Андрей Манохин
Маленький человек

Глава 1

– Ну, так что он тебе сказал?

Погода за окном резко сменилась, и на замену ветру, который активно барабанил по стеклу, неожиданно пришла тишина. Которая принесла с собой хлопья снега. Крупные и белоснежные они неуклюже, танцуя странный вальс, падали неспешно с неба. Широкая улица за окном, итак украшенная светом десятков фонарей, теперь блистала иными красками. Ощущение сказки буквально захватывало с головой. Особенно, когда в тёплом и ярком помещении играла дурманящая джазовая музыка. И под этот приятнейший аккомпанемент буквально хотелось забыться и лишь наслаждаться вальсом снежинок, который не только не прекращался, но даже усиливался. «Наконец, наступает настоящая зима».

– Ты опять витаешь в облаках? Я, конечно, всё понимаю, но твоя подруга хочет хоть какого-нибудь внимания. Эй…

Мысли снова вернулись на землю. Девушка даже резко помотала головой, пытаясь окончательно прийти в себя. Последнее время такое стало часто с ней происходить. Тёплая атмосфера ресторана снова стала осязаемой. Музыка уже не играла где-то далеко, а была совсем рядом. Как и рядом сидящая девушка, которая своим резким взглядом буровила подругу, практически не прикоснувшуюся к еде.

– Ой, прости меня, Соня. Я опять витаю в облаках.

– Да заметила уже. Изуми, ты последнее время странновато себя ведёшь. Это так на тебя влюблённость повлияла?

– Нет, ты что. Я…это…просто…

– Ешь уже давай. У тебя всё остыло.

Изуми вся засмущалась и чуть зажалась. Она выглядела совершенно другой на фоне своей подруги. И дело даже не в том, что она японка, а рядом сидящая девушка – немка. Нет. Они были совершенно разные по характеру. Это ощущалось во всём. В манере речи, движениях, осанке, голосе, частично внешности. Всегда яркая и раскрепощённая Соня была намного заметнее своей подруги. Не стеснялась в выборе одежды, любила свои длинные распущенные золотистые волосы. А вот у Изуми всё было наоборот. Она носила очки и прятала глаза под чёлку. Её волосы хоть и тоже опускались ниже плеч, но всегда заплетены. Одежда закрытая, а иногда и на размер больше. Соня прекрасно знала, что её подруга красивая, но та словно всегда стеснялась себя. Хотя, до их встречи, дела были ещё хуже. К нынешнему моменту ей многое удалось направить в правильное русло.

– Что…что ты у меня спросила? Я прослушала.

– Да я про этого…твоего Эдди. Как у вас там?

Изуми снова засмущалась.

– Ну, он позвал меня на свидание.

– Вооот. Другое дело. Так что ты такая неуверенная? Разве не прекрасно. Ну-ка расправь плечи быстро.

Та села более ровно. На лице появилась улыбка. Соня была рада этому. Она всегда любила, когда её подруга улыбалась.

– Просто…понимаешь. Это как-то всё неожиданно. Он…такой, а я…

– Да хватит уже причитать. Сколько раз тебе говорила, ты себя занижаешь. Что в учёбе, что в личной жизни. Надо выползать из своего кокона страха. Тебе на днях уже 20 стукнет. Я давно говорила быть более открытой, и другие потянутся. Вот и Эдди запал на тебя.

– Просто мы учимся вместе, и я ему помогала часто.

– Не ищи отговорок. И вообще…я тебе даже немного завидую. Красавчик такой. Мне вот постоянно какие-то придурки попадаются.

– Он хороший.

– Вот именно. Видно, что надёжный. Поэтому не упускай свой шанс. И сильно не уходи в учёбу. Надо жить полной жизнью. Я вообще не думала, что ты решишь так медициной увлечься. Хотя…зная твою семью. И всё равно, надо больше отдыхать. Мы даже видеться редко стали.

– Прости, прости. Я постараюсь больше уделять времени отдыху.

– А раз парень появился, так тем более. Поэтому…за тебя.

Соня подняла бокал шампанского, искрящийся пузырьками. Изуми с улыбкой ответила ей тем же. Обе рассмеялись и окончательно расслабились. Разговоры теперь пошли обо всём подряд. Народу внутри ресторанчика становилось больше. Вечер воскресенья этому помогал. Выпитая быстро бутылка шампанского окончательно развязала язык Изуми. Наличие алкоголя в крови всегда помогало ей полностью удалить от себя всё стеснение. Это нравилось Соне. Она иногда даже полностью замолкала, чтобы послушать подругу.

Девушка до сих пор иногда задавалась вопросом, почему сдружилась именно с Изуми сильнее всех. В школе они долгое время совершенно не общались. У Сони был другой, свой круг знакомых и друзей. Всё-таки она из богатой семьи, и поэтому многие годы вела иной образ жизни. Была некой мажоркой, но не уходила в крайности. Правда, чем старше становилась, тем больше чувствовала, что такая разгульная жизнь не для неё. В отличие от собственных родителей, она имела больше совести. И так получилось, что в один из дней просто заступилась за Изуми, когда над той в очередной раз издевались сверстницы. Девушка никогда никому не жаловалась, но и ответить нормально не могла. Чаще это были моральные издевательства. Соня сама не ожидала, что такое может произойти. Тогда всё показалось просто стечением обстоятельств. Услышав «спасибо», она просто ушла по своим делам. Но, с каждым днём, они стали чаще пересекаться. Приветствия сменились недолгими предложениями, а потом и целыми беседами. И, каким-то образом, две совсем разные девушки сблизились и стали общаться. Так и зародилась их дружба. Многие подруги Сони не понимали этого, отчего потом и перестали с ней дружить. А Изуми оказалась той, с кем она могла говорить часами, гулять где угодно, делиться самым сокровенным. Только с ней рядом стала чувствовать себя живой. Правда, со временем их пути стали чуть расходиться. Соня не пошла никуда учиться после школы, а просто решила открыть свою сеть магазинов женской одежды. Безусловно не без помощи родителей, но и у неё самой была хорошая руководительская хватка. Она стала более серьёзным человеком. Во многом благодаря своей подруге. А вот Изуми решила заняться медициной, и пошла дальше учиться. Она любила хоть как-то помогать людям. Во многом это пошло как от её покойных родителей, так и от приёмного отца.

Чем больше времени проходило, тем становилось всё более шумно в заведении. Музыка уже играла не тихо, а раскрепощённо и громко. Все столики вокруг заняты, разговоры льются рекой. Ещё более приятно находиться внутри ресторана, когда видишь за окном окончательно пришедшую зиму в Цюрих. Удивительное ощущение теплоты, как снаружи, так и внутри. Изуми нравилось это время. Словно происходило некое очищение, и жизнь запускала свой новый оборот. Просидев ещё около часа, подруги решили, что пора бы и закругляться.

Как же было здорово вдыхать запах зимы, опускавшийся на плечи. С каждой минутой снег сильнее падал, застилая всё вокруг. Девушки на лету ловили снежинки. Погуляв какое-то время вместе, Соня отправилась домой на такси. А вот Изуми решила пройтись пешком, так как ей до места назначения было совсем недолго идти.

– Не забудь всё мне рассказать, что там у вас будет. Жду, – на прощание заявила Соня, крепко обняв подругу.

Погода радовала глаз. Снежная и умиротворяющая. Темнота, украшенная сотнями огней, буквально создавала нечто приятное и будоражащее. Изуми никогда особо не боялась ходить одна в позднее время. Её это даже немного подстёгивало. Так она старалась бороться с собственными комплексами. А сегодня страх тем более не ощущался. Куча заведений были открыты до самого позднего времени. Отовсюду доносились музыка и воодушевлённые крики людей. Автомобили и пешеходы оказывались перед её глазами то тут, то там. Да и саму девушку охватывало некое чувство эйфории. Она давно так себя не ощущала. Происходящее казалось некой сказкой. Изуми впервые по-настоящему влюбилась (по крайней мере так она считала), и ей ответили взаимностью. Но, по-прежнему всё ощущалось каким-то сном. Эдди учился с ней вместе, и всегда казалось, что он совершенно не подходит тому месту, где находился. Высокий блондин крупного телосложения прекрасно играющий в футбол. Ему бы быть спортсменом. А он учился на врача. Причём был, будем честны, не самым толковым студентом. Именно поэтому, так получилось, что она несколько раз ему помогла по учёбе. Так и сблизились неожиданно. Хотя девушке всегда казалось, что он из другой группы людей, более элитной. Обеспеченная семья, дорогие вещи, богатые друзья. Но, как-то незаметно, парень стал с ней общаться и всё больше проводить времени. А затем произошло признание в чувствах. «Всё так неожиданно, что я до сих пор не могу поверить. Может мне хватит уже мерить людей категориями? Просто сама себе придумала, что такая, как я, не может дружить и общаться с людьми иного ранга? А теперь такое чувство, что я их притягиваю. Сначала Соня, теперь Эдди». От этих мыслей девушка ещё больше развеселилась.

Хотя в её компанию входил и совсем небогатый человек. Райнер. Наверное, единственный друг помимо Сони. Тоже очень дорогой для неё человек. Так уж вышло, что он был сыном очень хорошего друга её отчима. И оказался на неё похожим. Тоже нелюдимый, тихий, стеснительный. Они оба резко смогли общий язык и сильно сдружиться. И оба учились вместе в университете. Хотя, в отличие от девушки, парень всё-таки посещал один тематический кружок. Изуми видела в нём некую опору, родственную связь. «Надо бы поговорить с ним. Последнее время Райнер как-то отдалился совсем. Это так странно и непривычно. И ничего даже не говорит». Девушка отбросила грустные мысли и пошла дальше по улице.

Она жила в тихом районе Цюриха, чуть вдали от насыщенного центра. Очень живописная и зелёная территория, немного даже спрятанная от глаз сотнями высоченных деревьев. Огромное количество милых небольших домиков, разбросанных по обширной территории. И вот сейчас, когда уже во всю наступила зима, это выглядит по-настоящему волшебно. Девушка специально медленно пошла по знакомым улочкам, чтобы любоваться красотой. Завораживающее зрелище. Вскоре она дошла до своего дома. Он особо ничем не отличался от десятков других. Но, всегда отдавал таким невероятным теплом. И вот на лице Изуми появилась улыбка. Из широкого окна, где горел свет, маленькая девочка махала ей рукой, светясь от счастья. Только девушка подошла к двери, та уже спешила ей её открыть.

– Изуми, ты пришла!

Девочка, что есть силы обняла девушку и не хотела отпускать. Будто бы не видела долгие месяцы. Это выглядело невероятно мило. Изуми лишь потрепала её белокурые волосы и заулыбалась.

– Я думала, ты уже готовишься ко сну. Тебе ведь завтра рано вставать на учёбу, – заявила она, зайдя за порог.

Девочка наигранно надула губы, но потом снова расплылась в улыбке. Она явно была энергичным ребёнком.

– Рано ещё. Время совсем детское. Я даже не поужинала, хотя Хлоя и наготовила нам еды. Ждала тебя и папу.

– Томас ещё не пришёл?

– Папа позвонил и сказал, что задерживается на работе.

– Понятно. Ладно, давай тогда поужинаем. Я особо не наелась.

– Ура!

Девочка со всех ног побежала в сторону кухни, а Изуми спокойно стала снимать с себя верхнюю одежду. У неё всегда становилось тепло на душе, когда она оказывалась здесь. На прошедшие годы после смерти родителей, это место стало настоящим домом, где она чувствовала себя в безопасности. И во многом ей помогли люди, которые тут жили. Особенно та маленькая девочка семи лет, которая, что-то напевая себе под нос, шумела на кухне.

– Грета, я сейчас подойду, всё сама сделаю. Не усердствуй ты так.

– Я справлюсь, – донеслось из кухни.

– Вот неугомонная, – шёпотом и с улыбкой произнесла Изуми.

Дом изнутри не представлял ничего необычного. Самый стандартный и среднестатистический. На первом этаже помимо кухни и большого холла имелась гостиная и маленький кабинет главы семьи. А второй этаж был отдан на откуп комнатам «сестёр». Девушка жила тут уже четыре года и была счастлива.

Во время ужина девочку было буквально не остановить. Она тараторила без умолку о том, как прошёл её день. Грета всегда была невероятно активной. Даже умудрилась немного уделить внимания их горничной Хлое (та периодически приходила помогать по дому и следить за девочкой, так как отец часто был на работе до поздна, а Изуми на учёбе). Девушка всегда слушала очень внимательно, еле успевая вставлять хоть какие-нибудь свои фразы. Они были очень хорошими подругами, даже можно сказать сёстрами. Грета души в ней не чаяла. Ведь, по сути, Изуми была той, кто заменила ей маму, погибшую в одно время и с родителями девушки. Став подругами по несчастью, их дружба оказалась очень крепкой.

– Смотри, смотри, что я нарисовала, – девочка принесла кучу листков из своей комнаты.

– Ух ты. Да у тебя с каждым разом получается всё лучше и лучше.

– Мне это ночью приснилось.

– Ты настолько всё запомнила? Круто.

Изуми действительно восхищалась рисунками Греты. Та очень хорошо рисовала. У неё получалось всё лучше и лучше. Девушка даже говорила Томасу, что стоит ей попробовать заниматься этим более основательно. Тем более девочка любила рисовать. Что ещё больше удивляло Изуми, так это тематика художеств. Грета говорила, что это всё ей снилось и она великолепно запоминала сны. И каждый раз получались невероятные вещи. Она постоянно рисовала вымышленные миры, но с невероятной точностью. То бескрайняя пустыня с небольшими городами. Там обитали странные белые люди, а за пределами жилых мест бродили исполинских размеров великаны. То бесконечные поля, покрытые самыми красивыми цветами. И над всем этим возвышается невероятных размеров стеклянная башня. То странные подземные города, заполненные чудными существами. И многое другое. Грета всё это рисовала, говоря, что видит такие сны. В её комнате накопилось огромное количество самых разных рисунков. Изуми всегда с невероятным интересом разглядывала их. И при этом всегда испытывала странные чувства тревоги.

– Я смотрю, у тебя опять дракон появился. Причём прямо такой же.

– Ага. Так странно. Я часто его вижу во снах. В этот раз было такое чувство, будто это я. Лечу в небе. Я дракон. Красивый, правда?

Грета постоянно рисовала одного и того же дракона. Длинного, белого и синего цвета. Как в китайской мифологии. Что заметила Изуми, именно его девочка лучше всех рисовала. Более чётко и детально. И глядя на него, девушка испытывала самое сильное чувство тревоги. «Почему я так переживаю? Просто ведь рисунки. Так странно».

Поужинав, Изуми позвонила Томасу. Тот заявил, что придёт поздно, поэтому ждать его не стоит. Пообщавшись и поиграв с Гретой ещё немного, та заявила, что пора спать.

– Не хочу.

– Завтра рано вставать. Опять будешь весь день сонная.

Грета немного повозмущалась, но всё-таки согласилась. Закончив со всеми делами где-то через полчаса, Изуми тоже отправилась в свою комнату. Она была не такой яркой и крутой, как у девочки. У Греты в комнате можно было найти всё что угодно. Отец любил баловать свою дочь. А та любила этим пользоваться в силу своего возраста. Изуми тоже могла себе многое позволить (Томас относился к ней как к родной), но ей этого совсем не хотелось. Главной драгоценностью для девушки в комнате были книги. Три больших стеллажа доверху ими набиты. На любой вкус и цвет. Особенно выделялись книги на исторические темы. Целый стеллаж был поставлен именно под них. Девушка больше всего любила историю. И ей хотелось пойти на исторический факультет университета, но вышло иначе. Хотя, в итоге пообещали специальный курс через год, но пока нужно было позаниматься медициной. По крайней мере, для вида. Всё дело в её родителях и Томасе.

Томас Фишер и его погибшая жена, а также родители девушки были учёными. Учёными-биологами. Они вместе работали в одном крупном научном центре. Но их место работы было лишь прикрытием. На самом деле все они вчетвером являлись научными сотрудниками организации «Имир». Занимаясь изучением биологии и её влиянии на тех людей, которые начинают проявлять сверхъестественные силы. А также исследовали природу различного количества энергонов в теле человека. И Изуми, как очень умному ребёнку, было разрешено донести информацию о реальной работе родителей. Поэтому она тоже стала частью организации. Безусловно, ей помогло ещё и то, что в её организме, как и у родителей, практически отсутствуют энергоны. Лишь самое минимальное их количество. Поэтому, теперь она учится, чтобы через год быть полноправным членом, как будущий учёный. На данный момент она занимается медициной, но также исследует историю. И в будущем руководство организации сможет решить, в какой отдел её отправить после сдачи экзаменов. Университет является основным прикрытием «Имира». По своей сути он и является главным его штабом. Именно оттуда принимаются все решения и отсылаются по миру. Ну, и можно сразу сказать, что все студенты университета – кандидаты на устройство в «Имир». Поэтому и Эдди и Райнер тоже знают иную сторону правды о нашем мире. Правда, в отличие от Изуми, их семьи ничего об этом не подозревают. Девушка стала особым исключением. Естественно она прекрасно понимает, что никому постороннему не должна говорить об этой организации, и что на самом деле происходит за стенами университета.

И вот теперь, когда она потеряла своих родителей, стала ещё больше стараться. Чтобы их труд не был напрасным. Чтобы очистить мир от зла. Девушка была ярым сторонником пацифизма. Она надеялась, что когда-нибудь всё вокруг освободится от ненависти. С такими мыслями ложилась спать. А прямо перед сном, Эдди написал, что желает ей «приятных снов». Изуми была счастлива.

Глава 2

– … На этом наша лекция заканчивается. Прошу всех подготовить материал по влиянию количества энергонов в теле человека на мозговую активность. Обсудим это на следующей неделе. Все свободны.

Прозвенел звонок, и группа студентов начала медленно покидать лекторий. Профессор начал собирать вещи в свой небольшой портфель, что-то тихо подпевая себе под нос. Когда уже практически все покинули помещение, он заметил, что один из ребят остался.

– Да, Джуд? Я тебя слушаю.

– Я хотел спросить, профессор. А ведь правда, что есть возможности повысить количество энергонов в теле? Усилить организм?

– Конечно. Ты сам должен о них знать. Они вполне законны…

– Нет, я про другое. Чтобы кардинально повысить. Не на десятки позиций, а на сотни или…даже больше. Существует ли такое? Я нигде про это не увидел никакой информации.

Профессор стал более серьёзным и прямо посмотрел на парня.

– Да, такие случаи существуют. Но, они были совершены (по крайней мере, известные мне) незаконными способами. Что карается судом и тюрьмой. О таком вам будут говорить, когда уже станете полноправными членами организации. В данное время не существует ни одного законного метода усиления организма, в частности увеличения количества энергонов, более чем на 50 позиций. Это правило, это закон. Больше мне нечего тебе сказать.

– Спасибо, я понял, – парень поклонился и направился прочь из лектория.

Только в этот момент профессор заметил, что в дверях его ждал мужчина с шикарной бородой.

– Смотрю, ребята очень любознательные пошли, – с улыбкой заявил он, когда студент уже скрылся из виду.

– Не то слово. Всем интересуются.

– Это же прекрасно. Сам вспомни, когда мы были молодые. Каждая мельчайшая деталь создавала в нашей голове десятки новых вопросов. Пускай, пока молоды, впитывают всё как губки. Им это явно поможет в будущем.

Профессор улыбнулся и взял портфель со стола, перед этим поправив растрёпанные волосы на голове и потрогав свои шикарные усы. Они с мужчиной вышли из лектория и медленным шагом направились по коридору, где-то и дело пробегали какие-то студенты.

– Ты что-то хотел, Адам? Не зря совершил такой крюк, чтобы прийти в это крыло университета. Что-то важное?

– Хотел с тобой поговорить, Томас. Ты вечером сегодня свободен? Посидим в каком-нибудь тихом и спокойном месте?

Мужчина напрягся. Он сразу понял, что его друг не просто так зовёт на разговор. Адам Дрозго был невероятно серьёзным человеком, который очень редко шутил. Профессор химического отдела «Имира». Был одним из немногих учёных, который до сих пор отрицал всю магическую идеологию сверхъестественного. Всегда считал, что любое магическое заклинание и любого мага можно объяснить научным путём. А то, что этому не поддавалось, просто считал пока плохо изученным. Особенно это касалось преступлений, созданных на данной почве. Хотя, уже не раз пытались объяснить, что в его теориях есть существенные изъяны, и что люди, обладающие невероятными способностями с рождения, без какой-либо причины получили их просто так, он продолжал стоять на своём. Многие за это считали «чудиком» и мало общались. Хотя, именно благодаря его познаниям в химии, специальный атакующий отряд «Имира» имел так называемые магические заклинания, которыми пользовался в борьбе с преступниками. Основанные на химических формулах и созданные из различных растворов. Поэтому он являлся вторым человеком в отделе Химических исследований.

Томас Фишер немного нервно поглядел по сторонам. Последнее время он стал бояться, что за ним могут следить сотрудники «Имира». Но вокруг всё было спокойно.

– Ты что-то разузнал? – шёпотом спросил, стараясь не сильно походить на параноика.

– Кое-что появилось. Это пока неточная информация, но некоторые вещи сходятся. Тут говорить опасно, ушей слишком много. Поэтому предлагаю вечером встретиться.

– Знаешь…иногда мне кажется, что мы сами всё себе надумали. Уже четыре года прошло, а с мёртвой точки так и не сдвинулись. Понятно, что такая организация, как «Имир», хранит тайны, которые даже для нас сокрыты. Но, может…

Адам резко остановился и положил руку на плечо друга.

– Даже не смей так думать. Не смей считать, что смерть наших друзей и твоей жены была просто несчастным случаем. А сколько других учёных за последнее время бесследно исчезли. Я уверен, что за закрытыми дверями всех отделов, что ниже пятнадцатого, страшные вещи происходят. Разве сам не помнишь, что нам попадалось за последнее время?

Томас снова призадумался. Уже сколько раз он пытался бросить эти слабые попытки хоть что-то разузнать, что-то понять, но всё было бестолку. Он всегда считал организацию «Имир» чем-то невероятным. Место, где люди стараются обеспечить безопасность всему миру от самых разных угроз. Он изучал природу человека, его биологические возможности. И всегда считал, что знания идут на благо всего вокруг. Но за последние годы его мировоззрение резко поменялось. А сейчас он уже стал сомневаться во всём. Не понимать, где правда, а где ложь. И, глядя в глаза своего друга, Томас снова и снова размышлял, стоит ли опять лезть в этот омут, или просто продолжать жить со своей болью на сердце.

***

Фишер появился в организации «Имир» совсем юным молодым доктором. Оказался ими спасён во время нападения на него монстра, жившего в глубинах канализации Цирюха. Как оказалось, некая оккультная группировка проводила там опыты на животных, создавая невероятные образцы. Спецотряду удалось уничтожить его, а парня спасти, оказавшегося просто не в том месте, не в то время. Это был уже не первый случай, когда он сталкивался со сверхъестественным и необъяснимым. Просто до этого на него не выходили сотрудники «Имира». Однажды, сам того не понимая, встретился с сильным падшим и чудом не лишился части энергии. А второй раз стал случайным свидетелем убийства. И его не испугал сам факт, а то, как это было совершенно. Убийца испустил огненное пламя из рук и поджёг тело жертвы, которое сгорело в мучительных муках. После тех случаев Томас стал верить во всю мистику. И вот, попав под прицел организации, он должен был подвергнуться изменению памяти. Но, на допросах парень проявил чувства смекалки, доказав, что может быть полезным. Его знания и рассуждения об увиденных инцидентах заставили сотрудников задуматься. В итоге была предложена работа в организации. Даже несмотря на то, что он имел не слишком маленькое количество энергонов в организме. Близкое к средним показателям, что не сходилось с политикой «Имира». Но, после нескольких дней проверок, Томас всё-таки был принят. Тогда он и познакомился со своей будущей женой Ханной, а также с молодой семейной парой из Японии. Те уже втроём работали в одном отделе биологии. В отличие от Томаса с зачислением у них проблем не было. Количество энергонов минимальное. Фишеру повезло оказаться в их компании, которую тогда считали самой перспективной. Главной движущей силой в той четвёрке являлся Торико Хосода. Самый пробивной и активный. Он никогда не боялся спорных и подчас опасных идей. Именно благодаря его теориям были изобретены специальные добавки к лекарствам от самых разных болезней. Их те или иные виды давались человеку в зависимости от количества в теле энергонов. Именно это стимулировало организм и помогало вылечиться. Его жена Сачико, по сути, была правой рукой. Если Торико являлся чистым теоретиком, то она – практиком. В этом тандеме они великолепно работали. Томас очень быстро и легко влился в компанию, пытаясь от них не отставать. Вместе они серьезно продвинулись по очень многим вопросам, укрепив силы организации и обеспечив ещё большее влияние на многие сферы жизни. Предложение Ханны изучать других животных оказалось полезным. То, что в их телах имеется иное количество энергонов (намного больше у некоторых видов), а также наличие совсем иных по строению, запустило компанию по тщательному анализу. Учёные хотели научиться извлекать такие энергоны и попытаться внедрить их в организм человека. Благодаря исследованиям они выяснили, что такие экземпляры кардинально меняют всё строение клеток. Могут излечить от болезней, создать у человека новые сверхспособности, усилить его во всём. Но это были лишь теории, и к практике по итогу так и не перешли. Правда Томас и Ханна смогли создать копии таких энергонов искусственно. Они не были настолько действенными, как оригиналы, но были приняты в оборот. Испытания на людях с попытками извлечения экземпляров из животных так и не разрешили на официальном уровне. Хотя Торико часто в разговорах с коллегами будет заявлять о том, что «Имир» может нелегально этим заниматься на секретных уровнях своей организации. А они были. Даже самым важным учёным и руководителям не были известны все тайны, которые хранились за закрытыми дверями самых нижних отделений, находившихся глубоко под землёй. Сверху же стоял Главный университет Швейцарии. Власти отдали его территорию под организацию, а сами построили неподалёку практически точную копию, где обучаются обычные люди. Объяснив это просто тем, что в старом здании более углублённое изучение. И все поверили. Ведь на самом деле, заходя внутрь, человек оказывался в стенах университета, где учились студенты. И они реально там учились. Но тому, что пригодится им в будущей работе в «Имире». А вот уже под землёй находился главный штаб организации. Целая сеть из десятков этажей, сотен отделений и тысяч сотрудников. И именно на самых нижних этажах происходили вещи и процессы, о которых практически никто из официального персонала не знал. Это всегда бесило Торико. Он чувствовал, что от них скрывают многое.

Вся четвёрка продолжала и другие исследования. Например, благодаря их экспериментам научились правильно замораживать энергоны в различных состояниях (жидком, твёрдом и газообразном). Они смогли преобразовывать многие процессы в организме человека, чтобы тот научился безболезненно совершать вещи, которые ему были неподвластны ранее. И если раньше такое было доступно только людям с рождения (управлять огнём, водой, электричеством и так далее), то теперь появлялась возможность внедрить это в человека. Руководству всегда нравились новые открытия учёных. Но часто они их по многим вещам тормозили или даже в чём-то отказывали. Брали наработки лишь для того, чтобы вооружать свои отряды в борьбе с преступностью. Это было правильно, но при этом они не особо торопились использовать в мирных целях для помощи людям. Всё и шло таким путём долгие годы. Каждый занимался своим любимым делом, «Имир» процветала, в мире велась борьба с преступностью, организация вместе с верхушками власти всех стран успешно скрывали от большинства людей факт иных сверхъестественных вещей, которые не были нормой. Сначала у семьи Хосода родилась дочка, которую назвали Изуми. А потом уже появился долгожданный ребёнок и у Фишеров. Хотя Ханна рожала очень тяжело. Ещё в момент зачатия она была сильно больна, да и потом все остальные месяцы тоже. Правда девочка, которую назвали Грета, родилась здоровой, без каких-либо осложнений. Всё шло хорошо. Но, четыре года назад что-то резко поменялось.

В организации начались различные ужесточения для сотрудников, особенно для учёных. Некоторых стали увольнять под не самыми понятными предлогами. В тот момент вся четвёрка корпела над изучением системы клонирования. Но не простой (клонирования человека), а завязанной на энергонах. Это выглядело очень амбициозно. Причём выдвигались самые различные интерпретации. Просто клонирование энергонов, извлечённых из организма человека. Клонирование их внутри тела, а потом извлечение. Клонирование внутри только что умершего тела, которое заморозили в специальной камере. Торико даже выдвигал теорию о создании человека с нуля, начиная процесс с энергонов. Его версия была очень слаба и малопонятна (даже ему самому), но он не оставлял теоретических попыток. И именно в это время началось некое давление на всю четвёрку с самого верха «Имира». За учёными начали следить, часто просить доклады по их работам, вести диалоги на самые разные темы. Да, это место для многих казалось неидеальным, но по большей части огромное количество умных людей могло реализовать свои идеи. Причём, во благо человечества. А теперь это стало походить на нечто пугающее и странное. Многие отделы перестали быть общедоступными. Несколько этажей переоборудовали под иные лаборатории, куда никого не пускали кроме ответственных лаборантов и учёных, а также самой верхушки власти. Судя по всему, даже крупные акционеры, руководители иных филиалов, совет министров организации, никто их них ничего не знал. Даже больше, президенты и представители правительств стран ничего об этом не подозревали. Лишь глава всего «Имира» Норман Редклифф, а также самые приближённые к нему люди были в курсе всех дел, что проводились на территории главного штаба. Учёных стали реже приглашать на общие собрания, многие документы засекретили. Неожиданно резко увеличился состав специальной охраны, отвечавшей за опасные и сверхсложные операции. Почти в два раза. В определённый момент всю тематику с клонированием резко прикрыли без особого объяснения причины. Особенно сильно всем этим возмущался Торико. А в один день его вызвали к начальству. Причём, лично Норман Редклифф присутствовал там. Томас до сих пор помнит ту сцену, когда мужчина вернулся. На нём не было лица. Он так и не рассказал особо ничего про тот разговор. Куда его водили и что показывали так и осталось загадкой. Фишер лишь помнит, что Торико в один из дней у него дома отвёл друга в укромное место от чужих глаз. Он заявил, что в организации творятся какие-то страшные вещи. Видел списки учёных и иных лиц, даже не относящихся к «Имиру». Мужчина был уверен, что на нижних этажах проводят незаконные эксперименты над людьми. Именно тогда он сказал слова, которые до сих пор всплывают в сознании Томаса.

– Нужно быть осторожными. Нас могут убрать всех. Не просто сотрут память, а убьют.

– Что за глупости, Торико. С чего ты такое говоришь? Мы ничего плохого не сделали.

– Мы слишком много знаем, и никто из нас четверых не будет сотрудничать с ними. Думаешь, просто так наши работы в определённый момент закрывают? Думаешь, просто так нам стали затыкать рот на собраниях, когда начали задавать кучу вопросов? Думаешь, учёных просто так увольняют? Хотя, нет. Думаешь, их увольняют? Нет. Я видел несколько фамилий в списках. Нет. Я попытался пробить по этим людям. Они пропали. Их нет. Словно и не было. Никаких следов. Нас всех пасут, Томас. Не ровен час, что и мы будем там.

Фишер тогда не на шутку всполошился. Тот взгляд друга был ужасен.

– Скажи, что тебе говорил Редклифф? Вы же общались зачем-то. Что там у вас произошло? Почему ты ни с кем не делишься?

Хосода тогда совсем поменялся в лице. Ему было очень страшно. Никогда ещё Томас не видел его таким. Торико обнял Фишера и прошептал ему на ухо.

– Я не смогу сказать. У нас же дети. Но, поверь мне, всё очень плохо.

А через несколько дней, неожиданно, на общем собрании сообщили, что часть учёных отправят на международный форум для представления своих работ. Естественно это должно подаваться в адекватном виде, чтобы люди ничего не заподозрили. Такие вещи очень важны для коммуникации с другими учёными (не из «Имира»), показу вещей, которые в будущем будут применяться везде для помощи людям. И всю четвёрку тоже решили туда отправить. Им даже разрешили кратко поговорить о теме клонирования под иным углом, не сильно вдаваясь в подробности. Казалось, обычное дело. Но в нынешних реалиях это смотрелось очень странно. Как назло, перед самой поездкой Томас заболел. В итоге в город Берн поехало трое человек на автомобиле. Фишер до сих пор винит именно себя, что он не находился с ними в тот момент. Ханна, будучи за рулём, не справилась с управлением, и машина выехала на встречную полосу, отчего произошло столкновение с фурой. Никто из учёных не выжил. Все погибли на месте. Это стало невероятным ударом для Томаса. Он просто не верил словам, которые ему говорили, пока сам не увидел тела. При этом прошло уже четыре года, но он так в глубине души и не согласился с официальной версией. Мужчина прекрасно знал, что его жена великолепно водит автомобиль. У него было чувство, будто их специально убили. Словно руководство «Имира» считало опасными, а самому Томасу просто повезло, что тот не поехал с ними. Ещё чаще стал прокручивать в голове последний разговор с Торико. «Неужели организация вот так скрывает следы своих незаконных действий, просто убивая сотрудников? Как такое вообще возможно?» Так в одночасье Фишер потерял своих лучших друзей и любимую женщину.

А затем самым сложным было сказать Изуми, что её родители погибли. Это был тяжелейший разговор в его жизни. Но девочка стойко перенесла боль утраты. В тот день пролилось много слёз. Томас сразу же решил предложить ей жить с ним и Гретой вместе. Он чувствовал ответственность за произошедшее. Изуми согласилась, тем более близких родственников у неё не было, а дальние не горели желанием заботиться о девушке. Томасу удалось спокойно стать опекуном. В этом организация сильно помогла (уже тогда мужчина почувствовал некую иронию). Так началась совсем иная жизнь.

Тогда-то Фишер сильно сблизился с Адамом Дрозго. Они и до этого хорошо общались, но теперь стали очень близкими друзьями. Именно его товарищ стал ещё сильнее налегать на версию того, что учёных убили, а всё подстроили под несчастный случай. В тот момент они начали сильнее углубляться в подноготную организации, пытаясь найти хоть какие-нибудь улики. Хоть им иногда и удавалось узнать о не самых хороших вещах, творившихся в стенах «Имира», особых продвижений не было. Некоторые пропажи учёных казались очень странными и непонятными. Появилась некая информация о незаконных экспериментах на нижних этажах. Но всё без особой конкретики. А уж про смерть жены и друзей Томас так ничего и не узнал. И вот, последнее время он уже сам стал сомневаться во всём. Что все его попытки были зря. И нужно просто продолжать жить настоящим, а не пытаться утянуть с собой прошлое.

***

– Я так понимаю, сейчас ты мне ничего не скажешь? Только в нашем месте?

Адам осторожно поглядел по сторонам. Толпы студентов ходили то тут, то там. Ничего не выглядело подозрительным.

– Здесь опасно. Могу сейчас сказать, что у меня появился человек, который тоже копает под «Имир». Более того, он знает некоторые его секреты. Я хочу тебя с ним познакомить. Его информация достоверная.

– А вдруг это просто уловка? И на самом деле с тобой общается сотрудник «Имира», который…

– Я тоже так думал. Но, вещи, о которых тот говорит уж слишком дискредитируют организацию. Более того, я пробил через своих знакомых этого человека. Он вообще не имеет никакого отношения к «Имиру». Я более чем уверен, что он тот, кто поможет докопаться до правды. Поэтому он и предложил объединить силы.

Томас задумался.

– Слушай, пока выглядит сомнительно, но…

– И ещё. Он заявил, что здесь работает сотрудник, который внедрён его нанимателем, чтобы копать под руководство и его тёмные делишки. И мы даже его знаем. Имя правда не говорил. А также этот парень показывал мне некоторые документы с именами учёных и иных бывших сотрудников. У большинства из них найдены места захоронения. Тайные. Их не просто уволили, и те уехали в далёкие края. Нет. Их уже нет на этом свете.

Адам снова осторожно поглядел по сторонам.

– Там даже есть люди, которые не имеют отношения к организации, но узнав слишком много, словно испарились… Вот помнишь Дина Легина?

– Дин Легин? Вроде знакомая фамилия.

– Раньше он был Дмитрий Легков. Простой учёный. Не знал ничего о другой стороне этого мира.

Томас на секунду ушёл в себя, а потом вспомнил.

– Да. Вспомнил. Он неожиданно исчез со всех радаров. Прекрасно знал своё дело. Я с ним пару раз даже общался. Он…

– Ему удалось самому узнать многое по теме энергонов. Без знаний «Имира». Он стал выдвигать теории на всеобщее обозрение.

– Слушай. Ну такое мало кому понравится. Представь под какую опасность попал «Имир». Организация оказалась под угрозой раскрытия. Такие случаи бывали и раньше. Его могли просто напугать. В худшем случае стереть память. Я не говорю, что это хорошо. Это аморально и незаконно, но…

– С ним точно что-то случилось. Как и с другими. Власть «Имира» решает всё кардинально. В тех документах, что я видел, слишком много правды. Это не может быть выдумкой. Организации есть что скрывать. Причём что-то страшное и опасное. Поэтому предлагаю тебе сегодня вечером в нашем месте собраться. Представлю этому человеку. Тогда ты всё поймёшь.

– Ладно, хорошо. Ты меня заинтересовал.

Адам улыбнулся и похлопал друга по плечу. Их настроение чуть улучшилось. Оба, закончив говорить на опасную тему, спокойно направились по коридору корпуса дальше, болтая уже на совсем отвлечённые темы.

Глава 3

– И всё-таки мне кажется, что это плохая идея. Ты точно на занятия не опоздаешь?

– Я сказала, что хочу пойти, значит пойду.

– Я могла бы и сама отнести Томасу. Да и он, наверное, уже себе что-нибудь купил.

Грета надула щёки, но ещё более уверенным шагом пошла по дороге, неся в руках пакет с едой. Буквально меньше часа назад Изуми ошарашил звонок девочки из дома. Та сообщила, что Томас забыл свою еду и ушёл на работу без неё. Казалось бы, небольшой пустяк, но Грета была неумолима и твердила, что еду надо отнести. Это вполне могла быть и горничная Хлоя: сделать сама или через Изуми. Но, когда девочке что-то взбредает в голову, она стоит на своём. Благо, сегодня у неё занятия начинались уже после обеда, и у девушки был перерыв. Поэтому она встретилась с Гретой, которую привезла Хлоя, и вместе они пошли пешком к зданию университета. Погода прекрасно располагала для прогулок. Голубое небо, избавленное от туч, и яркое солнце радовали глаз, создавая приятное морозное настроение. Всю ночь шедший снег теперь создал приятную картину. Его хруст под ногами добавлял ещё больше атмосферы всему вокруг. Да и вообще царила какая-то праздничная аура. И, глядя на радостную Грету, девушка сама становилась весёлой.

– Что-то мне подсказывает, что ты таким образом решила просто посетить место работы Томаса. Я права?

Девочка стала сразу отнекиваться, но ехидный взгляд Изуми быстро её расколол. Она конечно заявила, что переживает за здоровье своего папы, но всё было понятно без слов. Грета давно мечтала посетить место, где работал отец, и теперь представилась такая возможность.

– Только ты не думай, что разрешат там куда-то зайти. Томаса позовут, и он встретит нас в холле, не более. Это максимум.

Грета чуть кивнула, но всё равно её глаза блестели от счастья. Даже такая мелочь уже была чем-то очень приятным для девочки. Вскоре они подошли к зданию университета. Величественное и древнее, оно возвышалось вокруг всей площади, буквально зазывая к себе. Изуми всегда нравился этот старинный стиль домов в центральной части города. Большое количество людей постоянно то заходило туда, то выходило из него. Особенно молодых. Десятки автомобилей заезжали на специальную подземную парковку рядом со зданием. Никто визуально и не мог бы догадаться, что на самом деле перед ним главный международный штаб организации «Имир». Девочка, кстати, тоже совершенно ничего об этом не знала. Но почему-то всегда казалось, что её папа работает в не самом обычном месте. Спокойным шагом они вошли внутрь. Главный, огромных размеров, холл открылся глазам Греты. Она была немного в шоке от увиденного. Смесь готического и классического стилей с добавлением современности. Уходящие ввысь стены и колонны будто бы отдаляли потолок ещё дальше. Невероятное количество узоров, барельефов, небольших статуй. Главная лестница словно усыпана золотом. Лампы вокруг выполнены в каком-то старинном и волшебном стиле. Огромные окна, украшенные десятками узоров. При этом вокруг куча экранов, транслирующих новости и различную информацию. Стенды, автоматы с едой и напитками, везде камеры. Но это не выглядит как-то отталкивающе в таком антураже. Даже, наоборот, дополняет его. А венцом всего является невероятных размеров люстра, возвышающаяся в центре холла. Своей красотой она просто завораживала.

– Как тут классно, – глаза девочки буквально блестели.

На входе их ждала тщательная проверка. Специальные металлоискатели, камеры, проверки документов. Изуми прекрасно знала, что тут смотрят и на наличие вещей и способностей, о которых обычным людям ничего не должно быть известно. Особые жезлы у охраны могут засечь присутствие у вошедшего опасные способности и силы. Металлоискатели сканируют даже внутренности человека. Девушке всегда казалось, что им, студентам, не всё рассказали о возможностях системы охраны здания. Объяснив на пропускном пункте о ситуации, её пропустили вместе с Гретой в специальную часть холла для встреч родственников с сотрудниками университета. Там было большое количество мягких кресел, где они вдвоём уселись в ожидании Томаса.

Он пришёл быстро и был очень удивлён, даже если не напуган. Естественно Фишер подумал, что с ними случилось что-то плохое, но увидев в холле светящуюся от счастья Грету, сразу успокоился. Улыбка при виде дочери сама собой появлялась на лице. Выслушав Изуми, он пожурил свою родную дочку, но не сильно. Всё-таки, у него никогда не получалось ругать Грету, слишком он её любил.

– Ладно, мне пора на работу, да и вам на учёбу. Сегодня буду поздновато, у меня встреча с другом после. Хорошего вам дня.

Томас поцеловал обеих в лоб и направился в обратном направлении в сторону биологического отдела, который находился на два этажа ниже под лекториями. Изуми тоже нужно было уже заканчивать с отдыхом. Позвонив Хлое, она сообщила, что Грету надо отвезти на занятия. Они стали дожидаться её в холле, всё-таки на улице уже не было так тепло.

– Ну, что, ты довольна?

– Ага, – девочка всё ещё светилась от счастья. – Жалко, нельзя посмотреть, где именно папа работает.

– Наглости тебе конечно не занимать, – заулыбалась по-доброму Изуми.

Пока они ждали горничную, Грета без умолку обо всём говорила. Она спокойно меняла самые разные темы, не останавливаясь долго на какой-то одной. При этом её всегда было интересно слушать. Успела даже рассказать, что снилось этой ночью. Это были в очередной раз невероятные сюрреалистичные сновидения. Изуми всегда казалось, что девочка, когда вырастет, сможет писать необычные фантастические романы. Вскоре Хлоя подъехала, и они собрались выходить из здания. В эту секунду в университет зашла небольшая делегация из строго одетых мужчин. Охрана их особо не проверяла, а наоборот приветствовала и кланялась. А с одним их них обращались очень учтиво. Девушка не сразу поняла, кто этот мужчина, но потом вспомнила, отчего замерла на месте. Стряхнув с себя остатки снега, он отдал пальто одному их подоспевших лакеев (которые тоже тут работали) и поправил на себе дорогой костюм. Лет сорока, статный, высокий, знающий манеры, он выглядел очень хорошо. Чёрные, как смоль, волосы аккуратно уложены. Острые (в какой-то степени орлиные) черты лица пугали и восхищали одновременно. Он ходил с невероятно красивой тростью явно лишь для красоты. Его взгляд буквально на секунду остановился на «сёстрах», после чего он заговорил с одним из мужчин, и вся делегация отправилась к главной лестнице холла. Девушка вспомнила, кто этот человек, хотя вживую увидела его в первый раз. Это был глава всей организации «Имир». Норман Редклифф. Человек, с которым никто никогда не спорил. Его редко можно было бы увидеть разгуливающим в стенах этого здания, поэтому Изуми видела его лицо ранее лишь на экране. Все те слухи, что про него ходили, создали для неё образ человека, которым она восхищалась. И вот, впервые увидеть его вживую, стало для неё событием.

Лишь спустя пару секунд девушка поняла, что правая рука начала болеть от того, как сильно её сжимали. Посмотрев вниз, она увидела Грету, которая вся тряслась, а глаза были наполнены ужасом и страхом. Опустившись на корточки, Изуми, ничего не понимая, смотрела на девочку.

– Что такое? Что…что случилось, Грета? Чего ты так испугалась?

Та глядела в спину уходящему главе «Имира» и продолжала трястись. Её рот открывался сам по себе, но оттуда ни вылетало ни слова. Лишь когда мужчина скрылся, та посмотрела на Изуми. Девочка чуть не плакала.

– Он…он… Я видела его…в моих снах…этого страшного мужчину.

Девушка ничего не могла понять.

– В каком смысле?

– В моих снах…этот человек. Он страшный человек. Я…боюсь его…

– Может тебе показалось? Ты уверена, что видела его в своих снах?

Грета с глазами полными ужаса смотрела в лицо Изуми.

– Да. Это точно он. Я несколько раз видела его в своих снах. Он делал страшные вещи… Сестрёнка, пойдём отсюда, пожалуйста. Мне страшно.

Они вышли из здания университета, где их уже ждала Хлоя. Горничная не могла понять, почему Грета в таком состоянии. Изуми старалась как-то объяснить, но не особо получалось. Она пыталась успокоить девочку. Через несколько минут Грета, всё-таки, пришла в себя. Девушка говорила ей, что, наверное, та ошиблась.

– Грета, такое бывает. Сны всегда со временем хуже запоминаются. Может быть тебе снился просто похожий человек. Или ты где-то случайно увидела его лицо, а потом он тебе приснился. Такое бывает.

Девочка очень серьёзно в этот раз посмотрела на Изуми.

– Нет. Я его никогда раньше в жизни не видела. Это точно он мне снился раньше. Он злой, он плохой.

Девушка и не знала, что ей сказать дальше. Это всё выглядело очень странно.

– Ладно, Грета. Давай об этом поговорим вечером, хорошо? Сейчас и тебе и мне нужно на занятия. А вечером с тобой всё обсудим.

Девочка кивнула и даже чуть улыбнулась. Но это была грустная улыбка. Лишь когда автомобиль скрылся из виду, девушка поспешила обратно в здание университета.

***

Было очень сложно сконцентрироваться на учёбе. В голову Изуми всё время лезли те слова Греты. Она чувствовала, что девочка не врала, и ей действительно было страшно. Но всё походило на какой-то бред, который совершенно не воспринимался нормально. Лишь когда Райнер потряс её за плечо в коридоре, та, наконец, вернулась в реальность.

– Эй, ты чего сегодня такая загруженная? Даже преподаватели заметили, что ты тупишь при ответах на вопросы.

Она посмотрела на парня рядом с ней. Из окна в этот момент падали лучи солнца прямо на него, отражаясь в очках девушки. На секунду Изуми даже показалось, что Райнер совсем другой. Что вот он тот человек, с которым ей хочется находиться рядом. А потом солнце спряталось, и перед ней снова оказался лучший друг, с которым они уже столько лет вместе.

– Я…просто…что-то у меня голова сегодня болит.

– Ну, ладно тогда.

Райнер уже хотел уйти, но она остановила его. Правда не знала, что и сказать ему. А ещё вокруг ходили другие студенты, которые создавали для неё неловкую обстановку. Всё-таки девушка всегда чувствовала себя неуютно при большом скоплении народу.

– П…подожди.

– Что ещё?

– Почему ты меня стал избегать? Я чем-то тебя обидела? Просто…мы стали реже общаться. Я не понимаю.

Райнер тяжело вздохнул. Взгляд Изуми был ему абсолютно ясен. Она действительно могла не понимать, что между ними произошло. И он знал это. Но, как сказать, сам не понимал.

– Слушай, давай как-нибудь потом. У меня ещё дел много. Я…

Они оба выглядели очень странно. Оба не особо контактные люди, пытались говорить, когда вокруг них суетился другой народ. И это совершенно не получалось.

– Давай может в другом месте, позже. Мне…столько хочется тебе сказать, – Изуми смотрела в пол, не зная, как правильно подобрать слова.

– Думаю, у тебя после учёбы не будет времени на меня, ведь… А, вон твой Эдди и идёт. Ладно не буду вам мешать.

Райнер быстрым шагом решил ретироваться с этого места, увидев краем глаза шедшего в их сторону Эдди. Изуми даже ничего не успела толком сказать. Зато, при виде своего нового парня, ей стало ещё более неловко. Большинство девушек, сталкиваясь рядом, смотрели на него не открываясь. Всё-таки он был один из главных красавчиков в университете. Просто идеал мечты для многих. И при этом он шёл именно к Изуми. Спокойно вставал рядом, улыбался и начинал говорить. Для большинства девушек вокруг это было шоком. Даже само осознание, что тот общался с какой-то малозаметной мышкой. А ей самой это казалось сном. Он спокойно взял её за руку и повёл по коридору, продолжая о чём-то говорить. Изуми вся покраснела, а он воспринимал это как данность.

– Ну, что…после занятий идём гулять? – спросил он, когда они входили в кабинет.

Почти всю дорогу говорил только он, а девушка слушала, да периодически тихо поддакивала. До сих пор вся эта ситуация казалась нереальной и совершенно недостойной её. И на этот вопрос она лишь еле слышно ответила утвердительно.

– Хорошо, я тебя тогда подожду у выхода, как всё закончится. Нас опять разделили на занятии.

Его улыбка была такой доброй и приятной, что заставляла краснеть даже от неё. На секунду показалось, что Эдди хочет поцеловать прямо тут, у всех на глазах. Но этого не случилось, чему девушка была очень рада. Она и так чувствовала себя не в своей тарелке.

Последнее занятие по учёбе было практическим. На нём студентов делили на пары и выдавали каждой из них свой кабинет для работы. По жребию Изуми попался Райнер. И это было самое худшее для неё в этот день. Особенно после недавней попытки разговора. Хотя раньше она была бы просто счастлива.

Тишина в кабинете всё продолжалась и продолжалась. Она была настолько неловкой и тяжёлой, что становилось не по себе. Девушка не знала, как ей быть. Даже посмотреть на него не могла. Изуми не была смелой, чтобы начать разговор первой, даже с таким близким человеком. А Райнер и не подавал никакого вида, что хочет с ней сейчас общаться. Для девушки такое было впервые. Каждая крупица дружбы с кем-то всегда являлась событием, а теперь это исчезало с каждым днём. И так шло практически всё занятие. При этом они умудрялись спокойно работать даже без слов. Вот настолько понимали друг друга.

– Райнер, может…мы поговорим, – кое-как, почти шёпотом произнесла Изуми.

Парень остановился. Он достал из кармана средство и закапал глаза (делал он это давно и всегда говорил девушке, что ему их прописали врачи). Потом посмотрел на неё. В его глазах совершенно не было никакой злости, негодования, презрения. Лишь доброта. При этом он резко отвернулся, словно не хотел такого близкого зрительного контакта.

– Что ты хочешь?

– Я…я хочу, чтобы мы снова…общались нормально. Мне…мне не нравится наше нынешнее общение. И я не понимаю… – Изуми стояла на месте, потупив взгляд.

– Что ты не понимаешь? – ему так хотелось посмотреть на неё, но он не мог. Райнер ненавидел, когда она грустила или плакала.

– Почему ты не смотришь на меня? Почему избегаешь? Что случилось? Объясни мне. Я…я что-то не так сделала? Почему всё так поменялось?

Изуми резко и очень быстро начала это говорить, чуть повысив свой тон, что удивило Райнера. Тот стоял полностью ошеломлённый. От такой неожиданности он всё-таки обернулся к ней и увидел мокрые глаза девушки. Абсолютно невинное и чудесное лицо, умоляющее смотрящее на него. Такой взгляд окончательно ломал парня, и он уже не мог вести себя, как раньше.

– Это из-за Эдди? После того как я стала с ним общаться, ты изменился. Но я не понимаю, как это влияет на нас с тобой. Я же хочу с тобой дружить. Хочу, чтобы всё было как раньше.

Она по-прежнему смотрела непонимающим взглядом, словно маленький ребёнок, а вот Райнер не находил себе места. Его лицо всё сильнее краснело, и хотелось сейчас провалиться под землю.

– Я…не хочу, чтобы всё было как раньше, – с трудом выдавил он из своих уст.

Эти слова прозвучали с такой грустью в голосе, что Изуми была поражена. Райнер впервые посмотрел на неё не отрывая взгляд. Глаза в глаза. Краснея, но стараясь быть максимально сконцентрированным.

– Уже не будет как раньше.

– Почему?

– Я…я тебя ревную к этому Эдди. Что ты в нём такого нашла? Я ему совершенно не доверяю, Изуми.

– Но…но он хороший. Я просто… Со мной так мало кто общается, а он…увидел во мне. Я сама ещё не совсем понимаю, что это всё такое. Так странно…

– А я? Разве мы с тобой плохо проводим время вместе?

– Нет, нет, ты что. Ты мой самый лучший друг. Просто…просто…

Только в эту секунду до девушки дошли некоторые слова Райнера, произнесённые ранее.

– Ревную? – проговорила она. – Что это значит? Почему ты ревнуешь меня к Эдди?

Парень окончательно понял, что Изуми совершенно не видит в нём никого, кроме как друга. Потому что её вопрос был абсолютно честными и искренним. Как и глаза, непонимающе смотрящие на Райнера. Он собрал всю свою волю в кулак, чтобы сказать ей слова, которые так боялся говорить.

– Да потому что…потому что ты мне нравишься. Всегда нравилась. Поэтому и ревную. Поэтому и злюсь. Потому что люблю тебя.

Наступила полная тишина. Обескураженное и удивлённое лицо смотрело на полностью красное лицо Райнера. Но тишина была резко прервана неожиданно вошедшим в кабинет преподавателем. Это стало последней каплей для парня. Ни секунды не думая, он пулей выскочил, едва не сбив вошедшего мужчину и понёсся по коридору, не замечая никого вокруг. Изуми же продолжала стоять в полном шоке, ничего не понимая. Последние слова Райнера звучали в её ушах эхом, но их смысл словно не воспринимался никак. Девушка просто не могла сосредоточиться, находясь в некой прострации.

В этот день они с Райнером больше не встретились.

Глава 4

Большое полукруглое помещение чем-то напоминающее театральную сцену было до отказа забито людьми. Занимало два этажа и находилось в самом конце левого крыла здания университета. Именно тут проходили основные совещания с сотрудниками «Имира» по самым важным вопросам. Правда не всем был сюда разрешён проход. Часто помимо самого руководства организации здесь присутствовали главы подразделений низшего ранга, среднего ранга, главные учёные, сотрудники отделов из других стран, особо отличившиеся люди. Иногда могли оказаться в этих стенах и важные люди из обычного мира (чиновники, консулы, президенты). Томасу всегда это место казалось каким-то искусственным и неприятным. Тут часто говорили сотни возвышенных слов, но они звучали как просто данность, чтобы быть произнесённой и не несущей по итогу ничего. Вот и в этот раз он не ждал чего-нибудь хорошего. Его вообще удивило приглашение сюда. Многих учёных по непонятным причинам перестали пускать на такие совещания, а тут вдруг неожиданно позвали. Как и Адам, он сидел в полном неведении. Сначала была стандартная процедура, когда главные руководители организации зачитывали стандартный текст о выполненных вещах за последнее время. Очень редко тут говорилось о каких-либо провалах или недоработках. Лишь хорошее. А затем на сцену вышел глава «Имира» Норман Редклифф. Это было немного неожиданно и удивительно. Он в принципе редко появлялся на публике, так как был вечно занят, разъезжал по другим странам, общался с важными людьми. За него многие дела в организации вёл заместитель Тобиас Шох. Мерзкий тип, которого вообще никто особо не любил в «Имире», но он знал своё дело, всегда выполняя поручения главы. Именно ему приписывали самые спорные законы. Именно он начал вести более жесткую карательную политику с преступниками. Именно он посчитал важным практически в открытую избавляться от «падших» на улицах крупных городов мира. По некоторым слухам именно он может быть ответственен за исчезновения некоторых сотрудников организации. Поэтому все, начиная со среднего звена, ненавидели его. И обычно Тобиас был тем, кто вёл эти заседания, но сегодня сам Редклифф решил выступать.

Сначала он говорил вполне стандартные обычные вещи, благодаря всех сотрудников за работу, и что «Имир» продолжает процветать и развиваться благодаря именно всем, кто тут находится.

– Наши новые разработки всё лучше и лучше. Я надеюсь, что за ближайший год некоторые из них дойдут до массового потребителя и помогут улучшить жизнь большинству жителей Земли. Именно к этому мы и стремимся. Хотелось бы отметить активную борьбу с «падшими», очень сильно заполонившими каждый город вокруг за последнее время. Согласно нашим разведывательным корпусам, кто-то в больших количествах вербует таких людей, чтобы заполучить незаконным способом энергоны. Это неприемлемо и нарушает все международные законы. Безусловно, пока невозможно искоренить такую заразу полностью, но с каждым годом наши показатели всё увеличиваются. За последнее время стало больше открытий в научной сфере, что прекрасно. Наши лучшие умы работают не покладая рук на благо всего человечества. Мне бы очень хотелось увидеть день, когда люди не будут умирать в муках от страшных болезней.

Голос Нормана Редклиффа эхом раздавался по залу. Никто не перешёптывался и не шумел. Все внимательно слушали главу. От него всегда исходила такая аура, что заставляла каждого заострять внимание лишь на нём. Это и завораживало и пугало одновременно.

– Хотелось бы также сказать и о некоторых не самых приятных вещах. Число преступлений со смертельными исходами увеличилось почти вдвое. Это очень плохая новость. Хотя, мы сами создали дополнительный штаб по борьбе с мистическими тварями и новыми оккультными группировками, этого пока недостаточно. Преступники умудряются постоянно создавать всё новые и новые противоправные виды оружия, заклинания и прочие вещи, которые недопустимы. Совсем недавно почти официально о себе заявила некая группировка «Магма», которая специализируется на силе огня. Так называемые поджигатели терроризируют северные регионы Италии. А недавно появились сообщения об их деятельности на территории Черногории. В ближайшее время нужно организовать группу, которая будет лично заниматься этими преступниками. Слишком много людей пострадало, слишком много задаётся вопросов. Также хотелось бы отметить слишком частое нападение на людей со стороны заражённых непонятной болезнью животных или вообще иных существ, неизвестных природе. Пока нельзя сказать точно, все ли случаи как-то взаимосвязаны или это разные события. Всем руководителям по безопасности я хочу заявить, что нужно усиливать меры по противодействию данным вещам. В ближайшее время будут пересмотрены некие основные нормативы работы наших отделений. Прошу быть к этому готовыми.

На несколько секунд Редклифф замолчал, словно переводя дух после такой тирады. Он внимательно оглядел всех присутствующих, словно кого-то искал среди них.

– Хотел бы теперь поговорить о совсем неприятных вещах. Последнее время до меня стали доходить слухи о том, что кто-то в организации считает, будто бы «Имир» совершает какие-то противоправные действия против людей, против сотрудников и особенно против бывших сотрудников. Словно мы, как какие-то тираны и злодеи, увольняем неугодных нам, а потом по нашей же инициативе эти люди бесследно пропадают. На мой взгляд такие домыслы буквально дискредитируют все наши десятилетия борьбы с преступностью и защитой граждан. Да, в нашем уставе даже прописано, что руководство имеет право на некоторое засекречивание данных, которые могут навредить людям. Поэтому и многие отделы нашего штаба не находятся в свободном доступе. Это всё связано в первую очередь с тем, что враги могут узнать о наших новых разработках, видах противодействия, планах в конце концов. Всё это создаётся ради безопасности. Поэтому, когда мне сообщают о таких слухах среди нас, становится грустно и обидно. Возможно…всё это не просто так. Буквально вчера я узнал о том, что внутри «Имира» завёлся шпион. Прямо тут, в главном штабе.

В эту секунду по рядам началось шептание. Все были в шоке от услышанного, и что это так показательно сказано при всех.

– Я же говорю, что мы стараемся ничего не утаивать. Так вот, по многим действиям, произошедшим за последние дни, в «Имире» завёлся шпион. Крыса, которая залезла очень глубоко, – голос Нормана стал более властным и злым. – Он не только выдаёт наши тайны преступным ячейкам, но и подрывает устои организации. Возможно, именно с его подачи пошли все эти слухи. Сейчас руководство отдела безопасности начинает полномасштабные проверки среди сотрудников. Да, это коснётся каждого и доставит некоторые неудобства. Но, всё ради безопасности вас и продолжения качественной и честной работы «Имира». У меня есть информация, что преступник прячется среди наших людей. Это вопиющий случай. Поэтому я сообщаю всем вам это и хочу, чтобы вы донесли остальным. Любая помощь в поимке будет огромным плюсом для нас. Я полностью открыт перед вами.

Редклифф развёл руки в стороны, словно показывая чистоту своих намерений. Его спич был невероятно резким, смелым и въедающимся в голову каждого, кто сидел в этом зале.

– Может быть этот человек даже сейчас сидит здесь. Я не знаю. Может, он и не один внедрился в наши ряды. Я не знаю. Но я хочу полностью доверять вам, как и вы мне. Наше сотрудничество в «Имире» должно идти только на пользу всем нам и остальному человечеству. Поэтому прошу работать сообща и без каких-то недомолвок. В ближайшие дни господин Шох доведёт до всех новую программу работы некоторых отделов, которая упростит всю нашу жизнь. «Имир» ждут в скором времени большие изменения, которые только улучшат нас. Мы идём в ногу со временем на самом его пике. И будем продолжать так делать всегда. Большое спасибо всем за внимание.

***

– Ну и как тебе этот перфоманс?

Толпа выходила из зала и направлялась по своим обычным делам, ведь день ещё был в самом разгаре. Многие шли навеселе, многие задумчиво. Разговоры и перешёптывания велись со всех сторон. Практически никого нынешнее собрание не оставило равнодушным. В том числе Адама и Томаса. Сначала они шли очень задумчивыми, пытаясь переварить весь этот длиннющий монолог главы. Фишеру прямо казалось, что теперь всё окончательно поменяется. Не просто в организации, но в принципе. Это даже не ощущалось в тех словах или будущих действиях. А больше в атмосфере, которая окончательно поменялась. Словно некий рубеж преодолён, и страшное будущее наступило. Он не понимал суть собственных мыслей, но та вела его куда-то далеко, в дебри, которые пугали.

– Что-то мне совсем не понравилась его речь, если мягко выразиться, – ответил Томас после долгой паузы.

Оба очень внимательно оглядывались по сторонам, боясь, что их в этот момент будут подслушивать. Но, судя по всему, у каждого теперь голова была забита своими мыслями.

– Вот видишь, я всё время был прав. И похоже, тёмные времена для всей нашей организации наступают. Руководство открыто начало говорить о репрессиях. Теперь я больше чем уверен, что они всегда скрывали от нас многое. А все основные постулаты, которыми руководствовались, были лишь ширмой за их скрытной деятельностью.

– Подожди. Я хоть и тоже в небольшом шоке, но может не стоит настолько драматизировать? Никому бы не понравилось, если кто-то шпионит в его компании. Может это ты, Адам, ошибаешься, что завёл знакомства с такими людьми?

– Не будь наивным. Начинается закручивание гаек. А эта речь – хороший повод ввести сумятицу в головы тех, кто хочет справедливости. Так будет проще найти людей, несогласных с их позицией. Нас будут всех проверять, за всеми следить. Мы можем даже не заметить, как будем выполнять работу, которая нужна именно им.

Томас стал нервно оглядываться по сторонам. Когда его друг начинал так говорить, то мог слишком сильно повысить голос, сам того не замечая. Он решил его отвезти чуть подальше, где было поменьше народу. Да и чтобы вокруг не висели камеры наблюдения.

– Ты точно уверен, что стоит доверять тем людям, про которых говорил? Вдруг они подосланы Редклиффом и его людьми. И ты теперь уже точно на крючке.

– Нет, я верю тому парню. Даже по его разговору можно было понять, что он вообще раньше не знал ничего про эту сторону мира, про нашу организацию и всё остальное. А теперь я ещё больше уверен, что он и его человек в «Имире» пытаются помочь всем нам. Что-то грядёт, Томас. Я чувствую.

– Слушай, но может хотя бы не стоит сегодня встречаться. Это же вдвойне опасно после слов Редклиффа. Хотя бы переждать…

Адам положил руку на плечо Фишера и тяжело вздохнул.

– Если мы будем бояться и всё откладывать, то ничего и не добьёмся. Я точно не хочу быть марионеткой «Имира». Я не для этого пришёл сюда работать.

Томас понял, что отговаривать товарища бесполезно и заявил, что придёт сегодня к нужному времени.

***

Просторный и очень красивый лифт медленно опускался всё ниже и ниже под землю. Он не предназначался для обычных сотрудников организации, поэтому им пользовались нечасто. Два человека молча ехали в нём. И если один был спокоен и расслаблен, то второй нервничал и переминался с ноги на ногу. Тобиас Шох хоть имел много власти, упивался ей и обожал унижать подчинённых, находясь рядом со своим начальником, превращался в послушного маленького зверька, боящегося любого шороха. Вот и сейчас он даже не мог взглянуть на Нормана Редклиффа. Хотя, ему хотелось очень о многом поговорить с ним.

– Мистер Норман, вы…вы уверены, что стоило вот так говорить при всех? – нервно и заикаясь, наконец произнёс он.

Лифт остановился, и мужчины вышли на «-19» этаже. Приглушённый свет во всех помещениях сильно давил на глаза, не давая нормально сосредоточиться. От этого быстро начинала болеть голова. Тобиас не любил этот этаж, он всегда действовал на него отрицательно. Напряжение, витавшее в воздухе, давило с невероятной силой. Ему всегда казалось, что, оказавшись тут в другой раз, он точно уже не сможет выбраться. Особенно это ощущалось, когда они проходили через десятки небольших камер тюремного типа. Выполненные из серого камня с железными решётками они пугали до ужаса. Выстроенные в ряд, совершенно не вписывались в интерьер этажа, что уж говорить о всём здании. Словно оказывался в какой-то средневековой тюрьме не самого лучшего качества. В данный момент все камеры пустовали. Проходя мимо них, Шох заметил, что в некоторых уборщицы активно отмывали кровь, которая покрывала стены и пол помещений. Где-то в дальнем конце этажа слышался гул работающих механизмов и центрифуг. Здесь редко можно было встретить людей, а те, что попадались, казались совсем обезличенными и неживыми.

– Что ты там говорил, Шох? – наконец спросил Редклифф, когда они пересекли территорию с камерами.

– Я хотел узнать, правильно ли всё было на собрании? Может не стоило вот так говорить?

В эту секунду Норман резко посмотрел на своего заместителя, отчего у того просто пропал дар речи. Словно из его груди хотели вынуть душу и растоптать. Ноги чуть не подкосились. Это был взгляд смерти. Но тут же его сменила улыбка. Вроде бы и добрая, но с каким-то неприятным привкусом.

– Тобиас, ты иногда думаешь совсем не о том. Иногда рассказать немного правды окружающим очень даже полезно. Так мы заставим некоторых больше думать. Возможно, даже думать правильно.

– А разве это не поможет тем людям, которые не согласны со многими вещами, происходящими внутри «Имира», ещё лучше скрываться? И наши рейды окажутся пшиком?

– Думаю, всё будет с точностью до наоборот. Это только активирует их деятельность. Мне даже важнее найти крысу в наших рядах, чем тех, кто не согласен с методами. Тем более, они ведь ничего об этом не знают.

Редклифф красиво взмахнул руками, пытаясь обхватить ими всю территорию данного этажа. Они проходили мимо частично строящихся лабораторных цехов, куда свозили оборудование, которое ещё даже не распаковывали.

– Мистер Норман, так что мне делать дальше? Увеличить количество проверяющих? Может собрать какие-то узконаправленные группы? Что по поводу новых опытов на нижних этажах? А ещё появились слухи, что уже несколько учёных, ничего не знающих об обратной стороне нашего мира, стали с помощью своих экспериментов совершать опасные для нашего раскрытия эксперименты. Их могут перехватить враги и использовать. А ещё…

– Так, успокойся. Что за сотни вопросов? Будто первый день работаешь.

– Нет…я просто…столько навалилось за последнее время.

– Слушай, – Редклифф был по-прежнему невероятно спокоен. – Я на пару дней уезжаю по делам. Очень важные встречи. Поэтому ты за главного.

Тобиас только хотел перебить начальника, но тот пригрозил ему пальцем.

– Твоя задача на ближайшие дни – это только внутренние дела «Имира». Всё остальное не важно. Мне нужно от тебя полное погружение в тему. Проверки каждого сотрудника из низшего и среднего звеньев. Слежка. Занесение в протоколы любых несоответствий от нормы. Поиски шпиона в организации. При этом делать всё максимально деликатно. Мне и так уже не нравится, что некоторые наши действия стали достоянием крупных чиновников и важных людей из других стран. Нельзя падать в грязь лицом, понял? Репутация на первом месте. Всё, что касается внешних проблем – это не твоя забота. Я перераспределю задачи на других людей. Тем более через два дня сюда приедут руководители из других регионов, с ними всё обсудим. Понимаешь, наступает важный период в жизни организации. Я не хочу, чтобы какие-то проблемы этому мешали. Все работы на нижних этажах также идут по плану. Ничего пока не меняем. Понял? Ты все силы бросаешь на поимку шпиона и работу с сотрудниками. Нужна полноценная чистка кадров.

Шох молча слушал и кивал. Он старался никогда не спорить с начальником. Ведь тот всегда был прав. И к тому же всесилен. Норман спокойно так похлопал Тобиаса по плечу.

– Ну, вот и хорошо. Пока все дела идут по плану. «Имир» по-прежнему имеет основной вес в нашем мире, и никто нас не сможет сместить. Мы защищаем всех людей от любого зла, которое обрушивается. Разве это не прекрасно? Никто не должен сомневаться в чистоте наших мыслей и дел.

– Я вас понял. Всё будет сделано в лучшем виде.

– Вот и славно. Буду ждать результатов, как только вернусь из поездки.

После этого оба зашагали дальше по длинному коридору, ведущему в помещение откуда и раздавался тот самый сильный шум.

***

Улицы города вечером превращались в красивый парад ярких огоньков. Под падающий снег на голову это создавало невероятную красивую атмосферу. Хоть и будний день, но даже тут, на окраине было довольно шумно. Томас уже как полчаса стоял у входа в здание небольшого малоприметного бара. Именно тут должна была произойти встреча с Адамом и человеком, который мог им помочь. Но никто так и не приходил. Это было очень странно, ведь его товарищ был пунктуальным человеком и никогда не опаздывал. Бармен в заведении сказал Томасу, что столик действительно забронирован на Адама, но он тут сегодня не появлялся. Да и других людей тоже не было, кто бы им интересовался. Фишер начал волноваться. Причём, ещё более странно, что тот не отвечал на звонки. Это пугало мужчину. «Неужели, что-то случилось? Он уходил с работы в нормальном состоянии. Что могло произойти».

Простояв ещё почти полчаса, Томас понял, что находиться тут бесполезно. Он решил проверить, что случилось с другом, поэтому собрался к нему домой. Тем более это было не так далеко. Паника охватывала мужчину всё сильнее. Ему стало казаться, что за ним в данную минуту следят. Он периодически оглядывался по сторонам, чем ещё больше мог привлечь к себе внимания. «Вдруг кто-то прознал про наши разговоры? Или нет…вдруг тот новый его знакомый оказался подставным человеком. И Адама поймали? Что делать тогда? Как быть?» Мысли диким роем крутились в его голове. В тот момент, подходя к транспортной остановке, в сторону Томаса двинулась большая группа людей, вышедшая из автобуса. Тот даже этого сразу не заметил и вошёл прямо в поток. Поэтому неудивительно, что кто-то сильно столкнулся с ним плечами. Это было очень неприятно и больно. Толпа двинулась дальше по тротуару, а Фишер остановился, потирая ушибленное место. Оглянувшись, он попытался увидеть, кто это сделал, но разглядеть не представлялось возможным. Слишком много народу двигалось в патоке. И только в ту секунду он понял, что в его руке находится какая-то маленькая бумажка. Удивлению мужчины не было предела. А вместе с ним и страха. «Это тот человек её мне дал? Что тут происходит?» Ему хотелось мгновенно убежать и спрятаться. Он ещё никогда так не боялся. Вокруг ходили люди, проезжали автомобили. Всё казалось нормальным. А Томас на полной панике крутился на месте, словно пытаясь кого-нибудь отыскать. Пересилив свой страх, он развернул бумажку. Это оказалась небольшая записка.

«Вашего друга нет дома. К сожалению, его поймали люди из „Имира“. Я не знаю, где он сейчас. Сегодня мы должны были встретиться с вами втроём и всё обсудить. Но, теперь планы конкретно поменялись. Я вам не враг. Что теперь с ним будет, не знаю, но попробую как-то помочь. Вы теперь тоже в опасности. Они придут и за вами. Нам нужно как-нибудь встретиться. Вы можете мне не доверять, но я докажу вам, что хочу добиться справедливости. Попробую встретиться с вами завтра. Будьте осторожны».

Каждое прочитанное слово отдавалось в его голове с утроенной силой. Спрятав записку в карман и с невероятной паникой на лице, Томас Фишер как можно скорее поспешил домой. Теперь он везде чувствовал, что за ним следят и преследуют его. Было очень страшно.

Глава 5

Изуми стояла на улице и любовалась зимней атмосферой вокруг. Всё становилось похоже на некую сказку, в которой растворяются негативные эмоции, уступая место лишь добрым и положительным. Девушка смотрела на проходящие рядом лица людей. Особенно на парочки, которых, по какой-то причине, именно в эту минуту было много. И они все счастливые, яркие и буквально светящиеся от переполняемых эмоций. Прислонившись к столбу, хотела, глядя на них, понять собственное сердце. Её жизнь никогда не казалась похожей на счастливую и яркую. И такие радостные моменты, как любовь, считались лишь чем-то несбыточным и нереальным. А тут, в мгновение ока, всё кардинально поменялось. Слова Райнера продолжали эхом отдаваться в голове, прокручиваясь снова и снова. Всё походило на несмешную шутку, становившуюся правдой. «Почему я никогда не замечала, что он такой? Почему он меня любит? Что во мне нашёл? Как быть теперь? Что делать?» Десятки вопросов без ответов. Ей никогда никто не оказывал знаки внимания со стороны парней, а теперь сразу двое заявили о своих чувствах. И это ставило в тупик.

Напряжённо девушка вертела в руках небольшие карманные часы. Золотистый цвет на них изрядно стёрся, а цепочка местами проржавела. Изуми и сама не понимала, зачем взяла их с собой. Они всегда лежали в её комнате в самом далёком месте, чтобы никто не нашёл. Даже Грете никогда их не показывала. Девушка будто пыталась успокоить себя, держа их в руках. При этом крышка на них не открывалась. Какими бы способами она не пыталась их открыть. Даже Томасу это не удалось. По сути перед ней была круглая, небольшого размера, висящая на цепочке, железка, выглядящая совсем непримечательно. Но всегда её хранила, как невероятно ценную вещь. Перед той самой злополучной поездкой Торико зачем-то дал эти часы Томасу. «Если вдруг что-то случится со мной, пускай они будут у дочки. Передай их ей». Ничего более конкретного он тогда и не сказал. Ещё более было удивительно то, что они просто не открывались. Полностью бесполезная вещь. Девушка не понимала, зачем отец решил отдать их ей, но теперь хранила как зеницу ока. Ведь у неё от родителей осталось не так уж много памятных вещей, поэтому любая новая была на вес золота. И даже такие часы имели ценность, тем более отец специально передал их перед своей смертью. Поэтому хранила их с особым усердием. А сейчас даже была рада, что взяла с собой. Они успокаивали просто своим присутствием в руке.

Вскоре Изуми увидела, торопящегося к ней с другого конца улицы, Эдди. Он опоздал практически на полчаса. Запыхавшийся, он постарался красиво улыбнуться, когда поравнялся с ней. Явно от чего-то уставший, весь потрёпанный и с чуть бешеными глазами, парень попытался привести себя в порядок.

– Прости, виноват. Не думал, что меня отвлекут кое-какие дела. Долго уже ждёшь.

– Нет, всё нормально, – Изуми мило улыбнулась.

Ей, конечно, хотелось бы спросить, чем он таким занимался, но она была слишком хорошо воспитана, да и стеснительна. Хотя интересно было до жути.

– Ну что, пойдём внутрь?

Эдди уже меньше чем за минуту привёл себя в порядок и выглядел прекрасно. Единственное, что выдавало его спешку, это глаза. Изуми даже показалось немного странным, что они настолько бешеные, бегающие туда-сюда. Словно у Эдди произошло что-то странное. Но мысли на какое-то время об этом стёрлись, когда они вошли в ресторан. Девушка была шокирована тем, в какое место они пришли. Это был очень дорогой ресторан, и это чувствовалось с первых секунд нахождения там. Она знала, что Эдди помимо красоты, маскулинности и крутости обладал ещё и хорошим состоянием. Благодаря родителям, но всё-таки. И он никогда не стеснялся всех этих качеств. А девушка уже себя с первой секунды чувствовала, как совершенно лишний человек на этом празднике. Даже при том, что на ней было самое лучше платье, что имелось в гардеробе. Она смотрелась явно скуднее чем все люди вокруг. И Эдди был в их числе. Парень сразу сказал, чтобы расслабилась, но Изуми, наоборот, только сильнее сжималась от увиденного вокруг. Закрывалась в своей ракушке безопасности. А парень с каждой минутой, наоборот, всё больше раскрепощался. Уже когда они сидели за столом и ожидали свой заказ, он постоянно шутил, много болтал, пытался разрядить обстановку. А Изуми, хоть и улыбалась, иногда даже смеялась, выглядела чересчур зажатой. Да и она совершенно не знала, о чём ей говорить с Эдди. В этом ярком свете, куче богатых людей, постоянно говорящем парне с белоснежной улыбкой и всем слишком идеальным, девушка всё сильнее чувствовала, что это не её. Периодически даже уходила в себя, пропуская часть разговора. При этом не могла оторвать взгляда от Эдди. Такой странный парадокс.

Парень постоянно пытался узнать Изуми получше. Пытался вывести на откровенные разговоры. Иногда это даже получалось. Он сам перешёл на откровенности, когда стал говорить о том, почему влюбился в неё, что видит в ней прекрасного и тому подобное.

– Ну, зачем говорить в таком месте, – она совсем раскраснелась и вертела головой, боясь, что их услышат.

– А что в этом такого? Не стоит стесняться собственных чувств. И мне всегда нравилась твоя скромность.

Изуми не верила своему счастью, как не пыталась. Сидящий напротив неё парень по-прежнему казался чем-то нереальным. Простым сном, который должен рассеяться с пробуждением. Даже ещё до признания их редкие разговоры во время учёбы были сродни шоку. А теперь такое. В какой-то момент Эдди даже коснулся на столе её руки, что в данной атмосфере и при свечах рядом, было как удар молнии. Парень много говорил, обо всём. В какой-то момент их разговор перешёл про Томаса Фишера. Как оказалось, он был его большим фанатом.

– Я всего несколько раз пересекался с ним в университете. Всегда им восхищался.

Несколько минут Эдди было буквально не остановить. Всеми возможными эпитетами хвалил Томаса. Это выглядело даже немного странно. Словно он ждал некой её реакции.

– Ну…в принципе…я могу организовать вам встречу. Хочешь…приглашу к себе.

Это прозвучало спонтанно. Она совсем не ожидала от самой себя такой решительности. «Получается, я его к себе позвала домой? Как так?» Изуми ещё больше начала паниковать. А вот Эдди был просто на седьмом небе от счастья.

– Правда? Можно прийти? Давай, может завтра?

Она согласилась, отчего парень заказал ещё одну бутылку вина. Всё выглядело так странно. Девушка даже не замечала, что ему был интересней Томас, чем она сама. В голове Изуми всё уже перемешалось. Яркие огни ресторана, вечно сияющий и говорящий Эдди, постоянно играющая музыка вокруг, голоса других посетителей. В эту секунду в её голове почему-то всплыл Райнер. Его слова начали перебивать всё вокруг. Тот взгляд, те эмоции. Она смотрела на человека перед ней, но в ту секунду будто перестала чувствовать его. Так захотелось, чтобы на соседнем месте сидел именно Райнер. Неожиданно для себя она стала рыться в сумочке в поисках телефона. «А вдруг он мне написал». Сама того не ожидая, Изуми на секунду положила на стол те самые часы.

– Ух ты. Прикольная штука. Не ожидал у девушки будут карманные часы, ещё и такие старенькие, – Эдди удивился увиденному.

Она резко схватила их, боясь, что парень к ним прикоснётся.

– Это…это подарок отца…я обычно не ношу их с собой. Просто так…получилось.

Их взгляды на секунду пересеклись, и Изуми впала в ступор. Буквально на мгновение лицо Эдди исказила злая и страшная улыбка, когда он взглянул на часы. Но потом он снова стал прежним. Девушка подумала, что это лишь обман зрения, и она просто много выпила, но её стало сильнее трясти. От страха. Спрятав всё обратно в сумку (Райнер ей ничего не писал), попыталась снова вернуться в атмосферу ресторана. Но, так ничего и не получалось. Всё становилось более натужным и искусственным. Хотя Эдди старался веселить девушку, как мог. Через минут десять всё закончилось. Изуми, изрядно уставшая от всего, набралась смелости и заявила, что хочет пойти домой.

– Так быстро? Тебе что-то не понравилось? – взгляд парня был расстроенным.

– Нет…нет…всё хорошо. Даже прекрасно. Просто…просто голова разболелась и усталость…я бы хотела поехать домой.

– Может тебя проводить?

– Нет, спасибо. Я вызову такси. Всё хорошо.

Расплатившись за ресторан, они вышли на улицу. Эдди по-прежнему пытался понять, всё ли было хорошо. И каждый раз слышал утвердительный ответ и очень натянутую улыбку. Девушке с каждой секундой становилось всё тревожнее находиться рядом с ним, но она не понимала, почему так. Такси подъехало быстро.

– Может, всё-таки, помочь тебе добраться? Выглядишь немного бледной.

– Спасибо, всё хорошо. Я доберусь. Не переживай.

Изуми пыталась показать себя, как в начале их свидания, но даже это не получалось. А Эдди выглядел всё таким же: весёлым, сексуальным и сильным. Любая другая на её месте готова была бы находиться рядом с ним и никуда не уезжать. Но та боялась. Чего именно, сама не понимала.

– Ладно, тогда до завтра. Встретимся на учёбе, – он снова улыбнулся так, что сердце девушки бешено забилось.

В эту секунду Эдди подошёл ближе и попытался поцеловать. И тут страх снова возобладал. Изуми испугалась и отпрянула назад, стараясь избежать этого поцелуя. Парень был ошеломлён такими действиями. А она, недолго думая, открыла дверь такси.

– Ладно, до завтра. Спасибо…за чудесное свидание.

Он успел только сказать «пока», а девушка уже скрылась внутри. Это выглядело неожиданно и странно для него. Когда машина тронулась с места и стала отдаляться, парень лишь присвистнул и криво улыбнулся. После чего решил отправиться обратно в ресторан. Свидание было окончено.

***

Тихая и спокойная атмосфера у дома Изуми приятно успокаивала и заставляла забыть обо всех проблемах, которые всплывали в голове. Снегопад уже не был таким сильным, но небольшие белые хлопья продолжали падать сверху. В соседних домах горел свет и оттуда доносился приятный шум. Проходя мимо них, девушка чувствовала себя в безопасности. Словно ничего в этих местах не могло произойти опасного. В её доме также горел свет.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.