Андрей Лупахин
Дракон размером поменьше

Дракон размером поменьше

Глава 1. Проснись и пой…

Деви́ Ньольн проснулся в тюрьме, находящейся прямо под королевским замком. На первый этаж зловещей темницы попадали разного рода хулиганы и пакостники, которых собирались отпустить в самое ближайшее время. Некоторых «угощали» палками по спине, а кому-то и вовсе запрещали появляться во дворце, но, в любом случае они благополучно отправлялись на все четыре стороны, в отличие от тех, кого судьба угораздила загреметь на нижние этажи, например, зловещих убийц или государственных преступников. Ну да, да, конечно, капрал Деви́ Ньольн попал на первый этаж! В самом деле, он же не злодей какой! Скажем так, накануне бравый герой выпил лишнего – вот и вся его вина, почти…

«Кажется, я себя плохо вёл… или что-то не то сказал» – подумал Деви́, перевернувшись на соломенной лежанке, и слабо улыбнулся.

Кто бы мог подумать, что этот темноволосый парень – один из героев пятилетней войны с Токелондом?! Если бы не аккуратная бородка и усы, то никто бы в жизни не дал ему тридцати лет от роду. Придя в себя после тяжкого похмельного сна, Деви́ сел на спартанском ложе и привалился к стене. Он смотрел на зарешеченное окошко, находящееся под потолком, через которое проникал солнечный свет, потом мельком глянул на деревянное ведерко, лежащее в углу, и посмотрел на крепкую дубовую дверь, окованную железом. Сейчас гуляку беспокоили две вещи: причина, по которой он оказался в темнице, и сияющие доспехи капрала Королевской гвардии Акилтании – куда они исчезли?! Деви́ внезапно понял, что на нем совершенное ничего нет, кроме исподнего, холщовой рубахи, штанов и туфель. Разумеется, помятых, ношенных сотней-другой арестантов до него.

За массивной дверью послышались шаги. Тюремщик зазвенел ключами, висящими на поясе и, выбрав подходящий, сунул в замочную скважину. Замок заскрежетал, словно предупреждая арестанта, мол, сейчас к тебе зайдет гость, а уж любить его и жаловать или плюнуть, выругавшись – решай сам! Отворив дверь, тюремщик приказал:

– Вставай, Ньольн! Пошли со мной, тебя ждут.

– Палач? – полюбопытствовал Деви́, усмехнувшись.

– Увы, нет, – тюремщик криво улыбнулся, – но, если будешь продолжать в том же духе, то вы обязательно встретитесь. Зуб даю!

– Слушай, а ты не мог бы мне рассказать, за что меня определили в эти роскошные апартаменты? – спросил Деви́, быстро оглядев камеру, и пожал плечами, – Видишь ли, я ничего не помню! И какого чёрта с меня сняли доспехи?!

– Ха-ха, – рассмеялся тюремщик, подарив узнику «чудесную» гнилозубую улыбку, – Ирвин Тримиил тебе всё расскажет! Пошли уже, хватит лясы точить…

Деви́ встал, покряхтывая так, будто ему не тридцать, а все триста. Он покинул камеру следом за тюремщиком, который уверенно вёл аресанта в кабинет, принадлежавший одному из самых важных людей в Королевской гвардии. На самом деле Ирвин Тримиил редко появлялся на поле боя – старый вояка возглавлял службу дворцовой стражи, у него и своих обязанностей было по горло! Хотя он не раз просил у его величества Луи XII разрешения съездить на войну, тот упорно отказывал одному из надежнейших слуг. Владыка Акилтании решительно не хотел потерять капитана Тримиила из-за какой-нибудь досадной глупости, вроде меткого выстрела из мушкета, или стрелы, или арбалетного болта или ещё какой-нибудь «совершеннейшей ерунды», как говорил сам Луи XII.

Тюремный подвал от дворца отделяла лестница с четырьмя железными дверями. Открыв их все одну за другой, цербер вывел арестанта из маленького мирка, где нет места свободе, в родовое гнездышко королевской династии Виталингов, которая правила Акилтанией уже четвертое столетие. Дворец находился в самом центре славного города Белливью – возведенного в особый статус столицы в тот день, когда герцог Адам Виталинг гордо усадил своё седалище на трон заявив, что теперь он король, а его предшественник, оказавшийся «никчёмным болваном», скоропостижно помер. О том, что несчастному кое-кто помог, герцог Адам скромно умолчал, делая вид, будто не имеет никакого отношения к его кончине. Впрочем, это совсем другая история!

Тюремщик проводил Деви́ до самого кабинета. Остановившись у дверей, он заглянул внутрь и спросил, может ли Ньольн войти. Ирвин Триммиил пробурчал: «Давай сюда этого… что б его…»

– Приветствую вас, капитан Тримиил! – поздоровался Деви́, войдя в кабинет, и отдал честь по-военному, – Вы звали меня? Я так понимаю, произошло досадное недоразумение…

– Ты можешь идти, Коэн, – сказал Тримиил тюремщику, который отправился обратно в подземелья, ответив капитану лёгким поклоном. – А ты, – он угрожающе посмотрел на арестанта, – ты вообще соображаешь, что наделал?! Закрой-ка двери. Проходи, присаживайся. У меня для тебя две новости: плохая и хуже некуда!

– Да что случилось-то?! – воскликнул Деви́, закрывая двери. – Боги, как будто я первый раз выпил лишнего…

– Ты – болван! – оборвал его капитан Тримиил. – Ну, выходит, ты ещё и не помнишь ни черта? Ну, тогда я тебе напомню…

«Болван», обеспокоенный тоном распорядителя дворцовой стражи, прошёл в зал, шагая по зеркальному полу, сверкавшему так, как следовало бы сверкать известной части тела безымянного кота. Вдоль стен кабинета возвышались книжные шкафы, составленные вплотную. Посередине зала стоял массивный круглый стол, вокруг которого мягкие резные стулья терпеливо ожидали седалища важнейших персон, включая августейший зад самого короля Луи XII. На столе лежала карта Акилтании и разные документы. Глядя на серьёзное лицо, украшенное шрамом вражеского клинка, Деви́ Ньольн понимал очевидное – на этот раз он по-настоящему «отличился».

Глава 2. Огромные пушки Токелонда.

Первых лиц королевской армии и героев войны пригласили на торжественный прием, состоявшийся накануне вечером, хотя, на самом деле, это был обыкновенный банкет. Героев поздравляли с победой, а они рассказывали остальным, какой ценой она досталась, разумеется, хвастаясь своими подвигами. Стол, накрытый для дорогих гостей, ломился от разных угощений, напитки подавали без в любых количествах…

Среди приглашенных присутствовали герцоги, графы, бароны, военачальники, особо отличившиеся офицеры и сам король Луи XII со своей супругой Анной – прекрасной белокурой женщиной в теле, которую природа наградила великолепной улыбкой и приятной полнотой. То есть, присутствие на банкете первых людей Акилтании обязывало остальных соблюдать определённые приличия.

Деви́ Ньольн тоже был в списке приглашенных. Он прибыл на прием вместе с Ирвином Тримиилом, который лично представил героя его величеству. Король, улыбнувшись, произнёс:

– Так значит Деви́ Ньольн – это вы? Чудесно, чудесно! Вы будете награждены, мой друг, как полагается! А сейчас отдыхайте. Этот маленький пир я устроил специально для героев вроде вас.

– Благодарю вас, ваше величество! – браво воскликнул герой и, поклонившись, отправился к своему месту за общим столом.

Королеве Деви́ выразил свое почтение низким поклоном, на который первая леди Акилтании ответила доброжелательной улыбкой. Казалось бы, ничего не предвещало беды, но Ирвин Тримиил, обладавший чутьем ищейки, почувствовал в воздухе ненавязчивый аромат чрезвычайного происшествия. Уж он-то знал, что случается с языком Деви́, когда тот выпьет лишнего! На его счету был с десяток дуэлей, добрая сотня драк и только бог знает, сколько мелких стычек и всё из-за лишних слов, которые он в жизни бы не произнёс, будучи трезвым. Чем больше капрал пил, тем меньше в нём оставалось от приличного человека. Пару раз Деви́ задевал острым языком благородных лордов – оба пожаловались королю, но тот не стал наказывать героя войны с Токелондом, который сболтнул лишнего из-за крепкого вина. К тому же ходили слухи, будто Луи XII показалось забавным, что герцога Велендского сравнили с жирным боровом, чья жена променяла его общество на беседы о высоком с тремя конюхами помоложе. Да и шутка про барона Келнса, который, по мнению сильно выпившего Деви́, важничал так, будто является сыном петуха и индюшки, тоже пришлась королю весьма по душе.

Ирвин Тримиил просил героя пить поменьше во избежание недоразумений. Ну, тот, само собой, пообещал ему всего лишь пригубить. Впрочем, они оба знали, что это было единственное обещание, которое Деви́ мог нарушить без зазрения совести. Вернее, не мог не нарушить, вот как!

Итак, банкет начался! В зал вошли музыканты, и король произнёс первый тост. Едва Луи XII закончил под громогласное «Ура-ура!», они заиграли, убивая музыкой тишину, которой не место на подобных приемах. Приглашенные господа тоже произносили тосты, ели, пили и весело беседовали между собой. Общество за столом было преимущественно мужское, собственно, других женщин, кроме её величества Анны, тут не было, поэтому никто особенно не стеснялся в выражениях. Герои войны – уж точно! Правда, ругались не слишком уж громко, чтобы не оскорблять слух царственной особы.

И вот случилось непоправимое – кто-то из приглашенной знати попросил Деви́ Ньольна рассказать о подвигах… нет, в этом не было ничего страшного, если бы не третий кувшин вина, который отважный герой к тому времени почти допил. Разумеется, он рассказал, еще бы не рассказать, когда под рукой есть столько вина, что можно ухлестаться до синих птичек! Взяв у служанки четвёртый кувшин, Деви́ встал из-за стола и начал свой рассказ, приправленный отборной руганью, которую по достоинству оценил бы самый искусный сапожник. Он ходил по залу от одного гостя к другому, слегка пошатываясь. Ирвин Тримиил пару разы пытался усадить Деви́ за стол, однако тот лишь возмущенно отверг его объятия, и продолжил свой рассказ, ругаясь и жестикулируя, чтобы наглядно показать, какие у токелондцев были огромные пушки! Оказавшись рядом с королевой, Деви́ проговорил, заплетающимся языком:

– О, вот, огромные как этот зад! – он показал обеими руками на ту часть королевы Анны, которая была знакома с троном, что называется, «лицом к лицу». – Ваше, величество, моё почтение! – он поклонился, едва не упав, и одарил первую леди Акилтании озорной улыбкой.

– Да, как ты смеешь… – прошептала её величество, побледнев от гнева.

А Деви́ продолжал увлечённо рассказывать о пушках, кавалерии, проклятых лучниках и магах, которые участвовали в решающих сражениях. Впрочем, никто уже не слушал о том, как волшебники читали свитки, «написанные на бумаге для нужника». Все застыли в ужасе, ожидая, что будет дальше…

Король смотрел на рассказчика, который всё никак не мог остановиться, словно голодный тигр на ягненка, а потом жестом подозвал Ирвина Тримиила, покрасневшего от стыда. Он что-то сказал ему на ухо, а оскорблённая королева тем временем уже покинула зал, хлопнув дверями. Стража вывела Деви́, возмущенного таким неподобающим обращением до глубины души. Банкет продолжался, но уже без огонька. Король закипал тихой яростью, пьяные протрезвели, трезвые притихли от ужаса… в общем, Деви́ Ньольн отличился как никто другой.

Глава 3. Вперёд, время умирать…

Ирвин Тримиил закончил рассказ и сокрушенно посмотрел в окно. Деви́ хотел что-то сказать в своё оправдание, но это был тот редкий случай, когда у него язык не поворачивался. Между тем рассказчик открыл один из ящиков стола и достал пергамент. Он развернул документ и протянул Деви́, у которого внезапно появилось очень нехорошее предчувствие. Знаток токелондской артилерии взял пергамент и прочитал его про себя:

«Я, король Луи XII Виталинг, приказываю доблестному гвардейцу Деви́ Ньольну отправиться в Дракенен и сократить популяцию драконов ровно на одну голову, которую ему следует доставить во дворец!»

Ниже красовалась размашистая подпись Луи XII и печать на сургуче в виде королевского замка, над которым взошло солнце и луна. Деви́ почувствовал, как у него внутри всё упало:

– Капитан Тримиил, тут явно какая-то ошибка, – проговорил он, запинаясь, – определённо! Во-первых, я давно не рядовой гвардеец, а капрал Королевской гвардии Акилтании. Во-вторых, мне должны дать людей, не могу же я идти убивать дракону в одиночку – это же самоубийство!

– Или официально узаконенное убийство неугодных, – добавил капитан Тримиил, вздохнув, – И ты сам это знаешь. Тебя отправляют в Дракенен одного. А отказ выполнять приказы короля приравнивается в государственной измене…

– … за которую полагается казнь через повешенье, – тихо проговорил Деви́.

– Именно так, – Ирвин Тримиил, вздохнул. – А люди тебе не положены, равно как и доспехи, потому что его величество Луи XII разжаловал наглеца, оскорбившего его супругу, до обычного солдата. Увы, Деви́, я ничего не мог для тебя сделать. Эх, дёрнул же тебя чёрт за язык, да как ты мог такое ляпнуть!

– Смешайте красное, белое и добавьте сверху грамм двести того чудесного крепкого пойла, которое гонят королевские алхимики…

– Да замолкни ты уже! – прикрикнул капитан на гвардейца, который выдавил из себя улыбку, хоть и радоваться в его-то положении было совершенно нечему.

Распорядитель дворцовой стражи тихо намекнул Деви́, что у того остается ещё один способ избежать смерти в петле или в пасти дракона – побег в другую страну через Токелонд, однако это само по себе очень рискованно, или отплыть на корабле до Резинкании, Нирокила или любой другой страны, где указы Луи XII значат примерно столько же, сколько и крик осла. Деви́ категорически отказался бежать, заявив: «У человека только одна смерть, которой невозможно избежать, как ни старайся. К тому же, – добавил он, – настоящий воин должен встречать костлявую лицом к лицу, а не бежать неведомо куда, словно трусливая крыса!»

Распорядитель дворцовой стражи ожидал услышать что-то такое. Он горько усмехнулся, вздыхая так, словно прощался с Деви́ навсегда. Ирвин Тримиил лично проводил его в оружейную, чтобы выдать гвардейское обмундирование, которое было положено носить в мирное время: легкую кожаную броню, сапоги, перчатки и плащ. Никаких тебе сияющих доспехов, намекавших на принадлежность их обладателя к офицерскому классу! Ах, да, ещё короткий меч и кинжал – так, на всякий случай.

Дракенен находился далеко на западе от Белливью. Король милостиво разрешил Деви́ взять лошадь, очевидно, чтобы тот поскорее добрался до огнедышащего чудовища и сгинул в потоке адского пламени из драконьей пасти!

Получив обмундирование, Деви́ попрощался с Ирвином Тримиилом, которого знал его ещё со времён обучения в Королевской военной академии, и пообещал вернуться:

– Не думайте, капитан, что от меня так просто избавиться, – пошутил он, рассмеявшись, – я вернусь… боги знают, как, но вернусь с головой одной из этих тварей!

– Не верю, но хоть бы так и было, – ответил распорядитель дворцовой стражи, и в его глазах промелькнула надежда. – Деви́, не спеши там, посиди в Оске подольше. Я постараюсь поговорить с королём, кто знает, может он смягчится…

– Передайте ему, что я ни имел в виду ничего плохого, – попросил Деви́, пытаясь объяснить неслыханную дерзость – и скажите, что у нашей королевы самый лучший зад на свете…

– Ну да, чтобы меня отправили следом за тобой! – возмутился Ирвин Тримиил, постучав пальцем по виску. – Я придумаю, что сказать, это уже не твоя забота. Ну всё, ступай!

Они попрощались, обнявшись, и направились в разные стороны – распорядитель дворцовой стражи наверх по лестнице в свой кабинет, а Деви́, сунув приказ короля во внутренний карман плаща, поспешил вниз, прочь из королевской обители. Теперь его путь лежал на конюшню. Там ему любезно выделили вороного скакуна, который довёз бы убийцу драконов до Оски за пару дней. Хотя, кто ещё кого будет убивать… впрочем, и так очевидно, что судьба явно повернулась к Деви́ крайне неблагоприятным местом. Но выход есть всегда, поэтому отчаиваться не стоит. По-крайней мере, раньше времени.

Глава 4. Урок географии.

Деви́ получил вполне добротного скакуна по кличке Стикс. Конь вёл себя спокойно, будто понимал, что с бравым наездником шутки плохи. Вспомнив совет капитана Тримиила, всадник решил не спешить и сначала заехал к себе домой на Ложечную улицу, чтобы взять кошель золота. Он резонно рассудил, что живому, в отличие от мёртвого, нужны деньги, а выжить, возможно, и повезёт, всякое случается…

Деви́ жил в маленьком двухэтажном особнячке, который аккуратно «втиснулся» среди таких же домиков, построенных из кирпича. Крыши, покрытые разноцветной черепицей, делали это место предельно ярким и запоминающимся. Почти все домики были обнесены невысоким забором, за которым благоухали цветочные клумбы. Вы скажете, не слишком ли жирно обычному солдату жить в двухэтажном особнячке, да ещё в таком чудесном местечке? А я отвечу вам, что нет, ничуть, потому что Деви́ потратил на своё жилище почти всё наследство, доставшееся ему от покойных родителей, которые были весьма зажиточными торговцами.

«Проклятье, как меня угораздило?! – думал ценитель пушек и королевских задов, проезжая мимо доблестной стражи, стоявшей у городских ворот – Надо определённо меньше пить! А лучше вообще завязать. Нет, нет, что-то я хватил, пожалуй! Лучше меньше, да… да будет так!»

Деви́ выехал на грунтовую дорогу, извивавшуюся змеёй среди зеленеющих полей. Хорошо, что весна уже подходила к концу, и вся грязь исчезла с месяц назад. Вообще Акилтания выглядела как один из самых живых краёв Эвридского континента… так, стоп! Кажется, пришло время для небольшого экскурса в географию, чтобы у тебя, мой дорогой читатель, окончательно сложилось понимание всего происходящего!

Акилтания – это полуостров и страна, которой правит Луи XII Виталинг. Его земли являются частью Эвридии – самого крупного континента на планете! Конечно, есть и другие материки, однако, называть их так может разве что отъявленный географ, который никогда не позволит себе обозвать слишком маленькие континенты большими островами.

С трёх сторон света Акилтанию омывают воды Великого океана. На юге владения короля Луи XII граничат с королевством Токелонд, через которое жителям Акилтании приходится проезжать, чтобы посуху добраться в Резинканию, Нирокил, Вутус и другие страны. Два великих государства, граничащих друг с другом, мирно сосуществовали долгие годы, пока на трон не взгромоздился Найджел Скаредный – новый правитель Токелонда, накрутил пошлины за проезд до немыслимых пределов, когда осознал, что держит Луи XII «за бубенцы». Владыка Акилтании пытался взывать к разуму токелондского короля, однако жадность затмила ум Найджела Скаредного, который получил своё прозвище отнюдь не просто так. Увы, мирные переговоры зашли в тупик. Акилтания начала военную компанию, продлившуюся пять лет. Луи XII сумел приструнить соседа и заставил вернуть прежние пошлины. Сосед же, потерпев поражение, выполнил требования победителя, скрепя зубами так, что они едва не потрескались!

Деви́ Ньольн… нет, капрал… нет, уже бывший капрал Деви́ Ньольн участвовал во всех решающих битвах. Он сразил просто тьму врагов в ходе битвы при Стокенде, вместе с товарищами тайком пробрался в крепость Нокси, со стен которой палили те самые «огромные и безразмерные» пушки, чтобы открыть ворота, воевал против магов, прибывших в Токелонд из Нирокила, и едва не погиб во время Берингской битвы, вырвавшись из окружения лишь чудом. И это лишь малая часть эпизодов успешной военной биографии, благодаря которой наш герой заслужил уважение, славу и почёт.

Война продолжалась с 1538 до 1543 года по новому летоисчислению, которое ведётся со дня падения Большой звезды, создавшей огромный всплеск магической энергии и породившей множество невиданных созданий. Большинство чудных существ люди благополучно перебили, но только не драконов.

Долгие годы огнедышащие чудовища воевали с людьми. Последние, несмотря на своё убожество, по сравнению с величественными хозяевами небес, брали числом, хоть и несли огромные потери. Со временем драконов оттеснили на огромное горное плато, находящееся на западе Акилтании и простирающееся до самого Великого океана – это и есть Дракенен, опасное место, куда люди предпочитают не соваться без веской причины. Мало кому хочется иметь дело с драконами, вивернами и лавовыми големами! Иными словами, чудовища облюбовали Дракенен и не высовывались, а люди делали вид, будто их существование является нормой бытия, совершая набеги лишь время от времени, да и то без объявления войны, так, чтобы напомнить, кто тут сила, которая задавит числом любого.

Основную часть Акилтанского полуострова занимали равнины: зелёные луга, густые леса, бурлящие реки, живописные озёра – на великолепный край было приятно посмотреть в любое время года, кроме ранней весны и поздней осени, когда постоянно моросил дождик, а поля и дороги превращались в грязное месиво.

Драконы населяли горное плато, расположенное на крутых скалах. Люди не могли забраться наверх при всём желании! Однако на юго-востоке матушка природа сделала пологий спуск, по которому легко мог проехать целый отряд всадников. Много лет назад люди построили там форпост, получивший своё название в честь известного убийцы драконов Алана Оски. Рядом возникла деревенька, в которой жили люди, обслуживавшие королевских солдат, защищавших Акилтанию от чудовищ Дракенена, как значилось в королевском приказе, но люди поумнее догадывались, что на самом деле солдаты защищали драконов от людей. Конечно, их осталось не более трёх–четырёх десятков, но кто знает, не разгорится ли война с новой силой, если разного рода авантюристы будут беспокоить их слишком часто – тогда драконы могут причинить много бед. Как говорится, не буди лихо, пока тихо!

Впрочем, набеги все равно устраивали, но, как правило, люди не заходили вглубь Дракенена. Иногда отряды побольше нападали на одиночек ради золота, которое какой-нибудь знатный лорд пообещал за шкуру или голову, мечтая повесить её над камином, а потом бессовестно врать гостям, рассказывая небылицы о том, как он победил дракона!

Деревня Оска находилась совсем рядом с форпостом и состояла десятка маленьких домиков, не считая кабака. Солдаты частенько наведывались туда посидеть в таверне, когда наступал день выплаты жалованья – ох и шумно же там было!

Деви́ ещё не знал, где остановится. Как солдат Королевской гвардии, он имел право на койку в казарме форпоста, но, как свободный человек, мог остановиться и в деревне, если кто-нибудь согласится пустить его к себе.

Глава 5. Добро пожаловать в Оску!

Путешествие Деви́ прошло без происшествий, если не считать маленькой стычки с пьяницами в придорожной таверне. Впрочем, нализавшиеся «свиньи» быстро утихли, когда один из них получил в челюсть, рухнул на грязный пол и захрапел. Казалось, его убаюкала родная мамочка, гладя по головке, а вовсе не бравый гвардеец, «угостив» хорошим ударом.

Утром Деви́ оседлал Стикса и продолжил путь. Ближе к ночи он добрался до Оски, которая оказалась самой обычной деревушкой. Неподалёку возвышался одноименный форпост. Судя по размеру крепости, в местном гарнизоне служили три, может быть, четыре десятка человек, включая офицеров. Целыми днями солдаты бездельничали, частенько захаживая в деревню на поиски приключений или просто из праздного любопытства.

Проезжая по главной и единственной улице, Деви́ разглядывал деревянные крестьянские домики с соломенными крышами, припозднившихся местных, спешащих домой, вывеску двухэтажной таверны – похоже на втором этаже находились комнаты для постояльцев. Усталый путник решил заглянуть в кабак и перекинуться парой слов с трактирщиком. Заодно он рассчитывал снять комнату, для начала на пару дней, а там – смотря, как пойдут дела…

Только Деви́ отдал поводья мальчишке конюшему, служившему у хозяина заведения, чтобы тот отвёл Стикса, как раздался громкий женский вопль: «Помогите!»

Юноша сделал вид, будто его уши залеплены воском, и поспешил исчезнуть в сарае вместе с конём. Деви́ обернулся на крик, раздавшийся в соседних домах. И тут неизвестная дама снова завопила, умоляя о помощи!

Местный, проходивший мимо, прибавил хода. Деви́ остановил его, схватив за руку:

– Кажется, некоей даме нужна помощь просто позарез! – проговорил он, показав на дом, находившийся дальше по улице. – Не составишь мне компанию? Уверен, двое мужчин справятся с любой опасностью!

– Нет! Отпусти меня! – закричал тот, вырываясь и едва не побежал прочь.

– Ясно, мужчина только один, – раздосадовано произнёс Деви́, глядя вслед местному, который мог похвастаться чем угодно, кроме смелости и решительности. – Ну что ж, значит ему надо бы поспешить!

Словно в подтверждении его слов дама опять закричала – на этот раз ещё громче прежнего. Деви́ поспешил к дому, смотревшему на мир тёмными занавешенными окнами. Неизвестная особо снова позвала на помощь, и тогда единственному мужчине, который её услышал, стало ясно, что крик раздался из сарая за домом.

Деви́ поспешил туда, отметив про себя, что внутри горит свет. Он распахнул дверь ударом ноги и увидел весьма интересную картину: в углу стоял бравый солдат регулярной армии, пытавшийся сорвать одежду с молодой Деви́цы, отбивавшейся от его лап, лёжа на сене. Правда, легкие раны не могли стать препятствием для настоящего воина, решившего добиться своего во что бы то ни стало. Деви́ сразу понял, кто перед ним, увидев железную каску, похожую на шляпу и герб Акилтании на спине – клинки, скрещенные под взошедшей луной и солнцем. Солдат обернулся, показав Деви́ опухшую морду заядлого любителя выпивки, «украшенную» огромной красной бородавкой.

– Ты кто ещё? Гвардеец? – проворчал он, недовольно покосившись, и выпустил из рук платье несчастной. – Если ты тоже решил поразвлечься, то лучше убирайся! У нас тут, понимаешь, свидание, и третий нам не нужен!

– Помогите, помогите, уберите от меня это животное! – завопила девушка, попытавшись ткнуть солдату башмачком прямо в пах, но, к несчастью, промахнулась.

– Ого! – воскликнул Деви́, – Как видишь, ты даме не по вкусу! Может, найдёшь себе другую, предпочитающую мужчин вроде тебя? Я слышал, таких красавиц полно в свинарнике!

Деви́ зашёл в сарай и солдат окончательно переключил своё внимание на него. Отвернувшись от дамы, он шагнул в сторону шутника, задевшего его самолюбие острым языком:

– Слушай, чего тебе надо? – проворчал он, – Мы с тобой вроде из одного теста, хоть ты и гвардеец, а я служу в регулярной армии. Так чего лезешь? Я тут с девкой развлекаюсь, не видишь что ли?! Убирайся!

– Я думаю, убраться лучше тебе, – твёрдо произнёс Деви́, – пока твоё тесто не прокисло! – и тут же подумал: «К чему это я вообще… а, ладно!»

– Ну тогда я сейчас намну тебе бока, раз ты такой дурак, – осклабился солдат, направляясь к человеку, который испортил ему любовные утехи.

– Попробуй, раз такой смелый, но потом не жалуйся! – предупредил его Деви́, готовясь к драке. – И да, только дурак будет пытаться взять женщину силой, будучи в полном обмундировании… не плохо бы хоть немного раздеться, не правда ли?

Издёвка раззадорила солдата, заставив кинуться на проклятого остряка сломя голову. Деви́ ловко отпрыгнул в сторону, и его противник влетел прямо в стену, получив вдогонку хорошего пинка! Сарай дрогнул от хорошего удара, словно был готов рухнуть. К счастью для солдата, «железная шляпа» спасла его голову – он быстро очухался и, рыча, бросился на Деви́, собираясь отомстить за побитый зад, познакомившийся с гвардейским сапогом. Между ними завязалась знатная драка, которая перешла на улицу, когда солдат вытолкнул остряка из сарая, впрочем, он тут же получил прямо в лоб, да так сильно, что каска слетела с него, будто старая дырявая шляпа, которую сдуло ветром с огородного пугала!

Противник Деви́ обладал весьма увесистыми кулачищами, однако он выдыхался гораздо быстрее. Пропустив несколько тумаков, солдат выставил руку перед собой, прошептав, задыхаясь:

– Погоди, погоди, давай поговорим… – сообщил он о своём намерении провести мирные переговоры.

– Тут нечего говорить, – отвечал Деви́, изрядно запыхавшись, – забирай обмундирование и проваливай! – он кивнул на «железную шляпу», валявшуюся в стороне, – А про Деви́цу можешь забыть. Понял меня?!

– Понял, понял… – пробурчал солдат, недовольно глядя на своего обидчика и прошептал: «Я тебе это припомню, свидимся ещё…»

Побитый герой-любовник нехотя ретировался, злобно оглядываясь на проклятого гвардейца, который испортил вечер безудержной страсти. Деви́ улыбнулся в ответ самым доброжелательным образом, и, обернувшись, увидел спасённую девушку, показавшую носик из-за двери. Надо сказать, дама была весьма хороша собой: густые светлые волосы, спускавшиеся на плечи, голубые глаза и сочные губы так и манили к себе любого, кто не равнодушен к женскому полу, особенно к прекрасным принцессам в простом холщовом платье, которым лет двадцать на вид. Казалось, она слишком хорошо выглядит для обычной крестьянки, но, тем не менее, девушка принадлежала к самому низкому сословию. Богам следовало бы сделать её как минимум герцогиней, да ещё с такой-то изящной фигурой, да аппетитными формами, но они почему-то распорядились её судьбой иначе… красавица вышла на улицу:

– Как вас зовут? – спросила она дрожащим голосом. – Хорошо, что вы спасли меня, ненавижу это животное! – воскликнула красавица, и её передёрнуло от омерзения.

– Моё имя – Деви́ Ньольн, можно просто Деви́, – представился спаситель, доброжелательно улыбнувшись. – Хорошо, что я оказался рядом! А тебя?

– Клодильда, – девушка замялась, – то есть, Клоди, для друзей. Ну и для тебя тоже. Я дочка кузнеца. Мой папа уехал на день к дядюшке, к брату своему. Вот этот тип, узнал, что его в деревне нет, и решил показать свою удаль, – Клоди смачно плюнула на дорогу, – был бы он дома, это животное думало бы своей головой, а не… не морковкой!

Деви́ рассмеялся, услышав садово-огородный эпитет, которым красавица наградила известную часть мужского тела. Девушка тоже засмеялась, правда, трудно сказать, что стало причиной её смеха – сказанная шутка или нервное напряжение, вполне естественное после такого-то приключения. Деви́ поинтересовался:

– А что, Клоди, только твой отец способен постоять за себя? Я смотрю, люди, которые слышали твои крики, резко оглохли и делали вид, будто ничего не происходит!

– Ага, точно, – Клоди вздохнула, – как будто они и не мужчины вовсе! Наши боятся солдат, как огня. Правда, они к нам не суются особо, потому как офицеры с них за это могут спросить. Но пьяные, бывает, куролесят или к бабам пристают. Наши мужики боятся, что потом их придут дубасить целой ротой, вот и не лезут. Бывало уже такое – побили нашего доктора, да так побили, что для него пришлось другого доктора звать. Слава богам, тот его выходил!

– Знаешь, давай я провожу тебя домой? – предложил Деви́. – В следующий раз постарайся не гулять поздно вечером, если папа в отъезде. Это может плохо закончиться…

– Да я уже поняла!

Глава 6. Гигантская ворона… или жирный гусь?

Деви́ провожал Клоди домой, пытаясь придумать, как бы напроситься в гости. Увы, в его распоряжении было минуты три – этого маловато, чтобы состряпать дивную сказку о страждущем герое, которого просто обязан пустить переночевать каждый добрый человек. Остановившись на крыльце своего дома, Клоди посмотрела в глаза Деви́ и слабо улыбнулась:

– Я бы пригласила тебя к нам в дом, но, если мой папа узнает, что здесь был мужчина, пока его нет… тебе несдобровать! – она продолжала улыбаться, однако говорила вполне серьёзно, – Он у меня кузнец от бога и силён как чёрт. Понимаешь, побьёт он тебя…

– Несомненно побьёт, несомненно, – перебил красавицу Деви́, – если узнает! Но если не узнает, то что тогда? – задумчиво нахмурив брови, он посмотрел на месяц, появившийся в ночном небе, словно ожидал услышать ответ от него.

– Узнает, узнает, – Клоди, махнула рукой и превратила небрежным жестом в прах тысячи надежд.

– Хм, ну ладно, раз он такой, всезнающий, – произнёс Деви́, понимая, что сегодняшняя ночь будет тёмной, скучной и совершенно одинокой. – Может быть, у вас тут можно где-то остановиться? Где-то кроме таверны? Просто я не люблю спать в кабаках, там бывает очень шумно…

– Представь себе, есть, – Клоди показала на деревянный дом в самом конце улицы, – видишь? Там жил Гоун… охотник. В позапрошлом месяце он встретил в лесу медведя, и… в общем, Гоун обычно стрелял из лука. В ближнем бою, да ещё и против медведя, у него не было шансов, – Клоди шмыгнула носом, то ли выражая таким образом сочувствие непростой судьбе охотника, то ли от насморка. – Там теперь никто не живёт. Можешь занять его дом.

– Ясно, ясно, – протянул Деви́, – ну что ж, тогда я пойду, раз прекрасные дамы не любят хранить секреты…

– Спасибо тебе! Если б не ты, то… фу, даже думать тошно! – Клоди быстро поцеловала Деви́, шутливо ойкнула, уколовшись о щетину, и быстро юркнула в дом, хлопнув дверью перед самым носом спасителя прекрасных дев.

Деви́ ничего не оставалось, кроме как отправиться в дом, принадлежавший ныне покойному Гоуну. Конечно, он мог заночевать в трактире, да только когда припозднившиеся выпивохи начнут выяснять, кто виноват в какой-нибудь ерунде, да так, что услышат все постояльцы, тогда поспать уже не выйдет. И вообще, в тавернах нужно пить и есть, а отдыхать лучше дома или хотя бы в гостях!

Деви́ открыл дверь, жалобно скрипнувшую петлями, которые словно просили дать им хоть капельку масла, и вошёл в дом охотника. Оружия тут не было и в помине – видимо, всё растащили местные, однако ему удалось найти огниво и немного дров.

Вскоре в очаге запылал огонь, который быстро выгнал ночную прохладу из заброшенного дома. Желудок напомнил хозяину о себе громким урчаньем, однако Деви́ приказал ему вести себя тихо до самого утра. Просто он уже расположился на кровати, и, казалось, не встанет даже если в дом зайдёт король и потребует сатисфакции у нахала, имевшего наглость оскорбить его супругу. Впрочем, это, конечно, вздор: нога Луи XII никогда не переступит порога какой-то хибары. Да и неужто его величество снизойдёт до дуэли с поданным… которая, к тому же, может закончиться для него самым печальным образом!

Деви́ уснул, думая о том, как хорошо позавтракает утром. Он надеялся хорошо выспаться и уж точно не думал о том, что кто-то разбудит его посреди ночи. Тем не менее, это произошло! И сна его лишил отнюдь не мочевой пузырь, который, порой, заставляет бросать все дела и бежать, бежать вперёд, чтобы исполнить его волю!

Деви́ услышал за окном тихий голос, бормотавший проклятья. Он вскочил на кровати, схватившись за меч, и прислушался.

«Неужели тот болван вернулся мстить посреди ночи?!» – подумал спаситель красавицы Клоди.

Впрочем, что сидеть, да гадать, кто там пожаловал в гости! Явно это не старый друг, да и вообще не друг, а, вполне возможно, что и самый настоящий враг. Резко встав с кровати, Деви́ направился к выходу, готовясь встретить незваного гостя, как полагается. Достав меч из ножен, он ударом распахнул дверь, ожидая увидеть того солдафона с красной бородавкой на носу, но там никого не оказалось. В то же мгновение Деви́ услышал звук хлопающих крыльев, доносившийся с другой стороны дома, оттуда, где находилось окно. Ему показалось, будто взлетела птица, только какая-то уж очень огромная! Он тут же обошёл дом, и увидел, как она улетает в ночном небе, освещенном бледным лунным светом.

«Какая огромная! – подумал Деви́, глядя вслед улетающей птице – Кто это – не пойму… ворона или, может, жирный гусь? Неплохо же эту птичку откормила матушка-природа! Но болтала-то не птица, уж точно! Может, нищие решили тут заночевать, и одарили меня проклятьями за то, что занял такое чудесное место для ночлега? Хм, возможно. Почему бы и нет… в любом случае они сбежали!»

Желудок напомнил герою о том, что неплохо бы дать ему какой-нибудь еды и, желательно, повкуснее. Это напоминание оказалось весьма настойчивым и заставило Деви́ позабыть о сне и уяснить простую истину: спать голодным – сущее мучение! Он прикрыл дверь пустующего дома, подумав о том, что стоит заглянуть в трактир, да наесться до отвала, а потом, вероятно, уснуть прямо за столом.

В окнах таверны все ещё горел свет, правда, оттуда не доносилось звуков, которые можно услышать в заведениях подобного рода: шлепков кулака о напросившуюся морду, музыки, ругани, смеха, радостного гула, которым пьяная публика сопровождала каждый удачный тост. Впрочем, и не очень удачный – тоже. Пьяненькому народцу на самом-то деле все равно, в честь какой радости осушить кружку эля. Хотя, если найдется дурак, который предложит выпить за здоровье Найджела Скаредного, то обязательно получит в морду, и это будет справедливо, видят боги!

Заходя в кабак, Деви́ наткнулся на парня, которому доверил Стикса. Помощник трактирщика получил золотой, вызвавший у него одобрительную улыбку. Рассчитавшись за все блага, которые полагались коню, хозяин Стикса вошёл в зал, оказавшийся вполне сносным. Судя по чистому полу, здесь хотя бы иногда убирали. В дальнем углу сидели трое крестьян: двое распивали кувшин вина, оживленно болтая, а за другим столиком одинокий пьянчужка мусолил стакан, будто никак не решаясь выпить, потому что потом ему бы пришлось заказать новый, однако денег на такую роскошь у крестьянина, судя по всему, не было.

Трактирщик угостил гостя холодным ужином. Он время от времени поглядывал на чужака, хотя и делал вид, что спит у стойки. Возможно, хозяин заведения и вправду уснул бы, если б ему не было так интересно узнать, какого чёрта гвардеец забыл в Оске, однако спросить напрямую он не решился. А Деви́ и не настаивал на беседе. Он как следует поел, расплатился и ушёл досыпать остаток ночи, которая почти закончилась.

Глава 7. Злая доля Гоуна.

Деви́ не стал возвращаться в дом охотника, которому судьба уготовила незавидную участь медвежьей трапезы. Он снял комнату в таверне на одну ночь, не желая загадывать наперёд. Тем более это несколько глупо, если у тебя есть королевский приказ добыть голову дракона! Рано или поздно «счастливчику» придется ехать в Дракенен и вступить в бой с огнедышащим чудовищем. А дуэль с драконом – это верная, мучительная, но очень быстрая смерть.

Деви́ мгновенно отправился в царство грёз, едва упал на скрипучую деревянную кровать. Утром в его голове созрел план… возможно, он созрел ещё раньше, но уставший мозг не собирался рассматривать его до утра. А дело было вот в чём: приказ короля не запрещает брать в Дракенен напарников! Другое дело, что никто не пойдёт, будучи в здравом-то уме! Но если заставить коменданта гарнизона в Оске дать побольше людей, то шансы сразить дракона резко возрастают… осталось найти способ надавить на местного «царька»!

«Кажется, появляется надежда! И это меня несказанно радует! Теперь-то определённо не стоит спешить в пасть к дракону…» – радостно подумал Деви́, когда закончил утренние процедуры и поспешил завтракать, надеясь, что хозяин таверны позаботился о более-менее приличном меню.

Опасения его были справедливыми: вчера, с голодухи и баланда для свиней могла сойти за фруктовый пудинг! К счастью, повар у трактирщика оказался, что надо и готовил он отлично. Боги, да он просто гений своего дела! Ему бы не в «Синем принце», а в одной из лучших таверн славного города Белливью, которые из-за безбожных цен посещают только аристократы. Ах, да, кабак в Оске назывался более чем странно! Деви́ разразился смехом, увидев при свете дня вывеску, на которой был изображен конь, улыбающийся во весь рот, и держащий на одном копыте огромную кружку, увенчанную пенной шапкой. Мерин стоял на задних ногах, уперев левую переднюю в бок, а на правой возвышался напиток. Позвольте не объяснять, почему Деви́ сразу понял, что это не кобыла – художник позаботился и о той самой детали, глядя на которую все становится очевидно…

Нужником в «Синем принце» была обычная яма, вырытая за таверной, а рядом на стене висел железный умывальник. Место для утреннего туалета и отправления естественных потребностей умиляло своей простотой.

Вернувшись в таверну, Деви́ попросил у трактирщика подать завтрак. Тот кивнул одному из мальчишек-помощников, крутившихся рядом, и парень стрелой улетел на кухню. Усевшись за стол, Деви́ задумался о птице, увиденной сегодня ночью. Впрочем, не прошло и минуты, как его размышления прервал высокий крепыш, носивший густые усы – этот малый бесцеремонно уселся напротив, не спрашивая приглашения. Ночная встреча с огромной птицей сразу отошла на второй план – Деви́ посмотрел в глаза здоровяка и спросил:

– Чего изволишь, любезный? Заметь, я тебя не звал! – добавил он, улыбнувшись одним уголком рта.

– Вижу на тебе форма, которую гвардейцы носят в мирное время, – неторопливо проговорил крепыш. – Это ты защитил Клодильду?

– Ну, может и я, – сказал Деви́, смягчившись, потому что догадался, кто перед ним.

– Меня зовут Корин, – представился здоровяк. – Я её отец. Благодарю тебя!

Человек, представившийся Корином, протянул руку. Деви́ пожал её, отметив недюжинную силу.

– Гвардеец, у тебя есть орехи в исподнем! – проговорил отец Клоди, рассмеявшись. – Не то, что у остальных в этой дыре…

– Да, Корин, именно так, – Деви́ посмотрел на него, – напрасно ты оставил дочь одну…

– Напрасно она болталась по деревне, на ночь глядя! – недовольно проревел Корин, но тут же добродушно пробурчал, – Позволь угостить тебя завтраком, Деви́ Ньольн, правильно?

– Да, можно просто Деви́, – кивнул спаситель Клоди.

– Хорошо, сейчас мы с тобой позавтракаем! И ещё, если тебе нужен кузнец – обращайся! Старина Корин выкует тебе всё, что пожелаешь, хоть меч, хоть кочергу, ха-ха-ха!

Деви́ подозвал помощника трактирщика отменить заказ. Корин же наоборот попросил принести лучшей еды, которая только есть на кухне. Они хорошенько позавтракали и перешли к яблочному пуншу. Разумеется, безалкогольному! Раннее утро, как ни как – время детских напитков! Если бы «Синий принц» был домом какого-нибудь богача, а не обыкновенной таверной для простого народа, то здесь бы обязательно висели часы. Стрелки этого удивительного механизма показывали бы примерно девять утра или около того.

Сделав очередной глоток пунша, Деви́ поинтересовался:

– Скажи-ка мне, друг мой, Корин, а как же это лучника Гоуна угораздило пойти в лес охотиться на медведя?

– Лучника? – спросил Корин, удивлённо посмотрев на Деви́, – Да ты шутишь?! Гоун был охотником, а не лучником! Этот парень владел мечом, как полагается воину! Правда твоя, из лука он тоже неплохо стрелял. Приноровился, когда узнал, что в окрестных лесах полно разной дичи.

– Хм, может быть, роковая случайность… Как говорится, и на старуху бывают любовные приключения, – проговорил Деви́, усмехнувшись, и сделал глоток. – Кстати, о дичи! – воскликнул он, вспомнив, кто его разбудил сегодня.

– Чего ты орёшь? – пробурчал Корин. – Вон, всех переполошил! – сказал он, шутливо кивнув, на трактирщика и двух помощников, навостривших уши. – У нас тут прилично разной птицы водится, я тебе скажу. Можешь поохотиться, если стрелять умеешь! Лук-то у тебя есть?

– Нет, – Деви́ покачал головой, – только меч и кинжал. Это оружие – обязательная часть гвардейского обмундирования, которое нам выдают в мирное время. Ладно, дело не в этом, – он нетерпеливо махнул рукой, не желая обсуждать вещи, которые, по его мнению, не заслуживали внимания. – Сегодня ночью я заночевал в доме Гоуна. Посреди ночи меня разбудили какие-то странные звуки – вроде бы кто-то разговаривал. Я вышел узнать, какого чёрта некто заявился без приглашения. Человек, а, может быть, и не один, исчез. Но интересует меня не безвестный болтун, вовсе нет! Я увидел огромную птицу. Спросонья я подумал, что это большая ворона или ещё какая пташка побольше. Но уже утром, когда сознание пришло в порядок, мне стало ясно одно – не бывает ворон размером с откормленного гуся! Только размах крыльев у этой птички будет поменьше…

Корин покивал и потянулся к своей кружке. Выпив, он заговорил:

– Знаешь, вряд ли я тебе могу сказать, что это за птица. Вот Гоун – тот мог бы. Но он теперь в желудке проклятого медведя, будь она неладна, чёртова судьбина! Кстати, знаешь, зачем наш охотник в лес поперся?

– Нет, – ответил Деви́, пожав плечами, – и зачем же?

– Выслеживал какую-то редкую птицу! – сказал Корин. – Повадилась летать к нему по ночам. Может быть, это она снова навестила любимое место?

– Вот как, – произнёс Деви́, подумав: «Может и мне за ней последить? Как говорил, капитан Тримиил, нечего спешить в пасть дракону. Пару дней я ещё могу болтаться тут или даже три-четыре. А если раздобыть редкую птицу и подарить её коменданту местного гарнизона, то, возможно, он даст мне немного людей. И тогда появится какой-никакой шанс остаться в живых… главное – взять с собой людей побольше и найти дракона размером поменьше!»

Деви́ был тысячу раз прав: король прекрасно знает, сколько дней пути до Оски и скоро пожелает узнать, не проезжал ли смертник через заставу. И, если того не было и в помине, то Луи XII может объявить несчастного изменником, ослушавшимся приказа. Любой житель Акилтании имеет право убить того, кто оказался вне закона. И обратной дороги нет – изменники остаются врагами государства до последнего вздоха.

Деви́ расспросил Корина о том, как Гоун пытался выследить редкую птицу. На его счастье, кузнец кое-что об этом знал, благо он и ныне почивший охотник были закадычными приятелями.

Глава 8. Лес Саривуд.

– Гоун говорил, что эта птичка обитает в Саривуде, – проговорил Корин, откинувшись на стуле, который жалобно скрипнул под тяжестью его тела. – В нашем лесу, который волшебный, хм! – он ехидно ухмыльнулся, – Враньё всё. Лес как лес. Хотя байки о нём сочиняют всякие. Ты, небось, слыхал, а Деви́?

– Так, кое-что, – сказал Деви́, кивнув. – Всякие сказки…

– Вот именно! – весело рявкнул кузнец, – Сказки, одно слово! Я там был не раз и не видел ни следа волшебства, ни малейшего! Гоун почему-то думал, что птица эта живёт где-то в чаще: говорил, может быть, там вообще целое гнездо! Вот, он и пытался найти её, или их, или чёрт знает, кого и сколько. Хотел изловить, да продать подороже. А нашёл только пасть медвежью…

Корин горько вздохнул, сокрушаясь о печальной доле, постигшей его приятеля. Деви́ посочувствовал кузнецу и, между делом, расспросил, как доехать до Саривуда. Оказалось, что до леса можно и пешком добраться чуть более чем за полчаса, если идти быстрым шагом. Оно и вернее, ну, в самом деле, не таскать же коня по лесу, обыскивая чащу в поисках редкой птички!

Деви́ попрощался с Корином. Новый приятель пожал ему руку, пообещав заняться воспитанием Клодильды, и направился домой, после того как рассчитался с трактирщиком. Хозяин таверны кивнул, не став пересчитывать пригоршню меди, среди которой одиноко блеснула серебряная монетка. Деви́ поднялся наверх, забрать меч. Зайдя в свою комнату, где стоял только шкаф, да деревянная кровать, на которой лежал матрас, набитый соломой, и вполне приличная подушка, охотник за редкими птичками пристегнул ножны. Кинжал был при нём – младший брат острого клинка спокойно ждал своего часа в кожаном чехле, который был частью пояса. Впрочем, ждать ему придётся долго, потому что настоящий гвардеец предпочитает честный бой и пренебрегает стилем шпиона, наносящего удар в спину, если только это не единственный способ получить преимущество в битве. Прадед Луи XII приказал дополнить обмундирование гвардейца кинжалом, потому что это оружие куда полезнее меча, когда приходится действовать скрытно. За время Токелондской войны Деви́ пользовался им дважды: один раз воткнул в спину, а в другой раз – бросил, словно метательный нож, и попал врагу прямо в глаз!

Конечно, идти охотиться на птицу с «мечом и щитом» – не самое разумное решение. Деви́ прекрасно это понимал, поэтому заглянул в гости к Корину, надеясь разжиться луком. Он хотел было постучать в дверь, но застыл, услышав звонкие удары молотом, раздававшиеся на заднем дворе – очевидно, кузнец уже работал в поте лица своего, превращая железную заготовку в меч или что-то более мирное, вроде плуга и кочерги.

Деви́ обошёл дом кузнеца и увидел Корина, который орудовал молотом в своей мастерской под навесом. Он спросил, не найдётся ли у искусного оружейника лука? Разумеется, кузнец согласился помочь спасителю любимой дочери. Да можно ли отказать после такого комплимента, адресованного умению и мастерству?!

На полках под навесом лежали заготовки и кузнечные инструменты по соседству с разными изделиями, среди которых было и оружие: кинжалы, одноручные мечи, плицы. Тут же нашёлся и охотничий лук, который Корин отдал новому другу совершенно бесплатно.

Вскоре Деви́ покинул Оску и свернул на восток по конной дороге. Примерно через четверть часа пути он сошёл с тракта, чтобы добраться прямиком до леса с волшебной репутацией, которую многие подвергали сомнению.

Стоит ли говорить о пути, который прошел без приключений? Пожалуй, лучше не заострять на нём внимание. Единственно, о чём стоит упомянуть, так это разговор с двумя лесорубами, которых Деви́ встретил почти у самого леса. Двое простых мужиков обсуждали новые пошлины, введенные на продажу древесины, одаривая королевского министра финансов не самыми лестными эпитетами – они замолчали, увидев гвардейца, который возник перед ними, словно чёрт из табакерки! Ну, по-крайней мере, лесорубам так показалось, потому что они очень увлеклись разговором и не заметили Деви́, который приветствовал их первым:

– День добрый, труженики пилы и топора!

– Ага, и тебе, добрый человек! – ответил тот, который был постарше, а молодой ограничился кивком.

– Уверен, вы часто бываете в этом лесу? – поинтересовался Деви́, надеясь разузнать что-нибудь интересное.

– А то, – произнёс старший, который явно был более разговорчив.

– Очень хорошо! – Деви́, кивнул. – Возможно, вы, как частые гости Саривуда, можете рассказать мне о местной магии или, может быть, редких птицах…

– Ха-ха-ха, вот ты рассмешил! – воскликнул молодой, посмотрев на гвардейца, как на наивного простака. – Да нет тут никакой магии! Все это сказки: про бриллианты, которые можно найти под сосной, про волшебных фей, про чудных созданий – все это враньё!

– М-да? – протянул Деви́ и проговорил глубокомысленно, – Всё не может быть враньём, что-то должно быть правдой…

– Правда – это медвежье дерьмо, в которое я наступил!

Оба лесоруба засмеялись дурно пахнущей шутке, а Деви́ криво улыбнулся шутнику, подумав: «Нарываешься, значит? Ладно, чёрт с тобой, как говорится. А мишка, значит, тут и вправду водится! Хм, нужно быть осмотрительнее, чтобы не разделить печальную судьбу того охотничка…»

Предложив обоим дровосекам провалиться к дьяволу, Деви́ направился в царство вековых деревьев. Чуть дальше за ветвями ольхи и осины возвышались ели, сосны и пузатые кипарисы, которых в Саривуде росло предостаточно. В лесу тут и там встречались пушистые зелёные холмы, покрытые мхом. Кое-где рос папоротник, который цветет раз в год посреди ночи. Говорят, если какому-то счастливчику повезёт быть рядом в этот самый момент, то он сможет загадать желание, которое обязательно сбудется! Увы, ни одна живая душа не может подтвердить, есть ли в странном поверье хоть щепотка правды, или всё это красивая легенда, выдумка и попросту враньё. Под кочками, травой и листьями скрывались грибы, прячущиеся от гостей, заглянувших в лес, ничуть не хуже шпионов Луи XII, которые несли службу во дворцах правителей соседних государств, умело играя роли верных слуг.

На всякий случай Деви́ осторожно извлек из ножен меч, вслушиваясь в тишину волшебного леса. Он имел все шансы встретить свирепого хищника лицом к лицу и к этой встречи следует быть готовым. В глубине Деви́ надеялся поскорее отыскать редкую птицу, да поскорее вернуться в Оску, а мишка пусть себе живет тут хоть до старости. Хоть до своей, хоть до чьей-либо ещё!

Он шёл вперед с мечом наголо, высматривая трофей. Казалось, вся лесная живность попряталась, однако это впечатление было обманчивым: Деви́ увидел рыжую морду лисы, прошмыгнувшей в зарослях, приметил пару белок, наблюдавших за ним с ближайшей сосны и, наконец, услышал стаю всполошившихся куропаток, которых по всей вероятности сам же и спугнул.

«Да, среди этой стайки птичек нет ни одной редкой – подумал он, глядя вслед куропаткам, исчезнувшим сред крон деревьев – иначе я бы сейчас её подстрелил как-нибудь осторожно, например, в крыло…»

Только сейчас Деви́ понял всю комичность происходящего, отдающую ненавязчивым ароматом феерической глупости – он взял на охоту лук, но забыл про стрелы… нервное напряжение и грядущая встреча с драконом, которая должна закончиться смертью, настолько выбили из колеи бравого гвардейца, что он даже позабыл взять стрелы. Казалось, самое время возвращаться в Оску и купить полный колчан у Корина. А если у него нет, то у кого-нибудь другого, да хоть у солдат в гарнизоне!

Деви́, ругавший себя за безбожную глупость, уже пойти обратно, да только подумать оказалось гораздо проще, чем совершить задуманное! До хорошо протоптанной дороги, по которой можно быстро выйти из леса, не больше четверти часа – Деви́ же шагал с полчаса, но не видел никакого намека на ту самую дорогу. А это говорило о том, что он заблудился. Вы спросите, как такое могло произойти, чтобы гвардеец Королевской гвардии заблудился в трёх соснах? А я вас поправлю – трёх волшебных соснах! И не только соснах, да и не три их вовсе… к тому же, гвардеец – воин, а не следопыт.

К счастью, Саривуд – не такой уж и большой лес, поэтому рано или поздно из него смог бы выбраться даже самый незадачливый тип во всей Акилтании, а уж Деви́ это тем более под силу! Только потраченный день уже не вернуть, а времени у него кот наплакал. Сколько ещё? Может день, другой. В такой сложной ситуации, в которой оказался наш герой, время ценилось на вес золота или бриллиантов, которыми украшена корона повелителя Акилтании.

Деви́ заходил в чащу всё глубже и глубже в чащу. Он уже хотел было покричать – наверняка его услышат лесорубы, грибники или ещё кто, заглянувший в Саривуд по своим делам, но вовремя закрыл рот, проглотив крик «Эге-ге-гей!», застывший в устах. Попросить о помощи никогда не поздно и торопиться в этом деле совершенно незачем, а то как бы потом не пришлось оправдываться перед местными, объясняя, как тебя угораздило заблудиться!

Продравшись сквозь заросли кустарника, Деви́ вышел на полянку, где его ждали два сюрприза: огромная медвежья туша, изрядно обгоревшая, и пышный зелёный холм, заросший травой, в котором чернел проход. Возможно, это была медвежья берлога. И кто-то явно сжег хозяина дома, который вышел прогуляться! По-крайней мере, Деви́ подумал именно так, и его предположения весьма походили на правду.

«Да тебя просто зажарили, дружок!» – тихонько проговорил он, качая головой. Медвежья туша сильно обгорела, шерсти почти не осталось – лишь кое-где встречались уцелевшие «островки».

Деви́ терялся в догадках, пытаясь понять, кто мог такое сделать с огромным зверем: «Как будто в медведя запустили огненный шар адского пламени и сожгли!» – предположил он, оглядываясь вокруг.

Опытному воину хватило мимолетного взгляда, чтобы заметить движение в пещере. Деви́ поднял с земли шишку и с силой бросил её в темноту, надеясь попасть в того самого зверя, который поселился в медвежьей берлоге. Он сжал меч в руке, готовясь сражаться, если хищник окажется тварью внушительных размеров и произнёс:

– Давай-ка, высунь морду гнусную на свет божий! – его голос прозвучал твёрдо и решительно.

Из пещеры донёсся слабый шорох. В темноте на мгновение показались два желтых глаза, а потом исчезли.

– Я тебя вижу, зверина! – громко предупредил Деви́. – Даже не надейся, что я уйду отсюда без…

– Да я уж понял, что не уйдёшь, – послышалось из пещеры, – чёрт бы тебя побрал! – недовольный обитатель медвежьей берлоги тяжко вздохнул. – А насчёт гнусности моей физиономии – будь добр аргументировать или воздержаться впредь от подобных заявлений! – ехидно заявил некто, явно не относившийся к хищникам.

Опешивший Деви́ ожидал увидеть человека, однако его ожидания разбились как фарфоровое блюдечко, выброшенное из окна прямо на мостовую, когда из пещеры… вылетел дракон, хлопая крыльями, и приземлился в шаге от входа! На голове удивительного создания торчали два маленьких рога, размером с большой палец. Его тело покрывали темно-касные, почти бронзовые чешуйки, которые слабо поблескивали под лучами солнца. Хвост, широкий у основания, сужался к концу и заканчивался острием, похожим на наконечник стрелы. Прямо на Деви́ смотрели два желтых глаза с чёрными вертикальными зрачками. Дракон изобразил на своей физиономии подобие улыбки:

– Я – добрый малый! – заявил он весело и безапелляционно, – Но, если попытаешься меня обидеть – вон, погляди, – дракон кивком показал на тушу медведя. – Сидел бы себе в берлоге, так нет, пошел себе новый дом поискать и заглянул ко мне, да чуть было не задрал! Пришлось его… – дракон слегка вытянул морду, сложив губы трубочкой, и выпустил тонкую струю пламени.

– Слушай, всё это звучало бы очень грозно, не будь ты размером с гуся, – проговорил Деви́, усмехнувшись. – Как твоё имя? Уверен, оно у тебя есть! Уж слишком ты разумен для безымянного существа.

Дракон молча посмотрел на Деви́, приподняв голову, и произнёс:

– Шуточки про мой размер оставь при себе, понял? А зовут меня – Скаллен!

– Ничего личного, – примирительно заговорил Деви́, – я не хотел тебя обидеть, просто констатировал факт и не более. Моё имя – Деви́ Ньольн. Можешь звать меня Деви́, если хочешь.

– Ну и какого же чёрта ты тут делаешь, Деви́? – поинтересовался Скаллен.

– Сейчас я ищу следы редкой птицы, которую выслеживал местный охотник. А вообще – мне нужно принести голову дракона его величеству Луи XII… – проговорил Деви́, глядя на своего нового знакомого – тот забеспокоился и был явно не в восторге от участи трофея, которая вполне могла его постигнуть.

Сделав шаг назад, Скаллен посмотрел на «убийцу драконов», который бы многое дал за отмену королевского приказа:

– Предположу, что тебе нужен дракон… размером побольше, так ведь? – спросил он, прищурив один глаз. – Потому что голова, которую тебе приказали добыть, будет украшать чей-нибудь кабинет или приемный зал, или ещё какое-нибудь место, где могут появиться гости, так ведь?

– Да, думаю, ты прав, – Деви́ кивнул, вздыхая. – На самом деле, король просто хочет от меня избавиться. И он обязательно отправит меня обратно, если я привезу ему твою голову. Скажет, мол, эта не подходит…

– Да ну?! – воскликнул Скаллен, – Что же ты такого натворил, что ваш король послал тебя на верную смерть?! Слышал я про этот экзотический способ избавляться от тех, кого нельзя просто так взять и казнить, да так, чтобы руки не запачкать…

– Скажем так, – Деви́ и замолчал на мгновение, думая над тем, что ответить дракону, – я одарил королеву неудачным эпитетом. Ну прямо очень неудачным, честно говоря.

Скаллен улыбнулся, сверкнув глазами. В ту же секунду он взлетел на вершину зеленого холмика, в котором чернел вход в пещеру, и улегся на мягкий мох, свернувшись калачиком. Посмотрев Деви́ в глаза, дракон произнёс:

– Сдаётся мне, мы найдём общий язык. Ты кажешься мне добрым человеком, и неважно, что ты там ляпнул королеве. И ты не будешь пытаться меня убить, правда ведь?

– Нет, не буду, – пообещал Деви́ и опустил меч. – Скажи-ка мне, уж не тебя ли выслеживал некто Гоун?

– Возможно, – неторопливо произнёс Скаллен, – Меня выслеживал охотник, живший в деревушке неподалеку. Но встреча с мишкой – круто изменила его жизнь, если ты понимаешь, о чём я! – Скаллен показал кончиком хвоста на обгоревшую тушу, ухмыльнувшись так, словно нисколько не жалел о смерти Гоуна. Впрочем, странно было бы жалеть того, кто хотел поймать тебя и засунуть в клетку, или убить стрелой, выпущенной из лука, а потом сделать великолепное чучело.

– А что ты вообще здесь делаешь? – спросил Деви́, пожав плечами. – На кой чёрт тебя понесло в Саривуд? Дракенен был бы для тебя гораздо более безопасным местом. А в мире людей далеко не все такие добрые, как я. Больше скажу, для большинства людей ты будешь чем-то вроде экзотической дичи…

– Знаешь, самое время поговорить по душам! – перебил Скаллен, – Я расскажу о себе, чтобы ты понимал, как обстоят дела, а там посмотрим, где мне лучше и нужен ли мне этот Дракенен. Сдаётся мне, мы будем друг другу полезны!

Глава 9. История одного дракона.

Скаллен вылупился из яйца около тридцати лет назад. Поначалу ничего не предвещало беды, казалось, он – самый обычный дракон, который будет расти первые двадцать лет свой до-о-о-о-о-лгой, драконьей жизни, продолжительностью никак не менее четырехсот лет. И это в самом худшем случае! К примеру, если дракон болен или судьба у него такая – покинуть этот мир пораньше. А долгожители – так вообще жили вечно, если судить по человеческим меркам.

И вот один год шел за другим, но, увы, ничего не менялось: братья и сестры малыша Скаллена росли, а он по-прежнему оставался маленьким. Когда ему исполнилось двадцать, остальные стали насмехаться над «малюткой» ещё больше обычного. В этом возрасте у драконов принято проходить посвящение в стаю, но предводитель драконьей стаи решительно отказался считать Скаллена полноценным драконом, заявив, что «эта мелюзга, конечно, может жить с нами, однако никакого права голоса у нее нет и быть не может!» Тем не менее, очень многие посчитали его решение несправедливым и потребовали разрешить Скаллену пройти испытание. Сначала «малыш» обрадовался, думая, что они на его стороне, правда, потом ему стало ясно – от несчастного просто хотели избавиться…

Испытание это было скорее традицией, чем каким-то особым способом оценить силу дракона. Тем не менее, обычай, заведенный неизвестно кем, неукоснительно соблюдался из поколения в поколение. Казалось, все просто – нужно лишь расплавить лавового голема, и выслушать поздравления ото всей стаи!

Взрослому дракону и впрямь не составит труда превратить груду застывшей магмы в раскаленную лужу – для него это будет скорее развлечение, нежели испытание! Но что делать «малышу» размером с откормленного гуся? Тогда магический голем превращается в грозного врага, который способен серьёзно ранить или даже убить того, кто решил посягнуть на его жизнь!

В центре Дракенена находится вулкан, извергающий лаву время от времени. Раскаленная магма стекает в долину, раскинувшуюся чуть к западу. Глубоко под этим местом находится сосредоточие магии. Увы, никто из драконов не знает, что это…

– Попробуй сунуть нос поглубже сквозь камень, – проговорил Скаллен, засмеявшись, – коль кто сумеет, тогда, может быть и узнаем, что там такое!

– Погоди-ка, – сказал Деви́, прервав рассказ дракона, – раз никто не может сунуть нос сквозь толщу камня, так откуда ты знаешь о магии?

– Ты бы лучше слушал, а не перебивал! – недовольно проворчал Скаллен и продолжил свой рассказ.

И тут Деви́ узнал о любимом блюде драконов – магической энергии, впрочем, оно же и единственное. Вообще обитателям Дракенена не нужна еда, чтобы поддерживать жизнь. Магия для них – нечто вроде лакомого десерта.

Долину, в которой живут лавовые големы, драконы называли Волшебной. Неизвестный источник особой силы превращал застывшую магму в человекоподобных существ, правда, в отличие от людей они были совершенно безмозглыми. Обычно лавовые исчадия бесцельно бродили по долине, иногда они часами стояли на одном месте, словно пытались сообразить, зачем появились в этом мире и каково их предназначенье… а, может быть, они задавались и другими философскими вопросами, кто ж их знает! Самые маленькие из них часто покидали Волшебную долину и шатались по всему плато. Особенно много их собиралось у лавовых озёр.

Магические создания ненавидели всё живое, включая драконов. Скаллену предстояло пройти сразу два испытания: показать силу огненного дыхания и сохранить драгоценную жизнь – наивно полагать, будто лавовый голем с радостью позволит превратить себя в лужу магмы! Взрослому дракону, чьи размеры сравнимы с двухэтажным домом, плевать на мощные удары каменных лап, но маленькому взрослому дракону определённо стоит быть осторожным. Пара ударов по рогатой голове могли закончиться для Скаллена самым печальным образом…

В день, выбранный Алектусом – предводителем драконьей стаи, маленький герой полетел доказывать собратьям, что он ничуть не хуже остальных. Вместе с ним в Волшебную долину отправились двое наблюдателей, которым предстояло увидеть битву тысячелетия. Скаллен не будь дурак, выбрал лавового голема поменьше и полетел к нему доказывать своё могущество, оставив сопровождающих. Драконы уселись шагах в ста, выбрав два каменных остова, находящихся подальше от озера лавы. Гиганты усмехнулись, переглянувшись, когда Скаллен налетел на каменное исчадие, оживленное древней магией, и начал поливать его огнём из пасти, одновременно уклоняясь от могучих ударов. Наблюдатели никак не ожидали такой прыти от собрата, которого презрительно называли «малявка»! Драконы внимательно следили за боем, глядя, как лавовый голем медленно растекается, превращаясь в кипящую лужу. Был один миг, они понадеялись, что человекоподобная глыба вот-вот прибьёт маленького ловкача, но тот увернулся в последнее мгновение и одержал победу в битве не на жизнь, а насмерть.

Обратно вернулись все трое, несмотря на ожидания Алектуса и некоторых других собратьев, которые ненавидели «мелюзгу». Победитель в красках рассказал о своём триумфе, после чего насмешников поубавилось, однако ему все равно не удалось стать таким же, как все. Многие продолжали хихикать над Скалленом, насмехаясь в лицо или перешептываясь за глаза. В один прекрасный день до него дошло, что он никогда не будет своим. Неважно, какие подвиги совершит маленький герой – его всё равно будут презирать!

Позже Скаллен решил покинуть стаю. Он пытался прибиться к одиночкам, которые жили на плато сами по себе, но драконы, привыкшие к уединению, избегали друзей любого рода. И тогда Скаллен понял, что ему самому придётся жить в одиночестве или… отправиться на поиски счастья в мир людей, покинув этот чёртов Дракенен, в котором его ненавидели все едва ли не с самого рождения!

Герой, размером поменьше, улетел из Дракенена ночью, оставив собратьев в неведении относительно своих планов. Правда, в мире людей всё оказалось не так уж радужно, как он себе представлял. Встретив крестьян, работавших в поле, Скаллен избежал смерти от тяпок и вил только благодаря собственным крыльям, улетев, куда подальше от разъярённых людей, горевших желанием разделаться «с этой тварью хвостатой!». С тех пор он обосновался в Саривуде – тут царил покой, который лишь изредка нарушали лесорубы, к тому же, природа «волшебного» леса вызывала у Скаллена бурю восторга! Да уж, по сравнению с безликими скалами Дракенена и лавой волшебной долины, это прямо-таки настоящий рай…

Однажды ночью новый обитатель Саривуда отправился летать по окрестностям. Крылья привели его в Оску. Там Скаллен впервые повстречал Гоуна. Ну, на самом деле он его разбудил, так же как и Деви́.

– Слушай, а действительно, какого чёрта тебе там понадобилось? – полюбопытствовал Деви́, облокотившись на ствол могучей ели, которой наверняка росла тут уже лет сто, если не больше – ему уже надоело стоять без дела.

– Я же говорил, что драконы питаются магией? Вот, а у лачуги охотника я почуял волшебную энергию, – объяснил Скаллен, – там что-то есть под землёй. Было бы неплохо взглянуть на источник магии!

– Да уж, не говори-ка, – согласился Деви́, – было бы определённо неплохо. А что за магия?

– Понятия не имею, – Скаллен почесал кончиком хвоста затылок, – могу сказать одно – это волшебство очень приятно на вкус!

Дракон улыбнулся, вспомнив магию, которую успел попробовать, и продолжил свой рассказ. Охотник, прогнавший его среди ночи, каким-то образом напал на след ночного гостя. Гоун ходил рядом с пещерой, которую облюбовал Скаллен, наблюдавший за ним из зарослей кустарника, или скрывшись за густыми еловыми лапами. Возможно, охотник смог бы отыскать логово незваного гостя, нарушившего его сон, но внезапно из кустов вылез медведь, который вёл себя предельно тихо, выжидая удачный момент для нападения. Пока охотник выслеживал «редкую птицу», хозяин леса выслеживал его самого просто ради охотничьего азарта.

Гоун нашёл свой конец в зубах свирепого хищника. Позже его тело обнаружили лесорубы и забрали в Оску, чтобы похоронить по-человечески. И вот буквально вчера медведь снова заявился в эту часть леса. Похоже, он тогда учуял Скаллена, теперь же ему, по всей видимости, захотелось выяснить, что это за зверь такой сидит в пещере, из которой могла бы получиться отличная берлога!

– Медведь пожаловал утром, – рассказывал Скаллен, глядя на обгоревшую тушу. – Косолапый подумал, что раз я – маленький, то и постоять за себя не смогу. Ну-ну, как же! Эй, медведь, кто из нас тут гниёт потихонечку, а кто доволен собой, а? – ехидно спросил он у медвежьей туши.

– Да, пламя у тебя определённо драконовское, словно из самой чёртовой преисподней – сказал Деви́, отходя от дерева, на которое он так удобно облокотился. – Ты говорил, мы можем быть полезны друг другу?

– Ну, разумеется! – радостно воскликнул Скаллен, – Скажи, по вашим законам, домашние животные священны, правда ведь? И никто не имеет права причинить животному вред, если только оно не угрожает жизни добрых людей, даже король?

– Какая осведомленность о нашем мире, – проговорил Деви́, улыбнувшись. – Да, всё так. Прадед Луи XII просто обожал домашних животных и ввёл закон, который действует до сих пор. Собственно, и наш король тоже любит животных.

– Особенно драконов! – съязвил Скаллен, – Так сильно любит, что даже посылает поданных за их головами! Ха-ха!

– Во-первых, драконы – не животные, а… не знаю, неведомые существа, – возразил Деви́, запнувшись, – во-вторых, это просто удобный способ избавиться от неугодного, которому нельзя отрубить голову на площади. Например, потому что неугодный хорошо проявил себя в войне с Токелондом, а народ просто обожает героев! Луи XII любит оставаться белым и пушистым в любой ситуации, видишь ли…

– Короче, – перебил Скаллен, – предлагаю тебе альянс! Ты сделаешь меня своим домашним любимцем, а я помогу тебе убить дракона. И вообще могу сопровождать тебя. Я не против посмотреть мир. Здесь в лесу, конечно, здорово, но скучновато. А ты, – Скаллен посмотрел Деви́ в глаза и показал на него кончиком хвоста, – берёшь на себя обязательства хозяина! Иначе меня или запихают в клетку, словно какую-нибудь пташку, или просто убьют и сделают чучело…

– Знаешь… идёт! – Деви́ улыбнулся, – Мне всё равно терять нечего, знаешь ли. Возможно, твоего хозяина скоро зажарит дракон, – он горько усмехнулся и вздохнул.

– Не, не, не, так не пойдёт! – возразил Скаллен, возмущённо качая головой. – Я помогу тебе раздобыть драконью голову, а потом мы будем жить долго и счастливо!

Глава 10. Прекрасное клеймо!

Скаллен вывел Деви́ из волшебного леса, благо ориентировался в нём ничуть не хуже местных лесорубов. Они вернулись в Оску, и «домашний любимец» пришлого гвардейца шокировал всех без исключения людей, попадавшихся им на пути! Некто из местных предложил отправить мальчишку в гарнизон, чтобы тот привёл солдат, которые могли бы избавить мир от…

– Кто это, господи?! – воскликнул тот человек, накануне отказавшийся составить компанию Деви́, который бросился спасать принцессу, визжавшую в сарае.

– Я – венец творения природы, – ответил ему Скаллен, назидательно погрозив хвостом.

– Это – моё домашнее животное! – заявил Деви́, – Руки прочь, тем более, он не кусается!

– И клеймо есть? – спросил человек, недоверчиво посмотрев на дракона, который показал ему зубастую пасть, виляя хвостом, словно недовольный кот.

– Есть, есть, – соврал Деви́. – Любезнейший, будь добр, поспеши по своим делам!

– Остальные люди, глазевшие на Скаллена, который держался рядом с хозяином, были не столь любопытны и не интересовались наличием клейма, веря на слово владельцу странного зверя. «Любезнейший» ушёл, исполнив просьбу Деви́, который только сейчас вспомнил о маленькой, но важной детали: по закону Акилтании, животных, являющихся чьей-либо собственностью, следовало клеймить, если только это не свиньи, овцы или крупный рогатый скот. Конечно, он предупредил Скаллена о том, что ему предстоит быстрая, но крайне неприятная экзекуция. И тут выяснилась новая проблема: шкура дракона обладает устойчивостью к огню, поэтому поставить клеймо будет непросто! Дракон покачал головой, вздохнув:

– Разве что на хвосте, – Скаллен повернулся и приподнял хвост, – Там, где он начинается, на пару дюймов выше… того места, откуда он растёт!

– Всё, всё, я понял, прекрати показывать мне свой зад, – проговорил Деви́, улыбаясь. – Я знаю одного кузнеца. Ты готов потерпеть?

– Ну, так куда деваться! Эх, бедный я, несчастный, горемыка… – жалел себя Скаллен, ломая комедию.

– Ничего-ничего, потерпишь. Зато, когда меня не будет рядом, ты сможешь подтвердить мои права на тебя, если кто вздумает спустить с тебя шкуру, – утешал Деви́ своего домашнего любимца. – Но помни: я несу ответственность за тебя! Так что без глупостей, драк, членовредительства или не дай боги убийств! За все твои фокусы придётся отвечать хозяину, то есть, мне.

– Само собой! – воскликнул Скаллен. – Идём к этому твоему кузнецу, я готов страдать…

Деви́ направился к дому Корина, надеясь, что тот никуда не уехал. Он подошёл к двери как раз в тот момент, когда на крыльцо выходила Клоди, державшая в руках пустые ведра – очередной поход на колодец закончился для неё знакомством с самым настоящим драконом! Увидев, Скаллена, дочь кузнеца открыла рот, а её и без того огромные глаза стали ещё больше обычного! Деви́ мгновенно понял, что сейчас из пухлых сочных губ вырвется крик, и тотчас принялся успокаивать красавицу. Услышав голос спасителя любимой дочери, Корин поспешил на порог и встал, как вкопанный, увидев Скаллена.

– Привет, Корин! Моему домашнему любимцу нужно клеймо, – Деви́, показав на Скаллена, который закивал головой, заявив: «Именно так!»

– О… он ещё и говорит? – спросил Корин, удивившись до глубины души. – Похож на дракона! Где ты взял эту зверюгу?

– Купил у странствующего торговца, – соврал Деви́. – Так что, могу я на тебя рассчитывать?

– Конечно, конечно, для тебя – что угодно, – закивал Корин, – Но мне нужно подготовить клеймо, сам понимаешь, буквы всегда разные, – он засмеялся. – А тебе, то есть, ему, что выжжешь? – спросил кузнец, посмотрев на Скаллена.

– Эээ… «Скаллен, домашний любимец Деви́ Ньольна» – произнёс хозяин дракона, задумавшись на мгновение, – Думаю, так сойдёт.

– Хорошо! Приходите вечером! – сказал кузнец, подтолкнув Клоди за водой, которая стояла, застыв, будто памятник, рассматривая Скаллена, а сам отправился в мастерскую во дворе.

Проводив Клоди взглядом, Деви́ направился к дому Гоуна, который временно стал для него пристанищем, позвав домашнего любимца за собой. Он обошёл хибару и остановился у окна. Скаллен без лишних слов догадался, зачем Деви́ сюда пришел:

– Будем, копать? – спросил дракон. – Ох, какая же она вкусная…

– Хочешь сказать, ты уже её ешь? То есть, магию? Впрочем, вижу и так, – сказал Деви́, глядя на довольную физиономию и светящиеся желтые глаза.

– Ага, – подтвердил Скаллен, расплывшись в довольной улыбке, – источник магии не так глубоко. Когда я первый раз пролетал здесь, я его сразу почувствовал. Хотел раскопать и забрать себе, но этот охотничек всё испортил… скажем так, с ним у нас была та же история, что и с тобой!

– Понятно. Теперь можешь исполнить своё желание – откопай это волшебное нечто! – предложил Деви́ и тут же добавил, – Пожалуйста!

Они договорились копать по очереди. Деви́ отыскал в доме охотника ветхую лопату и начал рыть землю там, где указал дракон, балдевший от счастья, развалившись чуть поодаль. Вскоре и ему пришлось поработать – Скаллен ловко копал передними лапами, будто он вовсе не дракон, а самый настоящий пёс, который вырыл тысячи ям и стал истинным мастером в этом нелёгком деле. Вдруг он остановился:

– Так, кажется, я немного просчитался, – произнёс Скаллен с досадой, – похоже, источник магии находится в доме, то есть, с той стороны стены, в доме, понимаешь?

– Да… пойдём в гости к старине Гоуну, хоть он нас и не приглашал, – пошутил Деви́, усмехнувшись. – Предположу, что это какая-то магическая побрякушка, которую охотник нашёл в Саривуде, а если так, то он наверняка зарыл её дома. Не на улице же…

Итак, «раскопки» тотчас перенеслись в дом. Деви́ спустился в подвал и начал копать там, где указал Скаллен. Пока хозяин работал в поте лица своего, домашний любимец «светил», тихонько выпуская из пасти струйку огня, которая вполне заменяла фонарь. Бросив в сторону очередную лопату земли, Деви́ мельком глянул на Скаллена:

– Осторожно, не спали тут всё! – предупредил он и продолжил копать.

– Не переживай, я предельно осторожен! Видишь, дую не дальше, чем на локоть, – успокоил его дракон, помотав зубастой пастью, из которой вырывалась струйка адского пламени, способного растопить застывшую магму.

Вскоре Деви́ услышал, как лопата звякнула, словно ударилась о металл или камень. Он отставил рабочий инструмент в сторону и наклонился, чтобы рассмотреть находку. Скаллен закивал головой, довольно проворчав: «Оно, оно, несомненно, дай-ка его сюда!» – но Деви́ сначала хотел сам поближе познакомиться с вещицей, доставлявшей дракону море удовольствия одним фактом своего существования.

Источником магии оказалось простое серебряное кольцо, на котором неизвестный мастер выгравировал множество надписей самым мелким шрифтом. Скаллен прекратил выдувать огонь и поспешил наверх следом за Деви́, который собирался осмотреть находку при свете дня. Стоя у окна, он крутил маленькую безделушку, неторопливо перебирая пальцами:

– Я определённо не знаю, что это за язык, – проговорил он, рассматривая надписи, прищурившись.

– Может, какой-нибудь из древних, – предположил Скаллен, расплывшись от удовольствия. – Сейчас, погоди, я возьму себя в руки! Мне никогда не приходилось чувствовать источник магии так близко…

– Ну, с виду не скажешь, – Деви́, пожал плечами, и надел кольцо на указательный палец правой руки – оно подошло просто идеально! – Я ничего не чувствую… а, хотя, погоди!

Деви́ почувствовал едва заметную вибрацию, которая явно указывала на присутствие в кольце некоей силы. Между тем магию в Акилтании запретили более века назад. Во время «охоты на ведьм» у колдунов всех мастей изъяли волшебные вещицы, которые теперь пылятся в хранилище глубоко под королевским замком. Все книги, по которым люди учились магическим навыкам, сожгли. Оставили лишь волшебные свитки. Разумеется, оставив все в том же самом хранилище, которое находится глубоко под замком в славном городе Белливью. Ношение колечек, вроде того, что нашли Деви́ и Скаллен, было не совсем законно. Волшебную «игрушку» могли отобрать хоть стражники, хоть работники ближайшей префектуры, а её владельцу грозил большой штраф или тюрьма, если тот не в состоянии расплатиться.

Конечно, Деви́ хотелось испытать волшебное кольцо, но он понятия не имел, как высвободить магическую силу и чего ждать, если это всё такие произойдёт. Скаллен предложил выйти из дома:

– Пошли-ка на улицу! Дом – не лучшее место для магических испытаний!

– Может ты и прав, – согласился Деви́. – Собственно, о чём мы переживаем? Я всё равно не знаю, как им воспользоваться, – проговорил он с сожалением, разглядывая кольцо, надетое на средний палец правой руки.

– Хм… даже не знаю… попробуй сконцентрироваться на кольце, а потом мысленно освободи его силу, – посоветовал Скаллен, – Я знаю, что волшебники школы разрушения делают именно так! Если колечко позволит тебе выпускать огненные шары или призывать ледяные глыбы на голову врага, то это сработает. А иначе нам придётся искать того, кто разбирается в магических вещицах…

– А я думал, что ты – большой знаток магии, – Деви́ шутливо упрекнул Скаллена, направляясь к двери.

– С чего бы это?! – возмутился тот. – Я её не колдую, я её ем! Я не знаток, а гурман, что б ты знал!

Они выскользнули из дома, чтобы не привлекать в себе взгляды местных, которые смотрели на дракона с опаской и интересом – никто из них никогда не видел никого подобного! Да оно и понятно. Но лишние взгляды сейчас были совсем некстати, поэтому Деви́ и Скаллен прошмыгнули за дом, словно воришки.

К счастью, никто из местных не заметил молнии, пролетевшие над крышей домика, принадлежавшего охотнику, и исчезнувшие высоко в небе. Оказалось, Скаллен был прав – кольцо содержало в себе магию стихий! Более того, Деви́ случайно задел молнией драконий хвост, и его домашний любимец прочувствовал на себе, какого это – быть жертвой разгневанного громовержца!

Впрочем, молния не причинила дракону никакого вреда, кроме легкого оглушения, которое прошло за считанные мгновения. Деви́ узнал всю правду о себе и о том, что ему следовало бы «швыряться молниями» осторожнее! Впечатлённый громовержец глубоко вдохнул приятный запах, появляющийся после сильной грозы, и пропустил гневную тираду мимо ушей, наслаждаясь собственным могуществом, которое на самом деле было ограничено тремя зарядами. Исчерпав запас волшебной энергии, кольцо перестало вибрировать, однако Скаллен заметил, что в нём по-прежнему есть магия. Правда, стрелять молниями у Деви́ больше не получалось. Посмотрев на кольцо, дракон перевёл взгляд на хозяина:

– Кажется, волшебная побрякушка разрядилась, – предположил он. – Подожди, возможно, позже она снова заработает. А если нет, тогда придётся её перезаряжать… ну, я слышал о чём-то таком.

– Надеюсь, что так, – согласился Деви́, – Мне понравилось метать молнии! Пожалуй, буду носить его при себе.

– Ну это само собой! – воскликнул Скаллен. – Его магия такая вкусная, ты бы только знал, эх…

– Так, – произнёс Деви́, задумавшись на мгновение, – сейчас мы идём в трактир! Все рано клеймо будет готово только вечером. Заодно расскажешь, как ты можешь мне помочь в убийстве дракона! Время идёт, я бы сказал, летит, и ждать погоды у моря некогда. Кроме того, если капитан Тримиил сумел выторговать мою жизнь, то он уже отправил письмо коменданту местного гарнизона.

– А клеймо сильно припекает, да? – спросил Скаллен, озабоченно посмотрев на Деви́.

– Ну вот, взгляните-ка на этого умника! Собственный зад волнует его больше, чем жизнь любимого хозяина, – проговорил Деви́ с нескрываемой иронией и развёл руками. – Ты – настоящее животное… домашнее!

– Не бойся, есть у меня хитрый план, – успокоил его Скаллен, хитро прищурившись, – Простой, как медная монетка!

– Вот сейчас ты мне его и расскажешь! Пошли, – скомандовал Деви́, направляясь в таверну.

Два замечательных гостя произвели настоящий фурор, какого в «Синем принце» не было за всю историю! Поначалу трактирщик и его помощники буквально застыли, увидев настоящего дракона, который к тому же ещё и говорил: «Всех приветствую!» – произнёс Скаллен, улыбнувшись добрым людям.

Вскоре выяснилось, что дракон знает множество забавных историй и готов поделиться ими со всеми подряд. В таверну заявились все жители Оски, за исключением Корина, который наверняка делал клеймо, подбирая буквы, а иначе бы и он пожаловал на кружечку эля. Кроме местных в трактир заглянули и солдаты – двое любителей выпить с интересом слушали дракона, разглядывая его, словно диковинку, впрочем, так оно и было – никому из них ни разу не доводилось видеть удивительных созданий почти лицом к лицу.

Ближе к вечеру Деви́ попросил Скаллена прекратить аттракцион занятной болтовни, напомнив о малоприятной процедуре:

– Будет больно, но недолго! – шепнул он, тихонько засмеявшись. – Заметь, коровы и овечки не жалуются!

– Ха-ха-ха! Как смешно! – передразнил его Скаллен, кривляясь, – Я посмотрю, как ты будешь веселиться завтра, когда придётся убивать дракона… размером побольше!

– Эй, ты же обещал помочь… – напомнил Деви́, помрачнев и позабыв о забавной шутке.

– Вот тогда и не насмехайся, раз тебе так нужна моя помощь! – назидательно проговорил Скаллен и по-тихому рассказал нехитрый план.

Выслушав домашнего любимца, Деви́ согласно кивнул. Конечно, план не был таким уж простым, как говорил Скаллен, однако казался вполне реальным и, самое главное, план этот действительно решал проблему с обретением драконьей головы.

Дракон вздохнул, сообщив о готовности к малоприятной экзекуции, и покинул таверну вместе со своим хозяином. Он полетел в мастерскую Корина, следом за Деви́, который шел к дому кузнеца, насвистывая незатейливую мелодию.

Отец Клоди как раз закончил работу над клеймом, и был готов поставить метку хоть прямо сейчас. Все случилось на заднем дворе, там, где располагалась мастерская Корина – под широким навесом, стоявшим на четырех деревянных столбах, укрепленных у основания подпорками: Скаллен запрыгнул на наковальню, повернулся к кузнецу задом и задрал хвост; он ждал, скривив морду, и терпел, стиснув зубы, пока Корин прижимал раскаленное клеймо к тому самому месту! Ну, то есть, не совсем – надпись «Скаллен, домашний любимец Деви́ Ньольна» чернела немного выше, как раз там, где начинается хвост. Сначала Корин предложил выбрать место повыше, но, увы, драконий хвост сужался от начала к концу, и ставить клеймо было бы попросту негде.

Поблагодарив «экзекутора», Деви́ отправился в таверну. Скаллен лишь сдержанно кивнул, не считая нужным благодарить кузнеца, хоть тот и поставил клеймо совершенно бесплатно. Он полетел следом за хозяином, попросив дать ему зеркало, когда они поднимутся в комнату. Деви́ его расстроил, объяснив, что в дыре, вроде «Синего принца», такой роскоши отродясь не бывало. Впрочем, он заверил Скаллена в высоком качестве надписи, отсутствии ошибок и хорошей читаемости букв. А ещё Деви́ пообещал ему дать зеркало при первой же возможности, чтобы обладатель клейма сам убедился в том, что Корин своё дело знает.

Глава 11. Земли драконов.

Деви́ и Скаллен покинули таверну рано утром. Перед уходом они разбудили трактирщика, который получил несколько золотых за Стикса. Брать с собой коня не было никакого смысла – до гарнизона можно добраться за двадцать минут, а там останется только пройти за ворота и всё – вот он, Дракенен! К тому же в плане, который Скаллен придумал на скорую руку, места лошади попросту не было.

Деви́ покинул Оску, надеясь ещё вернуться сюда живым и невредимым. Скаллен летел рядом, неспешно махая крыльями:

– Ты всё понял вчера? – спросил он, посмотрев на Деви́.

– Да, само собой, – ответил тот, кивнув, – Мы поднимаемся на плато, потом ты летишь искать пещеру одиночки, желательно спящего, чтобы нам не пришлось ждать, пока тот уснёт, затем я пробираюсь в пещеру и убиваю выбранную жертву одним ударом.

– Бей прямо в глаз! – посоветовал Скаллен. – Не стесняйся заснуть клинок по самую рукоять! Достанешь до мозга, и дракон ждёт мгновенная смерть. Только действуй как можно тише, – предупредил он, – иначе жертва может проснуться…

– И что мне тогда делать? – Деви́, посерьёзнел и немного приуныл, представив себе крайне неприятный поворот событий. – Разве что бежать или принять геройскую смерть…

– Не надо ничего принимать! – воскликнул Скаллен, замотав головой, – Беги, что есть сил хоть куда-нибудь, а я попробую отвлечь твою смерть! Но, сам понимаешь, лучше до этого не доводить.

– Да уж, сложно спорить, – согласился Деви́, улыбнувшись одним уголком рта, – Я буду тише воды, ниже травы.

Вскоре они прибыли в гарнизон, немало удивив солдат: доблестные стражи глядели на Скаллена, разинув рты – многие из них никогда не видели дракона и теперь им наконец довелось увидеть одного из тех созданий, от которых они якобы охраняли Акилтанию. Одни смотрели на невиданного зверя с тревогой, другие с нескрываемым интересом, а третьи, казалось, вот-вот схватятся за оружие – Деви́ пришлось объяснять солдатам, что Скаллен не представляет угрозы и вообще является его домашним животным, к которому лучше не совать свои руки без разрешения хозяина.

Двое гостей гарнизона навели шуму, едва прошли за ворота. Солдаты, стоявшие на посту, пропустили их, настороженно поглядывая на того, который лихо выпускал из своей пасти струю пламени, изображая огнедышащее чудовище, коим он в некотором роде и являлся. Гвардеец, обреченный на смерть в битве с драконом, сразу направился к дому коменданта, проходя мимо казарм, мимо колодца, мимо склада с оружием, у входа в который стоял интендант – старый служака уронил челюсть, когда увидел, кто сопровождает Деви́. Наверняка ему доводилось видеть драконов, но таких маленьких – вряд ли!

Комендант Насонье – толстяк лет пятидесяти с невероятно интеллигентным лицом, частично скрытым под бородой, принял гостей, разинув рот, как и все остальные, но по-настоящему он удивился, когда Скаллен вежливо поздоровался на нормальном человеческом языке. Деви́, приветствовал хозяина гарнизона, отдав честь, и вытащил из-за пазухи грамоту:

– Милостью его величества Луи XII отправляюсь убивать дракона, – отрапортовал он без тени уныния, протягивая королевский приказ.

– А, вот оно что, – сказал комендант, вздыхая. – Посочувствовал бы тебе, да я всё равно тебя не знаю… можешь отправляться в последний бой.

Комендант развернул грамоту и мгновенно пробежал глазами написанное на листе самой дорогой бумаги, которую только можно было найти в Акилтании. Кивнув на Скаллена, он спросил:

– Кто это?

– Это мое домашнее животное, – ответил Деви́.

– Да, милорд, именно так, – деловито проговорил Скаллен.

– Он похож на дракона, – настороженно проговорил комендант.

– Мало ли, кто на кого похож, – Деви́ пожал плечами, – Я вон – так вообще смертник, а похож на живчика, радующегося жизни. А вы, хоть и комендант бутафорского гарнизона, а выглядите словно генерал, способный разбить в пух и прах армию какого-нибудь Токелонда!

Коменданту понравилась неприкрытая лесть – у него даже не получилось скрыть довольную улыбку! Он больше не стал задавать лишних вопросов, а просто открыл окно и крикнул кому-то, чтобы «парня со странной птицей» выпустили за ворота в Дракенен. Хозяин, чье слово в гарнизоне было законом, отдал смертнику грамоту и сочувственно произнёс: «Желаю тебе удачи, парень…»

Деви́ спросил у коменданта, не получал ли он писем от Ирвина Тримиила, надеясь, что тот убедил короля сменить гнев на милость. Увы, чуда не случилось. Комендант пожал плечами, заявив, что впервые слышит это имя и никаких писем этот господин ему не отправлял. Вздохнув, Деви́ попрощался с комендантом и покинул его дом, сжимая в руке королевский приказ. Стоило ему выйти на крыльцо, как судьба вновь столкнула его с тем самым героем любовником, который мог похвастаться роскошной красной бородавкой, украшающей его нос. Конечно, похотливый мерзавец узнал его и заметил приказ, скользнув по нему взглядом:

– Кого я вижу, – процедил солдат сквозь зубы, – чёртов гвардеец! Судя по бумаге у тебя в руке, ты приехал подыхать, да? Вместе с этим чёртовым… кто бы он там ни был, – он кивнул на Скаллена и презрительно сплюнул. – Ну и чёрт с сами, провалитесь оба в пекло, ха-ха-ха!

– Эх, я такой ма-а-а-а-ленький, – жалобно протянул Скаллен, глядя на обладателя роскошной бородавки, – вот бы мне стать огромным… хоть как та бородавка, которая сияет на твоём носе!

– Ха-ха-ха! – рассмеялся Деви́, одобрительно посмотрев на дракона, и пообещал солдату. – Не переживай, мы обязательно вернёмся!

С этими словами он пошёл к воротам, за которым начинался подъём в Дракенен. Деви́ и его товарища без лишних вопросов пропустили на ту сторону, увидев королевский приказ. Многие солдаты облегченно выдохнули, когда странный гвардеец отправился наверх, туда, где жили драконы, вместе со своим маленьким спутником. Они знали, что несчастный получил билет в один конец и обратно он уже не вернется. И этот мелкий, напугавший некоторых солдат одним своим видом!

Глава 12. Главное – сделать всё по-тихому…

Гарнизон Оска стоял у подножия Дракенена. Забраться по крутым склонам наверх не смог бы ни один человек! Единственно место, которое более-менее подходило для подъёма, находилось за воротами, охраняемыми днём и ночью. Говорят, будто многие столетия назад тут протекала река кипящей лавы – позже она иссякла по неизвестным причинам, оставив после себя пологий спуск. Ну, или подъём – кому как удобнее! Деви́ не спеша шагал по дну исчезнувшей реки, рассчитывая добраться до плато хотя бы за полчаса. Скаллен летел рядом, размышляя вслух:

– Думаю, мы пойдём на запад. Вернее, я полечу, а ты меня подождёшь…

– Можешь лететь хоть сейчас, – проговорил Деви́, – Я могу подождать тебя наверху.

– Уверен? – Скаллен вопросительно посмотрел на него.

– Конечно! Дойти до плато я могу и без няньки, – заверил его Деви́, рассмеявшись.

– Как скажешь. Только никуда не уходи и жди меня! – предупредил Скаллен и полетел на разведку, оставив идущего на смерть в гордом одиночестве.

По правде говоря, Деви́ уже и думать забыл о предстоящей кончине – благодаря новому приятелю судьбе пришлось перенести её на неопределённый срок. По-крайней мере, он на это надеялся. И, разумеется, Деви́ считал дракона кем-то вроде закадычного приятеля. Если ты, мой дорогой читатель, думаешь, что Скаллен был для него просто диковинной зверушкой, то ты, несомненно, ошибаешься.

Поднявшись на плато, Деви́ ступил в земли драконов. Серые скалы, камень под ногами, по которому тут и там бежали трещины, огромные лавовые озёра, раскалённые, словно само пекло, и тихонько булькающие, как будто готовы извергнуть раскалённые потоки, подобно вулканам – это было довольно мрачноватое место. Скаллен уже ждал там своего товарища, удобно расположившись на каменной глыбе:

– Наконец-то! – заявил он, ухмыляясь, – Не прошло и полгода!

– Не прошло и получаса, – парировал Деви́.

– Ладно, ладно, я всё понимаю, человечки – создания слабенькие, медлительные, да ещё и без крыльев, – продолжал издеваться Скаллен, захихикав.

– Имей в виду, словоблудие – визитка глупости! Нашел дракона? – недовольно спросил Деви́.

– Разумеется! Давай за мной, – позвал его Скаллен, взлетая, – Идём в западную часть Дракенена. Знал я одного дракона по имени Финри – больше всего на свете он любит спать. Так вот, сейчас он в своей пещере занимается любимым делом!

– Что ж, тогда пойдём, сходим к нему в гости! – проговорил Деви́, шагая следом за крылатым проводником.

Скаллен летел окольными путями, чтобы избежать скоплений местной живности, вроде лавовых големов или собственных собратьев, которые сожрут его спутника, как пить дать! Впрочем, скорее сожгут, потому как мясо и другая еда драконам не нужна, за исключением магиии.

Увидев вдалеке пару человекоподобных фигур, шатающихся по берегу лавового озера, Деви́ пожелал испытать кольцо, которое опять тихонько вибрировало. К слову, он заметил это ещё утром, однако судьба как-то не предоставляла повода испытать силу молнии. Скаллен, услышав, желание «громовержца», энергично замотал головой, категорически возражая против необдуманного поступка:

– Слушай, мы же не знаем, как действует эта магия на лавовых големов! Вдруг ты его просто раззадоришь, и что тогда? Осилишь такую тварь честном бою?!

– Ты же осилил, – Деви́, пожав плечами, – думаю, и я смогу. Странно бояться этих монстров тому, кто идёт убивать дракона…

– Ага, ага, как начнёшь огнём его поливать, правда? Ух, и устроишь же ты ему! – воскликнул Скаллен, не скрывая сарказма. – А если серьёзно, то им твой меч и кинжал – всё равно, что мёртвому припарки!

– Если что, ты мне поможешь, – сказал Деви́, снова пожав плечами. – Тем более, они кажутся весьма неповоротливыми…

– Это потому, что они нас не видят, – объяснил Скаллен. – Твари подслеповаты. Просто не подходи к ним близко, и проблем не будет. А что касаемо того боя, так, скажу я тебе, неизвестно, как бы закончился ещё один такой. Я тогда пошёл на это, надеясь доказать, что я не хуже других и стать своим среди своих, а не чужим, каким был всю жизнь!

– Ладно, – Деви́ и вздохнул, посмотрев на кольцо, – Будем считать, что ты меня уговорил или, что я внял мудрому совету. Поспешим же к нашему другу Финри, который, надеюсь, не ждёт гостей, а спокойно дрыхнет, видя чудесный сон!

Чем больше они приближались к пещере дракона, обожавшего спать, тем громче становился храп, изрыгаемый огнедышащей глоткой. Пещера Финри находилась примерно шагах в пятидесяти от раскалённого озера, неподалеку от которого лениво прогуливались лавовые големы, бродившие туда-сюда, останавливаясь у огромной каменной глыбы, и возвращались обратно. Двое расхаживали относительно близко, остальные же стояли подальше, застыв на месте и время от времени вспыхивали огнём.

Финри жил в чернеющей пещере, которую проделала в скале то ли матушка-природа, то ли он сам. Деви́ смотрел на Скаллена, слушая храп, сотрясающий воздух, и чувствовал, как к храброму сердцу подкрадывается тревога, собирающаяся расположиться поудобнее, чтобы превратиться в настоящий страх. Его можно понять! А если найдётся умник, который считает это малодушием, то пускай покажет всем, какой он смельчак и зайдёт в пещеру к дракону с гордо поднятой головой!

Скаллен слетал в пещеру и быстро вернулся, помахав Деви́ крылом – тот ответил ему лёгким кивком головы:

– Иду, иду, – тихо проговорил он, стараясь не шуметь, впрочем, храпящий дракон всё равно бы его не услышал. – Значил в глаз?

– Ну да, да, – быстро заговорил Скаллен. – Это единственное уязвимое место дракона, не считая пасти, нежной точки под хвостом и между чешуйками! Только осторожнее там – в пещере Финри золота просто до чертиков! Не торопись, а то, не дай боги, звон монет его разбудит…

Деви́ ещё раз кивнул и направился в тёмную пещеру, доставая клинок из ножен. Ему пришлось немного постоять, пока глаза привыкнут к темноте, которую едва разбавлял свет, пробивавшийся сверху через сетку трещин в камне, которая напоминала паутину. Под ногами гостя драконьей пещеры тихонько позвякивали монеты, словно предупреждая: «Поспешишь – и станешь кучкой пепла!»

В дальнем углу пещеры Деви́ разглядел спящего хозяина. Честно говоря, огромную тушу легко заметить даже в почти полной темноте! Незваный гость, которого Финри точно никогда бы не пригласил в свой дом, чувствовал дыхание дракона, изрыгавшего во время храпа поток тёплого воздуха.

Деви́ подкрался так близко, как только мог, благословляя того человека, который включил скрытное перемещение в учебный курс Академии Королевской гвардии. В своё время он сдал его на «отлично»! Приобретенный опыт пригодился ему во время войны с Токелондом, и вот теперь, в логове дракона, оказался весьма полезным. Деви́ занёс клинок, собираясь вонзить его по самую рукоять и…

Так! Пожалуй, описание нанесённого удара будет совершенно излишним. Ну, в самом деле, зачем такие подробности? Просто знай, мой дорогой читатель, что Деви́ сделал своё дело, убив дракона одним ударом. Бедняга Финри умер во сне, не раскрывши рта.

«Ура, ура! Вот, видишь, как всё оказалось просто!» – радостно завопил Скаллен, влетая в пещеру. Конечно, он догадался, что произошло, когда драконий храп внезапно оборвался. Деви́, улыбнулся товарищу, вытирая меч о тело бездыханного дракона:

– Вот и всё, – проговорил он весело. – Что бы я без тебя делал!

– Так сдох бы, – произнёс Скаллен, потыкав хвостом в Финри. – Вот прямо как он, только осталась бы от тебя горстка пепла! Видишь, какой я полезный, а?!

– Да уж, полезнее некуда, – согласился Деви́. – Знаешь, я не хочу, чтобы ты был моим домашним животным. Может быть, только для закона, – пояснил он, глядя на морду Скаллена, искаженную гримасой недоумения, – но, я хотел бы, чтобы мы стали друзьями. Идёт?

– Да о чём разговор, конечно! – радостно воскликнул Скаллен, подумавший, будто «хозяин» желает от него избавиться, однако его опасения были напрасными.

Дракон протянул лапу, и Деви́ пожал её, заключив маленький договор с одним из самых полезных созданий на земле. Затем Скаллен справедливо заметил, что нужно как-то отделить голову Финри от тела, а потом, вероятно, отвезти в королевский замок. С первой задачей Деви́ мог бы справиться и сам, но преподнести великолепный трофей Луи XII без посторонней помощи ему было не по силам, поэтому он попросил Скаллена слетать к коменданту Оски:

– Попроси у него людей, да телегу побольше, – сказал Деви́, мельком глянув на огромную голову Финри. – Сам понимаешь, я один не справлюсь. Жаль, что золото, – он топнул по полу, устланному монетами, которые тихонько звякнули, – золото придётся отдать.

– Умный человек не жалел бы об этом, – назидательно произнёс Скаллен, – Умный человек набил бы карманы, поискав тут алмазы, да бриллианты, а потом и думать забыл бы о презренном металле. Заметь, сколько их тут было у Финри, ну и – счастлив он, как по-твоему? Большую часть жизни дурень проспал, и в конце его убил коротышка…

– Ой, кстати о коротышках, – протянул Деви́, закатив глаза, – летел бы ты поскорее!

Скаллен показал язык своему другу, который ещё недавно был хозяином, и полетел, оставив его наедине с мёртвым трофеем. Между тем убийца драконов начал потихоньку отделять голову от тела, орудуя клинком. Занятие малоприятное, но кто-то должен делать и грязную работу, напоминавшую ремесло мясника. Деви́ аккуратно обходил лезвием чешуйки, заходящие друг на друга будто черепица, которой покрыта крыша – ему приходилось приподнимать их, поэтому дело продвигалось медленно. Спустя четверть часа напряженной работы, он понял, что лучше быть умным человеком, последовав совету Скаллена, чем потеть над работёнкой, которую следует выполнять троим-четверым солдатам покрепче, да половчее.

Запустив заряд молнии вверх, Деви́ на мгновение осветил пещеру – бриллианты, лежавшие тут и там, произвели на «громовержца» неизгладимое впечатление, блеснув от яркой вспышки. Он набил карманы, отыскав на полу камни и старинные монеты. Набрав себе неплохое состояние, незваный гость ныне убитого Финри покинул пещеру, желая поскорее выбраться из темноты.

Конечно, Деви́ не терпелось испытать молнию в деле! Глядя на големов, созданных некоей магической силой, он думал над словами Скаллена, который призывал его быть благоразумным и не испытывать судьбу лишний раз. Но разве могут герои позволить себе такую роскошь?! Иначе сколько бы подвигов они так и не совершили…

Деви́ размахнулся, прицелившись в голема, который стоял ближе, и гудящая молния полетела в цель! Как только заряд коснулся застывшей лавы, подобие живого существа рассыпалось в пыль! Второго голема ждала та же участь – он получил магический заряд электричества и покинул этот мир в одно мгновение. А третьего…

Из-за огромного валуна показалась голова лавового голема, который пожелал узнать, кто или что убило его собратьев. Деви́ никак не ожидал такого поворота событий. А ещё он и подумать не мог, что ожившая куча лавы заметит его с такого расстояния! Казалось бы, самое время выпустить третий магический заряд, да только где ж его взять – кольцо снова перестало вибрировать, оставив своего хозяина наедине с монстром, который направлялся к нему с твёрдым намерением размазать по земле, причем шёл он довольно быстро, не оставляя времени на размышления.

Лавовый голем отдалённо напоминал человека: две ноги, две руки, массивное туловище и голова – тело создания выглядело так, словно куски застывшей магмы удерживала некая волшебная сила. Из пасти чудовища вырывалось пламя, будто оно выдыхало его, как человек выдыхает обычный воздух. Деви́ был готов дать бой магической шутке природы! Тем более отступать, то есть, тактически отступать просто некуда, а прятаться в пещере опасно – это всё равно, что загнать себя в угол, и надеяться глупость голема, которому не хватит ума сунуть свой нос в берлогу Финри.

Оказавшись в двух шагах от громовержца, ругавшего себя за необдуманное ребячество, голем нанес пару увесистых ударов, от которых Деви́ уклонился, отпрыгнув в сторону, а затем нанёс быстрый удач мечом в туловище, правда, толку от этого было с воробьиный клюв – с тем же успехом можно лупить клинком по камню! Голем попытался схватить Деви́, но тот снова ушёл от загребущих лап, перекатившись в сторону. Чудовище недовольно завыло и затопало ногами, сотрясая землю. Деви́ между тем встал на ноги и быстро оглядел голема, пытаясь найти уязвимое место. Голем же ринулся в атаку, ударив правой рукой, потом левой, да размахнулся так сильно, что невольно развернулся и упал, едва не придавив Деви́ каменным задом, но тот увернулся в самый последний момент.

«Проклятье! Надо было послушать умного совета, а не страдать ерундой, как мальчишка!» – произнёс он про себя, лихорадочно пытаясь придумать выход из отчаянного положения.

«Мальчишка» с размаху ткнул голема в спину, пока тот поднимался, однако меч отскочил от окаменевшей лавы. Единственное, что Деви́ пришло на ум, так это с десяток мощных ударов молотом, а то и больше – ему казалось, что это едва ли не единственный способ успокоить лавовую громадину, кроме заряда молнией. А ещё можно дождаться Скаллена, и посмотреть, как тот повторит битву с титаном, которая закончилась его триумфом! Вот только нужно продержаться, пока маленький дракон не вернётся…

Следующую четверть часа Деви́ уклонялся, пытался сразить голема клинком, отпрыгивал, перекатывался и пару раз контратаковал, отводя размашистые удары, но ход боя, в котором у него не было ни единого шанса на победу, стал в корне иным, когда подоспел Скаллен! Дракон начал поливать голема огнём из пасти, успевая через раз отчитывать Деви́ за то, что он «такой болван». Монстр переключил всё своё внимание на маленькую угрозу, позабыв о человеке, который мог бы пытаться убить его своим мечом хоть до старости.

Вскоре подоспели солдаты из гарнизона, вооруженные тяжелыми молотами. Каждый удар, наносимый воинами, отдавался глухим звуком, и голем, хорошенько получив, начал отступать, поумерив пыл и атакуя куда менее яростно, чем до прибытия подмоги. Теперь Скаллен расплавлял монстра ещё быстрее, а Деви́ мог и вовсе забыть об опасности – он присел на камень перевести дух, пока остальные добивали врага. Позади послышались голоса и лошадиное ржание, заставившее Деви́ обернуться – это была телега, запряженная двумя крепкими жеребцами, на которой сидел возница и четверо солдат. По всей видимости, им предстояло отделить голову Финри от тела, погрузить и отвезти в Оску или даже во дворец, чтобы передать королю.

Наконец Скаллен и компания сделали свое дело! Лавовый голем был повержен ценой неимоверных усилий. Командир отряда посмотрел на Деви́, как на безумца и спросил:

– Неужели ты не знаешь, что от этих тварей нужно держаться подальше?!

– Теперь знаю… – Деви́ и вздохнул, подумав о том, что хорошо усвоил урок, который запомнит на всю жизнь.

– Да болван – он болван и есть! – воскликнул Скаллен, подлетая к Деви́, который к тому моменту уже пришел в себя.

– Ты абсолютно прав, мой друг Скаллен, – ответил тот, виновато улыбнувшись, – в своё оправдание могу сказать, что теперь я знаю, насколько эти чудовища уязвимы к молнии – их можно превратить в пыль одним зарядом…

– А, понятно! – протянул Скаллен. – Жаль, что големов оказалось больше, чем молний в твоём колечке, да? – съязвил он, мельком глянув на командира отряда, который никак не мог взять в толк, о чём речь.

– Да уж… ладно, хорошо, что всё хорошо закончилось, – проговорил Деви́, поднимаясь на ноги.

Глава 13. Мёртвая фрейлина.

О боги, всё получилось! Не без приключений, конечно, однако, Деви́ выполнил задание короля, несмотря на глупое ребячество и его последствия. Голову дракона отвезли сначала в Оску, а потом доставили во дворец. Комендант Насонье выделил для такого благородного дела целый отряд, который охранял трофей на всем пути от гарнизона до замка Луи XII. Его величество принял дар, привезённый из Дракенена, и пожелал лично встретиться с героем, совершившим невозможное. Честно говоря, король совершенно не ожидал такого исхода! Каждый раз, когда в его августейшей голове появлялись воспоминания о человеке, оскорбившем его супругу на глазах почти у четырех десятков гостей, Луи XII Виталинг представлял кучку пепла, которую подхватывает ветер и уносит куда-нибудь прочь из Дракенена, например, в ближайшую сточную канаву! Да хоть в тот, с позволения сказать, клазет, вырытый на заднем дворе «Синего принца»…

Но ничего подобного! Этот бессовестный тип убил дракона и привёз голову огромной жуткой твари, можно сказать, на блюдечке. Король пожелал видеть его лично, да ещё и в компании распорядителя дворцовой охраны Ирвина Тримиила. Сегодня убийца драконов должен был явиться в замок его величества и предстать для получения… вероятно, награды или прощения, или и того, и другого. Король собирался принять Деви́ в кабинете капитана Тримиила.

«Интересно, почему не в тронном зале»? – подумал Деви́, пропуская мимо ушей болтовню Скаллена, который не переставал удивляться великолепию славного города Белливью.

Они направлялись во дворец. Скаллен летел рядом, не обращая внимания на прохожих, смотревших на него, раскрыв рты, или с нескрываемым интересом, или настороженно, мол, кто знает, чего ждать от огнедышащей «пташки», которая пялится по сторонам и кричит так, словно впервые видит большой город! Скаллен и вправду никогда не видел мастерские, лавки, дома стряпчих, банки, роскошные кареты и самое главное – просто невероятное количество людей! По-крайней мере, ему оно таковым казалось, хотя времени было около двух часов, поэтому большая часть жителей Белливью занимались своими делами, а не шатались толпами по улицам, как бывало в выходные дни. К тому же дворцовый район города богат, и на него приятно посмотреть, чего нельзя сказать, например, о гетто, населенном бедняками и преступниками всех мастей.

Когда проезжавшая мимо тройка, запряженная в карету, едва не задела Скаллена, который ловко увернулся от лошадиной морды, Деви́ настойчиво предложил идти быстрее, потому как их ждали к трём часам дня и ему совершенно не хотелось опаздывать на аудиенцию. А то, не дай боги, это может закончиться ещё одним билетом в один конец, вернее, в Дракенен! Луи XII вполне мог вручить новый приказ, учитывая непростые отношения, которые установились между ним и Деви́ в тот самый вечер.

Во дворце все уже были в курсе о новом приятеле бывшего капрала, который охотно вступал в беседу, дышал огнём и вообще был самым настоящим драконом! Впрочем, рост сыграл Скаллену на руку – при виде маленького создания никто не пытался трубить в рог, звать стражу или хвататься за оружие. Караульные молча пропустили Деви́ и его приятеля через дворцовые ворота – вероятно, им уже сообщили, что он придёт со своим домашним животным, которое совершенное безобидно. То есть, на самом деле это не так, однако распространяться о том, что Скаллен умеет изрыгать пламя, способное расплавить застывшую магму, пожалуй, не стоило.

Высота королевского замка поражала воображение! Скаллен оглядел снизу вверх величественные стены, смотревшие на Белливью десятками окон, между которыми тут и там свисали балконы, украшенные изящными статуями зверей, птиц и причудливых созданий, которых существуют разве что в воображении талантливых скульпторов, трудившихся над обителью королей Акилтании. Деви́ же видел всё это много раз и нисколечко не впечатлился увиденным снова – он тихонько дёрнул дракона за хвост, призывая идти на аудиенцию:

– Хватит пялиться! – шутливо прикрикнул он. – Пойдём уже, нас ждут! В конце концов, не веди себя, как дикарь!

– Эй! – возмутился Скаллен, убрав хвост подальше от рук Деви́, – Вообще-то я и есть дикарь! Знаешь, я никогда не видел ничего, кроме Дракенена и леса Саривуд, так что я имею полное право вести себя так!

– Может быть, но нас ждут. Я бы не хотел опаздывать на встречу с королём, поспешим же! – позвал Деви́, поставив ногу на белую мраморную ступень дворцовой лестницы.

Караульные, стоявшие у массивных дубовых дверей, который открывались с помощью сложного механизма, издающего лязгающий звук, пропустили гостей во дворец. К ним тотчас подскочил слуга, которому поручили встретить и проводить Деви́ в кабинет Ирвина Тримиила. Вежливо поклонившись, он повёл гостей, которых желал видеть сам король, по дворцовым коридорам. Пройдя бесчисленное количество поворотов, и поднявшись на четыре этажа, Скаллен окончательно утратил понимание того, где сейчас находится и как отсюда выйти:

– Ты вообще понимаешь, где мы?! – прошептал он на ухо Деви́. – Лично я – нет!

– Ой, не думай об этом, – Деви́ махнул рукой, не обращая внимания на слугу, который мгновенно обернулся и одарил Скаллена сдержанной улыбкой. – Просто иди за господином, которому поручили нас встретить и всё. Ну или за мной, если тебе так удоб…

Деви́ осёкся, случайно посмотрев в окно – он увидел королеву, бежавшую вокруг замка в сопровождении стражи. Первое, о чём он подумал, так это о возможной опасности, которая угрожает её величеству! Но потом заметил костюм, который надела первая леди Акилтании – эта облегающая одежда, совсем не походила на её обычные платья. Да и стража, бежавшая за королевой, явно не собиралась ни на кого нападать. Со стороны могло показаться, будто доблестные войны просто сопровождают королеву, спешащую неведомо куда, да ещё и в таком странном наряде. Остановившись, слуга тоже посмотрел в окно и произнёс равнодушно:

– Её величество изволит бегать каждый день, а телохранители сопровождают её. Обычное дело, не стоящее вашего внимания, господа.

– И давно королева Анна изволит бегать? – Деви́ недоуменно посмотрел на слугу.

– С того самого дня, как один почтенный господин завёл с ней беседу о пушках, из которых проклятые токелондцы стреляли в наших доблестных воинов. Пройдём те же за мной! – проговорил слуга, вежливо улыбнувшись, и отвесил лёгкий поклон.

Деви́ почувствовал, как его лицо потихоньку заливается краской. Услышав смешок, раздавшийся из пасти Скаллена, он жестом приказал ему замолчать, потому что и сам с трудом сдерживался, прилагая титанические усилия, лишь бы не засмеяться! Хотя, видят боги, он и думать не мог о том, что роковое сравнение известной части тела с огромными пушками вынудит королеву к столь решительным действиям.

Слуга остановился у кабинета распорядителя дворцовой стражи. Приоткрыв двери, он заглянул внутрь и спросил, могут ли приглашённые гости войти – в ответ знакомый голос произнёс: «Пусть заходят!»

Деви́ вошёл в кабинет Ирвина Тримиила, ожидая увидеть его самого и Луи XII, однако король отсутствовал:

– Его величество задерживается, – объяснил распорядитель дворцовой охраны, пожимая руку и хлопая Деви́ по плечу. – А это – твое домашнее животное, о котором судачит половина города? – он посмотрел на Скаллена, взлетевшего повыше и благополучно усевшегося на книжном шкафу.

– Да, это мой друг, – подтвердил Деви́. – Думаю, ты прав – судачат именно о нём, о Скаллене!

– Ох ты, я становлюсь известным, – довольно проговорил Скаллен.

– Какой интересный зверь… похож на дракона! – произнёс капитан Тримиил, рассматривая маленького героя сплетен и слухов.

– Он и есть дракон, – Деви́ улыбнулся.

– Именно так, – произнёс Скаллен с самым важным видом, на какой только был способен.

На этот раз хозяин кабинета прибрался на столе. Более того, слуги… хотя какие к чёрту слуги! Скорее всего, он сам прибрался и в книжных шкафах – неужто Ирвин Тримиил доверит эту работу горничным, которые обязательно сунут любопытный нос в самые разные бумаги, лежавшие по соседству с книгами. Зеркальная плитка на полу блестела так, словно её уложили позавчера, а не три-четыре столетия назад. Кругом – ни пылинки! Если бы кабинет был живым, то про него можно было бы сказать, что он идеально подготовился к приходу короля.

Усевшись на массивный стул, Деви́ спросил:

– Как там дела? Я имею в виду, король простил меня?

– И да, и не совсем, – ответил Ирвин Тримиил. – Как ты это сделал? Если честно, я уже и не чаял увидеть тебя живым!

– Ты про голову дракона? О, так сразу и не расскажешь! Могу лишь сказать, что без Скаллена ничего бы ни вышло, – честно признался Деви́.

– Именно так, – заявил Скаллен, надувшись от гордости, – Я хоть и маленький, но, порой, чертовски полезный!

– Да не то слово, – подтвердил Деви́, и друзья рассмеялись, прекрасно понимая, о чём речь.

– Ну что ж, в любом случае я рад, – улыбаясь произнёс Ирвин Тримиил, усаживаясь за столом напротив Деви́. – Но за время твоего отсутствия в нашем королевстве кое-что произошло… – его лицо посерьёзнело, – … пожалуй, я могу рассказать тебе, пока его величество Луи XII не удостоил нас своим присутствием.

– Судя по твоему лицу, случилось что-то совершенно безрадостное? – предположил Деви́.

– Ещё бы. Принцессе преподнесли, как бы это сказать, перчатки с сюрпризом, от которого она могла бы умереть! Самое время рассказать тебе о мёртвой фрейлине…

Глава 14. Рассказ Ирвина Тримиила: перчатки с сюрпризом.

Три дня назад принцесса получила обновку от придворного парфюмера и галантерейщика. Возможно, ты о нём слышал – господин Лурье обслуживает короля и королевскую семью второй десяток лет. Настоящий мастер своего дела, который знает всё о духах, помадах, разных мелочах и прочих вещицах, завершающих образ, как принято говорить среди модников. Принцесса Элина осмотрела перчатки, однако не стала надевать их, пожелав оставить великолепную обновку до того дня, когда состоится бал в честь Дня рождения господина Мильтона – бессменного советника и министра, которому король доверил управление казной. До грандиозного праздника оставалось чуть меньше недели…

Думаю, ты знаешь, что у принцессы Элины есть с десяток фрейлин. Одна из них – глупышка по имени Лора, примерила перчатки, пока госпожа отлучилась из своих покоев. Эта дурочка знала, что лежит в футляре, который обшит шелком и украшен золотыми лентами! Лора пробралась в покои Элины, и примерила королевскую обновку. Больше глупышку никто не видел, по-крайней мере, живой. Позже её обнаружили фрейлины, завизжавшие на весь дворец. Разумеется, парни сразу прибежали узнать, кто так громко вопит и по какой, собственно, причине! Причина оказалась вполне достойной криков и воплей…

Поначалу все думали, будто Лора умерла то ли от сердечного приступа, то ли от радости, а может от апоплексического удара, да кто его знает! В конце концов, кого волнует жизнь какой-то там фрейлины, кроме принцессы… Элина утверждала, что Лора была здоровее быка и слаба только лишь умом, но никак не сердцем, и настаивала на осмотре тела в лаборатории Силинфа. Что ты глядишь на меня, как спасенная дева на храброго воина, который достал свой… клинок и требует благодарности? Забыл, как зовут придворного лекаря? Так вот, Силинф осмотрел тело, как полагается. На следующий день лекарь явился к королю сообщить архиважную новость: Лора умерла от редкого алкалоида – сильного яда растительного происхождения, который действует очень, очень быстро. Несколько мгновений и всё – наступает смерть!

Силинф обнаружил едва заметные ранки на нежных руках покойной Лоры. Пораскинув мозгами, он понял, что с перчатками явно что-то нечисто. Поделившись своими соображениями с нашим повелителем Луи XII, лекарь попросил разрешения изучить одну перчатку вдоль и поперёк. Для этого их пришлось разрезать. Видишь ли, каждая такая перчатка стоит целую кучу золотых витов, поэтому стоит хорошенько подумать, прежде чем портить столь дорогие вещицы, иначе потом будешь расплачиваться лет десять…

Его величество счёл доводы лекаря разумными и согласился. Одну перчатку Силинф распотрошил, разрезав вдоль самым острым скальпелем, какой только был под рукой. Оказалось, жемчужины, которыми инкрустированы перчатки, закреплены с помощью иголок. Ты, наверное, не знаком с такими тонкостями? Честно говоря, я тоже о них не знал, по-крайней мере, до недавнего времени. Один конец иглы намертво прикреплен к жемчужине особым клеем, которым пользуются галантерейщики, второй же остается как есть, правда, его обрезают и подгибают, чтобы благородная госпожа не исколола благородные ручки. В перчатках Элины иголки оставили, как есть, более того, их смазали ядом.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.