# Хозяйка таверны на трех ветрах

Янина Наперсток

Что вы сделаете, если встретите на улице мужчину, красивого как Аполлон? А если он без сознания и голова в крови?! Я притащила его домой и – упс! – оказалась в магическом мире. Чета гномов и огненный кот утверждают, что я хозяйка таверны. Абсурд! Но хуже, что у красавчика отшибло память, и он совершенно не знает, как вернуть меня назад…

В книге есть:

– Бойкая героиня с неожиданным наследством

– Красавчик с потерянной памятью

– Огненный (во всех смыслах) кот непременно отожжет

– Приключения, путешествия по мирам и знакомство с их обитателями

– И конечно, любовь, от которой, сколько не язви, все равно не сбежишь.

Примечания автора:

Сюжет самостоятельный. В цикл входит только по общности миров и атмосферы.

## Глава 1. Мари

Черти бы побрали этого Мосю! Соседка опять упросила подержать у меня пару дней ее «милую собачку»! На деле Мося был маленькой, злобной, невоспитанной заразой, но мои манеры, конечно, не дали возможности открыть тете Нине на это глаза. И вот сейчас, выведя «песика» на пять минут «по делам», я вынуждена бежать догонять эту сорвавшуюся с поводка бестию. Так тебе и надо, Мари, за твою безотказность!

Уже начало темнеть, а Мося, несомненно, лидируя в марафоне, нырнул в узкий проход между нашим домом и гаражами. Мне ничего не оставалось, как продолжить преследование. Но только я повернула за угол…

На молодом мужчине были серые брюки с идеальными стрелками, белая кипенная рубашка, расстёгнутая на груди, в распах которой виднелись рельефные мышцы… А какие благородные, точеные черты лица! Какие густые, длинные, загнутые кверху ресницы! Кажется, я в жизни не встречала такого красавца! Словно с Олимпа к нам на окраину провинциального спального района скинули самого Аполлона. Стоп! Скинули?! В пышных каштановых волосах парня виднелась совсем свежая кровь.

Волки задери! Он здесь не просто так лежит, ему же помощь нужна! А я, дуреха, замерла, как столб! И рубашка, вон не расстегнутая вовсе: видны с тканью вырванные пуговицы. Похоже, грабители по голове шваркнули, что-то забрали, и даже крестик сорвать с шеи не побрезговали. Сволочи!

Я аккуратно наклонилась и положила руку на мужское запястье. Кожа, на счастье, была теплая и пульс прослушивался. Фух! Надо вызвать скорую! Или милицию? Или и милицию, и скорую?!

Парень в это время тихо застонал, слегка пошевелился, пытаясь сесть, и, еще не открывая глаз, схватился за голову.

– Не трогайте, там, вероятно, рана! – затараторила я, подскакивая ближе и пытаясь помочь ему встать. – Давайте я вызову медиков и полицию.

– Не… надо… ничего… – с трудом проговорил ограбленный. – Я почти нормально.

– Какой уж тут нормально! – возмутилась я, подставляя свое плечо, чтобы незнакомец имел возможность на него опереться. – Давайте хоть ко мне зайдем, я голову вам обработаю. Здесь близко, первый этаж.

Мужчина то ли кивнул, то ли нет, но пошел со мной. Его вес давил на плечо, но я сейчас думала о другом. Что с тобой поделать, Мари?! Опять ты тащишь домой какую-то дрянь! В детстве были лягушки, а потом выпавшие из гнезд птенцы и котята, а теперь вот… до мужиков докатилась! А если он маньяк? Да даже если просто бандит?! Нормальные люди от полиции не отказываются.

– Вас как зовут? – хрипло пробормотала я, одновременно стараясь свободной рукой распахнуть тяжелую металлическую дверь подъезда.

– Кевин.

О боже! Еще и иностранец! Кажется, Мари, ты влипла по полной. Впрочем, речь чистая, без акцента. Может это… прозвище там? Ага! Бандитское!

– Так, еще пару ступенек, хорошо!

Дверь у меня была открыта. Квартира съемная, брать нечего, да и кто бы успел, я же с Мосей всего на пять минут собиралась. Ой… Еще ж Мося! Впрочем, человеческая жизнь важнее!

Я сгрузила слабо переставляющего ноги красавчика на диван. И, быстро сбегав на кухню за аптечкой, достала перекись, вату и пластырь. Последний понадобится заклеить рассечённую бровь, из которой до сих пор подтекала кровь – пока парень лежал на тропинке полубоком, этого не было заметно.

– У-ш-ш, – резко втянул Кевин воздух через сцепленные зубы и поморщился, пока я аккуратно, смоченной ваткой обрабатывала рану.

– Больно? – задала я абсолютно дурацкий в этой ситуации вопрос. – Череп цел, но вас видно крепко приложили. Может, необходимо наложить швы. Я в этом плохо разбираюсь.

– Не надо. На мне все заживает в момент. Если позволишь, я немного посплю и буду в полном порядке.

– Хорошо, – кивнула я.

Ну правда, не выгонять же его такого слабого на улицу?!

– Снимай тогда вещи, я стирку поставлю. У меня машинка с сушилкой.

Кевин не стал артачиться, кивнул и начал стягивать с себя одежду. Я быстро отвернулась и кинулась к шкафу доставать плед и подушку. Главное – не разглядывать. А то больше года в разводе, и с моей работой в службе статистики никакой личной жизни. Мне даже и на картинках-то на мужчин посмотреть было некогда, а тут живой образчик. Мистер Совершенство.

Я быстро накрыла уже прилегшего Кевина пледом, сгребла вещи, сунула их в стиралку и выскочила на улицу. Подумала секунду и дверь таки заперла. Вдруг злоумышленники за нами следили и теперь за парнем придут? Хотя зачем им? Видно же, что обобрали как липку: загружая машинку, я проверила – все карманы абсолютно пусты. Но с закрытым замком мне было за «найденыша» спокойнее.

На улице уже стемнело. Бог весть, где бы я искала пса, если бы он, не удивившись отсутствию погони, сам не вернулся и не сидел перед дверью подъезда. С облегчением выдохнув, я поспешила назад. Помыла беглецу лапы и заперла его в кладовке. Там, конечно, не очень удобно, но посидит пару часиков, чтобы не мешал человеку отдохнуть и в себя прийти. Надо сказать, Кевину очень повезло – обычно я прихожу с работы на-амного позже, но сегодня был профосмотр, и всех после него уже отправили по домам.

Размышляя о чудесном стечении обстоятельств, я направилась на кухню. Мое недолгое замужество подсказывало, что Кевин проснется ужасно голодным. А у меня… Скептически оглядев почти пустой холодильник и такие же настенные ящики, я достала пачку макарон, и купленный для бутербродов сыр. Негусто, но лучше, чем ничего.

Пока я читала новости в телефоне, потом возилась у плиты, прошло часа два, не меньше. Наконец, со стороны коридора послышались шаги, и Кевин, уже совершенно твердой походкой, зашел на кухню и сел за стол. Я молча наложила ему ужин и подвинула тарелку. Он, кажется, впервые смутившись, буркнул «спасибо» и взялся за вилку.

– Ты знаешь, кто на тебя напал?

Кевин, не поднимая глаз от тарелки, отрицательно мотнул головой.

– А что у тебя украли, знаешь?

Парень перестал есть и как будто задумался. Потом поднял светло-серые глаза и потрясенно проговорил:

– Не помню.

– Документы у тебя с собой были? – продолжила я задавать наводящие вопросы.

– Ты не поняла, – ошарашенно ответил парень. – Я ничего не помню: куда шел, зачем, где работаю и живу.

Упс… Я плюхнулась на табурет рядом – это уже была проблема.

– Слышала, так бывает при сотрясениях. Кратковременно, – ободрила я с сомнением. – Может, все-таки вызовем полицию?

– Ага, а если меня пытались убить? Можно подумать, этого не узнают! – хмыкнул парень. – Нет уж, я сначала хочу хоть что-то вспомнить! Где моя одежда?

– В машинке. Вероятно, уже сухая.

Я поднялась со стула и отправляясь в ванную. Кевин ждать не стал, пошел следом. Похоже, уже и правда чувствует себя довольно бодро, зря беспокоилась.

Распахнув круглую дверцу, я достала брюки и рубашку. Они почти не помялись. Но вместо того, чтобы одеться, парень принялся проверять карманы. Я только собралась сообщить, что в машинку не кладут вещи с чем-либо, как Кевин достал из одного ключ. Как так?! Там точно было пусто! Тем более он довольно крупный, чудной, на цепочке – такой не заметить нельзя! Но вместо этого я уточнила:

– Что-то вспомнил?

– Нет. Только то, что он должен лежать в кармане. От чего – ума не приложу.

Я пригляделась:

– Похоже, от несуществующей двери. Смотри, на сувальдной части вместо зубцов, какое-то металлическое ажурное плетение. Это просто кулон, таких замков не бывает.

Лицо Кевина, однако, оставалось серьезным. Он быстро оделся, не выпуская находку из рук, потом посмотрел на ключ на просвет. Зачем-то потряс им над своим ухом.

– Я чувствую, что все как-то связано с ним!

– Ну-ну, ты его еще на зуб попробуй! – улыбнулась я. – По всему видно, что это подвеска. Может, памятная для тебя и очень ценная вещь, но вряд ли она способна что-либо открыть.

Кевин напряженно поводил ключом перед глазами, тяжело выдохнул и с отчаянием уткнулся в него лбом.

– Ничегошеньки не всплывает! Хотя бы знать адрес или профессию…

И в этот момент в комнате как будто что-то поменялось: она словно начала вращаться, стены стали блекнуть и расплываться…

Кевин открыл глаза и расхохотался:

– Ну, конечно же, ты права! Никакой это не ключ! Это портал!

Я уже успела подумать, что один из нас наверняка спятил: либо я, после двенадцатичасового рабочего дня семь дней в неделю, либо Кевин от удара по голове. Но все неожиданно снова приобрело резкость.

Мы по-прежнему стояли вдвоем, но был солнечный теплый день и вокруг… бескрайнее ромашковое поле.

## Глава 2. Мари

– Э-э-э… а… – я растерянно принялась оглядываться по сторонам.

Слева в далекой дымке была горная гряда. Спереди и справа долина уходила в горизонт, а вот сзади, не так чтобы очень далеко, виднелся лес.

В этот момент меня, еще толком не успевшую ничего разобрать, Кевин схватил и уложил в траву животом вниз, нажав рукой на шею, чтобы помешать подняться. Сам он, расположившись рядом, тихо скомандовал:

– Молчи! У каменных троллей обход границы!

Я только собралась возмутиться, где его вообще манерам учили?! Как до меня дошел смысл слов, а что хуже – звук. Глухой и скрипучий, как будто кто-то с усилием трет один огромный камень о другой. Стало сильно не по себе.

– Мы где вообще? – прошептала я.

– Тролланд.

По географии у меня была твердая пятерка. Вообще-то, имелась и золотая медаль, и красный диплом. И я точно знала, что на карте нет такого места! Я собралась уже высказать, что не надо мне вешать лапшу на уши, но опять не успела.

– Мы не на твоей Земле. Сейчас охрана пройдет, побежим к лесу. – едва слышно пояснил Кевин, разбавляя нервирующее шуршание камней.

А взглянула парню в глаза… Вот зараза! Он был серьезен и, похоже, сам верил в то, что говорил. Тролланд! Почему сразу не в Диснэйленд?! Там хотя бы должно быть здорово!

Травинки лезли в лицо, земля кололась сквозь тонкое платье, но я прикинулась, что послушалась и расслабилась. Кевин, почувствовав отсутствие сопротивления, убрал руку.

Я тут же вздернула голову над травой и увидела… две каменные горы, как будто состоявшие из нагромождения гигантских, поросшим мхом валунов, двигались вдоль кромки леса. Размером каждая гора была с хороший такой двухэтажный дом. В этот момент на мой затылок опять с силой нажали, прижимая к земле.

– Тебе жить надоело? – грозно зашипел новый знакомый. – Люди для троллей как крысы. Догадайся, что будет с нами, если поймают?

Внутри от страха все сжалось. Тролли! Раз я их тоже вижу, значит, Кевин их не выдумал. И вся эта расплывшаяся квартира, и смена дня и ночи… Похоже, пока я трогала пульс парня, злоумышленник и меня огрел по голове! Привет, кома! Лежим мы, значит, оба в том переулочке и «сны» смотрим. Интересно, а совместная кома бывает? Или все плод чисто моего стукнутого сознания? Хотя нет. Я бы себе кого-то поделикатнее вообразила. С белым конем и без троллей. А вдруг…

– Живо доставай свой ключ и верни меня назад! – затребовала я, направляя на Кевина самый свирепый взгляд, на который была способна.

– Я не могу! – вроде как искренне пояснил он, похлопав себя по пустому карману. – Ключ пропал.

– Ишь ты, Копперфильд! Доставай снова! Когда я одежду в машинку клала, там тоже никакого ключа не было!

– Честно пропал! Иначе, чтобы мы сейчас от троллей прятались? Впрочем, – и он хитро улыбнулся и чуть откинулся вбок, чтобы сделать карман доступным, – можешь сама проверить.

Эм-м… Я отвернулась и, кажется, покраснела. Вот я еще по чужим карманам не лазила! А Кевин тоже хорош! Не успел в себя прийти и уже такие шуточки!

Слава богу, соседка вернется через несколько часов, и у нее свой ключ. Мося точно запертым сидеть тихо не будет. А если бы я раньше пропала? Поминай тогда песика, как звали…

Звук между тем почти стих, и Кевин, аккуратно выглянув из травы, ловко вскочил на ноги и поднял меня следом. Даже попытался отряхнуть, только я его оттолкнула. Между прочим, я приличная девушка! Нечего тут руки распускать!

– Побежали. Главное – до леса добраться, там земли людей, и считай мы в безопасности.

– В безопасности? – возмутилась я, припустив следом. – В чужом мире, без средств, языка, еды и крыши над головой? Впрочем, я рада, что память к тебе вернулась!

– Нет, – бросил он на бегу, снова ничего не объясняя.

Кажется, звук опять начал нарастать, так что мы остановились, уже только когда забежали под тень деревьев.

– Что… «нет»? – запыхавшись, пробормотала я.

Сто лет так не бегала! С занятий по физкультуре в институте.

– Не вернулась пока память. Я помню места, расы и то, что в паре километров к западу будет таверна.

Потом Кевин обеспокоенно огляделся по сторонам.

– Демоны! Ветра нет…

Действительно, листья на деревьях не шевелились. Стоял полный штиль.

– И что?

Душно ему, что ли, после сотрясения? Значит, и правда, все вокруг не коматозный бред? За грудиной снова неприятно похолодело. И ладони тоже, несмотря на жаркий день, сразу захотелось потереть друг о дружку, чтобы согреться.

– А то, что это людские земли – Эверленд. Если сегодня дует Красотун – значит, таверна будет на месте. Если Сасарах или Велмидфиль – то придется ночевать в лесу.

– Да объясни же уже нормально! – взмолилась я. Приходилось быстро-быстро переставлять ноги, чтобы успевать за спешащим Кевином. – Причем ветер к таверне?

Парень резко остановился, так что я едва на него не налетела, и взяв меня за плечи, посмотрел в глаза долгим, пристальным взглядом.

– Истерить не начнешь?

Кажется, я идиотски захихикала. Ну а как тут не начать?! То ли кома, то ли другой мир… Что он мне еще сейчас скажет?!

– Таверна стоит, как бы это правильно… на сопряжении миров. И в каком она, можно определить по ветру.

– И? Какие два других мира? – замирая то ли от ужаса, то ли от предвкушения уточнила я.

– Эльфийский, правда там есть еще и гномы, но они почти никогда не путешествуют, и драконий. В нем тоже есть люди, а еще узмены. Такая… драконоподобная раса. Они не оборотни, не могут менять форму.

«Не оборотни», – зазвенело у меня в голове. Что же это получается: вот все, немногочисленные книги про попаданок, которые я прочитала, они не совсем вымысел? Или все-таки кома? Впрочем, если даже второе – надо как-то приспосабливаться на всякий случай: люди годам в таком состоянии лежат. Начинать обустраиваться, что ли.

А если и правда попала? Тогда почему я?! Да, отлично училась, сирота, не замужем, но я бухгалтер по образованию! А по работе так и вообще статист! Какой с меня тут прок? Я понятия не имею, ни как спички делать, ни как мыло варить. Да мне только одна дорога – в поломойки! Можно, конечно, в подавальщицы, раз трактир на пути, но эта работенка мне, увы, знакома. Подрабатывала, пока училась. Такой народ попадается, что жалеешь, что корпела над книгами, а не тренировалась в ушу, карате и куче других страшных слов. То норовят ущипнуть, то ухватить, а то и целоваться лезут. Кошмар! Нет, лучше в поломойки. Спокойнее. Хотя… где вы видели попаданку-поломойку? Пора встретить принца… На худой конец герцога или графа…

– Ты, случаем, не принц? – уточнила я у Кевина, на этот раз куда скептичнее его осматривая. Волки задери! На второй взгляд он совершенно не стал менее хорош собой.

– Не знаю, – честно пожал плечами Кевин. – Говорю же – ничего не помню.

– Ну хоть маг? Есть тут маги? Раз таверна на сопряжении миров, тролли ходят и все такое…

Парень словно прислушался к себе. Помолчал.

– Возможно. Странные какие-то ощущения на этот вопрос. Но никаких заклинаний или чего-то такого не помню. Но точно знаю, что могу говорить на языке любого разумного существа во всех трех мирах.

– Хоть какая-то от тебя польза – переводчиком будешь, – вздохнула я.

– Вот ты наглая! – искренне возмутился Кевин. – Вообще-то, я этот мир знаю. А без меня, что ты здесь делать станешь?

– Но-но! Полегче! Я тебе, может, жизнь спасла. А ты меня «в благодарность» сюда притащил. Вот как притащил – так и отвечай. Я не навязывалась. Ищи ключ и хоть сейчас назад!

Кевин обреченно хлопнул себя по пустым карманам, как будто на всякий случай хотел убедиться, что подвеска в них не появилась, и недовольно пробормотал:

– Ладно, пошли дальше. Нам бы до ночи добраться до таверны. Там, глядишь, разберемся.

## Глава 3. Мари

Солнце уже село, и темнота начала окутывать лес. Ветер, к счастью, появился. и Кевин ему радовался как ребенок. Мое же настроение упало до абсолютного нуля. А как иначе?! Ноги я растерла в кровь и сейчас хромала сразу на обе. Угораздило же ходить по квартире в новых балетках для разнашивания! Впрочем, если бы я попала сюда в тапочках или босиком, было бы точно еще хуже! Кевин вон успел, видимо, когда квартира уже начала вращаться понять, что происходит, и вскочить в свои лаковые туфли. В лесу они смотрелись неуместно, но хоть не жали!

В цветастом шелковом сарафане в стиле беби-долл выше колен я уже начала замерзать, а больше ничего на мне, если не считать резинку для волос на хвосте – не было. Ужасно хотелось есть, так что живот аж жалобно урчал, но еще сильнее – пить. Это наводило на мысль, что все вокруг – реально. Вряд ли в коме можно испытывать проблемы чисто физического свойства. А это значит… Я попала! Во всех смыслах этого слова. А еще хуже – меня неизвестно куда ведет незнакомый мужчина. Вдруг он таки маньяк?

Конечно, времени прибить меня у Кевина было уже предостаточно, но, может, ему удобнее, чтобы жертва своими ногами дошла до логова? Есть вариант ринуться в лес и возможно удастся спрятаться или сбежать, но что я здесь буду делать без всякого шанса вернуться домой и даже объясниться?! Остается только уповать на то, что согласно книжной традиции, Кевин – какой-нибудь генерал драконов – себя-то он не помнит, тогда почему бы и не да? Было ли мне страшно? Наверное… Но куда сильнее, хотелось есть, пить, в тепло и снять проклятые туфли! И тут, словно в ответ на мой невысказанный вопль, лес расступился.

Перед нами на перекрестке стоял… красивый большой двухэтажный коттедж с цветочными клумбами вокруг и несколькими накрытыми столиками на веранде. От удивления я остолбенела. Под словом таверна мне представлялось что-то мрачное с покосившейся обветшалой вывеской и распашными воротцами на веранде, через которые вышибала нет-нет да и выкидывает дебоширящих посетителей. А нет! Это бы был салун! Разыгралась моя фантазия, узнав, что мы в другом мире. Интересно, а какой тут вообще уровень развития?

Дороги не асфальтовые, но хорошо укатанные, так что это ни о чем не говорит. Освещение – не понять электрическое или нет, но точно не свечи.

– Кевин! – жалостливо окликнула я спутника.

Парень, уже было схватившийся за дверную ручку, остановился и обернулся.

– Ты драться умеешь?

Брови спутника удивлённо поползли вверх.

– Ну, если нам будут не рады? Или там ждут проблемы? – пояснила я.

– В моей памяти это место оставило безопасные ощущения. И в любом случае – это таверна. Здесь ежедневно останавливаются люди и нелюди. Они наверняка всем рады, – Кевин запнулся, задумался, рефлекторно попробовал почесать затылок и, зашипев от прикосновения к ране, добавил. – У кого есть, чем платить.

– Но у нас же нечем, – напомнила я.

– Полы и посуду помоешь. Думаю – сторгуемся.

– А почему не ты? – попыталась я воспротивиться, но Кевин уже распахнул дверь.

– Дзинь-дзинь-дон! – раздался мелодичный перезвон входного колокольчика.

Зал был довольно просторным пустым и залитым светом. В два ряда стояли добротные дубовые столы, а за широкой стойкой никого не было. Однако со стороны коридора уже послышались торопливые шаги. В зал буквально вкатилась женщина средних лет в форменном коричневом платье до пола, белоснежном переднике и таком же чепце. Роста она была всего метра полтора или чуть больше. Зато, как сейчас принято говорить, – «широка в кости»: отчего казалась прямо кругленькой. Лицо у нее при этом было доброе и вполне радушное, так что я облегченно выдохнула. Как оказалось – зря.

Женщина скользнула дежурно-вежливым взглядом по Кевину, а при виде меня ее лицо озарилось подлинным восторгом.

– Би́би! Иди быстрей сюда! – радостно закричала она. – Катя вернулась!

И неожиданно резво подскочив, стиснула меня в объятьях:

– Хозяйка! Как же я счастлива! Мы вас так ждали!

## Глава 4. Кевин

Хозяйка?! Я едва успел подхватить начавшую отваливаться челюсть и лишь сейчас осознал, что впервые услышал, как девушку зовут. Стало не по себе. Она мне все-таки помогла, рану обработала, накормила… Просто сперва адски болела голова. А потом весь этот финт с ключом. Понимать, что ты ничего не понимаешь – здорово выбивало из колеи. Хорошо хоть не до состояния овоща память отшибло, а вот так, что мир вокруг осознаю. Имя помню… Дальше, как туманная пелена.

Еще и девица с норовом – чуть под тролльи жернова не попали! Сказал же – лежи! Нет, надо умничать и вскакивать! И так в голове звон, мутит, и мысли, как завязшие в клейстере мухи, едва двигаются. А тут она со своим гонором и вопросами. "Верни домой!" Да знал бы я как! Можно подумать, больше нее понимаю! Сознаваться, конечно, в этом не стал. Только сильнее заистерит, а тут и так паршиво дальше некуда. Хоть что-то бы вспомнить. Ну же! Переулок. Дом панельный, слева облезлая металлическая стена гаража. Милое девичье личико напротив… И ничего до этого. Как гильотиной отрубило.

А если думать о ключе? Откуда-то я точно знал тогда, что найду его в кармане. Ощущения от того, как держу подвеску в пальцах до боли знакомые – точно не в первый раз: пользовался я этим ключом многократно. А раз он порталом оказался, значит, может, и снова появится? Должна же быть какая-то логика в его работе? Магия магией, но и она обычно имеет закономерности. Вот только что с девицей-то теперь делать? Действительно, получается здесь она из-за меня. Не скажешь: «Прости дорогая, я вольный контрабандист, сегодня тут – завтра там, серьезные отношения это не мое». Оп-па. Я вольный контрабандист?! Разум и ощущения молчали, ничем не подтверждая и не опровергая эту мысль. Честно говоря, идя к таверне, я очень надеялся, что вдруг меня там узнают. Хотя… слово «контрабандист», отчего-то возникшее в голове, предупреждало, что встреча может не оказаться теплой. Однако другого выбора не было: девчонку надо куда-то пристроить, пока я хоть немного оклемаюсь и начну понимать, что к чему. И вот теперь «хозяйка»! Наверняка с кем-то спутали! Блондиночка – явная представительница техногенной Земли и здесь точно не бывала.

Словно подтверждая мои мысли, девушка попыталась выбраться из объятий гномихи. В Эверленде гномы не жили, но здесь женщина вполне могла сойти и за человека. Раз гномов не видели – то и не с кем людям сравнивать.

– Простите, вы обознались, – пролепетала блондинка.

Вот дуреха! Лучше бы молчала, глядишь, нам бы это помогло.

– Мою маму действительно звали Катерина, но мы… издалека.

Гномиха отстранилась и внимательно присмотрелась к девушке, потом промокнула навернувшиеся на глазах слезы.

– Вот оно как! Значит, дочь… А на первый взгляд прямо одно лицо! Хотя да – Катя должна быть уже значительно старше.

– Мои родители погибли, когда мне было двенадцать. Вероятно, просто совпадение имен…

Женщина отрицательно покачала головой.

– Да нет, ты точно наша хозяйка. Я чувствую, как изменился в таверне магический фон. Разве Катя тебе ничего про это место не рассказывала?

– Не-ет…

Теперь у моей новой знакомой стало такое выражения лица, как будто это ее, а не меня приложили по голове. Я присмотрелся к гномихе – точно не врет. Да и зачем бы ей? Ну дела! Оказавшись в том мире, я умудрился каким-то чудом прихватить с собой не случайную попутчицу, а Хозяйку межмирной таверны! Пусть даже она об этом и не знала. А может, все закономерно? Может, я к ней и шел тогда? Внутри снова ничего не отозвалось, лишь от напряжения усилилась головная боль.

– Катя ушла в ваш мир и обещала вернуться, когда родится ребенок и подрастет. Я потом тебе расскажу всю историю, если захочешь. Как звать-то тебя?

– Мария. Маша. Но лучше Мари́. Меня так все с детства зовут.

– Вот и хорошо, Мари, теперь ты дома! Поболтать мы всегда успеем, а пока вам стоит отдохнуть с дороги. Ой, простите! Не представилась, обалдев от счастья. Я – Женуария. Помощница хозяйки.

Отдохнуть – это лучшая идея за сегодня. Тем более, раз так подфартило и денег за постой с них не возьмут. Вот только…

– Уважаемая Женуария, а меня вы знаете? – спросил я, стараясь выглядеть как можно более беспечным, хотя внутри все покалывало от тревоги. Что, если нет? Как быстро вернутся воспоминания? Как вообще без них жить?!

Гномиха пригляделась:

– Простите, господин, у меня отличная память на лица. И вас я вижу в первый раз.

Внутри словно что-то оборвалось.

– На Кевина напали, и он ничего не помнит. Но у него был ключ, который нас перенес сюда. И Кевин знает это место, а я совсем нет. Я вообще не подозревала, что другие миры – это не сказки! – затараторила Мари.

Красивое, кстати, имя и ей подходит. Ладно, на улицу нас не выкинут и то хлеб. Будем начинать с малого. Однако после слов блондинки, гномиха прямо-таки вцепилась в меня взглядом.

– Вы, значит, перенесли? И, правда, ничего не помните?! – скептически переспросила она.

Гномы вообще недоверчивы, а тут бы и я сам подумал на ее месте, что вру, преследуя какую-то свою цель. Уж слишком избирательно подтерлась моя память.

– Термин «путешественник» вам о чем-нибудь говорит?

Внутри что-то обрадовалось и екнуло: на этом и все. Я помотал головой.

– Ладно, утро вечера мудренее. Все, что знаю, завтра расскажу. Только там такие крохи, что вам, господин, это вряд ли поможет.

Я ничего не имел против «господина», но когда с блондинкой общались на «ты», как со своей, а со мной настолько отчужденно – почему-то задело.

– Давайте на «ты», я парень простой.

– Давай. А вот насчет простого – не уверена. Резерва у тебя… почитай с десяток моих.

Я аж подавился от неожиданности слюной. Выходит… я правда маг? Демоны побери, как же оказывается паршиво быть все забывшим магом! Полная беспомощность.

– Ладно, Мари, пойдем я тебя в мамину… теперь в смысле твою, комнату провожу. Там, кстати, под кроватью чемодан. Помнится, она, уезжая, шутила, что наследство для потомков. Вот, значит, дождалось.

Она смахнула рукой, снова набежавшие слезы. И тут же деловито распорядилась давно забежавшему в комнату и замершему чуть в стороне гному:

– Биби, размести, пожалуйста, пока нашего гостя. А я потом разогрею и отнесу ему ужин.

Судя по возрасту, мужчина мог быть ее мужем.

## Глава 5. Мари

Женуария ушла, а я, закрыв на задвижку дверь, первым дело скинула ненавистные балетки и огляделась. Чистая, просторная комната. Деревянный потолок с массивными балками, полочки на стенах. Большое закругленное окно, с рамой, разбитой на мелкие квадраты. Несколько горшков с цветущими растениями на подоконнике и полках делали комнату уютной и жилой, как будто она не стояла без хозяйки пару десятков лет.

Под окном – длинный стол, на котором сохранились книги, писчие принадлежности и какие-то флаконы. Большая кровать с тумбочкой и пара зажжённых бра в изголовье. Я обратила внимание, как Женуария гасила в зале лампы. Просто подносила руку и прикасалась к днищу фонарика. Попробовала – свет начал тускнеть, пока совсем не погас. Убрала руку и повторила. Огонек появился и снова разгорелся на полную. Хм… любопытно. Датчики или магия?

Впрочем, все это подождет. Я нагнулась и заглянула под кровать. Чемодан, про который говорила помощница, там действительно был. Помедлила с минуту – боязно немного встречаться с маминым прошлым. Что там может лежать? Вздохнув, я все же протянула ладонь, ухватила чемодан за ручку и извлекла на свет. Кожа старая, потертая, а местами даже и с трещинами. Видимо, вещь не щадили, и она много поездила по миру. С замирающим сердцем я отщелкнула металлические замки, удивительно мягкие и бесшумные для такого старого чемодана.

Внутри лежали книги, карты, несколько тетрадей, где маминым почерком были выведены заметки, пара юбок, блуз и жилетов а-ля «официантка – средневековая версия», строгое платье, шляпка к нему, перчатки, пара шерстяных чулок с поясом и… сковородка! Добротная, чугунная. Такая безукоризненно чистая и гладкая, что, похоже, ей и не пользовались. Может, чей-то подарок? Я достала ее и поставила на стол. Снова наклонилась к чемодану, чтобы взять почитать мамины записи и тут…

Сковородка на столе легонько завибрировала и из нее «выделился» огненный призрачный кот. Еще пара секунд, и он обрел вполне плотную материальную форму, хотя и остался слегка горящим.

– Ой, да ну неужели! Прямо выспаться не дали! – кот фальшиво зевнул. – Пр-рошло-то всего… – он поднес лапу к глазам, словно на ней были надеты часы, – двадцать два года.

– Прости, пожалуйста! – дрожавшим голосом произнесла я. Имею право! В конце концов это мой первый разговор с котом, когда он к тому же отвечает! – Я не знала, ни что мама мне оставила наследство, ни про тебя, ни про таверну, вообще ни про что.

– Наследство? – голос существа дрогнул, даже языки пламени вокруг как-то резко поблекли. – То есть Кати́ мер-ртва?

– К сожалению, да, уже десять лет.

– Вот оно что… Соболезную. Вообще, свободным быть удобно, только вот бесхозным – как-то тоскливо. Давай тогда уж знакомиться, р-раз теперь нам работатьсамимур! – последние слова он произнес так быстро, что я не сразу разобрала.

Но существо уже подало лапу для пожатия. Я протянула в ответ ладонь, однако замешкалась. Котик-то огненный, вон какие всполохи по шерстке!

– Да не трусь! Для своих негор-рячий!

Я решилась и прикоснулась к пылающей лапе. Она была комфортно-теплая и мягкая, абсолютно кошачья на ощупь. Я приободрилась.

– Мари! Приятно познакомиться, Мур!

– Да не Мур-р же, а Ур! – недовольно проурчало существо. – Это др-ревнее имя, «огонь» по-эльфийски обозначает, а не какой-то там кошачий позывной.

– Ой, извини. Я подумала, раз ты кот…

Брови на морде Ура возмущенно поползли вверх:

– Какой я тебе кот?!

– Э… джин, только живешь в сковородке? – предположила я.

– Еще чего! Я никаких желаний не исполняю! Я просто в ней живу. Свободно! Хочу пр-рийду, хочу уйду.

– То есть, ты можешь ее покинуть насовсем и поселиться… например, в кастрюле?

Ур опасливо глянул на сковородку.

– Могу. Но зачем?! Сковор-родка меня всем устраивает, можно сказать, родовая усадьба. Потом носить тебе ее с собой будет удобно, если что. И как ор-ружие использовать можно. Незаменимая для девушки вещь!

– Фамильяр? – продолжила допытываться.

– Пф-ф! Ты разве ведьма?!

– Теперь уже и не знаю, – вздохнула я. – Женуария говорит, что во мне есть магия. Но я вообще ничего не умею!

– Ты – хр-ранительница перехода между мирами! – поучительно и торжественно произнёс Ур. – Я – твой хр-ранитель. А поскольку «хр-ранитель хр-ранительницы» звучит, мягко говоря, не очень, предпочитаю себя называть хр-ранителем хозяйки таверны. Теперь все разъяснил? Или еще вопросы есть?

– Есть. Что ты умеешь, как хранитель?

– Могу спать, потягиваться, лапы облизывать…

Спать! Тоже мне помощничек! Видимо, Ур заметил мои расширяющиеся от удивления глаза.

– Шучу, – вздохнул он. – Совсем ты без чувства юмор-ра, хозяйка. Что я могу? Да хоть что! Я же магическое существо! Любые дела по таверне, какие распорядишься. Обережные чары на тебя накладывать. Уму-р-разуму учить. По цепи ходить и сказки рассказывать! Снова шучу! Для последнего мне и барного стула достаточно, к чему архаичный реквизит? Ты же девушка прогр-рессивная.

– А откуда ты про последнее знаешь? Мы же первый раз видимся.

– Так в Эверленде ночные рубашки скромнее, чем на тебе платье! Значит, ты оттуда, где автомобили, эмансипация, гаджеты, виджеты… Был там раз с твоей матушкой. К счастью, вовр-ремя понял, что не мое это место. Жить я бы там мог лишь в смертной форме рыжего кота, без магии и речи. Это ж жесткая дискриминация и фор-рменный геноцид меня как хранителя!

Воспоминания о родном мире вызвали во мне волну тоски. Хозяйка таверны! А если я не умею? Не готова? Хочу назад к ноутбуку, и всему, про что Ур только что разглагольствовал. С другой стороны – пути назад все равно пока нет. А здесь вполне неплохо. Необычно. Интересно. Опять же я – и вдруг маг! Неужели получится?!

– Урчик, – ласково обратилась я. – Мне страшно здесь и одиноко. Я в отделе цифры по программам гоняла, а тут… существа живые. Разные! Хозяйство опять же. Вдруг… Я не справлюсь? Я же не моя мама.

– Вот еще! – фыркнул огненный кот. – Все сумеешь! Хранительница – это же не с бугра упал, а наследственная магия! Не умеешь – научу.

– Не захочу – заставишь?

– Зачем это? – сощурился Ур. – Я тоже прогр-рессивный. Азы психологии знаю. Будет надо – стану пробуждать в тебе интерес и мотивир-ровать. А не будет – так и смысл заставлять?!

– Ты славный! – выдохнула я и на эмоциях схватила кота в охапку и крепко прижала к груди.

От теплоты его мягкого тела страх и напряжение начали таять. Все будет в порядке! Новая жизнь, полная открытий и приключений! И дорогу домой я тоже обязательно найду!

Ур, на минуту замерев, завозился и, выпрыгнув из объятий обратно на стол, выразительно отряхнулся.

– Бюст у тебя, конечно, что надо, но давай договор-римся: без разрешения не тискать и не гладить. Я! Не! Кот! И «Ур»! Мне годков-то знаешь, раз в пять больше, чем тебе. Проявляй уважение! Без всяких там Ур-рчиков, Урчуш, Урчунь и прочего сюсюканья!

– Конечно, ваше хранительство, как скажете! – и я, прыснув от его важности, изобразила неумелый книксен.

– А, юмор-рок все-таки прорезается! – констатировал Ур, облизывая лапу, которую я до этого пожимала. – Хор-рошее качество. Пригодится, когда придется выпутываться.

– Из чего? – опешила я.

– Из того, во что впутаешься, – резонно пояснил «не кот».

– А если я не впутаюсь?

– Тю! Готов делать ставки!

Нет уж! Не такая я дура, чтобы спорить, о чем не знаю в незнакомом мире. Обживемся – увидим.

– Не надо ставки. Ты мне просто стать настоящей хозяйкой помоги, а я в долгу не останусь. Что-то же ты любишь?

Ур задумчиво почесал белую манишку на шее, потом снова протянул лапу.

– Договор-рились!

## Глава 6. Мари

В дверь постучали. Я вопросительно глянула на «не кота». Он на меня.

– Прятаться не будешь? – пояснила я свой взгляд.

– Зачем? – искренне изумился Ур. – Чужие здесь не ходят. Свои не удивляются. Подумаешь огненный хр-ранитель! Это же не эльф, жующий колбасу. Кстати, запомни как дважды два – эльфам мяса ни в каком виде не предлагать, обор-ротням стейки слабо прожаривать, драконам – что угодно, главное побольше. И это, вампир-рам кровезаменитель в холодильнике на верхней полке. Но они здесь редкие гости.

– Вампи… – начали у меня увеличиваться глаза. Вот про них как-то Кевин деликатно умолчал.

Стук раздался снова. Ой! Я вскочила с кровати и поковыляла ко входу. Мозоли болели. Надо, что ли, перекись попросить, обработать.

В спальню вошла Женуария с подносом. Комната сразу наполнилась ароматом борща и гренок с чесноком. Желудок, не видящий много часов даже маковой росинки, сжался и заныл. Женщина поставила посуду на небольшой столик, который я, занятая чемоданом, умудрилась не приметить.

– Сегодня уж что осталось, а завтра заказываете на свой вкус, – улыбнулась она и, окинув меня теплым взглядом, обратила внимание на босые, стертые до крови ступни. – Мари! Да что же ты молчала! Ну-ка садись на кровать и клади на нее ноги, еда все равно пока горячая. Сейчас быстро все исправим!

Я послушно села. Женуария наклонилась, почертила в воздухе над каждой мозолью странные знаки и что-то прошептала. В следующее мгновение новая кожа покрыла раны, как будто их и не существовало, и боль ушла. Не веря собственным глазам, я протянула ладонь и потрогала места, которые были растерты еще полминуты назад. Ничего! Абсолютно! Эта была первая магия в действии, которую я не только увидела, но и осознала. Кажется, даже ключ-портал потряс меня меньше.

– Это же… настоящее волшебство! Спасибо огромное! – с восхищенным придыханием произнесла я.

– Да пустяки! – зарделась Женуария. – Я же не целительница. Только и могу вот по мелочи – ранки, мелкие ожоги, зубную боль.

– О-о-очень, кстати, полезное умение! Я как-то маялся, точно знаю! – проговорил кот-хранитель, выходя из-за кровати.

– Ур?! – изумилась Женуария. – А ты откуда тут?

– Да я как бы и не уходил. Спал себе спокойно в чемодане до возвращения хозяйки, как мы с ней и договар-ривались. Отдохнул немного. А то живешь-живешь, как белка в колесе крутишься. А ты расцвела, похор-рошела…

Женщина снова смутилась.

– Брось, рыжий, не льсти! Знаю я, что раздалась, да и морщинки. Я тебя и просто так сметанки налью.

– Ты ешь? – почему-то изумилась я, оглядываясь на Ура.

Как же он тогда столько лет провел в чемодане?!

– Стр-ранный вопрос! Ты пиво пьешь?

– Нет, не люблю – оно горькое.

– Ну хор-рошо, не пиво, а настоечку вишневую, сла-аденькую?

– Э… Могу в хорошей компании, немного. Для удовольствия.

– Вот! Пьешь, хотя можешь и не пить. Так и у меня со сметаной – для удовольствия. Кстати, не удивляйся, если вампиры пир-рожное закажут или там картошечки жар-ренной. Они есть не будут – гадость для их вкуса редкостная. Но ностальгия по живой жизни – вещь странная. Будут сидеть, нюхать и вздыхать. Так что мотай на ус! Ур-р плохого не посоветует!

– Ладно, кушай и ложись отдыхать, – спохватилась помощница. – Посуда заговоренная – она сама пропадет и в мойке появится, вымоется и на полку встанет. Твоя мама, кстати, заклинание оптимизировала – до этого тарелки только до кухни и добирались.

– Женуария, а расскажите сейчас, а? Почему мама покинула это место, ну и вообще. А то я не усну.

– При одном условии! Ты садишься, ешь и меня слушаешь. Вон какая тощая! В чем душа только держится.

Я кивнула, нырнула за стол и, схватив ложку, навострила уши.

Женщина села на самый краешек кровати и заговорила.

– Твои родители встретились в таверне. Отец не был путешественником, но как-то так случилось, что оказался здесь, хотя родом из того, техногенного мира. Они влюбились, поженились, а потом, когда Катя забеременела, решили вернуться в мир твоего отца. Хозяйка считала, что таверна не лучшее место, чтобы растить ребенка. Ему нужны друзья, нормально образование и много еще чего. Мы договорились, что они уйдут, а когда ребенок подрастет, то сам решит – оставаться ли ему там или возвращаться с родителями в таверну. А вон оно как вышло…

И у Женуарии снова заблестели слезы в глазах. Я бросила ложку, которой перед этим исправно и быстро заливала в себя борщ, и пересев к ней на кровать, обняла за плечи. Женщина похлопала меня по руке.

– Я нормально, нормально. Иди, доедай. И греночки не забывай с сальцом, у нас все продукты – высший сорт.

Пересев обратно, я показательно схватила аппетитный кусочек черного поджаренного хлеба и укусила, всем своим видом демонстрируя, что готова слушать дальше.

– Так и все. Больше я ничего не знаю. Только это… пока хозяйки в таверне нет – дорога путешественникам сюда закрыта. Вот уже два десятилетия работаем только для жителей трех миров. А теперь ты тут – аура изменилась, порталы распечатаются. Надо ждать. Не скоро, правда. Когда еще, кто вспомнит про ход, который столько времени был, считай, заколочен.

– А что же мама, уходя, не знала, что без нее здесь… не все работать будет?

– Да как же не знать! Только тут каждый выбирает по себе – у путешественников своя жизнь и проблемы, у твоей мамы свои. Она не пленница таверны и имела полное право распоряжаться своим даром. Так и ты можешь распоряжаться своим. Понравится – останешься. Нет… Ну на нет и суда нет.

Я хотела спросить что-то еще, но вопросов в голове роилось слишком много, а глаза уже начинали слипаться.

– Пей чай с ватрушками и ложись, – поднялась Женуария. – Завтра вам надо бы съездить в город – одежды купить, да спутника твоего целителю показать. Может, и вправит ему память.

Женщина была столь заботлива, как будто к ней вернулась близкая родственница. Если не дочь, то, по крайней мере, племянница. Мне стало неловко.

– У нас и денег нет, – честно призналась я. – Могу убираться, посуду мыть…

– О! А магия для чего? Не волнуйся, всему научишься. А деньги в таверне есть. Постояльцы исправно платят, я аккуратно слежу! Жалование забираю – остальное в копилочку. Сейчас как еще путешественники пойдут, и вообще, зажируем, – Женуария засмеялась и, ласково чмокнув меня в макушку, вышла из комнаты.

## Глава 7. Кевин

Биби отвел меня в последнюю комнату на первом этаже. Вероятно, специально, чтобы я не знал, где разместили Мари. Что они вообще обо мне думают? Что я полезу среди ночи к малознакомой девице?! Ну симпатичная и что? Таких как листьев в лесу. И вообще сомнительно, что девица. В техногенном мире мало кто сохраняет невинность до двадцати двух, это в порядке вещей. Вот откуда я это знаю?! Может, я там живу? Но на Земле, как свой мир называет Мари, нет магов. Женуария сказала «путешественник»… Это тот, кто мотается по мирам? Я же вспомнил про контрабандиста. Здесь купил, там продал? Всякую запрещенку? Точно! Неофициально правило путешественников – не нарушать естественный ход событий в мирах: не передавать предметы, заклинания, не вмешиваться в историю… И почему-то думается, что все его втихаря, хоть по мелочи да нарушают. Ура! Это уже что-то! Может, надо просто больше лежать и думать, и все само собой придет?

В любом случае сейчас мне хотелось бы в первую очередь в душ, а потом жрать. Вот именно так: есть мне хотелось часа три назад. Сейчас, кажется, был готов уничтожить быка целиком! Ну ладно, это, конечно, преувеличение, я же точно не удав. Но утку бы смолотил не глядя. Фаршированную яблочками, апельсинами… О, а у меня губа не дура! То-то я думаю, что мне макароны пресными показались! Ускоренное заживление ран расходует магический резерв, магический резерв, восстанавливаясь, тянет силы из тела – хочется есть, спать и все такое. Ну… слава богу, хоть какие-то базовые понятия о функционировании магии у меня сохранились!

Во всем мирах колдуют по-разному: где-то маги видят волшебные нити вокруг и «плетут» из них заклинания. Со стороны кажется, что просто странно двигают пальцами. В других местах действительно двигают пальцами, создавая особые знаки и подкрепляя их силой слов. Иногда используют специальные палочки как концентраторы, чтобы чертить символы в воздухе. В-третьих, зачастую те же символы, наносят как руны на тела или предметы… И это далеко не все варианты использования магического фона. Как понять, что умею я?

Выдвинул руки перед собой и повертел. Растопырил пальцы, подвигал вразнобой. Попытался создать какие-то фигурки. Но складывалась в основном либо фига, либо… уж совсем неприличное. Мышечная память не просыпалась и ничего не подсказывала. Тогда я закрыл глаза и попробовал начертить пальцем на ладони. Бессмыслица какая-то… Хорошо никто не видит, как я тут дурью маюсь. По-другому и не назовешь. Все-таки надо в душ. Хотя он вряд ли есть в этом месте. Приличные таверны, как правило, используют для купаний огромные бадьи, за дополнительную плату. Я без денег. Хм-м… Странное ощущение. Видимо, состояние для меня и правда новое. Вдруг я действительно принц? Хорошо бы было. Вот только не за это ли меня по черепушке приложили? Опасная, однако профессия!

А, черт с ними с деньгами! Завтра поеду в город, осмотрюсь. Можно по идее в охрану наняться. Чувствую, драться я умею. Понял это, когда Мари спросила – сразу как-то организм подобрался, мышцы напряглись… Нет, без ванны я до завтра даже не доживу. Пойду все-таки узнаю.

Я вышел в коридор и почти столкнулся с гномихой, несущий поднос. От него шли такие ароматы! Аж все органы внутри перевернулись, а желудок и вообще подскочил к горлу, чтобы ему быстрее что-то досталось. Освежиться, по идее, можно и позже. Главное – не утонуть потом заснув.

– Дорогая Женуария, а есть ли у вас место, где можно искупаться? – спросил я, возвращаясь следом за ней в свою комнату.

– Купальня есть. Воды из колодца натаскаешь – я магией нагрею.

– Святая женщина! – воскликнул я, вылавливая из борща самый крупный кусок мяса.

– А вот подлизываться не надо! – вежливо сделала замечание Женуария, но при этом засмущалась. – С тебя работа, с нас еда. Уговор?

– Без проблем! А что нужно?

– Воду вот таскать. Утихомирить, если кто из постояльцев перебрал. А завтра Биби коляску запряжет – съездите в город. Пройдешься с хозяйкой по магазинам, ей приодеться надо, как для наших миров полагается. В качестве охранника пройдешься! – выделила последнюю фразу гномиха и выразительно зыркнула.

Тоже мне нашли, растлителя девиц! Как будто других проблем нет!

– Я список напишу. Да и тебе, – Женуария окинула мою одежду сомнительным взглядом, – стоит сменить гардероб, на то, что в таверне попривычнее. И оружие купи приличное, которым пользоваться умеешь.

– А что, в таверне неспокойно? – уточнил я, хотя не услышал в ее голосе ни нотки тревоги. Но в теле снова образовалось напряжение, готовность к схватке. Все-таки опыт у меня точно есть, пусть и непонятно пока какой именно.

– Всякое бывает, – уклончиво ответила Женуария, направляясь к двери. – купальня по коридору до конца и налево. Выход во внутренний двор к колодцу рядом. Ведра там увидишь.

Я даже не заметил, как проглотил остатки борща и уже пододвинул к себе аппетитную отбивную с молодым картофелем и овощным рагу… как сообразил, что на полный желудок таскать ведра не здорово. Ладно, ужин, пожалуй, подождет. Эти блюда и в холодным виде вполне съедобны. Я вздохнул, поднялся и направился, куда указала гномиха.

Было непонятно, есть ли сейчас в таверне постояльцы, потому что в целом на этаже стояла тишина. Эх, надо спросить, как долго они еще задержатся в Эверленде. Должно же быть у Женуарии что-то вроде примерного графика ветров. Наверняка! Иначе как бы она планировала завтрашнюю поездку в город? Это меня как-то приободрило. Или просто борщ дошел уже до каждого органа и все их задобрил. По идее можно задержаться и в таверне поработать несколько дней. Глядишь, за это время либо память восстановится, либо хоть про путешественников разузнаю побольше.

Дверь в купальню была приоткрыта, и в глаза сразу бросилась бадья и полка с полотенцами, сложенными аккуратно стопками. Я остановился на пороге и задумался. На глазок так… ведер сорок. Потом развернулся и вышел во внутренний дворик. Колодец располагался шагах в двадцати, не больше. Работы часа на пол. Точно ли мне нужны водные процедуры? И тут понял, что да. Хочу! Будем надеяться, что я хотя бы не оборотень-русал, вот будет кипиш! Пока просохнешь, чтобы хвост обратился в ноги, это ж сколько времени пройдет! Не ползти же до комнаты рыбиной всей таверне на потеху…

Обо всем этом я уже размышлял, крутя ворот и вытаскивая полные ведра одно за другим. Интересно, а русалы вообще бывают, или это что-то из детских сказок? Пока можно лишь с уверенностью утверждать, что я не гном, не вампир и не эльф. Так-то могу быть хоть оборотнем, хоть драконом, хоть тритоном. Любым видом в принципе, у которого есть метаморфное состояние с человеческой формой. Ого! Метаморфное состояние! Вряд ли в Эверленде кто-то так выражается. Может все-таки родной мир Мари и мой? Откуда тогда я все здесь знаю? На Земле нет магии. Не считая тех катастрофически малых крупиц, которые пытаются использовать редкие природные ведьмы и шаманы.

За работой моя мысль убежала куда-то в дальние дали, хотя новых правдоподобных идей не подкинула. Когда я уже выливал последние ведра, появилась Женуария. Она пробормотала заклинание, производя над водой быстрые движения пальцами и одобрительно кивнув, вышла из ванны. Я, конечно, попытался запомнить слова и пассы… Но куда там! Слишком быстро и нечетко, придётся-таки попросить показать напрямую.

На всякий случай опустил руку в бадью. Красота! В меру горячая, вот прямо что доктор прописал! Быстро разделся и… на минуту замер. А вдруг и правда русал? Да была не была, сейчас и узнаем. Сел по шею в воду, благодатно расслабился и прикрыл веки. Какой же все-таки кайф! Потом вспомнил про хвост и быстро открыл. Фух… Нет! Как были ноги, так и ноги. Значит, я просто чистоту люблю. Сейчас бы еще пены!

И она появилась! У меня аж челюсть отвалилась, и я с подозрением огляделся по сторонам – это я как-то наколдовал или таверна желания исполняет? А ну-ка… Я закрыл глаза и представил плавающий поднос с бутылкой хорошего бренди и бокалом. Качественно представил, со всех ракурсов. Приоткрыл один глаз – пусто. Второй – то же самое. Эх-х-х… Ну и ладно, мне и так хорошо!

И тут резко открылась дверь, заскочила Мари, и, не ожидая, видимо, меня здесь увидеть, застыла на пороге с широко распахнутыми от изумления глазами.

– Спинку потереть пришла? – ухмыльнулся я.

Девушка порозовела, отмерла и выскочила, хлопнув дверью. Я снова закрыл глаза и расслабился. Представил, как блондиночка, вместо того чтобы удирать, подходит к бадье и стягивает свой сарафан. Бюст у нее высокий, упругий, пока мне рану обрабатывала, я даже с адской головной болью это заметил. Попробуй проигнорируй, когда такая соблазнительная ложбинка прямо перед тобой маячит! И сзади тоже не плоскодонка! Это уже в поле разглядел, пока от троллей прятались. Ну и вот, значит, она стягивает сарафан, поднимается по лесенке…

Что-то тяжелое, хотя на этот раз мягкое, резко опустилось мне на голову, и я от неожиданности ушел под воду целиком. Сразу вынырнул, конечно, глаза открыл и отплевался. Сидит передо мной на кромке бадьи кот. Огненный и сухой совершенно. Мокрый огонь где-нибудь видели? То-то и оно. Я оглядел ванну – больше никого, и ничего, что могло бы мне помешать наслаждаться жизнью.

– Ты кто? – недовольно спросил я, не совсем уверенный, что это не галлюцинация.

– Я хр-ранитель хозяйки, а вот ты кто?! – недобро проурчало существо.

– Кевин.

– Это лишь имя, я о др-ругом спросил.

Ишь какой философ!

– Я бы это тоже хотел знать, – буркнул я, берясь за мочалку и намыливая ее.

Некогда мне тут со всякими разговаривать: мыться, есть и спать. Вдруг завтра память вернется.

– Ты мне не нр-равишься! – вынес вердикт кот. – Лежишь тут, улыбаешься подозрительно…

– Ты мне тоже, – отрезал я, начиная злиться. – Появился, всю фантазию испортил!

– Знаю я вашего бр-рата! Даже спрашивать не буду, что ты там навоображал! По морде твоей похотливой все ясно! А у нас пр-риличное заведение, так что дер-ржи руки от Мари подальше, а все остальное вообще в запределье.

И кот испарился. Ну или телепортировался. Похоже, я раньше с хранителями хозяек дел не имел. Попробовал снова настроиться на релакс, как эта огненная ряшка опять появилась на краю бадьи.

– Я р-решил, что и пены ты недостоин! – щёлкнул пальцами на лапе, и вода вмиг отчистилась.

– Ты…

Кот уже снова пропал, так что возмущаться было бессмысленно. Как вообще можно щелкнуть мягкой лапой?! Защитничек нашелся! Удовольствие улетучилось вместе с белыми облаками на воде. Я вздохнул и выбравшись, начал вытираться. Лишь бы быстрее вернуть память и убраться к себе домой, или куда я там шел.

## Глава 8. Мари

Ватрушка была превосходная! Тесто прямо таяло во рту, и от наслаждения я аж зажмурилась и чуть ли не заурчала, как кот. Запив сдобу слегка остывшим чаем, я, едва успев прикрыть рот рукой, зевнула. Еще раз осмотрела комнату: обычно в гостиницах нашего мира при номерах был санузел. Но в таверне такая роскошь, похоже, не предусмотрена.

Наблюдающий за мной Ур, верно оценив мой взгляд и последующее разочарование, хмыкнул:

– Пошли, пр-ровожу!

И спрыгнув с кровати, с гордым видом направился к выходу. Я быстро скользнула назад в балетки и последовала за ним. Пройдя около половины коридора, кот выразительно остановился около двери, на которой висела недвусмысленная табличка с ночным горшком. Я дернула за ручку – заперто.

– Ясно, идем дальше, – промурлыкал хранитель и направился к лестнице на первый этаж.

Здесь пройдя несколько шагов по коридору, Ур неожиданно растворился в воздухе. И куда теперь? Хорош проводник, ничего не скажешь! Я двинулась дальше в выбранном направлении и скоро увидела аналогичную табличку. Войдя внутрь, оказалась в небольшой комнатке с двумя дверьми, и, как назло, выбрала правую. Как назло, потому, что за ней скрывалась не уборная, а светлая комната с огромной деревянной бадьей посредине, в которой блаженно возлежал Кевин. К счастью, над пеной возвышались только голова и верх торса. Я опешила и одновременно разозлилась: откуда ж по мою душу этот красавчик свалился? Уже приоткрыла рот, чтобы извиниться, но услышала вкрадчивое:

– Спинку потереть пришла?

Какой же наглец! Выскочив за дверь и, не без опаски рванув на себя соседнюю, я оказалась там, где изначально и планировала. Раз я теперь хозяйка, надо будет развесить на дверях точные таблички. А лучше, если это можно сделать с помощью магии и вообще лампочки, как у нас в рентген кабинетах – горит – значит, занято. А то ходят тут всякие и не запираются… А лучше всего, конечно, придумать, как создать удобства в каждой комнате. Хотя бы душ. Вот только осмотрюсь.

… Жених на новом месте мне не приснился. Может, потому, что разозленная самодовольством Кевина, я была слишком сердита, чтобы об этом думать. Может, потому, что просто забыла произнести положенную для гадания фразу. И вообще, признаться, после первого брака второй раз наступить на грабли мне не хотелось. И тогда стоило бежать сломя ноги, как только услышала его фамилию – вселенная же подсказывала, давала знаки! Но я втрескалась, как дура и с упорством барана их игнорировала. А Кевин даже фамилию не помнит. Вдруг там и еще что покруче?! Да и вообще, с чего я взяла, что приснился бы Кевин? Вдруг меня уже где-то ждет настоящий принц на белом коне? Впрочем, меня и безлошадный устроит, лишь бы человек хороший… Или не человек. Только сейчас пришло в голову, какие передо мной открываются перспективы! Можно же влюбиться хоть в дракона, хоть в эльфа! Даже в оборотня! Хотя… их принцы вряд ли ездят по тавернам.

– Пр-роснулась? – раздалось в ногах.

А, вот что это была за теплая приятная грелочка! Потянувшись, я села на постели.

– Уже да!

– Уже! – хмыкнул Ур. – Уже экипаж заложен, и все позавтр-ракали. Только тебя и ждут.

Я быстро подскочила к возникшему откуда-то тазику на столе и стоящему рядом кувшину для умывания.

– Что же не разбудили?! Неловко-то как…

– Кто же станет будить хозяйку? – недоуменно протянул хранитель. – Ты же хозяйка! Когда хочешь – тогда и встаешь. Куда хочешь, туда и идешь.

«Ишь, какая у меня, оказывается, свобода!» – подумала я, старательно начищая зубы порошком.

Но свобода – это не безответственность. Надо впредь составить себе план и график дня, если я хочу заслуженно называться хозяйкой. Иначе я так и останусь «девочкой за третьим столом» – начальник отдела за год даже не удосужился запомнить мое имя. Надев на себя строгое мамино платье из чемодана, которое пришлось мне впору, со вздохом свои балетки – ноги снова растирать не хотелось, но выбора не было – и, собрав волосы в аккуратный пучок, я сообразила, что здесь у меня нет ни шпилек, ни косметики, ни чего бы то ни было. Я распустила пучок и собрала волосы в наверняка непривычный для этого мира простой низкий хвост. Раз ехать до города целых три часа, надо бы взять у Женуарии лист и ручку и составить собственный список.

–

– Ты со мной в город поедешь?

Уточнила я у Ура. Не то чтобы он мне там был нужен, просто из вежливости.

– Хотел, – как мне показалось, с грустью вздохнул огненный кот. – Но посмотрел, как Женуар-рия одна зашивается, и устыдился. Она хоть и р-работящая как все гномихи, но у нее не десять рук. Если ты можешь обойтись без моей помощи, то лучше останусь, помогу по хозяйству.

– Конечно! А она гномиха?! – поперхнулась я.

Никогда бы не подумала! Мне они почему-то, представлялись совсем мелкими.

– А то кто же!

– Почему она тогда не приняла еще работников, раз средства есть? Или… сюда никого нельзя принимать? Секрет межмирья и все такое?

Ур задумался.

– Можно, в принципе. Навер-рное. Только я, сколько здесь живу, никого постор-роннего не видел. Пока я спал, Женуарии сперва младшая сестра помогала, потом подр-росшая дочь. Но обе вышли замуж и уехали. Дочь всего-то пар-ру недель назад. Я с утра уже таверну осмотрел, гномов расспросил. Хранитель должен быть в кур-рсе всего!

Вот оно значит как! Вовремя меня судьба сюда закинула. А может, так и было предопределено? Решив, что погружаться в философские мысли стану как-нибудь потом, а сперва у нас шопинг, я спустилась в зал. Из посетителей здесь находилась лишь пара с двумя маленькими детьми, которая как раз встала из-за стола и направилась к своей комнате. Я вежливо поприветствовала их, с удовольствием осознавая, что понимаю язык. Словно догадавшись, о чем я думаю, Ур пояснил:

– Как хозяйка тавер-рны ты будешь понимать и воспроизводить любую речь в любом из мир-ров. И даже не замечать этого. Такой у тебя дар. Более того, в тех мир-рах, где нет людей, например, у эльфов, тебя будут видеть, как свою. Даже в зеркалах будешь отражаться эльфийкой.

– Ого! Какой полезный дар! А почему ты говоришь «в мирах»? У драконов же живут люди?

– Да, но, если ты с путешественниками решишь пойти в чужие мир-ры, среди фей – будут видеть, как фею, в мире элементалей – как элементаля.

– А такие есть? – оживилась я.

Вообще любопытство, которое не одну кошку сгубило, было частью моей натуры.

– Я не встр-речал. Но чего только нету!

В это время в зал зашли Женуария с Кевином. Я улыбнулась, поприветствовав обоих и постаравшись сделать вид, что нашей незапланированной встречи с парнем вчера не случилось. На Кевина был накинут темно-серый плащ. Судя по тому, что он едва доходил ему до колена, и было явно видно, что так не задумывалось – одолженный у Биби. Вероятно, конспирация потребовалась, чтобы не смущать горожан слишком нестандартной для Эверленда одеждой. Хотя казалось бы – рубашка и рубашка, брюки и брюки. Впрочем, да. Вышедший из зала джентльмен выглядел совсем по-другому: брюки со штрипками[1], рубашка с кружевной манишкой[2] и шелковый жилет.

– Вот список, здесь адреса заслуживающих внимание магазинов и перечень необходимых тебе вещей. Все остальное бери на свой выбор, денег хватит, – и Женуария протянула тряпичный кошелек, туго набитый монетами.

Что, прямо так его нести?! Это же мечта для грабителя!

– А как у вас здесь с кражами? – высказала я завуалированно свои опасения.

Женуария улыбнулась:

– Не слишком спокойно. Поэтому второй такой кошель у Биби. Муж будет оставаться у экипажа, и к гному, в отличие от молоденькой девицы, карманники не привяжутся. Как истратите содержимое первого, он вам отдаст второй. За твоим же кошелем следить поручено Кевину. На сегодня он твой охранник.

– Ага! Работаю за еду и ванну! – вставил парень и подмигнул.

Пока Женуария отвернулась, я не выдержала и скрючила Кевину язвительную мину. Подкалывать он меня еще будет!

– Ну что? В добрый путь! – проговорила гномиха, обнимая меня «на дорожку».

Я вышла за дверь. День был чудесный! Солнечный, теплый, щебетали птицы. А перед входом стоял экипаж, напоминающий кебы из фильмов про Шерлока Холмса. Ну что ж – привет, дивный новый мир! Я еду тебя осваивать!


[1]Штрипки – тесьма, пришитая к концу брюк и охватывающая ступню под башмаком, чтобы поддерживать брюки натянутыми.

[2] Манишка – нагрудная вставка из белой ткани, пришитая или пристёгиваемая к рубашке.

## Глава 9. Мари

Я никогда так долго не ездила в экипаже! Три часа! Три!!! Несмотря на современные рессоры и дополнительное заклинание, нейтрализующее укачивание, я дико измучилась и, выбираясь на волю, чувствовала себя роботом, у которого заело разом все соединительные шарниры.

Город был похож на ожившие кадры исторических фильмов – двух и трехэтажные здания; уютные входы в магазинчики на первых этажах; кованые фонари около ярких вывесок и периодически проезжающие мимо коляски и экипажи. Заведение, около которого Биби остановился, было первым в списке, и над ним красовалась табличка «Леди Синзераль». Я, чувствуя себя путешественницей во времени, толкнула внутрь дверь и остолбенела.

Ожидала увидеть, что-то вроде небольшой лавки, а попала в огромный, разделённый на секции и ярко освещенный зал. Перед каждой секцией, в качестве рекламы, стояли выточенные из дерева вешалки-манекены, на которых красовалась одежда, размещенная в отделе: праздные платья, повседневные, рабочая одежда, верхняя, белье, вещи для девочек… Боже мой! Как здесь все это помещалось?! Кажется, последнюю фразу я произнесла вслух, потому что Кевин, сопровождающий меня, хмыкнул и пояснил:

– Заклинание расширения внутреннего пространства. Ресурсоемкое и дорогое, однако популярные магазины могут себе подобное позволить.

На ближайшем ко входу манекене было надето роскошное вечернее платье: пышная юбка в пол, фижмы, причудливая вышивка серебряной нитью. Тончайшее кружево на расклешенных манжетах. В детстве, мечтая стать принцессой и танцевать на балах, я что-то такое и представляла. Но как может продаваться подобное произведение искусства и рядом «рабочая одежда»?

– Неужели в Эверленде нет сословных предрассудков? – скрепя сердце проходя дальше, прошептала я Кевину.

– Что именно тебя удивило? – не понял мой провожатый.

– Ну как же – сперва одежда для аристократов, а дальше вот, – я указала рукой на комплекты из юбок, блуз и корсетов, вроде тех, что нашла в мамином чемодане, – для прислуги.

Кевин рассмеялся, а я надулась. Может что-то и не понимаю, но в целом же логичный вопрос?

– Это магазин для среднего класса. Аристократия шьет на заказ у именитых портных.

– А как же эти платья в начале?

– У женщины должны быть мечта и стимул. Здесь каждая может видеть, к чему стремиться. Вот ты, разглядывая его, разве не подумала что-то вроде: «Вау! Накоплю и обязательно куплю такое!»?

Я разозлилась, потому что почувствовала, как предательский румянец заливает мои щеки, подтверждая, что именно эти мысли у меня и промелькнули. И соврала:

– Представляешь? Нет! Я подумала: «Куда в таком пойти можно, если только на королевский бал не пригласили».

– А вот это ты зря! Эверленд процветающая страна. Зажиточные буржуа, да и интеллигенция, надевают такие наряды в церковь, на праздники, к тому же распространены дамские и мужские клубы по интересам.

– Раз ты такой знаток женского платья, – сделала я ударения на последних словах, отчего-то желая задеть Кевина, – может, порекомендуешь мне что-то?

Парня, однако, моя шпилька ничуть не смутила или он просто пропустил ее мимо ушей.

– Чтобы не путаться, надо выбирать одежду, одинаково привычную для всех трех миров, – и он кивнул как раз в сторону «костюмов средневековой официантки».

Издевается?! Или правда так думает? По лицу Кевина нельзя было ничего прочесть. Он спокойно продолжил:

– Даже на твоей Земле ее бы приняли за удачную стилизацию, а уж во всех трех мирах таверны – это привычная униформа. Как у вас белый халат на докторе.

Ладно, допустим…

– У меня есть уже два подобных, оставшихся от мамы. Что если купить, в том стиле, что на мне сейчас?

Кевин прищурился, разглядывая меня, словно я не сидела напротив него три часа в экипаже в этом самом платье, а потом и вообще, обхватив мою талию, покрутил как куклу. Я аж потеряла дар речи от такой наглости!

– Что ты…

– Пойдет! – прервал он мою попытку возмутиться. – Только надо в светлых тонах. Для Эверленда и мира драконов лаконично и по времени. Эльфы же предпочитают несколько другие фасоны, но за чудаковатую сойдешь. Они там все культурные, так что деликатно промолчат.

– Ну ты и… хам! Кто тебя вообще воспитывал?

– Когда вспомню, обязательно поделюсь с тобой этими ценными знаниями. Хочешь пройти у них мастер-класс?

Я фыркнула и вошла в отдел. Стала доставать одну вешалку за другой… Мне нравилось все! Может, это какая-то генетическая память?

– А почему здесь нет продавцов? – шепотом уточнила я.

– Почему нет? Есть! Просто считается неприличным мешать покупателю делать свой выбор или стоять над душой. Если появятся вопросы или определилась, надо лишь дернуть вон тот колокольчик у входа в отдел, и она выйдет.

Я повесила на руку три платья – кремовое, лиловое и светло-салатовое и качнула «кнопку вызова».

–

Улыбчивая девушка, ненамного меня старше, появилась буквально через несколько секунд. Вот это скорость! Я, кажется, медленнее убегала от троллей, а ведь не носила тогда длинное платье!

– Добрый день, что леди изволит?

По мне, конечно, явно видно, что до «леди» я сильно недотягиваю, но, вероятно, здесь это приличное обращение ко всем покупательницам.

– Как мне узнать, какого размера платья?

– Размера? – захлопала продавщица длинными ресницами.

– Моя спутница желает убедиться, что одежда на ней хорошо сядет, – пояснил Кевин.

Волки задери! У них что нет системы размеров?! Как вообще можно без нее продавать одежду?!

– Пожалуйте в примерочную! – сразу разулыбалась девушка и позвала жестом следовать за ней.

Примерочная оказалась комнатой, увешанной зеркалами, словно танцевальный зал. Если у них такие магазины для среднего класса, что же тогда для элиты?! Заглянуть бы хоть одним глазком! Проклятое любопытство…

Девушка развесила платья на вешалки.

– Мерьте, пожалуйста! Если не сядет по формам, я принесу со склада большее. А если окажется велико, я на вас прямо отмечу, и девочки быстро все исправят!

– Что… при вас? – холодея, уточнила я, уже представив реакцию на мое белье двадцатого века.

Сказать, что это привезли из другой страны? Из какой?! Есть в этом мире вообще другая страна, кроме Тролляндии, или как там ее Кевин назвал?! Признаться, я запаниковала, однако продавщица поняла мою реакцию по-своему. Она подошла к стене и отодвинула от нее ширму, которую я даже не приметила. А потом, доверительно понизив голос, предложила:

– Хотите, я вам прямо сюда принесу белье? Если вы планируете его покупать.

Она что, подумала, что на мне его нет? Здесь так ходят?!

Я покраснела. Потом, рассудив, что так будет проще, чем идти отдельно в специализированный отдел, согласилась и кинула вслед направившейся к выходу девушке:

– Семь комплектов, пожалуйста, а еще пару тонких чулок, пояс и легкое домашнее платье на ваш выбор!

Продавщица потрясенно обернулась, приоткрыла рот… Но в итоге, видимо, вспомнив, что с покупателями не спорят, кивнула. Сейчас-то что не так? Семь —это очень много? Дорого? Женуария меня заверила, что на весь ее список с лихвой хватит и еще столько же останется. Может, у них еще бюстгальтеры не изобрели? А корсеты же, наверное, ежедневно не меняют? Голова буквально лопалась от вопросов, поэтому, когда первое же надетое платье село на мне идеально, я с облегчением выдохнула. Должно же было уже повезти!

Светло-салатовый гармонично сочетался с моими русыми волосами и даже голубые глаза приобретали некоторый зеленоватый отлив. Минимум рюш, элегантный крой, всего один подъюбник – в повседневной жизни вовсе не хотелось превращаться в «бабу на чайник», это, в конце концов, непрактично!

Кремовое тоже подошло, а вот лиловое оказалось великовато. Но тут как раз вернулась продавщица, неся целый ворох белья. Видимо, не поняв, что за «комплект» мне требуется, она взяла все варианты. Здесь было семь нижних платьев, столько же корсетов, куча панталончиков разной длины и… одна конструкция, которая, на мой взгляд, напоминала ортопедический пояс для выпрямления позвоночника. Впрочем, передняя подгрудная планка из плотной ткани намекала, что это какой-то прапрадедушка бюстгальтера.

Я успела все это рассмотреть, пока девушка бегло обкалывала мою фигуру иголками, заверяя, что через полчаса платье на мне будет седеть так же изумительно, как и два предыдущих.

Из бельевого вороха я отложила «недельку» из самых коротеньких панталон, пару нижних платьев, на всякий случай единственный корсет, решив, что эта пыточная конструкция в принципе может пригодиться для каких-то официальных мероприятий и… Я долго смотрела на «ортопедический пояс», одновременно стараясь незаметно наблюдать за реакцией девушки. Она то краснела, то бледнела и уже начала покусывать губу. Может… это что-то неприличное? Вроде как специализированная униформа для секс-работниц?! В итоге я решила прикинуться ветошью.

– А это, простите, что?

– Последняя столичная разработка для поддержки груди без корсета.

– И что, пользуется спросом? – с сомнением уточнила я, подумывая, не продать ли «Леди Синзераль» идею современного лифчика.

Девушка потупила глаза, но все же ответила:

– Очень дорого, пока ни одной не продали. У нас же не столица.

– Какая цена?

– Девять э́ссе…

Хм… На покупаемых мною платьях висели бирки с цифрами 1, 2,5 и 2. Ну да… недешевое удовольствие. А главное, за что?! Ткани-то всего ничего! Надо внедрять нормальные бюстгальтеры по доступным ценам!

– Пожалуй, и я от него откажусь. Запакуйте все и сообщите моему спутнику стоимость.

Девушка обрадованно кивнула, видимо, день у нее удался.

Я же, выйдя из примерочной и взглянув на циферблат на колонне в центре зала, ужаснулась. Мы провели здесь около двух часов, а ведь еще предстояло купить обувь, галантерею, Кевину одежду и оружие. И показать парня врачу. О посещении аптеки и книжного, чтобы купить канцтовары, уже оставалось только мечтать: вернуться надо было непременно сегодня, потому что завтра ветер, скорее всего, изменится.

## Глава 10. Мари

Обувной магазин оказался здесь же, в соседнем доме. Думаю, сделано это было специально, чтобы передавать «тепленьких» покупателей друг другу. Тем более в «Леди Синзераль» мне вместе с объемным свертком вещей выдали красивую карточку на скидку в «Легком башмачке». Вот как так, а? Размеров нет, а дисконты уже есть?! В отличие от громадного зала одежного магазина, обувной помещался в одной просторной комнате без всяких магических расширений. На его стенах нарисовали деревья, крона которых выступала и была выкована из железа. В качестве же листиков на каждой веточке красовались туфельки: тряпочные и кожаные, с задниками и без. Вся композиция мне сразу же напомнила сказку Чуковского «Чудо-дерево». Вдруг и он путешествовал по мирам?

Так! Хватит отвлекаться! Я подошла ближе и стала рассматривать. Интересных моделей висело довольно много, но… все они были размера тридцать девятого, не меньше. Это что же, у всех местных такие ноги? Может, ей тогда надо в детскую обувь? Но продавец, которая в отличие от «Леди Синзераль» находилась тут же в зале, просто не вмешивалась, кажется, заметила растерянность клиентки и подала голос.

– Леди что-то понравилось?

– Да, но мой… туфель должен быть значительно меньше, – коряво выкрутилась я, едва не брякнувшая, что ношу тридцать шестой размер.

Женщина грациозно выплыла из-за чего-то напоминающего преподавательскую кафедру и плавно двинулась ко мне. Уже побывав в одежном магазине, я сразу оценила, что на даме дорогое платье, хотя и выглядящее строгим. К тому же изящные золотые серьги с камнями и кулон… Должно быть, передо мной была хозяйка данного заведения, ну или жена владельца. Неожиданно, рассматривая ее платье, я заметила вокруг дамы светящийся ореол.

Может, я перегрелась? Да вроде по улице толком-то и не гуляли. Тут я перевела взгляд на Кевина и вообще остолбенела. Когда-то в детстве я, узнав, что солнце – это огненный шар, уставилась на него, желая разглядеть языки пламени. К счастью, блики перед глазами пошли почти сразу и мое зрение не пострадало. Сейчас таким солнцем был Кевин. За режущим глаза свечением рассмотреть человека было невозможно. Я в шоке отвернулась к выставленной обуви и сморгнула:

– Какие модели желаете померить? – уточнила подошедшая дама.

Я указала на пару тряпочных туфель и одни кожаные ботиночки на шнурках для дождливой погоды. А потом опасливо покосилась на хозяйку «Легкого башмачка». Ореола вокруг нее больше не было. Поняв мой взгляд по-своему, женщина вежливо улыбнулась:

– Цены указаны на бирках внутри.

– Меня устраивают, – бросила я, направляясь к мягкому дивану.

Смысла мерить обувь, которая точно велика, я не видела – это же не платье, которое можно ушить по фигуре, но, поскольку была погружена в свои размышления о свете, механически выполнила то, что от меня ожидали. Надев тряпочные батальоны на невысоком каблучке, я осторожно глянула в сторону Кевина. Тот, со скучающим лицом стоял рядом. Никакого свечения. Абсолютно. Но мне явно не привиделось!

– Ну как вам? – уточнила дама у меня над ухом.

От неожиданности вздрогнув, я посмотрела на ногу. Обувь сидела идеально. Сбегать в подсобку за другим размером женщина бы не успела…

– Отлично! Беру, – торопливо ответила я и быстрее натянула следующую модель, ту, что из кожи.

Нога в ней болталась как одинокий рыбак в лодке. Дама сделала непонятный жест рукой и едва слышно что-то прошептала. Ботинок тут же ужался, садясь точно по размеру. Да она маг! Может, потому и шел свет? Почему же не шел от Женуарии? Но помнится, гномиха сказала, что резерв Кевина значительно превосходит ее собственный, а у него как раз и есть… прожектор. Получается, что же, она теперь видит… ауры? Или как его… резерв?

– Берете?

– Да-да! – заверила я, выходя из ступора и спешно надевая самый летний из вариантов.

В итоге, купив все три, мы вышли из магазина. Кевин наотрез отказался подбирать что-либо себе, сказав, что его туфли вполне подходящие и прочные. Мне почему-то подумалось, что его напрягает идея тратить на себя чужие деньги, и я порадовалась этому! Одно дело принять необходимую помощь, другое покупать всякие блага за чужой счет. Мне приходилось вкалывать как ослику, чтобы после развода закрыть кредиты бывшего супруга. Надо ли удивляться, что такую категорию мужчин я ненавидела куда больше, чем обаятельных наглецов, вроде Кевина?

Следующая остановка по моему настоянию была у магазина мужской одежды «Мр. Фортейн». Пора одеть и Кевина, остальное, если что, подождет. Впрочем, мою попытку выбраться из экипажа парень тут же пресек:

– Сидите, я быстро!

– Вот еще! Мне тоже посмотреть интересно на мужские фасоны!

– Мари! – словно призывая одуматься, произнес мое имя Кевин. – Женщинам неприлично посещать магазины мужской одежды!

– Что за средневековые нравы! – возмутилась я и тут же поникла.

Точно. На средневековье Эверленд, конечно, не тянет, но век так на восемнадцатый – вполне.

– Хорошо, погуляю пока по улице, – смирилась я.

Правила, конечно, дурацкие. Однако бороться за равноправие или устраивать сексуальную революцию в отдельно взятом мире я не планировала. Мне бы с одной таверной справиться!

## Глава 11. Кевин

Да, я обманул! И не испытывал при этом ни малейшего угрызения совести. Никакого ограничения на посещения магазинов мужской одежды в Эверленде не существовало. Ну разве что ни одной местной женщине не пришло бы в голову даже с мужем или сыном пойти в примерочную. А вот выбирать фасоны и давать советы – совершенно не возбранялось.

Собственно, именно поэтому и обманул. Не хотел, чтобы Мари вмешивалась с рекомендациями. Во-первых, я уже точно решил, что возьму комплект, подходящий для всех трех миров и как можно дешевле. Кем бы я там ни был, в своей осознанной жизни, но точно не альфонсом. Мне претила сама идея пользоваться деньгами Мари или Женуарии, хотя в то же время я осознавал, что сейчас отказываться от помощи было бы верхом идиотизма. Поэтому, расплачиваясь за небольшой пакет, в котором лежали сорочка, брюки, жилет, длинный дорожный плащ и необходимый минимум белья и носков, я успокаивал себя тем, что пока отработаю. А когда что-то вспомню, найду нормальный заработок, или сниму деньги со счета (в зависимости от того, что именно вспомню), и вообще отдам…

Вторым поводом не брать Мари в магазин стало элементарное время. Я уже понял, что не фанат шопинга, но надо, значит, надо. Посещение салона дамского платья я не без мучений пережил. В этой одежде меня вообще интересовало только одно – застежки. Хотелось заранее понимать, где они и как расстегиваются. Не на платьях Мари, упаси бог! А вообще, в принципе… В обувном, я уже разве что не зевал. Провести еще несколько часов, выбирая мужскую одежду, было бы точно за гранью моей выдержки.

Когда я, спустя меньше чем пятнадцать минут, вышел к экипажу, Мари рядом не оказалось. Оглядев улицу, я ее заметил около лоточницы, которая торговала тесьмой, булавками, гребнями, и какой-то еще женской мелочевкой.

– Ты так быстро? – поразилась Мари, когда я подошел. – Неужели совсем нечего выбрать?!

– Напротив, я уже купил все, что необходимо, – ответил я, доставая кошель.

Дородная торговка как раз заворачивала в бумажный кулек все выбранные блондиночкой вещицы.

– Я оплатила! Думала тебя еще долго ждать придется и взяла деньги у Биби.

Я пожал плечами и спрятал эссе назад.

– В оружейную лавку?

Мари кивнула, и вперед меня поспешила к экипажу. Кажется, ее все это мероприятие очень развлекало. Ну да, магазины и женщины! Чего я еще хотел? Однако мне и представиться не могло, что блондиночка решит составить мне компанию в оружейной лавке! Вероятно, если бы я точно понимал, что мне нужно, и владею ли я хоть каким-то оружием, меня бы это так не разозлило. Сейчас же, я чувствовал себе идиотом, который пришел купить то, не знаю что.

На стенах, стойках, и в витринах был представлен, наверное, весь ассортимент холодного оружия, который изобрело человечество: от перочинного ножика и заточенных звездочек до двуручных мечей и копий. Огнестрельного, как это обычно бывает в магических мирах, здесь не существовало за ненадобностью. Около витрины с кинжалами мужчина весьма респектабельного вида дотошно перебирал товар, беря в руки один за другим экземпляры, подаваемые продавцом.

– Вот это музей, – охнула около меня Мари, о которой я успел забыть, разглядывая окружающее «великолепие».

Подсознание предательски молчало. Может, то, чем я владею, вообще в другом мире и здесь не существует? Например, усилитель для драконьего огнедыхания? Или… нептуний трезубец?

– Господину помочь определиться? – подобострастно подскочил непонятно откуда еще один продавец, лысоватый и тщедушный. – Вам для коллекции, в подарок или… – он на секунду замешкался, видимо, подбирая слово покорректнее, – пользоваться будете?

– Буду пользоваться, – сурово отрезал я, подумав при этом: «Если пойму как».

– Тогда пройдемте, вот к этим стендам, – замахал рукой мужчина, увлекая за собой. – Что будем смотреть? Кинжалы? Кастеты?

Ха! Похоже, он меня принял за разбойника! Я повертел головой по сторонам, и неожиданно мой взгляд выхватил стойку, на которой, опираясь на гарду, висели полуторные мечи. С одним из них мы друг другу приглянулись.

– О! Вы поступаете в стражу? – заметив мой взгляд, продолжил торговец, при этом тон его голоса ничуть не изменился.

Похоже, ему было все равно продавать оружие бандиту с большой дороги или охраннику порядка. Я почувствовал внутри, что мне такое отношение… раздражает. Странно. Разве как контрабандист я не должен быть циничным и беспринципным?

– Обратите внимание вот…

Но я уже не слушал его. Просто протянул ладонь и взял тот меч, который на меня смотрел. Вес стали комфортно ощущался в руке. Удобный эфес, отличный баланс – ковали на совесть и со знанием дела. Если бы такой продавали гномы, я бы не удивился, но здесь… Впрочем, могло быть и контрабандой. Миры-то рядышком. Надо уточнить у Женуарии: у путешественников из этих миров должна же была остаться возможность даже без хозяйки ходить через таверну из одного в другой?

– Отличный выбор! – продолжил разливаться соловьем лысый. – У нас во дворе тренировочный манекен. Хотите проверить в деле?

Еще как! Я очень надеялся, что мышечная память мне что-то подскажет, только вот если нет? Позориться перед продавцом, которого я вижу первый и последний раз, – это одно. Но перед Мари… Вот чего ей вообще в экипаже не сиделось? Не косметику же здесь продают.

– Осматривайся пока, я быстро, – скомандовал я блондинке, спешно уходя вслед за торговцем оружием.

Удивительно: она послушалась!

Во дворе стояло крутящееся, все в зазубринах от многочисленных ударов, бревно с торчащими из него горизонтальными «сучками». Я точно такое раньше видел, только вот где? Продавец для безопасности выходить на улицу не стал, остановившись в дверном проеме. Но и не ушел, поганец. Ладно, хрен с тобой…

Я подошел к манекену и на пару секунд закрыл глаза. Представил на месте болванки огромную разъяренную тварь и замахнулся. Дальше все случилось как-то само собой. Удар, уклонение, рассечение, отступ, укол… Я вообще не думал, что и как, а просто расслабил тело и позволил ему следовать за оружием. Слиться с мечом в одну смертоносную силу.

Внутри бурлила энергия, я чувствовал, что да, это мое! Умею! Еще удар, поворот… Опомнился только спустя пару минут: все же я здесь меч проверяю перед покупкой, а не тренируюсь. Выдохнул:

– Беру! И ножны к нему, с оружейным поясом без выпендрежа.

– Простите, без чего? – растерялся лысый.

Демоны! Еще бы запомнить в каком из миров, какие слова есть!

– Просто функциональные и качественные. Без излишеств, – пришлось перевести.

А еще стоит выбрать кинжал. Если заварушка случится в таверне, мечом там может быть размахивать неудобно.

## Глава 12. Мари

Когда меч очутился в руках у Кевина, мне показалось у него аж глаза заблестели. Я вообще не приемлю силовой подход к проблемам и даже в детстве не играла со сверстниками «в войнушку», но сейчас, глядя на парня, в душе у меня что-то екнуло. От него веяло… нет ни угрозой или агрессией, наоборот – защитой. К своему стыду, опять насупила на те же грабли и залюбовалась его выразительными глазами, острыми скулами, копной слегка вьющихся каштановых волос. Поэтому, что он мне там сказал, уходя за оружейником, пропустила мимо ушей. Но следом не пошла, может там естественные потребности. Хотя, тогда. пожалуй, оставил бы меч. Ну да ладно.

Я оглянулась на мужчину, по-прежнему дотошно выбирающего кинжал. Незаметно прислушалась. Все ему было не так и не то – тут рукоять толстовата, здесь металл несерьезный, следующий смотрится слишком претенциозно… А ведь только за то время что мы в магазине он уже перебрал десятка полтора, не меньше. Какую же выдержку надо иметь продавцу! Мне точно следует у него поучиться. В таверне, наверняка и не такие постояльцы будут.

Словно почувствовав мое внимание покупатель обернулся, и я тут же сделала вид, что рассматриваю парадные кортики в витрине напротив. На удачу скоро появился и Кевин.

– Пойдем, а то поздно будет. Если ты, конечно, еще не раздумала везти меня к лекарю.

– Почему об этом должна думать я? Разве не тебе нужна помощь?

Странный подход парня к проблеме меня озадачивал. Может, он все-таки водит нас за нос и все помнит? Но следом, садясь в экипаж, Кевин бросил:

– Очень удивлюсь, если это окажется в его силах.

И была в этом такая, тщательно скрываемая тоска, что я аж поежилась. Хотела уже полюбопытствовать, почему ничего не купил в оружейном магазине, просто чтобы сменить тему, но потом заметила выступающий из-под плаща край ножен. Оставшуюся дорогу до лекаря мы молчали. Однако, когда остановились, я сразу выбралась следом, давая понять, что здесь он меня ожидать снаружи не заставит. В конце концов, чтобы исцелять память, раздеваться не нужно! Пусть попробует назвать хоть одну причину, по которой мне не следует туда идти.

Кевин окинул меня саркастичным взглядом, хмыкнул, но видимо решил, глядя на мой воинственный вид, что пререкаться себе дороже.

Приняли нас сразу. Пожилого, седовласого старичка очень заинтересовал такой необычный случай.

– В моей практике были пострадавшие от магических воздействий и не раз. Но тогда их память стиралась начисто, – пояснил он, проводя на сидящим Кевином какие-то манипуляции руками. – Если же просто огрели… Обычно магический резерв автоматически запирает разум от любого воздействия. За шестьдесят лет ни помню ни одного случая, чтобы маг потерял память, причем так избирательно, после того как скажем… сверзься со стремянки, или на него, опустошенного, напали и избили разбойники.

– Я нашла его без сознания с окровавленной головой в переулке, – пусть не сомневается – магией там и не пахло.

Но не скажешь же напрямую, что на парня напали в мире, где ее просто не существует!

Целитель заходил с разных сторон, пробовал и одни пассы и другие, но в итоге сдался:

– К сожалению, не понимаю, что происходит. Пласт воспоминаний не повреждён, они все на месте. А почему вы не можете получить к ним доступа, – он сокрушенно развел руками.

Потом еще немного помялся и все-таки обратился ко мне:

– Милая девушка, а вы не подождете пару минут в холле?

Я с готовностью вышла, закрыла дверь, но обнаружив, что рядом никого нет… Да! Я не святая! Взяла и приложила к замочной скважине ухо.

– Думаете я лгу? – жестко спросил Кевин.

– Нет, ну что вы, – смутился лекарь. – Просто человеческий мозг так сложно устроен… Может, в вашем прошлом есть какие-то сильно травмирующие воспоминания, которые лучше и не вспоминать?

– А, значит, если я не врун, то трус, – голос Кевина зазвенел от напряжения.

– Ну что вы передергиваете, молодой человек! – внутренние механизмы тела не имеют отношения к вашему характеру!

– Хоть какие-то способы вернуть память есть?

– Увы, я не знаю. Может, если вы попадете в знакомые места, встретите старых друзей…

– Главное не встретить сначала старых врагов, – отрезал Кевин. – Последний вопрос: я могу быть оборотнем?

– Точно нет! Оборотни не имеют резерва, а ваш поистине огромен. Меня даже это несколько смущает. Маги с таким потенциалом наперечет. Но я не помню никого с именем Кевин. Вы уверены, что оно настоящее?

– Абсолютно.

– Тогда, к сожалению, больше ничем вам помочь не могу. Не надо оплаты.

Я быстро отскочила от двери, делая вид, что с огромным интересом рассматриваю как посреди улицы дерутся два кота. Кевин вышел из кабинета через секунду:

– Дальше куда?

– В таверну, – выдохнула я.

Уставшая от столь непривычного для меня шоппинга – дома бы я просто открыла маркетплейс, покидала все интересное в корзину, и потом спокойно померив в пункте выдачи в двадцати метрах от дома, все забрала – уснула сразу как села в экипаж, и он тронулся. Видимо, от того, что тело расслабилось и не сопротивлялось ухабам, обратная дорога прошла легко и, резко проснувшись в момент остановки, я даже бодро выскочила наружу вслед за Кевином. Однако, увидела озадаченные лица своих спутников, и моя улыбка сразу пропала с лица.

Почему-то, остановились мы не у порога таверны, а вывернув из-за леса, сразу в том месте, где на заведение открывался вид с дороги. Точнее сейчас, в лунном свете, ее фонарики были еле-еле видны в окружающей сумраке и легком тумане.

– Почему мы не едем дальше? – задала я резонный вопрос.

– Опоздали, – грустно выдохнул Биби, – ветер изменился. Иногда бывает, что они шалят и сменяются не по расписанию.

– Как опоздали?! Вот же таверна, перед нами!

– И да, и нет. Видишь дымку? Это работает заклинание отвода глаз. На самом деле здесь лишь проекция таверны, а сама она уже в другом мире. Судя по ветру – у эльфов. Если бы мы были простыми путешественниками, то сейчас бы «как б самостоятельно» приняли решение проехать мимо или повернуть назад.

– Но мы же ее работники? Что мешает проехать?

– Ничего. Только на ее месте найдем пустоту. То что мы видим лишь… мираж.

– А когда снова задует Красотун?

– Если начался сбой, то ничего нельзя сказать наверняка. Не раньше, чем через сутки. Но может же смениться и на Сасарах, – гном, сидящий на козлах, зачем-то снял шляпу и раздосадованно сплюнул.

– Как же там Женуария со всем одна справится? – перепугано спросила я.

– Как-нибудь уж. Там же еще Ур. Не о том думаешь хозяйка. Нам-то что делать? Ездить сюда, проверять ветер из города не накатаешься…

– Может, есть какая-то деревушка поблизости? Или хотя бы хутор? – впервые с момента остановки подал голос Кевин.

Биби помотал головой.

В этот момент до меня окончательно дошла вся неприятность момента. Сейчас либо возвращаться в город, и там ждать пока ветер поменяется, либо жить в карете. Но как долго? Продуктов у нас с собой немного есть: Биби что-то покупал по списку жены, ну а лошадь чем кормить? Выпускать пастись в поле? А вода? Я буквально физически почувствовала накатывающее отчаяние, как вдруг…

## Глава 13. Мари

Лес вокруг начал кружиться и размываться. Биби нервозно сглотнул, видимо, впервые наблюдая подобный эффект, а через минуту картинка прояснилась. Экипаж стоял в круге света, отбрасываемым фонарем висящем над черным входом в таверну.

– Ты и правда путешественник! – благоговейно пролепетал гном, с восторгом глядя на Кевина.

Тот же казался совершенно озадаченным и даже почесал затылок:

– Вы думаете это я?! Да я стоял и смотрел, вообще ничего не делал!

Биби лишь пожал плечами:

– Перенестись в другой мир или к черному входу в таверну, когда она в другом мире, могут только путешественники.

– Вероятно, ты мысленно отдал какой-то приказ? Неосознанно. Как тогда, когда мы появились здесь? – предположила я.

Кевин быстро вывернул карманы брюк. В них было пусто, если не считать изрядно похудевшего кошелька.

– Тогда был ключ. А сейчас его нет.

– «Хочу оказаться в таверне!» – что-нибудь такое не думал?

– Какая сообразительная! – съязвил парень. – Да я этот способ еще в ромашковом поле опробовал несколько раз – ничего не выходило. Ключ же нас перенес сам, без моей команды. Я ведь понятия не имел вообще, что он за вещица.

– Ладно, ночь на дворе, спать пора, – прервал обсуждение слезший с козел Биби. – Стучи в дверь. Если Женуария услышит и откроет, значит, точно путешественник. Два десятка лет этот вход не отпирался, вот и проверим.

Кевин мяться не стал. Подошел и решительно затарабанил кулаком. Как б не напугать бедную гномиху, она там вдвоем с котом и вдруг такой грохот среди ночи.

Некоторое время стояла напряженная тишина. Потом Кевин поднял руку и хотел уже стукнуть снова, как дверь неожиданно распахнулась даже без всякого скрипа. На пороге, замотанная в теплый халат, стояла Женуария. Увидев нашу компанию, она охнула, кинулась обнимать мужа, потом меня и напоследок, секунду замешкавшись, стиснула и Кевина.

– Значит, все-таки путешественник! – выдохнула она то, что сейчас на уме было у всех четверых.

Биби отправился распрягать лошадь, а мы, оставшейся компанией, зашли наконец внутрь, тут же увидев посреди коридора недовольно Ура.

– Явились не запылились! Они там, значит, пр-рохлаждаются, а я тут, – он забавно встал столбиком и покрутил перед собой передними конечностями, – этими самыми лапками, вынужден готовить для эльфов ужин!

– Да они только салаты, да пресные лепешки едят, что там готовить-то? – поддел его Кевин.

– Женуар-рия, поймай его на слове! В следующий раз на кухне дежурит наш потер-рявший память недопутешественник. «Только салаты»! – очень похоже передразнил хранитель, снова опускаясь на все лапы, – зато сколько их нарезать надо! Проще одну отбивную пожарить!

– Ур, ну не преувеличивай, – по-доброму пожурила его гномиха. – Ты же магией пользуешься, так что мозолей от ножа не натер.

– И что теперь не уважать мой тр-руд? – оскорбился Ур и демонстративно отвернулся к стене.

В этот момент я поняла, что дико хочется есть и разуться, а препираться с Уром можно часами.

– Прости, что задержались, – покаянно произнесла я, делая пару шагов вперед и поднимая хранителя на руки. – Мы очень ценим твой труд. Покормишь?

«Не кот» тут же сменил гнев на милость.

– Пер-репелочку для хозяйки приготовил, – потерся он мордой. – Пир-рожочки с вишней испек…

– Дзинь-дзинь-дон! – раздалось от главного входа, и Женуария, с необычайной для такого грузного тела прытью, ринулась вперед.

Ур тут же испарился, а мы с Кевином пошли следом за гномихой. Причем я с трудом сдерживала себя, чтобы не перейти на бег. Было до жути интересно, как же они выглядят-то, настоящие эльфы?

Около стойки регистрации как раз стояли трое. Мужчина и женщина под два метра ростом, с белоснежными волосами и девушка-шатенка, достающая им едва до плеч. Собственно, из-за этого мне, наверное, и подумалось, что она их дочь. По сравнению с людьми, пожалуй, все трое казались патологически худыми. Я уже собиралась проскользнуть на лестницу, как в высоком зеркале на стене увидела свое собственное изображение и встала как вкопанная.

Из него на меня смотрела эльфийка, ростом с шатенку. Худое овальное лицо, миндалевидные глаза, длинные острые уши и брови, словно кисточки на ушах рыси, выступающие далеко вбок. Она была одета в мамино строгое платье и мои балетки. Мои собственные черты в этой девушке угадывались очень слабо. Хорошо хоть в пропорциях грудь и попа сохранились. Впрочем, женщины, регистрирующиеся у стойки, несмотря на худобу, тоже обладали завидными бюстами. И как только их позвоночник такую нагрузку выдерживает!

Неожиданно девушка у стойки обернулась и глянула мне прямо в глаза. Я на миг опешила, но Кевин быстро схватив меня под руку и потащил на второй этаж.

– Да будут осенены светом ваши дни, – широко улыбнулся он на ходу новым постояльцам.

– И ваши милорд, – слегка поклонилась девушка.

Кажется, ее родители тоже ответили, я уже не разобрала, так как, с «помощью» Кевина, взлетела наверх лестницы. Парень выпустил меня только тогда, когда мы завернули за угол.

– А те, кто воспитывал тебя, не говорили, что таращиться на незнакомцев бестактно?

Я слегка покраснела, так как парень, в сущности, был прав.

– О! В тебе прорезался знаток этикета! Может, преподашь мне?

– Может, и преподам, – пожал плечами Кевин успокоившись. – Хотя лучше бы тебе пройти мастер-класс у Женуарии или Ура. – Между прочим, эльфы очень щепетильны и такое разглядывание вполне могли счесть за глубокое оскорбление. Пока ты всех тонкостей не знаешь, разумнее держаться подальше от постояльцев, а то распугаешь клиентов в лучшем случае.

– А в худшем? Вызовут меня на дуэль? – я завелась и понимала, что надо бы остановиться, но уже не могла.

Страшно бесил самодовольный тон Кевина и его всеведение.

– Нет, – спокойно ответил парень. – Ты же девушка. Отдуваться придется мне или Биби. Я-то не боюсь, а ты готова выплачивать жене и дочери эльфа до смерти алименты по потери кормильца? До твоей смерти, естественно. Эльфы-то живут до трехсот лет.

В этот момент желание ехидничать у меня резко пропало. Надо срочно после ужина вызвать Ура. Какая же я хозяйка, волки задери, если до сих пор таких простых правил не знаю? Одно дело влипнуть самой, совсем же другое подставит кого-то из близких.

## Глава 14. Мари

Кевин сгрузил все мои свертки на кровать в моей комнате и уточнил:

– Пойдем вместе? Могу показать, где кухня.

– А ты уже откуда знаешь?

Нет, ну правда! Мы прибыли одновременно, а я еще ничего в таверне, кроме своей комнаты, коридоров, уборной и купальни не видела.

– Спать надо меньше, – хохотнул парень. – А я так вообще не засыпаю в незнакомых местах.

– Хочешь сказать, ты всю ночь бодрствовал? – я искренне изумилась. Кевин совершенно не выглядел уставшим или заморенным.

– Нет. Я все обошел, посмотрел, прикинул пути отступления и важные стратегические объекты, и только потом, когда место стало знакомым – пошел спать.

– «Стратегические объекты» – это кухня?

Сарказм так и сочился из моих губ, не пойму почему. Я вообще незлобная. Правда! Но почему-то Кевин вызывал во мне постоянное, необъяснимое желание ему противостоять.

– И она тоже, – кивнул парень.

Кухня располагалась на первом этаже, в дальнем конце коридора, противоположном купальне. Впрочем, от лестницы ее можно было найти и без сопровождающего по доносящимся оттуда ароматам. Здесь готовили и через отдельную дверь выносили блюда в большой зал у входа. Поужинать можно было и в нем, но точно не сегодня. Как сказал Ур в день нашего знакомства: эльф, жующий колбасу, – это нонсенс. Нас же ждала фаршированная перепелка, и отказывать себе в удовольствии ее поглощения, я не собиралась. Так что мы с Кевином, и чуть позже присоединившимся Биби, разместились за небольшим столиком для персонала. Еда тут же разложившись по тарелкам и перелетела к нам. Всем этим действом дирижировал Ур, выглядящий крайне довольным собой.

– А эльфы все такие высокие? – полюбопытствовала я, когда наступило первое насыщение едой.

Меня это волновало, потому что на их фоне, даже с личиной, я бы тогда выглядела крайне странно.

– В целом да, – ответил Биби, с наслаждением обгладывая косточки перепелки. – Суть в том, что они от достижения зрелости и до смерти сохраняют один облик. Поэтому и пошли легенды, словно эльфы вечно молодые и бессмертные. Но правдива в них только первая часть. Растут же они все время, хотя после созревания и медленно. По лицам ты никогда не определишь, насколько взрослый перед тобой собеседник, а вот по росту – вполне.

– То есть, увидев меня сегодня, они сочли, что я очень юна?

– Именно!

– А вот фраза, которую ты сказал про свет? – обратилась я уже непосредственно к Кевину.

– Традиционная форма приветствия. Прощаются, кстати, ей же.

– А если я просто скажу «здравствуйте»?

– Ни в коем случае! – вмешался материализовавшийся у меня на коленях Ур.

Я едва не подпрыгнула от неожиданности, выронила вилку и от души порадовалась, что в тарелке находился не суп.

– Это все р-равно, как будто ты р-решила, что они больны. Значит, либо стары, либо плохо следят за своим телом. Оскорбление!

– Ну а «приветствую»?

Кевин с Биби переглянулись и тут же грохнули здоровым мужским смехом. С этой-то формулировкой что не так?! Мои сотрапезники так развеселились, что им аж пришлось промокать выступившие слезы.

– Это что-то из разряда, если бы в твоем мире подошли и сказали: «Хай, гел! Че как?». В общем, крайне низкосортное, невоспитанное обращение.

– Какие сложности! – не сдержавшись, я всплеснула руками. – Что еще мне о них надо непременное знать, чтобы не облажаться?

– Я тебе книжечку дам, – потерся о мою руку Ур, – по эльфийскому этикету.

– Не думала, что они такие снобы, – пробурчала я, переходя к чаю с пирожками.

– Я еще абсолютно все эльфы маги, – добавил Биби.

– И полукровки? – уточнила я.

– Откуда у них полукровки? – вся троица снова уставилась на меня непонимающе.

– Ну ведь в этом мире и гномы живут?

Раздался повторный приступ безудержного хохота. Ну все, достали! Впредь буду задавать вопросы только Женуарии!

– Я даже представить себе не могу пару из эльфа и гнома, – пояснил, отсмеявшись Биби. – Они же страшные!

– К слову сказать, эльфы считают по поводу гномов абсолютно тоже, – вставил Ур.

– Разве внешность для брака главное? А как же разум, душа?

Биби, как самый компетентный, лишь пожал плечами.

– Я про такое не слышал. А если полукровки и есть, им хватает ума молчать. Их же ни те ни другие не примут!

Эх, а я еще про Эверленд подумала, что там средневековье…

– Ладно, пошла спать, – объявила я, поднимаясь из-за стола.

На самом деле сильно утомилась за день, и требовалось о многом подумать. Мне по-прежнему очень хотелось в свой мир, но уже не представляла, как смогу здесь оставить Ура, Женурию, да даже Биби и… Кевина. Хотя про последнего и вообще не стоило думать. Память проснется, и красавчик слиняет в другой мир, откуда-то же он пришел? А я ему не нянька.

Я долго лежала в кровати, потом решила, что мне просто необходима прогулка перед сном. Встала, надела купленное домашнее платье и, тихо пройдя по погруженным в ночную тишину коридорам, придержала дверной колокольчик и вышла на террасу.

Кожу сразу обдало свежестью. Едва ощутимый Велмидфиль играл фонарями, и от них вокруг разбегались причудливые блики. Все столики пустовали, и лишь за последним кто-то сидел ко мне спиной. Приглядевшись, я узнала юную эльфийку. Ее плечи вздрагивали. Девушка очень старалась вести себя тихо, но нельзя было не понять, что ее тело сотрясают рыдания.

## Глава 15. Кевин

Мари, конечно, паршивка, обсмеяла меня, со «стратегическим объектом»! На самом деле, я, тщательно обследовав все здание таверны, остался очень доволен комнатой, которую мне выделили. И не потому, что соседняя дверь вела на кухню: сразу следом находилась стойка администратора и главный вход. Да, таверна на ночь запиралась, но мало ли что. Теперь я чувствовал себя в ответе за безопасность этого места. Вроде ж как меня наняли… На всякий случай прогулявшись перед сном по коридорам и убедившись, что вмешательства не требуется, я вернулся в комнату, рухнул на кровать и сразу провалился в сон.

Сначала он был поверхностный и несвязный, потом же я четко увидел, что сижу в какой-то пещере, поджав под себя ноги. Пахло сушеными травами, словно в аптекарской лавке. Одна из моих брючин оказалась распорота до бедра, а из длинной глубокой царапины на ноге сочилась кровь. И коленки такие острые, детские… Мне двенадцать. Почему именно столько не знаю, но цифра пришла сразу и отчетливо. А еще страх, холодный и липкий. В полумраке пещеры я был не один. Как я здесь очутился? Помню только, что безумно хотелось есть… Однако сейчас голод уступил место панике. Если бы я мог сильнее вжаться в стену или стать невидимым! Все равно поздно: тот, второй, меня заметил и тяжелыми шагами, которые отдавались в пещере как набат, пошел в мою сторону. Я сжался насколько мог, но глаза не закрыл. Какой смысл? Мне ни пять, чтобы думать, будто от этого меня не найдут… Подошедший оказался стариком. Крепким и высоким, хотя уже и сгорбленным. На нем была странная яркая одежда, вроде халата, замотанного сверху широким поясом, а под низ надеты широкие брюки.