Александр Дмитриевич
Таяны. Приемлемая цена

Глава 1.

Прошла неделя с момента нашей поездки в деревню Кривая. Постепенно острота пережитого притупилась. Картины того дня всплывали в памяти уже не столь ярко, как сквозь мутное стекло. В голове упрямо складывалась версия: "Да, было нечто. Но этому должно быть объяснение. Просто пока его нет".

Мой разум цеплялся за спасительную теорию: необъяснимость события в данный момент не делает его волшебством. Возможно, мы просто не увидели самое начало явления, его первопричину, то "малое", что запустило цепь событий, столкнувшись лишь с последствиями самого явления. Без этого ключевого звена вся картина кажется нелепой, невозможной.

Представьте: существует природное явление, случающееся раз в двести—триста лет. Допустим, вы не знакомы с таким явлением, как град. Вы все знаете о дожде, снеге, ветре. Но о граде? Ни вы, ни ваши родители, ни деды о таком не слышали. Разве что дошли смутные отголоски в древних сказках или полузабытых преданиях, воспринимаемых как вымысел. Вечером вы ставите машину у подъезда под чистым небом. Утром подходите и видите: ночью прошел дождь, а ваша машина… вся в вмятинах, будто от падения камней. Град? Он давно растаял. Остались лишь следы разрушения и лужи. И вы, не видя самого явления, а лишь его последствия, будете утверждать, что вашу машину повредил дождь. Но это же не так! Просто вы не застали то самое начало – падение ледяных горошин.

«Дмитрий, – настойчиво напоминал мне мозг, – ты просто не увидел того самого "малого". Той самой начальной точки. Увидел бы – и все встало бы на свои места. Причина, следствие. Логика».

И я соглашался. Потому что эта мысль, пусть и зыбкая, хоть как—то помогала. Она втискивала пережитый кошмар в рамки привычного мира. Она позволяла дышать, не чувствуя, что почва ушла навсегда. Верить, что хаос – лишь видимость, за которой скрывается пока не познанный порядок.

Тишину субботнего утра разорвал телефонный звонок. На экране: «Виктор Астахов». Я, только что потягивавший чай у окна, ощутил в груди уже знакомое беспокойство. Виктор не звонил после той поездки… Я подошел к кухонной двери, прикрыл ее на случай, если проснется жена, и нажал на иконку приема вызова.

– Дмитрий? – Голос в трубке был низким, чуть хрипловатым, но собранным. – Дома? Не отвлекаю?

– Да, дома, – ответил я, понижая голос. – Что-то случилось, Вить?

Меня охватило предчувствие, словно перед бурей.

– У меня сейчас Андрей. Он был с ними тогда… – Пауза. В трубке – ровное, чуть замедленное дыхание. – Друг Алеши. Он… выдал кое—что. То, о чем они все молчали до сих пор.

Я ждал. Слышал, как Виктор сделал глубокий вдох.

– В апреле… За пару недель до той рыбалки… Они вчетвером – Алексей, Саня, Кирилл, Андрей – ходили на кладбище. Старое, за Чумышом. – В голосе Виктора – не дрожь, а тяжелая уверенность. – Решили испытать удачу. Молодость, глупость… Полезли к Погостнику. Загадывать желания.

В сознании всплыло: ночь, поваленные кресты, шепот о запретном. Слово «Погостник» повисло в воздухе, чуждое и тяжелое, словно могильный камень. Предчувствие кольнуло под сердце ледяной иглой.

– И что? – выдавил я, стараясь, чтобы голос не дрогнул.

– К нему пошел только Алексей. Говорить от имени всех. Остальные держались поодаль. – Голос Виктора стал глуше. – Да не доделал ритуал. Не успел Алексей договорить – появился сторож. Живой, с фонарем. Поднял шум, погнал прочь. Они ушли.

В голове крутились обрывки: Погостник… сорванный ритуал… последствия… Что это значит!?

– Дальше интереснее, – продолжил Виктор, и в его тоне стали слышаться металлические нотки. – Буквально сразу Сане досталась машина. Нежданно. Кирилл откопал золотые монеты. Николаевские. Будто их земля сама ему под ноги бросила. А вот Андрею… Андрею – ничего. Ни гроша, ни везения. Только… – Виктор сделал паузу, будто взвешивая слова. – Только теперь он видит Алексея.

От его слов сердце учащенно забилось.

– Видит? Что именно?

– Краем глаза. Промелькнет тенью… – Виктор говорил спокойно, но в этой спокойности слышалось беспокойство. – Стоит где-то в стороне… Весь обмякший, вода с него струится. И запах… Дим, Андрей говорит, пахнет озерной тиной и гнилью, точь-в-точь как у того берега. И манит рукой… Зовет.

Его молчание на линии стало тягучим, как смола. Видения. Отзвук. Неоплаченный долг… Я сглотнул ком в горле.

– Андрей как? – спросил я, мысленно продумывая свои действия.

– На грани. – отрезал Виктор. – Трясется. Уверяет, что Алеша вчера ночью у дверей стоял… в дверной глазок смотрел. Мокрый след остался.

– Не отпускай его. Я выезжаю. – Я уже поднялся, хватая ключи. – И пусть копается в памяти. Нужна каждая деталь того вечера и не только. Каждое слово Алексея. Как выглядело место… Это критично. И кто это такой – Погостник?

– Понял, – ровно ответил Виктор.

– И, Витя?

– Слушаю.

– К моему приезду Саня и Кирилл должны быть у тебя. Собери их. Любой ценой… Чувствовал же, что что-то упускаем. Нам нужна полная картина. И, да, Вить… твой адрес?

Трубка замолчала. Я еще секунду стоял в тишине кухни, ощущая лишь стук собственного сердца да теплый след от чашки в руке. Слово «Погостник» застряло в голове, отозвавшись глухим эхом где-то под ребрами, – тяжелым, чужим.

Дверь тихо открылась.

– Дим? – раздался голос жены и в проеме появилась Таня, заспанная, в коротком топе и шортах. Она зевнула, лениво потягиваясь. – Кто это так рано? С работы?

Я лишь отрицательно кивнул, убирая телефон в карман, стараясь принять обычное выражение лица.

– Нет. Виктор Астахов. Ну, помнишь…

– Да-да… Случилось что-то? – Она налила себе воды, наблюдая за мной пристальным, еще не до конца проснувшимся взглядом.

– Да нет… – начал я, пытаясь уйти от подробностей, но поймал ее взгляд. – Там Андрей, друг Алеши. Пришел к Виктору. Надо съездить, разобраться.

Она поморщилась.

– Дим, суббота же… А у нас планы? Детей к обеду твой отец привезет… Ты недолго?

В ее голосе не было упрека, только легкая усталость и ожидание привычного распорядка. Этот мир – дети, субботние планы – вдруг показался хрупким стеклянным шаром.

– Не задержусь, – поспешно сказал я, стараясь звучать убедительно. – К их приезду вернусь. Сама же знаешь, как долго они спят.

Она немного помолчала, допила воду.

– Ладно… – вздохнула она. – Только смотри не опоздай. Обещаешь?

– Обещаю, – ответил я, и это слово застряло комом в горле.

Она недоверчиво кивнула, и вышла. Обычная утренняя сцена.

Встряхнувшись, я направился в прихожую. Ключи звякнули обыденно. «Куриный бог» болтался на крючке – просто камень на веревочке. Его обычность вдруг показалась жуткой.

За окном была обычная суббота: солнце, привычный гул города вдали. Я сел в машину; двигатель завелся с первого раза, звуча неестественно громко для тишины выходного утра. Пока ехал, мысленно раскладывал услышанное по полочкам:

* Кладбище за Чумышом. Заброшенное. Место, где время остановилось.

* Погостник. Кто это? Название звучало как старинное проклятье.

* Сорванный ритуал. Незавершенное дело в таком месте.

* Неравная плата. Машина. Монеты. И призрак.

* Алексей. Его тень уже здесь.

Во дворе Виктора был аккуратный газон. Его «Land Cruiser» стоял у ворот. Но воздух замер, будто кто-то приглушил звук. Шагнув к калитке, я услышал еле заметный скрип петли – громкий в этой тишине. Виктор ждал на крыльце. Он прислонился к стене, в его позе читалась усталая собранность. В руках он перебирал гладкие деревянные четки – медленно, ритмично. Его взгляд, когда он встретил мой, был спокоен, но глубоко в зрачках читалась непробиваемая тяжесть.

– Внутри, – кивнул он на дверь. – Андрей в гостиной. Кирилла скоро ждем. Андрей Саню…уговаривает.

– Надо было по дороге заехать за ними, – ругнулся я на собственное упущение.

– Нет, не надо. Я обещал им заплатить за такси. Так что, думаю проблема не в «доехать». – он покашлял в кулак, – Проблема в другом. Легко все испортить. Поэтому просто ждем.

Запах свежезаваренного чая в прихожей смешивался с чем—то слабым, но упрямым – запахом сырой земли и мокрых камней. В комнате, в кресле у окна, сидел Андрей. Молодой парень, бледный, но не трясущийся. Он сидел неестественно прямо, руки сжатые в кулаки, лежали на коленях. Взгляд его не бегал, а был прикован к пустому дверному проему в стене напротив, словно он ждал, что там что—то появится. Когда я вошел, он лишь скользнул глазами в мою сторону, не поворачивая головы.

– Он был здесь? – спросил я тихо, следуя за его взглядом к дверному проему. Там было пусто. Только тяжелая портьера чуть колыхалась.

Андрей медленно перевел на меня взгляд. Глаза были широкими, темными от расширенных зрачков. – На площадке стоял и смотрел… – голос его был низким, хрипловатым от напряжения, но не срывался. – Я его в дверном глазке видел… Глаза. Мокрые… И запах… как тогда…

Легкий холодок пробежал по спине. Я подошел ближе, пододвинув второе кресло, и сел напротив.

– Андрей, можем дождаться твоих друзей, можешь начать сейчас сам. Только прошу с самого начала. Кладбище. Погостник. Кто он? Что вы знали о нем?

Андрей сглотнул, челюсть напряглась. Он отвернулся, снова уставившись в дверной проем, ведущий на кухню, но заговорил, тихо и монотонно:

– Старики… – начал он, голос сорвался. Он вновь сглотнул, – …в деревне поговаривали. Что на старых погостах… живет Хозяин. Что он слушает. Может дать… за плату. Но никто не говорил, кто он. Кажется… никто не знал наверняка. Только… предания. Что он в земле живет. И в тишине между могил. – Он сделал паузу. – Алексей… он первый сказал: «Пойдем попросим». Сказал… знал, как найти его. Где стоять. Что шептать…

За окном внезапно зашелестели листья, хотя ветра не было. Солнечный зайчик на полу дрогнул и погас. В комнате стало чуть темнее. Где—то на кухне тихо, но отчетливо звякнула ложка о блюдце.

Безмолвие после этого звона показалось особенно глубоким и настороженным.

Я услышал шаги на крыльце. Андрей резко обернулся к двери в прихожую. Входная дверь неожиданно распахнулась, впустив поток обычного уличного шума. В дом зашёл молодой парень, а за ним Кирилл.

– Дядь Вить, здравствуйте! Я таксисту заплатил уже, – обратился Кирилл к Виктору.

– Здравствуйте, ребята! Саня, Кирилл, проходите. – Виктор быстро достал кошелек и отсчитал купюры. – Держи.

Парни разулись и молча прошли. Саня упорно смотрел в пол, избегая взгляда Андрея; Кирилл лишь мельком кивнул ему, на лице читалось беспокойство. Они сели на диван. Виктор закрыл входную дверь. Гул улицы стих. В комнате снова воцарилась густая, настороженная тишина. Андрей неотрывно смотрел на Саню и Кирилла, его пальцы побелели, вцепившись в подлокотники кресла. В воздухе витал сладковатый запах чая, напряжения и чего-то еще перебивающего все остальное – упрямый, назойливый запах сырой земли.

Он здесь, – пронзила мысль, и слюна во рту стала вязкой и горькой. Я сел напротив ребят, стараясь звучать ровно, но голос сам собой натянулся, как струна.

– Ладно. Начнем с начала. Кладбище за Чумышом. Зачем? Правда.

Саня дернул плечом, глаза скользнули мимо меня, уткнулись в узор ковра.

– Да просто! Захотелось! Заброшка, мистика… Типа вы в свои годы некуда не лазили! Что такого-то? – Его голос звучал слишком громко, слишком нарочито.

Кирилл смотрел на Саню и кивал головой, нервно теребя что—то в кармане куртки.

– Ага. Да просто приключение. Старые плиты, атмосфера. Как в сталкере потусоваться. – Кирилл попытался улыбнуться, но улыбка вышла кривая.

Андрей вскочил лицо его исказилось: – Врете! Я же отговаривал! Кричал – не надо туда лезть, тем более к этому… Погостнику! Вы же слышали, что старики болтают! Леха завел, но вы все горели как спички! – Голос его сорвался на хрип.

Саня вскипел, резко повернулся к Андрею, глаза злобно сверкнули: – Андрюха, ты лучше заткнись! Разговорился! Никакого Погостника мы не видели! Леха сам полез через ту калитку, в ту оградку… маленькую. Мы ждали снаружи! Пять минут, не больше! – чеканил он каждое слово.

Кирилл закивал, как марионетка: – Точно! Он там у какого—то валуна копошился, что—то шептал… А потом – бац! Мужик с фонарем! Заорал как резаный, погнал. Леха выскочил – мы за ним. Через кусты – и ветром. Все! – Он замолчал, тяжело дыша, как после пробежки.

Я поймал взгляд Виктора. Тот стоял у двери, неподвижный, как истукан, лишь пальцы медленно перебирали гладкие деревянные четки. Его темные глаза были непроницаемы, но я чувствовал – он, как и я, понимает, что слышит ложь.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.