Артем Стрелец
Флер – начало

Глава 1

В носу что-то хрустнуло, и я на мгновение потерял сознание. Этого короткого провала хватило, чтобы один из них ударил меня в живот, а другой, резким ударом ноги, отшвырнул в другую часть вагона. Я упал на грязный пол, свернувшись в позе эмбриона и тихо застонал. Вот же суки. В голове гудело, но я попытался подняться. Резкий удар снова погрузил меня во тьму, но на этот раз я не потерял сознание. Они продолжали добивать меня, лежащего на полу, нанося удары повсюду, но сосредоточившись на голове, так как я инстинктивно прикрыл живот руками. Удары не были смертельными, но каждый из них был пропитан злостью и причинял острую боль. Вагон закачался, и поезд начал останавливаться. Машинист сообщил через динамик название очередной станции, и мои мучители поспешно покинули вагон бросив на меня последний презрительный взгляд.

Меня вырвало. Видимо, я отключился, когда валялся на полу. Это я понял по следам крови и рвоты, в которых лежал. Эти ублюдки ещё и облили меня чем-то. Но ничего, мы ещё встретимся. Я отчаянно на это надеялся.

Вставать было мучительно, как будто каждый мускул отказывался повиноваться. Шатаясь, я попытался выйти из вагона, но ноги подкосились, и я рухнул на холодную дерматиновую лавку. Никогда прежде меня не били в метро. Хотя, кто же виноват? Полночь, последний поезд, и район такой, что лучше не показываться в такое время. Да, сам виноват.

Всё стало ясно с того момента, как пара отморозков зашла в вагон несколько станций назад. Я был единственным пассажиром, и сразу стало понятно, что будет дальше. Но я остался на месте и даже не отводил взгляда, уставившись на одного из них. Обычные дворовые отморозки, лет шестнадцать от силы, как мне показалось. Лёгкие дутики, просторные штаны, и на голове что-то несуразное. Современная молодёжь меня не интересовала, но выглядели они ужасно. Хотя, мне-то всего на десять лет больше.

И вот я стоял в пустом вагоне, в самом его конце, где не было ни лавочек, ни сидений, пристально разглядывал парочку, которая громко что-то орала – скорее всего, текст какой-то современной песни, которую я тоже не знал. Внезапно они повернулись ко мне, и всё стало ясно – по крайней мере, для них. Одурманенные веществами или чем-то ещё, выглядели они вызывающе и агрессивно. Такие просто так не лезут в драку, только если их немного подстегнуть. А чем подстегнуть, дело нехитрое. При всей работе наших органов достать что-либо в их возрасте – плёвое дело.

Дальше всё было как в дешёвом сериале: один отвлекает внимание, второй бьёт исподтишка. Серия ударов, потеря сознания. И вот я уже лежу в грязной одежде, со следами рвоты и мочи. А ведь эти мрази помочились на меня. Вот же. Так обидно и стыдно мне не было никогда. Даже когда отец уходил и мать рыдала днями на пролет. Даже тогда у меня было больше злости чем стыда и обиды.

Сука… Я запомню их. Реально запомню.

Шатаясь из стороны в сторону по тёмным улицам своего района, я пытался добраться до своей маленькой съёмной квартиры.

Консьержка не задала мне никаких вопросов, просто открыла входную дверь и проводила меня презрительным взглядом, в котором читалось: «А я всегда знала, что этим всё и закончится».

Как я добрался и что было дальше, помню смутно. Дверь, ключи, темнота и снова темнота. Видимо, я отключился прямо в том, в чём был, потому что очнулся я на полу, снова в луже, но уже в своей собственной рвоте. Похоже, у меня сотрясение. Как я не захлебнулся ночью? Будильник мерзко трещал, повторяя свой тревожный сигнал, и я попытался его отключить. Безуспешно. Но отвратительный запах моего тела и того, в чём я лежал, сделал чудо, и я встал. Вырубив будильник, я взглянул на себя в зеркало.

Куртка была порвана и грязна, белая рубашка стала серой, а местами почернела и торчала из джинсов. Оба глаза сильно опухли, особенно правый, который почти полностью закрылся, едва позволяя мне видеть. Левый глаз немного приоткрыт, но его белок налит кровью. Нос, перекошенный и покрытый запёкшейся кровью, кажется сломанным. На губах и вокруг носа видны следы засохшей крови, которая потекла из разбитого носа. Кожа на щеках и лбу покраснела и была покрыта синяками. Всё лицо опухло, как будто его нещадно били снова и снова. Но ведь так и было.

«Я найду этих мразей, не знаю как, но найду,» – мысль вонзилась в мой мозг, как стальной клинок, и закрепилась там, превратившись в правило, требующее исполнения.

Я попытался зло улыбнуться, но лицо тут же отозвалось ужасной болью, пронзившей остатки моего измученного сознания. Мне нужно срочно принять душ, но сначала – обезболивающее. Я порылся в своей скромной аптечке и нашёл старый добрый анальгин – что ещё может быть у холостяка? Выпил сразу две таблетки и поплёлся в ванную.

Примерно через двадцать минут в ванной я вернулся в комнату – чуть бодрее и посвежее, чем раньше. Боль не ушла, но стала терпимее. Разбирать свою грязную одежду я не стал и просто закинул её как была в стиральную машину. Осмотрев свой небольшой гардероб, я выбрал что-то более-менее строгое и неброское. Ничего подходящего не оказалось – вся моя рабочая одежда была в одном стиле: холостяцком.

Выбрав лёгкую летнюю рубашку и такие же джинсы, я надеялся, что сойду за офисного работника. Хотя внешний вид моего лица больше походил на бойца смешанных единоборств. Завтракать я не стал, как и отказался от утреннего ритуала с зарядкой и гантелями. Сотрясение – это не шутки, и я понимал, что физические нагрузки пока мне не светят.

Выйдя на улицу, меня встретил солнечный день. Такие я любил, и в этом городе они были редкостью. Поэтому даже кислое лицо консьержки не смогло испортить моё настроение. Несмотря на моё состояние и вид, настроение у меня было приподнятое. Вчерашний день постепенно уходил в прошлое, словно страшный сон, забываясь и оставляя место лишь для мести. А она обязательно случится – в этом я был уверен.

Я поспешил на метро – часы тикали, а опаздывать я не любил. Дело даже не в том, что мне могли сделать выговор, просто моя самоорганизация была такова. Я с детства привык к дисциплине – спасибо отцу. Хоть за что-то ему спасибо. Горькие воспоминания снова нахлынули, но также быстро отступили.

Отец ушёл, когда мне было одиннадцать. Собрал сумки и, бросив матери пару слов, вышел в дверь и больше я его не видел. Просто и незатейливо. Мать тяжело переживала это. Тогда я сильно ненавидел его за это. Может, и сейчас ненавижу, но сейчас это скорее презрение, чем ненависть, с примесью злости.

Матери я звонил каждый день – утром или вечером, как получалось. Она жила в другом городе, далеко от моего нынешнего местоположения, и выбирался к ней я редко. Не то чтобы я не хотел, но, наверное, так всегда бывает с детьми, которые покинули родительское гнездо. К тому же, город, где я вырос, всегда навевал на меня неприятные воспоминания.

Несмотря на боль во всём теле – особенно сверху, где пульсировала каждая мышца, – я всё-таки достал мобильный и набрал её номер.

В трубке отозвался знакомый, чуть отдалённый голос:

– Алло? Привет, как ты там?

– Привет, ма… всё нормально, – пробормотал я. Разбитые губы мешали говорить, но я пытался звучать привычно.

– Ты какой-то вялый, сынок. Устал?

– Ага, просто день тяжёлый.

– Ну ничего, скоро выходные, отоспишься. Я вот весь день на кухне. Пеку пирог – соседка Люба новый рецепт подкинула. Представь, с лимонной цедрой и сливочным маслом, целая наука.

– Пирог – это хорошо… А что за рецепт?

– Да всё сложно, как всегда. Надо, чтобы масса воздушная была. Люба жаловалась, что мои пироги сухие – вот я и стараюсь. Надо же иногда удивлять.

– Ага… интересно.

– Хотя тебе-то всё равно, ты же сладкое терпеть не можешь. Помню, только шоколадный торт в детстве ел – и то на день рождения.

Я криво усмехнулся – и тут же поморщился.

– Помню…

– Ну и что у тебя нового? Как на работе?

– Всё по-старому. Работаю.

– Главное, чтобы стабильно. Ты там себя не загоняй, понял? А то превращаешься в тень, честное слово.

– Постараюсь.

– Ты точно в порядке? Голос какой-то… не твой.

– Устал, ма. Всё нормально, честно.

– Ладно. Верю. Вот испеку пирог, если не развалится – пришлю тебе кусочек. Будешь пробовать?

– Конечно…

– Ну вот и договорились. Только не забывай поесть как следует. Я ж тебя знаю – работаешь, как вол, а потом лежишь пластом.

– Ладно, ма, всё хорошо.

– Тогда не буду отвлекать. Больше отдыхай. Люблю тебя, Кейн.

– И я тебя. Пока.

– Пока-пока.

Она отключила. Я убрал телефон и пошёл дальше. Боль никуда не делась, но внутри стало немного тише. Мамин голос всегда так действовал – как будто ненадолго возвращал в норму.

Звали меня Кейн. И это прихоть моей мамы. Отец не возражал, ему, наверное, и тогда было всё равно. Она выбрала это имя сама, вдохновлённая своим любимым сериалом про комиссара Кейна Уэста. Она пересматривала его бесконечное количество раз.

«Справедливый и в то же время беспощадный к преступникам комиссар Кейн всегда на страже порядка и закона». Эту фразу из начала сериала я знал наизусть, и она могла мне даже сниться.

Рассказывать, что было в школе из-за моего имени, думаю, не стоит. Если добавить сюда ещё и мою фамилию – Лапшов, – получается гремучая смесь для любого детского учреждения. Наверное, поэтому я всегда был один. Почти всегда. Ни девушки, ни друзей. Правда, в институте был один друг – Пашка. Мы сблизились, потому что оба были, как сейчас говорит молодёжь, – фриками. Где он сейчас? Давно я ему не звонил. Надо будет как-нибудь набрать и встретиться. От таких мыслей голова заболела, и я на миг прикрыл глаза, а когда открыл, заметил нечто странное.

Цифры и символы перед глазами. Они находились на краю периферического зрения и складывались в какие-то столбики и обозначения.

«Ну вот, здравствуйте, глюки», – подумал я и остановился. Закрыл глаза, осторожно покачал головой из стороны в сторону. Открыл – всё осталось на месте: и цифры, и знаки.

«Чудесно», – я даже попытался улыбнуться, но изуродованное лицо не дало этого сделать, отозвавшись резкой болью.

«Ладно, пусть будут», – решил я, вздохнув, и пошёл дальше по направлению к метро. Они не мешали моему общему обзору, а как от них избавиться – решу потом.

Прохожие кидали на меня косые взгляды и старались обходить стороной, словно я был чумной. Я чувствовал себя ледоколом в толпе офисных клерков, уборщиц и прочего низшего класса, который стремился в бездну метро, поглощавшую потоком бегущих людей без тени сомнения. Как и меня.

Мой офис находился почти в самом центре города. Хоть мы и занимались продажами шариковых ручек, разных фирм моделей и размеров. Тем не менее, дела шли неплохо, и компания могла позволить себе офис такого уровня.

Я занял своё привычное место в опенспейсе, и никто не обратил на меня внимания, как и всегда. Этот муравейник, где каждый занят своим делом и всем на всех наплевать, был мне знаком до боли. Я мысленно усмехнулся своим размышлениям и включил компьютер.

Главный менеджер уже накидал мне задач в туду-листе, и я, мельком просмотрев их, сразу принялся за работу. Адреса, номера телефонов – всё пошло в оборот. Голова раскалывалась, губы едва шевелились от боли, но я продолжал обзванивать клиентов и предлагать им наши товары. Несмотря на всё, получалось у меня не хуже, чем раньше. Я никогда не был лучшим сотрудником месяца или года, но продажи у меня всегда были выше среднего. Это отражалось на моей зарплате, которая, как известно, всегда кажется недостаточной, сколько бы тебе ни платили.

– Лапшов… Ой! – я отвлёкся от звонка и увидел Алену. Её глаза были широко раскрыты, и папки в её руках едва не вывалились на пол. Она выглядела, как всегда, сногсшибательно – настоящая секретарша высшего уровня. Стройная, с подчёркнутой фигурой, шикарными глазами и милой улыбкой – словно идеал, сошедший с обложки модного журнала. Все вокруг сходили по ней с ума, и я был не исключением, хоть это и было банально: «сохнуть по своей секретарше». Наверное, из-за отсутствия опыта с девушками я и покраснел так резко от одного её взгляда. Смущение выдало с головой. Хотя, учитывая состояние моего лица, заметить новую красноту было бы нелегко.

Я вскочил с места как ошпаренный, и тут же почувствовал лёгкое головокружение. Тем не менее, успел подхватить падающие папки. Сложив их в стопку, я вернул их Алене, которая продолжала смотреть на меня широко раскрытыми глазами.

– Вот, держи, – с трудом выговорил я, отдавая ей последнюю папку. – Ты что-то хотела? – попытался я сказать это невзначай, садясь на своё рабочее место, но получилось неуклюже и слишком пафосно.

Алена наконец очнулась, осторожно положив мне на стол папки.

– Шеф просил перебрать до завтра… – она запнулась и добавила, – хотя, может, я передам это кому-то другому.

– Нет! – выкрикнул я, вставая. В глазах потемнело, и я почти перестал видеть Алену. – Я заберу, до завтра всё будет готово.

Сел я на место и потянулся за папками подтянув их к себе поближе, я открыл одну из них и начал с интересом изучать ее содержимое.

Алена некоторое время ещё смотрела на меня, а потом развернулась и с грациозностью модели удалилась в свой кабинет. Из соседних кабинок выглядывали любопытные коллеги, провожая её завистливыми взглядами. Некоторые вытягивались так сильно, что казалось – сейчас упадут прямо со своих кресел.

«Эх,» – вздохнул я, закрывая злополучную папку. «У меня никогда не будет такой девушки,» – с сожалением подумал я, возвращаясь к работе.

В туду-листе оставалось всего несколько записей, но я решил оставить их на завтра, полностью сосредоточившись на том, что принесла Алена. Там действительно было на что посмотреть: отчёты, сводки и прочая документация по моим закрытым клиентам. Всё это нужно было свести в таблицы. Почему начальство не делает этого сразу, используя тот же туду, я не понимал. Но такие были прихоти руководства – вся документация велась в письменном виде и лишь потом сводилась в таблицы для отчетности. Это было ужасно муторно и непонятно, но такая уж была часть моей работы.

На часах был около двух часов дня. Приближалось время обеда. А я так и не вышел перекусить, лишь пил воду из кулера. Еда в меня не лезла, вызывая сразу рвотный рефлекс. Ближе к концу дня я всё-таки запихнул в себя химический «кружку бульон» и продолжил перебор.

Их было шесть штук, и, по моим прикидкам, к утру я должен был всё закончить. Но я не расстраивался, так как и раньше оставался в офисе допоздна. Охранник дядя Саша знал меня, и мы даже могли перекинуться парой слов, поэтому я спокойно допил свой чудо-бульон и принялся за работу.

На часах была почти полночь. Когда я откинулся в кресле отбросив свою муторную работу, и размял затекшее тело и прислушиваясь к боли. Она понемногу уходила, но её отголоски всё ещё продолжали терзать моё сознание. Выпив ещё две таблетки анальгина, я решил пойти к кулеру и заварить себе ещё одну кружку бульона. Аппетит начал возвращаться, и это меня радовало – значит, я иду на поправку.

Идя по офису в направлении к кулеру, я снова заметил в поле зрения цифры и странные символы.

– Вот чёрт, – выругался я вслух и остановился. Глюки так и не пропали, а я уже успел о них забыть. Нужно завтра показаться врачу, после того как отосплюсь. Видать, меня ударили по голове так сильно, что начались такие вот проблемы.

– Исчезни! – зло выкрикнул я, и всё действительно пропало. Я остолбенел. Вот это да. Значит, всё так просто? Я усмехнулся и пошёл дальше. Почти дойдя до кулера, я внезапно остановился и чуть не упал, споткнувшись. Перед глазами полыхнули красные символы, на этот раз заполнившие всё видимое пространство, как будто напирая на меня. Это заставило меня отшатнуться назад, чтобы попытаться сосредоточиться на том, что было написано. А там было следующее:

Перестройка интерфейса…

Что? Какого интерфейса? Это сон? Я, наверное, много работаю. Точно, после такой драки мне нужно было сразу идти к врачу. А что сделал я? Правильно – пошёл на работу.

– Ну всё, к чёрту это.

Я развернулся и быстрыми шагами направился к своему рабочему месту.

– К черту всё это – работу, отчёты, всё потом.

Надпись не исчезала, закрывая обзор и мешая нормально видеть, так что мне приходилось поворачивать голову, чтобы разглядеть что-то впереди. Быстро двигаясь и стараясь не задеть ничего на пути, я подошёл к своему рабочему месту. Подхватив куртку и закинув сумку на плечо, я направился к выходу. Охранник дядя Саша что-то пытался мне сказать на прощание, но я не обратил на него внимания, выбежав в дверь, которая вела на лестницу запасного входа, даже не дождавшись лифта.

Я бежал вниз, несмотря на боль и гул в висках. В глазах всё расплывалось, накатывала тошнота, но я не останавливался. Надпись продолжала мигать красным, мешая обзору и не давая сфокусироваться.

– Мне срочно нужно домой и спать, – сказал я вслух, не обращая внимания на то, что надпись перед глазами снова изменилась:

Оценка состояния тела…

Я никогда не употреблял наркотики, да и пил всего один раз в жизни – в институте, на первом курсе, при знакомстве с группой. Тогда это было просто частью ритуала, знакомого всем новичкам, не более. Но сейчас всё было иначе. Впервые в жизни мне действительно хотелось выпить, и не просто немного – я хотел много. Это желание возникло внезапно, как будто внутри меня что-то щёлкнуло, словно рефлекс на всё то дерьмо, что обрушилось на меня в последнее время. Казалось, что только алкоголь сможет выпустить эту накопившуюся негативную энергию, словно вытекание через горлышко бутылки, а дым от забытой сигареты развеет этот тяжёлый осадок, который осел на душе.

Я попытался отмахнуться от этих странных мыслей, тревожно нависших над сознанием, но общая тревога не исчезала. Я чувствовал себя отвратительно, хуже некуда. Мой воспалённый мозг показывал какие-то надписи, и я не мог ничего с этим поделать.

Остановившись на очередной лестничной площадке, я тяжело перевел дыхание, стараясь его успокоить. В висках гудело, и каждый удар сердца отзывался болезненной пульсацией, словно оно готово было вырваться из груди. Я пытался взять себя в руки, но напряжение только нарастало. Внезапно надпись перед глазами снова изменилась, мигая ярким светом и приковывая моё внимание. Передо мной чётко высветилось:

Восстановить тело перед инициацией. Да/Нет?

Я точно сошёл с ума.

«Это всё просто плод моего воображения, – пытался я себя успокоить, но надпись перед глазами упорно не исчезала, словно издеваясь надо мной. – За что мне всё это? Что я сделал не так? Почему я остался тогда работать допоздна, зачем вообще обратил внимание на тех ублюдков? Вышел бы с вагона, перешёл в другой, и всё было бы в порядке. Но нет, это проклятое чувство справедливости, вперемешку с каким-то странным ощущением долга – перед кем, черт возьми?»

Я чувствовал, как мысли в голове клубятся и давят, не находя выхода. Внутри нарастало раздражение, которое граничило с отчаянием. Ситуация казалась безвыходной, и это сводило меня с ума. Надпись перед глазами, как насмешка, продолжала мигать, настойчиво требуя моего внимания.

Я уставился на неё, не зная, что делать. Разговаривать с самим собой, как тогда в офисе, когда я приказал надписям и цифрам исчезнуть и всё пропало?

– Исчезни! – крикнул я в отчаянии. Но ничего не произошло. Надпись перед глазами лишь снова мигнула, словно насмехаясь надо мной, требуя сделать выбор.

– Да! – сорвалось с губ. Я не выдержал напряжения. Будь что будет, раз я уже дошёл до того, что разговариваю сам с собой. Хуже всё равно не станет.

И вдруг, словно по волшебству, надпись исчезла. Вместе с ней ушли боль, которая терзала моё тело, и все неприятные последствия вчерашней драки. Ощущение было настолько внезапным и резким, что я на мгновение замер, не веря своим ощущениям. Неприятная пульсация в висках прекратилась, мутная завеса перед глазами рассеялась, оставив за собой ясное, почти облегчённое чувство.

Я ощутил, как моё тело постепенно наполняется лёгкостью, словно напряжение последних часов, а может, и дней, испарилось, оставив только странную пустоту.

Не веря своим ощущениям, я выскочил в вестибюль ближайшего этажа, сердце колотилось, но боль куда-то ушла. Направился к зеркалу возле лифта, стараясь двигаться как можно быстрее, словно боясь, что это странное облегчение вот-вот исчезнет. Подойдя ближе, я остановился, собираясь с духом. Внутри всё дрожало от напряжения, и, наконец, я решился взглянуть на своё отражение.

Взгляд упал на зеркало, и я замер. Там, где я ожидал увидеть разбитое лицо, полное синяков и запёкшейся крови, я увидел себя… обычного. Кожа чистая, глаза не опухшие, губы в порядке – никаких следов недавней драки. Даже синяков не было. Нос ровный, как и прежде, а глаза, хотя и были широко распахнуты от удивления, выглядели совершенно нормально.

Я медленно провёл рукой по лицу, ожидая, что, возможно, это просто иллюзия, что боль вот-вот вернётся. Но ничего не произошло. Всё было настоящим. Моё лицо было в полном порядке, как будто вчерашний кошмар никогда не происходил.

– Это… невозможно, – прошептал я, едва сдерживая себя, чтобы не закричать от облегчения и ужаса одновременно.

Я отступил на шаг, продолжая пристально смотреть на своё отражение, и снова провёл рукой по щеке, проверяя, не сон ли это. Но ощущения были реальными. Всё, что я чувствовал – мягкую кожу, лёгкое покалывание после прикосновения – всё это было настоящим.

Как такое могло произойти? Мои мысли метались, стараясь найти хоть какое-то рациональное объяснение, но ответов не было. Лишь один вопрос звучал всё громче в голове: что со мной происходит?

– Это всё… – выдохнул я. – Мне конец. Теперь прямая дорога на Димитрова.

У нас так говорили, когда кто-то начинал чудить или вести себя так, будто у него белочка или приступ шизофрении. «Прямая дорога на Димитрова» – это было как сказать: «Совсем поехал, что ли?».

Я судорожно сглотнул, всматриваясь в своё отражение, которое выглядело слишком хорошо, слишком спокойно для человека, который вчера был на грани. Страх медленно поднимался изнутри, оседая холодным комом где-то в груди. То, что происходило со мной, было настолько необъяснимым, что я действительно начинал сомневаться в своём здравомыслии.

Начат процесс инициации…

Претендент номер 4226878/1089,

Будет перемещен в зону испытания…

Новые символы вспыхнули перед глазами, прервав мои путаные мысли и заставив остановиться.

"Какой ещё процесс? Инициация…" – эта мысль прошла сквозь сознание, вызывая странное, почти незабываемое чувство. Тревога и любопытство переплелись, добавляя остроты происходящему.

Всё становилось только хуже. Нужно было срочно добраться до дома. Метро уже отпадало, слишком поздно. Я решил вызвать такси, пусть стоит и ждёт возле офиса. Плевать, что это будет дорого – центр города и всё такое, но мне было всё равно. Я был в отчаянии, и единственное, чего хотел, – это добраться до своей кровати и забыться.

Развернувшись к лифту, я начал лихорадочно нажимать на кнопку вызова, словно надеясь, что от этого лифт приедет быстрее. Не останавливаясь, продолжал тыкать на кнопку и следить за табло, на котором убывали номера этажей.

Переводя взгляд с кнопки на табло, я вдруг заметил что-то странное в отражении металлической двери лифта. Обернувшись, я замер в недоумении. Передо мной стремительно раскрывалась тёмная воронка, которая буквально пожирала пространство вокруг. Я инстинктивно повернулся к лестнице, но воронка уже перекрыла проход к ней. Слева коридор тоже был полностью поглощён этой тёмной субстанцией. Единственным выходом оставалось ждать лифт. Я прижался к дверям, продолжая жать на кнопку.

Позади раздался знакомый звук колокольчика – лифт наконец-то прибыл. Я обернулся, но не смог сдвинуться с места. Тело словно парализовало. Я пытался пошевелиться, но ничего не выходило. Лихорадочно перебирая в голове мысли, я пытался найти выход, но не успел – тёмная воронка накрыла меня, затянув в своё жуткое чрево. Меня поглотил вихрь всполохов, сменяющихся разноцветными линиями, которые стремительно окружали и затягивали всё глубже в бездну.

Глава 2

Я проснулся. Снова на полу, снова в чем-то мокром. Первым делом подумал – может, это был всего лишь сон? Поджав руки под себя, медленно поднялся. Вокруг – темно, сыро, воздух тяжёлый от влаги. Холод пробирал до костей. Я стоял в луже. На этот раз это была просто вода – никакой мерзости, как тогда. И всё же легче от этого не становилось.

Оглядевшись, я понял, что нахожусь в тёмной и сырой пещере. Каменные своды слабо освещались светом, пробивающимся через трещины в стенах. Где-то вдалеке что-то капало с потолка, звук эхом разносился по всей пещере, создавая ощущение пустоты и заброшенности. Впереди тянулся тёмный туннель, уходящий в черноту. Не ужели мне предстояло туда направиться?

Вопрос был риторическим, ведь перед глазами снова появились надписи. На этот раз они располагались чуть дальше, почти не мешая обзору, и их приятный синеватый оттенок создавал ощущение, будто это нечто, что пришло ко мне с намерением помочь. Надписи плавно пульсировали, словно приглашая меня обратить на них внимание, и в отличие от прошлых раз, они не вызывали тревоги, а скорее странное чувство умиротворения.

Я задержал на них взгляд, пытаясь понять их смысл:

Претендент номер 4226878/1089, вы находитесь в зоне испытания.

По завершении испытания вам будет присвоена оценка,

и вы сможете выбрать свой класс.

Удачи при выборе способа достичь своей цели!

Используйте все что посчитаете нужным

и получите свой класс по завершению испытания.

В случае неудачи вы будете возвращены в место перемещения.

Испытание? Класс? Что за класс еще такой? Передо мной мигало приятным синим цветом что-то вроде меню, и я ни на мгновение не сомневался, что это было игровое меню. Игровое? Да, точно. Я давно не играл в компьютерные игры, не было такой привычки. Хотя, учитывая мой образ жизни, я должен был бы быть погружен в них с головой. Но нет, я занимался спортом, гулял и читал книги, много читал. В основном приключения. Сложную литературу я не любил – всегда засыпал на второй странице. А вот приключения с их экшеном в каждой главе – это по мне. И вот сейчас я, как герой одной из прочитанных мною книг, стою и смотрю на синеватое меню с надписями про испытание.

Внизу справа появилась виртуальная кнопка «ОК». Не раздумывая, я потянулся к ней рукой и нажал. Надписи сразу исчезли, а меню свернулось в крошечную точку где-то в правом верхнем углу поля зрения – почти незаметную, но всё же ощутимую.

«Интересно…» – вопросы и общая тревога сменились небольшим азартом. Раз я не могу ничего изменить и это мне не кажется, значит, нужно попробовать использовать это в свою пользу. Я попытался вызвать меню мысленно. Но ничего не произошло. Пару раз я повторял «меню», «откройся», «открыть меню» и прочее, но всё было тщетно. Тогда я мысленно нажал на точку в правом углу, и она открылась в виде уже привычного меню. Надписи про начало испытания не было, вместо них я увидел строки в левой части своего зрения, которые гласили следующее:

Класс – ???

Основные характеристики:

Сила – 5/12(повышена)

Ловкость – 1/10

Выносливость – 4/10

Интеллект – 6/11(повышен)

Мудрость – 1/10

Здоровье 100/100

Мана 0/0

Ну точно, игра. Даже названия такие же. Если это не сон, то я попал в одну из тех игр, в которые играл, будучи студентом. Помню, с Пашкой мы ночами напролет рубились с толпами монстров в одной из многопользовательских ролевых игр… Уже и не вспомню, как она называлась – то ли «Рулетка», то ли «Линейка», что-то такое. Тогда я чуть не завалил сессию и понял, что пора бросать. С тех пор я в игры не играл и даже не приглядывался к ним, использовал компьютер, так сказать, по прямым назначениям: курсовые, рефераты, диплом и прочее. Со временем смотрел фильмы и сериалы, даже пробовал читать первые электронные книги. Но это было неудобно, и после появления специальных читалок я плотно подсел на них. Благо такие книги стоили недорого, и я мог себе позволить не терять возможность читать каждый день

Значит, я в игре. И впереди – какое-то испытание. Что ж, посмотрим. Жизнь за эти годы подкидывала мне достаточно проблем, так что справлюсь и с этим. Пусть даже оно и в виде виртуальной игры – в этом я почти не сомневался.

Это последнее слово – виртуальная – застряло у меня в голове. Я снова огляделся. Темно, сыро, в воздухе – запах сырости и грибов. Где-то в глубине тишины слышалось, как с потолка медленно капает вода. Я присел, потрогал лужу рукой – вода была холодной и настоящей, слишком настоящей.

Если это и была виртуальная реальность, то явно на каком-то запредельном уровне. Настолько реалистично, что захотелось проверить ещё кое-что. Я подошёл к ближайшему каменному выступу, нашёл острый обломок, подержал его в руке. Затем, почти не колеблясь, разжал левую ладонь и резко вонзил камень в кожу.

Боль была настоящей. Резкой, пронзающей. Перед глазами вспыхнул красный сигнал – и полоска здоровья упала на пять пунктов. На экране мигнула цифра: 95.

Я вытер кровь, которая начала сочиться из раны, и, не раздумывая, оторвал кусок от своей некогда белоснежной рубашки. Этим лоскутом я аккуратно обмотал ладонь.Скривившись от настоящей боли, я понял: если это и виртуальная реальность, то либо она крайне продвинутая, либо почти неотличима от настоящей. А это, в свою очередь, делало всё происходящее даже более интересным.

Если это виртуальная реальность, то те, кто её создал, превзошли все ожидания. Здесь всё настолько реально, насколько я когда-либо знал и чувствовал. А это значит, что испытание, каким бы оно ни было, будет таким же реальным. От этой мысли мне стало немного не по себе. Значит ли это, что мне может грозить и более серьезная опасность? Вполне возможно, и мне нужно будет как следует подготовиться к этому.

Вводных данных никаких нет. Только общие инструкции: «идите и делайте что хотите, только дойдите до конца». Заманчиво и пугающе, я бы так сказал. Плюс еще характеристики: что-то выше нормы, что-то обычное. Я так понимаю, вторая цифра после слэша – это максимальное значение?

«Кто мне может дать ответ?» – подумал я, рассматривая цифры характеристик. Но ответа не последовало. Значит, буду разбираться сам. Опыт игр у меня есть, хоть и далекий, почти забытый, но что-то я все же помню. Если справа граничное значение, значит, максимальный набор – десять. В некоторых характеристиках стоят другие цифры – двенадцать и одиннадцать: сила и интеллект соответственно. И еще эта надпись «повышена». Значит, повышение произошло в момент, когда я получил это меню, и это связано с моими реальными данными. Если я долгое время занимался спортом и читал много книг, пусть даже это были приключенческие романы, базовые значения показателей повысились. Радовало ли это меня? Безусловно.

Стоя в луже, в сырой пещере, дыша грибными испарениями, я был рад, что хоть где-то мои достижения проявились, и я не зря занимался спортом и чтением. Хотя я до конца не знал, что это даст мне в это виртуальной реальности, если вокруг всё так реально, но вскоре я смогу проверить это на практике.

Значит, вперёд – к испытанию. Но сперва хоть как-то подготовиться.

Я никогда не был сторонником долгих сборов. Терпеть не мог это копание в деталях, взвешивание "за" и "против". Всю жизнь действовал по-своему: захотел – сделал. Не вышло – ну и ладно, в следующий раз получится. Так было проще. И как ни странно, чаще всего это работало.

Вот и сейчас – вместо того чтобы планировать, я просто огляделся, прошёлся по местности вокруг. Настоящая стартовая локация – в голове сразу всплыло это геймерское выражение. Забавно, как быстро мозг привыкает воспринимать происходящее в терминах видеоигры, даже если телоболит по настоящему а кровь алая как в жизни.

Обошёл всё, что мог, но ничего полезного, кроме уже найденного острого камня, тут не оказалось. Ни инвентаря, ни каких-то подсказок, даже условного "туториала". Только мрак, скальные выступы и сырость.

Я сжал камень покрепче и направился к тёмному туннелю. Страх прятался где-то на задворках сознания, но любопытство и привычка не отступать двигали меня вперёд. Хотелось понять, что за испытание ждёт – и с чем здесь вообще предстоит иметь дело.

Я шёл широко и уверенно, чуть не насвистывая. Периодически оглядывался по сторонам – просто так, для спокойствия. Туннель был просторный, скальный, но освещён почти сносно, несмотря на отсутствие видимых источников света. Наверное, особенность игры, подумал я. Не стоит зацикливаться.

И тут – вспышка.

Резкая, внезапная. Я даже испугаться не успел.

Вы получили критический удар от Гоблина (уровень 0). Вы убиты. Возврат на стартовую локацию.

Попытка: 9 из 10.

Стиснув зубы, встал – снова в той самой стартовой локации. В той самой луже. В том же чёртовом полумраке.На секунду мне захотелось выругаться в голос. Очень громко. Но я сдержался.

Что это сейчас вообще было?.. Меня убили? И я вернулся? Ну да, вроде как в игре, ничего нового. Но… кто? И когда?

Я перечитал сообщение, всё ещё висящее перед глазами.

Гоблин нулевого уровня. Отлично вот кто меня убил. Значит, здесь есть гоблины. Логично. А раз есть гоблины, то, скорее всего, будут и тролли, и вурдалаки, и прочая нечисть. Не удивительно – это ведь игра. Нечему удивляться.

Но вот вопрос: как теперь не попасться снова этому гоблину-нубу, чтобы он не всадил мне что-нибудь в спину второй раз?

Я снова пробежался глазами по сообщению. И вот что напрягло – попытка: 9 из 10.Это уже не шутки. Значит, одна смерть – и всё. Осталась последняя попытка.

Что будет, если счётчик обнулится? Кажется, в каком-то из предыдущих сообщений мелькала фраза, что в случае потери всех попыток меня выбросят обратно… вернут.

А с другой – раз уж я здесь, и есть шанс что-то добиться… почему бы не попробовать? Вернуться можно всегда, а второй раз оказаться в подобной ситуации вряд ли получится.С одной стороны – неплохо. Вернуться домой, забыть про все.

Хоть выбора у меня и не было, я всё же не спешил снова идти вперёд. Туннель тянулся во тьму, скалистый, неровный, и хотя убежать там особо некуда, хотелось понять – откуда вообще вылез тот гоблин? Он же нулевого уровня, так? А у меня какой?Мысли о жизни и смысле бытия тут же куда-то отступили. Нужно было сосредоточиться.

Уровня – нет. То есть я, получается, тоже нулевой?Я закрыл всё ещё висевшее сообщение о смерти и попытался открыть меню. Никаких вкладок, ничего полезного – только мои характеристики, имя класса со значком вопроса и всё.

Логично. Если это стартовая зона, комната испытаний или как там её, то других уровней тут и быть не должно. Но вот что не логично – почему гоблин нулевого уровня может убить меня с одного удара? Что вообще за баланс такой?

Если каждый враг способен меня ваншотнуть, то о каком "испытании" тут речь? Это не игра – это бойня. Как я должен что-то пройти, если меня выносят, пока я просто иду и оглядываюсь?

Я снова посмотрел в меню – никакого оружия, никакой брони. Только острый камень в руке и характеристики, среди которых даже выносливость не выше средней. Всё это выглядело не как игра, а как ловушка. И испытание здесь, возможно, не в том, чтобы победить – а хотя бы выжить.

Вопросов становилось всё больше, а ответов – никаких. Но останавливаться я не собирался.

Я должен пройти это испытание.

Не просто выжить, не просто сбежать, а измениться.Зачем? Почему мне так важно? – не знал. Просто где-то внутри крепла уверенность: после этого я стану другим. Каким – неясно. Но другим. И эта мысль зажигала во мне странную решимость. Как будто я всю свою короткую, не слишком яркую жизнь ждал именно этого – шанса стать кем-то ещё.

Назад дороги нет. Только вперёд. До самого конца.Если уж судьба решила кинуть меня в эту мясорубку – значит, так нужно.

Я усмехнулся, поправил в руке острый камень и шагнул в туннель.

Вы убиты слизнем (уровень 0). Возврат на стартовую локацию.

Попыток: 3 из 10.

– Сука, сука, сука… – я снова сидел на холодном полу, тяжело дыша, стучал кулаками по шершавому камню, оставляя на нем кровавые пятна. Здоровье уже просело на десять единиц, руки были в ссадинах и крови, но мне было плевать. Раз за разом я шёл в этот проклятый туннель, и раз за разом меня убивали. Твари. Жестоко. Без предупреждения, без шансов. Как бы я ни изгалялся, как бы ни пытался найти обходной путь – итог один: смерть. Мгновенная. То от когтей, то от укусов, то от коротких мечей или костяных клинков. И вот теперь меня поглотил какой-то склизкий червеподобный слизень. Просто упал сверху и растворил меня в себе.

Я даже не успел почувствовать боль – система, а я решил звать её именно так, сработала вовремя и выкинула меня обратно в эту лужу, как и раньше. Без предупреждения, без эмоций. Видимо, у неё был какой-то лимит на страдания. Дескать, рано тебе ещё корчиться от боли – вот, пройди "испытание", тогда получишь всю полноту страха и ужаса. Наверное, так. Что ж, и на том спасибо. Хотя радости мало – в итоге я смог пройти не больше пятидесяти метров, прежде чем очередная мразь разорвала меня.

Однажды я всё-таки увидел кого-то. Первый – и, пожалуй, единственный раз. Это был гоблин – низкорослый, корявый, с потёртой кожей цвета гнили и массивной дубиной за спиной. Он брёл по туннелю, ворча себе под нос, не особо глядя по сторонам. Я стоял, прижавшись спиной к стене, едва дыша. Один из каменных выступов почти полностью укрыл меня, так что я оказался вне его поля зрения.

Гоблин прошёл мимо, не заметив меня. Даже не обернулся. Только шлёпнул босой ногой по луже и исчез в темноте, продолжая бормотать какую-то ругань.

Я не двигался. Затаился, как зверь в засаде. Ждал. Секунды тянулись вязко, как смола. Минута… может, две. Шаги гоблина постепенно стихли, растворяясь где-то в глубине туннеля. Только тогда я позволил себе выдохнуть. Осторожно, чтобы не вспугнуть даже тишину.

Я сделал шаг – один. Второй.

И тут всё вспыхнуло.

Не удар, не звук. Просто – вспышка. Я даже не понял, откуда. Как будто мир мигнул, и меня не стало.

А в следующий миг я снова сидел в той самой луже. На старте. На том же холодном, влажном камне. Всё по кругу. Опять.

Но я не раскис. Время у меня было – три попытки. А значит, три шанса. А раз есть шанс – надо идти. Не ныть, не плакаться. Просто идти.

Хотя, может, стоит сменить тактику?

До этого я шел напролом. Шаг за шагом, ползком, крадучись, иногда просто бросался вперед, если за выступом был хоть какой-то просвет. Иногда это срабатывало. Иногда – нет. Меня разрывали, пронзали, растворяли. Я воскресал – и снова шел. Слепо. Вперёд. Без плана. Без понимания.

А что если… всё дело в этом?

Что если я просто не видел других вариантов? Что если за пределами моего тупого упорства был путь получше – не в лоб, не через боль, а в обход? Место, где не нужно становиться приманкой. Где можно обойти, выждать, использовать… А я будто бы специально шёл на заклание, как дурак с камнем в руке против штурмовой винтовки.

Нужно подумать. Остановиться. Посмотреть не только под ноги, но и по сторонам. Этот мир – не просто полоса препятствий. Он как шахматная доска. А я пока играю, как пешка, которая решила, что ей по зубам ферзь.

Встав и выбравшись в который раз из ледяной лужи, я не поспешил снова идти вперёд. Pамер и просто стоял, тяжело дыша.

Камень, тот самый острый обломок, что я нашёл при первом заходе, всё ещё был у меня. Он не исчезал после каждой смерти. Всегда возвращался в руку – как будто система оставляла мне хоть что-то. Спасибо, конечно. Маленькое, но важное чудо.

Я сжал его крепче, поправил в ладони и подошёл ближе к арке туннеля. В этот раз – медленно. Без безумного рывка. Без суеты.

Осмотрелся.

Ничего. Камень, камень, камень. Всё как всегда. Влажные стены, следы эрозии, вкрапления чего-то тёмного на потолке. Выступы, похожие на сломанные зубы. Всё это я уже видел. И всё же… теперь я всматривался иначе.

Что мне это говорило?

Ни о чём. Или обо всём сразу.

Идти можно только вперёд. Назад – лужа. В стороны – глухая скала. Вверх – мокрый свод, с которого капает. Вниз – бесполезно. Осталась только одна дорога. Одна.

Но я не стал идти вперёд. Вместо этого развернулся и направился назад – хотя назвать это «обратной стороной» было бы преувеличением. За моей спиной находилось всего пару шагов свободного пространства: грубые стены с острыми выступами и низкий каменный свод, нависающий сверху.

Я подошел в плотную и потрогал камень. Холодный, твёрдый. Местами гладкий, местами шершавый, с острыми кромками. Медленно пошёл вдоль стен, ощупывая поверхность руками, прислушиваясь к ощущениям. Просто осматривался.

Как ни странно я не чувствовал ни жажды, ни усталости. Значит, времени у меня – с избытком. Если уж система не загоняет меня таймером, почему бы не использовать это?

Теперь нужно исследовать. Смотреть. Слушать. Искать.

Мне дали бонус – так я решил. Что-то система заложила в меня, раз есть характеристики с маркером «повышенные». Пусть я пока и не знал, что именно они дают, но глупо было бы не воспользоваться этим. Бонус – не ради понтов, а ради выживания.

Я бродил по кругу, наматывая уже, наверное, десятки витков вдоль стен. Изучал всё: от свода потолка до пола, прощупывая каждый выступ, каждую трещину. Под пальцами – камень. Всё тот же. Грубый, скользкий от влаги, в одних местах острый, в других гладкий. Но ничего особенного я так и не нашёл.

Пока в сотый не вернулся к арке, ведущей в тот самый туннель испытаний.

Я только переступил через край, как перед глазами вспыхнуло сообщение:

Наблюдательность повышена! Мудрость +1 Мудрость: 2/10

Вы обнаружили тайный ход!

Вот оно как. Значит, именно моя ничтожная мудрость и не позволяла раньше замечать эти детали. Те самые «враги», которых я даже не видел до самого удара. Пресловутая наблюдательность – теперь понятно, как тут все работает. Не уровень зрения, не острота слуха, а способность сопоставлять, замечать, догадываться. Вовремя.

А значит, теперь точно спешить не будем.

Так… а что у нас тут?

Я медленно повернулся, внимательно осматривая всё, что раньше казалось просто стеной. Камень как камень… но теперь, с поднятой мудростью, что-то цепляло взгляд. Лёгкий изгиб, несоответствие швов, крошечный скол в форме полумесяца. Подошёл, провёл рукой. Камень дрогнул. Не физически – словно в голове что-то щёлкнуло: ты на верном пути.

Я отступил на шаг. Стена рядом с входом в основной туннель, которую раньше я считал просто фоном, вдруг поддалась – часть медленно отъехала в сторону. За ней открылся проход. Узкий, но вполне проходимый. Я мог протиснуться. Простора не было: развернуться проблематично, шаг в сторону – невозможен. Но если идти прямо, даже не пригибаясь, можно было пройти.

Не раздумывая, я шагнул внутрь. Проходтерялся в полутьме, но свет каким-то образом был настроен так, чтобы мне всё равно было видно, куда ступать. Как будто сама система решила дать мне шанс… или заманивала.

Я двигался медленно, стараясь идти аккуратно, на цыпочках, остро прислушиваясь к каждому звуку. Камень в руке я держал перед собой, вытянув руку, как жалкий клинок. Он был острым – я уже проверял – и, если придётся, я использую его. С яростью. С обидой. С праведной злостью за каждую смерть.

Проход был настолько узким, что врагу негде было бы размахнуться. А если кто-то и появится, я врежу первым. Без разговоров.

Но никто не появился.

Когда проход за моей спиной закрылся, я обернулся, но не сразу смог развернуться полностью – было слишком тесно. Прислушался. Вроде всё тихо. Лишь слабое эхо моих собственных шагов. Я двинулся дальше.

Стена слева вдруг изменилась. Исчезла. Не то чтобы разрушилась – она словно стала прозрачной. Я машинально отшатнулся, но понял, что это не иллюзия. Стена по-прежнему там – просто теперь я мог видеть сквозь неё. Будто она перестала быть материальной, хотя всё ещё касалась моего плеча. Это было странно. Неприятно. Но не опасно. Я не остановился.

Теперь я посматривал и налево тоже. Игнорировать происходящее больше не получалось. А потом началось то, что в другом месте, в другой жизни, кто-то, возможно, назвал бы чудесами… Но здесь? В этой странной, чуждой, будто виртуальной реальности, где грань между нормой и безумием стирается на каждом шагу – называть это чудесами было бы, по меньшей мере, странно. Здесь всё – чудо.

Слева, за прозрачной стеной, один за другим начали появляться силуэты. Сначала едва заметные, как тени на тумане. Потом всё отчётливее. Гоблины, слизни, чешуйчатые твари, костлявые упыри, мутанты, скелеты – я не всегда понимал, кто передо мной, потому что система не давала никаких описаний. Они просто… были. Шли, ползли, шевелились – каждая тварь по-своему.

Сначала я испугался. Думал – сейчас прорвутся. Сейчас начнётся. Но нет. Они оставались по ту сторону. Я – по эту.

Теперь я просто смотрел на эти вспышки, на ритм их движения, как будто наблюдал чужую хронику событий. Или смотрел в окно, за которым разворачивалась параллельная реальность.

Коридор туннеля закончился внезапно – я упёрся в глухую каменную стену. Слева, за всё той же прозрачной перегородкой, появилась ещё одна тварь. Иная. Крупнее, массивнее и гораздо опаснее, чем все, кого я видел до этого.

Она передвигалась на двух мощных ногах, увешанных хрупкими костяными наростами. Из спины торчали уродливые отростки, будто обломанные крылья. Левая лапа заканчивалась клешнёй, правая – крюком, напоминающим скрюченный тесак. Голова была вытянутая, лысая, с зеленоватым оттенком кожи, а посреди лба пульсировал алый символ – как клеймо.

Что-то в этой твари казалось до боли знакомым. В голове вспыхнула мысль – короткая, но цепкая: если так пойдёт и дальше, если я продолжу в том же духе, то, может, и правда начну вспоминать всё то, что когда-то знал. Все эти давно забытые игровые приёмы, хитрости, механики. Опыт из институтских времён, когда ночами сидел за экраном, разбирая, как выжить, прокачаться и не сдохнуть на первом же боссе.

Существо стучало когтями по полу, размахивало тяжёлой лапой, будто чувствовало моё присутствие. И вдруг – остановилось. Резко. Разом. На секунду показалось, что оно смотрит прямо на меня, сквозь стену, сквозь всё.

А потом – исчезло. Как и все остальные до него.

Будто не было вовсе.

Я налёг руками на каменную стену, и она – как и в прошлый раз – мягко сдвинулась в сторону, открывая путь. Меня буквально вытолкнуло вперёд, в округлую пещеру, откуда тянулся новый туннель. Кажется, именно отсюда я и пришёл.

И тут перед глазами вспыхнули строки:

Поздравляем! Вы прошли первое испытание! Первый этап инициации завершён. Вы выбрали необычный скрытый способ прохождения.

"Обходи проблемы – пусть их решает кто-то другой!" – вот ваш девиз!

Удачи, Претендент №4226878/1089!Данный стиль учтён и будет влиять на выбор вашего класса.

Идёт процесс возврата…

Дальше всё случилось слишком быстро. Я даже не успел понять, что именно произошло.

Ещё миг назад я читал надписи в воздухе, слегка ошарашенный, с нахлынувшим чувством непонимания, вперемешку с облегчением. Пространство закружилось, сверкнуло – и вот я уже стою… в лифте. Обычном. Современном. Чистом. С зеркальной стеной напротив и мягким звуком приближения к первому этажу.

Я смотрел на своё отражение. Такой же, каким был… вроде бы. Или нет?

Лифт звякнул. Двери начали раздвигаться.

– Что?..

Глава 3

На негнущихся ногах я вышел из лифта. Дядя Саша, даже не взглянул на меня. Вперившись в экран монитора, он махнул мне на прощание рукой. А я пребывая в каком-то полубредовом трансе – вышел на улицу и, не задумываясь, направился пешком… домой.

Пешком.

Что само по себе было уже странно. Я никогда не ходил пешком с работы – всегда либо попутка, либо такси, либо метро. Но сейчас моё тело двигалось само, словно в режиме автопилота. Я шёл, будто по заранее заданному маршруту, не обращая внимания ни на машины, ни на прохожих, ни на шум города. Всё вокруг будто потеряло чёткость и значимость.

«Что это вообще было?» – единственная мысль, застрявшая у меня в голове. Может, всё это – глюк? Вирус? Я что, съелчто-то не то? Может, какие-то испарения, токсин, галлюцинации? Кто-то мог бы списать это на плохую еду, лекарство или стресс. Или я просто уснул в офисе и всё это мне приснилось?

Стоп!

Я резко остановился. Куда вообще иду? Почему только сейчас осознал, что уже довольно долго бреду по улицам, не обращая внимания ни на что вокруг? Всё будто исчезло из восприятия. Я шёл, как в тумане. Как зомби.

С какой стати я вообще решил идти домой пешком – и так далеко? Почему не вызвал такси? Почему не сел на метро? Что со мной вообще происходит?

Как будто в ответ на этот вопрос рядом притормозила машина – старая иномарка с облезлыми шильдиками и шашечками на крыше. Водитель, смуглый парень с восточным акцентом, высунулся в окно и спросил на ломаном русском, не нужно ли мне такси. Я уставился на него с таким видом, будто он явился с другой планеты. Он даже чуть отшатнулся, но остался на месте – видно, видывал клиентов и похуже.

Не говоря ни слова, я открыл заднюю дверь и сел в машину. Назвал адрес. Машина тронулась и повезла меня сквозь редкие огни почти пустого ночного города.

Когда расплатился с таксистом и поднялся к себе в квартиру, чувство отстранённости не ушло. Наоборот – только усилилось. Всё вокруг казалось чужим. Словно я вернулся не домой, а в плохо скопированную версию своей жизни. Я попытался собраться, сосредоточиться, понять – но ничего не вышло.

В итоге я просто рухнул на кровать, даже не переодевшись. И провалился в сон.

На удивление, утренний будильник разбудил меня легко, без всяких мучений и попыток выдрать себя из сна. Я машинально открыл глаза, нащупал телефон на и выключил. Первое, о чём подумал – одежда. Вчерашняя, как обычно, осталась мятая, а значит, либо гладить, либо искать что-то свежее. А это уже проблема: стирка и глажка в моём мире откладывались на последний момент, до уровня почти катастрофы.

Вздохнув, я встал. Голова была ясная. Мысли – чёткие, собранные. И, что удивительно, события вчерашнего вечера, которые в другое время могли бы швырнуть меня в состояние паники, наоборот, складывались в голове логично. Без страха, без отторжения. Я начал разбирать произошедшее почти с холодной аналитикой.

Фрагмент за фрагментом, шаг за шагом – словно пересматривал записи с камеры наблюдения. Что чувствовал, что говорил, что делал. Почему шёл пешком. Почему не удивился, проснувшись в одежде. Что за система. Что за цифры. Что за… реальность. И главное – почему всё это ощущалось настоящим. Более настоящим, чем всё, что было до этого.

Что-то определённо произошло. Я стал другим.

Видимо, вчерашние события, какими бы фантастическими они ни казались, всё-таки были реальны. Не было ощущения сна, глюка или галлюцинации. Всё происходило слишком чётко, слишком ярко. И если это действительно так, значит, что-то – или кто-то – поглотило меня, втянуло внутрь. В какое-то… подземелье. В иную реальность, где действуют совсем другие правила.

Старые, пыльные навыки игрока, давно забытые с институтских времён, неожиданно проснулись. Там, внизу, я прошёл нечто. Испытание? Сценарий? Уровень? Я избегал прямой смерти от толп агрессивных «мобов», как бы абсурдно это ни звучало, и в итоге добрался до конца. И даже, вроде бы, получил награду. Или не получил?

Помню – были какие-то строки. Надписи, словно интерфейс игры. Что-то про выбор, про путь, про скрытую стратегию. «Вы прошли испытание», кажется? «Наблюдательность повышена»? «Претендент» – именно так система называла меня. Это точно.

Поздравляем! Вы прошли первое испытание! Первый этап инициации завершён. Вы выбрали необычный скрытый способ прохождения. "Обходи проблемы – пусть их решает кто-то другой!" – вот ваш девиз!

Данный стиль учтён и будет влиять на выбор вашего класса.

На этот раз я отскочил с кровати резко, как ужаленный, и с такой силой, что впечатался спиной в стену. Больно. Очень. Оказывается, в неожиданных моментах во мне скрыт приличный прыжок – даже не знал, что способен на такое.

Воспоминания о вчерашнем не просто всплыли – они вернулись со всей силой. И не просто в мыслях – а в виде чётких, знакомых надписей.Перед глазами, прямо в воздухе, возникло системное сообщение. Всё как тогда, в том странном подземелье.

Я прислушался к тишине. Ничего. Только лёгкое жужжание от холодильника на кухне. Надпись всё так же висела перед глазами – неподвижная, красная, как будто врезанная в пространство. Я оглядел комнату. Пусто. Никого. Никаких воронок, порталов, теней, никого не затягивает, ничто не пульсирует в воздухе. Пока всё спокойно. Уже хорошо.

Хотя… как хорошо? Надписи остались – значит, всё не так просто, как я себе представлял. И с этим придётся разбираться. Видимо, если эти всплывающие строки стали неотъемлемой частью моей жизни, как уведомления в телефоне, прятаться от них глупо. И шарахаться, как от призраков, – тоже. Надо понять, что это. Как это работает. И что оно от меня хочет.

– Исчезни, – сказал я вслух.

Надпись тут же растворилась. Исчезла, будто её и не было.

Отлично. Только вот если в следующий раз она появится, скажем, на улице, и я начну разговаривать с воздухом – это может вызвать вопросы. Ещё подумают, что я сошёл с ума. Или хуже – вызовут кого-нибудь. Не стоит так рисковать.

Я снова попытался вспомнить, что именно писала мне система после прохождения вчерашнего испытания. Сосредоточился. В голове что-то щёлкнуло – и надпись вновь проявилась прямо перед глазами. Чёткая, резкая, как будто её только что кто-то включил вручную.

– Меню, – произнёс я вслух.

Мгновенно перед глазами открылось полупрозрачное интерфейсное окно. Я на секунду застыл, поражённый: всё выглядело почти идеально. Чёткий, структурированный интерфейс, как будто выдранный из качественной RPG-игры – журнал, инвентарь, характеристики, статистика, карта… Всё, как было тогда, давно когда я часами на пролет проводил в онлайн играх.

Я мельком глянул на часы – и только тут понял, что если продолжу так «играться», то опоздаю на работу. Времени оставалось мало. Поэтому я не стал вчитываться в каждую вкладку, лишь быстро пролистал разделы, чтобы убедиться, что всё на месте.

– Лог, – сказал я.После этого закрыл меню и попробовал вызвать последнюю информацию.

И – вуаля – перед глазами снова появилась та самая надпись о пройденном испытании. Похоже, система не только реагирует на голос, но ещё и сама подбирает контекст. Возможно, даже без команды она способна выводить нужное – стоит только подумать или задать вопрос в голове. Удобно. Даже чересчур.

Но толку от этого мало, если я не понимаю, что всё это значит. Красивая обёртка – да. Функционал – тоже. Только вот зачем это мне? Почему именно я? И что теперь делать с этой "системой", которая, судя по всему, пришла не на один день?

Закрыв лог, я подошёл к зеркалу и внимательно рассмотрел себя. Следов побоёв не осталось – всё выглядело так же, как до того, как меня утянуло в ту воронку. Только вот рубашка и брюки… будто их пожевал тот самый монстр, что встретился мне в финале испытания. Мятая ткань, пятна, кое-где – рваные края. Но времени переодеваться уже не было. Я решил, что как-нибудь переживу – всё равно мне не к начальнику на аудиенцию идти.

Как же я ошибался.

И ещё как.

Именно сегодня, именно сейчас, в таком вот виде, меня внезапно вызвали на планёрку к начальству. Причём не просто рядовая встреча – в кабинете сидели все ключевые руководители отдела, а наш непосредственный начальник выглядел так, словно увидел в меня личную пощечину его организованной и выглаженной системе.

Я промолчал, скромно провёл «урок стиля», получил нагоняй, пару язвительных комментариев и обещание «впредь относиться серьёзнее». Вернувшись за рабочее место, я чувствовал себя, мягко говоря, не на высоте. Рабочий настрой исчез как роса под утренним солнцем. Распахнув электронную таблицу с отчётами, я вяло уставился в неё… и понял, что сегодня перерабатывать цифры мне точно не хочется.

Раз уж премию с меня сняли, пусть теперь сами торопятся.

– Лапшов, – раздалось позади, и я вздрогнул. Узнал этот голос мгновенно, даже не оборачиваясь. – Просьба: отчёты, которые я тебе вчера передавала.

Ну всё. Только расслабился, только начал забивать на всё происходящее, как реальность вернула меня обратно в офисной пощёчиной. Мысленно выругавшись, я повернулся. Вернее, попытался. На деле просто медленно поднял голову и посмотрел в её… объёмные… глаза. Хотя если честно – хотел смотреть именно туда, но взгляд всё равно невольно опускался ниже. Вот же дубина. Соберись.

– Я… э… – промямлил я, чувствуя, как лицо заливает жаром.

– Через час принеси результат, – отрезала она, не дожидаясь вразумительного ответа.

С этими словами она эффектно развернулась на каблуках и ушла, покачивая бёдрами так, будто знала, что оставляет после себя разрушения похлеще рейд-босса. Пол-офиса вынырнул из-за мониторов, глядя ей вслед, как заворожённые.

– Аааа… – простонал я в полголоса, сжав голову руками. – Эта работа меня доканает. Сегодня точно не мой день. Хотя… и вчера тоже не был. Если уж на то пошло – вся моя жизнь будто бы вообще не моя.

Ежедневное задание!

Надпись вспыхнула прямо перед глазами, чёткая, словно выгравированная в воздухе. Я невольно прищурился, вчитался в строки – и с удивлением понял, что вижу это впервые.

«Ежедневное задание»?

Что ещё за новинка? Пока я пытался осознать смысл, текст дрогнул, как будто под действием ветра, и сменился:

Ежедневное задание:

Бег – 5 км

Отжимания – 40 раз (в 2 подхода)

Приседания – 20 раз

Работа со свободными весами (по выбору претендента), не менее 30 минут

– Что?.. – вырвалось у меня громче, чем я рассчитывал.

Пол-офиса, которое ещё только что украдкой поглядывало в сторону удаляющейся Алены, теперь синхронно повернулось ко мне. Один коллега, не отрываясь от монитора, даже буркнул:

– С тобой всё в порядке?

Я не ответил. Весь фокус внимания был на этомновом сообщение.

Почему система вдруг решила, что мне нужен спорт? Причём с такими конкретными требованиями? И главное – к чему это?

Я не был спортсменом. Да, когда-то занимался, было дело, но это было в другой жизни. В нормальной, без гоблинов, теней и интерфейсов в глазах.

Теперь же система словно начинала диктовать условия. Сначала испытания. Теперь физическая активность.

Что дальше? Диета? Медитация?

Выполнение ежедневного задания – обязательно! В случае невыполнения хотя бы одного из пунктов вы будете перемещены в Штрафнную зону.

Время до окончания выполнения: 2 часа 30 минут.

Я застыл. Не столько от смысла этих строк, сколько от того, с какой ледяной безэмоциональностью они висели перед глазами. Таймер уже начал отсчёт – минуты тикали беспощадно, словно бомба замедленного действия.

Я медленно опустил взгляд на список. Бег – 5 км. Отжимания, приседания, силовая нагрузка минимум полчаса…

Всё это нужно было успеть за два с половиной часа. Но как? На часах было одиннадцать. Через час у меня важная отправка, которую я не доделал вчера. Плюс к этому – свалившиеся задачи после утренней планёрки. А теперь ещё и это – физзарядка в стиле спецназа.

– Да вы издеваетесь… – выдохнул я, не скрывая раздражения.

Мой мозг отчаянно пытался найти лазейку, выход, хоть какой-то способ выкрутиться. Но надпись не исчезала. Не моргала. Не смягчалась. Только таймер беспристрастно отсчитывал каждую секунду, приближая меня к чему-то под названием «Штрафнная зона». И, судя по сообщению, туда лучше не попадать.

С этими мыслями я решительно мысленно ткнул по сообщению, надеясь его закрыть, но вместо привычного голубой точки в углу появилась новая иконка – крошечный таймер. Он молча тикал, отсчитывая время до конца задания. Молчаливое напоминание о том, что скоро прилетит штраф.

Штраф? Серьёзно?

Я уставился на надпись с выражением полного недоумения. Они что, издеваются? Я не просил меня «встраивать» ни во что. Не давал согласия на участие в системе, не принимал никаких условий. Кто вообще дал им право?

Да, вчерашняя ситуация была… необычной. Даже захватывающей – побег, подземелье, интерфейс, цифры. Было в этом что-то от старых студенческих партий в РПГ, где ты чувствуешь себя героем. Но сейчас – это уже не игра. Это настоящее. И в этом настоящем мне предлагают отжиматься и бегать под угрозой телепортации в какую-то Штрафнную зону?

Нет уж. Это слишком. Даже по меркам бреда.

Я делаю отчёты. Я сдаю их Алене. Я прихожу на работу, сижу за своим местом, получаю зарплату. Этого достаточно. Всё остальное – пусть интерфейс засунет себе подальше. Я не собираюсь подчиняться командам, которые всплывают у меня перед глазами без моего желания.

– Убирайся, – пробурчал я себе под нос. – С этим я наигрался. Хватит. У меня своя реальность, у вас – своя.

Решив, что пора наконец перестать брыкаться и просто выполнить то, что не успел вчера, я сел за рабочее место и начал методично закрывать долги. Один отчёт, второй, третья таблица – голова кипела, но руки работали. Через полтора часа я всё-таки дошёл до флешки с финальной сводкой. Прямо как в боевике: на последней секунде успеваю передать данные, от которых зависит судьба всего отдела.

Подойдя к столу Алены, я вытянул руку с флешкой, на которой были собраны все таблицы, которые я вчера так ловко проигнорировал.

– Мне уже два раза звонили, – сказала она, даже не поднимая глаз, – я прикрывала тебя, как могла.

Её голос был нейтральным, почти ровным, но меня будто прострелило током. Не из-за страха или злости – просто сам звук, её интонация, вырвала меня из задумчивости, пробрала до костей. Я будто очнулся. Неловко улыбнувшись, я протянул ей флешку.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.