, даже нашла одну юбилейную десятку для него. Вернувшись, отдала ему монеты и с сожалением сказала, что Михаила нам вряд ли удастся найти. На что они с Крисом понимающе кивнули, и я, с чувством выполненного долга, ушла в сторону женского общежития.

Поднявшись на второй этаж, я застала Марианну, в задумчивости созерцающую нашу дверь. Зрелище, надо сказать, было достойное кисти безумного художника: дверь, словно искупавшаяся в болоте, была щедро изукрашена тиной и комьями жирной грязи. Айша, с детским любопытством, ковыряла ногтем застывшую болотную массу, пока увесистый кусок не обрушился ей прямо на голову.

Обменявшись улыбками с вампиршей, мы без труда очистили дверь с помощью бытового заклинания – такие мелочи, как испачканная дверь, нас уже не могли вывести из равновесия.

Однако, стоило нам переступить порог, как стало ясно, что истинное испытание ждёт внутри. Пол был усеян лягушками и жабами всех мастей и размеров, чей хор недовольного кваканья заполнил комнату. Со стен и потолка свисали нити болотной тины, словно мрачные гирлянды. Меф, брезгливо переступая через квакающих созданий, словно по минному полю, пробирался к кровати, а Айша, увлечённая охотой, пыталась поймать самых прыгучих, с недоумением разглядывая ускользающих из её лап скользких земноводных.

– Дядюшка Афанасий. Явись нам, будь добр, – меня эта каверза ничуть не задела, и было даже смешно с этого детского поступка, неприятно лишь то, что мы с Марианной совсем недавно делали самостоятельно генеральную уборку с небольшой перестановкой, и все наши труды пошли насмарку.

Афанасий явился сразу же, наступив ногой на одну из жаб, которая при этом издала особо громкое: «Ква!». Я хотела спросить, не видел ли он, кто так набезобразничал, но не успела вставить ни слова.

Комната Иры и Марианны. Рисунок сделан с помощью ИИ

– Это что же? Ядрёна канитель! Не уследили… Это кто ж такую пакость натворил? – сетовал он, оглядывая комнату, потом взглянул на нас: – Идите погуляйте минут пять. Сейчас всё уберём, – и когда мы развернулись на выход, продолжил ругаться: – Ну ироды… Найду – трёпку задам!

Выйдя из комнаты, Марианна повернулась ко мне:

– У нас с Айшей на ум приходит только одна персона, которая могла это сделать.

– Я думаю, мы все вместе поняли, что это Мианэль. И мы отомстим ей в её же стиле. Давай-ка пойдем в закрытую библиотеку и позовём ребят, – ответила я, до конца формируя в голове пришедшую идею.

В библиотеке мы рассказали Турину и Ниссе о том, что произошло с нашей комнатой, и на нас после рассказа надулся Грозд, передав через гнома, что мы должны были его позвать, чтобы он наловил себе вкусных лягушек. Я пообещала, что, как будем в городе, я куплю что-нибудь вкусное лично для него, чтобы искупить свою вину.

– Нил, появись, пожалуйста, – позвала я духа бывшего ректора.

– Ну что, нашли подарочек? – спросил дух, влетевший в библиотеку. – Жаль, не успел посмотреть на ваши лица, – пригорюнился он.

– То есть, ты видел, что нам готовят подставу, и не предупредил нас? – возмутилась вампирша.

– Да вы чего, ребят, это же просто шутка. В Университете без таких моментов скучно, – удивился негодованию Марианны Нил.

– Наши лица ты пропустил, но можешь вместе с нами поучаствовать в каверзе, и увидеть всё своими глазами, – начала я соблазнять духа. – Ты только подтверди наши догадки… Кто это был?

– Да вы и без меня бы легко это узнали, считав, кому принадлежит последнее водное заклинание на двери. Стайка первокурсниц, которых наставляла белокурая эльфийка, – ответил он, пожав плечами. – А в чём я могу поучаствовать? – спросил он с горящими глазами.

– Мари, у тебя же среди твоих ингредиентов к зельям есть что-то, что красит в зелёный цвет? – обратилась я к подруге.

– Прямо сейчас нет, но могу быстро сварить красящее зелье.

– Завтра в обед появись у нас в комнате, и я скажу, что нужно сделать, – подмигнула я духу, и мы все вместе пошли в лабораторию ждать, когда Марианна сварит нужное зелье.

А через день вся столовая наблюдала несколько хмурых первокурсниц, включая эльфийку, с потрясающе яркими зелёными волосами и надписью на спине формы: «Кикимора». До этого вечером Нил стащил у них форму, которую мы немного «украсили», и подлил в их шампунь красящего зелья.

– Нисса, ты не против, что у тебя появились зеленоволосые подражательницы? – посмеиваясь, спросила я.

– Они на меня совсем не похожи. Зато надпись на спине соответствует их действиям, – улыбаясь, ответила Нисса.

А Мианэль кинула на нас злобный взгляд, словно услышав наш разговор.

«На первом курсе новая мода?» – раздался у меня в голове голос Мортирея, и я удивлённо уставилась в сторону преподавательских столов.

«Что за удивление на лице? На прошлом уроке мы проходили мысленное общение между менталистами, а тебя даже вызывать на диалог не надо, щитов опять нет. Не научишься ставить, будешь получать от меня ментальные тычки», – перешёл он на строгий тон.

«Я всё поняла, буду ставить», – буркнула я в ответ. – «А на первый курс не обращай внимания. Дружно страдают от собственного нездорового энтузиазма».

«Что-то у вас с фантазией слабовато. Мы в своё время дверь заклеивали, галлюцинации навевали, заклятие сквернословия тоже было…», – и тут он вспомнил, что сейчас является преподавателем. – «Кхм, кхм, я хотел сказать, что в наши времена какие-то студенты так делали, но не мы, конечно».

Я звонко засмеялась, на что ребята посмотрели на меня с полным непониманием в глазах, а я только отмахнулась.

Глава 3

За учёбой две недели пронеслись совсем незаметно, и наступил день назначенного перехода в мир Марианны. Мы с Ниссой в волнении несколько раз перепроверили все свои безразмерные сумки под вздохи и закатывания глаз вампирши. Я взяла с собой свой посох, чтобы чувствовать себя уверенней, и мы отправились к портальным аркам, которые стояли на краю Корвуса. Ранее мы не пользовались ими по причине очень высокой стоимости переходов даже внутри Ориса, не говоря уже обо всём Фимуре и тем более о переходе в другой мир.

Марианна заплатила за наш переход, успокоив нас, что оплачивает из казны повелителя, а не из собственных средств, и через несколько мгновений мы шагнули в мир Сангуис.

Первое, что обрушилось на нас – густой, влажный, словно тяжелое покрывало, воздух и обволакивающая, проникающая под одежду прохлада. Я поёжилась и огляделась. Мы стояли в городе, раскинувшемся вокруг величественного готического замка. Со всех сторон город теснил высокий лесной кряж, отнимая у домов солнечный свет. Мощёные улочки сияли безупречной чистотой, обрамленные строгими домами с остроконечными крышами и аккуратными окнами, ловившими блики многочисленных фонарей, щедро освещавших мостовую. Преобладающие серые и чёрные тона, как в архитектуре замка, так и в облике домов, создавали атмосферу мрачности и неприветливости. Тяжёлые клочья тумана, словно рваные призрачные полотна, лишь усугубляли гнетущее впечатление.

От созерцания этой картины меня отвлек шум крыльев. Прямо перед нами приземлились три грифона – могучие создания с телами львов и головами орлов, в оперении серых и рыжих оттенков.

– Вы посмотрите, кто вернулся! – спрыгнул с одного из грифонов богато одетый привлекательный вампир.

– Наша беглянка Мари! – радостно крикнул второй, чертами лица сильно похожий на Марианну.

– Ну что, принцесса! Готова к братской трёпке? – с хитрым прищуром добавил третий вампир, как две капли воды похожий на второго.

Город Виридна. Мир Сангуис. Рисунок сделан с помощью ИИ

Не дожидаясь ответа от Марианны, они дружно подбежали и начали тискать её в объятьях, на что подруга громко заливалась смехом. После бурной семейной встречи Марианна повернулась к нам и представила нас братьям.

– А это мой старший брат Лиар Дилан Викруа, – кивнула она на первого и самого серьёзного вампира. – И Лиары Ролиат и Тайлор Викруа – мои младшие братья близнецы, – на что братья скорчили одинаково смешные лица.

– Мари, мы полетели в замок, отец ждёт. Встретимся во время обеда с тобой и твоими гостями, – сказал Дилан и потянул близнецов обратно к грифонам.

– А после обеда мы рассчитываем на твой полный рассказ, – обернувшись, подвигал бровями один из близнецов и со смехом взобрался на грифона.

Марианна вздохнула и покачала головой.

– Не ожидал, что вы такие эмоциональные, тебя же не было чуть меньше месяца, – подивился Турин.

– Просто их не было летом. Когда я вернулась, они были на задании отца, и получается, не видели меня целый год, – пояснила вампирша, – Вы бы хотели пройтись по городу или нанять экипаж и сразу в замок?

Мы дружно выбрали прогулку, потому что каждый из нас желал рассмотреть всё вокруг, ну и хотелось подольше оттянуть момент знакомства со светским обществом Сангуиса.

Пока мы шли, в глаза бросалось разительное отличие вампиров от людей. Последние выглядели непритязательно, в то время как вампиры казались сошедшими с полотен художников, изображающих аристократию. Казалось, каждый из них готовился к пышному торжеству, хотя шли они поодиночке или парами, в разных направлениях. И мужчины, и женщины были облачены в одеяния, напоминающие наш викторианский стиль, но с большей дерзостью и свободой, особенно в отношении дам. Нередко встречались укороченные платья, кокетливо открывающие ноги, и распущенные, искусно уложенные волосы. В цветовой гамме царили приглушенные, тёмные тона. Лишь незначительные детали, такие как яркий бант на корсете или лента, обвивающая талию, могли выбиться из общей мрачной палитры.

Конечно, мы опрометчиво не позаботились о смене наряда перед прогулкой, и теперь презрительные взгляды встречных дам и кавалеров преследовали нас на каждом шагу. Марианна, казалось, купалась в их неприязни, предвкушая тот день, когда эти же лица будут вынуждены лицезреть её на приёме в честь её дня рождения.

Вскоре к нам присоединился Феня, наотрез отказавшийся оставаться на Фимуре. После нашего появления из портала, он тут же упорхнул, чтобы самостоятельно изучить город, который, по словам Марианны, носил название Виридна.

«Ира, я нашёл что-то странное, вам надо посмотреть», – сказал мне мысленно феникс, а я тут же озвучила его слова ребятам.

Мы, естественно, народ любопытный и сразу же пошли за фениксом. Он привёл нас к заброшенному дому на краю города. Мы обошли дом сбоку и увидели через приличную щель в заборе маленький сарай, из которого был слышен детский плач, а вокруг сарая из земли то вырастали, то опадали обратно в землю каменные глыбы.

«Сарай закрыт на щеколду снаружи, я минут пять летал вокруг, и никто к нему не подходил, в доме движений тоже не видно», – рассказал феникс.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.