# Принцесса Чертовка

Александра Югославская

Сказка про драконов, разбой, пирожки и очень своевременное отшлёпывание

Когда в королевской семье из двадцати пяти тысяч детей рождается одна – особенно вредная – девочка, будьте уверены: скучно не будет. Чертовка, малолетняя кудрявая катастрофа с разбойничьими амбициями, сбегает из замка на спине старого дракона Ицхака и решает стать владычицей морскою.

Ироничное фэнтези о разбое, пирожках, драконах и взрослении без единого приличного совета.

Для всех, кому надоели принцессы, которые просто сидят в башнях.

## Начало сказки о том как принцесса замышляет побег

В одном маленьком портовом городе жила громадная королевская семья из двадцати пяти тысяч детей и кучки взрослых. Занимала эта семья, уж точно ничуть не приукрашу, если скажу, что как бы не полгорода. Огромный замок со всякими там пристройками, парком (с аттракционами разумеется), конюшней, огромной столовой, а уж кухня… На батальон поваров и на три тонны сковород и кастрюлек для овсяных каш. Бальный зал и каменные высокие превысокие башни, для запирания маленьких непослушных девчат.

Семья была королевской, стало быть, дети были все сплошь маленькие принцы и принцессы, хватило бы на два мира и еще маленькую планетку. Замок и всех его ребятишек охраняла мамаша-дракон и множество маленьких дроконят.

Каждый в замке занимался своим делом.

Мальчики играли в рыцарей, а девочки играли в дам сердца (ну или дам-но-не вам; дам-и-отберу, никому-н е-дам-но-у-всех отберу, и все в таком роде).

Но!

Была среди маленьких принцев и принцесс одна маленькая негодяйка. Обидчивая, нелюдимая, увидеть её можно был частенько угрюмой. Она первая обижала маленьких, раздавала тумаков и воровала конфеты. Не то чтобы остальные дети были ангелочками, но эта девочка даже улыбаться не могла через силу.

Братья и сестры, да чего лукавить, родители и няньки, за глаза называли её Чертовкой. Лелеяла в своей очаровательной головке сие создание планы по настоящему бандитизму и разбою, для этого она подкармливала маленького пурпурного дракончика по кличке Чили.

Все дело в том, что до взросления драконята питаются растительной пищей (травкой, овощами, фруктами, грибочками, хоть иногда и соломенными шляпками, и испачканными маячками и штанишками), а уж взрослые драконы могут позволить себе не больше одной коровы в месяц (к счастью драконы живут тысячелетиями и взрослеют долго). Но коварная девчонка кормила дракончика исключительно котлетками и макаронами по-флотски, надеясь разбудить в нем кровожадность. В его еду подсыпала перца и ртути из химической лаборатории придворного алхимика.

Своего она, конечно, не добилась. Дракончик был неагрессивным. Однако она была настойчивой и однажды:

– Чили, мы с тобой полетим и захватим пиратский корабль! Я надену свое самоё красное платье и укорочу юбку чтобы она не путалась в ногах!! Представляешь, как свирепо мы будем выглядеть? – чертовка крутилась по его вольеру, размахивая руками и игрушечным мечом, на голове у неё была бандана. Она была столь воодушевлена, что Чили в самом деле замечтался. Не то чтобы он хотел свирепо выглядеть. Он очень хотел приключений.


И вот.

Настало главное утро все всей их маленькой жизни.

Принцесса Чертовка в столовой изо всех сил давилась кашей, чтобы её поскорее отпустили к Чили. Но нянька заподозрила неладное.

Следует сказать, что нянька Дороти была женщиной что надо.

Она всю жизнь работала с маленькими детишками. Очевидно, что если ребенок, который до этого не съел ни одной ложки овсяной каши без волшебного ремня, внезапно стал радостно ее уплетать, значит он что-то замышляет.

Для верности эксперимента она дала Чертовке полный стакан морковного компота (самого ужасного пойла по мнению всех детей в мире). Убедившись, что девчонка его выпила. Залпом! Она, сделав вид что ничего не поняла, отпустила Чертовку по её детским делам.

Дороти из всех сил делала вид что ничего не замечает. Она насвистывала песенку, шаркала ножкой и поправляла фартук. Но, как только девчонка метнулась к выходу, няня на цыпочках последовала за ней.

Все думают, что дети очень быстро бегают. Для своего роста дети действительно быстро бегают, но ножки у них коротковаты. Поэтому широко шагая Дороти не привлекая лишнего внимания без труда «висела на хвосте» у маленькой разбойницы.

Чертовка заскочила в свои королевские покои, переоделась в кошмарное платье, в котором, разве что, полы мыть, пардон, в борделе.

Дороти поморщилась. Что бы она ни замышляла, ни на что невинное это не похоже. А вдруг принцесса решила сбежать с женихом? Или ещё хуже, сбежать в бордель?! Этого няня выдержать не могла. Она закрыла дверь покоев и подперла розовым стульчиком.


## Часть вторая в которой все только начинается

Поджав тонкие губы, Дороти отправилась за королевской гвардией, чтобы препроводить принцессу в высокую-высокую башню и там запереть.

Принцессы – это такие особы, которых никогда не ставят в угол. О, нет, как можно?! Принцессы думают над своим поведением исключительно в высоких башнях. Там им дается бОльшая свобода, например, им позволяется вышивать крестиком, гладью, синелью, бисером, лентами, ришелье, сидя или стоя…

Чертовка долго дергала ручку двери. Но та не поддавалась. Потом она кричала в окно. Но окна её покоев выходили городские шпили, а не во внутренний двор, поэтому докричаться до своего дракончика она не смогла. Зато горожане смогли восхититься чудесными трехэтажными детскими ругательствами, такими как «Сика гамадрилья» и «Вонючка, чистые подгузники надо жрать, захлопни пасть!». Гвардейцы, который как раз входили в её комнату были просто поражены таким проявлением детского фольклора. Девочку переодели в домашнее платье. Вручили сундучок с вышивкой и отвели в высокую-высокую башню.

Сразу, как за Дороти и гвардейцами закрылась дверь, принцесса выбросила сундучок в окно. Потом стала колотить ногами в дверь и требовать принести морковки. Морковки ей конечно принесли. Нельзя насиловать юный организм отсутствием важных витаминов.Этой самой морковкой она подманила ближайшего желтенького дракончика, который резвился в воздушных потоках неподалеку. И пока он мирно хрустел морковкой, схватила его за лапы и обхватила ногами снизу.

Бедный дракончик такого не ожидал. Это же был совсем маленький и необъезженный дракончик. Но Чертовке выбирать не приходилось. Она вцепилась в него как клещ, всеми своими конечностями, почти даже мешая махать крыльями. Хорошо, что дракончик не посмел стряхивать её с себя, побоялся, что если Принцесска упадет с такой высоты, его потом папа-король на котлеты пустит. Совершенно справедливо рассудил, между прочим. Папа у принцессы был тем суровей со всеми, сколь был мил со своими маленькими принцессами.

В общем, худо-бедно, изображая подбитый истребитель, у которого вместо пилота мешок картошки, они приземлились прямо на крышу главного драконьего ангара. Это был самый главный драконий ангар самого главного королевского дракона. Он был старый и мудрый ящер, изумительно-изумрудный, гребни на его спине были настоящим произведением искусства, а его глаза выдавали в нем древнее божество. Чертовке в голову пришла сокрушительная в своей гениальности идея. Она даже пританцовывать стала. А жёлтый дракончик, получив пендель, обиженно улетел, ревя и чихая от возмущения. Но Чертовке было уже не до него, она заглянула в ангар через слуховое окно.

– Эээээй! Ицхааааак!!!! Ицхаааак, старая змеюка!!!! – а потом оглушительно свистнула в гулкую темноту – во мраке фыркнули, запахло дымом, вспыхнули лазурные глаза

– О! Проснулся! Ицхак, миленький. Полетели пиратов гонять! – казалось, что её широченная белозубая улыбка фосфоресцирует.

Ицхак закатил глаза. Он был древний и мудрый ящер, но хотя и питал слабость к этой девчонке, ведь они были давние сообщники. Иногда проходя мимо него, она кидала котлетку, а он, словно нечаянно открывал рот. Но дальше этого Чертовка не заходила. Однако Ицхак был, повторюсь, старый и мудрый ящер. Поэтому он развернулся к собеседнице окороком и положил голову под крыло. Чтобы она не совратила его на ратные подвиги, коими он и сам бредил. "Король, как пить дать, откроет на меня охоту. Пообещает каким-нибудь молодчикам больших денег за мою шкуру…"

Не то чтобы старый мудрый ящер не знал, как сбежать в другое королевство или даже в другую солнечную систему, совсем нет. Но репутацией он дорожил, да и девочку жаль. А вдруг она там… поругается, покалечится… влюбится!!!

Ицхаку даже дурно стало.

К дьяволу такие беды!

С влюбленностью ему никак не совладать. Переломы можно срастить, кинув её в озеро с живой водой, обидчиков можно съесть, но если влюбится, то все, пиши пропало.

Но девочка продолжила.

– Ицхак, если ты не полетишь со мной, я полечу с маленьким Чили. Если утону, буду махать тебе мертвой рукой со дна моря. Ты моё мертвое тело вовек не сыщешь! – воображение у дракона было хорошее. Его сердце екнуло, так живо он это представил. Словно лежит Чертовочка на дне моря, а её тоненькие ручки качаются в такт морскому течению…

– Ещё я прямо сейчас отцу напишу записку что это ты во всем виноват!

От такой наглости дракон вскочил и так резко что ударился головой об потолок ангара. Противная девчонка чуть не свалилась с крыши.

Дракон вздохнул. Ну что поделать, значит придется лететь.

Чертовка попыталась открыть ангарные ворота, но засов никак не поддавался. Слишком слабые руки. Дракон снова закатил глаза и ударил ворота хвостом. Замок сломался.

– О, я думала ты не можешь улететь, поэтому здесь сидишь.

Дракон снова закатил глаза и фыркнул.

– Ясно. Ну вперед!!!

Уже вылетая за пределы страны они обнаружили что Чили все-таки за ними увязался.


## Часть третья в которой рассказывается о родителях Чертовочки и их реакции

Странно, но Дороти быстро раскаялась в своем поведении.

Почти.

Уже через три часа ей пришло на ум что девочка могла просто играть в какую-нибудь игру, вроде того как дети играют в северный полюс или в индейцев. «Конечно – думала Дороти, – девочка могла играть в бордель. Это плохо, но не настолько плохо чтобы её запирать в башне».

Потом ей принесли разбитый сундучок для вышивки, и она подумала, что мелкая дрянь может посидеть в башне подольше. Однако, когда наступило время обеда, Чертовке в башню отнесли тыквенную кашу. И тогда Дороти поняла что та убежала. Некоторое время её искали во дворце, но, когда пришёл главный королевский драконюх и сказал, что Ицхак улетел, а потом пришел другой драконюх, не такой важный как первый, и сказал, что Чили тоже улетел, всем стало всё понятно.

Некоторое время драконюхи с Дороти помялись и пошли к Королю, рассказывать плохие вести. Король, Радомир Плодовитый, как его называли в народе, всего-навсего, приказал выпороть всех троих розгами, смоченными в спиртовой горчичной настойке (но все могло быть хуже)

Выглядел король внушительно. Широченные плечи, золотые кудри которые сковывал обруч короны, суровый взгляд темных глаз. Каждое утро он опускал свои руки в большой горшок со свежей кровью, смешанной с соком джагуа, чтобы его руки были черными. Это придавало его суровому облику неповторимого очарования палача. Все вокруг его боялись, и уж тем более боялись навредить его многочисленным детям.

Поговаривают, что если любой из его маленьких дочерей взбредет в голову нажаловаться папе на кого-то из чужаков, он даже разбираться не будет кто прав и без лишних разговоров голыми руками придушит несчастного. Поэтому все старались обходить его детей десятой дорогой, а между воротами замка и городом пролегала «полоса отчуждения», куда ни один нормальный человек старался не соваться.

– Милая моя – сказал он своей дорогой и единственной жене. – Дорогая моя, любовь моя, жизнь моя…

– Да, мой король – это была лесная нимфа, её глаза выглядели точь-в-точь как у Чертовки, ярко-зеленые с желтыми точечками похожими на солнечные брызги.

– Наша маленькая Маруся убежала. Свалила, я б сказал. И прихватила двух драконов. Ицхака и маленького Чили.

– Не удивлена, дорогой мой, муж мой. Я всегда это знала. Я уже год чего-то эдакого жду. Ведь она уже научилась читать и писать, научилась немножечко обращаться с татарской саблей, не говоря уж о том, что мастерски стреляет, дерется и, сдается мне, точит по ночам зубы твоим пропавшим ятаганом…

– Правда? – лицо у короля вытянулось, а глаза стали выпуклыми. Он не ожидал от жены такой дальновидности. – Тогда почему ты не приказала запереть её в башне с решетками до совершеннолетия? А там выдали бы замуж по-тихому и все.

– Ну… потому что через несколько дней она прислала бы нам голову муженька на блюде и свинтила бы все равно. – мама цокнула языком, как главный убийца из гильдии убийц и сделала такое лицо что короля передернуло. Он всегда подозревал что у его жены были некоторые пробелы в биографии.

– Милая, но что же тогда? Я сейчас же полечу её искать. Возьму нашу Аврору, она муженька быстро найдет. Давно мечтает оторвать ему крылья, кажется он недостаточно хорошо отзывался о её умственных способностях в разговоре с другими драконами, что то там про птичьи мозги, я плохо помню…

– Свет мой, но, если ты заберешь нашу маму-дракониху, даже представить страшно чего здесь устроят её ребятишки… они только её и боятся. Нет, оставь мамашу на месте. Я сама найду нашу малышку, попробую вразумить – тут она конечно скрестила все пальца разом, включая те что на ногах.

«Оружие отвезу» – подумала она про себя – «И бутылёк крема от обветривания лица, ох бедная моя крошечка» – мама скосила глаза влево, пытаясь вспомнить где её красное платье с обрезанным подолом, чтобы юбка в ногах не путалась…


## Часть четвертая в которой Чертовка встает на путь приключений

Чертовка летела с Ицхаком не так долго.

Бедный дракон нет-нет да поджимал хвост, представляя реакцию короля Радомира Плодовитого.

Как-никак, Ицхак тут единственный здравый взрослый, который несёт всю ответственность за проделки вредоносной принцессы Маруси.

Дракон бесконечно прислушивался, не хлопают ли крылья его дорогой женушки за спиной, и страшно нервничал.

Скоро нам пора сделать привал, тут неподалеку есть горные пики барабашек.

Там мне кое-кто кое-что задолжал,

и этот кто-то выдаст нам оружие, припасы, пару склянок с живой водой! А то ты ничего не собрала, кроме этого безобразного платья и этого святого ребёнка… – Он кивнул на усердно хлопающего крыльями Чили.

– Зачем садимся? Вот долетим до моря и приземлимся на корабль корсаров… – закатила глаза она.

– До моря ещё нужно долететь, а кушать тебе захочется уже через час, – резонно возразил ящер.

Он резко вошёл в пике и начал стремительно снижаться к снежным шапкам гор.

Внезапно в воздухе остро запахло дымом

Стало видно что из входа в город-пещеру барабашек, украшенного красивыми каменными статуями и барельефами, идет дым

дракон аккуратно приземлился на небольшую площадку у входа в город.

Чили обессиленно плюхнулся животиком на травку, зачихал и зафырчал.

Это был его первый такой длительный полёт, и он совершенно не был готов провести в воздухе на своих слабеньких детских крылышках столько времени.

Дракон вздыбил гребень на спине, его вертикальные зрачки сузились.

Он огляделся.

Причалы для торговых воздушных кораблей эльфов стояли совершенно пустые.

Вокруг было слишком тихо, а из входа в барабашкин город, который находился внутри горы, дуло холодом и запахом гари.

Чертовка мгновенно залезла дракону под мышку.

Отцепив её от себя и посадив в кольцо, свернувшегося калачиком Чили, Ицхак стал ползать и вынюхивать.

Раньше Барабашкины горы сверху донизу пахли грибами,

которые служили барабашкам светильниками во всех коридорах и залах,

и грибными фермами, на которых выращивали вкусные боровики, шампиньоны и лисички в своих сырых земляных залах,

вкусными булочками с грибами, которые тёплые пухлые матери-барабашки пекли и угощали своих детей или эльфов,

которые, после долгих полётов, были не прочь пообедать чем-то кроме чаек.

Кстати, да! Авторка должна признаться, что в этой сказке эльфы освоили воздушные просторы, понастроили воздушных кораблей и летали туда-сюда, в основном для торговли.

А поскольку большее время они проводили в воздухе, они ловили птиц и ели их.

В списке их деликатесов: чайки, ласточки, гуси и утки – варёные, жареные, тушёные, сушёные и так далее.

Поэтому, прибывая в новый порт, моряки с удовольствием кушали нормальную еду. В том числе, они уважали грибные пирожки барабашек.

Короче, гора должна насквозь пахнуть грибами.

НО НЕ ТЕПЕРЬ!

Теперь гора пахла жареными барабашками!!!

– Кажется, кто-то баловался спичками, – ехидно заметила Чертовка.

– Цыц, – цыкнул на неё Дракон. – И без сопливых ясно, что тут что-то горело.

Он ползал по небольшой площади вокруг фонтана у входа. Внезапно он дёрнул ушами. Дракон подполз к пещере барабашек и сунул в проход голову.

Барабашки – это небольшие существа ростом чуть больше человеческой ладони. Для них вход в их город был очень большим, но для Дракона – только чтобы просунуть голову и плечи.

Он крикнул в темноту:

– Эгееей! Есть кто живой???

Покопавшись в проходе, он вытащил из пещеры двумя пальцами мелкую, отчаянно рыдающую девочку. Как и у всех барабашек, её рыжего цвета лицо и руки были разукрашены узорами, отражающими древние традиции их народа. В коричневые косички были вплетены колечки проволоки и прочие цацки и побрякушки.

С неё потоками лились слёзы.

– Давай её сюда, – уперла руки в боки Маруся. – Как тебя зовут, девочка? – заворковала Чертовка.

Дракон от неожиданности икнул – кто бы мог подумать, что принцесса умеет так ласково разговаривать!

– Муся, – сказала кроха.

– Муся, что произошло у вас тут?

– На нас напали воздушные пираты!


## Часть пятая в которой рассказывается о воздушных эльфах

Капитан Шандарах в профиль напоминал крысу – с длинными эльфийскими ушами и вытянутым носом.

Много лет эльфы бороздили небеса на своих летучих кораблях капитан вместе с командой и помощником – наивным, невысоким эльфом по имени Ляля. С годами скитаний по воздуху все они отчаянно соскучились по нормальной еде. Им приходилось питаться исключительно птицами, которых удавалось поймать в небе, и терпению команды пришёл конец.

Очередной визит к барабашкам оказался роковым: уловив аромат грибных пирогов, эльфам совсем сорвало крышу. Не раздумывая, они бросали в пещерный город охапки горящих углей, хватали выскакивающих барабашек и тащили их в трюм.

Улетели они быстро, пока никто из соседних селений не успел их заметить и настучать кому следует…

Кто-то мог бы подумать, будто эльфы собрались съесть бедных барабашек – но нет. Их план был совсем другим: заставить барабашек печь пироги.

Однако барабашки страшно обиделись.

– Мы не будем готовить пироги! – закричала матушка Муля. – Мы вас ненавидим! И вся толпа маленьких человечков дружно надулась и отвернулась.

– Но что нам сделать, чтобы вы согласились?! – взвыл Шандарах.

Барабашки хитро переглянулись.

– Мы хотим конфет! – сказали они (следует отметить, что барабашки – страшные сластёны).

– Или ешьте и дальше своих ворон и голубей!

Матушка Муля топнула ножкой и демонстративно скрестила ручки. Капитан Шандарах схватился за голову и ушёл размышлять, где достать конфет на всех…

## Шестая часть про реакцию папеньки


Чертовка и Ицхак решили взять Мусю с собой. Ну а что? Чертовка полетит на Ицхаке, а крошечная Муся – она ведь с кастрюльку ростом! – усядется на спину Чили, как игрушка на плюшевом бегемоте.

Решено было срочно догонять злодеев и отвоёвывать Мусиных родителей обратно. Ибо негоже, чтоб девочка-с-пирожок осталась сиротой посреди всего этого бардака.

Муся, хлопоча с видом бывалого кладоискателя, притащила из пещеры барабашек верёвку, скляночку живой воды, пирожки с капустой и грибами, сушёные ягоды, бусы из сушёных грибов (на всякий случай) и ещё пару мешочков припасов – всё уложила в маленькие, но крайне надёжные сумки.

Тёплой одежды для Чертовки не нашлось: барабашки были ростом ей по пояс и носили одежду скорее для украшения, чем для тепла. Так что было решено: Чертовка будет мёрзнуть с достоинством, прижавшись к тёплому боку дракона, как грелке, пока ветер свистит в ушах.

Но едва они взлетели и взяли курс на следующую, предполагаемую стоянку эльфов, как с неба грянул страшный рёв, будто кто-то хлопал по медному тазу:

– ВНИМАНИЕ! ИМЕНЕМ КОРОЛЯ РАДОМИРА! ОСТАВАЙТЕСЬ НА ЗЕМЛЕ И НЕ СОВЕРШАЙТЕ ПОПЫТОК К СОПРОТИВЛЕНИЮ!!!

– ВАЛИИИИМ!!! – заорала Чертовка, и шлепнула по чешуйчатой спине Ицхака. Дракон, вздрогнув от неожиданности, выпустил огненную струю (вовсе не в знак агрессии, а больше от испуга), после чего рванул вверх и прочь из барабашкиных гор, как ошпаренный.

Погоня некоторое время преследовала их – три тени на фоне облаков, три вспышки на горизонте – но потом сдалась, и тишина вернулась в небо.


Тронный зал замка семьи Плодовитых был полон дневного света, паутины, недопитых кубков и советников с лицами, как черствый хлеб. Радомир Плодовитый, король в состоянии умеренной настороженности, медленно жевал ножку куропатки, когда вбежал Кузьма – придворный осведомитель, вечно запыхавшийся и вечно при новостях.

– Ваше плодовитейшество! – выпалил он с драматическим поклоном, от которого слетела его шляпа. – Есть срочное! Сверхсрочное! Из Барабашкиных гор… беда.

Радомир не любил бед. Особенно из гор. Особенно с утра.

– Давай, Кузьма. Только не снова козлопад…

– Гораздо хуже! Гибель! Разорение! Всё, конец!

– Ну, – протянул Радомир, допивая финиковый компот, – кто виноват?

Кузьма замялся, затем театрально прошептал:

– Чертовка. И Ицхак.

– ЧТО?!

Он вскочил. Трон затрещал. Коты, дремавшие в углу, взмыли под потолок.

– МОЯ ДОЧЬ?! С ДРАКОНОМ?! – Радомир хватался за сердце, за голову, за трон, за карту королевства, пока не вырвал из неё целый кусок.

– Видели, как она въезжала верхом на чудовище, и хохотала, как сатана на ярмарке, – продолжал Кузьма, будто подливая масло в драконье пламя. – А после неё остался только разоренный город барабашек и ни одного живого существа…

– Это всё она, – прошипел Радомир, оседая в кресло. – Моя непутёвая, упрямая, кудрявая погибель. И этот Ицхак – да кто он вообще такой?! На вид ящерка, на деле – апокалипсис с крыльями!

Он ударил кулаком по столу. Бумаги взлетели.

– Немедленно созвать совет! Объявить розыск! Приказ короля: поймать, допросить, объяснить! Особенно – объяснить! Если надо – на пальцах! Она предала нас! Она привела беду в наш дом!

– Но, может, стоит выслушать… – робко заметил кто-то из угла.

– Молчать, трус! – гаркнул Радомир. – Где Чертовка – там катастрофа!

Он встал. Лицо его стало каменным, как у статуи, которую никто не любит, но боится.

– С этого дня – она изгнанница. Пока не докажет, что невиновна. Пусть приходит пешком, босиком, с повинной и письмом от богов.

Хорошо что мама лесная нимфа этого не слышала, иначе король Радомир не был бы столь смел в высказываниях, но мама Маруси уже уехала в поисках дочери.

## Часть седьмая про то как мама собиралась в дорогу

Невысокая красивая женщина с глазами лесной нимфы – королева Изабелла Плодовитая, мама Маруси, – собрала Совет гильдии убийц. Уже очень давно, победив прежнего главаря, она стала их предводительницей. Перед ней стояли, боясь пошевелиться, начальники четырёх главных кланов: Клана Палачей, Клана Дознаватели, Клана Возмездия и Клана Теней.

– Уважаемая Изабелла, – проскрипел кто-то, – вы говорите, пропала ваша дочь, Маруся… Это та, которая украла моего Лютика?!

Пару лет назад королева брала своё любимое чадо на работу и, стоило ей на секундочку отвернуться… Лютик – сокращенно от "Лютый" – был страшным плотоядным растением, выращенным позапрошлым главой Клана Дознаватели и хранимым как великая реликвия. В деле допросов Лютик был последним аргументом: стоило оставить преступника с ним наедине за запертой дверью – через пять минут тот был готов рассказать всё, даже то, чего у него не было.

Лютика ценили. Но никто не охранял – все боялись даже подойти.

– Да-да, та самая Маруся, – цокнула языком Изабелла.

– И что же вы хотите, чтобы мы сделали? – осторожно спросил один из главарей.

– Как что?! – всплеснула руками королева. – Тихонечко нашли её и доложили мне. Ни в коем случае не давайте ей себя обнаружить!

Головорезов передёрнуло. Их мутило от одной мысли, что могут столкнуться с этим маленьким монстром… без намордника.

– Последний раз её видели в горах Барабашек. Я пойду с вами. – лесная нимфа подмигнула

Главари присвистнули и кинулись собирать подчинённых.

Изабелла тем временем начала готовиться к походу: взяла склянки с живой и мёртвой водой, ядовитую помаду, боевую рогатку с разрывными патронами, банку крема от обветривания для своей шелудивой дочурки, воткнула в прическу острые метательные шпильки – и они все выдвинулись по следу "маминой радости".


Чтобы избежать погони, Ицхак летел в самой стратосфере.

Конечно, Чертовку согревал его тёплый бок, но волосы и ресницы обледенели. Из правой ноздри у неё вытекла сопля, которая на морозе превратилась в тяжёлую сосульку. С позорным звоном сосулька отвалилась и улетела куда-то вниз – аккурат на равнину степных орков.