Мира Форст
Всё не по плану

ПРОЛОГ

2014 год

У Димы Ушинского двойное гражданство, потому, когда пришло время выбирать, в каком вузе учиться, он решил поступать в Стокгольмский университет.

Уезжать из родного уральского города было немного жаль, такая славная компания у него тут сложилась. Витя Горский, Филипп и Камилла Якушины, Полина Ефимова. Но вот как раз из-за Поли он и принял окончательное решение об отъезде в Швецию.

Сомнения оставались до самого выпускного вечера. Он заканчивал одиннадцатый класс. Витя, Камилла и Поля – десятый, Филипп же был самым младшим и учился в девятом. Друзья, естественно, явились в школьный актовый зал на вручение дипломов и шумно свистели, когда тисненную корочку получал Дима.

В ресторан, где всю ночь напролет в одном зале гуляли выпускники, а в соседнем их родители, вся компашка тоже прибыла в полном составе, отец Камиллы и Филиппа привез закадычных друзей на огромном минивэне.

Дима решился. Решился признаться Полине в своих чувствах. Он давно был влюблен в нее, наверное, еще с того времени, как они ходили в один детский сад, пусть и в разные группы. Смешная девчонка с морковными косами и голубыми глазами. Со временем цвет волос превратился в светло-золотистый, Поля выкрашивала несколько прядей в розовый, и ей невероятно шло. Она носила сережку только в одном ухе, как правило, очень большую сережку. И это тоже чрезвычайно подходило к ее облику. Странно, но красиво и ни на кого не похоже. Она была особенной девушкой для Димы. Осенью надевала одежду цвета манго, чтобы продлить лето, а зимой наряжалась в неоново-зеленую шубку, чтобы не было слишком уныло. Постоянно что-то шила и перекраивала. Однажды и ему подарила рубашку, которую сшила сама. Рубашка оказалась тесной в плечах, а ее манжеты были заметно неровными, но он все равно носил, даже после того, как она слегка полиняла после стирок.

Признания так и не состоялось, и Дима уехал в Стокгольм, потому что невольно услышал обрывок разговора между Камиллой и Полиной. Девочки устроились на мягком пуфе вдали от грохочущей музыки и болтали о нем. Не заметили, как он подошел.

– Поль, но ведь Диме нравишься ты. Он, хотя и делает вид, что ему все равно, порой, так смотрит на тебя.

– Не придумывай, Ками. Мы с ним просто друзья. Ничего не может быть. Для меня, это все равно, что влюбиться в одноклассника.

– То есть невозможно?

– Невозможно.

ГЛАВА 1. ПОЛИНА

январь 2020

– Тася, давай, не будем вмешиваться в ее жизнь. По крайней мере, в этом вопросе.

– Вадим, дорогой, но ведь тебе тоже не слишком понравился Руслан. Как бы он не разбил нашей девочке сердце.

– Родная, я когда-то тоже не понравился твоим родителям.

Улыбнулась, стоя за дверью. Да-да, подслушиваю. Нагло подслушиваю разговор своих родителей. Ведь разговор касается меня и моего будущего, моего счастья!

– Ты – другое дело, – не сдавалась мама.

– Почему, милая? Сергей Степанович и Мария Николаевна так же не доверяли мне, беспокоились за будущее своей дочери.

– Зато теперь они тебя обожают. Вадик, мои предки просто были снобами и единственным критерием, почему ты их не устроил, являлось отсутствие у тебя нужного количества монет в карманах. Но ты был честен с нами, а этот Руслан, которого привела Полька, скользкий, как уж. Неужели она не видит? Ей в прошлом месяце двадцать два исполнилось. Она взрослая, должна уже немного в людях разбираться.

– Тася, девочка влюблена. Привела своего избранника познакомиться с нами. Это ее выбор. И потом, у парня серьезные намерения. Он хочет жениться на нашей дочке.

– Он не просто хочет, он спешит со свадьбой, Вадик. По-моему, Поленька интересует его исключительно с точки зрения богатого тестя.

– У него свой бизнес, – возразил отец. – Парень к двадцати пяти годам многого достиг. Ты же сама проверила его фирму.

– Да что там проверять… Вся информация в открытом доступе. Задал запрос на проверку контрагента, тебе всю подноготную и выдает. Фирма не банкрот, судебных исков не имеется, выигрывает неплохие тендеры, зарплата сотрудникам выплачивается своевременно.

– Тогда, что тебя беспокоит?

– Чую подвох, Вадюш. Они всего месяц назад познакомились, а он уже предложение ей сделал.

Папа вдруг рассмеялся, а я еще сильнее вжалась ухом в дверную створку, чтобы ничего не пропустить.

– Ну вот что смешного я сказала? – обиделась мама.

– А то, что я на тебе готов был жениться в первый же день, как увидел тебя. Забыла разве?

– Ничего я не забыла, – засквозила улыбка в голосе мамы.

– Так может, и у них также, Таисия? Пусть свои шишки набивают. Я согласен с тобой, Руслан не произвел на меня впечатление. Не люблю таких хвастунов и павлинов. Но, допускаю, что мне не понравится вообще ни один парень, которого приведет Поля. Уступить свою дочь какому-то чужому мужику… Неприятное чувство. Пожалуй, только сыну Германа и Сабины ее бы и доверил. Жаль, что они не стали парой.

При упоминании Димы сердце привычно дало сбой в ритмичных ударах, но эту боль я давно запрятала, научилась с ней жить.

– Мне тоже жаль, – согласилась мама. – Я так и не поняла, что случилось. Сабина говорила, Диме очень нравилась наша Поля, он вроде даже ради нее готов был остаться и поступать в местный вуз. А потом вдруг – бац! И уехал. Ну… что уж теперь. Теперь в ее жизни Руслан, видимо, наш зять. Придется с этим примириться. Но ты, пожалуйста, по своим каналам проверь все-таки этого парня.

– Ладно. Проверю, раз тебе так спокойнее станет, – пообещал папа.

Меня не возмутили намерения родителей шпионить за моим женихом. Они осторожничали, я их понимала. Даже хорошо, если проверят моего любимого Руслана. Пусть сами убедятся, что он замечательный человек и достоин войти в нашу семью.

– Вадюша, дочка замуж выходит. Представляешь, какими мы старыми стали? – заставила улыбнуться меня фраза мамы. Мои любимые родители совсем не были старыми. Еще и пятидесяти нет. А мои младшие сестра-тинэйджер и брат второклассник-энерджайзер точно заставляли их держать себя в постоянном тонусе.

– Ты нисколько не старая, Тася, – явно был солидарен со мной папа. – И все такая же красивая, как прежде.

Я не успела отскочить, когда мой младший братец Лёшка сбил меня с ног, врываясь в родительскую комнату. Так и залетели мы с ним вместе, помешав страстному поцелую. Да… мои родители очень любят друг друга. Я верю, что и у нас с Русланом будет также – долго и счастливо.

Две недели спустя, мама попросила подняться в отцовский кабинет. Я отложила учебник и конспекты, все равно мысли вовсе не о завтрашнем экзамене, да и не станет препод заваливать выпускников-пятикурсников.

За мной увязался наш пес. Терри радостно вилял хвостом и бежал на мансардный этаж коттеджа вперед меня. Любимчик керри-блю-терьера мой братишка. Но Алешка сегодня допоздна в гостях у Горских, младшие дети дяди Спартака и тети Алины, двойняшки Макс и Ирочка празднуют день рождения.

Меня сразу насторожили лица родителей. Папа с мамой выглядели слишком серьезными. Неужели успели узнать мою маленькую тайну? Но я и не собиралась от них скрывать, просто сама еще не переварила.

– Присядь, Поля, – мягко и ласково произносит отец, что не вяжется с его суровым сейчас взглядом.

Послушно сажусь в мягкое кресло. Готовлюсь оправдываться, потому не сразу до меня доходит, что речь о другом.

– Полина, твой папа поручил детективу последить за Русланом, – говорит мама то, что я уже знаю.

– И? – начинаю нервничать.

– Мне жаль, милая, но он аферист и подонок, – передает мне папа пластиковую папку для документов. – Причем действовал не один.

– Действовал? Не один? – пляшет что-то разноцветное у меня перед глазами. Открываю папку, читаю и не верю. Доказательства неопровержимые, но я не хочу верить. Разве такое могло случиться со мной?

– Руслан – его настоящее имя, фамилия Моляев – нет, – поясняет папа то, что я могла неверно понять или упустить. – Он прикрывался фамилией человека, кому на самом деле принадлежит фирма. Просто придумал для тебя и нас, что он тот самый Руслан Моляев. А на самом деле не имеет ни к нему, ни к фирме никакого отношения. Его настоящая фамилия – Чернышев.

– То есть все из-за денег? – дрожит мой голос.

– Да, Полина, – не юлит со мной папа. – Детектив сделал несколько записей. Записи разговоров Чернышева со своей любовницей.

– Любовницей? – кажется, я умираю. Встречался со мной, жениться собирался, и все это время у него была любовница? В то время, когда я думала, что встретила принца, он спал с другой? – Они вдвоем все спланировали?

– Эта женщина моя сводная сестра, – совсем дезориентирует меня папа.

– Тетя Лена? – от шока мне даже дышать больно. – Но она ведь старше Руслана в два раза.

– Она всегда была яркой женщиной, – с сочувствием глядит на меня мама. – С Чернышевым в казино познакомилась, где он спускал деньги богатой вдовы.

– Но… как она могла, папа? Ты же столько сделал для нее.

– Хотя Ленка совсем этого не заслуживала, – жестко припечатала мама. – Как встала однажды на кривую дорожку, так и не сходит с нее.

– Полечка, мне жаль, что так получилось, – называет папа меня так, как звал в детстве. – Но они рассчитывали запустить лапу в наш семейный кошелек.

– Хорошо, что мы узнали сейчас, пока вы не успели расписаться и стать родителями. Иначе нам от этого мошенника и его тенью за спиной никогда бы не отделаться, – не догадывалась мама еще о том, что я натворила.

Видимо, мой затравленный взгляд о многом ей сказал.

– Поля? Вы же не…

– Да, мамочка, – пришлось каяться. – Я беременна. Только сегодня узнала.

Мама с папой переглянулись, но не стали ругаться и говорить очевидных вещей. Сама понимаю, что дура. Полная дура.

– Руслан в курсе? – спокойно спрашивает папа.

– Нет. Мы собирались вечером встретиться. Тогда и хотела ему сказать. А потом вам.

– Он не должен узнать, Поля, – просит мама.

– Мамочка, я не скажу ему. Конечно, не скажу после того, что узнала, – заструились слезы по щекам. – Но я… Я не хочу избавляться от малыша.

– Никто не говорит тебе избавляться от ребенка, милая. Дите – это всегда чудо, подарок. Просто нельзя подпускать к нашему чуду мерзавцев.

– Можно избавиться от них, – предлагает папа.

– Избавиться? – ошарашенно гляжу на своего любимого папочку. – Это что он сейчас предлагает?

– Думаю, собранных детективом материалов, достаточно для прогулки нашей сладкой парочки за решетку, – развеивает папа мой испуг. – Или доходчиво объясним, что в городе им задерживаться не стоит.

Я поднимаюсь с кресла. Невидимый защитный барьер лопнул, накатывает дурнота и осознание, как жестоко со мной обошлись. Поигрались. Да как все банально. А я-то считала себя особенной, ни на кого не похожей. Думала, в моей жизни всегда искрить будет. Но, оказывается, я обычная, с обычной, банальной историей.

– Поля, ты куда? – волнуется мама.

– Погуляю. Мне на воздух надо. Я здесь. В поселке. Не беспокойтесь за меня, – бреду, едва волоча ноги, словно дряхлая старуха, и уже в дверях оборачиваюсь. – Папочка, сделай, как считаешь нужным.

Он медленно кивает, ободряюще улыбается мне.

Алиска не успевает убежать. Подслушивала.

– Что? Конец великой любви? – сдувает она со лба длинную челку.

У сестры сейчас период гадкого утенка, с ней сложно разговаривать. Игнорирую ее.

На улицу за мной выскакивает Терри и сразу плюхается в сугроб, из которого не может выбраться. Я улыбаюсь сквозь слезы, вытаскиваю питомца из снежного плена.

Вокруг дивная красота, все укутано слепящим снегом. Снежинки будто застывают в воздухе, будто хвастаются неповторимыми узорами.

Такая фантастическая природа. Природа живет своей небанальной жизнью и демонстрирует полное равнодушие к человеческим ненастьям.

ГЛАВА 2. ДМИТРИЙ

сентябрь 2022

– Мам, прилечу немного раньше, чем планировал, – развязал узел надоевшего галстука. Скинул пиджак на спинку кресла, галстук полетел вслед за ним. – Удалось покончить с делами на фирме, и меня не стали более удерживать. Ты говорила, вы собирались на базу отдыха? Вас не будет, когда я приеду?

– Не будет, сынок. Но планы изменились. Папу пригласили в Пекин на встречу с деловыми партнерами, мы с девочками летим с ним. Я для тебя ключи от дома Горским оставлю, заберешь у них, хорошо? Или, давай, попрошу Спартака встретить тебя?

– Не надо, мам, – вышел я на балкон арендованной квартиры. – Приятно, что ты все еще проявляешь заботу обо мне, но, не забывай, твой сын вырос. Я возьму такси или каршеринг.

– Хорошо, мой взрослый сын, – засмеялась она. – Конечно, ты сам можешь позаботиться о себе. Значит, оставлю ключи у Горских. А, знаешь, – явно пришла маме в голову новая идея. – Я ведь еще не отменила путевку на базе отдыха, только собиралась это сделать. Дима, может, ты займешь забронированный номер? Мы с папой и девочками однажды уже отдыхали там. Очень хорошее и уютное место, никакой суеты. В ста километрах от Екатеринбурга. Отдохнешь от работы немного. Сил наберешься перед тем, как возглавить компанию.

– Соглашаюсь, мама, – не стал отказываться. Почему нет? Я так много вкалывал, а в обозримом будущем работы лишь прибавится, так что вполне можно позволить себе недельку ничегонеделанья.

– Отлично, я сообщу администрации курорта и скину тебе локацию. Ужасно соскучилась по тебе, дорогой.

– Скоро увидимся, мам, – тоже соскучился я по родным, хотя мы, безусловно, всегда оставались на связи.

Отдохнуть можно было бы и дома. У моей семьи большой коттедж, в котором я вырос. Пару лет назад на том же земельном участке папа построил еще два коттеджа поменьше. Три дома разделены между собой лишь садовыми посадками. В большом живут родители. В одном из тех, что поменьше, разместились мои сестренки-погодки, девятнадцатилетняя Римма и младшенькая Сима. Второй – моя вотчина. Я уже останавливался там, когда приезжал в недолгие отпуска и на зимние праздники. Очень здорово папа придумал. У каждого свое личное пространство, никто друг друга не напрягает, притом, вся семья остается вместе. Мы можем собираться за одним столом в главном коттедже или на летней веранде, а можем и не показываться вовсе из своих убежищ. В большом доме хозяйничает постоянная кухарка. Мария много лет работает на нашу семью и готовит для всех.

Но я все же выбрал тихий курорт. Успею еще основательно обустроиться в своем доме. К тому же в городе сейчас никого из моих друзей, а без них будет скучно. Филипп, как обычно, до конца сентября остается на Сахалине. Камилла давно живет в Питере, скоро уж мамой во второй раз станет. С ее мужем познакомился на их свадьбе. Мне парень понравился, так что я рад за старшую сестру Филиппа. Витя Горский сорвался на какое-то шоу. Звонил на прошлой неделе, сказал, что некоторое время будет недоступен ни по телефону, ни в соцсетях. Я так и не понял из его сумбурной и сбивчивой речи, куда друг умотал. Какое шоу в начале сентября? Да еще при его высокой должности?

Оставалась, конечно, Полина. Полечка.

При мысли о девушке, сердце словно ножом резали. И пусть в Стокгольме, сначала в университете, затем и в офисе вокруг меня вились самые настоящие красавицы, моя тоска по голубоглазой девчонке не проходила. Я буквально задыхался вдали от нее. Так, наверное, чувствует себя собака на привязи, которая рвется к хозяину, сдавливая ошейником себе горло. Так и я рвался к Поле. Только напрасно.

Сам виноват. В том, что случилось, сам виноват. Потерял любимую девушку из-за своей же глупости. Прикрываю глаза, вспоминая. Почему не могу забыть? Никак не могу.

Когда она призналась Камилле, что я для нее всего лишь друг, не раздумывая ни минуты, уехал поступать в шведский вуз. Окунулся в новую для себя среду, в студенческую жизнь, погрузился с головой в учебу, устроился на работу.

Со своими друзьями из России связи не прерывал, благо современные технологии позволяют общаться из любой точки мира. Окончив третий курс, на службе мне наконец-то повезло с летним отпуском. Обычно меня опережали семейные, всем, кто не имел супругов и детей, приходилось летом отдуваться. А тут как-то все срослось, и я полетел домой, где две недели тусил с Витей, его тогдашней пассией и Камиллой.

Филипп служил в армии, потому тем летом нам не довелось увидеться, а Полина, к сожалению, именно в то время, когда прилетел я, улетела с родителями, Лешкой и Алиской на Бали. Только и оставалось, что любоваться жаркими фотографиями, которые она выкладывала в своем профиле. Я прям закипал, когда видел ее в купальниках, которые и купальниками-то назвать нельзя. Вот не моя, а бесился все равно. Даже комменты оставлял, чтоб удалила провокационные снимки. Ефимова лишь смеялась надо мной, и удаляла не фотки, а мои комментарии, больше подходящие не молодому парню, а строгому отцу. Странно, что дядя Вадим позволял дочурке болтаться по пляжу в таком сексапильном виде.

– Дим, – наклонилась Камилла к самому моему уху, чтоб не перекрикивать грохот музыки. Мы проводили время в вип-зоне клуба «Неоновый тренд», открытом нашими родителями еще в начале девяностых годов. Виктор ушел танцевать со своей подружкой, а мы с Ками просто смотрели на то, как народ развлекается. – Дим, может…, может сбежим вдвоем? – неожиданно предложила моя давняя подруга.

Я внимательно посмотрел на нее. Слова и пристальный взгляд Якушиной не оставляли сомнений о характере ее предложения.

Камилла была одной из самых красивых девушек, каких я когда-либо встречал.

Ей достались самые привлекательные черты внешности ее родителей. И характер у нее был хороший, легкий. В ней доброта перемешивались с целеустремленностью, честность с безоговорочной поддержкой близких и друзей. Мягкая и нежная, как и ее мама, в тоже время собранная и жесткая, когда того требовали обстоятельства, как ее отец. Я любил Камиллу. Но исключительно, как друга. Мне вдруг стало смешно.

– Я сказала что-то смешное, Ушинский? – несильно пихнула она меня локтем в бок.

– Мы с тобой просто друзья. Ничего не может быть. Для меня, это все равно, что влюбиться в одноклассницу, – чуть подкорректировав, процитировал фразу Полины, которую не забывал с окончания школы. – Невозможно.

– А…, – забрезжило воспоминание и понимание в ее глазах. – Димка! Ты что, подслушивал нас с Полькой?

– Случайно услышал.

– Ясно. Так, значит.

– Да, Ками, прости, но я говорю правду. Не хочу портить нашей дружбы, а серьезного ничего не выйдет.

– Я поняла, Дим, – села она ровно и взяла в ладони бокал с ярким бумажным зонтиком на трубочке. – Будем считать, этого разговора не было. Я тоже совсем не хочу терять нашей дружбы. Значит, тебе всегда нравилась Полина? – выразительно глянула она на дисплей моего телефона, на открытую страничку соцсетей, куда Полька только что загрузила свежую порцию пляжных фотографий.

– Я ее люблю, Камилла. Только, прошу, не надо болтать об этом направо и налево.

– Не буду, раз ты просишь, – пообещала она и добавила. – Дима, у нее никого нет. С твоего выпускного прошло три года. Может быть, тебе стоит попробовать? Если будешь отмалчиваться, Поля о твоей любви никогда не узнает, закрутит роман не с тобой, а ты станешь жалеть, что ничего не предпринял.

– Ты права, Камилла, – трудно было объяснить мне ей, что, когда речь заходит о Полине Ефимовой, меня клинит, я теряю разум, становлюсь неуверенным и вообще не знаю, как вести себя правильно. – Надо набраться решимости.

– Ты боишься, что она отвергнет тебя. Да?

– Да. Боюсь.

– Иногда легче признаться письменно, – был благодарен я Ками за то, что она не стала зацикливаться на моем отказе от нее и теперь хочет помочь мне завоевать Полю. В этом вся Камилла. В этом ценность нашей дружбы.

Я последовал совету и стал признаваться Полине в своих чувствах постепенно. Добавлял в наши с ней переписки откровенных фразочек, делал намеки, звал приехать. Поля не была дурой и, что больше всего радовало, она не отшивала меня. Наши сообщения наполнялись флиртом и фривольностью, ожиданием и предвкушением.

А затем все закончилось, так толком и не начавшись. В один миг. И по моей вине. Хотя на друзей я тогда тоже был зол, могли бы предупредить о своем приезде, а не делать сюрпризов, которые разом крушат твои надежды.

Студенты с моего курса устроили вечеринку в модном клубе. Я прибыл туда после сложного рабочего дня с желанием как следует расслабиться. Выпил лишнего, размяк и уехал под руку со знойной блондинкой. Привез ее в свою арендованную квартиру.

Квартиру оплачивал отец, у нас с ним была договоренность, я сам плачу за учебу, а он дает денег на жилье. Папа всегда учил меня самостоятельности, но никогда не оставлял без поддержки. В наших с ним отношениях всегда присутствовал комфортный баланс. Лучшего отца я и пожелать не мог.

Блондинка осталась у меня на ночь, а утром ко мне заявились Витя, Филипп, Камилла и Поля. Вот так все и случилось не по плану. Не по моему плану.

Трель дверного звонка разбудила меня. Щурясь со сна и не озаботившись об одежде, я так и открыл дверь – взлохмаченный и в одних трусах-боксерах.

– Мы тебя разбудили, дружище! – первым обнял меня Витька. – Как тебе сюрприз?

– Дмитрий, это твои друзья из России? – появилась за моей спиной полностью обнаженная Урсула.

Виктор поднял большой палец вверх, Филипп понимающе ухмыльнулся, а я едва не завыл от застывшего взгляда Полины. Моя любовь так близко и так далеко. Делает вид, что все в порядке. Но я на каком-то глубинном уровне чувствую, как ей неприятно. Она казалась мне такой красивой, такой хрупкой. Почти нереальной. Моргаю в глупой надежде, что это всего лишь глупый сон, и Поля сейчас исчезнет, словно мираж.

С тех пор наши переписки не прекратились, но в них не осталось и следа от нежности и флирта. Полина больше не приезжала, хотя я отчаянно желал увидеть ее на пороге. Затем она и вовсе исчезла из всех социальных сетей, а ее номер не отвечал. От Камиллы узнал, что моя Полечка родила дочь от недостойного человека, из-за него закрыла все свои аккаунты и сменила номер телефона. Подробностей Ками не знала, так как уже переехала к тому времени в Петербург. Я был раздавлен и опустошен от таких вестей. Упустил Полю. Не оградил от мерзавца. Не защитил.

***

На базу отдыха прибыл ближе к вечеру, пропустив часы ужина. Это было не страшно, так как в бизнес-классе авиалинии, которой я летел, неплохо кормили. К тому же администратор туристического комплекса заверил, что на территории работает круглосуточный ресторан.

Назвать это место курортом, я бы не решился, как и невзрачную трехэтажную постройку отелем. Мама немного приукрасила. Именно туристический комплекс. И именно гостиница. Но в том, что здесь уютно и никакой суеты, она оказалась права.

Вдали от большой цивилизации, на самой границе с природным заповедником. Вокруг простор из холмов, лесов и полей, птичий щебет, запах влажной травы, чистейший воздух. И приятное удивление – просторный двухкомнатный номер-люкс.

Поставил сумку в прихожей. Позже разберу. Открыл балконную дверь. Вид из люкса тоже радует – на лесное озеро с деревянными пирсами. Мне все нравилось. Спасибо маме за идею.

Со стороны высоких холмов ползла черная туча, я наблюдал за ее быстрым приближением и цветными электрическими разрядами, что яркими сполохами раскрашивали небо. Ветер начал клонить вниз ветви деревьев, первые громовые раскаты предупреждали о скором ливне.

– Не бери романы Стивена Кинга про домик в лесу в домике в лесу, – усмехнулся, припомнив старую шутку.

Отдыхающие торопливо возвращались в гостиницу. Мой взгляд зацепился за женскую фигурку в длинной юбке и объемном кардигане из сиреневого мохера. Я еще не видел ее лица, но сердце узнавало. Не думал, что так бывает. Не думал, что на определенного человека мозг реагирует вот так сразу, какими-то особыми нейронами.

Девушка катила впереди себя прогулочную коляску, откуда выглядывала рыжеволосая девчушка. Мама крохи неожиданно остановилась, подняла глаза и столкнулась с моим настойчивым взглядом.

Поля очень сильно изменилась за то время, что мы не виделись. Никаких смешных кос, розовых прядей и вызывающей одежды. Длинной сережки в ухе тоже не было. Но это не значит, что она стала другой. На мой взгляд, она стала даже лучше и невероятно женственной.

Золотистые локоны падали ей на плечи, в голубых глазах плещется счастье, на губах, едва тронутых помадой, играет улыбка.