Элис Айт
Боевая невеста для… Эй, эльф, ты куда?

Глава 1

– Раздевайся! – рычит Он, нависнув надо мной.

– Нет! – слабо возражаю я, уже понимая, что у меня нет выбора.

Он сильнее. Он прирожденный хищник, его мускулы – стальные жгуты, руки легко гнут железо. Сломать такую, как я, жалкую полукровку, ему как щелкнуть пальцами.

Кулак врезается в стену. Я вздрагиваю.

– Раздевайся, – низко, утробно повторяет Он, и меня от этих звуков встряхивает до самого нутра. – Или я разорву на тебе одежду. В чем тогда пойдешь домой? Весь город будет видеть, кто ты на самом деле, маленькая грязная потаскушка.

– Х-хорошо, – выдаю я и медленно, под его жадным взглядом, принимаюсь за шнуровку.

В конце концов, он прав. Что-то внутри меня действительно хочет этого – чтобы он содрал с меня платье, сорвал с губ стон, заставил кричать от наслаждения. Наверное, я и правда грязная потаскуха…

Платье с шуршанием падает на пол. Мужчина передо мной скалится, его глаза загораются диким огнем. О, какая страсть нас ждет! Я замираю от предвкушения, любуясь крупными клыками, слегка выступающими над губой, и твердой, как гранит, кожей. Как тяжело в наше время встретить каменного тролля! Наша встреча была устроена самой судьбой!

Он наклоняется ко мне, чтобы впиться в мои губы…

– Линни! – раздался на краю сознания голос.

Лучший мужчина в моей жизни вдруг поблек и начал таять, словно мираж. Я отмахнулась от зова и попыталась сосредоточиться на образе знойного тролля, но голос не успокаивался.

– Линн Талвор, а ну-ка проснись!

Будто этого было мало, меня ткнули в бок. Я вздрогнула и наконец очнулась. На меня с сиденья напротив строго смотрела сухонькая старушка – старшая горничная, она же моя бывшая няня и по совместительству самый близкий мне человек.

– Линн Талвор, – строго повторила Даница. – Ты чего это подозрительно кряхтишь во сне? Что за непотребства тебе снились?

– Кряхчу, потому что спина затекла, няня. А вам лишь бы о непотребствах думать, – кисло улыбнулась я и под ее сердитое фырканье выглянула в окно кареты.

Там по-прежнему проносились набившие оскомину виды степи с пожелтевшей травой и бескрайним горизонтом.

Ах, ну да. Платье все еще на мне, никакого вожделенного красавца-мужчины рядом нет, а мы трясемся в пути фьёрт знает куда с одной-единственной целью: чтобы я могла выйти замуж за эльфа.

Лорд Элент Галантил олицетворял собой все, что я терпеть не могла. Эльфы высокие, тощие, бледные – пародия на настоящего мужчину, а не крепкое плечо, на которое можно опереться в любой ситуации. Они брезгливы, питаются только растительной пищей, падают в обморок, если кто-то прихлопнет муху, целый день тренькают на арфах и глядят на звезды. Люди для них все равно что тараканы. Эльф живет лет пятьсот, а человек – в среднем пятьдесят. Пока эльф почешется, на троне успеет смениться три человеческих монарха.

А мой жених, Элент, еще хуже всего перечисленного. Коварный интриган, он участвовал в заговоре против короны и был сослан на границу – защищать ее от степных кочевников.

У него даже не хватило достоинства погибнуть в одной из битв! Нет, он так и торчал больше года на окраине королевства. Когда тетка объявила, что нашла, куда меня сбагрить… то есть за кого выдать замуж, не Элент поехал ко мне – это меня, невесту, заставили катиться на край света за женихом. От него я не дождалась ни традиционных подарков, ни простого письмеца.

Скажите, какая девушка захочет быть женой такого человека? Тьфу, эльфа. Вот и у меня не было ни малейшего желания. Я затягивала путешествие как могла, а предстоящая скорая встреча вызывала у меня колики в животе и серьезнейшее несварение.

Вздохнув, я накрутила платиновый локон на палец и уставилась на потолок кареты.

По традициям королевства Грелад, где мы жили, девушка не имела права сказать «нет» и разорвать помолвку. А вот мужчина – имел. Если по какой-то причине я не устрою эльфика, в его силах расстроить свадьбу и отослать меня домой. И уж я со всем старанием подойду к этой задаче.

Экипаж подскочил на кочке. Меня подбросило вверх, и я ойкнула, ударившись о деревянную панель. Даница, которую при ее внешней хрупкости едва качнуло, подняла глаза от рукоделия, погрозила мне, будто карету трясло из-за меня, и опять принялась за вязание.

Конечно же, из-под мелькающих в воздухе, словно крылья бабочки, спиц выходили крошечные носочки для младенца. Намек тоньше не придумаешь.

Карета опять подпрыгнула и внезапно замерла. Приехали? Что-то рановато. Безликие пейзажи степи за окном никак не изменились – как будто мы остановились посреди дороги, а не достигли поместья моего жениха.

Няня, похоже, пребывала в таком же недоумении.

– Что случилось, Минд? – недовольным скрипучим голосом крикнула она кучеру.

– Что-то очень странное, – донесся его растерянный голос. – Боюсь, дамы, придется немного подождать, пока мы не оттащим это с пути.

Плохие новости. Солнце уже клонилось к закату, а я рассчитывала добраться до поместья засветло. Я, конечно, весьма боевая леди, да и няня не промах, а еще у нас нанятое сопровождение из двух вооруженных конных охранников, но наткнуться в темноте на кровожадных степняков не хотелось. Даже при всем моем нежелании встречаться с женихом лучше уж он, чем толпа дикарей, думающих только о том, как поджарить меня на вертеле и съесть.

Однако то, каким тоном кучер произнес слово «это», не заинтриговать не могло. Я тут же выскочила из экипажа посмотреть, что там за штуковина, поставившая бывалого Минда в тупик. Кучером у нас все-таки был не абы кто, а ветеран нескольких сражений, верный отцовский соратник, исколесивший с ним полстраны. Уж он-то должен был повидать на своем веку многое, если не вообще всё.

– Оу, – вырвалось у меня при виде огромного, размером с пару взрослых мужчин, чудовища с восемью щупальцами. Оно валялось на тракте, преграждая карете дорогу. На всякий случай я уточнила у няни, которая вышла следом за мной и тоже оторопело таращилась на здоровенную тварюгу: – Это же осьминог?

– Осьминог, – подтвердила она.

Я посмотрела налево, потом направо. Как и ожидалось, поблизости не обнаружилось никаких водоемов. До океана отсюда… Не знаю сколько. Много-много дней пути – это точно. И на пути еще горы, которые осьминог вряд ли бы переполз.

Да, это правда странновато.

Один из сопровождающих нас наемников осторожно потыкал тушу мечом. Сероватая масса не шевельнулась, щупальца с присосками не дрогнули. Значит, существо было дохлым. Причем уже какое-то время, судя по тому, какой запах до нас сразу донесся.

– Что за фьёртовщина, – пробормотала нянюшка.

– Фьёртовщина или нет, – проворчал кучер, закатывая рукава, – надо убрать это с пути. Дамы, отойдите-ка подальше. Ну-ка, давайте, подмогите!

Это уже относилось к охранникам, которые со вздохами принялись «подмогать» Минду оттаскивать осьминога на обочину. Наблюдать за этим было не очень интересно. Еще раз оглядев рыжую степь, я вернулась к карете, немного пошуршала в вещах и вытащила из них сковородку.

– Никак леди Линни решила прислуге ужин сготовить, пока они трудятся в поте лица, – съязвила Даница, заметив, что появилось у меня в руках. – Надеюсь, главное блюдо будет не из даров моря?

– Очень смешно, нянюшка, – мрачно ответила я. – Другого оружия у меня нет, а защищаться чем-то нужно. Тебе не приходило в голову, что это может быть засада степняков, охотящихся за богатыми греладскими путниками?

– Да какие мы богатые! – поморщилась она, оглядывая побитую, обшарпанную карету.

В самом деле, из денег у меня за душой не завалялось ни гроша. Мой статус и так был невысоким – всего лишь какая-то баронская дочь. Причем никакой благородной древностью мой род не обладал – отец происходил из черни, а титул получил за достижения на поле боя. После того как они с матерью друг за другом почили в Бозе, меня взяла к себе тетка по материнской линии. И конечно же, она пригребла к рукам и мгновенно растратила все, что должно было перейти мне по наследству. А когда она поняла, что из меня больше ничего не вытянешь, то сплавила замуж за графского сынка.

Возможно, кстати, от эльфа и приходили какие-то подарки к помолвке… Просто тетушка успела их перехватить раньше, чем мне стало об этом известно.

Так или иначе, охрану я нанимала на собственные деньги, причем ради этого пришлось продать мамины драгоценные серьги, которые чудом удалось спрятать от вездесущей тетушки. О степных кочевниках рассказывали слишком много пренеприятных баек. На то, чтобы добраться до жениха быстрым способом – через волшебные Колдовские пути, монет уже не хватило. Тетушка помочь в этом не захотела – наверное, рассчитывала, что я бесследно исчезну где-нибудь по дороге. И у нее были все шансы оказаться правой.

Я покрепче перехватила рукоять сковородки и еще раз огляделась.

– Может, мы и небогаты, но мой жених – сын графа, – напомнила я. – Степняки могут понадеяться на выкуп.

Даница хихикнула.

– Какое разочарование их ждет.

– Знаешь, нянюшка, меня прямо иногда сомнения берут, на чьей стороне ты в этой истории, – проворчала я.

– На твоей, душечка. Иначе бы я не поехала с тобой в такую даль, на самый край мира, бросив все блага цивилизации, – сладким голоском ответила она.

– Под благами ты имеешь в виду выращивание петуний? – уточнила я.

– Разве плохое хобби для зрелой женщины? Посмотри-ка лучше вон туда. Зрение совсем никакое стало, не пойму, что там такое. Видишь? Вдалеке, над холмиком.

Даница преувеличивала – видела она, в ее-то годы, едва ли не лучше моего. Однако я послушно прищурилась и вгляделась туда, куда она указывала.

Хм, как странно дрожит воздух над землей. А ведь в степи далеко не жарко – близится конец осени, к тому же солнце садится, и ночная прохлада всё ощутимее дышит в лицо. Мираж? Но он тоже обычно возникает в другое время суток – нас об этом предупреждали на постоялых дворах, чтобы мы не заблудились.

Колеблющийся воздух быстро сгущался, превращаясь в сероватое облачко. За ним неожиданно проступили очертания другого ландшафта, словно приоткрылось окошко в другую страну. Изображение было блеклым, но я смогла разобрать желтоватые горы вдалеке и высокие барханы вблизи. Между ними вилась узкая мощеная дорога, на которой схватились врукопашную с десяток мужчин.

Прежде чем картинка стала яркой и первый из этих мужчин прямо из зависшего в воздухе миража спрыгнул на землю, мы с няней одновременно выдохнули:

– Колдовские пути!

Это были не мираж и не окно, а портал, ведущий на сеть магических троп!

Появившийся оттуда человек определенно был нашим соплеменником – греладцем. Лучше темных, слегка вьющихся волос, карих глаз и характерного прямого носа об этом сообщал королевский герб на запыленных и покрытых вмятинами доспехах. Мужчина и так еле держался на ногах, чуть не упав при прыжке, а следом из портала выскочили двое его преследователей.

Раньше я никогда не видела степняков. Хоть мы и приближались к границе, а все еще ехали по греладской земле. Однако это могли быть только они, кочевники. Круглые плоские лица, узенькие глаза-щелочки, непривычная одежда из шкур, больше похожая на лохмотья, конусообразные кожаные шапки – при том что в королевстве обитало несколько народов, у нас так никто не выглядел.

Дикари, вооруженные кривыми мечами, бросились на греладского воина. А у него ни щита с мечом, ни даже кинжала в руках не осталось. Бой был неравным, и даже я, никогда не участвовавшая в настоящих боях молодая девушка, понимала, что мужчина сейчас умрет.

В груди что-то всколыхнулось. Я не могла просто так стоять и смотреть, как убивают почти беззащитного человека. Не так меня воспитывал отец, и против этого восставало все мое нутро. Я подняла сковородку повыше и сделала шаг вперед…

Меня дернули за локоть, рывком возвращая назад.

– Линн Талвор, ты ополоумела?! – возмутилась нянюшка. – Приличные леди не дерутся, а позволяют мужчинам самим решить их проблемы.

Я огляделась.

– Ты с кем разговариваешь? Что-то не вижу здесь приличных леди.

Она фыркнула.

– Дай, в конце концов, отработать плату тем лоботрясам, которые тащатся за нами хвостом и называются нашей охраной! – Даница повернулась к наемникам. – Эй, ребята, вы так и будете глаза лупить или все-таки защитите двух прекрасных дам от степняков?

Двое наших сопровождающих уже отвлеклись от осьминога на дороге и смотрели в ту же сторону, что и мы. Однако старший из них просто пожал плечами.

– Да вам вроде бы ничего и не угрожает. Ай! – тут же вскрикнул он, получив оплеуху от нянюшки.

А рука у нее была тяжелая.

– Бегом! – скомандовала Даница. – Иначе получите нагоняй от меня, а это, поверьте, обойдется вам гораздо хуже.

Наемник нервно глянул на нее и жестом подозвал напарника. Они уже убедились пару ночей назад, что няня, обманчиво выглядящая как бабуля-одуванчик, такими вещами шутить не любит, поэтому торопливо поправили вооружение и трусцой побежали к греладскому воину.

Тому явно оставалось недолго. Он даже не бился – вяло уворачивался от остервенело кидающихся на него врагов. Один из кочевников сбил его с ног, и воин покатился по земле. Наемники сразу ускорили шаг, однако все равно не успевали прийти на помощь. Я затаила дыхание, готовясь к худшему…

Из портала внезапно вылетел вихрь, разметавший степняков в стороны. Только так я могла объяснить происходящее, хотя глаза видели перед собой не природное явление, а вполне себе живого человека, который соскочил с обрывающейся над землей мощеной волшебной дороги.

Мужчина в темно-зеленых доспехах двигался с невообразимой скоростью. Его длинные светлые волосы развевались на ветру, сверкая золотом в лучах закатного солнца. Клинок был подобен серебряной молнии, рассекая врагов. Те, кажется, даже не успели понять, кто на них напал.

Победа? Как бы не так. Из портала выскочили еще пятеро степняков. Как будто у них там целое гнездо!

Наемники сразу сбавили темп. Выйти втроем против двух кочевников – это не то же самое, что против пяти. Да и так ли была нужна блондину помощь наших сопровождающих?

Незнакомец продолжил резать и колоть. Он не делал ни одного лишнего, слабого или смазанного движения. Идеальный боец. А как грациозно он выполнял боевые приемы! Я невольно залюбовалась смертельным танцем, который исполнял незнакомец.

Пять против одного. И у них не было ни единого шанса против него.

Враги попадали за считаные мгновения. Однако блондин не остановился, чтобы передохнуть. Он разбежался и впрыгнул обратно в портал – там, на Колдовских путях, еще кто-то оставался.

Хотя картинка была достаточно четкой, всё происходило слишком далеко от нас, чтобы различить детали. Я лишь заметила, как на той стороне портала от светловолосого незнакомца отлетели две человеческие фигуры – наверняка очередные степняки. Затем блондин вернулся в степь, вытащив за собой очередного греладца с королевским гербом на доспехах.

Последний воин был ранен, но держался лучше первого. Когда они с блондином спрыгнули в ковыль, этот мужчина вынес с собой два крупных квадратных камня. Он поставил их на землю и забормотал что-то под нос, водя над ними руками. Тотчас на булыжниках налились черным цветом незнакомые символы. Изображение с барханами, горами и мощеной дорогой поплыло, начало блекнуть, таять и в конце концов развеялось, словно это и правда был всего лишь мираж.

Я не могла шевельнуться, во все глаза смотря на мужчин. Это была магия. Путевая магия! Раненый воин оказался не просто волшебником, а путевиком – одним из чародеев, способных открывать порталы на Колдовские пути.

Магов и так немного, а путевиков еще меньше. Откуда они взялись здесь, на окраине не только Грелада, но и всего развитого мира? Ведь за степью нет вообще ничего, а она вся населена дикарями!

– Вот видишь, – победно произнесла Даница. – Мужчины сами со всем справились!

Первый воин из троицы уже поднялся на ноги и тяжело подошел к друзьям. Блондин о чем-то с ними быстро переговорил, оставил их среди зарослей ковыля и направился к нам.

Чем ближе он становился, тем больше любопытных особенностей я подмечала. Прямо скажем, это был далеко не мой идеал, но стать, широкие плечи и подтянутая фигура – уже неплохо, а ради подобного боевого мастерства можно простить такие мелочи, как чересчур смазливая для воина мордашка. А мужчина отличался прямо-таки редкой привлекательностью – правильные черты лица, сверкающие голубые глаза, светлая кожа, еще и рост высокий. Может, этот незнакомец – аристократ?

По крайней мере, то, что аристократка – я, он определил мгновенно. Мимо наемников воин прошел, и не взглянув на них. Чуть дольше его взгляд задержался на Минде – наверное, военная выправка постаревшего кучера обратила на себя внимание. И на няне, потому что Даница, приосанившись, бесстрашно загородила меня собой.

Я тихонько фыркнула. Няня – женщина многих талантов. Но если этот парниша захочет нас пристукнуть, вряд ли она успеет хотя бы взмахнуть своими спицами.

Воин заметил это и замер на безопасном расстоянии, скорее из уважения перед дамами, чем из каких-то других соображений. Он почему-то замешкался, изучая меня. Должно быть, его сбили с толку мои золотистые локоны почти такого же оттенка, как у него самого, означающие, что я не чистокровная греладка.

– Леди, – коротко поздоровался он, слегка склонив голову.

Надменный, сразу оценила я. Еще не знает, кто перед ним, но уже считает себя выше по положению. Мое восхищение перед боевыми талантами незнакомца потихоньку начало блекнуть – высокомерных мужчин я недолюбливала.

– Мой друг ранен, а мы остались без лошадей, – продолжил он. – Можем ли мы ненадолго воспользоваться вашей каретой, чтобы довезти его до моего поместья?

– Поместья? – переспросила я, начисто забыв о хороших манерах.

– Да, у меня неподалеку небольшой участок земли с домом, – подтвердил тот.

В груди начало бухнуть нехорошее подозрение. Я даже перестала прятать сковородку, стыдливо убранную за спину при приближении красавца, и внимательнее всмотрелась в незнакомца.

Нет, он не эльф. Волосы светлые, но на самом деле ближе к русому, а фигура по-человечески пропорциональна. Черты лица привлекательные, однако в них нет той болезненной тонкости, холености, что присуща эльфам. На заостренном подбородке ни щетинки – лишь потому, что он гладко выбрит, а не потому, что борода у эльфов не растет вообще.

И тут воин повернул голову, оглядывая вернувшихся к карете наемников. Порыв ветра шевельнул светлые локоны, открывая слегка заостренные уши.

Эльф. Проклятье! Может быть, с приставкой «полу-», но он точно эльф!

– Простите, а как вас зовут? – настороженно уточнила я.

Голубые глаза опасно сверкнули, однако мужчина сдержался.

– Извините, леди. Кажется, бесконечно нападающие степняки выбили из меня все правила этикета. Мое имя – лорд Элент Галантил. Так я могу воспользоваться вашим экипажем?

– Можете, – с ухнувшим в пятки сердцем ответила я.

Глава 2

В карете стояла зловещая тишина. Ну, если не считать стука колес и копыт, а еще шуршания ниток, потому что Даница вязала в абсолютно любой ситуации.

Элент смотрел то на меня, то на нее. Подозреваю, он тоже оценил тонкий намек в виде маленьких шерстяных носочков, однако не произнес ни слова с тех самых пор, как я объявила свое имя и мы сели во фьёртов экипаж.

Начинать разговор самой мне показалось неловким. Карета была рассчитана на четверых, поэтому мы с Даницей уселись рядом, раненого мага посадили напротив, а к тому присоседился и эльф. Третий воин поехал на лошади, которую для него освободил младший наемник.

Маг почти не пострадал – рана оказалась поверхностной, однако он, похоже, так устал, что сразу после перевязки заснул. Будить его светской болтовней не хотелось, да я и не знала, что сказать. «Здравствуйте, лорд Галантил, я вас возненавидела еще до знакомства с вами»? Или «А вы симпатичнее, чем я думала»? Бред. Не только сам по себе, но еще и потому, что этот человек… тьфу, эльф с его друзьями только что вышел из схватки с добрым десятком степняков. От Элента до сих пор пахло кровью, железом и потом. Довольно будоражащие и страшные запахи одновременно.

Вот мы и молчали.

Эльф нарушил тишину первым, где-то через четверть часа езды.

– Значит, вы моя невеста.

Какое глубокое наблюдение. Мой жених – настоящий гений.

– Угу, – промычала я, глядя в окно.

Это не помешало мне заметить, как сразу ощерились спицы нянюшки. Лишь присутствие графского сына остановило ее от того, чтобы отвесить мне очередное нравоучение в стиле «Приличные леди не мычат и говорят не “ага”, а только “да”. Даже если их жених – идиот».

Я еще в детстве обнаружила, что быть приличной леди – смертная тоска.

– Вы подзадержались, – неожиданно произнес Элент.

Я оторвалась от созерцания унылой степи и повернулась к нему.

– Простите, что вы имеете в виду?

– Я ожидал вас еще четыре месяца назад.

– Странно, меня не предупредили о том, что я должна приехать к определенной дате. Только о том, что свадьбу предполагается сыграть не позже начала зимы.

А если что-то пойдет не так, то отложить до праздника Новогодия, который отмечается в начале весны, когда тает снег и природа пробуждается ото сна. Поэтому я и тянула до последнего, приехав за пару недель до окончания первого срока. За такое короткое время свадьбу не подготовишь, а графская семья вряд ли согласится на скромное торжество. Пока наступит весна, я успею сто раз испортить мнение эльфика о себе, так что он добьется разрыва помолвки. И ура – свобода! Можно наконец-то зажить своей жизнью, не завися ни от тиранши-тетки, ни от мужа, который наверняка запретит мне даже думать о том, о чем я всегда мечтала.

Элент с непонятным выражением пожал плечами.

– Видимо, я неверно истолковал письма, которые мне присылали. Приношу извинения.

– Какие письма? От моей тети?

Он снова с тем же нечитаемым лицом пожал плечами.

– От моего отца. Это он занимался устройством помолвки. Честно говоря, до сегодняшнего дня я даже не представлял, как вы выглядите.

– Ох, – выдала я и, не придумав, что еще сказать, опять отвернулась к окну.

Эльф упал в моих глазах еще ниже. Я и раньше догадывалась, что свадьба не его идея. Бедная аристократка без древней родовой истории, нечистокровная греладка не пара графскому сыну, тем более что Галантилы считались одной из самых состоятельных семей королевства, даже несмотря на участие Элента в заговоре. И тут я…

Кто бы ни выбрал меня невестой, он явно желал насолить Эленту. Особенно если учесть, что я ни его самого, ни его отца никогда в глаза не видела. В меня, что ли, кто-то случайно ткнул пальцем? Или услышал одну из сплетен обо мне и решил, что ну эта-то девица уж точно сведет эльфа в могилу, раз король не отправил его на казнь?

А вероятнее всего, у Элента уже есть любовница, но она простолюдинка, поэтому графский сын жениться на ней не имеет права. Тогда граф, чтобы скрыть позор сына, подобрал ему невесту на свой вкус. Полунищая, молодая – видимо, предполагалось, что я буду со всем соглашаться и молчать о том, что муж ведет вторую жизнь, лишь бы мне перепадали объедки с графского стола.

Ага, держите карман шире. Пусть другую дурочку найдут.

Карета остановилась. Эльф выглянул в окно.

– Приехали, – сообщил он и осторожно потряс спящего товарища. – Шано, очнись.

Понимая, что жених сейчас будет гораздо сильнее занят раненым путевиком, я не стала ждать, пока он выйдет из кареты и подаст мне руку, как того требовал этикет. Открыть дверь и спрыгнуть на землю я могла сама, что и сделала, заслужив очередной косой взгляд от Даницы.

И обомлела. Святые угодники, куда мы попали?

Поместье представляло собой россыпь построек, выросших вокруг двухэтажного хозяйского дома и огороженных частоколом. Звучало это красиво, а на деле я видела перед собой халупу, окруженную сараями. Господский дом, даром что был выстроен из камня, вызывал такое ощущение, что тронь его пальцем – и он развалится. Если его когда-то красили, то еще в те времена, когда по земле бродили языческие боги. Амбар, загоны для животных – все они были собраны абы как из палок с глиной и покрыты простой соломой.

Мы всего пару дней ехали по степи, но я уже заметила, насколько сильные здесь ветра, и живо представила, как зимой первый же порыв сносит крышу хлева, а со вторым и сам хлев улетает в небо. Разбитая телега, оставленная рядом и обмываемая всеми дождями, выглядела так, словно стоит здесь лет двести.

Может, эльф подшутил надо мной и привез в заброшенное поместье? Но нет, откуда-то забрехал пес, а из конюшни на ржание наших коней откликнулась лошадь. Тем не менее никто из слуг не выскочил на звуки подъехавшей кареты встречать хозяина, а дымом от очага совсем не пахло, хотя на степь уже опускались сумерки – самое время готовить ужин. То ли дворня была слишком занята, то ли ее не было вообще.

Зато частокол вокруг поместья срубили на славу – высокий, крепкий. Наверное, даже прямое попадание мощного заклинания выдержит. Впрочем, с такими соседями, как степные племена, это и не удивительно. А вот что меня больше всего поразило – это осьминог, висящий на въездных воротах там, где аристократы обычно вешали свой герб.

Я задумчиво почесала голову. Серая тварь со щупальцами, усеянными присосками, была немногим меньше той, что мы нашли на тракте. Их здесь специально разводят, что ли?..

– Нравится? – прозвучал над ухом мужской голос.

Я хмуро посмотрела на Элента, взявшегося не пойми откуда и с ехидцей поглядывающего на меня.

– Интересный декор, – ответила я. – Не знала, что в степи бывают дожди из осьминогов.

– Их и не бывает.

– Он хотя бы несъедобный? Не хотелось бы думать, что вы зря растрачиваете пропитание.

Эльф оскалился.

– Да вы никак умеете готовить блюда из морских гадов?

Я украдкой бросила еще один взгляд на дохлую тушу.

Нет, пожалуй, я бы не то что готовить, даже приближаться к этому не стала. Больно мерзкий у него вид. И клыки… Что-то я не припоминала, чтобы у осьминогов были клыки.

– Умею, но таких еще не пробовала. Может, если приправить его укропом…

– Не гадайте, он ядовитый, – оборвал Элент. – Поэтому и использован в качестве декора.

– Ясно, – ответила я. – Приятное у вас тут местечко. Симпатичное, и гостей встречают радушно.

Жених только синие глаза прищурил, а сзади неожиданно раздался смех. Я оглянулась.

Гоготал Шано. Он уже выбрался из кареты и здоровой рукой держался за нее, а больную прижал к животу. Выглядел маг достаточно паршиво – орехового цвета волосы обрамляли впалые щеки и подчеркивали синяки под глазами, однако внешность у него все равно была приятной для человеческого мужчины. Я неуверенно ему улыбнулась и получила широкую улыбку в ответ.

Взгляд заметившего это Элента резко посуровел, а глаза превратились в полные подозрительности щелочки.

Ага, полчаса назад обо мне знать не знал, а уже ревнует. Еще один жирный недостаток в копилку.

– У вас есть кому позаботиться о лошадях и экипаже? – сменила тему я.

Вопрос был важным – мы не везли с собой ни запасов еды, ни овса, рассчитывая на то, что поместье жениха будет поместьем, а не горсткой разваливающихся сараев. За небольшой рощей вдалеке виднелись дома – там находилась деревушка. Но тащиться туда и среди ночи искать помощи не хотелось.

Ехать через весь Грелад к жениху и в итоге ночевать не у него, а в соседней деревне – это уж как-то совсем глупо.

Вместо ответа Элент сунул два пальца в рот и оглушительно, совершенно не по-аристократически свистнул.

– Вылезайте, лоботрясы! – проорал он. – Уже ведь убедились, что это мы!

Из-за сломанной телеги и раскрытой створки ворот появились двое мужчин со взведенными арбалетами в руках. Как и эльф с его товарищами, эта парочка носила доспехи с королевским гербом.

– Прости, Элент, подружка твоя смутила, – оправдался один из них, убирая арбалет. – Ты как всегда – даже посреди пустой степи бабу подцепишь.

Я нахмурилась. Эльф тоже.

– Это моя невеста, – отрезал он.

– Новая? – уточнил воин.

– Старая.

– Не очень-то я и старая, девятнадцать всего, – проворчала я, мрачно глядя на жениха.

Тот меня проигнорировал. Зато его дружка было не заткнуть.

– Вот как, доехала все-таки, – продолжал трепать языком он. – Ничего такая, красотка даже. Я уж думал, королева тебя с какой-нибудь страшилой сведет.

– Заткнись, Брант, – оборвал Элент, который с каждым его словом все сильнее темнел лицом. – Займись лучше делом – лошадьми и каретой.

Брант пожал плечами и, отдав оружие напарнику, подошел к Минду, чтобы помочь ему с экипажем. А я, сузив глаза, косо глянула на эльфа.

Значит, с ним меня свела королева? Интересно, с какой бы это стати? Жена греладского монарха была уже в летах, женщины в таком возрасте любят пристраивать всех незамужних и неженатых знакомых, но вот незадача – я в ее подружках не числилась.

Королеву я имела честь наблюдать единственный раз, около года назад. Тогда в столице было организовано несколько мероприятий в честь погибшего старшего сына королевской четы. Мой отец воевал вместе с ним и от него же получил в награду баронство, поэтому меня, как единственную наследницу, великодушно пригласили почтить память принца Луина.

Тетка, ясное дело, увязалась за мной, хотя по меркам Грелада я уже была совершеннолетней. Но молодая незамужняя девушка едет одна в столицу – ах-ах, как же быть, ведь так много кому есть дело до репутации никому не известной нечистокровной баронессы, как же мне потом найти супруга! Я, разумеется, и с теткиным надзором умудрилась влипнуть в несколько скандальных историй, но участия в них королевы что-то не припоминала.

Элент в то время уже отправился в ссылку. Так может, это не его хотели наказать, а меня? Какая-нибудь обиженная кумушка пожаловалась королеве, и та подумала, что мы с эльфом отлично отравим друг другу жизнь.

Впрочем, какая разница, кто и почему нас свел? Выжить бы для начала в этом свадебном переплете.

– Хоть какие-то слуги у вас есть? – я продолжила пытать эльфа, поглядывая на воина, распрягавшего лошадей. Минд, конечно, тоже когда-то бегал с топором за врагами, но эти времена давно прошли. – Или в поместье только… сослуживцы?

– Были слуги, – неохотно ответил Элент. – Я их распустил. Мы с парнями не балованные, и без них справляемся.

Мой взгляд снова метнулся к осьминогу на воротах и прогулялся по совершенно запущенному поместью.

Ага-да, справляются они.

– Лорд Галантил, лучше сразу признайтесь, что здесь происходит. Слышали когда-нибудь, что честность – залог хорошего брака?

– Нет, никогда, – криво улыбнулся тот. – Леди… – Элент запнулся, с явным трудом вспоминая мою фамилию. – Талвор, послушайте, мне не до светских рассусоливаний. Вы сюда приехали ради брака, так давайте не будем тянуть. Утром я отправлю кого-нибудь из своих ребят за священником из соседней деревни. Завтра же он нас повенчает, а послезавтра вы будете вольны возвращаться домой, или что вам там пообещал мой отец – жизнь в его столичном имении? Я не против, ну а меня ждут неоконченные дела.

Что-о?

– Мне никто ничего не обещал! – возмутилась я. – Теперь послушайте вы, лорд Галантил. Не знаю, что вам там наплела моя тетка, но возвращаться мне некуда, и в столичное имение вашего отца меня никто не приглашал. Да и вообще…

Я запнулась, срочно придумывая возражение, и наконец нашлась:

– Мы только познакомились! Вам не кажется, что перед свадьбой стоит узнать друг друга получше?

– Нет, – отрезал он. – Располагайтесь в любой свободной комнате, какая вам понравится. Поместье в вашем распоряжении, только прошу не надоедать парням. Как видите, последние деньки у нас выдались тяжелыми.

– Элент… – настороженно начал Шано.

– Идем в дом, пора заняться твоей раной, – перебил эльф.

– Так занялись уже в карете… – растерянно начал тот и замолк.

Элент не остановился, не оглянулся и даже не дождался путевика, о котором якобы беспокоился. Маг сочувствующе посмотрел на меня, но ничего не сказал, только сокрушенно покачал головой и зашагал следом за командиром.

Никто из других воинов разговаривать со мной тоже не торопился. Они прекрасно слышали весь разговор и уловили отношение графского сына к невесте, поэтому самое большее украдкой посматривали на меня, расходясь по своим делам.

А я только и могла, что безмолвно стоять в воротах.

Прекрасно. Замечательно. Великолепно, фьёрт их побери!

Даница едва слышно подошла ко мне.

– Ну что, нянюшка, еще не жалеешь, что бросила петунии ради вот этого? – поинтересовалась я у нее.

– Душечка, напротив, я поняла, что была вдвойне права, бросив их и поехав с тобой. Тебе не кажется, что здесь творится какая-то фьёртовщина?

– Не кажется. Я в этом абсолютно уверена, – мрачно ответила я.

– Мы в этом разберемся, – похлопала она меня по плечу, наверняка уже представляя, как мы приведем поместье в порядок, как Элент это оценит и, конечно же, сразу меня полюбит.

Но мои планы были другими. Совсем другими…

Глава 3

Как только ночь окутала поместье мягким одеялом и в доме воцарилась тишина, я аккуратно вылезла из кровати и на цыпочках подкралась к двери.

Вечер прошел удовлетворительно – если так можно назвать несколько часов, как будто бы проведенные в стане врагов. Подчиненные Элента, а он явно был здесь командиром, соблюдали определенный режим дня, который наш приезд почти не нарушил.

Мужчины в общении ограничивались тем, что с интересом меня разглядывали. Хотя они старались таращиться не слишком откровенно, получалось плохо. Я намеревалась воспользоваться этим и переброситься с ними парой слов, однако ничего не вышло. Элент появлялся мгновенно, как будто из воздуха, и всегда пресекал только-только зародившуюся беседу, о чем бы она ни была.

С ним я тоже попыталась поговорить, и тоже тщетно. Он ничего не хотел слышать о том, чтобы отложить свадьбу. Святые угодники, да это даже свадьбой-то не назовешь! Ни любви, ни праздника, ты просто подмахиваешь брачный контракт, говоришь пару бессмысленных слов перед священнослужителем и вешаешь на себя оковы, которые не снять до самой смерти. И ради чего? Ладно бы Элент был глубоким стариком, но так нет же, когда помрет – фьёрт его знает. Может, еще лет сто счастливо проживет.

Я к такому готова не была. Плевать на бардак в поместье, плевать на то, что мы с няней здесь единственные женщины, плевать на край цивилизации. Жить с мужчиной, которого я не выношу и который явно не выносит меня, хотя ничего обо мне не знает, я не стану. Еще вчера у меня теплилась надежда решить это малой кровью – добиться расторжения помолвки и спокойно разъехаться с женихом в разные стороны. Он поищет себе невесту по нраву, а я заживу своей жизнью и постараюсь избавиться от теткиного гнета. Может, найду подходящего по нраву мужчину…

Но это потом. Сейчас – бежать. И фьёрт с ней, с помолвкой. Ну выплачу штраф за то, что нарушила договор…

Хотя подождите. Если меня никто не найдет, то и штраф придется выплачивать не мне, верно? Тетка заварила эту кашу, ей и расхлебывать. Она всегда считала, что мои владения должны достаться ей в уплату за то, что ей пришлось воспитывать меня после гибели родителей. На деле тетка всегда меня ненавидела – за то, что ее сестра вышла замуж по любви, за чужака, который не был ни греладцем, ни даже человеком. За то, в конце концов, что мои родители умерли, оставив меня одну. Всю жизнь я терпела тычки от тетки, потому что не такая, как все. Зачем мне туда возвращаться? Все равно по ее милости от баронства не осталось ничего, кроме старого дома – развалюхи не лучше этой.

В Бездну Элента с теткой вместе. Няня и Минд мне еще верны. Удеру, обоснуюсь в каком-нибудь городишке, продам карету и дурацкие платья, на первое время нам троим этого хватит, а дальше придумаю что-нибудь еще. Справлюсь! Целеустремленности у меня хватает, навыки кое-какие тоже есть, а остальное приложится. И никакие женихи не нужны.

– Няня, – прошептала я в приоткрытую дверь. – Ты не спишь?

Мне в ответ донеслось посапывание. Комнаты аристократок всегда были устроены так, чтобы перед спальней госпожи располагалась каморка, где спала ее горничная. Даница, служанка старой закалки, улеглась прямо перед дверью, чтобы в доме, полном мужчин, никто не смог войти ко мне, не потревожив ее. Но еще это значило, что и я не смогу спокойно выйти.

– Няня! – прошептала я громче.

Никакой реакции.

Тогда я осторожно сдвинула дверь, опасаясь в темноте врезать любимой няне по лицу или еще по какому-нибудь чувствительному месту. Угол все равно уткнулся во что-то мягкое.

Ночную мглу мгновенно разрезал блеск вязальных спиц, чуть не пронзив меня насквозь.

– Кто здесь?! – взвыла Даница. – А ну покажись! Что за погань покушается на честь моей воспитанницы?

– Я, – проворчала я, закатив глаза. Хорошо, что в темноте она не могла этого видеть. – Убери спицы, пока не проткнула меня или, еще хуже, себя.

Раздался шорох, снова блеснул металл – нянюшка прятала излюбленное оружие. И всё это – под аккомпанемент старческого бухтения.

– Чего тебе не спится среди ночи? Как будто до утра нельзя подождать…

– Нельзя, – отрезала я и втянула ее в свою комнату.

Там горела одинокая свеча. Она слабо разгоняла тьму, но позволяла разглядеть собранные мешки и сундуки с вещами. Собственно, с вечера я ничего и не разбирала. Заметив, что я еще и полностью одета в удобное дорожное платье немаркого серого цвета, Даница приподняла брови.

– Вот как, – многозначительно произнесла она.

– Он хочет обручиться завтра. Завтра! – прошипела я. – Не для какого-то там эльфа моя роза цвела. К тому же сама видишь, ему на меня плевать! Даже если бы вместо меня приехала восьмидесятилетняя жаба, он бы и на ней женился.

– Стерпится – слюбится! – веско произнесла няня.

– Да какое слюбится! Он же эльф! А я сама знаешь кто! Ты разве не заметила, как он ко мне относится? Узнает правду, на ком его женили, еще хуже будет!

Каменное выражение ее лица не изменилось. Я сменила тактику.

– Ты сама говорила про фьёртовщину, которая творится в этом поместье. Морские твари посреди степи? Кочевники, орудующие на Колдовских путях? Святые угодники, помилуйте мою душу! Если бы в степи осьминоги имели обыкновение падать с небес в виде дождя, мы бы об этом услышали еще задолго до того, как сюда попали. Но нигде, нигде у нас в Греладе такого не бывает, а королевство у нас немаленькое!

– На Колдовских путях встречаются чудовища, – напомнила она.

Я фыркнула. Да, это была правда. Магические тропы создала неизвестная нам древняя раса. Как уверяли волшебники, Колдовские пути кто-то составил из разбитых кусков чужой реальности, и соединяли они не только разные государства нашего континента, но и другие миры, возврата из которых не существовало. Неправильно откроешь портал – и пропадешь навеки. Оступишься на тропе – и тоже исчезнешь.

Это правило действовало не только для нас, обитателей этого мира. Изредка через неправильно открытые порталы на Колдовские пути, а затем и к нам прорывались существа, будто вышедшие из самых ужасных кошмаров. Я видела всего одно, да и то не на тропах, где бывала два раза, а в столичном зверинце. Там содержали шидана – зверюгу, походившую на наших борзых псов, только крупнее и разумнее. А ее пасть, ух… Лучше такое и не видеть.

Путешествия по Колдовским путям считались безопаснее, чем по суше или по морю, но иномирные чудовища были ложкой дегтя в бочке меда. В прошлом, лет сто назад, они учинили такую кровавую резню, прорвавшись через портал, что вымер целый город. После этого Путями надолго запретили пользоваться во всех государствах, и вот несколько лет назад разрешили снова. Ученые-маги придумали новый, более легкий способ передвижения по тропам, разработали правила, которые помогали уберечься от чудовищ, и для Грелада, окраинного, отсталого королевства, вновь открылся целый мир.

С тех пор на путешествие в ближайший крупный город приходилось тратить не пару дней, а пару часов – и без страха, что попадешься лесным разбойникам. Боишься пересекать бурное море, чтобы попасть в королевство нагов? Воспользуйся Путями, и воду даже не увидишь, а дорога вместо пары месяцев займет сутки. Теперь у нас на улицах запросто можно было встретить и нагов, обитающих на жарком Юге, и изысканных лис-кицунэ, населявших Дальний Запад, и кого хочешь. А какое разнообразие заморских диковинок появилось на базарах даже в захолустных городках!

Конечно, за путешествия приходилось платить. Портал могли открыть лишь специально обученные маги, а такого еще попробуй найди. Причем очень мало кого останавливало, что есть шанс расстаться не только с золотыми монетами, но и с собственной жизнью. Ведь в порталы заходили сотни путников, а бесследно исчезали единицы. Да и кто сможет утверждать наверняка, погиб этот человек от когтей иномирной твари или просто не хотел возвращаться и сошел с Пути где-нибудь, где потеплее и жена не бегает за ним со скалкой?

– Встречаются, – согласилась я с няней и тут же возразила: – Но не в таких количествах! Вот эти осьминоги – ты таких видела? Я – нет! Даже не слышала! На Колдовских путях нет ни морей, ни озер. Ни в жизнь не поверю, что люди Элента намеренно отлавливали где-то в южных водах этих тварей и тащили по Путям только затем, чтобы одной украсить ворота, а других раскидать по степи. А кочевники! Они не умеют пользоваться порталами. Это всем известно!

– Значит, уже умеют, – упрямо ответила няня. – Десять лет назад магов-путевиков вообще не было. Никто не умел передвигать порталы, их насчитывалась пара штук на весь Грелад. А теперь – глянь-ка! Прогресс идет вперед. Степняки тоже могли научиться. Пусть они дикие и необразованные, но не дурачки же.

Я сердито уперла руки в бока. Прогресс! Ишь, слово-то какое. Где она только его услышала?

Конечно, я на Даницу слегка грешила. После смерти родителей меня на самом деле воспитывала она, а вовсе не тетушка. И за учебники меня засаживал не кто-нибудь, а няня, которая почитывала их вместе со мной, чтобы не отставать от своей подопечной.

– Ноги моей здесь не будет, – твердо сказала я. – Решай: либо ты со мной, либо остаешься в поместье и объясняешь завтра эльфу, куда делась его невеста. Только не думаю, что он отнесется к тебе благосклонно. По-моему, он вообще всех женщин презирает.

– Линни, ты с ума сошла? – всплеснула она руками. – Что ты собираешься делать?

– Что-что… Разве это не очевидно? Пойду разбужу Минда, он мне поможет запрячь лошадей, мы с тобой сядем в карету и укатим все отсюда к фьёртовой матери!

– А наемники? Мы платили им только за то, чтобы добраться до поместья. Денег на их услуги у нас больше нет, если вдруг ты запамятовала.

– Пусть остаются здесь. Что мы, без них разве не справимся?

Няня с красноречивым видом заглянула мне за спину. На кровати лежала сковородка, та самая, которую я днем держала с собой в карете.

– А если на нас нападут степняки, то ты им покажешь свой излюбленный бой на сковородках, и дикари попадают в обморок от удивления. Вот так мы и спасемся, – ехидно прокомментировала Даница.

– Мы на греладских землях, няня! Пока мы ехали, степняков в глаза не видели! Ну, если не считать того, что они выпрыгнули с Колдовских путей, – поправилась я. – Но это же вина Элента и его дружков, которые открыли портал!

Няня с осуждением покачала головой.

– Это всё твоя тяга к приключениям, доставшаяся в наследство от отца.

– Ну здорово! Теперь ты заговорила, прямо как тетя Эрна. Вот что, – разозлившись, я схватила с кровати сковородку и погрозила Данице. – Если понадобится, я и без тебя сбегу, и без Минда, и без кареты, с одной только вот этой штуковиной. Отец, может, умер рано, но кое-чему научить меня успел.

– Тише, тише! Как будто я тебя бросала когда-то! – возмутилась она. – Поеду я с тобой, куда денусь. Надо же от тебя степь охранять, а то все кочевники со смеху перемрут, когда увидят в своих землях одинокую девицу со сковородкой… Да и вообще, мне и самой тут не нравится. Что-то эти люди скрывают. Минд тоже заметил, что у них не поместье, а военный штаб, словно мы не на греладских землях, а окопались посреди вражеских владений. Он попытался с ними по-свойски поболтать, как вояка с вояками, а ребята молчат и поглядывают на него, как на степняцкого шпиона. Только если бы в окрестностях всё было так плохо с нападениями кочевых племен, на последнем постоялом дворе нас бы предупредили. А скрытны эти люди сверх меры, даже в погреб меня не пустили. Вот радость-то, всухомятку ужин жевать, – бухтела Даница, с вечера обиженная на то, что ей не доверили готовку.

Я этому тоже удивилась. Кто им здесь готовит, если всех слуг давно разогнали? Судя по запасам, которыми обитатели поместья поделились с нами на ужин, они питались сухим пайком и тем, что можно добыть в ближайшей деревне. Яблоки, солонина, начинавший черстветь хлеб, сыр – всё это неплохо, но долго на них не протянешь. Да и вообще, почему бы не пустить Даницу в погреб? Как будто она отравы насыплет. Или они там маринуют трупы врагов? Повесили же осьминога на ворота… Дикарство какое-то, ей-богу.

– А еще женишок твой подозрительно быстро пытается нас отсюда сплавить. Может, у него в том подвале десяток невест спрятан, уже мертвеньких, – завершила няня. Наконец убедив сама себя, она вздохнула и смиренно признала: – Пора давать деру, а то влипнем в неприятности.

– Мы в них уже вляпались, – проворчала я, кисло размышляя о том, что мне вместо поездки в степь следовало быть непослушной девочкой и сбежать от жениха еще по дороге.

Я как в воду глядела, только подумала немного не в ту сторону. Стоило произнести это, как из коридора донесся звук шагов.

Мы с няней и так говорили тихо, а теперь и вовсе замерли, боясь даже вздохнуть. Шаги стихли возле входа в наши комнаты, затем возобновились, удаляясь.

Ага, кто-то хотел удостовериться, что мы спим. После таких моментов обычно начинается самое интересное. Мы с няней переглянулись и одновременно начали подкрадываться к двери. Я успела первой и слегка приоткрыла ее, через щель оглядывая коридор.

Пусто. Мужчины оставили на ночь гореть лампы – простенькие глиняные плошки с маслом и фитилем на подставках, привинченных прямо к стенам. Кому тут эти лампы нужны, в полупустом доме на краю света, было не очень понятно, но масла подчиненные Элента не пожалели.

И этим поставили меня в неудобное положение. Сложно сбежать, если при таком освещении ты весь на виду. Но когда это меня останавливали трудности? Я сделала шаг вперед и… запнулась, потому что няня дернула меня назад.

Она строго покачала головой: дескать, куда намылилась? Я в ответ так же сверкнула глазами и махнула рукой: собирай вещи, а я разведаю обстановку.

Даница хотела помочь, но для меня было очевидно, что выйти должна именно я. Если на горячем поймают служанку, ее могут и выпороть. Особенно ей не поздоровится, если мы с эльфом поженимся, ведь в таком случае моя прислуга переходит ему. Ну а кто попытается наказать меня, тот сам нарвался.

Поэтому я торопливо взлохматила себе волосы, будто только-только встала с кровати, и выскользнула наружу. Слава Богу, полы в поместье оказались каменными, поэтому под ногами ничто не скрипело и не выдавало меня. Я быстро-быстро, на цыпочках, пробежала к лестнице, ведущей на первый этаж, и из-за угла глянула вниз.

Проклятье! Мало было ламп, оттуда еще и звучали приглушенные мужские голоса.

Я осторожно спустилась на несколько ступеней и навострила уши. С этого места у меня получалось не только услышать, но и кое-что увидеть.

Элент сидел в просторном холле у разожженного камина и смотрел в огонь. Рядом к стене, сложив на груди руки, прислонился один из его воинов. Голову скрывало перекрытие, но по фигуре и голосу стало ясно, что это Брант.

Интересно, что он даже среди ночи не снял кольчугу, а на поясе висел меч. Значит, мужчина вышел на ночной дозор или, наоборот, с него вернулся? Верно подметил Минд – обычное поместье, даже вблизи от границы со степняками, так бы не охраняли.

В любом случае Брант мне не нравился. Дело было не во внешности – его портил шрам под губой, прикрытый куцей бородкой, но в целом лицо как лицо. Судя по таким же темным волосам и карим глазам, как у большинства остальных жителей поместья, он происходил из центральных областей королевства и был коренным греладцем.

Но вот эта его бесконечная болтовня, сальные намеки, развязные манеры… Брант больше смахивал на лесного разбойника, чем на королевского воина с волчьим гербом на груди. А это вообще-то означало, что он не просто какой-то там вояка, вчерашний крестьянин. Символ монаршей семьи позволяли надевать только опытным бойцам, которые прошли отличную воинскую подготовку или зарекомендовали себя лично перед самим королем или принцем, единственным наследником трона. Мне ли не знать – мой отец тоже носил на груди такой герб и страшно им гордился.

Похоже, я пришла посреди разговора. Его начало оставалось для меня туманным.

– Как ты себе это представляешь, Элент? – поинтересовался Брант.

Тот что-то ответил, слишком тихо, чтобы получилось разобрать. Брант шмыгнул носом.

– Ага, ну да. Что не вовремя, это и пню понятно. Ну выгонишь ты девчонку с ее прислугой. И что дальше? Проблема просто возьмет и решится?

– Мне нужен этот брак, – чуть громче, раздраженнее произнес Элент.

– Вот же ты заладил… Ладно, ответь на простой вопрос. Ты правда думаешь, что твоя женитьба на подсунутой Нэри девчонке что-то изменит? Что принц возьмет и простит тебя? Что кто-то поверит, будто навязанная свадьба имеет для тебя значение, учитывая количество девиц, уложенных тобой в постель во времена твоей столичной славы? Допустим, вы с этой Линн изобразите счастливую пару. Представим, что даже достоверно. И ты в самом деле считаешь, что никто не доложит принцу об истинном положении дел?

– Это не один вопрос, а куча.

– Ты понял, что я имею в виду.

– Да, что кто-то накрысятничает. Ну и кто, по-твоему, это сделает? Ты? – многозначительно уточнил эльф.

Брант пожал плечами.

– К примеру, Шано. Он тоже друг принца. По-твоему, его просто так отправили с тобой в эту дыру?

– Мои дела с Шано – это мои дела с Шано, – упрямо сказал Элент.

– Ага, то есть вы из большой любви друг к другу каждый день собачитесь. Ладно, буду верить, что ты меня услышал.

– Иди к фьёрту, Брант, – резко ответил эльф. – С чего вдруг ты подался в мыслители? Нам дали приказ, и мы выполним его во что бы то ни стало. Как и всегда. Что до девчонки, я женюсь, и точка. Если ты сам на нее глаз положил – ну извини, придется тебе поискать кого-нибудь еще. Вон бабуля с ней приехала, тоже ничего, и не замужем.

Воин издал булькающий звук. Очевидно, смех.

– Паршивец ты, Элент. Если ты такой весь последний год, боюсь представить, каким засранцем ты был до того, как тебя вышвырнули подальше от принцевской кормушки.

– Меня не вышвырнули, – процедил эльф. – Я лучший, поэтому меня и отправили на это задание.

– Ну да, ну да…

Раздался глухой удар. Элент вмазал кулаком – по подлокотнику кресла, а не по морде Бранта, хотя тот напрашивался на это изо всех сил. Я только подивилась эльфийской выдержке.

Впрочем, выдержка ли – вытерпеть вылитое на голову ведро презрения от собственного подчиненного? Как по мне, так это больше напоминает слабость.

– Всю ночь будешь дежурить у погреба, раз не спится, – процедил Элент. – А теперь пошел вон.

Брант лишь хмыкнул и направился… Проклятье! Прямо ко мне!

Услышанное вызвало у меня много вопросов: кто такая Нэри, которая якобы подсунула меня Эленту, что у него за проблема, которая должна решиться со свадьбой, о каком, в конце концов, задании он говорит, если всем было объявлено о ссылке. Однако всё это точно не стоило того, чтобы меня застукали. Особенно Брант, который после этой сцены нравился мне еще меньше эльфа.

Я поскорее развернулась – и уткнулась прямо в мужскую грудь. Пахнуло потом и крапивой. Я едва слышно охнула и подняла взгляд.

Надо мной возвышался Шано, мрачно глядевший на меня сверху вниз. Ясно, откуда такой запах крапивы – она содержалась в кровоостанавливающем средстве, которым щедро обмазали раненого мага.

Интересно, сколько он стоял позади меня? Тоже подслушивал? Или нравилось наблюдать за тем, как гостья враскорячку шпионит за хозяевами?

Я была уверена, что меня сейчас либо за ухо потащат к Эленту, либо просто пинком спустят с лестницы. Однако Шано вытворил кое-что неожиданное – он приложил палец к губам, затем схватил меня за шкирку, как нашкодившего котенка, и потащил наверх. Брант, со всей очевидностью проигнорировавший приказ эльфа, тоже стал подниматься по ступеням, но благодаря магу увидеть нас так и не успел. Шано втолкнул меня в ближайшую к лестнице комнату и запер за нами дверь.

Несколько мгновений он прислушивался к тому, как Брант, не скрываясь, идет по коридору, затем возвращается к лестнице и спускается – на сей раз уже, видимо, к погребу. Когда шаги стихли, маг развернулся ко мне.

В комнате было темно, однако луна, заглядывающая в окна, немного рассеивала мглу. Выражение худого лица путевика со впалыми щеками и острыми скулами не обещало мне ничего хорошего. Но я внезапно, очень некстати подумала, что с виду тощий Шано гораздо крепче, чем могло бы показаться, раз у него хватило сил протащить меня за собой. Не то чтобы я любила сладкое, однако от наследства никуда не денешься…

Маг сделал странный жест, в его пальцах мелькнули нити, а с губ сорвались тихие непонятные слова.

Уже понимая, что он колдует, я продолжала спокойно стоять и наблюдать за ним.

Во-первых, хотел бы он мне сделать гадость, еще на лестнице сдал бы Эленту. Во-вторых, то же самое недавно упомянутое наследство позволяло мне вырубить Шано одним ударом. Отец, еще пока был жив, очень постарался обучить меня паре приемов на тот случай, если начнут донимать чересчур назойливые женихи, а его не окажется рядом. В-третьих, против колдовства все равно нет приема, если только ты сам не волшебник. А этим природа, щедро наградившая другими талантами, меня точно обделила.

По тому, что звуки вокруг слегка стихли, стало ясно, что я не зря запаниковала. Шано всего лишь наложил заклинание тишины, чтобы Брант, если тому вздумается опять прогуляться мимо двери, нас не услышал.

– Подслушиваем, значит, – изрек он.

Я закатила глаза.

– Нет, идем среди ночи погулять, на птичек посмотреть. Конечно, я подслушивала! А знаешь почему? Потому что ваше с дружками поведение ну совсем никаких подозрений не вызывает!

Он лишь брови приподнял.

Поскольку Шано молчал, я вздохнула и спросила:

– Зачем ты меня спрятал?

– Спасибо не хочешь сказать?

– Спасибо. А теперь ответь, пожалуйста, на вопрос.

Он беззвучно рассмеялся.

– Да уж, Нэри знала, кого выбрать.

– Да кто такая эта Нэри? – не вытерпела я. – То вы говорите, что меня подослала королева, то эта женщина, а я никого из них даже близко не знаю.

– В самом деле? – маг выдержал паузу, но я только скривилась, и он продолжил: – Нэри – это леди Эванэрис, жена принца Баво и будущая королева. Баво и Элент были лучшими друзьями… раньше.

Я пожала плечами – сказанное почти ничего не объясняло. Да, с леди Эванэрис мы действительно в прошлом году перебросились парой слов во время моего недолгого гощения в столице. Она оказалась замечательной женщиной и даже сделала мне приятный подарок. Но с чего бы будущей королеве беспокоиться о моей судьбе и тем более хлопотать о свадьбе с сыном графа Галантила?

– Раньше – это до участия Элента в заговоре? – уточнила я.

– До того как он нас предал, – сухо пояснил Шано и перевел тему: – Хочешь знать, зачем я тебе помог? Затем, что для жениха мало приятного в первый же день застукать невесту за подслушиванием.

– Ах, так ты за Элента беспокоишься, – я медленно кивнула. – Как интересно. А Брант сказал, что вы с ним собачитесь каждый день.

Шано окинул меня долгим взглядом.

– Почему мы собачимся – наше дело, – практически повторил он фразу эльфа. – А вот ты занятно выглядишь. Так, будто собралась незаметно сбежать.

Я отвела глаза. Маг усмехнулся.

– Не успела приехать, как уже не терпится вернуться домой? Зачем вообще понадобилось тащиться на край света, если не собираешься замуж?

Я задержала дыхание на несколько ударов сердца и всё же призналась:

– Думала, что с Элентом удастся договориться. Мне эта свадьба не нужна, и не хочу, чтобы помолвка висела над душой всю жизнь. А он… Да ты и сам, наверное, слышал. Не пойму, зачем ему так упорствовать. Он же и сам не рвется жениться!

Шано помолчал.

– Год назад я бы с легкостью ответил на этот вопрос. Я был уверен, что знаю Элента как облупленного. Мы с ним провели в степи несколько лет и через многое прошли за это время. А потом… потом он оказался втянут в покушение на принца – на своего лучшего друга, человека, который ему жизнь спас, и не один раз. Душа Элента – потемки. Поэтому прости, сказать мне нечего. Зато могу тебе помочь.

Я широко распахнула глаза и уставилась на него.

– В побеге? Правда? И с чего такая щедрость?

– Ты веришь, что вы в браке с Элентом будете счастливы? То-то и оно. Я не подлец. Да и ты не очень вовремя здесь появилась.

– Это связано с осьминогами, сегодняшним нападением степняков и запертым погребом?

Он кивнул.

– Рассказать ничего не могу – прости, государственная тайна. Но к погребу не приближайся сама и не подпускай туда своих людей. Если тот, кто там сидит, вырвется на свободу, головы сложим мы все. Лучше тебе оказаться где-нибудь подальше отсюда, ну а Элент и помолвка никуда не денутся, если передумаешь.

– Ты выведешь меня по Колдовским путям? – обрадовалась я.

Маг покачал головой.

– Нет. Это займет слишком много времени, а мне надолго покидать поместье нельзя. Да и вообще Путями не стоит пользоваться. Мы… во многом ошибались насчет них.

– Что с ними не так? – насторожилась я.

Но Шано будто нарочно меня дразнил, как мельник – ослика морковкой: поманит, а укусить не даст. От ответа он просто отмахнулся.

– Сложно объяснить. Возвращайся в свою комнату и выжди полчаса. Через главную дверь выходить нельзя, за входом будет присматривать кто-то из нас. Вылезешь через окно. Чтобы тебя никто не услышал, возьмешь вот это, – он пошлепал себя по бокам и выудил из-за пазухи бутон хлопка. Цветочная коробочка до конца не раскрылась, но сквозь трещины наружу уже торчали пушистые белые волокна. – Цветок зачарован. Когда разломаешь его, звуки вокруг тебя ненадолго исчезнут. Ты не будешь ничего слышать, и тебя никто не услышит. Но, повторюсь, заклинание бесшумности краткосрочное. За это время ты должна сесть на лошадь и рвануть к воротам.

– А карета… – начала я.

– Даже не думай, – перебил маг. – Кони в стойлах, впрячь их ты не успеешь. Экипаж придется оставить.

Заметив колебания на моем лице, он добавил:

– Бежать из-под венца никогда не было просто. Решай: либо ты спасаешь себя и бросаешь пожитки, либо цепляешься за нажитое добро, но не выбираешься из поместья и завтра даешь брачные клятвы мужчине, который тебя никогда не полюбит.

При такой постановке вопрос и правда выглядел немного иначе. Я забрала у путевика бутон хлопка.

– Спасибо. А еще парочки таких случаем у тебя нет?

Он приподнял брови.

– Значит, нет. Ну ладно, прости, – вздохнула я, раздумывая о том, что тогда делать с няней и Миндом.

Бросать в поместье своих слуг, особенно после слов «мы тут все головы сложим», я не собиралась. Придется каким-то образом исхитриться, чтобы заклинание накрыло сразу нас троих. Няня, правда, не умеет ездить на лошадях… Ну ничего, Минд подсадит ее к себе. И магу об этом знать не обязательно, а то еще заберет подарок обратно.

Что ж, так и поступим. Я кивнула сама себе и перевела взгляд на Шано.

– Иди, – поторопил он. – Полчаса, помнишь?

– Помню, помню, – проворчала я.

– Хорошо. В точности следуй моей инструкции. Как только ты покинешь эту комнату, я тебя уже не смогу прикрывать. Элент, может быть, сейчас и не в фаворе у королевской фамилии, но он мой командир. Если доложит на меня вышестоящим офицерам, поверят ему, а не мне. Ты уж прости, но проблемы мне не нужны, поэтому давай обойдемся без сюрпризов.

– Договорились.

Ни сюрпризы, ни проблемы не нужны были и мне. Я спрятала бутон, подошла к двери и аккуратно ее приоткрыла, желая убедиться, пуст ли коридор.

На худой случай я готовилась обнаружить там Элента или кого-то другого из его воинов. Чего я точно не ожидала, так это того, что прямо перед комнатой окажется здоровенный наг, который резко обернется на тихий щелчок раскрывающейся двери.

Все мои знания об этом волшебном народе пролетели в памяти за считаный миг, в который я ошалело смотрела на мужчину в странных чешуйчатых доспехах, чей вполне человеческий торс ниже пояса переходил в длинный змеиный хвост. Раньше встретить нага в Греладе было почти невозможно – Ханасса, страна змеелюдей, находилась далеко на юго-западе, за морем. Только в последние несколько лет, когда волшебники вновь открыли Колдовские пути, у нас стали появляться наги-путешественники. Впрочем, все равно довольно редко. Эти воинственные создания в большинстве своем недолюбливали людей, так что если уж ты столкнулся с кем-то из них лицом к лицу – будь уверен, это последнее, что ты увидишь перед тем, как отправишься на тот свет.

А еще устройство их общества разительно отличалось от нашего. У нагов, например, существовало рабство, а отношения между собой они выстраивали в зависимости от того, к какой касте принадлежали. На это четко указывал цвет хвоста, так что как ни старайся, не скроешь, кто ты. Вот у этого нага, например, он был черный с серым ромбовым узором, матово блестящим в свете ламп.

К какой же касте он относился? Золотые хвосты вроде бы указывали на родство с королевской семьей. А черный… Хм… Все-таки я слишком мало интересовалась нагами. Кажется, это был цвет тайных убийц?

Просто диву даешься, какие глупости лезут в голову в непредвиденной ситуации. Только после мысли об ассасинах я задумалась о том, о чем следовало задуматься в первую очередь.

Какого фьёрта ночью в поместье посреди степи оказался наг, чья страна где-то на другом конце нашего огромного континента?

– Эм, – вырвалось у меня. – Шано, ты о таких сюрпризах говорил?

Сзади раздалось сдавленное проклятье. Наконец отмер и наг, поставленный в тупик моим появлением, так же как я – его.

В тот же миг меня без видимой причины отшвырнуло в сторону. Кто бросил заклятие – змеелюд или Шано, я не поняла, но удар, вмазавший меня в стену комнаты и выбивший воздух из легких, определенно был неприятным. И он же спас мне жизнь.

Выхватив из ножен изогнутый меч, наг с шипением кинулся на путевика. Окажись я на пути, меня бы рассекли клинком надвое и тут же обо мне забыли. Невелика потеря – какая-то девка, преградившая дорогу. А в том, что змеелюд заявился в поместье именно убивать, сомнений не оставалось. Он бил ятаганом с той же скоростью, с какой муха машет крыльями. Буквально за несколько мгновений Шано нашинковали бы как капусту, если бы он не прикрылся колдовским щитом. Маг расставил руки, держа их ладонями от себя. С его лба стекали капли пота, однако меч нага ударялся о незримую преграду и отскакивал от нее, не причиняя Шано вреда.

Рано или поздно у путевика, истощенного дневной схваткой с кочевниками, закончилась бы магия. Причем скорее рано, потому что враг не давал ему передыха и лупил то снизу, то сверху, будто надеялся найти прореху в щите.

Только очень зря он забыл обо мне, вдобавок оставив меня позади.

В такой ситуации было уже не до игр в приличную леди или чистокровного человека. Я наклонилась, сгребла толстый змеиный хвост, благодаря которому наг держался вертикально, и как следует размахнулась.

Глаза внезапно взмывшего в воздух нага надо было видеть. Вряд ли он когда-нибудь мог подумать, что его запросто подкинет какая-то греладская девица. Я, по правде говоря, тоже от себя такого не ожидала. Наг-то, тем более в доспехах, весит побольше обычного человеческого мужчины… Наверное, страх придал мне сил.

Описав дугу, убийца врезался головой в стену и мгновенно обмяк. Я не стала удерживать его хвост в руках, так что наг брякнулся на пол, распластав руки.

Глаза воззрившегося на меня Шано, пожалуй, были даже круглее, чем у его внезапно научившегося летать противника.

– Ты что за магию использовала? – ошалело спросил он.

– Я просто растерялась, – честно ответила я.

– Что здесь… – раздалось за спиной.

Я резко обернулась, жалея, что любимая сковородка осталась в комнате и мне нечем встретить нового врага. Но это был всего лишь Элент, примчавшийся на шум из холла.

У него глаза не расширились. Они, конечно, были красивыми, такими голубыми-голубыми, какие встречаются только у эльфов, но немного раскосыми, опять же как у многих из этого волшебного народа. Умеют ли круглеть такие глаза-миндали? Фьёрт его знает. Жених, по-моему, вообще не удивился, узрев эту дикую сцену.

– Атака! – заорал он вместо того, чтобы поинтересоваться, цела ли его невеста. – Все к погребу!

Дом, до этого погруженный в мертвую тишину, вдруг наполнился грохотом и звоном металла. Наг, с которым мы столкнулись в коридоре, явно пришел не в одиночку.

Шано кинулся мимо меня, спеша на первый этаж. Единственный маг в отряде, он был необходим там, где горячее всего. Элент, обнажив меч, коротко мне бросил:

– Запрись в своей комнате, – и тоже умчался вниз.

С одной стороны, обидно немного за такое равнодушие к моей персоне. С другой… Что там сказал Шано? Что в погребе сидит кто-то очень страшный и вылезать ему оттуда не стоит?

Что ж, пришел тот момент, когда надо послушаться няни и предоставить мужчинам самим позаботиться о решении проблем. А пока они этим занимаются, самое время мне удрать из поместья, прихватив Минда и Даницу. В разгаре драки пропажи никто не хватится, а нам лучше оказаться как можно дальше от этого безумия.

Глава 4

Я рванула к своей спальне, игнорируя доносящиеся снизу вопли и ругательства на греладском и шипящем языке ханассцев. Дернула на себя дверь – и чуть не напоролась на вязальные спицы няни.

Ее глаза сверкали в темноте. Я сдавленно выбранилась, отступив на шаг назад, но она уже и сама убрала импровизированное оружие, затем втянула меня внутрь, захлопнула дверь и тут же подперла ее сундуком.

– Что за вопли? Нашествие осьминогов среди ночи? – мрачно поинтересовалась няня.

– Не поверишь. Нагов.

– Ох! Плохи наши дела.

– Дела Элента, – поправила я. – Мне удалось вырубить одного, ну а дальше его воины сами справятся. Не зря же королевский герб носят? Хватай самое важное, это наш шанс сбежать отсюда.

Однако нянюшка не торопилась.

– Что тут нагам-то делать? Их отродясь в степи не было!

– Сейчас притащу тебе одного, вот и будешь сидеть и выспрашивать у него за чашечкой чая, – не вытерпела я. – Вперед! Сколько их здесь, неизвестно. Если людей Элента перебьют, то и за нас примутся.

– А если наги окружили поместье и обстреляют нас из луков?

– Значит, умрем быстрой смертью вместо медленной! – огрызнулась я. – Ты идешь или нет?

– Ну и как мы отсюда выберемся? – Даница предприняла последнюю попытку меня образумить. – Весь шум снизу идет.

– Поэтому мы выйдем через окно, – отрезала я и, не желая тратить время на дальнейшие споры, сорвала с постели простыню.

Запастись веревками заранее мне в голову как-то не приходило, а прыгать с высоты второго этажа, учитывая высокие потолки, было опасно. Простыни тоже не хватало. Треска сдернутой занавески в шуме схватки все равно никто не услышал бы, поэтому я не стеснялась. Из двух полотен, связанных между собой и примотанных к старой, тяжелой кровати, получился вполне себе «канат».

Не успела я схватиться за него и подойти к окну, как внизу что-то грохнуло с такой силой, что тряхнуло весь дом. Он грустно охнул, отозвался слабым перестуком пошатнувшейся мебели, но устоял.

Пока что. А следующего взрыва может и не выдержать. Страшный звук раздался с той стороны, где находился подвал. Кто бы там ни сидел, он либо уже освободился, либо вот-вот это сделает.

– Готова? – спросила я у нянюшки.

– Да, – коротко ответила она.

Даже у Даницы больше не оставалось сомнений, что пора давать деру.

Я в последний раз оглядела комнату, проверяя, не забыла ли чего-то важного. Все деньги – в кошельке на поясе, там же висят нож и огниво. Плащ, чтобы не замерзнуть осенней ночью в степи, уже нацеплен на плечи. Набрать бы еще всяких мелочей…

Ба-бах! На сей раз здание тряхнуло так, что под ногами покачнулся пол, а я едва не потеряла равновесие. В коридоре что-то бухнуло, как будто с потолка отвалился кусок. Следом с первого этажа, опять со стороны подвала, раздался торжествующий рев.

Пленник Элента вырвался наружу.

– Живее! – скомандовала няня и первой схватилась за тканевую веревку.

– Сковородка! – спохватилась я. – Где моя сковородка!

– Плюнь на нее! – прикрикнула на меня Даница, влезая на подоконник.

И ни слова, ни жалобы на больные колени или старческую немощь. Всегда знала, что она у меня удивительная женщина.

– Не могу, – процедила я. – Это отцовский подарок!

– Линни, фьёрт тебя побери!..

– Нашла! Прыгай! – отозвалась я, схватив спрятавшуюся под краем одеяла сковородку и метнувшись к окну.

Няня уже исчезала в ночи – только седая макушка мелькнула. Я выглянула наружу, убедилась, что она приземлилась успешно, и сиганула за ней.

В платье такие пируэты исполнять было проблематично – это тебе не танцевальные па выделывать на паркете. Тело сразу показалось тяжелым, как гранитный валун, и мои вроде бы крепкие руки предательски задрожали. А ведь я еще схуднула за время путешествия…

Как бы я ни торопилась скорее очутиться на твердой земле, все же задержалась, спустившись до уровня окна первого этажа. Похоже, комната служила спальней для кого-то из воинов. В ней горел свет, дверь была распахнута. В проеме яростно сражались Элент и наг с хвостом ярко-алого, как лепесток розы, цвета.

Невзирая на смертоносное мастерство эльфа, змей его теснил. Не окажись дверь открыта, графского сына наверняка бы уже вжали в стену и оттяпали голову. Да и в комнате сильно легче не стало – наг продолжал загонять противника в угол, где возможности Элента были бы сильно ограничены.

Точно так же, как и днем, во время схватки со степняками, в моей груди что-то всколыхнулось. Я не могла со спокойной душой наблюдать за убийством. Но что я могла бы сделать, болтаясь на простыне за окном? Даже если впрыгну в комнату, у меня ни доспехов, ни настоящего оружия. А этот наг крупнее предыдущего, черного, раза в два. Вон в дверь еле пролез, настолько широкие плечи. Поднять и долбануть его головой о стену уже не получится.

Скрипнув зубами, я оставила Элента самого разбираться с его проблемами и спрыгнула на землю. Даница зря времени не теряла и уже семенила к конюшне. Лошади ржали, обеспокоенные шумом битвы. Однако не успела няня забежать внутрь, как перед входом широкой полосой полыхнул огонь.

Даница отшатнулась, закрывая лицо руками от жара. Пламя взметнулось до крыши – не обойти, ни перепрыгнуть. Оно никак не могло быть естественным, только магическим. Но где колдун? Подняв сковородку, будто она могла защитить меня от любого заклинания, я огляделась.

Никаких нагов поблизости. Наверное, они подготовили эту ловушку заранее, чтобы у нас не получилось сбежать из поместья.

Проклятье. Фьёртов женишок поймал кого-то, кто ему не по зубам, а мне теперь погибать из-за этого? Да чтоб эльфу в Бездну провалиться!

– Сюда! Линн, быстрее!

Я обернулась на мужской голос. Шано прятался за разбитой телегой, потому сперва я его и не заметила. Теперь же высокое ревущее пламя, начавшее пожирать конюшню, хорошо освещало тощую фигуру путевика.

От магии мог спасти только маг. Промелькнувший на краю сознания вопрос, почему он здесь, если должен быть в доме, помогать соратникам отбиться от вражеского нападения, я отбросила подальше. Выясню попозже, в более спокойной обстановке.

Но стоило мне двинуться с места, как позади раздался звон разбитого окна. Из него вылетело что-то крупное, пролетев несколько шагов и мешком упав мне под ноги.

В другой раз я бы даже не глянула в ту сторону. Ну вышвырнули что-то во двор – и вышвырнули. Пусть лежит себе, а мне надо побеспокоиться о собственной безопасности. Но по желтоватой степной почве рассыпались золотые эльфийские волосы.

Элент глухо застонал. Даже особая эльфийская выносливость не помогла ему резво вскочить после такого падения. К тому же он оказался ранен – по лицу стекала струйка крови, на ткани расползлись красные пятна. Графский сын не готовился к драке и не был вооружен, когда началась атака. Удивительно, как он вообще остался жив после стычки с тем нагом.

Фьёрт! Я могла сколько угодно ненавидеть жениха, но бросить его здесь на растерзание врагов совесть мне не позволяла. Подхватив его и закинув на плечо, я поспешила к Шано.

У того опять глаза на лоб полезли. Ну честное слово! Я, конечно, умопомрачительно красива, но что ж так таращиться каждый раз!

Перед магом на земле стояло два увесистых ограненных камня с причудливыми знаками, вырезанными на каждой из граней. Символы, которые находились на верхних, наливались чернотой, а в воздухе над ними колебалась сизая дымка. Пока что она походила на сгусток тумана, однако с каждым мигом уплотнялась, и через нее проступал иной, чуждый степи пейзаж – серая пустыня с барханами и горами вдали.

Не далее как сегодня днем я уже видела нечто подобное. Значит, Шано сообразил, что против нагов им не выстоять, и начал открывать Колдовские пути. Лошади огненную преграду не одолеют, а без них от врагов далеко не убежишь – наги хоть и без ног, но передвигаются ничуть не медленнее людей, если даже не быстрее. Портал оставался нашей единственной возможностью спастись.

Даница со своими спицами уже была здесь.

– Долго еще эта штуковина будет открываться? – с требовательной интонацией спросила она у Шано.

Тот с трудом оторвал взгляд от меня и посмотрел на нее.

– Сначала я должен удостовериться, что мои дру…

Звон, прервавший его на полуслове, напомнил звук дернутой со всей дури струны, зажатой на высокой ноте. Он не только бил по ушам, но, кажется, иглой прошел прямо через мозг. Мы вздрогнули все трое, однако лишь у Шано с лица схлынула краска. Он высунулся из-за телеги и обреченно прошептал:

– Фьёрт. Вот фьёрт!

Разумеется, я тут же выглянула из-за оглобли, пытаясь понять, что так испугало бывалого мага. И тоже шокированно застыла.

Дом накрывал прозрачный желтоватый купол, слегка светящийся в ночной мгле. Входные двери распахнулись, на крыльцо выскочил заляпанный кровью Брант. Он бросился к нам, но врезался в купол. Тот мягко спружинил и оттолкнул воина назад.

На лице Бранта появилась растерянность. Он опять подпрыгнул к волшебной преграде, на сей раз ударив по ней мечом. Та ответила равноценно. У воина, не ожидавшего этого, оружие вылетело из рук.

Следом за Брантом на крыльцо выполз высокий зеленохвостый наг. Он был обнажен – полностью, если учесть, что змеелюди никак не прикрывали свою чешуйчатую половину. Темные волосы с небольшой проседью свободно струились по мускулистым плечам. Осанка, гордый профиль и волевой подбородок выделяли его из других нагов. Мужчина прямо-таки излучал царственность, хотя не носил на себе ничего, что выдало бы его высокий статус.

Змей окинул двор взглядом, но мы с Шано уже пригнулись, прячась за телегой. Враг нас не заметил. Отвлекшись на Бранта, он легко, будто маленького ребенка, концом длинного хвоста сбил с его ног. Губы нага шевельнулись, пальцы исполнили странный, сложный жест. Бранта мгновенно распластало по земле. Наг поморщился, спускаясь по ступеням, подхватил его за ворот и не торопясь потащил обратно в дом без видимого напряжения, словно волок за собой соломенную куклу, а не здорового мужика, еще и в доспехах.

Как только он скрылся в здании, на крыльцо выползли еще два нага – первый с красным хвостом, вышвырнувший Элента из окна, и второй с черно-серым, но не тот, которого я приложила о стену. Выходит, в поместье каким-то образом проникли по меньшей мере четверо ханассцев, а мы это прошляпили!

Оба нага обнажили оружие и замерли возле самого края купола, словно ожидая, что он вот-вот исчезнет. Я нервно оглянулась на Шано. Если магическая преграда перестанет задерживать врагов, вот тут-то нам и настанет конец. Когда уже заработает фьёртов портал?

Эльф на моей спине заерзал и сполз на землю. Он выглядел все еще ужасно, но по крайней мере держался на ногах.

– Резвее, Шано, – приказал Элент. – Надо убираться отсюда.

– Но там Минд… – слабо возразила Даница, растерянно глядя на дом.

Между ней и Миндом не существовало и намека на романтику. Кучеру было немногим за сорок, няне – шестьдесят. Она воспринимала его в лучшем случае как сына и совершенно точно – как старого доброго друга, которого знала много-много лет. Оставить его на растерзание полулюдям-полузмеям и сбежать, даже не попытавшись спасти, – такое Даница себе никогда бы не простила.

– Кроме вашего кучера там еще пять человек, среди них три моих друга и соратника, с которыми мы весь последний год из одной миски ели, – рявкнул Элент. – Думаете, мне хочется их бросать? Но врагов больше, и возглавляет их маг такой мощи, какая нам и не снилась. Эти фьёртовы ползучие гады умудрились открыть портал прямо в доме и лезут из дыры в пространстве без остановки! Купол надолго их не задержит. Если не уберемся сейчас, к утру наши головы украсят ворота вместо той симпатичной осьминожьей тушки. Вы этого добиваетесь?

Шано молчал, предпочтя сконцентрироваться над порталом. Не знаю, что он делал, однако пустынный ландшафт стал приобретать четкость гораздо быстрее.

Даница тоже не ответила, лишь губу закусила. Но заткнуть меня? Нет, это только с помощью заклинания получилось бы.

– Вместо того чтобы отчитывать, мог бы спасибо сказать. Если бы я тебя не вытащила, ты бы сейчас валялся в пределах купола на радость нагам.

– Между прочим, твоя магия… – начал Шано.

– Это не магия, – перебил эльф, внимательно глядя на меня сверху вниз. – Так ведь, Линн?

– Не совсем магия, – невозмутимо поправила я. – Ну и где мое спасибо?

– Спасибо, – бросил он так, словно ругнулся, а не поблагодарил.

– У тебя троллей в роду не было? А то манеры так и блещут.

Няня тихо фыркнула. Даже в такой ужасной ситуации, как наша, Даница не могла не оценить иронию – не меня упрекают в плохих манерах, а я, и не кого-нибудь, а эльфа.

– Мы на волоске от смерти, а ты собираешься порассуждать об этикете? – сверкнул он на меня глазами.

– Для разговоров об этикете неподходящего времени не бывает. Если повезет, даже тех нагов ему успею поучить, – добавила я, покрепче перехватывая рукоять сковородки.

Нет, конечно же, я не собиралась бить Элента, хотя и очень хотелось. Его и без меня неплохо по голове стукнули. Однако купол вдруг начал блекнуть и идти мелкой рябью. Что-то подсказывало, что он вот-вот растает и мы с двумя змеелюдами совершим очень близкое знакомство.

– Готово, – объявил Шано. – Быстрее, пока портал не закрылся!

– Линн, первая! – приказал Элент.

Хорошей схватки я никогда не избегала, но тут почему-то спорить желания не возникло. Наги уже давно нас заметили и скалились в предвкушении скорой встречи, подползя так близко к краю купола, что почти касались его носами. Я схватила няню за руку и помогла забраться в портал, на локоть поднимавшийся над землей.

И в этот момент купол растаял.

Два нага не поползли и даже не прыгнули – они понеслись на нас со скоростью камня, выпущенного из пращи. Я в помине не представляла себе, что со змеиными хвостами можно передвигаться настолько быстро. Элент вскочил в портал, одновременно метнув во врагов кинжал. Краснохвостый наг просто отклонился, и клинок улетел в темноту.

Последний из нас – маг – все еще стоял за телегой. Ханассцам оставалось до него каких-то несколько шагов.

– Шано!.. – вырвалось у эльфа.

Маг уже запрыгивал к нам с путевыми камнями в руках, прямо на ходу бормоча заклинания. Змей за его спиной взмахнул ятаганом…

Поместье, двор и оба нага резко потеряли цвет, став серыми. Клинок вместо того, чтобы пропороть Шано насквозь, как будто куда-то провалился. Я успела заметить изумленное лицо ханассца, затем его очертания расплылись, и портал развеялся утренним туманом, перестав существовать.

Путевик без стеснения плюхнулся на мощеную дорогу, где мы оказались, вытер пот со лба и неожиданно улыбнулся.

– Если однажды кто-то устроит соревнования по самому быстрому закрытию и открытию порталов, я точно возьму первый приз!

Глава 5

Хотя казалось, что опасность осталась позади, я не спешила расслабляться и внимательно оглядывала место, в которое мы попали. Слишком сложно было забыть, что Колдовские пути – это не только удобный способ для путешествий по всему континенту, но и загадочное магическое пространство, где водятся чудовища вроде тех осьминогов или жутких псов-шиданов.

Однако никаких монстров вокруг не наблюдалось. Да честно говоря, там не было вообще ничего.

Мы стояли на узкой дороге, мощеной серым булыжником. Пройти в ряд по ней могли бы разве что трое, а карета проехала бы только особой конструкции, одноместная. Слева и справа, сколько видел глаз, простирались сероватые дюны. Однообразный пейзаж разбавляло иссохшее приземистое дерево вдалеке, наполовину засыпанное барханом.

А я-то думала, что ничего унылее степи Господь не придумал, когда создавал наш мир.

Здесь не веяло ветерком, ничем не пахло. Не летали даже мухи. Ни одно существо на тропах выжить не могло – за исключением некоторых иномирных чудовищ. Никто из волшебников объяснить этого не мог. Магия на Путях действовала по собственным законам.

Например, на них было светло, но солнца не существовало. Я невольно оглянулась себе за спину и не нашла тени. Свет лился с голубого неба отовсюду, будто в ясный полдень. Но вот тот золотой шар, который в нашем, реальном мире катился по небу, создавая нам день и ночь? Нет, хоть обыщись – здесь его не найти, как и звезд с луной.

То же самое и с теплом. В пустыне не было ни жарко, ни холодно – в самый раз. Опытные путники рассказывали, что есть тропы, на которых вечная ночь, и вот там без плаща не обойтись. Я этого подтвердить не могла – в столицу мы с теткой путешествовали почти по такому же Пути, как нынешний. Только на горизонте в тот раз поднимались горы, а сейчас высились бескрайние пески.

– Мы тут не столкнемся с теми нагами, которые напали на поместье? – обеспокоенно уточнила няня у Шано, который до сих пор приходил в себя после мощного колдовства, сидя на мостовой.

– Не думаю, – он покачал головой. – Они такими тропами стараются не пользоваться. Пленники у них уже есть, вряд ли они будут рисковать, гоняясь еще и за нами.

– Что значит «такими»? – сразу напряглась я. – И вообще, кто-нибудь объяснит, что происходит? Какого фьёрта, приехав на свадьбу, я чуть не лишилась жизни, а мой кучер наверняка уже и мертв!

– Нам некогда… – попытался начать Элент.

– О, у нас как раз навалом времени! – перебила я. – Даже последняя собака в Греладе знает, что время здесь, в междумирье, тянется иначе, чем в настоящем мире.

Неожиданно мне на помощь пришел Шано.

– Элент, она права. Я не стану сейчас открывать второй портал через камни. Мы и так в окрестностях наделали слишком много дыр. Нужно искать врата. А до них…

– Сколько? – прервал эльф.

Маг красноречиво посмотрел вперед, затем назад. Никаких врат в границах зрения не было.

– Дорога петляет между барханами. Если я правильно помню схему Путей, то часов через пять наткнемся на малые врата за одним из поворотов.

Эльф тихо выругался и с измученным видом опустился на дорогу, как будто у него враз закончились силы.

Мне вдруг стало его жаль. Ведь и правда, я потеряла в поместье только Минда, а Элент – сразу трех друзей. Еще и схватку с нагом он проиграл.

– Вы сказали про пленников, – напомнила нянюшка. – Значит, Минд и ваши товарищи еще могут быть живы?

– Ваших людей наги не тронут, не волнуйтесь, – устало ответил Элент, не поднимая головы. – В худшем случае их продадут в рабство.

– Что? – переспросила я.

– Наги – рабовладельцы. Они не портят то, за что можно выручить барыш, а ваш кучер и охранники – крепкие мужчины, значит, будут сильными, хорошими рабами.

Эльф потер лицо, размазал по нему кровь, недоуменно взглянул на испачканную ладонь, но даже не стал ее вытирать и попытался встать с мостовой. Конечно же, покачнулся и упал бы, не успей я его подхватить.

Вместо благодарности меня одарили мрачным взглядом. Я бы оскорбилась, если бы не легкий тычок сзади от Даницы.

И тут до меня дошло. Графский сын, эльф с его хвалеными сверхчеловеческими силами и выносливостью, офицер, командир отряда – и я, незнакомая девица вообще из ниоткуда, спасаю его уже второй раз за четверть часа. Я бы на месте жениха, пожалуй, тоже не обрадовалась собственной никчемности. А уж о мужской гордости, пока мы добирались до степи, няня мне все уши прожужжала.

Я сразу убрала руку и принялась разглядывать дюны вдалеке, как будто оказалась рядом с Элентом случайно и помогать не собиралась. Да меня и вовсе тут не было…

И снова едва заметный тычок. Я вздохнула, догадавшись, на что намекает Даница, но сделала то, чего она добивалась.

– Элент, ты ранен. Давай я тебя перевяжу.

Он отрицательно помотал головой.

– Бывало и хуже. Надо идти, – эльф распрямил плечи и, поморщившись, хрустнул шейными позвонками. – Во-первых, отсюда все-таки стоит побыстрее убраться на тот случай, если наги решат нас преследовать. Во-вторых, чем скорее попадем к вратам, тем скорее я соберу отряд и отправлюсь за рабовладельцами.

Я прищурилась. Он правда считает, что перед ним круглая дура? Да, ханассцы промышляют продажей людей, это всем известно. Но никакой, даже самый сумасшедший охотник за рабами не потащится через весь континент в степь, чтобы атаковать заброшенное поместье с горсткой защищающих его воинов. А уж если припомнить обмолвки путевика, слова Элента окончательно превращались в сказочку для идиотов.

– Нет. С места отсюда не сдвинусь, пока вы не объясните, какого фьёрта на самом деле произошло в поместье.

Жених хмуро посмотрел на меня.

– Не хочешь вернуть своего кучера? Или просто проявляешь характер, как положено избалованной леди?

Мои зубы заскрипели так, что няня нервно скосилась на мой рот.

Следовало бросить проклятого эльфа, когда его выкинули из окна. Пусть бы наг добил жертву. Мне же было бы лучше – никакая свадьба не нужна, если жених мертв! Я теперь и принца понимала, который поспешил избавиться от такого «друга», сослав его подальше от столицы, и Шано, который не очень-то рвался верно служить командиру.

– Избалованная леди не стала бы катиться на край света, чтобы выйти замуж за эгоистичного козла, простите, эльфа, и на собственном горбу оттаскивать его от врагов. Избалованная леди сидела бы в своем поместье и ждала жениха, не шевельнув пальцем ради него. Но откуда тебе знать такие отличия, Элент? Тебе же плевать на остальных, на то, что твоя невеста чуть не погибла. Они же все дураки, можно скормить им любое вранье, а они развесят уши! Единственное, что тебя волнует, это ты сам и твои собственные цели!

На светлое, красивое лицо эльфа нашла тень. Голубые глаза приобрели оттенок бушующего моря, тонкие, точеные губы исказились.

Тут мы, наверное, и прибили бы друг друга, если бы нянюшка, прекрасно знавшая мой нрав, не кинулась между мной и Элентом.

– Это она сгоряча, господин, – оправдывалась она, оттаскивая меня подальше от жениха. – День был сложный, мы не каждую ночь спасаемся от нагов-убийц, войдите в положение. Да и вы вообще-то могли язык свой сдержать…

Хотя я была благодарна няне за последнюю фразу, ситуацию она не исправила, а наоборот. На эльфа уже не тень, а будто грозовая туча налетела.

И снова Шано встал на мою сторону. Точно так же, как Даница – меня, он принялся аккуратно оттеснять своего командира.

– Элент, правда, уймись. Девушка не виновата, что прибыла в неудачный момент. И вообще если бы не она, ты бы сейчас вместе с Брантом и остальными был в плену у ас-Сехшета. Теперь ты можешь продолжать задание и попытаться вытащить ребят. Разве этого мало? Требования Линн вполне справедливы. Она заслуживает знать, почему едва не лишилась жизни и где ее слуга.

– Это секретное задание, – процедил эльф, сверкая на меня глазами через голову мага.

– Такое секретное, что нас всех чуть не укокошили! – огрызнулась я, в свою очередь, через голову няни. – Если бы ты был хоть каплю честнее, я бы со своими слугами и охраной переночевала в деревне, не подставляя их шеи под удар!

Маг остановился и с тяжелым вздохом опустил руки.

– Хватит. Вы меня утомили. Я возьму на себя ответственность за раскрытие сведений. Слышишь, Элент? Знаю, ты после истории с сестрой трясешься перед принцем за каждый чих, но вся эта чепуха того не стоит, – он повернулся к нам. – Уважаемая Даница, твоя госпожа готова нас выслушать?

– Готова, – проворковала она и оглянулась на меня, сурово сузив глаза. – И даже молча! Но только если твой командир, уважаемый Шано, перестанет бросаться незаслуженными обвинениями в адрес моей госпожи.

– Элент? – обернулся на него маг. – Согласен?

Тот зажмурился, утомленно потерев переносицу.

– Цирк… Ладно, согласен. Но у меня тоже есть условие: мы будем делать всё это на ходу. Ситуация не изменилась – нам по-прежнему нужно быстрее добраться до подмоги.

– Договорились, – ответила я.

– Хорошо, – подытожил Шано. – Простите, дамы, но прежде, чем мы двинемся к вратам, я должен напомнить вам правила поведения на Колдовских путях. Во-первых, ни в коем случае не сходите с мощеной дороги. Только она на самом деле существует. Всё остальное, даже очень реальное на вид, может оказаться иллюзией. Пути созданы не для людей. Шагнете в песок – провалитесь в Потусторонье, откуда никто не возвращается.

Мы кивнули. Это правило было важнейшим, его на зубок знали все, включая тех, кто никогда не ступал на волшебные тропы.

– Во-вторых, – продолжал маг, – правило десяти…

Он огляделся.

– Нас меньше, ну ладно, все равно напомню. На одной тропе не должно находиться больше десяти человек, иначе вероятность напороться на неприятности становится неизбежной. В-третьих, в любом случае внимательно смотрите по сторонам. Если вам почудится, что вы видите что-то странное или что-то, чего не было еще мгновение назад, сразу зовите меня. Даже если выяснится, что вам просто песчинка в глаз попала.

Мы опять кивнули. Ясное дело, это он о чудовищах.

– Четвертое. Если вы увидите перед собой что-то похожее на открывшийся портал, ни в коем случае к нему не приближайтесь. И даже если его открою я, не входите туда, пока я не дам команду. Даже если вам кажется, что он уж точно работает, или если за вами гонятся монстры. Иначе тоже можете провалиться в Потусторонье или оказаться совсем не в том месте, где должны были.

– А вот такого нам никогда раньше не говорили, – насторожилась я. – Порталы не появляются сами по себе, а тропы всегда ценились именно за то, что ты точно знал, куда попадешь, если с тобой путевик.

– Колдовские пути уже не те, какими они когда-то были, – ответил Шано. – Они стали опаснее, на них появилось больше монстров. И виноваты в этом мы.

Глава 6

Мы шагали по мощеной серым булыжником дороге под сияющим небом междумирья, минуя бархан за барханом, пока Шано рассказывал нам длинную и чудную историю.

Раньше на Пути можно было попадать только через огромные каменные арки, которых во всем мире насчитывалось всего-то штук двадцать. За века они разрушались от бурь и землетрясений, а иногда просто от времени. Ни людям, ни эльфам, ни нагам, ни кому-то другому оказалось не под силу раскрыть секрет создателей арок, и целое тысячелетие в путешествиях по волшебным тропам ничего не менялось.

Пока несколько лет назад могущественный греладский архимаг, страстно увлеченный тайнами Колдовских путей, не обнаружил, что для путешествий достаточно взять два фрагмента разрушенной арки, нанести на них нужные символы, прочитать особое заклинание – и вот перед тобой портал.

Это открытие оживило весь наш континент. Но, как выяснилось, за всё нужно платить.

Год назад тот же самый архимаг обратил внимание, что в наш мир стали чаще проникать монстры из Потусторонья. Они появлялись как будто сами по себе, без порталов – просто выпрыгивали из воздуха на ничего не подозревающих пахарей в поле или вдруг вываливались на улицу посреди отдаленной деревни.

Испуганный архимаг бросился проводить новые исследования. И конечно же, оказалось, что в предыдущий раз он кое-что не учел.

Каждый портал, открытый путевиками в «неположенном» месте, оставлял после себя дыру в ткани мира. Мы, живые существа, этого не видели и не ощущали, но прорех становилось всё больше. Ведь, хотя новый способ путешествий изобрели в нашей стране, о нем быстро вызнали архимаги других королевств и сумели повторить.

В одном только Греладе было около пятидесяти обученных магов-путевиков. Некоторые пользовались путевыми камнями всего пару раз в неделю, зато в столице за сутки открывались десятки порталов. А сколько путевиков сейчас в других государствах: Доларе, Ханассе, Эльвамаре и прочих, никто не подсчитывал. И уж тем более невозможно было выяснить, сколько еще магов сумели достать куски арок и сделать из них путевые камни, но ни в какую гильдию волшебников об этом официально не сообщили.

Вообще мы слушали Шано молча, но тут Даница, думавшая о своем, его перебила.

– Так это что получается, мальчик, это ты дождь из осьминогов в степи устроил?

Сквозь загар на впалых щеках мага пробился румянец.

– Получается, я.

– И что ж ты, не мог порталы в какие-нибудь места поприятнее открывать? Чтоб из них, например, персики сыпались?

Нянюшка была… нянюшкой.

Шано и так временами увлекался, принимался бросаться разными магическими терминами и рассуждать на непонятные нам, далеким от колдовства, темы. Предчувствуя, что он сейчас опять погрузится в многословные объяснения, почему нельзя открыть портал к бесконечному запасу персиков, я скорее встряла в разговор:

– Мне ужасно интересно, что же дальше! Выходит, если дыр станет слишком много, мы провалимся в Потусторонье сразу всем континентом? Или, наоборот, он свалится на нас?

– Не совсем, – поморщился он. – С дырами такая загвоздка…

Оказывается, дыры в нашем мире существовали с незапамятных времен. Раз в десять-двадцать лет в Греладе случалось странное природное явление – в ночь перед солнечным затмением на небе вдруг появлялась полная луна. Во время этих событий магия отчаянно «барахлила» – заклинания срывались или, наоборот, приобретали мощь, которой чародей в помине не обладал, а все волшебные расы начинали немного сходить с ума.

Загадочное явление несколько веков ставило в тупик ученых, пока в прошлом году не оказалось, что оно напрямую связано с дырами в ткани мира. Поэтому архимаг был полностью уверен только в одном – если продолжить пользоваться его изобретением, привычный уклад нашего мира рухнет.

– Вот радость-то, какой-то старикан мир сломал, – опять заворчала нянюшка.

– С чего ты взяла, что он старикан? Ты его разве видела? – спросила я, поглядывая на Шано.

Маг он явно не слабый и далеко не стар. Наверное, даже поменьше тридцати будет. Мужчина в самом соку!

– Не видела, но это и не надо. Все архимаги – стариканы, – уверенно произнесла Даница.

Путевик засмеялся.

– Твоя горничная одновременно права и не права, Линн. Наш архимаг Церестин и правда уже немолод. Ему больше ста лет, и бодрость он сохраняет только благодаря тому, что в его жилах помимо человеческой течет еще и капля эльфийской крови. А вот архимаг Эльвамара, королевства эльфов, выглядит очень молодо – всего-то лет на сорок, хотя на самом деле ему уже за двести.

– Ну ты сравнил, – фыркнула няня. – Людей и эльфов с их вечной молодостью!

Я невольно бросила взгляд на Элента. Он выглядел лишь немногим старше Шано. Интересно, сколько ему на самом деле? Внешность у него слишком человеческая, значит, кровь не очень-то чиста, как и моя. Пятьсот лет, как эльфы-чистокровки, он не проживет. Однако двести – вполне может. Вдруг ему тоже уже за сто перевалило?

В воображении сразу нарисовалась такая неприглядная картина с дряхлым стариком в моей постели, что я вздрогнула. И развеять ее не помог даже новый взгляд на Элента – с целью убедиться, что он пока не трясется от старческой немощи.

– А тот зеленохвостый? – няня всё еще пытала Шано. – Он тоже архимаг?

– Нет, но волшебник он могущественный. И он тоже связан с этой историей.

Даница нахмурилась, отчего ее лоб весь покрылся морщинами.

– Что-то я, кажется, в твоих рассуждениях упустила, мальчик… Причем тут вы и зачем хвостатому магу разносить поместье?

– Сейчас объясню, – вздохнул Шано, видимо, из вежливости не ставший напоминать нянюшке, что это она скачет с темы на тему, а не он.

Греладский архимаг с тревожными новостями насчет дыр отправился сразу к королю. Тот справедливо рассудил, что просто так запретить пользоваться Колдовскими путями не получится – ни одна страна не захочет отказываться от удобного способа быстро пересекать континент, даже если это опасно. Морские путешествия ведь еще хуже! Тут хотя бы по десять человек за раз пропасть может, а там сразу весь корабль тонет! Но что-то же надо с этим делать?

Ситуация выходила крайне неловкой еще и потому, что именно Грелад первым стал применять путевые камни вместо арок. Тем не менее король решил созвать на совет монархов и вождей всех государств на континенте, чтобы вместе обговорить общие правила использования Путей. Но в то же время архимагу Церестину дали важное задание.

Он привел наш мир на грань катастрофы, вот он пусть и придумывает, что с этим делать. Может быть, получится «залатать» дыры или наконец-то раскрыть секрет арок и построить их больше, а может быть, найдется какое-то другое «лечение» нарыва, готового вот-вот прорваться и заполонить всё вокруг чудовищами. Так или иначе, к совету королей у Грелада уже должно быть решение проблемы.

Разведчики и шпионы принялись по всему континенту собирать для Церестина сведения. Тот не оставлял собственных экспериментов, но предположил, что кто-то из других магов может уже знать о проблеме.

И он оказался прав.

Наги всегда славились своим непревзойденным колдовским мастерством. Один из их волшебников, как и Церестин, посвятил жизнь исследованию Колдовских путей и тоже недавно заметил, что что-то не так. Он сам написал архимагу, предложил помощь. Церестин страшно обрадовался – две головы всегда лучше, чем одна. Тем более что между Ханассой и Греладом сейчас царил мир.

Но наги – они всегда наги. В один непрекрасный день архимаг зашел в свою лабораторию и обнаружил ее пустой. Исчезло всё: вычисления, образцы арок и путевых камней, даже колбы! И только зеленый хвост недавнего «коллеги» мелькнул в закрывающемся портале.

До королевского совета оставалось слишком мало времени, чтобы начинать работу сначала. Церестину срочно понадобился отряд, который нагнал бы вора: опытные воины, верные королю и готовые пойти на что угодно ради родины. И первым из них вызвался молодой лорд, чьи храбрость и мастерство уже не раз подтверждались…

– Хватит, – перебил Элент разглагольствования Шано. – Во-первых, я здесь и всё слышу. Во-вторых, спасибо, что ты так расписываешь мои достоинства перед дамами, но толку от всех моих былых заслуг, если мы облажались. Ас-Сехшет нас обставил и сейчас уже наверняка продолжает путь в родное поместье в Ханассе, которое защищено так, что нам туда вовек не пробиться даже с поддержкой архимага.

– Асушет? – переспросила Даница. – Ну и имечко.

– Ас-Сехшет, – поправил маг. – Он на наших именах тоже спотыкался. Мы его называли просто Шет, чтобы не ломать язык.

– Подождите, – вмешалась я. – Так это что получается, Элент не был ни в какой опале?

На несколько мгновений на тропе воцарилось молчание. Слышались только шарканье нянюшки да шорох шагов. Шано молчал, посматривая на эльфа, а тот устремил взгляд голубых, как небо над нами, глаз вперед и ничего не отвечал.

– Был, – наконец произнес он. – И в каком-то смысле до сих пор там. Но у меня появилась возможность сделать хоть что-то полезное, и я ей не пренебрег. Я уже год работаю на Церестина и намеревался этим вернуть дружбу человека, которого однажды очень сильно подвел из-за собственной глупости. Но, как видите, ничего не вышло.

– Не судите себя так строго, лорд Галантил, – мягко сказала Даница. – Вы по меньшей мере старались. Если тот человек хороший, он это зачтет.

Я тихо фыркнула. Ох уж эта нянюшка с ее миротворчеством!

Когда вместе сложились столичные слухи, услышанное в холле и сейчас, для меня всё стало ясно как день. Эльф попал в немилость, потому что участвовал в заговоре, который подразумевал убийство единственного греладского принца, наследника трона. Раньше они были закадычными друзьями, и именно его расположение Элент пытался вернуть. Еще бы, лучше иметь будущего правителя в приятелях, чем во врагах! Меркантильный расчет, ничего больше.

Поэтому и на мне эльф собирался жениться, даже не поглядев на невесту. Свадьба для него не союз любящих сердец, а всего лишь очередной приказ от королевской семьи. Надо бегом выполнять, а то вдруг не получится вернуть теплое местечко у монарших ног! Тьфу ты, Даница этого высокомерного ушастика еще и жалеет.

Элент оглянулся на меня, нахмурил светлые брови и отвернулся. Наверное, услышал мое фырканье – эльфийский слух тоньше человеческого.

На миг я испытала укол стыда. Очень глубоко в душе я понимала, что не совсем справедлива к жениху. Гордец, который ищет только выгоды, не полезет к таким серьезным противникам, как наги. А у меня постепенно складывалось впечатление, что у Элента весь последний год каждый день был похож на сегодняшний – сплошные сражения да смертельные угрозы.

Но уже в следующий миг я опять себя одернула.

Линни! Вспомни, этому эльфу на тебя плевать! Ему нужно только кольцо на пальце!

И он его не получит.

– История очень увлекательная, – сказала я. – Но какие у нас дальнейшие планы? Куда мы вообще направляемся? К королю?

– К архимагу, – ответил Элент. – К королю нельзя. Если ему станет известно, что потеряны все наработки, более того, они у нагов, которые на скором совете монархов могут предстать спасителями всего мира, он нам головы снимет. Церестину в том числе. Вернемся, пополним отряд, запасы, совершим налет на Шета и вытащим наших ребят со всеми разработками архимага.

Ну да, ну да, а потом сообщим королю об успехе, умолчав о провалах.

– Что же у вас сразу так не получилось? – ехидно уточнила я.

– Были непредвиденные трудности, – отрезал он. – В следующий раз мы их учтем и обернем неудачи в свою пользу.

Сразу видно, кто-то уже начал в уме составлять красивый доклад архимагу.

– Линн, – неожиданно влез Шано, – раз уж у нас время откровений… Ты так и не сказала, что у тебя за способности.

Настал мой черед идти молча, устремив взгляд вперед.

– У меня есть ответ на твой вопрос, – эльф скосил на меня глаз. – Я уже видел подобное раньше. Да и ты тоже, только твое знакомство было не таким близким, поэтому ты забыл. Наша дорогая Линн не полностью человек.

Шано сдвинул брови, задумавшись, и вдруг его глаза пораженно расширились. Он повернулся ко мне.

– Ты тролль?

– Некрасиво говорить такие вещи девушкам, – сурово ответила я.

– Прости…

– Но вообще-то это правда, – тут же добавила я. – Вернее, четвертьправда, потому что я четвертьтролль. Мой дед Уррог был лесным троллем, но в отличие от сородичей не сторонился людей. Его семья на протяжении долгих лет охраняла старинный каменный мост на Севере, под которым и жила. Однажды в тех местах произошла битва, мост разрушили, и дед с прихваченной на Севере человеческой женой был вынужден сбежать в Грелад. Отец, полутролль, тоже женился на человеческой женщине. Кровь разбавилась, поэтому у меня ни выступающих клыков, ни серой кожи, но троллья сила осталась.

И троллье чувство юмора. Но это мужчины наверняка уже и так заметили.

Маг неожиданно рассмеялся.

– И что смешного? – поинтересовалась я, на всякий случай проверяя, как в ладони лежит сковородка.

– Извини. Забавное совпадение – Элент у нас тоже четвертьэльф. Его бабушка была эльфийской княжной, которая вышла замуж за греладского графа, человека, чтобы скрепить союз между нашими королевствами. Вы хорошо подходите друг другу.

Ага. Тролль и эльф – идеальное сочетание. Или четвертушка от него, учитывая жидкость нашей крови.

В общем-то, я понимала, почему моя тетка скрыла от семьи жениха этот факт. Сложно выгодно пристроить нищую баронскую дочку, дед которой размахивал здоровенной дубиной и сбрасывал в реку всех, кто не хотел платить за проход по мосту.

– Мое происхождение как-то влияет на помолвку? – уточнила я.

– Нет, – спокойно ответил Элент. – Абсолютно никак.

– Разве эльфу не зазорно связывать свою жизнь с… кем-то вроде меня?

Он повернулся ко мне и прищурился.

– Вы низко себя цените, леди Линн. Наоборот, я очень рад, что вы оказались четвертьтроллем. За спиной такой жены ничего не страшно.

Я едва не задохнулась от возмущения. Ах он!..

И сразу же тычок от нянюшки. Я сердито оглянулась на нее. Глаза Даницы смеялись, губы еле сдерживались от улыбки.

– У твоего будущего мужа есть чувство юмора. Разве это не замечательно? – прошептала она.

Я промолчала.

Лучше бы муженек вспоминал о манерах не только, когда хочет надо мной поиздеваться. А то ишь, как быстро у него «ты» и «избалованная леди» сменяется на «вы» и «низко себя цените».

Несколько минут мы шли в тишине. А может, и десятков минут. Когда пейзаж мертв и однообразен, а солнце не движется по небу, сложно оценить, сколько прошло времени. Только слушать биение своего сердца и ориентироваться на него.

Долго этим заниматься я никогда не умела. Сидеть без дела, да еще и молча, – проклятие похуже смерти. Тетка и нянюшка в один голос твердили, что это у меня наследственное, – редкий случай, когда они были согласны друг с дружкой.

Чтобы хоть как-то себя развлечь, я принялась крутить головой, подсчитывая дюны и стараясь за каждой следующей рассмотреть арку, которая всё не появлялась и не появлялась. Наверное, только потому я и заметила первой дымку на самом краешке дороги. К счастью, на том ее отрезке, который мы уже миновали.

– Шано, – позвала я. – Что это?

Он оглянулся. Мгновенно на его лице отразилась тревога.

– Либо дыра, либо плохо обученный или просто слабый путевик пытается открыть портал. И в том, и в том случае у нас проблема.

Отлично – нам грозила либо встреча с монстрами, либо… опять встреча с монстрами. Если на тропе окажется больше десяти путников, близкое знакомство с чудовищами нам всем гарантировано.

И Элент не добавил воодушевления, когда замер, всмотрелся острым эльфийским зрением и уверенно произнес:

– Это дыра. Прибавьте ходу. Оттуда может никто не выскочить, но нам этого лучше не проверять.

Мы ускорили шаг, а молчание стало еще более гнетущим. Няня плотно сжимала губы – она была очень бодрой женщиной для своего возраста, однако прожитые годы с плеч не сбросишь. Вдобавок ночь она провела без сна. Те полтора-два часа, прежде чем я ее не разбудила, чтобы готовиться к побегу, за отдых не считались.

Тяжело было не только ей. И Элента, и Шано вчера ранили. У эльфа до сих пор виднелись запекшаяся кровь в волосах и красные потеки на лице. Хотя мужчины не обмолвились ни словом жалобы, по пошатываниям, проскакивающим болезненным гримасам становилось ясно, что им обоим не до новой схватки.

Поколебавшись, я немного отстала и пристроилась позади. Похоже, я в компании чувствовала себя лучше всех. Мне и принимать на себя удар, если на нас нападут.

Слава святым угодникам, обошлось без этого. Совсем скоро Шано радостно оповестил:

– Вижу арку!

Она появлялась перед нами постепенно. Дорога делала крутой поворот, и из-за него сначала выглянул краешек дуги из темного камня, затем – массивный столб, на который она опиралась.

Арка оказалась низенькой, не выше человеческого роста. Когда мы подошли к ней, стало ясно, что Эленту придется даже слегка наклониться. Издалека поверхность каменных блоков выглядела ровной, но вблизи выяснилось, что все они до последнего кусочка покрыты причудливыми письменами, которые так истерлись от времени, что стали едва различимы.

Портал не действовал. Пролет пустовал, через него хорошо просматривалась пустыня впереди. Невзирая на это, от арки веяло сверхъестественной мощью. Мне захотелось повести плечами, вжать в них голову. По телу прошла странная, неприятная дрожь, заставившая подняться волоски на теле.

Я впервые видела настоящую арку, созданную древними заклинателями. Хотя она не оправдала моих ожиданий – после услышанных на постоялых дворах рассказов опытных путешественников я представляла себе что-то более крупное, портал вызывал сильные ощущения. Особенно по сравнению с путевыми камнями, которые теперь казались игрушечными.

– Они все так выглядят? – спросила я у Шано, разглядывая толстую, будто дубовый ствол, колонну.

– По-разному. Некоторые гораздо выше и тоньше. Раньше вокруг них даже строили здания для защиты от ветра с дождем и для удобства путешественников. Но сейчас уже почти все разрушены, так что… – маг пожал плечами. – Отойдите, пожалуйста, все подальше.

Мы благоразумно отодвинулись. Элент бросил на меня косой взгляд и все же встал впереди, загораживая от портала, вернее от того, что могло оттуда вырваться. Еще и меч обнажил, чтобы быстрее в ход пустить, если понадобится.

Хоть что-то рыцарское в нем осталось.

Шано тем временем начал шепотом читать заклинания, касаясь определенных символов на арке. Как именно он понимал, какую из тысячи причудливых завитушек выбрать, у меня не было ни малейшего представления. Все они казались одинаковыми.

Вдруг они стали заливаться чернотой, следом за ними – и другие, до которых маг не дотрагивался. Темная линия поползла вверх, обвивая колонну, словно плющ, и за считаные мгновения охватила всю арку. Та тихо загудела.

Этот гул отдавался вибрациями в моем пустом желудке. Я невольно отступила на шаг назад, подавляя желание съежиться. Ну же, Линни, ты вообще ничего не боишься! Что это тогда за ощущение?

Я окинула спутников взглядом. Даница вроде бы ничего не чувствовала. Просто стояла и терпеливо ждала, пока Шано закончит. Эльф казался напряженным, но из-за чар или из-за справедливого опасения, что нас на той стороне может ждать вовсе не архимаг?

В животе продолжало пульсировать что-то неприятное, и чем чернее становилась арка, тем сильнее меня тошнило. Наконец я поняла: это не страх, это древняя магия перекликается с моей кровью. Тролли, может, не настолько умные, как наги, или утонченные, как эльфы, но они тоже волшебные создания. А Шано как раз упоминал о том, что дыры плохо на них влияют.

Я переступила с ноги на ногу, чтобы унять мерзкое ощущение. Элент, разумеется, истолковал это по-своему.

– Не бойся. Тебя никто не тронет.

Я вспыхнула. Вот уж в моей смелости до сих пор никто не сомневался!

– Может, это мне стоит выйти вперед? Пока что я тебя спасала, а не ты меня.

Он отвернулся.

– Тролль, – донеслось до меня едва слышное фырканье.

– Эльф! – огрызнулась я.

– Голубки, – вздохнул Шано, завершивший заклинание.

Теперь нам оставалось лишь дождаться, пока за туманом, сгущавшимся в пролете арки, проявится картина с местом назначения. Разрозненные завихрения превращались в полосы и круги, а те постепенно принимали форму поляны, окруженной густо росшими, как в лесу, деревьями. Между ними, в тени крон, вилась проселочная дорога.

Поначалу, как и всегда, изображение было в серых оттенках, затем приобрело цвет. Листва оказалась совсем немного тронута желтым и оранжевым, хотя осень уже близилась к завершению. Вдобавок, судя по бледному освещению, с той стороны брезжило утро. Я растерянно оглянулась, на миг забыв, что время на Путях никогда не меняется.

Когда мы покинули поместье, стояла ночь. Сколько же прошло времени? И насколько далеко мы переместимся от Грелада? На Севере в такое время уже выпадал снег, а здесь на него ни намека.

Даница была удивлена не меньше моего.

– А где живет этот ваш архимаг Церестин? – спросила она.

– Он не то чтобы здесь живет, – ответил Элент. – Скорее это лаборатория. Тихое, спокойное место на юго-западе королевства, где ничто не мешает магическим экспериментам.

Краски леса загустели до естественных, дымка окончательно развеялась. Портал выглядел открытым. Я даже почувствовала легкий ветерок, дующий с той стороны. Только почему-то пахнуло тиной, а не лесной свежестью.

Поскольку Шано еще не дал сигнала, что можно сходить с места, мы продолжали ждать. Маг достал из небольшого кошеля на поясе маленький камушек и кинул в портал.

У меня полезли брови на лоб. Все ощущения не говорили – кричали о том, что это какой-то очень дурацкий способ проверки портала. Очевидно же, что камень упадет с той стороны и покатится по земле!

Но он не упал. Просто хлоп! И исчез. А раздался почему-то бульк, а не нормальный звук падения камешка в траву.

Шано ругнулся и принялся с тревожащей скоростью опять нажимать на вырезанные в арке знаки.

– Дыра, – будничным тоном пояснил для нас Элент. – Если бы зашли внутрь, не проверив, провалились бы в болото.

– К кому? – уточнила няня.

– Вы не захотите этого знать.

У нас и правда почему-то сразу пропало желание задавать вопросы.

Картинка опять начала блекнуть и затягиваться туманом. Странно, но одновременно с этим утихла и противная пульсация у меня внутри. Когда перед нами вновь появились дорога и лес, я уже ничего подозрительного не чувствовала.

Брошенный камешек вылетел с той стороны портала и покатился по земле, исчезнув в травяном ковре. Шано с облегчением выдохнул и повел нас за собой, но я продолжала стоять и с сомнением смотреть на то, как ветер заставляет листву колыхаться волной.

– В чем дело, Линн? – обернулся Элент.

– Это странно как-то.

– Что именно?

– Неужели столько дыр на каждой тропе? Почему путешественники и их проводники этого не замечают?

– Тропа и правда беспокойная, – пояснил он. – Увы, во многом «благодаря» нам и Церестину. Насчет второго твоего вопроса… Замечают. Но здравый смысл проигрывает перед выгодой. Давай, идем. Чем дольше мы здесь торчим, тем дальше от нас наши люди.

Элент спокойно шагнул под арку и ступил в траву. Оглядевшись и приветственно помахав кому-то, он протянул мне руку.

– Сама могу выйти, – проворчала я.

– А я не тебе. Я твоей пожилой служанке, – спокойно ответил эльф.

– Ой спасибо! – сразу заворковала нянюшка, охотно принимая помощь. – Какой вы галантный, лорд Галантил! Ваша фамилия, наверное, от этого слова и произошла?

Он слабо улыбнулся, а взгляд потеплел.

– Честно говоря, понятия не имею, что значит моя фамилия. Отец сам историей предков не интересуется и не торопился прививать нам любовь к этому.

Нам… Я вдруг припомнила, что в заговоре против короны участвовала еще старшая сестра Элента со своим женихом. Вроде бы они оба погибли при покушении на принца.

Странная история, если задуматься. Отец сохранил все земли и свое положение, хотя двое его детей участвовали в заговоре. Сестра умерла, брата отправили в ссылку, которая на деле вовсе не ссылка, а тайное задание по спасению всего мира. Если бы Элент в самом деле был на плохом счету у короля, ему бы вообще ничего не доверили, но при этом принца он все же предал. Что там на самом деле произошло?

Стоило отвлечься на эти мысли, прошел и страх перед порталом. Я глубоко вдохнула и сделала шаг на поляну.

Прохладный ветер коснулся открытой шеи, заставив вздрогнуть. Здесь было свежее, чем на Пути. Справа полянка резко обрывалась. В просвете между росшими на краю кустарниками виднелись невысокие горы, похожие на мшистые камни – так густо их покрывал лес.

Получше их рассмотреть я не успела – внимание привлекли несколько вооруженных мужчин. Они вышли из-за арки, с той стороны, где мы не могли их видеть раньше. Там находилась небольшая и непритязательная постройка – что-то вроде сторожки.

Незнакомцы тоже носили на доспехах королевский герб с волчьей головой и повели себя дружелюбно, склонив голову передо мной и радостно приветствовав Элента. Впрочем, их лица быстро омрачились, когда стало ясно, что нас всего четверо.

Пока Шано закрывал портал, эльф что-то объяснял незнакомым воинам. Даница некоторое время наблюдала за ними и затем тихо произнесла:

– Удивительное дело. Где-то рядом лаборатория архимага, а арку так плохо охраняют.

Путевик ее услышал.

– Потому что это бессмысленно. В окрестностях ничего нет, кроме пары деревушек да замка с лабораторией архимага, но там своя защита. А портал теперь можно создать где угодно, хоть в вашей спальне. Арками почти никто не пользуется. Охрана здесь только на тот случай, если какие-нибудь ушлые ребята решат разобрать портал на куски и продать магам, чтобы те наделали себе путевых камней.

Тут уже поразилась я.

– Так бывает?

Он усмехнулся, не спуская глаз с барханов, которые медленно бледнели и рассеивались туманом.

– Вы не поверите. У наших соседей, в королевстве Долара, сперли арку целиком. Доларцы до сих пор не имеют малейшего представления, кто виноват, но в мире точно стало на сто путевиков больше. Или даже на двести – в зависимости от того, на сколько кусков разбили арку. Иначе говоря, еще двести где-то затаившихся магов, которые могут впустить в ваш дом тайного убийцу, подкупленного вашим противником, или незаметно перекинуть в ваши земли целую армию отрядами по десять человек.

– Ох, – только и смогла выдохнуть Даница. – В прошлые времена война и сведение счетов были честнее.

– Никогда так не бывает, чтобы завтра было как вчера. Я окончил обучение на мага шесть лет назад. Тогда никому из наших профессоров и в голову не приходило, что Колдовские пути опять откроют. А сейчас поглядите-ка…

– Изобретатели никогда не думают о том, как именно люди будут применять их творения, да? – заметила нянюшка. – Что-то мне этот ваш архимаг уже не нравится.

– Вообще-то он хороший мужик. И хотел добра. Но получилось так, как получилось, – Шано пожал плечами.

В этот момент подошел Элент, и мы стихли.

– Нам подведут лошадей, чтобы мы быстрее добрались до замка, – сказал он. – У нас есть пара минут. Дамы, вы присядете или…

– А замок далеко? – перебила я.

Всё это – путешествие по Путям, милые разговоры – было интересным и познавательным, но прямо сейчас Минд, которого я знала с детства и который дружил с моим отцом, страдал на цепи у хвостатых извергов. Каждый миг промедления рисковал плохо закончиться для дорогого мне человека.

Элент задумчиво посмотрел на дорогу среди леса и поманил нас за собой.

– Лучше покажу, чем буду объяснять. Там как раз хороший вид.

Идти пришлось недалеко. В какой-то момент деревья расступились, и перед нами появилась небольшая площадка на самом краю обрыва.

Вид с нее открывался не хороший, а непередаваемо прекрасный. У меня перехватило дыхание, когда я окинула взглядом уютную долину среди лесистых гор. По низу узкой темной лентой вилась речка, окутанная зелеными кудряшками деревьев. Чем выше поднимались горы, тем больше в этих буйных кудрях появлялось веселых желтых и оранжевых крапинок.

Прямо напротив нас на скале гордо сверкал в розоватых лучах восходящего солнца белый замок со множеством башенок. Необычные ярко-синие крыши удивительно сочетались с глубоким цветом осеннего неба. Флаги бодро реяли на ветру. Словно этого было мало для создания волшебного впечатления, замок окружала не пойми откуда взявшаяся радуга.

Жилище архимага? Да это замок сказочной принцессы, не меньше! Я даже поймала себя на том, что принялась искать над ним парящего в небе дракона.

– Вот это да! – вырвалось у, как правило, сдержанной нянюшки.

Я заглянула за край обрыва.

Может, там, внизу, прячется молочная река с кисельными берегами? Или гарцует единорог? Что-то такое, сказочное, здесь точно должно быть!

– Нравится? – почему-то хитро улыбнулся эльф.

– Ага, – честно выдала я. – У вашего архимага есть вкус.

– Не совсем у него. Это мой замок.

Я уставилась на Элента.

Врет? Выделывается перед невестой?

– Твоего отца, ты имеешь в виду? – с ехидцей уточнила я, вспомнив, что мой женишок не граф, а всего лишь его наследник.

– Мой, – спокойно повторил он. – Отец подарил мне этот замок на совершеннолетие, а я передал Церестину, потому что ему нужно было малолюдное и при этом хорошо обустроенное место для экспериментов.

Перед моим внутренним взглядом пронеслось заброшенное поместье в степи. Оно совершенно точно принадлежало семье Галантил – мы спрашивали о нем на постоялых дворах, и нам точно указывали к нему путь. Затем я перевела взгляд на замок с переливающейся над ним радугой.

Картинки не складывались.

– Почему ты это сделал? – наморщила лоб я.

– А зачем он мне? – искренне удивился эльф.

Я не придумала, что на это ответить. Ни остроумного, ни вообще никакого.

Но, пожалуй, если свадьбы не избежать, надо как-нибудь устроить, чтобы меня со слугами поселили здесь, а не в степи.

– Так красиво! – продолжала восторженно вздыхать Даница, кажется, ничего не услышав из нашего разговора.

И тут вдруг раздался тихий «шлеп». Над обрывом что-то пронеслось и скрылось внизу. Потом опять – как будто комочек пролетел перед глазами, а за ним еще один. «Шлеп-шлеп-шлеп», – разнеслось по скалам.

Дождь? При чистом-то небе?

Мы, не сговариваясь, задрали головы. Чуть в стороне от площадки, над обрывом, в воздухе витало маленькое облачко – так бы я, во всяком случае, решила еще вчера. А уже сегодня понимала, что это не облако, не дым и даже не туман. Это крупный, шириной с амбар, портал. Вернее, дыра в Потусторонье, о которой говорил Шано.

Шлеп-шлеп-шлеп-шлеп… Что-то падало на камни внизу и оставляло мокрые следы.

Я машинально вытянула сковородку и поймала на нее один из комочков, затем приблизила к себе и едва сдержала возглас.

На сковородке сидел серый осьминог, в точности такой же, как на дороге в степи или на воротах поместья, только маленький. Он тянул к нам длинные щупальца, выпуклые глаза зло таращились, а круглая пасть прямо под ними ощерилась плотным рядом острых зубов. Клыки еще не выросли так, как у его более крупных собратьев, но уже заметно выделялись среди остальных.

Мы несколько мгновений молча смотрели на уродца.

– Он точно несъедобный? – спросила я.

– Точно, – ответил Элент. – От них даже крысы дохнут.

Я перевернула сковородку и отправила иномирного гостя в продолжение полета. Вскоре раздался «шмяк».

– Подбросьте своему архимагу идею попытаться сделать из них крысиный яд. Столько добра пропадает.

– Думаю, у Церестина есть занятия поважнее.

– Лучше бы он изначально занимался крысиными ядами, тогда мир не оказался бы в опасности, – заметила я.

На сей раз уже эльфу нечего было ответить, поэтому мы просто стояли и смотрели на дождь из злых осьминогов над великолепной горной долиной.

– А всё равно красиво, – тихо вздохнула нянюшка, и кажется, после ее слов радуга над замком засияла чуть ярче.

Глава 7

– Нет, – твердо произнес архимаг.

– Что – нет? Мы будем сидеть сложа руки и бросим наших людей? – неверяще произнес Элент.

– Нет, вы никуда не побежите прямо сейчас, потому что у меня для вас с Шано другое задание.

Эльф молчал, нависая над Церестином и глядя на него сверху вниз. На солнце в этот момент нашла туча, погрузив весь замок в тень.

Мы стояли во внутреннем дворе Эленвера – так назывался этот замок-дворец на краю Грелада, названный на эльфийский лад, но явно в честь Элента. Стражники у арки отправили сюда голубя, чтобы предупредить о нашем прибытии. Архимаг вышел нас встречать к воротам, как положено радушному хозяину, которым, впрочем, он не был.

Старик весьма неплохо соответствовал представлениям Даницы о том, как должен выглядеть самый могущественный волшебник в стране. Хотя его лицо бороздили морщины, взгляд не утратил ясности, длинные седые волосы благородной волной рассыпались по плечам, а гордой осанке мог бы позавидовать и какой-нибудь молодой воин. Темно-синяя причудливая мантия переливалась на свету перламутром, прекрасно вписываясь в сказочный образ чародея-звездочета.

Только мне хотелось его стукнуть. И Эленту, похоже, тоже. Не успел Церестин поздороваться, как уже начал отдавать приказы, и совсем не те, которые нам хотелось бы услышать.

– Ты хочешь сказать, что есть что-то важнее, чем вернуть ребят, которые год ползали в грязи по всему континенту, собирая для тебя крупицы сведений, а потом по твоей же вине попали в плен к ханасскому магу? – медленно проговорил эльф.

Тот вздохнул.

– Ты расстроен. Я тоже. Но давай обсудим это не во дворе, а в моем кабинете, например. И для начала позаботимся о гостьях, которые наверняка устали после нападения и беготни по Колдовским путям, – он улыбнулся нам, одновременно стрельнув в Элента глазами.

– Им всё известно, – отрезал эльф.

Шано заерзал. Его грудь начала подниматься – путевик набирал в легкие воздуха, чтобы признаться, что это он выдал секретные сведения, однако Элент без паузы продолжил:

– Я рассказал. Они имели право знать. Линн и ее горничная не только прекрасно видели нападающих и помогали от них отбиваться – кучер моей невесты и ее охрана тоже у Шета.

– Очень жаль, – спокойно ответил архимаг и повернулся ко мне. – Я в самом деле очень сочувствую вам и вашим слугам, попавшим в беду, леди Талвор. Однако если вы уже знаете, что происходит, то должны понимать, что на кону сейчас нечто большее – весь мир.

– А можно устроить как-нибудь так, чтобы вы спасали не только мир, но и отдельных людей, которые в нем живут? – поинтересовалась я.

У него широко распахнулись глаза. Элент тихо хмыкнул.

– Разумеется, мы вернем наших и ваших людей, – вежливо произнес Церестин, быстро справившись с приступом удивления от моей дерзости. – Но этим займутся другие, и позже. А прямо сейчас, Элент, пожалуйста, нам надо поговорить в моем кабинете. Мне, тебе и Шано, без отлагательств, – с нажимом повторил он и опять повернулся к нам. – Дамы, прошу прощения, вы не будете против, если слуги проводят вас до ваших новых покоев?

Вообще-то я бы тоже с удовольствием послушала архимага в его кабинете, но понимала, что меня никто туда не пустит. Поэтому мысленно махнула рукой и согласилась:

– Спасибо, мы и правда без сил. Будем благодарны за приют.

Элент и Шано одновременно с завистью посмотрели на нас с нянюшкой. Оба воина едва держались на ногах и тоже наверняка предпочли бы сначала вымыться, рухнуть в кровать и отоспаться, а потом уже заводить беседы о новых заданиях.

Что тут скажешь? Быть слабой женщиной иногда очень удобно.

Глава 8

Предоставленные мне покои были шикарными. Мне потребовалось немало усилий, чтобы сдержать восхищенные возгласы перед двумя служанками, пока я ходила по трем комнатам и осматривала их. Вообще-то я никогда не стеснялась отсутствия у себя манер, но в этот раз отчего-то не хотелось выглядеть перед незнакомыми людьми неотесанной деревенщиной, даже если это действительно так. Баронесса я или кто?

«Ты тролль», – ответила я сама себе и с удовольствием плюхнулась в обитое бархатом кресло, болтая ногами и оглядывая чудесную спальню.

Стены украшала дорогущая редкость – шелковые обои светло-зеленого оттенка с узором из крупных розовых бутонов, напоминающих махровый шиповник. Канделябры, люстры, рамы с картинами покрывала позолота. Вопреки моим представлениям, она не казалось вульгарной, а удачно вписывалась в нежные оттенки, выдержанные во всех трех помещениях.

Изящная мебель на тонких ножках, розовый столик с зеркальцем и некоторые другие детали выдавали, что раньше покои принадлежали женщине. В то же время обстановка казалась пустой, как будто здесь уже много лет никто не жил.

– Это комнаты матери лорда Элента? – спросила я у служанок, которые предоставили нам с Даницей отдыхать в креслах, а сами хлопотали вокруг, стеля свежее белье.

Графиня, насколько мне было известно, почила в Бозе уже очень и очень давно.

– Нет-нет, это его сестры, леди Илэйн, светлая ей… – заговорившая женщина осеклась, схватившись ладонью за рот. – Ой, простите.

– За что? – непонимающе поморгала я.

Служанки переглянулись.

– Это ведь леди Илэйн организовала покушение на принца Баво, когда не смогла его очаровать, – охотно затараторила вторая женщина, значительно моложе первой. – Она хотела выйти за него замуж и стать королевой, а его высочество был влюблен в другую девушку и не поддался чарам. Тогда леди Илэйн задумала его убить. Она обманом втянула лорда Элента в заговор, чтобы воспользоваться его дружбой с принцем, и…

– И за сплетни нам хозяин голову оторвет, – сверкнула на нее глазами вторая, возрастом не сильно младше Даницы. – Простите, госпожа. С тех пор граф и его сын не очень-то любят слышать имя леди Илэйн.

– Тогда почему меня здесь поселили? – я приподняла брови.

– Это самые лучшие дамские комнаты из тех, что есть. Господа редко посещали замок, поэтому многие помещения в нем пустуют, а еще часть господин архимаг занял под лабораторию. Но вы не переживайте, – спохватилась она. – Леди Илэйн здесь никогда не жила. Она вообще была в Эленвере последний раз лет двадцать назад, еще в юности. Покои отремонтировали десять лет назад, обустроили в соответствии с ее вкусом и поддерживали в чистоте на тот случай, если она приедет, но этого так и не произошло.

– Ее больше в столицу тянуло, к принцу, – тут же вставила молодая служанка, опять заработав сердитый взгляд от товарки.

Похоже, она просто не могла не сплетничать. Или ее настолько впечатлила история принца, который не поддался коварной соблазнительнице?

Я почти ничего не знала о сестре Элента и не имела представления, как она выглядела. Но, учитывая внешность ее брата, леди Илэйн наверняка сверкала неземной красотой.

– Она была красивой? – зачем-то уточнила я.

– Очень, – подтвердила девушка. – Но принц все равно сумел сдержаться.

И она томно вздохнула.

Я опять поболтала ногами в кресле.

Очень интересно. Значит, вот какой у Элента бывший лучший друг – надежный и верный. Понимаю, я бы тоже хотела такого вернуть.

А про обман любопытная подробность. В столице я ничего такого не слышала. Впрочем, я тогда понятия не имела, что вскоре стану невестой изменника, пропускала мимо ушей все слухи и просто наслаждалась новыми впечатлениями, которых Загрем, самый красивый город Грелада, тогда предоставил мне целое море.

Только вот в чем вопрос: в самом деле Элента обманули или это попытка обелить наследника одного из самых богатых аристократов королевства?

В дверь вежливо постучали. Затем она открылась, и на пороге появились еще две служанки с целым ворохом платьев и разнообразной женской одежды.

– Хозяин распорядился, чтобы мы принесли вам вещи, оставшиеся от леди Илэйн, – пояснила одна из девушек. – Он подумал, что, раз ваш багаж остался в степном поместье, вам может пригодиться что-нибудь из ее нарядов. Не беспокойтесь, они ни разу не ношеные.

– Да-да, знаю, леди Илэйн здесь не бывала много лет, – кивнула я и уточнила, чтобы окончательно закрыть вопрос о владельце замка: – А хозяин – это лорд Церестин?

– Лорд Элент, – поправила служанка. – Архимаг здесь работает по приказу короля, поэтому мы ему подчиняемся, но лорд Элент главнее.

– Ясно… Ну, оставляйте платья, я посмотрю.

Хотя уже на первый взгляд было очевидно, что никакое из них мне не подойдет. Я нашла за ширмой ростовое зеркало, выбрала самый свободный наряд, приложила к плечам и вздохнула.

Фигура у Илэйн не в пример моей отличалась миниатюрностью. Я и ростом повыше, и в плечах пошире, и талия не такая узкая. Кровь троллей и эльфов не сравнишь, да и привычка выполнять ежедневные упражнения, привитая отцом, укрепила мои мышцы не совсем на девичий манер. Еще и все эти рюшечки…

Хотя ладно. Кого я обманываю? Рюшечки мне нравились.

Я еще немного покрутилась перед зеркалом и в конце концов сердито бросила платье на кресло. Всё это раздражало. Нет, Элент, конечно, поступил правильно и предусмотрительно. Нельзя же нам с Даницей ходить в одной и той же одежде, а в замке мы явно застряли на несколько дней, если не дольше. Но почему-то на душе сел осадок от того, что у меня не получилось бы втиснуться в эти наряды.

И ведь Илэйн была Эленту не любовницей, не подругой, а сестрой. Сестрой! Ему могли нравиться какие угодно девушки, совершенно на нее непохожие. Да и вообще какая мне разница, на кого там эльфик готов положить глаз? Любви между не будет, а если повезет, то и брака тоже.

Странное дело. Я всегда была уверена в себе, а тут на тебе. Что изменилось?

Я шлепнулась на кровать, медленно выдохнула и потерла веки. Кому ты врешь, Линни? Ничего не изменилось. Ты всегда знала, что не вписываешься в красивую жизнь богатых дворян. И из-за тролльей крови, и из-за того что выросла в бедности, а учить меня манерам было попросту некому. Родители и сами не очень-то разбирались в этой науке, а уж тетка – так тем более. Вот как называется та мебель в углу, которая вроде как кресло, но длиннее? Софа? Или софа – это такой музыкальный инструмент? Фьёрт его разберет!

Для меня нет места в жизни таких, как Элент и Илэйн. У них и проблемы кардинально другого масштаба – занять трон, спасти мир… А мне надо сковородку почистить, а то осьминожек оставил на ней неприятные разводы.

Потому и мужчину нужно искать попроще. Вон у Шано, кажется, даже титула нет…

Нянюшка, прикорнувшая на том самом неопознанном предмете мебели, зевнула, приоткрыла один глаз и посмотрела на кинутое рядом с ней платье.

– А тебе бы пошел этот фасон. И цвет твой.

– Я в него не влезу, – мрачно ответила я.

Она одарила меня строгим взглядом и важно произнесла:

– Линни, я воспитала троих своих детей и еще несколько чужих, причем всех, исключая тебя, в нищете. Я прекрасно умею перешивать одежки, из которых ребенок вырос, так чтобы они опять начали ему подходить. Это платьице идеально подходит для переделки. Тут вставочка, там чуть подраспустить… А вот это, – Даница покопалась в ворохе и выудила из него кружевное нечто, отдаленно напоминающее ночную сорочку, – мы разрежем и пришьем по низу, чтобы не была заметна разница в росте. Столичной модницы из тебя не получится, но и в грязь лицом не ударишь. Ну? Линни, что скажешь?

Я сморщила нос, но еще раз внимательно посмотрела на платье.

Розовое. С рюшами. Еще и рукава-буфы…

– Элент будет в ужасе. Отлично, давай.

Нянюшка засмеялась и повернулась к служанкам.

– Душечки, у вас не найдется ножниц и иголки с нитками?

Глава 9

Над платьем мы проработали несколько часов. Солнце успело подняться над горами, наступило время обеда. Служанка принесла нам еду на подносах прямо в комнату, как раз когда меня общими усилиями впихнули в готовый наряд.

– Фу-ух, – выдохнула я. – Как-то тесновато в груди.

– Самое то, – заверила нянюшка. – Мужчинам понравится.

– План вообще-то был не такой, – проворчала я.

Служанки вместе с Даницей захихикали. Я критически осмотрела себя в зеркале. Да уж, вот чем природа не обидела… Как мы ни расширяли вырез, он все равно с трудом вмещал мое добро. Хоть в чем-то я превосхожу Илэйн в приятную сторону.

– Кушайте, госпожа, пока горячее, – служанка с подносом принялась расставлять тарелки на столе. – Ужина еще нескоро ждать.

Ужин… Я выглянула в окно. За шитьем оказалось легко забыть о времени и о том, что Минд в рабстве у ханассцев. Аппетит при мысли об этом мгновенно пропал. К тому же казалось, что если я просто вдохну поглубже, и уж точно если что-нибудь съем, то тщательно перешитое платье треснет в самом интересном месте.

– Архимаг уже освободился, вы не видели? – осведомилась я у служанок.

– Давно уж! Господа Элент и Шано отдыхать отправились, а господин Церестин у себя в кабинете.

Я оглянулась на нянюшку.

– Схожу к нему, а ты пока поспи.

– Зачем тебе туда? – насторожилась она.

– Узнаю, когда он намеревается освобождать Минда и намеревается ли вообще. И может быть, он откроет для нас с тобой портал. Мы же на другом конце страны. Отсюда до дома не ближе, чем из степи.

Даница бросила предупреждающий взгляд на служанок, но я лишь пожала плечами. Да, они любят посплетничать, и что? Только слепой и глухой не догадается, что наше с женихом знакомство складывается плоховато.

– Я провожу вас, – встала молоденькая, та, что вздыхала по принцу.

Пока мы шли по узким коридорам, я успела немного расспросить ее о том, что есть в окрестностях Эленвера. Как оказалось, почти ничего и нет. Замок здесь построили очень давно, когда еще действовал каменный портал неподалеку. Затем он сломался после горного обвала, был забыт почти на век, и за этот срок жизнь в долине успела замереть. Осталась всего пара деревушек с козопасами, да время от времени по горным тропам туда-сюда ездили купцы. С королевством Долара, которое находилось по ту сторону гор, мы не воевали уже фьёрт знает сколько, так что покой местных жителей ничто не нарушало. Каждый приезд графов Галантил, владевших этой землей, превращался в праздник для скучающих селян, но случалось это редко. Все-таки Эленвер на самом отшибе Грелада, а у хозяев были и другие владения, побогаче и поближе к столице.

Всё резко изменилось около года назад, когда сюда приехал архимаг. Жизнь всколыхнулась. Запустевший замок привели в порядок, набрали новых слуг. Здесь стали регулярно бывать интересные гости, вон даже наги какое-то время пожили, жаль, оказались предателями. Пастухи напрочь забыли про своих коз – центром всего мира для окрестных деревень стал Эленвер, тем более что в нем щедро платили наемным работникам.

Обаяния новому и старому хозяевам густо добавляла таинственность их труда. Все знали, что Церестин и Элент занимаются чем-то ужасно серьезным, прямо-таки государственной важности, но мало кто представлял, чем именно. А поскольку с прислугой в замке обращались хорошо, архимага и графского сына просто обожали. Даже несмотря на то что репутация последнего была слегка подмочена историей с участием в заговоре. Судя по словам девушки, в это вообще мало кто верил. Элент же душка! Его наверняка обманули, оболгали, околдовали или еще что-нибудь в этом роде. Сестрица-то у него, оказывается, владела ментальной магией и могла внушить окружающим что угодно.

В общем, Элент не виноват, а всё остальное – злобные наветы.

Когда мы наконец добрались до кабинета архимага, у меня сложилось ощущение, что лапши на моих ушах уже столько – хоть на весь замок суп вари.

– Девок деревенских он, конечно, тоже ни в коем случае не тискает, – предположила я, уже зная, каким будет ответ.

– Не-е, – замотала головой служанка. – Господин не такой!

Ага-да, и нимб у него над головой сияет, как у пресветлых ортов, что прислуживают Господу на небесах.

– Подождите здесь чуточку, – попросила девушка. – Я сейчас у секретаря архимага спрошу, готов ли он вас принять. А то бывает, господин Церестин погружается в какой-нибудь эксперимент и ужасно злится, что его прерывают. У вас с ним тогда никакого разговора не получится.

Не успела я ничего сказать, как она уже юркнула за дверь. Оттуда действительно раздались приглушенные голоса. Минута – и служанка вернулась с довольной улыбкой на губах.

– Господин Церестин прямо сейчас занят, но готов принять вас в покоях, если вы немножко подождете. Вас туда проводить?

Я кивнула. Делать все равно нечего.

Меня опять повели коридорами, но на сей раз идти пришлось недолго. Девушка опять заскочила в дверь первой и только после этого позвала меня.

– Посидите вот тут, пожалуйста, – она указала на кресло возле стрельчатого окна и… покинула комнату.

В покоях архимага был еще один слуга – мужчина лет сорока с перекинутым через плечо полотенцем. Он не проронил ни слова и вышел вместе со служанкой, плотно затворив за собой дверь. Я удивилась, но догонять их не бросилась. Архимаг явно на всю голову стукнутый, так что фьёрт знает, какие здесь заведены правила. Или, может, он хочет поговорить со мной наедине.

Занять себя по-прежнему было нечем, и я принялась разглядывать помещение, с каждым мигом находя всё больше подтверждений тому, что Церестин со странностями. Комната вообще не походила на чародейскую. Хоть она и не уступала роскошью моим покоям, но обставлена была как-то скудно, будто хозяин в ней и не жил почти. На стенах висело несколько портретов… когда-то. От одного осталась только позолоченная рама. Второй служил мишенью для метания ножей. Полотно так изрезали, что понять, кто там изображен, оказалось невозможно. На месте лица из стены торчал короткий клинок.

В углу стоял крупный напольный подсвечник для толстых суточных свечей – тех, что могут гореть весь день и благодаря нанесенным на них делениям помогают определить, сколько прошло времени. У меня дома это были безыскусные медные «столбики», а здесь мастер изваял из мрамора изящную эльфийку в струящихся одеждах, которая держала над головой блюдо – подставку для свечи. На руку девушке повесили перевязь с мечом. Не каменную, а самую обычную. Архимаг в свободное время любит поупражняться с оружием? По нему и не скажешь, хотя для своего возраста он поджар.

Рассматривая перевязь, я нахмурилась. Она казалась знакомой. Однако покопаться в памяти я не успела – в соседней комнате кто-то зашумел.

Дверь находилась прямо напротив меня. Наверное, за ней располагалась спальня, а это помещение играло роль приемной залы, потому что в нем стояли небольшой стол и кресла. Больше здесь, по сути, ничего и не было, если не считать камина.

Кто же там, в архимаговой спальне? Другой слуга?

– Файдер, подай полотенце, – неожиданно донеслось оттуда. – Файдер, ты где?

Элент? Что он здесь делает?

Я оцепенело повернулась к перевязи… И тут до меня дошло.

Девчонка-проказница обвела меня вокруг пальца. А может, и сам Церестин ее подговорил. Это покои никакого не архимага, а Элента. Файдер, видимо, тот мужчина, который только что ушел. И унес с собой полотенце, похоже, забыв о нем.

Чтоб их всех троих – служанку, Файдера и Церестина – в Бездне фьёрты медленно-медленно на вертеле жарили!

Я аккуратно поднялась, стараясь не шуршать платьем, и на цыпочках двинулась к выходу. Надо убираться отсюда, пока эльфик меня не застукал и не решил, что я рвусь с ним пообщаться наедине…

Дверь в спальню скрипнула, раскрываясь.

– Как интересно, – прозвучал за спиной ехидный голос. – Надеялась что-то найти в моих вещах или просто подглядывала? Так я никого не стесняюсь, любуйся сколько влезет.

Я развернулась на пятках. Ох зря…

Слова «стыд» Элент и правда не знал. Он стоял в дверном проеме полностью голый. По прекрасно сложенному телу на пол стекали струйки воды.

Эльф не имел ничего общего с мужчинами, которые обычно приходили ко мне в непристойных фантазиях. В нем не нашлось бы звериной грубости, пробуждавшей низменные желания. Красота Элента была другой, как у той девушки-подсвечника, – словно изваянной из мрамора рукой гения. Только и холодностью камня, отрешенностью идеального образа жених не обладал. Едва заметные недостатки лишь подчеркивали живость его черт. Узкие бедра, широкие плечи, бьющиеся жилки, полоска волос на животе – неожиданно более темных, чем светло-русые пряди, с которых на плечи капала вода. Рельеф мышц на животе – и старый шрам на боку. Почти божественная линия ключиц – и еще один шрам, за ним – свежая цепочка ссадин и синяков, полученных в схватке с нагами. Это было тело не какого-то там лордика, а прирожденного воина, гибкое, сильное, которого хотелось касаться, провести пальцем по безупречно очерченным мышцам, по соблазнительной впадине на бедре…

А нет, все-таки низменные желания могла пробуждать и эльфийская внешность. Меня бросило в жар. Я поскорее отвернулась.

– Хоть бы прикрылся.

– Зачем? – безмятежно поинтересовался он. – Со дня на день мы и так друг друга увидим без одежды. Первую брачную ночь я не пропущу, не надейся.

Мои зубы скрипнули. Отлично! Раз женишок хочет играть по таким правилам, его взяла!

Я повернулась обратно, делая вид, будто меня нисколько не смущает нагота Элента.

– Ну и на кой тебе это?

– Что? – невинно уточнил он. – Брачная ночь? Ты настолько ничего не знаешь о супружеской жизни? Могу научить кое-чему хоть прямо сейчас…

Я фыркнула.

– Без тебя научена. Я про свадьбу!

Светлые брови сошлись над переносицей. Последнюю фразу он как будто не услышал.

– Что значит «научена»? Ты не девственница?

– А ты?

Элент помолчал, сурово глядя на меня.

– Это другое.

– С чего бы?

– Если ты не девственница…

– То что? Помолвку разорвешь?

Он сузил глаза.

– Нет. Порадуюсь, что мне досталась опытная женщина, которая умеет получать удовольствие, а не краснеет в постели, прикрываясь одеялом.

Чтоб ему в Бездну живьем провалиться!

Паршивец еще и расселся на софе, закинув ногу на ногу и положив руки на спинку. Прикрыться он по-прежнему и не думал. Впрочем, такого добра грех стесняться…

– Ты так и не сказала, что здесь делаешь.

Я заставила себя смотреть строго Эленту в глаза и буркнула:

– Меня обманули. Хотела поговорить с Церестином, а вместо его кабинета меня отвели сюда.

– Ну да, ну да.

– Балда! – огрызнулась я. – Откуда мне знать, где в замке чьи покои?

– Да верю я тебе, успокойся. Церестин – старый сводник, вполне мог такое выкинуть, а мой слуга просто так не исчез бы, не предупредив о приходе гостьи. Что ты хотела обсудить с архимагом?

– Когда обещанный отряд отправится спасать моего слугу.

– И это всё?

– А ты чего ждал? Что я попрошу архимага открыть для меня портал, чтобы можно было сбежать отсюда как можно дальше?

– А ты ради этого ехала через весь Грелад в степь – чтобы сбежать из-под венца? – с усмешкой уточнил эльф.

Я уперла руки в бока.

– Незаметно, чтобы ты тоже от моей красоты голову потерял. Зачем тебе свадьба? Очевидно же, что тот, кто это устроил, не желал нам с тобой ничего хорошего!

– Да, еще два дня назад я был уверен в том, что меня хотят унизить этим браком. Но знаешь что? Теперь я абсолютно доволен. Почти счастлив. Моя невеста молода, красива, необычайно сильна – и глазу приятно, и в хозяйстве пригодится. А еще ей негде жить, кроме как у меня. Значит, не разбежимся. Правда, у нее странное пристрастие к сковородке…

– Это подарок отца! – отрезала я.

– …но тоже выдает ее как хорошую хозяйку, – закончил он. – И другие достоинства тоже имеются.

При этом его взгляд недвусмысленно устремился в мой вырез. Я снова вспыхнула.

Ох уж эта нянюшка! Наверняка она специально не сделала в декольте никакую вставку, чтобы оно стало посвободнее и позакрытее!

– А вот я тобой не впечатлена! – с намеренной резкостью ответила я.

– Просто ты меня еще плохо знаешь.

– Может… Может, я уже влюблена в кого-то!

– Какая жалость, ему ничего не остается, кроме как плакать в подушку. Других мужчин я к тебе не подпущу. Мои дети должны быть во всех смыслах моими. Начнем с пятерых, а дальше как пойдет.

– Пятерых? – ужаснулась я.

– Ага. Двух наследников, как показывает практика, может оказаться слишком мало – они имеют обыкновение умирать раньше родителей.

Это уже не было шуткой или пикировкой. Элент произнес фразу другим тоном, словно вкладывал в нее другой, недоступный мне смысл.

Я внимательно посмотрела на него. Эльф дружил с принцем Баво. У короля было как раз два сына. Старший, которого готовили к трону, погиб молодым лет десять назад. А в прошлом году чуть не убили и младшего. У графа Галантила тоже родилось двое детей – Илэйн и Элент. Сестра отправилась на тот свет, когда ее заговор раскрыли, а брат каждый день рискует жизнью, чтобы очистить свою репутацию. Не очутись я совершенно случайно рядом, Элент тоже был бы уже мертв.

– Мне жаль, – неожиданно для себя сказала я.

Он склонил голову, задумчиво разглядывая меня.

– Жаль чего?

– Что так всё сложилось с твоей сестрой.

Эльф вздохнул, потянулся к соседнему креслу, стащил оттуда то ли покрывало, то ли занавеску и все-таки прикрыл самые выдающиеся части тела.

– Не надо. Она заслужила то, что с ней произошло. Я – так тем более, – он помолчал. – Слушай, мне тоже жаль, но помолвка разорвана не будет.

– Да почему?!

Элент посмотрел на меня и по-эльфийски глубокомысленно изрек:

– Потому.

Я едва не зарычала.

– Можешь расслабиться и отдохнуть несколько дней, – спокойно продолжал он. – На все окрестности всего один священник, который имеет право совершать венчание. Я уже отправил за ним, но оказалось, что он уехал в отдаленную деревню отпевать старика и раньше, чем послезавтра, не вернется. У меня тоже вряд ли получится справиться с заданием быстрее.

– С каким еще заданием?

– С тем, что выдал архимаг.

Боже Всемогущий, ну почему я оставила сковородку в комнате! Красные брызги на этих обоях смотрелись бы идеально!

– Как твоя невеста и будущая жена, – пришлось себя заставить, чтобы выговорить эти слова, – я имею право знать, куда, зачем и насколько ты отправляешься. И когда ты, или кто там на самом деле отдает команды, соизволишь спасать моего кучера и охранников.

– Я бы поехал за ними хоть сейчас, – серьезно ответил Элент. – Если тебя волнует только это, то можешь не переживать, я буду добиваться, чтобы о них не забыли. Я же говорил, что там и мои люди тоже. Я их не брошу.

– А вот насчет этого не знаю, – не выдержала я. – Так уж получилось, что я слышала, как вы с Брантом спорите перед нападением нагов. Не похоже, чтобы вы были лучшими друзьями.

– Брант говнюк, но говнюк свой. Мы с ним можем не соглашаться по каким-то вопросам, однако он один из лучших степных разведчиков и верен королю до потрохов. К тому же в том споре он был совершенно прав, пусть мне это и не нравилось. А мои личные пристрастия не повод оставлять его на милость нагов.

– А Шано?

Я прекрасно помнила, что Брант в том разговоре пенял на путевика, дескать, он «крыса». Эльф так и не признался, что не поделил с магом, да и тот помалкивал.

Вот и сейчас Элент предпочел проигнорировать мой вопрос.

– А что Шано? Он здесь, и ему ничего не грозит. Ну, кроме того что он завтра на рассвете едет со мной.

Да, это и правда звучало как серьезная угроза для жизни.

Я сквозь зубы втянула воздух.

– Что. За. Задание? И почему, фьёрт побери, никто не спешит освобождать Бранта и остальных твоих друзей, если все они такие распрекрасные разведчики?

Эльф несколько мгновений смотрел на меня.

– Это секретные сведения. Но, я так понимаю, нет шансов, что ты развернешься и уйдешь.

– Ни единого. Хоть всех мужчин в замке на меня натрави. Выносить будут не меня, а их.

– Ну, против заклинаний Церестина ты долго не протянешь… Но ладно, – он потер веки. – Если мне предъявят обвинения в разглашении государственной тайны, скажу, что ты угрожала мне сковородкой.

– И обязательно отправь обвинителей ко мне, если они не поверят, что это страшное оружие.

– Договорились. В общем, король уже знает, что мы маленько обос… – он осекся и поморщился. Вероятно, вспомнил, что общается все-таки с леди, пусть она и тролль. – Провалились с поимкой Шета и возвращением наработок архимага. В дело вступила политика.

Элент опять скривился, на сей раз с явным презрением к той самой политике.

– Официально у нас с Ханассой перемирие, а Шет мало того что могущественный маг и знаменитый у себя на родине ученый, он еще и аристократ. И разумеется, он никому не признался, что обокрал нашего архимага. К королю на стол легла нота из ханасского посольства с возмущениями, что мы нападаем на их соплеменника и что они готовы это расценить как военную агрессию. Война с нагами Греладу точно не нужна, тем более в такой момент, поэтому нам трогать Шета запретили. Церестин сказал, что и он сам, и король уже напрямую связались с правителем Ханассы, и тот пообещал разобраться. Но проблема должна решаться нагами между собой. Никаких людей, иначе большой Совет королей – единственное, что может остановить наш мир от стремительного воцарения хаоса, – провалится, даже не начавшись.

– Оу, – промычала я.

– Довольна? – поинтересовался эльф.

– А ты?

Он опять задержал на мне взгляд, прежде чем ответить. Это Элента так приложили головой в поместье или он в целом не может говорить без пауз?

– Ни капли, – сухо произнес эльф. – Я бы этому Шету его хвост отрезал, порубил на кусочки, а потом зажарил и ему же скормил. Но король видит картину целиком, а мы – лишь ее разрозненные фрагменты. Поэтому приказы отдает он, а мы исполняем, если хотим жить в мире, где на голову ни с того ни с сего не падают злобные осьминоги.

Я уставилась в потолок.

С одной стороны, конечно, логично. С другой – такими темпами Минд вернется домой еще очень и очень нескоро. Если вообще вернется.

– А что там с твоим новым заданием?

– Прямолинейность у тебя поистине троллья, – пробормотал эльф. – А как насчет наконец успокоиться, повести себя как нормальная девушка, пойти к себе в комнату и предоставить мне разобраться со всеми проблемами?

– Странно, мне говорили, что у эльфов хорошее зрение.

– А это здесь при чем?

– При том что если бы ты протер глаза, то заметил бы, что нормальных девушек в комнате нет. Так какое задание выдал архимаг?

– Нет, хватит, – Элент устало потер переносицу. – Всё, что ты действительно должна знать, ты знаешь. Можешь хоть в самом деле избить меня сковородкой, я больше ничего не скажу. Иди к себе и дай мне отдохнуть. Я двое суток не спал.

– Ответь мне всего на один вопрос, и я оставлю тебя в покое. Есть ли хоть малейший шанс, что вы на этом задании опять столкнетесь с нагами?

– Да, – не задумываясь, произнес он. – Я поймал Шета и несколько дней держал в подвале, выпытывая, куда он спрятал разработки Церестина. Для нага его ранга испытать поражение от человека – страшный позор, а я для Шета именно человек, учитывая жидкость моей эльфийской крови. Он не успокоится, пока не закопает меня. Сам Шет, конечно, вряд ли будет гоняться за мной по Путям – он предпочтет сосредоточиться на исследованиях, потому что Совет королей уже близко. Но его охрана наверняка пойдет по моим следам.

– Охрана Шета – это те змеи с черными и красными хвостами? – уточнила я.

– Да. Так что сиди в замке и не выходи из-под радужного купола. Это защита, которая не даст нагам опять сюда прорваться. Здесь тебе ничего не грозит. Поняла?

– Ага, обязательно, – отмахнулась я, почти не слушая и стараясь спрятать кровожадную улыбку.

Он сказал всё, что мне надо, и даже больше.

– Спасибо, Элент. Спокойной ночи.

Я уже развернулась, когда сзади донеслось ехидное:

– Миленькое платьице, между прочим. Надевай его почаще, когда я в замке.

Щеки вспыхнули. Не оборачиваясь, я показала эльфу неприличный жест и выскочила в коридор.

И сразу понеслась к своим покоям.

Еда стыла на столе. Молодая служанка, обманувшая меня, до сих пор не вернулась, еще одна ушла куда-то по делам. Няня вместе с оставшимися двумя женщинами по-прежнему корпела над перекройкой платьев леди Илэйн.

Когда я влетела в комнату, Даница отложила иголку с ниткой.

– Что сказал архимаг?

– Я к нему не попала, но это не важно. Мы остаемся.

Она приподняла седые брови.

– Вот как?

Вместо ответа я поворошила груду нарядов.

– А здесь ничего не найдется, чтобы быстренько сшить мне что-то вроде костюма для верховой езды?

– Быстренько – это к какому сроку?

– К рассвету.

Брови Даницы поползли еще выше.

– Душечка, ты что удумала?

– Кое-что страшно опасное, – призналась я и добавила: – И ужасно увлекательное!

Глава 10

Солнце еще только окрасило нежным персиковым цветом верхушку самой высокой горы, а я уже стояла у ворот Эленвера. Ветер колыхал на моих плечах эльфийский плащ из гардероба леди Илэйн – хоть и очень тонкий на вид, он прекрасно согревал даже в зимний день. На поясе покачивалась сковородка, за спиной висела туго набитая сумка. Чтобы собрать паек на несколько дней, пришлось ночью наведаться в погреб и соврать ошалевшей кухарке, которая меня там застукала, что молодому тролльему организму требуется много еды, гораздо больше, чем мне предложили на ужин.

Я знала, как собираться в поход. Спасибо отцу, светлая ему память. Мама постоянно костерила его за это, но он не видел большой разницы между воспитанием девочки и мальчика. У троллей женщины не сидели дома и не вышивали в ожидании мужа, а точно так же охотились за вепрями и оленями, если это были наши диковатые лесные собратья. Да и у более цивилизованных, как мой дед, жены размахивали дубинками, бодро раскраивали черепа разбойникам и помогали чинить мосты, которые охраняли наравне с мужьями.

Когда мамы не стало, отец больше к ничьим советам не прислушивался и воспитывал меня так, как сам считал нужным. Я была ему за это благодарна.

Только Шано, Элент и Церестин, которые вышли из замка с первыми лучами солнца, ни о чем из этого не подозревали. И если у двух магов полезли глаза на лоб, то у эльфа вид сделался прокисшим, как у забытого на неделю супа.

– Ну, что теперь? – даже не поздоровавшись, спросил он.

– Я еду на задание с вами.

– Не может быть и речи.

– Боитесь, что она вас опять спасет, господин?

Это ехидное замечание принадлежало Данице. Она не могла пропустить потеху и устроилась в тени крепостной стены – как бы рядом со мной, но как бы ни причем. Таким чудным способом она в своей манере пыталась показать, что не одобряет мою затею, однако готова вступиться за меня перед теми, кто рискнет меня осудить.

Элент мрачно посмотрел на нянюшку.

– Боюсь, что моя невеста провалится в Потусторонье или будет сожрана шиданом. Где я после этого найду еще одну девушку-четвертьтролля, чтобы потом всю жизнь наслаждаться ее обществом?

– А где я найду еще одного столь остроумного четвертьэльфа, если тот наг все-таки оттяпает тебе голову? – парировала я. – Мой долг как любящей и заботливой невесты – убедиться, что ты доживешь до свадьбы.

– Господи, – обреченно пробормотал Шано. – Они опять это начинают.

Архимаг вдруг засмеялся.

– Леди Линн, я уже наслышан о вашем необычном наследии. Но там, куда я отправляю вашего жениха, одной лишь силы будет мало. Нужна еще хорошая подготовка.

– Слышу голос разумного человека, – очень тихо сказала Даница в мою сторону.

Церестин с интересом посмотрел на нее. Неужели услышал? Видимо, эльфийский слух с возрастом не слабеет, в отличие от человеческого.

– Если вы считаете, что перед вами избалованная леди, то это не так, – заверила я. – У меня хватает навыков, чтобы не пропасть в путешествии: я умею ставить силки на кролика, свежевать добычу и многое другое. Постоять за себя тоже могу. Если сомневаетесь, проверьте меня. Прямо сейчас. Против кого мне сражаться?

Я обвела взглядом внутренний двор замка.

Разумеется, мы в нем были не одни. Конюшие подготавливали для Элента и Шано лошадей, с любопытством поглядывая на нас. За Церестином и королевскими разведчиками в растерянности замерли двое слуг, которые несли поклажу. У ворот стояли стражи и дозорные, которые вместо того, чтобы следить за окрестностями, таращились на разыгрывающийся перед ними спектакль. Да и вообще за последние пять минут вокруг необъяснимым образом стало гораздо больше прислуги, чем должно быть в такой ранний час.

И кажется, в этот момент они отступили на шажок подальше от меня.

Странно. Неужели Шано уже всем разболтал о том, как я швырялась нагами в поместье?

– Как насчет сражения с кастрюлями на кухне, чтобы приготовить к моему возвращению сытный и вкусный ужин? – предложил Элент.

Судя по тону, он сам не верил, что такое возможно.

– Прости, не умею готовить, – я пожала плечами. – Меня, конечно, можно отправить на кухню, но лучше потом никому не пробовать то, что получится из моего кашеварства.

– Это верно, – вставила нянюшка. – И по грибы Линни тоже отпускать не стоит, если хотите в живых остаться.

– Если никто другой не готов, может, ты меня и проверишь? – прищурилась я на эльфа.

– Нет. Этого не будет, – спокойно ответил он. – И не потому что я боюсь получить от тебя нагоняй, а потому что не стану поднимать руку на свою невесту. Это раз. Два: я уже дрался с женщиной-полутроллем. Она была посильнее тебя и училась сражаться много лет. Я ее победил. Случайно ранить тебя я не хочу, так что и всерьез биться с тобой не намерен. Хочешь – отметель меня просто так, но с условием, что после этого ты вернешься в свои покои и не будешь выходить из замка до тех пор, пока вокруг не станет безопасно.

– То есть никогда? – фыркнула я. – Если вы потерпите неудачу, мир заполонят чудовища! А у вас явно нехватка людей, если вы отправляетесь всего лишь вдвоем.

– Линн, тебе же лучше, если ты останешься в замке…

– Это не тебе решать, – перебила я. – Пока мы не законные супруги, ты не имеешь права указывать мне, что делать. Кто отправится на задание, вроде бы определяет архимаг, так? Господин Церестин, официально обращаюсь к вам с просьбой отпустить меня с женихом.

Элент снова хотел что-то сказать, однако архимаг коснулся его плеча, отвлекая, и что-то зашептал. Чем дольше эльф слушал, тем сильнее его светлые брови сходились у переносицы.

– Церестин, нет, – сквозь зубы процедил он. – Я ценю твои магические эксперименты, но против того, чтобы втравливать в это молодых девушек.

Какие еще эксперименты? Я настороженно прислушалась, однако архимаг опасливо оглянулся на меня и понизил голос. Теперь вообще стало ничего не разобрать. К нему вдобавок присоединился Шано, тоже на что-то шепотом уговаривавший эльфа.

– Эй, больше двух говорят вслух! – возмутилась я.

Мужчины отодвинулись от Элента, который почему-то побледнел и молчал. Церестин прочистил горло.

– Уважаемая леди Линн, я готов отпустить вас на это задание с женихом, если вы согласны…

– Да я давно уже на всё согласилась, – перебила я. – И вещи собрала, и стою жду вас уже полчаса. Мы можем наконец идти к порталу?

Архимаг опять прокашлялся. Выглядело это так, словно он изо всех сил сдерживает смех, а с горлом у него на самом деле нет никаких проблем.

– Леди Линн, пожалуйста, продемонстрируйте мне свои боевые навыки, чтобы я был совершенно уверен в том, что вы подходите для путешествия. Негош, иди-ка сюда, – архимаг поманил к себе одного из стражников, охранявших ворота. – Обнажи меч и выступи против леди.

Мужчина приблизился к нему, неуверенно посматривая на меня. Негош, судя по кучерявым смоляным кудрям, происходил из Южного Грелада и, как многие его уроженцы, отличался широкими плечами и высоким ростом. Кольчужный доспех, щит на плече и шлем, удерживаемый на сгибе локтя, делали стражника еще огромнее, чем он был на самом деле.

Даница при взгляде на него тихо вздохнула. Она тоже родилась в Южном Греладе и там же вышла замуж за мужчину, который, по ее словам, примерно так и выглядел. Только ее муж погиб много-много лет назад, в битве, в которой участвовал и мой отец. А может быть, стражник напомнил ей сына, который однажды ушел из дома, связавшись с плохой компанией. Поговаривали, он до сих пор где-то грабит купцов с лесными разбойниками.

– Ты его не убивай, Линни. У него детки красивые могут народиться, – жалостливо попросила нянюшка.

Мужик озадаченно покосился на нее.

– Господин Церестин, дайте я за деревянным мечом схожу. Девка же, да еще и без доспехов.

– Железным сначала меня достань, – крикнула я.

Архимаг кивнул.

– Ты умелый воин, Негош. Справишься и без деревянного меча. Приступай.

– Да хоть оружие ей дайте какое-нибудь, – отчаялся бедняга. – Это ж чистое убийство будет. Я не готов такой грех на душу брать.

Я положила заплечный мешок на землю, скинула плащ и сняла с пояса сковородку.

– Вот мое оружие.

Вокруг начали раздаваться смешки. Прислуга уже не стеснялась – кажется, во дворе собралось ползамка, да еще некоторые высовывались из окон, чтобы не пропустить зрелище. Я улыбалась, не собираясь их разочаровывать.

– Приступай наконец, Негош, – поторопил Церестин. – Уверен, леди Линн полностью оправдает славу ее отца.

Вот как, он что-то слышал о нем? Интересно. Никогда не думала, что мой отец – известная личность.

Стражник со страдальческим видом натянул шлем и встал напротив меня. Однако клинок из ножен он так и не вытащил.

– Обнажи меч, – сказала я.

– Не буду. Хоть из Эленвера вышвырните, не буду, – замотал Негош головой.

Ну, что ж, его проблемы. Я окинула противника взглядом и, поколебавшись, переложила сковородку в левую руку.

– Еще и левша? – совсем уж обреченно уточнил стражник.

– Нет. Просто так нечестно выходит, если ты ножны не снимешь.

Среди зрителей откровенно засмеялись. Негош вздохнул и, подняв меч, кинулся на меня.

Я продолжала стоять на месте и ждать.

Сковородка вообще-то была плохим оружием. Будь она хорошим, то входила бы в вооружение всех армий, но этого не происходило, верно? Однако отец всегда говорил, что сражаться можно чем угодно, главное – понять, как это правильно использовать против врага.

Он учил меня понемногу драться и мечом, и булавой, и топором – насколько это позволял мой детский возраст. Сковородка предполагалась его шуткой над материнскими упреками в том, что будущая баронесса растет в обнимку с мечом, не зная, как обращаться с кухонными принадлежностями. Так уж получилось, что она стала последним отцовским подарком. Из закаленной стали, зачарованная на прочность и отражение заклинаний – это была уже не просто сковородка, а настоящее оружие.

И никто об этом даже не подозревал. Когда отца не стало и меня взяла к себе тетка Эрна, она спрятала всё его оружие, все доспехи, оставив только «безобидную» сковородку, и запретила мне проводить боевые тренировки. Мне изо дня в день повторяли, что я не имею права позорить родственников и должна вырасти «правильной» леди, хотя дома явно никто не представлял, что это вообще значит.

Прошли годы, прежде чем тетка сообразила, что что-то не так. А я к тому моменту, будучи всего лишь пятнадцатилетней соплячкой, весьма неплохо управлялась с отцовским подарком и могла запросто побить любого парня в окрестных деревнях. И перевоспитывать меня оказалось уже поздно…

Я дождалась, пока Негош не станет совсем близко, и изящно увернулась, заскочив ему за спину и шлепнув по мягкому месту сковородкой. Во дворе грянул хохот. Стражник замер на миг и мрачно посмотрел на меня. До него начало доходить, что здесь какой-то подвох.

– Нападай, – подбодрила я.

И снова он кинулся в лоб, не учтя предыдущей ошибки. На сей раз мужчина двигался быстрее. Видимо, решил, что был слишком медленным, вот мне и повезло. Зря. Я вновь дождалась последнего момента и резво уклонилась, приложив к шлепку чуть больше силы, чем в прошлый раз.

От легкого тычка Негош чуть не рухнул, пролетев мимо меня. От других стражников понеслись беззлобные подколки. Здоровяк опять остановился и зыркнул на меня. Взгляд уже не был ни сочувствующим, ни добрым, потихоньку наливаясь свирепостью.

– Ну что, может, обнажишь меч? – подначила я. – А то мне надоело биться вполсилы.

Элент, услышав это, покачал головой. Он наблюдал за схваткой, сложив руки на груди, с мрачным лицом. Шано и Церестин, наоборот, смотрели с интересом.

Ножны Негоша полетели в сторону. Он бросился на меня, как разъяренный бык, с явным намерением смять в лепешку.

И снова всё закончилось быстро. Я не стала уходить от удара, а отвела его сковородкой, использовав ее как щит. Затем правой рукой схватила стражника и, особенно не мудрствуя, отшвырнула от себя.

Негош пролетел шагов пять. Учитывая его массу и приложенные мной силы, летел бы и дальше, но на его пути встретились крепостные ворота. Врезавшись в них, стражник осел на землю.

– Ох, – вырвалось у него.

Я опустила поднятую на всякий случай сковородку.

– Ну что, сдаешься?

Противник вяло махнул рукой. Кажется, единственное, что его сейчас занимало, это летающие над головой звезды.

Я уже собиралась повернуться к Церестину и спросить, удовлетворяют ли его мои навыки, однако на краю зрения вдруг что-то мелькнуло. Я скорее инстинктивно, чем действительно поняв, что происходит, отпрыгнула вбок и одновременно взмахнула сковородкой.

Наложенные на нее чары сработали идеально. Пшикнув напоследок, на мощеной дороге погас сгусток огня.

Магия, фьёрт ее побери! В меня бросили заклинанием, воспользовавшись тем, что я отвлеклась. Я мгновенно собралась и, держа сковородку наготове, развернулась туда, откуда прилетел огненный шар.

Шано уже с улыбкой отряхивал ладони. Церестин довольно кивал.

– Хорошо, хорошо. И реакция у девочки замечательная, и сковородку ей настоящий мастер зачаровывал.

– Эй, это было нечестно! – нянюшка возмущенно подскочила с места, откуда наблюдала за моим представлением. – А если бы она не успела отбить?

– Успела же, – я прицепила сковородку обратно к поясу, и не думая злиться.

– Не волнуйтесь, прекрасная няня, огонь не причинил бы вашей воспитаннице вреда, – заверил архимаг. – Это была элементарная проверка на реакцию. К тому же, если бы что-то пошло не так, я бы мгновенно исцелил леди Линн.

Даница зарделась, как девчонка, от слова «прекрасная». А я мысленно отметила еще одну странность.

Вроде бы я всем представила Даницу как мою горничную, кем она, собственно, и была, потому что в моем возрасте няня уже давно не требуется. Откуда тогда Церестину об этом известно?

Впрочем, он мог и лично знать моего отца. Церестин служил главным королевским магом, еще когда тот был жив и сражался бок о бок с принцем. А обращать на себя внимание отец точно умел.

Это я тоже от него унаследовала.

– Испытание пройдено? – напомнила я о себе. – Мне можно присоединиться к заданию?

– Конечно, леди Линн, – ответил архимаг. – Разрешение вам официально дано.

– Смехотворно, – тихо процедил Элент, так чтобы это не донеслось до слуг. – Церестин, ты же сам прекрасно понимаешь, что этот бой не имеет ничего общего с настоящим сражением!

– А вам и нельзя вступать в настоящее сражение, – сухим, скрипучим голосом оборвал тот. – Король нагов поручил заняться Шетом своему сыну, принцу ал-Саархалу. Он сам разберется с соплеменниками и вернет то, что у нас украли. Вы нагов с этих пор вообще в глаза не должны видеть, как и они вас!

Глаза архимага, казавшегося безобидным старым чудаком, опасно сверкнули. Возможно, мне просто почудилось, но как будто бы у его слов был совсем другой смысл: если встретитесь с нагами, убедитесь, что никто из них не выжил и не может рассказать другим, кто их поубивал.

Что ж, на нечто такое я и рассчитывала.

Шано ободряюще мне кивнул. Он явно обрадовался, что их суровая мужская компания слегка разбавится. Элент, напротив, лишь покачал головой и подошел ко мне.

– Ну и зачем тебе всё это? – спросил он, глядя на меня сверху вниз.

– Не один ты живешь в мире, который вот-вот развалится на куски, – я гордо задрала подбородок, чтобы смотреть жениху в голубые глаза. – Его спасение – и мое дело.

– Глупая, упрямая девчонка, – с досадой бросил он. – Нет чтобы предоставить рисковать жизнью тем, кому не жаль ее потерять… Могла бы сидеть в замке и радоваться каждому новому дню, а вместо этого теперь подохнешь вместе с нами смертью хуже собачьей где-нибудь в Потусторонье.

И эльф, не став дожидаться ответа, прошел мимо меня. Он выхватил поводья у растерянного конюха, запрыгнул на лошадь, пришпорил ее так лихо, что та выбила подковами искры из замощенной булыжниками дороги, и пустился вскачь, стремительно исчезнув в приоткрытых воротах.

– Вот же ж скотина остроухая! – пробормотала я, зло глядя вслед.

Это уже было обидно. Хотя изначально не стоило надеяться на понимание Элента, я радовалась, что не сказала ему истинную причину, зачем ввязалась в опасное приключение.

Конечно, спасти мир было бы замечательно. Но у нашего континента защитников явно хватает, а кто поможет Минду? Я надеялась, что в лучшем случае мне удастся его вытащить, в худшем – по крайней мере, выяснить, где он и что с ним. Если для нагов поражение от руки человеческого мужчины – позор, то в том, что им начистила уши девушка, они точно никому не признаются. Иначе над ними не только соплеменники, а весь мир будет потешаться.

Мне на плечо неожиданно легла тяжелая рука. От человека рядом пахнуло смесью трав и ингредиентов. Даже не оборачиваясь, я догадалась, что это Шано.

Маги не могли колдовать без того, что они называли материальными компонентами: веточек, лоскутков ткани, стеклышек, камешков и прочей бурды, которую носили под рукой, в поясной сумке. Я понятия не имела, как именно это используется, но набор был специфический. Как волшебники сами в нем не путались…

– Рад, что ты с нами, – мягко сказал Шано.

– Да? – я все еще, морщась, смотрела вслед эльфу. – А мне показалось, в поместье ты хотел, наоборот, чтобы я была как можно дальше от вас.

– Ситуация изменилась. Тогда сторонники Шета могли напасть на нас в любой миг, а это задание гораздо более спокойное. И в тот раз я не знал о твоих способностях и навыках.

– Знал бы – пустил бы меня вперед отряда, чтобы наги кромсали меня, а не твоих друзей?

Улыбка путевика поблекла.

– Я не имел в виду ничего такого, и мне жаль, если создалось иное впечатление. Невесту Эленту выбирали другие люди, и легко было предположить, что приедет изнеженная столичная фифа, которая будет всем недовольна. Но ты не такая, и это приятно.

Я и сама не понимала, с чего бы на него накинулась. Он как раз таки, в отличие от некоторых, всегда был со мной любезен и желал только добра.

– Прости, – сразу извинилась я. – У людей обычно неоднозначная реакция на мое происхождение. У меня выработалась привычка сразу нападать.

– Понимаю, – Шано опять улыбнулся, похоже, не обидевшись. – Еще и реакция Элента расстроила, да? Не обращай внимания. Он был правой рукой наследника трона, лучшим другом будущего короля, а стал отверженным. Никто из старых друзей, кроме Церестина, не хочет с ним знаться, аристократы плюют вслед, его мнение больше никого не волнует. Очень низкое и болезненное падение для того, кто уже видел себя братом королевы. Не встреться принцу другая девушка, у Илэйн, сестры Элента, были все шансы вполне законно надеть корону. Что получилось на деле, ты и сама знаешь. У Элента и так был непростой характер, а это его ничуть не улучшило.

– Заметно, – пробормотала я. – Ладно, слушай…

На всякий случай я огляделась. Близко к нам никто не стоял. Слуги, сообразив, что представление окончилось, разбрелись заниматься повседневными делами. Товарищи помогали покачивающемуся Негошу подняться на ноги. Архимаг разговаривал с конюшими, очевидно, выбирая, какая из лошадок мне достанется, чтобы доехать до арки.

Вроде бы нами никто не интересовался, но я всё равно понизила голос.

– А что на этом задании хоть делать-то надо?..

Глава 11

Небо над головой было восхитительного цвета спелого персика. Казалось, им можно любоваться бесконечно… Но это только казалось. Мне надоело уже к концу первого часа. Похоже, от любого однообразия, даже самого распрекрасного, можно устать.

Нынешний Путь несколько отличался от предыдущего – в нем навсегда застыл миг заката, а вместо барханов вокруг простиралось зеленое поле, ограниченное на горизонте невысокими горами. Изредка вдалеке появлялись простенькие приземистые домики – четыре глинобитные стены и соломенная крыша. Прямо-таки пасторальная идиллия.

Такая картина должна была радовать и глаз, и сердце, но почему-то от нее становилось жутковато. Я не сразу поняла, в чем дело, а когда поняла, то удивилась, что не сообразила сразу.

В густом зеленом ковре – ни единого цветочка. Высокие травы ничто не колыхало, над ними не гудели пчелы. Оконные проемы в домах чернели пустотой, крыши давно истлели и провалились. Пейзаж был мертвым, неестественным. Любое движение, любой шум на нем выглядели чужеродно. Если долго идти, то создавалось впечатление, что затаившаяся где-то сзади тишина вот-вот напрыгнет на тебя и проглотит за то, что ты мешаешь ей спать.

Эльф и путевик, как назло, шагали молча. В самом начале я пыталась развести их на разговор, однако Элент дулся на меня как мышь на крупу и просто не отвечал, а Шано не поддерживал мои старания, видимо, не желая лишний раз злить командира. Маг же тоже провинился перед ним, когда поддержал решение Церестина взять меня на задание.

Монолитная арка из черного камня появилась впереди сразу, когда мы ступили на тропу. Однако за несколько часов она не стала ближе, словно была миражом, который всегда держится вдали от зрителя.

Единственным, благодаря чему становилось ясно, что мы действительно идем, а не топчемся на месте, были небольшие булыжники на краю дороги, покрытые непонятными отметинами. Сначала я предположила, что это милевые камни, которые отмечают пройденное расстояние. Однако количество шагов не совпадало – что бы ни обозначали метки, они находились друг от друга на разном расстоянии.

– Что это такое? – спросила я, как обычно, первой нарушив глухую тишину, когда на пути попался очередной из них. – Тоже какие-нибудь порталы?

Шано хохотнул.

– Обычные указатели. Путевики помогают друг другу, подсказывая, где можно безопасно перейти на другую тропу или покинуть Пути, не вмуровав себя в стену и не выпрыгнув посреди моря. Здесь, например, – он махнул рукой на булыжник, – сообщается, что в этом месте тропа пересекается с другой, ведущей в северную часть эльфийского королевства.

– Удобно. Жаль, там не говорится, сколько еще тащиться вон до той арки. Она вообще приближается?

– Устала? – отозвался Элент, прежде чем маг успел ответить.

– Нет. Просто не пойму, почему нельзя было взять сюда лошадей. Мы тащимся уже три или четыре часа, а могли бы добраться до портала за час. Зачем терять время?

– Ты куда-то торопишься? – он даже не повернулся.

– Да, мир спасать, а то мне сказали, что он вот-вот развалится.

– За три часа ничего с ним не случится. А провалить задание мы можем легко, даже не успев его начать. Лошади – признак большого достатка, тем более такие породистые и ухоженные, как из конюшни в Эленвере. Мы, наоборот, не должны привлекать к себе внимания.

Я осмотрела спутников. В самом деле, оба выглядели очень скромно для своего положения. Ни дорогих украшений, ни отличительных знаков – обычные греладцы в ничем не примечательной дорожной одежде. Впрочем, как и я. Шано даже свою поясную сумку с магическими приблудами постарался прикрыть плащом.

– Да, между прочим, об этом. Кто-нибудь наконец объяснит мне, в чем вообще состоит задание?

В замке Шано ограничился словами, что нам нужно попасть в поморский городок, забрать оттуда некий артефакт и вернуться обратно. Сложным это не выглядело, но я подозревала, что мне попросту недоговорили кучу важных деталей.

– Ты о поморских поселениях знаешь что-нибудь? – ответил вопросом на вопрос Элент.

Я пожала плечами.

– Почти ничего. Поморы – это же такой народ на Севере?

Эльф вздохнул.

– Они живут на берегу Северного моря и на большом архипелаге, который протянулся вдоль материка. Высокие, светловолосые, как и все северяне, но на редкость миролюбивые и стараются жить в гармонии с суровой природой своего края. А поскольку на островах земля неплодородная и вдоволь только рыбы в море да чаек на скалах, поморы начали торговать со всеми, кто на это готов. На архипелаге есть несколько портов – крупных купеческих городов. Там живут не только люди: эльфы, кицунэ, наги, даже разная нечисть. Остаться и торговать разрешено всем, кто не мешает соседям заниматься тем же самым.

– Что, правда нечисти тоже? – нахмурилась я.

Он кивнул.

– Смотри, вампиры убивают людей и пьют их кровь, поэтому мы охотимся на упырей и рубим им головы, чтобы они не восстали на следующую ночь. А поморы и вампира назовут уважаемым членом общества, если он не трогает разумных существ. Пусть он у себя дома кур хоть сотнями выпивает досуха, никто не будет на него коситься. Что он вытворял на материке, скольких перебил, тоже не важно. Поморов интересует только то, чем гости занимаются исключительно на их островах и побережье.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.