Лара Барох
Возрождающая земли

Глава 1

– Только не ты, девочка моя! Только не ты!

Тихий шепот и сдавленные старческие рыдания заставили Ольгу открыть глаза.

В свете свечи она смогла различить заросшее щетиной лицо пожилого мужчины. Неопрятные пряди волос спускались на плечи, усы и бороду он жевал беззубым ртом, глубокие морщины изрезали лицо старика.

– Вы кто? – пересилив сухость во рту, спросила Ольга.

– Агата! Слава Пресвятой Деве! – старик упал на грудь Ольге и разразился громкими рыданиями.

– Осторожнее с огнём! – Ольга сильно обеспокоилась, что зажжённая свеча в его трясущихся руках почти опрокинулась на неё. Что с ней происходит? Ольга судорожно возвращалась к последним воспоминаниям. Легла спать как обычно, обдумывая планы на следующий день. Сокрушаясь из-за босса-недотёпы и мечтала о лете, проведённом на любимой даче. А проснулась вот здесь.

Ольга осторожно огляделась – света свечи хватало только чтобы различить очертания бочек, сундуков, какого-то мусора. И среди всего этого сидит она, привалившись к стене, а на груди у неё рыдает старик, со свечой в руке.

– Позвольте, я подержу свечу. – И Ольга осторожно приняла подсвечник из сухих пальцев старика. Стало спокойнее, отчасти, огонь же под контролем. Но дальше то что?

– Извините, мне тяжело дышать, не могли бы вы отодвинуться? – Надо как-то расшевелить старика, и попить бы, и на горшок, не мешало бы… И, может, наконец удастся проснуться?

– Агата! Мы с тобой остались одни, твои братья погибли! – Да ладно, у Ольги один старший брат, счастливо женат и собирается выходить на пенсию. Перед сном она с ним болтала по телефону.

– А вы кто? Я совсем ничего не помню. – Ольга, как заядлая книгоманка, знала, что в любой непонятной ситуации надо ссылаться на потерю памяти.

– Девочка моя, я твой отец! Может и хорошо, что ты ничего не помнишь… Враги, напали враги, Томас с Ральфом укрыли нас с тобой здесь, а сами пошли сражаться… – Старик уронил голову на грудь. – Варин, он успел доползти и открыть нас, а сам… – Старик посмотрел куда-то вбок, Ольга проследила за его взглядом и увидела, что из-за поворота стены пробивается лёгкий свет. Мозг почему-то проворачивался медленно. Налёт врагов, погибшие братья, старик-отец… Всё происходящее она воспринимала как дурной сон, а голове требовались ответы.

– Сейчас враги нас победили? – спросила она. – Или мы – их?

– Варин сказал, что они ушли. Это были его последние слова. – Старик снова посмотрел в сторону полоски света.

– Давайте я осторожно всё проверю, а вы дождётесь меня здесь. Я быстро! – Куда там? Старик вцепился в подол её платья так, что костяшки пальцев побелели:

– Не пущу!

– Тогда пойдёмте вместе.

– Агата! Так ведь я уже пятнадцать лет, как не хожу. – И он перевёл глаза на свои ноги. Ольга их рассмотрела и отметила, что, действительно, положение тела очень неестественное. Как будто старик полз, и тащил за собой тело.

– Как к вам обращаться? – наконец-то она решила познакомиться с «отцом».

– Барон Алан Саймон, ты – моя самая младшая дочь Агата, а сыновья… – Старик закрыл лицо руками и зарыдал.

– Барон Алан… – начала было Ольга, но старик её прервал:

– Отец. Ты всегда меня называла «отец».

– Отец, позвольте, я поищу подмогу. Мы не можем с вами здесь оставаться. – Он мотал головой и никак не отпускал подол платья.

– Отец! Опасность миновала, вы сами сказали. Вытащить вас сама я не смогу, поэтому пойду за подмогой. – Он наконец её услышал и расцепил скрученные пальцы.

– Если ты не вернешься, я умру! – Старик своеобразно пожелал Ольге удачи в дорогу. Она передала ему подсвечник, а сама, пинаясь обо все предметы, пошла на свет.

Подойдя ближе к проёму двери, увидела тело мужчины. Он лежал на животе, голова повёрнута набок, и в открытых глазах застыла вечность. Одет в какую-то широкую тунику, сверху овечий жилет, на ногах штаны, заправленные в сапоги. На спине растекалось чёрное пятно, и такая же лужица рядом с телом.

Обойти его было невозможно – тело загородило проход. Ольга никогда не ругалась, хотя сейчас и жалела об этом. Набрав в грудь побольше воздуха, прицелилась и, вступив на спину мужчины, быстро перепрыгнула наружу. Там она осмотрелась и поняла, что выбралась из какого-то подвала. Наверх вела лестница и, вцепившись в перила, Ольга начала подниматься. Наверху обнаружила снова дверь, толкнула её – и зажмурилась от ударившего в глаза света.

Немного подождав, пока глаза привыкнут, осторожно пошла вдоль стены каменного дома. Пахло костром, повсюду валялся мусор. Обогнув угол дома, Ольга закрыла рот руками. У крыльца лежало два тела. Она осторожно пошла к крыльцу и тут услышала окрик:

– Госпожа Агата! Вы как? – в распахнутые ворота на полном ходу влетел всадник. Одежда частично порвана и в крови. Светлые волосы собраны в хвост на затылке. Тонкие черты лица, светлые глаза, худощавого телосложения.

– Вы кто?

– Барон Стефан Коан. Госпожа Агата! Вы не узнали меня? Я ваш сосед, у меня поместье в получасе езды отсюда. – Он уже спешился и подходил к ней, держа под уздцы коня.

– Господин Стефан, я даже отца не помню, видимо из-за нападения потеряла память.

– Как вы пережили налёт? У меня половина людей убита или угнана в плен. Дома подожгли, скотина или похищена или разбежалась по лесам. – Он оглядел двор. – У вас то же самое. Это Томас и Ральф? – Он развернулся и пошёл в сторону лежащих у крыльца тел.

– Какой ужас! – добавил он, рассмотрев тела.

– Варин тоже убит, отец в подвале, но он не может ходить. – Ольга показала в ту сторону, откуда пришла.

– Сейчас найдём крестьян и поможем его поднять. Пойдёмте, осмотрим дом. – Сосед привязал коня к перилам крыльца и, осторожно обходя тела, зашёл в дом. Ольга старалась от него не отставать.

В доме царил хаос. Мебель порублена, на полу ковёр из мусора – разорванные куски ткани, разбитая глиняная посуда, столовые приборы, подсвечник, какие-то странные вонючие кучки.

– Эй! Есть кто живой? Я барон Стефан, со мной госпожа Агата! – закричал сосед на весь дом, и Ольга невольно вздрогнула от его крика. Но уже вскоре послышались осторожные шаги на лестнице.

– Госпожа Агата! Господин Стефан! Мы прятались на чердаке. – Навстречу спускались три женщины и хромой мужчина.

– Наверху тоже всё разгромлено? – Сосед осмотрел людей и начал задавать вопросы.

– Нет, господин, они не дошли, или им помешали, разгромили только первый этаж.

– Здесь всё убрать! Найдите крестьян, чтобы перенести барона. Это сейчас главное. Затем будем хоронить убитых. – Сосед уверенно раздавал указания, а Ольга впервые облегчённо выдохнула. Его слова придавали ей сил и вселяли надежду.

Глава 2

Ольга для себя поняла, что она госпожа, а это слуги, потому что они резво закивали и бросились прибираться. Хромой мужчина пошёл на выход со двора.

– Госпожа Агата! Давайте выйдем во двор и там дождёмся крестьян! – Сосед жестом пригласил её на выход. Во дворе они обошли лежащие тела и встали так, чтобы их не видеть.

– Госпожа Агата! Главное, что мы живы. Сейчас потихоньку начнём восстанавливать хозяйства. Это не первое нападение. Жаль, конечно, что наши земли у самой границы. – Он немного помолчал и продолжил:

– У меня, Слава Пресвятой Деве, вся семья уцелела. А вот как ваш отец справится? Страшно подумать. Всё держалось на ваших братьях.

– Господин Стефан, а расскажите про наше хозяйство, ну до набега? Чем мы жили, сколько у нас земель и деревень?

Сосед как-то странно посмотрел, но все же рассказал:

– Ваша семья относится к крепкому середняку. Не особо богатая, но отличные хозяева. Земли у нас всех не то, чтобы плодородные, в основном озера и болота, но на тех участках, что пригодны для посадок, выращиваем все необходимое для своего пропитания и для скота. Ваше хозяйство славилось овцами! Нигде в королевстве не сыскать такой мягкой и шелковистой шерсти. Как будет сейчас – неизвестно. Возможно, Вас выдадут замуж или заключат помолвку с кем-то. Всё-таки для брака возраст ваш…

– А сколько мне лет?

Сосед только ухмыльнулся и ответил:

– Шестнадцать, госпожа Агата. Но мы северный народ, женщины созревают позже, поэтому до девятнадцати лет дочерей стараются не выдавать замуж.

– То есть отец может сейчас заключить для меня помолвку, а отдать замуж в девятнадцать лет?

– Может отдать в девятнадцать, а могут родители жениха потребовать, чтобы до свадьбы вы жили в их доме. Так тоже бывает.

– А у меня случайно нет жениха? – испуганно спросила Ольга.

– Нет, госпожа Агата. Вы поздний ребёнок. Ваша матушка скончалась, когда вас рожала, и отец в вас души не чаял. Вот братья ваши помолвлены. – Он обернулся, обвёл взглядом тела на земле и добавил:

– Были.

– Понятно. Значит мы с отцом одни остались?

Господин Стефан только утвердительно кивнул в ответ.

– А крестьян много у нас было до набега?

– Вокруг вашего поместья восемь деревень, в каждой по двадцать-тридцать дворов.

– Получается весьма большое хозяйство, и многочисленное притом.

– Да, госпожа Агата, только вот так было до набега, – и он тяжело вздохнул.

– А мы с вами дружим? Ну, по-соседски.

– Да, дружили ещё наши родители и во всём друг друга поддерживали. Томас и Ральф помолвлены с моими сёстрами. Были.

Ольга закрыла руками рот от неожиданной новости.

Тем временем в ворота заходили мужчины. Одеты добротно, но как будто одежду шили в одном месте. Мешковатые подпоясанные туники, штаны, и деревянные (!) башмаки с загнутыми носами. Увидев тела у крыльца, мужчины остановились и переминались с ноги на ногу, не решаясь двинуться дальше.

– Вы меня знаете? – обратился сосед к ним. В ответ те спешно закивали.

– Значит так! – начал командовать сосед. – После набега выжили только старый барон Алан и его дочь Агата. Вам надо помочь перенести барона из подвала в его покои. Затем отнести тела его убитых сыновей в склеп. Туда я позову храмовника, когда его найду. Пока всё.

Крестьяне начали медленно идти по направлению к подвалу.

– Госпожа Агата, я останусь ещё на какое-то время. Помочь здесь…

– Это лучшее, что я услышала с момента набега, – Ольга вначале выпалила слова, а потом внезапно смутилась. – Я имела ввиду, что ваша помощь – это лучшее за сегодня.

Он только махнул рукой – дескать, да понял я.

– Так! Найдите и приведите сюда уцелевших старост! – Во двор зашли мальчишки, лет по восемь-десять. И сосед раздавал приказы уже им.

– Мы вот что, – обратился он к Ольге, – сейчас надо разместить людей на ночлег. С утра пусть все отправляются на поиски разбежавшихся скотины. Или уже сегодня? – он почесал затылок. – Сирот разберут соседи к себе, немощных стариков тоже. Только вот как быть с запасами еды? Новые-то не собрали, и, видимо, не соберём. А старые подходят к концу.

– А какое сейчас время года?

– Середина лета.

Ничего себе, поёжилась Ольга. Что так холодно-то? По ощущениям, градусов десять-пятнадцать максимум…

– Про еду, – вспомнила она. – Я видела в подвале какие-то бочки, мешки и прочее. Нам с отцом много не надо, я распоряжусь, чтобы какие-то запасы раздали людям. Через старост это делать, да?

Сосед немного подумал, но всё же кивнул ей:

– Да, пожалуй, я завтра постараюсь тоже послать вам что-нибудь.

Тем временем из-за угла дома показались люди. Один из мужиков нёс на руках старика – барона. При виде Ольги он впервые улыбнулся. Поистине, она – его солнце и свет.

– Сосед, приветствую! – Тут же переведя взгляд на Стефана, сказал он.

– Господин Алан! Я примчался помочь, правда, поздно…

– Вовсе не поздно – был бы сейчас мёртв, как мои, как мои… – И старик горько зарыдал.

– Господин Алан, мы с Агатой сейчас поднимемся к Вам, я тут немного начал хозяйничать, сейчас все расскажу…

Ольге показалось, что сосед отчаянно хочет отвлечь старика от тяжёлых мыслей. Только вот как отвлечь, если тому придётся хоронить собственных детей?

Другие мужики вытащили тело, загораживающее вход в подвал, и положили его рядом с остальными двумя, у крыльца.

– Переодеть бы их, господин, и обмыть, – переминаясь, напомнил один из них.

– Да, да, конечно. Спросите их одежду у служанок, и сделайте как надо… – господину Стефану тяжело было смотреть на лежащие тела. Он невольно отвернулся и растёр лицо руками. «Почему все трое?» – пробормотал он, потом тяжело выдохнул и остался стоять на месте.

– Сейчас устроят барона, надо будет с ними поговорить про все случившееся, – сказал он. – Вам бы надо найти управляющего сейчас. Раньше братья всем занимались, а сейчас… Хозяйство, конечно, уменьшилось, но без присмотра его никак нельзя оставлять.

Глава 3

Ольга тяжело вздохнула, и в голове у неё начал формироваться план. Но вначале нужно было переговорить с отцом и заручиться его поддержкой.

– Госпожа Агата, господин Стефан! Прошу к столу! – донеслось с крыльца дома, и Ольга почувствовала, что сильно голодна. И да, надо привыкать к новой действительности, а начнёт она это делать с самого простого – с имени. Итак, она сейчас – Агата!

Они прошли внутрь, одна из служанок покосилась на Агату:

– Госпожа, вам бы переодеться. – Агата опустилась глаза и увидела, что платье на ней частично разорвано, в грязи и чьей-то крови, судя по бурым пятнам.

– Проводите меня ко мне, – скомандовала она. Служанка безропотно кивнула и повела по лестнице на второй этаж. Лестница привела их в холл, из которого направо и налево вели коридоры. Служанка повернула направо и, миновав одну дверь, остановилась у второй.

– Я на горшок хочу, – воспользовалась моментом Агата.

– Ваза у вас в покоях, – Служанка старательно прятала заплаканные глаза – горе объединило всех.

– Покажите мне, пожалуйста, я в связи с нападением вообще ничего не помню, перепугалась до смерти, – обратилась Агата.

Служанка распахнула дверь и пропустила вперёд Агату, а сама зашла следом.

Покои Агаты располагались анфиладой комнат. Вначале было нечто, напоминающее приёмную, с квадратным резным столиком из дерева и двумя изящными стульями. Пол и стены были увешаны шкурами разных мастей, но размерами больше роста Агаты и с густой, длинной шерстью.

Вторая комната оказалась спальней. Посередине была огромная резная кровать с бордовым балдахином, у левой стены – камин с лепниной, у правой – крошечный столик. На противоположной от входа стены – стрельчатое окно.

– Ваша ночная ваза, госпожа, – служанка показала на пузатый низкий кувшин с широким горлом, стоявший у окна. – Давайте я подожду там, – она показала на двери, – а затем помогу вам переодеться.

Агата утвердительно кивнула, и еле дождалась, когда служанка выйдет.

Уже потом заглянула ещё в одну комнату. Там у стены стояла обувь – добротные сапоги высотой примерно до колена, другие, покороче, и несколько пар ботинок. Всю обувь объединяло одно – массивная подошва.

Но внимание Агаты привлекло небольшое мутное зеркало, лежащее на столе. Она осторожно его взяла в руки и впервые взглянула на свою новую внешность. Первое, что бросалось в глаза – копна роскошных рыжих волос и белоснежная тонкая кожа. Глаза огромные, серые, с поволокой, густые ресницы и такие же брови. Слегка вздёрнутый носик и пухлые алые губы. Да, такую красоту опасно показывать чужим.

Агата отложила зеркало и пошла рыться по сундукам, их аж пять штук стояло у стены. В первом – все из меха, накидки, варежки и просто шкуры. Во втором – атласные ленты, кружевные воротнички, какие-то платки или накидки всех цветов и размеров. Очень яркий и богатый набор. Судя по всему, на неё не жалели денег.

Следующий сундук – носки, гольфы, чулки, в основном белого цвета из шелковистой шерсти. Агата даже по щеке ими провела – чистый шёлк. Здесь же лежала гора чепчиков, все белоснежные и отделанные кружевами. И в завершении она нашла белые длинные сорочки с цветной вышивкой по вороту. Ну и в последних двух сундуках – платья. Агата выбрала одно, приглушённого синего цвета, и позвала служанку.

Та помогла ей переодеть верхнее платье, но нижняя рубашка оказалась в крови, и её тоже переодели. В заключении служанка переплела Агату и нацепила на голову уродливый огромный чепец, который скрывал всю красоту волос.

– А без него нельзя?

– Что вы, госпожа должна прятать свои волосы от посторонних глаз, – тоном учителя произнесла служанка.

– Вот, сейчас хорошо. Пойдёмте вниз, госпожа, – и служанка пошла первой на выход.

Внизу она показала на распахнутые двери, за ними находилась огромная зала. Главным украшением в центре красовался большой стол с массивными резными ножками. В центре стояли два изящных витых подсвечника, по четыре свечи в каждом. К столу прилагались такие же массивные стулья. Но странным оказалось то, что ближайшие три были повёрнуты от стола.

Проследив её взгляд, господин Стефан пояснил:

– Это места ваших братьев, их нельзя занимать в течение всего отведённого времени траура.

– Понятно, а скоро это?

– Год, но барон может продлить этот срок по своему усмотрению.

Агата кивнула и продолжила осмотр залы. С одной стороны стола – огромный камин. По ширине метра четыре, наверное, а по высоте… ну, если склонить голову, то она сама там поместится. С другой стороны от стола – четыре стрельчатых окна. Повсюду на полу разбросаны шкуры, стены тоже богато ими украшены.

– Странно, что эту залу не разгромили при нападении, – вслух удивилась Агата.

– Не смогли сломать закрытые на замок двери, их ваши братья лично строили. – Господин Стефан тяжело вздохнул при упоминании братьев.

– Очень непривычно здесь стало, обычно Варин, Томас и Ральф громогласно разговаривали или спорили и подшучивали друг над другом. А сейчас тишина. Я никогда такой тишины в вашем доме не слышал. – Сосед закрыл лицо руками и замолчал.

Служанка в полной тишине накрывала на стол и тихонько шмыгала носом. На глиняных тарелках лежал сыр нескольких сортов, на другой – окорок, безжалостно порубленный огромными кусками. На отдельной тарелке головки лука, тоже порубленные на четыре части, и на отдельной – белый хлеб. В завершение служанка принесла кувшин и два глиняных бокала.

Господин Стефан разлил мутную жидкость по бокалам, и Агата с жадностью проложила к своему. Выпила половину, когда до неё дошёл вкус – жидкое разбавленное пиво. Жаль, конечно, что не чай или кофе, но жажду утоляет, и на том спасибо. И она приступила к еде. Вначале сыр! Она всегда была сыроежкой. Вот предложи ей любое блюдо мира в обмен на кусочек сыра – и она выберет сыр. А здесь он был необычайно ароматный. Агата складывала небольшие кусочки в рот и наслаждалась волной вкуса. Как можно не любить сыр?

До окорока и лука дело так и не дошло, потому что господин Стефан посмотрел на то, как она ест, и пододвинул всю тарелку с сыром к ней поближе. А сам подтянул кусок окорока и лук. Он откусывал попеременно то и другое, и по виду тоже был счастлив. Агату, конечно, немного коробило, что ели они руками, причём грязными, но она заставила себя не думать об этом.

Глава 4

Вскоре служанка сообщила, что пришли старосты уцелевших деревень и ждут приказов. Господин Стефан обтёр губы рукавом и поднялся, Агата поднялась следом.

Возле крыльца, переминаясь с ноги на ногу, стояли трое мужчин. Они тихонько что-то обсуждали и сокрушённо качали головами.

– Здравствуйте старосты! Я барон Стефан Коан из соседнего поместья. Приехал помочь барону Алану. Он потерял трёх сыновей в этот набег. – Он тяжело вздохнул, а старосты переглянулись.

– Расскажите, что с хозяйством барона? Я позже передам ему.

– Господин! Две деревни сожжены дотла, люди попрятались или их угнали в плен. Убитых много. Часть урожаев, конечно, вытоптали, но что-то удастся собрать, мы уже посмотрели. Скотина разбежалась по лесам, и часть угнана врагами. – Говорящий мужик задумчиво посмотрел на небо и продолжил:

– До ночи ещё есть время, мы отправили людей искать скотину, и продолжим завтра. Самое плохое – дома почти все сожгли, если с десяток пригодных наберётся – уже радость. Людям даже ночь провести негде, а там дети и старики.

Агата здраво оценила риски и, поспешно удаляясь, бросила:

– Я сейчас вернусь, – а сама почти бегом вернулась в дом. Там она попросила провести её к отцу. Его покои находились на втором этаже, рядом с её. Она распахнула дверь и с порога начала расспрашивать:

– Отец, вас покормили? Как вы?

Тот лишь махнул рукой ей в ответ. Она подошла, села к нему на кровать и взяла его узловатые руки в свои:

– Отец, я зайду позже, а сейчас я пришла спросить вот о чем. Пришли старосты и рассказали, что все хозяйство уцелело, но дома крестьян сожжены. Так вот, можно ли просить вашего разрешения, чтобы поселить детей и стариков на время в нашем подвале? Ну не спать же им под открытым небом?

Старик внимательно её слушал и ей показалось, что на долю секунды из его взгляда ушла боль. Когда она замолчала, он неожиданно ответил:

– Нам с тобой придётся самим пока справляться. Поэтому людей рассели по-доброму. Скажи, что я разрешаю рубить лес в своих лесах на постройку домов, также разрешаю охоту на дикого зверя, но с умом. И рыбу в прудах разрешаю ловить.

– Отец! – неожиданно для себя Агата обняла старика и прижалась к его груди щекой. – Я побегу, передам им новости? А потом вернусь!

Она покрепче сжала его руку, и, дождавшись разрешения, выбежала. А на крыльце с ходу передала его распоряжения.

– Только вот в набег я сильно перепугалась, и потеряла память, – добавила она. – Я вообще не помню ничего, поэтому могу только показать подвал, где мы с отцом укрылись, а остальное…

– Госпожа Агата, спасибо вам. Пресвятая Дева хороших хозяев нам послала. За один лес впору ноги барону целовать! – Старосты низко поклонились Агате. – Мы сейчас соберём самых мáлых да самых немощных и разместим в подвале, а что убрать там надо, мы сделаем тихонько. Была бы крыша над головой. – С этим они вновь поклонились и пошли со двора.

– Господин Стефан, пойдёмте к отцу, пожалуйста. Мне надо бы обсудить с ним кое-что. – Агата повела соседа в дом. В голове у неё сформировался план, но нужно было кое-что уточнить.

В покоях барона она пододвинула стул для господина Стефана поближе к кровати, а сама села на кровать и взяла руку отца в свои:

– Господин Алан! Приходили старосты, правда, их осталось только трое. Новости, конечно, печальные, но они полны надежды. – И сосед пересказал разговор со старостами.

– Да-да, – ответил старик.

– Вам бы управляющего найти, за хозяйством пригляд нужен, хотя вы и без меня это знаете. Могу для вас поискать кого-нибудь, если вы позволите.

– Поищи, и чем скорее, тем лучше. Сам понимаешь…

Оба тяжело вздохнули. А Агата подпрыгивала на месте от нетерпения.

– Что, дочка? – наконец обратился к ней старик.

– Отец! Позвольте мне заняться хозяйством. Со старостами я договорюсь, они хорошие работники, а дальше потихоньку все восстановим. – Агата смотрела на отца, а тот опять переменился в лице. Печальное выражение лица сменилось на задумчивое, потом он закряхтел и ответил:

– Агата, доченька! Ты же девушка, ну кто будет тебя слушать? И, кроме того, после набегов на дорогах появляются банды грабителей. Как ты будешь по деревням ездить? Да я с ума сойду, переживая за тебя. Нет, мы лучше тебе жениха подыщем. Может быть, он хозяйство и подхватит…

Ну вот, подумала Агата. Всё так и получилось, как рассказывал сосед. Замуж её отдадут.

– Отец! – взволновалась она. – Так ведь я мала для брака. А если родители жениха затребуют, чтобы я к ним переехала? Вы один останетесь? Дайте мне время, два года. А потом уже можно и жениха поискать. Пожалуйста! – привела веский аргумент Агата и приготовилась к длительному торгу за свою свободу.

– Эх, – тяжело вздохнул старик. – Жалею, что не успел договориться о вашей помолвке. – Он посмотрел попеременно на Агату и господина Стефана.

– Господин Алан, вы ведь знаете, что это было решение отца. Он сказал, что нужно не только с Саймонами родниться, но и другими соседями тоже. А оно вот как вышло…

Оказывается, сосед женат. Как обидно, он вон первый, и по ходу единственный, примчался на помощь, а это о многом свидетельствует. Да и внешне очень даже хорош собой – тонкая кость, аристократическое лицо, прямой нос и волевой подбородок. Но, не стоит любоваться чужим мужем.

– Агата! Я, пожалуй, соглашусь отложить твою помолвку, но управляющего буду искать. А до его приезда управлять всем будем мы с тобой, – хлопнув по кровати ладошкой, заключил старик. И Агата на радостях его крепко обняла.

– Спасибо, отец, спасибо!

– Стефан, спасибо тебе за помощь, – добавил старик. – Отправляйся домой, тебе ещё своим надо горе донести… Агата! Ты иди и давай распоряжения, чтобы людей покормили и устроили. Разрешаю взять что-нибудь из дома. И вот ещё что. Я разрешил в своё время Старой Марте поселиться в лесу. Она травница, что бы про неё ни говорили. Узнай, уцелела ли она, и если жива – пусть придёт ко мне, разговор к ней есть.

Агата недоуменно посмотрела на отца – что за тайны он хранит? Потом переглянулась с соседом, а тот лишь пожал плечами.

– Конечно, отец, я всё сделаю, а перед сном снова приду, – сказала она.

Они ещё немного посидели с бароном и, поднявшись, вышли.

Уже отвязывая своего коня, господин Стефан сказал:

– Это правильно, что вы сами хотите управлять хозяйством. Только вот барон прав – сложное это занятие для молодой девушки, и небезопасное.

Странно прозвучали его слова, но Агата решила, что позже всё обдумает. А пока она поблагодарила соседа, и он уехал. И вмиг она почувствовала одиночество и пустоту вокруг.

Глава 5

Стефан ехал домой и обдумывал всё, что сегодня увидел. Смерть сыновей барона – тяжёлая утрата для всех, но внутри зудела какая-то мысль, которую он никак не мог ухватить, и она почему-то беспокоила его гораздо больше. Он даже притормозил в одной из деревень и спешился, пытаясь понять суть своего беспокойства, но, увы…

И только подъезжая к своему поместью, он, наконец, понял – Агата! Вот что не давало ему покоя. В свои двадцать два он смутно, но помнил, как она появилась на свет, и какое горе принесла вместе с рождением. В связи с потерей жены всю свою любовь барон перенёс на неё. Она была обласкана и избалованна всеми, включая старших братьев.

Девочка росла капризным ребёнком. Стоило ей только захотеть – и любой её каприз немедленно исполнялся. Стефан не сказал барону, но именно балованный характер Агаты оттолкнул его от женитьбы с ней. Он и сейчас помнил тот разговор с отцом, когда отказался брать её в жены.

А сегодня он увидел совсем другую девушку. Ничего не осталось от того испорченного ребёнка. Перед ним предстала спокойная и рассудительная хозяйка поместья. Он никак не мог предположить, что такие перемены возможны, но сегодня он убедился во всём своими глазами. Очень, очень неоднозначные впечатления остались от поездки к соседу.

Агата же решила осмотреть дом. Это было роскошное поместье в форме подковы. Три этажа серого камня. Вытянутые стрельчатые окна, изящные фестоны на фасаде – во всём читалось мощь, богатство и вкус.

Двор был огорожен стеной из такого же серого камня, высотой примерно по пояс Агате. Вдоль забора высажены невысокие и корявые сосны, но они очень оживляли внешний вид поместья. Агата обошла дом – внутри уютный дворик с такими же соснами. Внутри двора больше никаких построек не было, не считая колодца с торца дома.

Пока Агата гуляла, во дворе начали собираться люди, чумазые, заплаканные и плохо одетые. Кто-то вообще стоял босиком. Окинув взглядом толпу детей и стариков, Агата прикинула, что здесь человек тридцать. Она ранее давала распоряжения на кухне, чтобы людям сварили кашу. Сейчас предстояло всех накормить и разместить. А где кормить-то? Не в хозяйскую же столовую их вести?

– Здравствуйте! Меня зовут Агата! Я дочь барона. Сейчас вас покормят и разместят на ночлег. Только вот столы и лавки мы не успели сколотить, поэтому есть придётся стоя, или вот – проходите, садитесь на крыльцо. – Агата показала на ступени, а сама направилась на кухню. Там уже всё было готово – огромный чан горячей каши с корешками и горстью окорока. Серый, но ещё горячий хлеб и чан с травяным взваром.

Посуды на всех не хватило, поэтому люди ели втроём и даже вчетвером из одной глиняной тарелки. Кухарка стояла тут же и уже не вытирала слезы – они ручьями стекали по её щекам. Она очень надеялась увидеть здесь своих родных, но увы. При этом зорко следила, и, подходя, к людям с опустевшими тарелками предлагала добавки. Рассуждала так – от хозяев не убудет, а эти несчастные пусть хоть один раз в день досыта наедятся.

Потом всем показали, где они будут ночевать. Весь скарб помогли стащить в один угол подвала, натаскали на пол соломы, и люди стали укладываться прямо на ней. Агата внимательно осмотрела всё это и метнулась к служанкам:

– Где можно взять тёплые ткани людям или шкуры? Может быть, у нас хранятся где-то запасы?

Служанка как-то странно посмотрела на Агату, но повела на третий этаж. Там одна из зал использовалась в качестве кладовой. За окнами смеркалось, и Агата погнала служанку за свечой, а сама принялась осматриваться в полутьме. Вся зала была уставлена сундуками разных размеров, Агата открыла первый попавшийся – шкуры до самого верха. Второй, третий – все забито шкурами.

К моменту возвращения служанки Агата совсем растерялась. Зачем столько шкур-то хранить? Они же портятся! С этим вопросом она и обратилась к служанке.

– Госпожа! Ваши… братья, они ведь заядлые охотники… – Она шмыгала носом и говорила, запинаясь. – Вот и хранили здесь свои трофеи.

– Понятно! Бери, сколько можешь унести, и потащили к людям.

– Госпожа Агата! Так нельзя, это хозяйское!

Да что ты будешь делать?! Агата бросила тяжеленную шкуру и выпрямилась в форме самовара – руки в боки.

– Я здесь кто? – спросила она.

– Ххоззяйкка, – заикаясь, ответила служанка.

– Шкуры чьи?

– Ваших братьев.

– Нет! Нет больше моих братьев! Шкуры – мои! И я могу как угодно ими распоряжаться, понятно?! – Агата вначале накричала, а потом, когда увидела, как девушка испуганно отшатнулась и зарыдала – притихла. Понятно, что стресс и усталость взяли верх, но нельзя же срываться на слабых…

– Как тебя зовут?

– Колетт, госпожа.

– Колетт! С этого дня все в нашем доме поменялось. Я сейчас здесь хозяйка, и я буду распоряжаться своим добром, как захочу. Это понятно? – Агата говорила уже спокойно, но твёрдо. Надо раз и навсегда показать, кто сейчас здесь главный – ну после барона, конечно. В ответ служанка только часто-часто кивала головой.

– А сейчас бери шкуры, и понесли людям. Да, и мои слова передай всей прислуге, чтобы я не повторялась.

Агата выбрала одну большую шкуру, сложила её пополам и свернула в рулон. Так было удобнее нести. А потом осторожно пошла на выход. Надо позвать подмогу, а то она, пожалуй, надорвётся с этими шкурами. Медленно, с остановками, но всё же дотащила свою ношу в подвал, а потом перепоручила служанкам принести ещё шкур.

Постояла у крыльца, шумно вдыхая воздух ноздрями, и пошла к барону. Постучала в дверь и уверенно вошла внутрь. Служанка, которая прислуживала барону, поклонилась Агате и вышла. А Агата сказала:

– Отец! Ночь надвигается. Крестьян накормили и разместили в подвале. Я приказала раздать им шкуры, которые братья хранили наверху. Потом постираем и сложим обратно.

Агата смотрела в лицо отца. Пожалуй, он изменился. В подвале на неё смотрел почти безумный старик, а сейчас… Взгляд ясный и внимательный, никакого беспокойства и суеты в жестах. Старый, умудрённый опытом тигр внимательно наблюдает за ней.

– Ты все сделала правильно. Память вернулась к тебе? – В ответ Агата отрицательно помотала головой.

– Ну ничего, так бывает… Испугалась, девочка моя… Не переживай, память, пусть не сразу, но обязательно вернётся. А если и нет – ну ничего не поделаешь. Значит, Пресвятая Дева так тебя защитила. – Агата обняла старика и погладила его сморщенную руку. Да, совершенно чужой ей человек, но любит её и заботится. А ещё что-то подсказывало ей, что погибни она – он долго не проживёт.

Полежав ещё возле отца, она, наконец, поднялась.

– Пойду я, с ног совсем валюсь. А завтра, как проснусь, сразу же прибегу. – И она поцеловала отца в заросшую щеку.

– Иди, девочка моя, спи. Завтра будет другой день и жизнь продолжается. – Он наконец-то отпустил её пальцы из своей руки, и она пошла к себе в покои. Силы как-то разом её покинули. Хотелось лечь и провалиться в сон.

Глава 6

После ухода дочери барон вновь вспомнил весь день. Утром заходили сыновья и подтрунивали над младшим, который косулю на охоте упустил. А через некоторое время начался УЖАС. Томас с Ральфом укрыли его и Агату в подвале, а сами бросились на врага, попутно смеясь, что, может, сегодня Варину повезёт, и он не промахнётся.

А потом Варин распахнул дверь и сквозь хрипы произнёс:

– Отбились, отец! – И замолчал навсегда. Никогда, даже в самых страшных своих снах Алан не мог предположить такого исхода.

Но определённо, что-то случилось с Агатой. Иначе как объяснить потерю памяти и такие разительные перемены в её поведении? Именно за этим он попросил привести к нему Старую Марту, чтобы посмотрела на Агату и нашла всему объяснение. Не зря же много лет назад он укрыл её от преследования храмовников на своей земле. У неё особый дар, за него и преследовали. Осталось только дождаться, когда её найдут. Если, конечно, найдут.

Агата ни о чем таком не подозревала и стягивала с себя платье, смутно надеясь поскорее уснуть и вернуться в свою прежнюю жизнь. Дочь выросла и живёт своей жизнью, замужем, но с детьми не спешат. А вот ретривера завели по взаимному согласию. Если она расскажет Полине про свои приключения в средневековье, дочь будет смеяться до конца дней и, конечно, ни за что не поверит матери.

В надежде на лучшее Агата провалилась в сон, но не случилось, и утром она проснулась той же молодой барышней в средневековом поместье.

Ну раз так, то надо подниматься и начинать спасать этот мир. Иначе зачем её сюда переместили? Агата сладко потянулась, разгоняя остатки сна, и пошлëпала на горшок. Потом она натянула вчерашнее платье, вот только завязать его не смогла. Ну кто придумал завязки на спине делать? Пришлось звать служанку на помощь.

Колетт пришла с небольшим тазиком и кувшином теплой воды. Затем помогла Агате умыться и завязала платье. Потом Агата пошла навестить отца.

– Как ты спала, девочка моя? – ласково приветствовал её барон.

– Спасибо, отец, вчера провалилась в сон, еле добравшись до кровати.

– А память? К тебе вернулась память?

– К сожалению, нет.

– Отдадим все на волю Пресвятой Девы, – совершенно спокойно произнёс барон. – Ты уже ела?

– Нет, отец, зашла вначале к вам.

– Давай позавтракаем вместе? Я попрошу сюда всё принести. А то я один, и ты сейчас одна…

– Конечно! Давайте вместе поедим! – воскликнула Агата.

Барон позвонил в колокольчик, что стоял на столе, возле его кровати и вскоре вошла служанка.

– Принеси нам сюда завтрак, – велел барон. – И узнай, покормили ли крестьян, что нашли приют у нас.

Служанка поклонилась и не проронив ни слова вышла.

– Отец! – заторопилась Агата. – Я вчера рассматривала наш дом, он очень красивый. А ещё я увидела, что вокруг него домики попроще. В них живут наши крестьяне?

– Да, девочка моя. Вокруг поместья до набега было восемь деревень. Эта – самая ближайшая. Крестьяне в ней выращивают овощи для нашего стола, ещё держат куриц на яйцо и коз с коровами. Они полностью нас кормят. А почему ты спрашиваешь?

Барон даже немного напрягся. Или Агате показалось?

– Позвольте, я сегодня пройдусь и познакомлюсь с жизнью этой деревни? – Агата понимала, что после нападения отец будет её особенно опекать и беречь. Но ей просто необходимо было познакомиться с укладом и бытом людей. Поэтому она постаралась быть ласковой и придать голосу просительные нотки.

– Не знаю, вообще то одной госпоже покидать дом не следует, да и мало ли… После набегов недобитые враги сбиваются в банды и нападают на путников.

Агата призадумалась. Опасения отца были весьма резонными.

– А если я возьму с собой служанку Колетт и несколько детей из подвала? К тому же мы не пойдём далеко. По улице туда и обратно.

– Ну какой прок от детей? Ты меня не слышала, что ли?

Барон как будто начал злиться, и Агата решила оставить эту тему. Она обязательно к ней вернётся, но после завтрака. К тому же служанка заносила тарелки с едой.

– Господин барон! Людей кормят, я спросила, – с порога отчиталась она.

На завтрак подавали сыр, нескольких сортов, листья зелени, отварные яйца, окорок и горячий пшеничный хлеб. Из кувшина служанка разлила по кружкам травяной взвар, и комната наполнилась новыми ароматами.

Агата разломила кусок хлеба вдоль, поместила в него сыр, прикрыла второй половинкой. Затем откусила и зажмурилась от захлестнувших её вкусов. Какое мясо?! Только горячий бутерброд с сыром! Взвар, правда, был без сахара и мёда, но к этому можно привыкнуть со временем.

После завтрака Агата попросила разрешения и забралась к барону на кровать с ногами. Гулять её не отпускают, одной в доме скучно – будет, значит, здесь сидеть, изучать местную жизнь.

– Отец, а когда овец стригут?

– Поздней весной, или в начале лета, а почему ты спрашиваешь? – Барон с удивлением посмотрел на дочь.

– А сейчас середина лета?

Барон кивнул в ответ.

– Значит, где-то хранится вся состриженная шерсть?

– Ох, Агата! Она хранилась в тех двух деревнях, что сожжены дотла. Думаю, что на ярмарку в этом году нам нечего будет нести.

– А овец стригут один раз в год?

– Наших – один. У нас особая порода была. Я склоняюсь к мысли, что набег был с целью заполучить наших особенных овец. Но ничего не доказать.

– Старосты сказали, что много скотины разбежалось по лесам. Может быть, отыщут и овечек?

– Я даже не сомневаюсь, что вернут пару десятков, – заверил барон.

Агата оживилась при этой новости.

– А сколько же тогда у нас овец было до набега?

– Полторы тысячи, не считая молодняка.

– Это же огромное стадо!

– Конечно. За нашей шерстью даже торговцы из других стран приезжали, да что сейчас об этом?…

– А сколько времени потребуется, чтобы возродить стадо?

– Наши овцы дают два приплода за полтора года. В каждом обычно три ягнёнка. Чтобы возродить стадо, надо лет десять, а то и больше. Да и к чему это сейчас? – Барон отвернулся и потёр глаза руками.

– Отец, а мы продавали стриженую шерсть, или же изделия из неё? – не отступала Агата.

– Просто шерсть, стригли, связывали в тюки и продавали… А ты к чему все расспросы ведёшь?

– А если нам обучить женщин прясть, и продавать уже нитки для вязания, или вовсе вязаные вещи? За них ведь должны больше платить? И тогда не нужно такое огромное стадо?

Отец даже приподнялся на руках, услышав эти слова от Агаты. Он надеялся, что всё ей объяснил, а нет, она продолжает обдумывать дела хозяйства.

– Девочка моя, да зачем нам это сейчас? Приданое у тебя есть, и на мой век хватит денег, а потом… – он только махнул рукой, – будь что будет.

Глава 7

Вскоре дверь распахнулась, и вошла служанка.

– Господин барон, к вам пришла Старая Марта, говорит, что её звали.

Барон оживился от слов служанки и велел немедленно проводить к нему женщину. Служанка, поклонившись, ушла, а спустя короткое время дверь открылась, и в проёме показалась сгорбленная маленькая фигура – вся в чёрном и с клюкой.

Старуха подошла ближе, и Агата смогла её получше разглядеть. Она была закутана в чёрный платок, глаза внимательно смотрели то на Агату, то на барона. Лицо изъедено глубокими морщинами. На незнакомке было чёрное платье, а сверху накинут чёрный плащ, стянутый шнурком у горла. На ногах – массивные ботинки, и тоже чёрные.

Барон позвонил в колокольчик, и, когда пришла служанка, сказал:

– Принесите еду для Старой Марты, а нам – взвар.

– Агата, – обратился он к дочери. – Это травница, Старая Марта, она живёт на наших землях, я разрешил.

Старуха присела на стул рядом с кроватью барона и внимательно уставилась на Агату.

– Здравствуйте, Старая Марта! – поприветствовала её девушка. Она так и сидела на кровати рядом с бароном.

– Алан! – заговорила Старая Марта. – Твои сыновья радуются и пируют за столом у Пресвятой Девы! Они исполнили свой долг, защитили семью и не посрамили свой род. За это их ожидает большая награда – они пойдут на перерождение без осуждения своих поступков. Они счастливы, и ты не горюй!

Агата потеряла дар речи и широко открытыми глазами смотрела на старуху.

Принесли еду, взвар и стаканы. Пока старуха ела, никто не разговаривал.

Старая Марта внимательно разглядывала Агату внутренним зрением. Этот дар перешёл к ней от матери, а той от своей матери. Напротив себя Старая Марта видела нечто необычное. Как будто тело Агаты, а душа другого человека. Такие случаи не редкость, но об этом никто не говорит, а Старая Марта с такими уже встречалась. Видела она и силу, поселившуюся внутри Агаты, и знания. Просмотрев девушку внимательно, она убедилась, что та никогда не причинит вред Алану, будет до последнего вздоха рядом с ним и подарит ему много счастливых моментов.

– Сходи-ка, девонька, погуляй, нам с Аланом вдвоём поговорить надо, – велела старуха.

Агата заволновалась при этих словах. Что скажет колдунья отцу? Может, она почувствовала чужого человека в теле Агаты? Но послушно слезла с кровати отца, обулась и вышла, плотно прикрыв за собой дверь.

– Алан! Память к твоей дочери никогда не вернётся, – начала свой рассказ старуха. – Она станет светом и радостью этих земель. Сколь бы ты её ни оберегал – против воли Пресвятой Девы ты бессилен. И да, она заговорённая, с ней ничего страшного не случится. Ты ещё её детей застанешь, старый пень. – Старуха замолчала и только вытерла капельки пота со лба.

Алан молчал и пытался прочитать что-то недосказанное в глазах старухи, но в них не было ни лукавства, ни обмана. Да и не могла она отплатить ему злом за добро.

– Что смотришь? Больше я ничего не вижу, – как будто прочитала его мысли старуха.

– Спасибо тебе. Может, останешься жить у меня? Как ты одна-то, в лесу?

– Негоже у гроба менять свою жизнь, но я буду приходить к тебе. На вот травки. – Она вытащила откуда-то из-за пазухи мешочек и положила возле руки Алана. – На ноги ты никогда не встанешь, но травки мои пей. Пусть заваривают по щепотке на кружку воды, и утром, до завтрака, пей. Один раз. А сейчас мне пора, не у тебя одного горе.

Старуха поднялась и оперлась на клюку.

– Что тебе дать с собой? – спросил барон. – Золото, хлеб?

– Ты людей приютил и кормишь – считай, расплатился со мной.

Травница повернулась и вышла.

После её ухода Алан ещё раз обдумал слова Старой Марты и наконец-то успокоился. Сыновья… Их уже не вернуть. А вот его крошка Агата… Да, он получил даже больше ответов, чем ожидал.

В холле стояла Агата, и увидев старуху, выходящую от барона, невольно вздрогнула.

– Пойдём–ка, Агата, или кто ты там есть, – заговорила старуха. – Поговорить нам надо.

Сердце Агаты пропустило удар и ухнуло куда-то вниз. Ничего иного не придумав, девушка пригласила старуху в свои покои.

– Меня не бойся, – начала разговор Старая Марта. – Я вижу, что внутри Агаты поселилась другая жизнь. Но также я вижу, что ты добрая и не причинишь зла Алану, а это главное. Я ничего не сказала ему, не надо его тревожить. И твою тайну сохраню, а взамен… – Старуха цепким взглядом впилась в Агату, и отступившая было тревога вернулась с утроенной силой. – Ты дашь мне умереть!

– Как это? – Всего ожидала Агата, но не такого.

– Я колдунья, и не могу покинуть этот мир, не передав свой дар. Детей у меня нет, поэтому я выбрала тебя – а ты свой дар передашь дочери, которую назовёшь Бланш. Я сказала Алану, чтобы не останавливал тебя ни в чем. Ты возродишь эти земли и принесёшь им радость и свет. Делай, что задумала.

Старуха замолчала, а Агата не могла справиться с нахлынувшей на неё волной эмоций.

– А что это за дар? – спросила она.

– Видеть людей! Их жизнь и поступки, как в прошлом, так и грядущие. Это нелегко, но ты справишься.

– А если… если я откажусь от вашего дара?

– Ха-ха-ха, – сухо рассмеялась старуха, потом закашлялась и, отдышавшись, продолжила:

– Кто мы против воли неведомых сил? Думаешь, я выбрала тебя? Нет, мне на тебя указали. Ты, наверное, думаешь, что сможешь перехитрить судьбу и назвать дочь как-то иначе? Не выйдет! Только Бланш, что бы ты ни делала!

– Хорошо, я согласна.

– Не ошиблась я в тебе – толковая ты девка! Сейчас слушай. Мне надо закончить свои дела и подготовиться к уходу. Когда буду готова – приду за тобой и всё передам, а ты не горюй и не радуйся. Дар, конечно, тяжело в себе нести, но ты привыкнешь. У тебя как будто вторая голова появится. Ладно, засиделась я с тобой, пора мне… – Старуха поднялась, Агата последовала её примеру, а потом старуха неожиданно подошла и крепко обняла девушку.

– Никогда ничего не бойся! – Затем резко обернулась и вышла. От неожиданности Агата села обратно на стул.

Итак! Старуха пообещала, что у Агаты всё получится с хозяйством, и барон её не будет сдерживать – это самая лучшая новость. Но старуха увидела, что внутри Агата другой человек, правда, обещала молчать. Можно ли ей верить? Да какая разница, выбора у Агаты всё равно нет.

Теперь дар. Что Агата про это знает? Ни-че-го, кроме того, что рассказала старуха. Отказаться она не может, поэтому не надо сотрясать воздух, а только выдохнуть и принять всё как данность. А ещё она решила никому никогда не рассказывать про свой дар. Знают двое – знают все. Если отец дал защиту колдунье, значит, в этом мире существует преследование за такой дар. Поэтому не надо создавать себе дополнительных проблем.

Глава 8

Обдумав своё положение, Агата поправила платье и чепец, а затем направилась к барону.

– Где была? Что видела? – с порога начал расспрашивать старик.

– Отец! Что я увижу-то кроме стен дома? И то изнутри!

– Ладно, ладно. Я подумал тут… Ты вроде давеча погулять по деревне хотела? – спросил он с хитрым прищуром.

– Да, а можно?

– Возьми с собой Колетт, и кого ты там хотела? Но дальше деревни не ходи, в лес не суйся, а увидишь чужаков – беги домой!

Агата радостно кивала на каждое его слово. Она на все была согласна, лишь бы не сидеть в четырёх стенах.

– И распорядись, чтобы завтра собрали старост уцелевших деревень, – добавил барон.

– Хорошо отец. Вам что-то нужно? Может, принести чего?

– У меня все есть, иди уже, но к обеду возвращайся.

Агата на радостях обняла отца и умчалась. А он только глубоко вздохнул. Что поделать, против воли Пресвятой Девы он бессилен.

Первым делом Агата забежала на кухню и спросила, все ли устроены и накормлены. Кухарка обернулась на её голос и низко поклонилась.

– Спасибо госпожа, все накормлены и пристроены.

– Хорошо. Мне нужна Колетт, как её найти?

– Она, это… – Кухарка прятала глаза и судорожно терзала подол платья.

– Заболела? Сбежала? Спит? Давайте так, мне она нужна, чтобы погулять по деревне, и ещё несколько детей, из тех, что мы приютили. Так пожелал барон. Я погуляю вокруг дома, а вы всё устройте. А ещё вот что, барон распорядился завтра собрать всех старост уцелевших деревень. Как это сделать? Кому сказать? Память ко мне так и не вернулась, поэтому спрашиваю.

– Госпожа, не волнуйтесь, ступайте гулять. Колетт сама вас найдёт. И про старост я передам, не беспокойтесь.

Кухарка как-то торопливо выпроваживала Агату, ну и пусть. Главное, чтобы все выполнила, а она пока погуляет вокруг дома.

Агата вышла на крыльцо и первое, что бросилось в глаза – огромный стол и лавки около него, расставленные прямо во дворе. Кто-то позаботился о людях и сколотил все это. Странно, она не слышала стука инструментов.

Везде суетились люди, но при её появлении замерли и стали кланяться.

– Добра вам, госпожа! – Свои поклоны они сопровождали нехитрым приветствием.

– Здравствуйте! – отвечала им Агата.

Она неспешно обошла двор и завернула за угол, или скорее за окружность стены дома. Немного прошла и услышала за спиной детские смешки. Резко обернулась, и стайка малышей пустилась наутёк. Совсем маленькая девочка не успела за всеми, резко развернулась и села на попу. Она испуганно смотрела на Агату и не знала, что делать.

Агата подошла к ней, подняла, стряхнула пыль и одёрнула ветхое платьице – или, скорее, мешок до пят с рукавами. Кроха тут же припустила куда-то. А Агата продолжила прогулку, правда до следующих смешков за спиной. Она снова обернулась и под дружный смех спугнула детей.

Ах, вы играть задумали? Ну ладно, поиграем!

И Агата быстрым шагом припустила за угол дома, туда, где почти сходилась «подкова». Здесь она вжалась в стену и приготовилась ждать. Дети не подкачали, наверное, они ничего подобного не ожидали, поэтому дружной толпой вылетели из-за угла.

– Ага, попались! – Агата схватила за ручки двух чумазых мальчуганов, которые бежали впереди. Те от неожиданности встали как вкопанные, а затем начали вырваться.

– Мне помощь ваша нужна. – С этими словами Агата отпустила детей, и те пустились наутёк. Правда, сразу же вернулись, и рассматривали её из-за угла дома.

– Выходите уже, – скомандовала Агата. – Разговор есть!

Дети ещё немного помедлили, но всё же подошли и встали напротив Агаты.

Компания из девяти человек, от мала до велика. Здесь же была та самая кроха, которую недавно поднимала Агата. Одеты почти все одинаково – подпоясанный мешок с рукавами. Правда, на головах девочек были грязные чепцы.

– Меня знаете? – начала с главного Агата. Дети в ответ закивали.

– Мне нужно походить по деревне и посмотреть, как живут люди после нападения. Но одной мне ходить нельзя. Отец разрешил мне выйти только при условии, что со мной пойдут служанка и дети, то есть вы, – закончила короткий инструктаж Агата. И обвела всех взглядом.

Малышня переминались с ног на ногу и переглядывались. Наконец один из них, тот, кого раньше поймала за руку Агата, спросил:

– А зачем вам в деревню?

– Я же сказала, посмотреть, как люди пережили набег.

– А вам что до них?

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.