Валентина Власова
Тайна замка на острове

Тайна замка на острове

«Не важно, что сделали из тебя. Важно, что ты сделал из того, что сделали из тебя.».

П.Ж Сартар

Глава 1

Совсем не важно, как я сюда попала. Важно то, что я не могу отсюда выбраться…

Мы прибыли на остров ночью, и корабль не смог подойти близко к берегу. Поэтому нам пришлось добираться до него на лодке – мне и трём мужчинам, которые встретили меня.

В кромешной темноте маленькое деревянное судно медленно двигалось под звуки ветра и плеска весел о воду. Луна была скрыта за тучами, а редкие бледные звёзды на небе не могли рассеять ночной мрак. Холодный ветер и брызги волн, которые постепенно заливали лодку, привели меня в чувство, и я почти избавилась от усталости после долгого пути на этот далёкий остров.

Страх, который сковывал меня на протяжении всего пути, уже ослаб. Остались только ощущение безысходности, пронизывающий холод и тоска от осознания, что мне больше не удастся побывать в родных сердцу местах и провести время с близкими.

Рядом со мной сидел сгорбленный старик со стеклянным фонарём в руке, внутри которого плясал слабый огонёк. Двое крепких мужчин умело управляли веслами, заняв места по краям лодки. Они были укутаны в тёмные дождевые плащи, в то время как мне приходилось бороться с нарастающей дрожью, которая овладела моим измотанным телом из-за прилипающего холодного и мокрого платья. Свет от фонаря был очень тусклым, и я не могла рассмотреть лица моих сопровождающих.

В пути все хранили молчание. Когда старая деревянная лодка уткнулась в берег, один из мужчин схватил меня за руку и потянул наружу. Я, спотыкаясь, вывалилась за борт, и мои босые ноги коснулись холодного мокрого песка.

Не отпуская моей руки, мужчина, продолжая молчать, подталкивал меня к замку, возвышавшемуся на вершине острова. Даже сквозь ночную темноту его очертания были отчетливо видны на фоне черного неба.

Грубые руки мужчины крепко сжимали мое запястье. Как же мне хотелось дать отпор, оттолкнуть его, закричать! Но данное мной обещание быть покорной в сложившихся обстоятельствах остановило меня.

Мы торопливо поднимались по узкой, каменистой, извилистой дорожке, ведущей на вершину холма. Старик шел впереди и освещал путь фонарем. Однако этот фонарь был бесполезен – казалось, что мои сопровождающие и без него прекрасно ориентируются в темноте.

После долгого пути и холодных волн, которые превратили мою одежду в мокрые тряпки, у меня почти не осталось сил. Подол платья сковывал движения, отчего ноги путались сами собой, а пальцы с болью врезались в торчащие камни, которыми была выложена тропа.

Я покорно следовала за мужчинами, ощущая, что если не удержусь на этой неровной дороге, то упаду, и подняться у меня уже не будет сил. Глубоко вздохнув, я сжала замёрзшие пальцы в кулак и заставила себя продолжить путь, превозмогая невыносимую боль от ударов босых ног о скользкие камни.

С самого детства я была воспитана так, чтобы не сдаваться и подавлять любые проявления слабости. В моей голове звучал голос отца: «Я так горжусь тобой, моя девочка, ты сильная, ты всегда со всем справляешься. Любая рана заживёт, и не останется даже воспоминания о боли». Как будто он знал, что может ждать меня в будущем, когда брал меня с собой в походы, учил ездить верхом, и обращаться с оружием.

Воспоминания о близких всегда придают мне сил. Думая о нём, я даже на мгновение смогла подавить ноющую боль в теле.

Во время подъёма казалось, что замок удаляется, в то время как мы пытаемся приблизиться к нему. Ветер с силой сбивал меня с ног, а камни продолжали больно впиваться в стопы. Ноги то и дело скользили. Крупный мужчина, идущий рядом, всё подталкивал меня в спину своей здоровенной рукой, а второй сжимал моё запястье так сильно, что, казалось, тонкая кость переломится от давления. Но даже если бы я могла вырваться из его стальной хватки, сил на побег у меня явно не осталось.

Когда мы наконец достигли парадной двери замка, которая была выполнена из массивного дерева, я ощутила прилив сил и облегчение. В помещении, должно быть, не так холодно и сыро. Мы даже не постучали, как только ступили на каменное крыльцо. Дверь распахнулась, и на пороге возник силуэт невысокой полной женщины с пышными кудрявыми волосами, собранными в аккуратную причёску.

Яркий свет, который вырвался из-за распахнутой двери, ослепил меня. Я крепко зажмурилась, осыпанная яркими вспышками, и не смогла ничего разглядеть. Мужчина наконец отпустил мою руку, толкнул меня в сторону стоящей в проходе женщины и резко выкрикнул:

– Забирай!

Женщина, обхватив меня за дрожащие плечи, мягко прижала к себе:

– Бедняжка, ты вся дрожишь, – она разжала объятия, сделала шаг назад и оглядела меня, и вновь сжала меня в свои объятия еще сильнее. – Такая юная и хрупкая, – подняв голову, тяжело вздохнула. – Идем, нужно избавиться от этого мокрого тряпья.

Оставив сопровождавших меня мужчин за порогом, она с гулким стуком затворила тяжёлую дверь, и звук этот, эхом разнёсся по всему пространству древнего здания. Не ослабляя объятий, она повела меня вглубь замка.

Вестибюль был озарен ярким, тёплым светом, исходившим от свечей, стоявших в настенных канделябрах. Внушительных размеров пространство было отделано натуральным деревом тёмных оттенков. От входа расходилось несколько узких коридоров, где уже не было света. По центру располагались два широких дверных проёма, напротив друг друга, и там также было хорошо освещено пространство. В центре находилась широкая лестница, ведущая куда-то наверх.

Мраморная белоснежная плитка, выложенная на полу, мгновенно охладила мои ступни, израненные о камни. Прикосновение усталых ног к гладкой поверхности приятно успокоило дрожь в теле, вызванную ноющей болью.

Женщина, не переставая крепко сжимать меня руками, вела в один из темных коридоров первого этажа, который находился левее от лестницы. Серые стены коридора с множеством дверей и редкие, едва тлеющие свечи делали это место холодным и мрачным.

Мы двигались не спеша, и моя спутница казалась очень напряженной. Она постоянно оглядывалась по сторонам и старалась ступать как можно тише. Заметив ее странное поведение, я почувствовала, как усталость отступает, а вместо нее меня охватывает тревога. Как хорошо, что она сейчас рядом! Мне совсем не хотелось оказаться в этом месте одной, в темноте.

Непонятно, что именно здесь было не так, но с каждым шагом мне казалось, что стены сжимаются, а воздух становится тяжелее. Женщина, заметив мой взволнованный взгляд, нежно взяла меня за руку и улыбнулась, словно ощутив мои нарастающие переживания. С ней мне было не так страшно – с самого начала она казалась доброй и заботливой.

Наконец мы остановились у одной из дверей, и она аккуратно толкнула ее.

– Давай же, заходи, ты и так задержалась.

Комната, которая меня встретила, была небольшой и значительно отличалась от мрачного коридора. Свет от тёплых свечей, которые стояли на круглом деревянном столе, мягко озарял светлые стены. Посреди комнаты располагалась широкая кровать, застеленная белоснежным бельём с огромными квадратными подушками у изголовья. Слева от меня находилось высокое зеркало в золотистой раме и ванна, наполненная горячей водой.

Женщина плотно закрыла дверь и повернулась ко мне.

– Давай, Алиша, тебе необходимо принять ванну.

– Откуда Вы знаете мое имя? – я удивленно посмотрела на нее.

Она схватила графин и начала подливать воды в ванную от которой шел легкий пар

– Дитя, лорд Байрон уже неделю назад сообщил о твоем приезде, мы тебя очень ждали. Правда, я надеялась, ты будешь постарше и хоть немного крупнее, – она повернулась и вновь осмотрела меня, на мгновение ее губы растянулись в мягкой улыбке – Кстати, меня зовут Молли, я старшая служанка.

Мне не нравилось, когда меня оценивали и относились как к ребёнку. Я уже не помню, когда перестала быть ребёнком и начала заботиться о своих близких.

– Мне девятнадцать!

 Я ответила, с достоинством подняв голову, чтобы показать, что я уже не ребёнок и не позволю, чтобы со мной обращались пренебрежительно.

– Да, да. Я знаю. – кивая, не обращая на мое недовольное выражение лица, спокойным тоном ответила женщина.

Не желая пререкаться со служанкой, я подошла к уже приготовленной для меня горячей ванне. Как только я сбросила с себя промокшую одежду, то сразу же погрузилась в воду. Молли собрала мою одежду и куда-то ушла. Теперь я осталась одна в этой комнате.

Теплая вода, словно иголками, впилась в мое замерзшее тело, но почти сразу же это ощущение прошло. Я согрелась, и комната показалась мне ещё уютнее. Аромат лаванды витающий в воздухе, окутывал пространство так мягко, что я сразу забыла о долгой дороге и мрачном коридоре.

Вскоре в комнату вернулась служанка, держа в руках белое махровое полотенце и свежевыглаженную ночную рубашку. Её появление вернуло меня в серую реальность.

– Давай, вытирайся, пора ложиться спать. К сожалению, накормить я смогу тебя только утром.

Хотя я не ела с самого утра, отсутствие позднего ужина меня не расстроило, так как от усталости у меня совсем пропал аппетит. Я надела ночную рубашку и легла в кровать, вдыхая всё тот же приятный аромат лаванды, который исходил от подушки. Укутавшись в одеяло, я закрыла глаза и вспомнила свой любимый плед, сшитый мамой на мой день рождения.

***

Мой сон был прерван громкими и суетливыми голосами, которые заполнили комнату. Яркий свет, хлынувший из окна, от распахнутых штор, больно ударил по глазам. Молли и молоденькая девушка, оживлённо обсуждая что-то, ворвались в комнату и принялись наводить порядок.

– Пора вставать! Я уговорила Лорда не будить тебя до обеда, – достаточно громко и весело заявила Молли.

В лучах солнца эта женщина выглядела ещё более очаровательной. Её добрые, полные заботы глаза и нежная улыбка растопили бы самое черствое сердце. Её полная фигура была укрыта серым платьем в пол, а белый чепчик аккуратно повязан на голове, и украшал собранные в пучок серые волосы. Она неспешно выполняла свою работу, что-то не громко напивая.

– Доброе утро, Алиша. Я Нора, служанка.

Вторая служанка оказалась девушкой немного старше меня. Её волосы цвета воронова крыла были аккуратно собраны в пучок, глаза были узкими, а губы – тонкими. Она была одета в серое платье с длинными рукавами и белоснежный передник. На вид девушка казалась скромной и немного утомлённой.

– Нора, помоги Алише. Мне уже пора накрывать на стол, иначе кухарка скоро будет злиться.

Молли небрежно бросила платье на кровать и стремительно удалилась. Нора же, не проронив ни слова, взяла графин и заняла место рядом с ванной, ожидая меня.

Я приблизилась к ней и протянула руки, тёплая вода из графина мгновенно разогнала остатки сна. Нора поливала меня водой удерживая пряди волос. После усадила перед зеркалом и принялась расчёсывать.

Когда причёска была готова, настало время примерить новый наряд. Девушка туго затянула корсет длинного платья, поправила подол и ушла.

Глубоко вдохнув, я подошла к зеркалу. В дневном свете моя кожа казалась ещё бледнее, а талия, благодаря корсету, стала чуть больше шестнадцати дюймов.

Как же сложно в нем дышать. 

Каштановые волосы были распущены, но я собрала их в аккуратную косу, чтобы они не свисали с плеч, как это было задумано служанкой. Я провела рукой по лицу, любуясь большими зелёными глазами и пухлыми губами, которые достались мне от мамы.

Как же я по ней скучаю. 

Длинное платье нежно-голубого оттенка, обнажающее плечи, преобразило меня, сделав похожей на принцессу. Ещё месяц назад я носила старую одежду с заплатами. При воспоминании об этом рука невольно сжалась в кулак, а черты лица заострились от напряжения.

Внезапно раздался резкий стук в дверь, заставивший меня обернуться. Деревянное полото со скрипом распахнулась, и на пороге возник старик. Возможно, это был тот самый человек, который шёл ночью с фонарём.

Сгорбленный мужчина с седыми волосами, глубоко посаженными глазами и кожей серого оттенка был облачён во всё чёрное. Его облик выражал строгость и явное недоброжелательство. Он поправил свои редкие седые волосы и, не глядя на меня, произнёс:

– Здравствуйте, я Викром Дворедский. – когда он говорил его губы почти не разжимались, а голос был низким и глухим – Вас уже ожидают. – он вытянул левую руку указывая в коридор – Я провожу.

Его появление слегка испугало меня. Я поджала губы, стараясь скрыть нарастающее волнение. Схватив левой рукой подол длинного платья, чтобы не запнуться, я молча последовала за стариком, куда бы он ни шёл, ведь выбора у меня не было.

Мы шли в направлении главного входа, откуда меня ночью привела Молли. Днём этот коридор не был таким устрашающим, но всё же в нём не было ничего приятного. Серые стены были увешаны странными картинами, изображающими детей с бледными лицами и исхудавших женщин. Все эти люди были абсолютно не похожи друг на друга, но что-то их объединяло: одинаковые наряды, украшения, измученные выражения лиц и наполненные страхом глаза.

Я думала остановиться и рассмотреть их, но оставаться одной в этом коридоре не хотелось совсем. А из-за отсутствия окон в помещении было очень мало света, и от этого становилось жутко.

Не припомню, чтоб я до этого когда-то боялась темноты. 

– Кто все эти люди? – не удержавшись от любопытства, я спросила мужчину. Молча идущего впереди.

В ответ он даже не удостоил меня взглядом, словно меня и не было рядом.

Пройдя через вестибюль, мы вошли в одно из помещений, которое отличалось широким дверным проёмом. Как оказалось, это был обеденный зал. Перед нами предстала просторная комната с огромными окнами от пола до потолка, отделанными деревянными панелями и обрамлёнными тяжёлыми бордовыми шторами. В центре комнаты располагался массивный стол, накрытый на девять персон.

Много света, уже хорошо!

Хотя через стекло лился яркий дневной свет, комната оставалась мрачной. Возможно, это было связано со старой мебелью или увядшими цветами в высоких вазах, расположенных у стен. Воздух был спертым, и мне хотелось открыть окна и впустить свежий ветер, чтобы развеять эту гнетущую атмосферу.

Помимо меня и Викрома, в помещении более никого не было.

Дворецкий приблизился к столу и отодвинул стул, предлагая мне занять место. Я поджала губы, выражая своё недовольство его безразличием, но всё же подчинилась и села. Он поправил спинку стула, вернулся к дверному проёму, скрестил руки за спиной и замер, словно статуя. Мы провели в этой тишине, казалось, целую вечность.

Наконец, в комнату вошёл молодой человек. Он был высок и широкоплеч, одет в строгий серый пиджак и белую рубаху, небрежно расстегнутую у шеи. Аккуратные чёрные брови придавали его взгляду строгость, небольшая борода, аккуратно подстриженная по центру подбородка, добавляла ему возраста, но блеск в глазах говорил о том, что он ещё достаточно молод.

Серо-голубые глаза молодого человека излучали уверенность, прямой нос и тёмные густые волосы, тщательно зачёсанные назад, придавали его образу больше дерзости. Это был поистине красивый мужчина, подобных которому я ранее не встречала.

Он подошёл ко мне, немного помедлил, внимательно рассматривая меня, а затем протянул руку:

– Я Тоберон. – низкий голос прозвучал сквозь зубы с нескрываемым раздражением.

Несмотря на его холодное приветствие, я уловила исходящий от него приятный аромат древесных нот, смешанный с благородными травами и лотосом. От этого запаха у меня слегка закружилась голова.

Встретившись с ним взглядом, я внезапно почувствовала волнение, впервые в жизни испытав что-то подобное при встрече с мужчиной. Не прерывая зрительного контакта, я молча протянула ему руку.

Тоберон слегка сжал мою ладонь в своей тёплой руке, а затем резко, словно от удара током, отдернул её и поспешил занять место за столом напротив меня.

Заняв своё место, мужчина не обращал на меня внимания и сидел, храня молчание, словно меня не существовало. Я попыталась обратиться к нему, чтобы узнать, когда будет подан обед, но он лишь метнул на меня злобный взгляд из-под бровей.

Подняв салфетку со стола, он взмахнул ею в воздухе и расстелил на коленях. После чего наконец отвёл взгляд к окну и продолжил молчать.

Какая вопиющая грубость!

Я раздражённо закатила глаза и решила больше никогда не вступать с ним в разговор.

Скрестив руки на груди, я старалась сохранять неподвижность, но даже моё тихое дыхание нарушало тишину комнаты.

Вновь послышались шаги, и спустя несколько мгновений в гостиную вошли сразу трое.

Первой была худая женщина, одетая в тёмно-зелёное платье в пол с длинными рукавами. Её волосы были уложены в сложную причёску, а лицо отличалось строгостью и было покрыто морщинами.

Рядом с ней шёл высокий худощавый мужчина с залысиной по центру головы. Завершал процессию невысокий полный мужчина с густой рыжей бородой и объемной шевелюрой в тон.

Все трое прошли мимо меня, не замечая моего присутствия, и лишь кивнули в сторону Тоберона.

Едва они успели расположиться за столом, как в гостиную стремительно вошла дама, столь же зрелого возраста, как и та, что была в зелёном платье, но более крупная. Глубокое декольте её синего платья, украшенного драгоценными камнями, подчёркивало её внушительные формы. Рыжие волосы были скрыты под шляпой, и лишь несколько прядей ниспадали на плечи.

Взгляд её карих глаз, надменный и холодный, скользнул по присутствующим. Войдя, она сдержанно присела в реверансе и заняла место слева от меня. Удивительно, но все продолжали молчать.

Спустя минуту со стороны лестницы послышались шаги, и в обеденный зал вошли ещё двое мужчин. Они заметно отличались от присутствующих, будучи старше Тоберона, но моложе тех двоих, что вошли ранее. Внешне мужчины были похожи друг на друга, скорее телосложением и причёской – их светлые волосы были тщательно зачёсаны. Они были не столь строги, как остальные присутствующие, а, напротив, весьма жизнерадостны и громко поприветствовали окружающих на языке, понятном только им:

– Guten Morgen.¹

Я же не сильна в иностранных языках, но Тоберон вежливо ответил:

– Guten Morgen, ich hoffe, Sie haben es geschafft zu schlafen.²

Кажется, он владеет культурой общения, несмотря на то, что был груб со мной. И еще он понимает их язык.

Мужчины радостно закивали в ответ:

– Ja, alles ist in Ordnung.³

Когда все заняли свои места, оставались почти неподвижными и молчали. Я обратила внимание на людей, сидевших за столом, и заметила, что один стул справа от меня был свободен. Он располагался в центре.

В звенящей тишине я почувствовала на себе взгляды присутствующих, и это заставило меня почувствовать себя неловко.

Внезапно тишину нарушил звук тяжёлых шагов, донёсшийся со стороны лестницы. Все присутствующие заметно напряглись и повернулись к входу. В комнату вошёл Лорд Байрон.

Я видела его раньше, но лишь мельком, когда он разговаривал с моими приёмными родителями. Это был высокий, худощавый мужчина в дорогом костюме тёмно-синего цвета. Редкие чёрные волосы с проседью были зачёсаны назад. На его лице выделялась гладко выбритая кожа, широкий, острый нос и очки в серой оправе, за которыми скрывались черные глаза. От него как мне показалось, почему-то исходил могильный холод.

Байрон прошёл к стулу, не обращая внимания на окружающих. Как только он сел, словно по команде вынесли еду. Это был салат из свежих овощей, за которым последовала тарелка с рисом и тушёная телятина. Комната наполнилась ароматом свежеприготовленной пищи и звоном столовых приборов о фарфоровые тарелки. Когда тарелки почти опустели, лорд нарушил тишину.

– Алиша, я должен тебе представить людей, сидящих за этим столом. – его голос звучал тихо и хрипло, будто каждое слово приходится давить из себя – Это Генриэта, моя старшая сестра, – он указал на женщину в зеленом платье, – ее супруг Эдгар – худощавый мужчина с залысиной, – их сын Медисон – пухлый мужчина с бородой, – сестра Эдгара Моран – женщина в шляпе, – и наши уважаемые гости из Германии, Генрих и Поль – те самые мужчины со светлыми волосами, – ну и, конечно же, мой друг Тоберон.

– Надеюсь, молодая леди, Вам понравился наш замок? – прошипела Генриэта, перебивая речь Лорда.

Я растерялась, глядя на присутствующих, совсем не зная, что сказать:

– Да, но я нигде не была, кроме одной комнаты, заметила только, что он очень большой.

Остальные не сказали ни слова, словно их совсем не заинтересовало то, что я сказал, и продолжили сосредоточенно стучать приборами по тарелкам. Я понял, что мне здесь не рады, и удивилась, как они вообще могут выносить присутствие друг друга.

Вскоре нам принесли десерт – что-то холодное розового цвета, украшенное листочком мяты. Лорд отодвинул тарелку, молча встал и вышел, даже не притронувшись к угощению. За ним, как дрессированные псы, последовали члены семьи, и только бородатый племянник начал жадно есть холодный щербет. Немцы развернулись друг к другу и начали что-то горячо обсуждать на своём языке.

Тоберон сделал глоток из своего стакана и не смотря в мою сторону обратился ко мне:

– Не торопись с десертом, можно легко застудить горло.

Высокомерие мужчины только укрепило моё первое впечатление о нём. Он, вероятно, считает меня недалёкой и неспособной оценить подобные угощения. Я украдкой взглянула на него, не поднимая головы.

Тоберон некоторое время пристально смотрел на меня, а затем продолжил:

– Ты сама приняла решение сюда приехать?

Сомневаюсь, что ему действительно интересно это знать.

Не ожидая от него такой внезапной заинтересованностью в свой адрес, я чуть не поперхнулась холодным угощением, пытаясь поскорее проглотить кусок.

– Нет, я ничего не знала об этом месте, у меня просто не было другого выбора.

Тоберон изменился в лице, услышав ответ. Он нахмурился, откинулся на спинку стула и сжал салфетку в кулаке.

Когда мы закончили с десертом и встали из-за стола, все направились к выходу. Я тоже поднялась, собираясь последовать за остальными. Но меня остановил Тоберон. Он подошёл сзади, положил руку на моё оголённое плечо, и я почувствовала, как по спине пробежала лёгкая дрожь от его прикосновения.

Он наклонился к моему уху и прошептал достаточно грубо, но едва слышно:

– Зря ты согласилась сюда приехать!

От его приближения у меня снова слегка закружилась голова. Его тёплое дыхание, прокатилось по шеи, и вызвало у меня поток мурашек, я даже не сразу поняла, что он говорит.

Не дожидаясь моего ответа, мужчина убрал руки и быстро вышел из гостиной. Я проводила взглядом его высокую фигуру и тряхнула головой, словно пытаясь прийти в себя.

Его странное поведение вызывало всё больше раздражения.

Наконец придя в себя, я с досадой выдохнула воздух, который скопился в лёгких. Никак не ожидала такой резкости от воспитанного мужчины. Пытаясь не думать о нём, неспешно вышла следом, но оказавшись в вестибюле замка тут же остановилась, не зная, куда идти дальше.

Глава 2

Стоя в вестибюле, я стала осматриваться по сторонам, и моё внимание привлекла большая картина, которая занимала большую часть одной из стен. На ней была изображена семья. В центре стояли родители средних лет, между ними – молодая девушка, а по бокам – двое юношей.

Строгий отец, слегка приподняв подбородок, держал в руках шляпу, с плеча его военной формы спускалась красная лента с десятком орденов. На голове у матери была диадема из белого золота, украшенная темными драгоценными камнями. Она была одета в бархатное тёмно-синее платье с открытыми плечами.

Молодые люди в тёмных фраках держали в руках оружие, а девушка в центре – букет голубых цветов. На голове у неё была светлая шляпка с узкими полями и большим бантом. На заднем плане был изображён замок, который на картине выглядел не таким мрачным, как я его запомнила увидев ночью. Он казался более светлым и будто сиял в лучах утреннего солнца.

Один из юношей чем-то напоминал Лорда. Если это так, то рядом с ним должны быть его родители и сестра. Но кто же тогда второй молодой человек?

Картина, несмотря на тёплую атмосферу, переданную художником, была такой мрачной, что чем дольше я на неё смотрела, тем грустнее становились взгляды родителей и злее лица детей. Рама от времени покрылась мелкими трещинами, а краски на холсте потускнели.

Голоса, доносившиеся из комнаты, расположенной напротив столовой, отвлекли меня от изучения картины. Любопытство заставило меня направиться в их направлении.

Выглянув из дверного проёма, я увидел большой гостиный зал. Стены были отделаны натуральным деревом. У центральной стены из белого кирпича располагался массивный потухший камин. Вдоль противоположной стены тянулись высокие окна с лёгкой серой тюлью и зелёными шторами.

На боковых стенах висело несколько чучел животных, что указывало на увлечение хозяина дома охотой. В центре просторной комнаты стояли два дивана, обтянутые зелёной кожей, и четыре кресла в тон.

Не заметив моего появления, Лорд, Тоберон, Эдгар и немецкие гости были увлечены беседой. Тоберон стоял, опираясь на камин, и как-то странно смотрел вниз, одновременно переводя слова немцев для Лорда.

Лорд Байрон сидел в кресле, закинув ногу на ногу, и перебирал бумаги. Когда они все же заметили мое присутствие, то внезапно замолчали. Байрон бросил бумаги на стоявший рядом чайный столик и сердито посмотрел на меня.

– Что тебе здесь нужно? – голос Лорда звучал угрожающе – Тебя родители научили подслушивать? – Он свел брови, не сводя с меня глаз.

Под воздействием его голоса и взгляда, я ощутила внезапный прилив холода, который сковал меня изнутри. Заикаясь от волнения и испугано глядя на остальных присутствующих мужчин, я неуверенно произнесла:

– Обед закончен, и я не знаю, чем заняться. – взволновано я перебирала дрожащие пальцы за спиной и с силой втянула голову в плечи.

– Немедленно иди в свою комнату, тебе не велено прогуливаться по замку!

С этими словами Лорд, выпрямившись во весь рост, резко нанес удар кулаком по столу, что вызвало мгновенное воцарившееся в комнате молчание. Я, испытывая глубокое волнение, с трудом сдерживала дыхание и с тревогой ожидала реакции Байрона. Обернувшись к присутствующим мужчинам, увидела, что Тоберон замер, стиснув зубы с такой силой, что его челюсть заметно напряглась. В его взгляде, устремленном на меня, отчетливо читалось сожаление – эмоция, которую он, вероятно, стремился скрыть, но которая все же не ускользнула от моего внимания.

Немецкие гости, явно удивленные происходящим, выразили на своих лицах немые вопросы, однако они не предприняли никаких действий в мою защиту, очевидно, уважая статус хозяина замка и его неоспоримый авторитет.

Я отступала назад, спотыкаясь о подол платья и едва передвигая ватные от волнения ноги. Только сейчас я осознала, что впереди меня ждут нелегкие испытания.

Я шла по коридору, не оглядываясь, и искала комнату с ароматом лаванды. Я надеялась, что там окажусь в безопасности.

Дети с картин на стенах коридора внимательно смотрели на меня, будто собираясь ожить. Двери, двери. Где же нужная мне? Я не помнила, где она. Мне бы помощь Молли. Нужно было считать двери, чтобы не ошибиться.

От того, что произошло в гостиной, и от давящей атмосферы коридора паника нарастала. Ругая себя за невнимательность, я толкнула одну из дверей. Войдя в комнату, я почувствовала спертый воздух, который удушливо обволок моё лицо.

Как давно не открывали эту дверь?

Гнилой и затхлый запах заполнил пространство. Всё вокруг казалось грязным и пыльным: кровать, зеркало, ванна. Окна были завешаны. Серые рваные шторы ели пропускали дневной свет. Постельное бельё было смято и покрыто бурыми пятнами.

Даже думать не хотелось, что это могло быть. Пустая пыльная ванна была наполовину скрыта полупрозрачной тюлью, а зеркало – плотной чёрной тканью. Здесь явно произошло нечто ужасное. От увиденного я застыла на месте. Вдруг почувствовала лёгкое прикосновение к плечу. Ноги подкосились, и я, задержав дыхание, медленно повернула голову.

– Нора! Как же ты меня напугала! – дрожащим от страха голосом прошептала я.

Девушка стояла передо мной и смотрела удивленными глазами:

– Алиша, что ты делаешь? Тебе нельзя заходить сюда. Неужели хочешь испытать на себе ярость хозяина?

Служанка выглядела растерянной, что было заметно по выражению ее лица. Она осматривала помещение, иногда заглядывая через мое плечо мне за спину, всматриваясь в темные углы, словно искала что-то жуткое. Ее речь звучала так напугано, что в голове всплывали воспоминания о резком поведении Лорда.

– Как он может злиться из-за того, что я перепутала двери? –я взяла девушку за подбородок и повернула ее лицо к себе – Что вообще тут случилось? Чья это комната?

Нора оттолкнула мои руки, и тихонько закрыла дверь, прижала палец к губам:

– Тсс. Не стоит говорить, что ты была тут. – она спешно пошла вперед, увлекая меня за собой. – Идем.

Мы, бесшумно пройдя дальше по коридору, приблизились к другой двери. Нора открыла ее, и я почувствовала облегчение. Это была та самая комната с ароматом лаванды.

– О Боги! Как же я напугалась. В какой-то момент мне показалось, что моя комната превратилась в эту кошмарную кладовку. Будто страшный сон, как хорошо, что это не так и на самом деле нет ничего ужасного. – Выдохнув с облегчением, сказала я.

– Нет ужасного? Алиша, не торопись с выводами. – говоря это, Нора смотрела на меня испуганными глазами.

– О чем ты?

– Я не должна с тобой говорить. Но ты другая, и Молли тоже так считает. Ты не должна быть тут.

Я схватила служанку за запястье, демонстрируя свою решимость не отпускать её до тех пор, пока не получу объяснения. Она похоже это поняла и перестав спорить села на край кровати. Нора начала говорить крайне тихо, с явной осторожностью, словно опасаясь быть услышанной посторонними.

– Когда меня привезли в этот замок, Лорд решил, что я не подхожу ему из-за того, что моя мама не была истинной леди и когда-то работала обычной кухаркой в доме, где влюбилась в хозяина, и после их свадьбы появилась я. Байрон был зол и кричал, что мне больше подходит роль грязной служанки. Как оказалось, потом, это его решение явило мне спасение. Генриэта не уточнила происхождение моей матушки, подписывая договор, когда привезла меня сюда, Лорду же хватило одного взгляда, и он всё понял. С тех пор он сам выбирает девушек и не позволяет сделать это сестре. Молли научила меня работать. Но все же спасением назвать это сложно, замок – это все, что ждет меня до конца моих дней, весь этот мрак и ужас, страх – вот что значит мое спасение. Нет обещанных богатств, счастливой семьи с кучей детей, путешествий и дорогих украшений. Но уж лучше так, чем то, что случилось с остальными. Как ж я была глупа. – она глубоко вздохнула – Ты тоже зря питаешь иллюзии.

– Что ты имеешь ввиду? – не понимая, о чем говорила девушка спросила я – Совсем меня запутала. Какие иллюзии и о каком богатстве идёт речь? И что значит «остальные»?

– Алиша, а на что ты рассчитывала, подписывая договор с Лордом? – Нора смотрела удивленно и даже с укором.

– Это не мое решение, мне пришлось приехать сюда. И о каком договоре вообще идет речь?

– Что? – удивилась Нора – Ты не сама решила приехать на остров? – она опустила голову и замолчала.

– Объясни! Что тут происходит, и кто все эти люди? – не сдавалась я.

– Люди? – Нора произнесла это, еле сдерживая слезы.

На пороге комнаты, прервав спутанный разговор, появилась Молли. Многозначительно оглядела нас, прижала руку к груди справляясь с отдышкой от спешной ходьбы, строго произнесла:

– Вот ты где? Пока ты тут прохлаждаешься, мне приходится делать работу самой, – она подняла в верх указательный палец и тряся им смотрела на Нору – вот дождешься, пожалуюсь на тебя Лорду.

Но даже наигранная строгость выдавала ее бескрайнюю доброту и материнскую любовь к девушке:

– Бегом за работу! Кабинет сам себя не уберет.

Нора без замедлений покорно выскочила за дверь. Проводив взглядом свою подопечную, женщина обратилась ко мне:

– Алиша, тебе нельзя выходить из комнаты. – с той же наигранной строгостью сказала она, потом тяжело вздохнула и продолжила, – И чем ты только успела разозлить хозяина? Ужин принесу сюда, прошу, не нарушай запрет.

Женщина спряталась за стеной и тут же вернулась с огромной охапкой книг:

– Вот книги, – тяжело дыша она тащила их к прикроватной тумбе, – Лорд не велел приносить их сюда, но не думаю, что он зайдет к тебе в ближайшее время.

Положив руки на пояс, она осмотрела помещение, будто желая что-то сказать, но немного помедлив все же покинула комнату.

Вопросов становилось все больше.

О чем говорила Нора? Богатства, путешествия, спасение, остальные… Что меня ждет? И что не так с этим Лордом Байроном, откуда в нем столько ненависти и злости?

От присутствия хозяина замка стынет кровь в жилах. А этот мужчина по имени Тоберон вызывает у меня приступы злости. И как только можно быть таким мерзавцем?

После обеда я провела остаток дня за чтением книг, стараясь отвлечься от недавних событий. Мои мысли были заняты стихами и историями о далёких краях.

В детстве мама часто читала нам с сестрой, и благодаря её стараниям мы научились хорошо писать и читать. Воспоминания о близких всегда придавали мне сил. Сказки, которые рассказывала мама, были такими волшебными, что даже став взрослой, я не могу забыть эти истории и родной сердцу голос.

Молли, как и обещала, принесла мне ужин в комнату. Она молча поставила поднос на стол и быстро ушла.

Мне предложили куриный суп и свежий белый хлеб с хрустящей золотистой корочкой. Аромат еды наполнил комнату, но после проведённого в заточении дня у меня совсем не было аппетита. Поэтому я не смогла доесть суп.

В момент, когда солнце скрылось за горизонтом, пространство комнаты погрузилось во мрак. Нора и Молли, выполняя свои обязанности, принесли горячую воду и свежие полотенца. Я, закрыла шторы, зажгла свечи и погрузилась в теплую воду с уже привычным ароматом лаванды.

Оставшись в одиночестве, я тщательно намылила руки и шею с использованием розового мыла. Когда вода начала остывать, я поспешно вышла из ванны, облачилась в ночную сорочку и, используя гребень, аккуратно расчесала свои каштановые волосы устроившись перед зеркалом.

Завершив привычные ритуалы, я улеглась в постель, предвкушая наступление сладкого сна, который должен был восстановить мои силы и энергию, необходимую для следующего дня.

Вероятно, в последствии странного диалога с Норой, загадочной комнаты или злого Лорда, я все не могла заснуть. Длительное время перекатывалась с одного бока на другой, стараясь удобнее улечься в уютной постели, скомкав все простыни под собой, я внезапно осознала, что мое сознание занимает образ Тоберона.

Этот человек заметно выделялся среди остальных обитателей дома. Его манеры, поведение и стиль общения говорили о высоком уровне воспитания. Знание нескольких языков подтверждало его высокое образование. Внешний вид тоже отличался: необычные предпочтения в одежде и манере общения выдавали его принадлежность к современной культуре. Только при этом его резкое поведение и хамство делали его омерзительным.

Лорд называл его другом, но разница в возрасте вызывала сомнения. Возможно, этот человек был временным гостем, и его пребывание в доме скоро окончится. Вероятно, очень скоро я его вовсе не увижу.

И это к лучшему, ужасное поведение одного Лорда вытерпеть куда проще.

Глубокие раздумья унесли меня в сон. Но внезапный звук у входной двери резко вернул меня в реальность. Я приподнялась с подушки, пытаясь понять, что произошло, и с усилием потерла опухшие глаза ладонью.

В абсолютной темноте я услышала шаги. Кто-то шел по коридору, и его металлические башмаки скрипели на каменном полу. Звук усиливался эхом и приближался к моей двери. Через несколько секунд шаги стихли за порогом моей комнаты.

Гнетущая тишина давила на уши. Я уверена, что кто-то стоял за дверью. Страх сковал тело, руки, сжимающие край покрывала, похолодели. Через мгновение тишину разорвал дикий женский крик, который судя по всему доносился из мрачной комнаты, которую я днем перепутала со своей. Девушка кричала от ужаса и боли, казалось, целую вечность.

От этих жутких криков я уткнулась в подушку, зажала уши и обхватила голову руками. Дыхание остановилось. Главное – не шевелиться, чтобы не привлечь внимание. Вероятно, если я издам хоть звук, моя дверь откроется, и случится что-то ужасное.

Держа руки у головы, я словно пыталась укрыться от кошмаров. Лишь первые лучи солнца пробились сквозь щель между шторами, как я почувствовала облегчение. Расслабившись, я уснула.

Утром меня разбудила Молли. Войдя в комнату, она поставила поднос с едой на стол. Служанка принесла горячий завтрак: отварные яйца, хрустящий тост и свежезаваренный чай. Едва открыв глаза, я сразу вспомнила ужасы прошедшей ночи. С тревогой пытаясь понять, что же произошло, я начала расспрашивать женщину:

– Молли, что произошло этой ночью? Я слышала крики.

Она словно меня не слышала, продолжала молча копаться в вещах в дальнем углу комнаты. Я поднялась с кровати и подошла ближе. Не сдаваясь, повторила вопрос, посмотрев женщине прямо в глаза.

– Молли. Что случилось? Кого-то обидели? Где Нора? – заметив ее озадаченный взгляд, добавила: – Ты выглядишь очень странно.

Служанка тяжело вздохнула и отвела глаза:

– Тут много странного, девочка. Когда что-то слышишь в этом замке, лучше не реагировать на это и не выходить из комнаты.

– Мне кто-то объяснит, что здесь происходит? – уже с негодованием вскрикнула я.

– Боюсь, ты сама всё скоро поймешь.

Собрав вещи и заправив постель, она быстро покинула комнату, плотно закрыв за собой дверь. Не получив ответа, я разозлилась уже больше, чем испугалась ночью. Что-то явно произошло с Норой. Кто мог так кричать? Звучавший голос явно принадлежал молодой девушке. В замке много слуг, но все они старше. Образ ее испуганного лица после нашего странного разговора всплыл в памяти. Что все эти люди скрывают?

Следующие два дня я провела в своей комнате, пытаясь отвлечься чтением книг и грустно наблюдая из окна смену дня и ночи. Зеленые деревья за окном закрывали обзор, но даже их вид напоминал о свободе. Ветер шелестел листьями, говоря о живом мире за стеклом моей временной темницы. Сидеть взаперти было мучительно. Дни тянулись, словно время остановилось.

Я медленно бродила по комнате из угла в угол, скользя взглядом по стенам. Пыталась представить, как выглядят другие этажи замка, сравнивая его со своим домом. Но мысли о доме причиняли боль. Особенно тяжело было думать о сестре.

Молли приносила еду по расписанию и почти не разговаривала со мной. Ее фразы были дежурными, она не рассказывала о Норе и других жителях замка.

После захода солнца замок оживал. По коридорам ходили люди, бегали дети. Откуда они тут взялись? Мы же на острове! Днем вокруг было тихо, слышно было даже шум волн, доносившихся с моря. Ночью же замок наполнялся голосами людей: кто-то громко что-то обсуждал, кто-то шептался, передвигаясь по коридору или усевшись прямо под окнами моей спальни. Сверху доносилась музыка, но она была очень мрачной возможно церковной. Казалось, где-то стоит орган⁴, его звуки эхом разносились по всему замку.

Интересно, что находится в других частях замка?

***

На третий день заточения я, как обычно, после завтрака собрала волосы в хвост затянув их бордовой лентой. Надела нежно-розовое платье со шлейфом и объемными шелковыми рукавами. Взяла книгу и устроилась у окна. Вдруг в комнату ворвалась Молли. Она резко распахнула дверь, переводя дыхание, и радостно сообщила:

– Алиша, Лорд отправился в путешествие. В его отсутствие тебе разрешено гулять. Можешь выйти в сад.

Новость о том, что мое заточение хоть и временно, но отменяется, привела меня в восторг.

Хоть бы он вообще не возвращался.

Я бросила недочитанную книгу на кровать, быстро надела туфли и выбежала из комнаты. Не задерживаясь ни секунды, направилась по коридору вслед за Молли. Она весело шагала впереди, чуть покачивая плечами и придерживая подол серого платья.

– Ты сейчас увидишь сад, он такой большой, – не оборачиваясь говорила служанка – там много растений и птиц, думаю, тебе понравится.

Воображение мгновенно нарисовало картину: зеленые деревья, пышные цветы, множество красивых птиц и бабочек. Точно воспоминание из детства.

Мы шли по мрачному коридору в вестибюль замка. Выход в сад находился за центральной лестницей, напротив главного входа. Стеклянная дверь с высокими створками вела на задний двор.

Оказавшись на улице, я вдохнул теплый воздух. Мгновенно уловив легкую прохладу на лице и запах утренней росы. Передо мной раскинулся густо засаженный сад не менее трех гектаров.

Удивительно, что цветов здесь совсем не было. По краям узких дорожек росли лохматые, колючие кустарники, создавая искусственную изгородь. Высокие зеленые деревья, тянущиеся к облакам, соседствовали с засохшими стволами древних дубов. В центре сада стояла беседка, слегка покосившаяся от ветра и времени. Под деревьями виднелись старые деревянные скамейки с резными спинками. Ветер скользил по дорожкам, поднимая облака пыли и опавших листьев. Тонкие солнечные лучи пробивались сквозь облака, едва касаясь верхушек деревьев. Извилистые каменные дорожки вели вглубь сада. На одном из дубов были установлены качели: обычная доска привязаная к веревке с двух сторон и закрепленная на ветке. Кажется, ими давно никто не пользовался.

Возможно здесь все-таки есть дети?

Сад казался заброшенным. Никто давно не играл здесь на качелях, не гулял по дорожкам, не сидел на пыльных лавках.

Молли, не замечая моего разочарования, хлопнула в ладоши и обратилась ко мне.

– Ну вот. Это куда лучше, чем сидеть в запертой комнате.

Восторга служанки я не разделяла. Меня больше интересовало, что скрывается за густыми деревьями и искусственной изгородью. Служанка словно прочитала мои мысли и добавила:

– Алиша, ты можешь гулять по саду, но очень прошу, не заходи в лес. Забора, огораживающего территорию, давно уже нет, но ты поймешь границы по отсутствию выложенных троп.

– Но почему? Опять запреты. Мы ведь на острове. Что тут может со мной случиться? – я капризно сложила руки на груди и закинула голову разглядывая облака.

– Слишком много вопросов, молодая леди, – недовольно ворчала женщина – гуляй по саду и не покидай территорию. Я пока наведу порядок в твоей комнате и наконец проветрю помещение.

Недовольно покачав головой и продолжая что-то бормотать себе под нос, она развернулась и направилась обратно в замок, оставив меня на улице одну.

3 глава

Проводив служанку взглядом, я вновь подняла голову, теперь уже с наслаждением вдохнула свежий летний воздух, наполненный ароматом росы, осевшей на листьях деревьев. Он приятно наполнил мои легкие, и я почувствовала легкое головокружение от избытка кислорода.

Как же всё-таки я рада выбраться из заточения. 

Спустившись по серой, каменной лестнице, я ощутила легкое дуновение свежего ветра, прокатившегося по коже, он мягко коснулся ног развивая подол нежно-розового шелкового платья. Медленно я направилась по вымощенной камнем тропинке, наслаждаясь окружающей природой.

Остановившись на небольшом расстоянии от деревьев, я обернулась и принялась внимательно изучать замок в свете дня. Серое от времени здание, словно покрытое тенью столетий, местами было обвито раскидистым плющом, который, подобно мохнатым лапам, тянулся от земли, оплетая стены и устремляясь к крыше. Зеленые побеги растения, подобно щупальцам осьминога, цеплялись за шероховатую поверхность камня, создавая иллюзию живого организма, стремящегося поглотить огромное строение.

У высоких стеклянных дверей, ведущих в сад, были размещены белоснежные фигуры львов. Эти величественные стражи стояли по обе стороны от входа, словно охраняя вход в королевские владения. Один из львов держал в лапе огромный круглый шар, символизирующий мироздание или бесконечность, в то время как другой сжимал кинжал из того же материала, что и были изготовлены сами статуи, демонстрируя готовность к защите. Эти скульптуры блестели на солнце, контрастируя с серыми стенами замка. Вероятно, их ежедневно полируют и натирают, чтобы сохранить блеск и первозданный вид.

Я тщательно осмотра замок, состоящий из трех жилых этажей, завершающихся мансардным ярусом с миниатюрными полукруглыми окнами, расположенными под самой крышей, покрытой черной черепицей. Окна основных этажей различались меж собой, одни были мутные от пыли, другие блестели на солнце как хрусталь. Темные, побитые дождем и ветром рамы, одинаково обрамляли все стекло стирая различия меж ними.

Мое внимание привлекло окно третьего этажа. Сквозь мутное стекло я заметила фигуру среднего роста, стоявшую прямо за прозрачным полотном. Она пристально смотрела на меня и махала рукой.

Возможно, это Нора? 

В этот момент луч солнца, пробившийся сквозь тучи, начал слепить глаза, и мне пришлось зажмуриться, чтобы лучше рассмотреть человека. Но его образ был размытым, возможно, из-за солнечного света или пыли на стёклах. Я хотела было поднять руку и помахать в ответ, но тут за спиной раздался громкий треск ломающихся веток. От неожиданности я вздрогнула и, оторвав взгляд от окна, резко обернулась.

– Тоберон? – из-за кустов вышел мужчина, который меня ужасно раздражал, стараясь скрыть свое напряжение я набрала больше воздуха в легкие и слегка улыбнулась – Не ожидала тебя здесь увидеть, – я растерянно смотрела на него – думала, что ты уехал с Лордом.

От неожиданной встречи с ним сердце забилось быстрее. Вот только это почему-то не было похоже на злость. Скорее на растерянность. Я уже была готова к очередному спору и даже сжала пальцы в кулак для большей уверенности.

В этот раз я не позволю неуважительного отношения к себе!

– Нет, только Лорд в отъезде. – мужчина сделал паузу и внимательно осмотрел меня с ног до головы. На этот раз его взгляд был мягким и куда-то как по волшебству пропало все высокомерие – Как ты себя чувствуешь? Мне известно, что тебе запретили выходить из комнаты? – он немного приподнял уголки губ и наклонил голову на бок – Ты сбежала?

Отлично, все же улыбаться он умеет.

– Нет, Молли на время прервала мое заточение! – попыталась улыбнуться я.

– Да, эта женщина способна на многое. Без нее это место было б совсем уж ужасным. – после этих слов он перевел взгляд на здание, стоявшее позади меня.

Удивительно как резко мужчина смог изменить свое поведение. Словно передо мной стоял не тот высокомерный болван, который при первой встрече демонстрировал свое отвращение, словно ему было бы приятнее вычесать кобыле зад чем завести со мной разговор. Мне даже на миг показалось что у Тоберона есть симпатичный брат близнец, лучшая версия того грубияна. Я решила рискнуть и продолжить разговор:

– Ты тоже считаешь, что тут ужасно?

Я обернулась и вновь посмотрела на окна третьего этажа. Человек, который махал мне рукой, уже ушел.

– Пугающая атмосфера, не смотря на дорогостоящую обстановку. Ведь правда что-то тут не так? – размышляя в слух, высказалась я.

– Глупо было б отрицать это. – Тоберон говорил уверенно – Только вот семейству Лорда нет до этого дела, они ослепли после того, как убили все живое вокруг.

– Убили? Ты, о чем? – я резко обернулась и встретилась с ним взглядом

Тоберон, вместо ответа поджал губы:

– Не слушай меня, я часто говорю ерунду.

– Ты не похож на человека, который способен говорить ерунду или даже совершать ерундовые поступки – тут же вспомнила нашу первую встречу и не поверила в свои же слова. Похоже мужчина это заметил и изменился в лице.

– К сожалению, порой поступки говорят об обратном – он отпустил голову.

От избытка загадок у меня внутри всё перевернулось. Я прижала руку к груди, стараясь сдержать подступающую тошноту.

– Тоберон! Ты не представляешь, как сводит с ума количество загадок, связанных с этим местом! Кто ты? Что ты тут делаешь? Что за иностранные гости? Что говорила Нора про… – мое дыхание сбилось, и нарастающее отчаяние в голосе, кажется, растопили строгость Тоберона.

Мужчина положил руку мне на плечо:

– Алиша, я прибыл сюда по своей глупости. – он напряг челюсть и покачал головой – Нора вообще недолжна была ничего тебе говорить, а немцев ты больше не увидишь.

Он взял меня за локоть и притянул к себе:

– Давай пройдемся, тебе нужно успокоиться.

Мы шли бок о бок, и я от такой близости ощущала тепло его тела. Тропинки петляли среди густых зарослей. Мы то сворачивали влево, то вправо. Мужчина молчал, погруженный в свои мысли. Он не смотрел на меня.

Всю дорогу меня не покидали слова Тоберона. Что он имел в виду, когда сказал: «Не увижу немцев»? Почему Нора не должна была ничего рассказывать? Куда она исчезла? Какую ошибку нужно было совершить, чтобы оказаться здесь?

Идя молча, я пыталась подобрать слова, и стремясь понять происходящее вокруг. Мысли не утихали, и я, пытаясь освободиться от них, украдкой разглядывала Тоберона. Его внешность и поведение резко контрастировали с образом человека, которого могли продать, как это случилось со мной. Он был воплощением силы и уверенности.

Приблизившись к каменному сооружению, мне пришлось отвлечься от размышлений. Твердая почва под ногами сменилась хлюпающей грязью, и ноги начали увязать. Я замерла на месте чтобы не упасть.

– Это склеп? – я удивленно смотрела на встретившееся нам строение.

– Да. Тебя это удивляет? – Тоберон казался абсолютно спокойным.

Сад остался позади, и я даже не заметила, как мы отошли от замка. Он словно специально меня запутал и увел подальше от окон. Здесь нас никто не увидит. Отогнав глупые мысли подобрала подол платья чтобы не испачкать его грязью.

Впереди возвышался серый каменный склеп, окруженный невысокими надгробиями с незнакомыми мне именами. Слева от склепа виднелись булыжники, торчащие из земли, похожие на серые, кривые зубы великана, покрытые мхом. На них не было имен – только даты рождения и смерти. Судя по датам, здесь были похоронены новорожденные дети, десятки малышей с разницей в несколько лет. Дыхание сперло. Внезапно облака сгустились, небо потемнело, и сильный холодный ветер ударил в лицо выбив пряди волос из ленты.

Это дуновение как глоток свежего воздуха привело меня вновь в сознание. Не желая показаться напуганной, я обхватила себя руками, скрывая нарастающую дрожь:

– Вообще, ожидаемо встретить семейный склеп на острове. Но так близко к замку, от этого мурашки по коже. Наверно, тут еще и приведения водятся. – говоря это я немного изменила голос, сделав его немного ниже изображая жуткое выражение лица.

– Да, это так. – Тоберон сказал об этом будто упоминая что-то повседневное, абсолютно привычное.

– Что, ты серьезно? – отшагнув от него спросила я.

Образованный человек в моих глазах показался немного сумасшедшим, утверждая это. Но он не унимался:

– Алиша, ты веришь в потусторонний мир? Переведенья, проклятья? – продолжал мужчина нести этот бред.

– Брось, ты же не серьезно! Сейчас ты действительно говоришь ерунду. – мне вновь вспомнился мужчина за обедом, надменный и высокомерный. Он хочет выставить меня дурой и просто посмеяться.

– Тебе придется в это поверить.

Сдвинув брови на переносице, он протянул руку и взял меня за запястье. Ничего не говоря, он начал грубо тянуть за собой, уводя дальше от склепа.

У меня не нашлось слов, и я почему-то даже, не попыталась остановить его или воспротивиться его решительным действиям.

Я ничего не знаю об этом человеке. Но его низкий голос заставляет мое сердце биться быстрее, а аромат древесных духов вскружил голову. Когда он приближается ко мне, по телу пробегает дрожь, а щеки предательски краснеют.

Опустив голову, я ускоряю шаг, чтобы сократить расстояние между нами. Свободной рукой придерживая подол длинного платья. Его красота завораживает меня: хмурый лоб, ямочка на подбородке, когда он улыбается. Серые глаза отражают солнечные лучи, когда он смотрит на меня.

Пока мы шли, я изредка поднимала голову, чтобы взглянуть на него. Ветер слегка трепал черные волосы. От этого он выглядел потрясающе в белой рубашке и темных штанах на фоне леса. Заметив внезапно окруживший нас лес, я почувствовала, будто меня поразила молния.

– Мы в лесу?! – я застыла на месте и начала крутить головой по сторонам в поисках замка – Мы слишком далеко зашли, Молли просила не покидать сад и не ходить в лес. Куда мы идём?

Тоберон положил мне руки на плечи и потянул вперед:

– Успокойся, я здесь один из немногих, кто не причинит тебе вреда. Хочу тебе кое-что показать.

Его прикосновение вернуло мне чувство покоя. Я машинально прижалась к нему. Он был выше меня на голову, и понимания, что рядом кто-то сильнее меня придавало мне еще больше уверенности. Несмотря на его пугающие слова, рядом с ним я ощутила спокойствие.

Удивительно, но не смотря на странные перемены в его поведении мне хотелось доверять этому мужчине.

Мы продолжали неспешно идти, под нашими ногами слегка хрустели обломанные ветви, а сквозь густую листву на кронах деревьев постепенно начинали проникать солнечные лучи. По мере того как мы выходили из леса на небольшую зеленую поляну, я ощутила, как каблуки моих туфель погружается в мягкую почву. Мне даже пришлось снять обувь. Как только моя босая нога коснулась мелкой травы, я почувствовала влажную прохладу мягкой зелени.

Оставшись босиком, я с наслаждением ощущала, как мои ноги касаются влажных и нежных стеблей травы. Тоберон стоял рядом и внимательно смотрел на меня. Вдруг мне захотелось прыгать и смеялась, как маленькой девочке на прогулке с друзьями.

Я начала кружится, но мужчина внезапно схватил меня, его лицо стало строгим, он выхватил туфли из рук и крепко обнял меня второй рукой за талию. Тоберон потянул меня за собой, и через пару шагов мы оказались на краю пропасти.

Оказавшись у края обрыва, я ощутил, как моё дыхание замерло в лёгких, словно остановившись на мгновение перед тем, как вновь начать свой ритм. Под нами простиралась безбрежная морская гладь, волны которой, подобно гигантским живым существам, с яростью обрушивались на острые скалы у подножия утёса, напоминающие скелет древнего морского чудовища. Ветер, усилился, вынуждая меня удерживать подол лёгкого платья.

Деревья и густой лес остались позади, уступая место бескрайней водной стихии, которая простиралась до самого горизонта, где небо сливалось с морем, образуя единую, почти мистическую границу. Внезапно моё сознание помутилось, и, кажется, Тоберон, интуитивно почувствовав это, усилил свою хватку, сжимая меня в своих крепких объятиях, словно стремясь защитить от головокружения и возможной опасности.

– Нужно быть осторожнее. – он прошептал мне это прямо в ухо – Видишь? – его теплое дыхание скользнуло по шеи – Это всё… Дальше пути нет. Остров не такой большой. Тут не спрячешься и бежать некуда.

Слова Тоберона звучали угрожающе. Но я напомнила себе, что не он причина моего пребывания здесь:

– Ты же не хочешь сказать, что пытался бежать?

Выдержав паузу, не отводя глаз от морского простора, будто подбирая слова, мужчина громко выдохнул, наконец начал говорить:

– Нет, я понимаю, что это невозможно. Покинуть остров получится только на лодке, тем же путём, как тебя сюда привезли. Этот проход строго под охраной. В любом случае тебя поймают.

И тут я поняла. Этот уверенный в себе с виду мужчина, тоже пленник острова. Но в отличие от меня он сам решил сюда приехать:

– Зачем ты здесь?

Тоберон не ответил, лишь потер ладонью лицо и задумался. Тогда я решила непытать его не удобными вопросами.

– Значит, Нора права? Остров и замок – это всё, что ожидает меня? Ни у кого нет возможности вырваться? – рукой взяла его за подбородок и повернула лицо к себе, стараясь встретиться взглядом с серыми глазами – Только Лорд может покидать остров?

– Нет, его сестра с мужем и сыном тоже имеют такую привилегию, только им не очень это нравится. – он задержал взгляд на моих ресницах, от чего черты его лица как мне показалось стали мягче – Остров держит их.

– Тоберон, расскажи мне всё. – уже умоляюще просила я.

– Терпения, юная леди. – легкая улыбка появилась на мужественном лице, которая тут же сменилась гримасой строгости – Мне нужно многое понять, прежде чем я смогу что-либо сказать. Идем обратно. Поверь, нас скоро начнут искать.

Мы направлялись к замку, обсуждая по дороге растения и деревья, которые росли в лесу, и избегая разговоров о местных жителях. Тоберон оказался не только хорошо воспитанным, но и веселым. Слушать его рассказы о друзьях детства было невероятно интересно. В какой-то момент в его присутствии я забыла о странностях этого места, забыла про Лорда и его злобных родственниках.

Мы громко смеялись, когда он шутил о каких-то выдуманных лесных животных. Тоберон поправлял мои волосы, которые растрепал ветер, и все время держал за руку, помогая мне пробираться через лесные заросли.

Когда мы дошли до каменной дорожки в саду, то он убрал руки и немного отошёл в сторону, увеличив расстояние между нами. Мужчина стал говорить тише и уже не так ярко улыбался.

Тоберон перешёл на шёпот, после того как закончил рассказ о лесном гноме. Он остановился и подошёл так близко, что я почувствовала биение его сердца сквозь плотный корсет своего платья. Его теплое дыхание касалась моего лица от чего по спине пробежала волна мурашек.

– Алиша, мне очень жаль, что мы встретились при таких обстоятельствах. Как только я увидел тебя в гостиной, был поражён твоей красотой. Твои зелёные глаза не покидают мои мысли. Твой хрупкий силуэт и нежная кожа…

Он резко замолчал и сделал шаг назад, оставаясь на расстоянии вытянутой руки, продолжил:

– Ты осветила этот дом. До тебя я встретил здесь только одну девушку, к счастью, Лорд не так часто привозит новую невесту.

Тоберон сглотнул ком сдавливающий горло, и отвёл взгляд.

– Её звали Розали, и она ехала сюда с намерением получить обещанные богатства. Девушка была упрямой и строгой, надеялась на безбедную жизнь и свободу от правил строгого отца. Её внешняя безупречность скрывала внутреннюю жадность и корысть. Но я сожалею о том, что ей пришлось пережить. Если бы я только мог что-то изменить.

Он вновь встретился со мной взглядом.

– Поверь, это не страх говорит во мне. Понимание безвыходности ситуации сдерживает мои действия, я не должен навредить тебе, совершая очередную ошибку в своей жизни.

Я пыталась сохранить ясность мысли после услышанного. Как только Тоберон отдалился от меня в ожидании моей реакции по рукам прокатился холод. Когда он становится так близко, мой разум отказывается подчиняться. Я словно борюсь сама с собой пытаясь сосредоточиться на словах, отталкивая новые телесные ощущения. Мысли в голове кружились вихрем, а нужных слов все не находилось. Сложнее всего бороться с самим собой, ведь силы всегда равны.

– Все говорят загадками. Какие другие девушки и что тут вообще происходит? – наконец сказала я.

Тоберон вернул меня в чувство, продемонстрировав новую порцию своего наигранного высокомерия, которое словно по команде превращало его в бесчувственного и злого человека.

– Этот замок проклят со всеми его обитателями. Тебе нужно быть очень осторожной и принять это. – теперь его голос звучал безразлично, вернулся тот мерзкий брат близнец.

Мне осталось лишь в замешательстве смотреть на него, не понимая, как реагировать на внезапную смену настроения этого ненормального мужчины.

В этот момент на пороге появился Викром и прервал наш разговор:

– Тоберон! Мне кажется, Вам пора приняться за дело!? – дворецкий выдержал паузу и строго посмотрел на меня: – А Вас, юная леди, ожидает ужин в вашей комнате.

С каких пор прислуга дает указание хозяевам?

Дворецкий замер в дверях, глядя на нас.

Мы понимали, что наш разговор окончен, и молча вошли в замок. Тоберон не останавливаясь, и не оглядываясь, направился к широкой лестнице и поднялся куда-то наверх.

Мне оставалось только следовать за Викромом в свою комнату.

На столе уже ждал поднос с горячими блюдами: томатным супом, запечённый картофель с телятиной. После прогулки я с аппетитом и злостью заставила себя съесть всё до конца. Даже не позволила себе думать о Тобероне. Я больше не буду поддаваться на его выходки и перемены в поведении.

Даже после вкусного, плотного ужина внутри меня оставалось ощущение пустоты. Что-то произошло между нами сегодня днём. Я решила умыться прохладной водой из кувшина, который принесла Молли утром. Но надежда, что вода поможет мне избавиться от неприятных ощущений, исчезла, и я начала задыхаться. Ком образовавшийся в горле становился с каждой секундой больше, давил изнутри, перекрывая поток воздуха, и слёзы обожги глаза.

Прогулка в присутствии Тоберона стала ударом по моему смирению. Я уже приняла пустоту своего существования. Ради спасения младшей сестры я была готова на любые жертвы, даже на смерть. Но появление этого мужчины в моей жизни не входило в планы. Он пробудил во мне желание сражаться. Я долго плакала. Кажется, последний раз я плакала после смерти матери. Когда мы потеряли отца, я не позволила себе проявить слабость и пообещала сестре быть сильной, ведь мы тогда остались без родителей.

Я уже успокоилась, когда в комнату пришла Нора:

– Алиша, я рада, что ты наконец-то все съела.

Её появление вызвало у меня удивление и облегчение. Я была рада внезапному приходу девушки.

Служанка выглядела так же, как и в нашу первую встречу. Ее волосы были аккуратно собраны в пучок, а голову украшал белый чепец⁵. Тонкие руки были спрятаны в белоснежные перчатки. Но почему-то, она вновь выглядела очень усталой и измученной.

– Где ты была? Что с тобой случилось? Я очень переживала. – с восторгом я схватила ее за плечи.

– Все в порядке, – устало улыбнулась девушка – Лорд немного разозлился, что я выполнила работу не в срок, и наказал меня дополнительной работой.

– Я слышала крики ночью. Думала, это ты. Значит, сегодня днем в окне третьего этажа я все же видела тебя?

– Нет, Алиша. – она вопросительно посмотрела на меня – Я весь день провела на кухне, которая находится в хозяйственной части замка на первом этаже.

– Как странно. – я смотрела на нее с удивлением – Ты слышала жуткие крики ночью? Кто это мог быть?

Нора отвела взгляд в сторону:

– Тебе, должно быть, показалось.

– Перестань. Такое не может показаться. – уже со злостью говорила я, – Ты расскажешь мне, что случилось с другими девушками?

Нора посмотрела на дверь, выдержав паузу, и села на край кровати:

– Прошу тебя, ты не должна никому ничего рассказывать о том, что сейчас услышишь. – взмолилась девушка.

Я спешно закивала, с нетерпением ожидая получить ответы на свои вопросы.

Служанка продолжила:

– Лорд привозит себе невест в надежде заполучить наследника, уже многие годы, пытаясь избавиться от проклятия. Но рожденные дети умирают. После чего он расправляется с несчастными, молодыми матерями этих детей.

Сказанное Норой прозвучало как страшилка из детства. Я совсем не знала, что меня ожидает в этом месте. Мачеха, отправляя в дорогу, взяла с меня обещание о послушании. Но она не предупредила о том, что я должна стать невестой Лорда. Слова вырвались сами собой:

– Что? Это не может быть правдой. Он сумасшедший, неужели он действительно убивает их? Этот старик не достоин продолжения рода! Бедные дети! И при чем тут эти несчастные девушки?

Нора не обратила внимания на мой возмущенный от удивления тон:

– Проклятие гласит, что только чистая кровь способна создать союз и разбить колдовство. – она тяжело вздохнула и смахнула белой перчаткой мелкую слезинку в углу глаза – По мнению Лорда, эти девушки не так чисты кровью, раз младенцы умирают. Следовательно, если причина в них, ему незачем сохранять жизнь и неудачный союз.

– И сколько девушек было до меня? – я не могла поверить услышанному.

– Об этом никто не говорит. Знаю только, что семья Лорда давно потеряла человеческий облик. Его сестра, племянник, Эдгар и Мора, тоже подвержены проклятию. Этот замок полон призраков, и никто, кроме Лорда, не смеет ходить по коридорам после захода солнца. Наверняка ты уже слышала, как замок оживает по ночам?

Холод пробежал по позвоночнику. Тоберон тоже упоминал призраков:

– Я думала, что ночью это место встречает гостей. Неужели всё это происходит не на самом деле? И никаких детей нет, смех и музыка. А как же разговоры?

– Алиша, ты даже представить себе не можешь, насколько это темное и опасное место.

Я соскочила с кровати и начала метаться по комнате от одной стены к другой:

– Нужно немедленно бежать отсюда!

И плевать что меня ждёт встреча с мачехой. Я должна найти выход из этой ситуации. Она обманом отправила меня к этому чудовищу, и ещё получила за это немалую выгоду. Мне не следовало соглашаться с ней, нужно было искать другой путь. Сестра бы меня поддержала. – кружа по помещению думала я.

– Если бы это было возможно… – наблюдая за мной произнесла Нора. – Я давно смирилась с тем, что оказалась здесь, ведь я попала сюда так же, как и те девушки, так же, как и ты. Меня заманила сюда Генриэта. Мы встретились на балу, где я искала себе достойного супруга. Эта лживая женщина была так мила, расхваливала своего брата и волшебный остров. Я, конечно, повелась на её рассказы о долгой и богатой жизни. Лорд, увидев меня, очень разозлился на сестру и сказал, что в такой, как я, не может течь голубая кровь. Странно, как он смог понять, что моя мама была обычной девушкой и стала леди только после того, как вышла замуж за молодого графа. Отец не сказал об этом Генриэте, когда подписывал договор, надеясь устроить мою жизнь. Байрон же сразу всё понял, лишь взглянув на меня. Он хотел тогда же меня убить, но Молли сказала, что ей тяжело справляться с домом, и он решил оставить меня в живых, выдав за служанку.

– Но как же все родственники тех девушек и твои родители? Они ведь должны искать?

– Нет. Всё дело в договоре, Лорд дает приличный выкуп за каждую невесту, и, подписывая договор, они дают обязательство, что не будут вмешиваться в судьбу семьи Лорда, а так как девушки после свадьбы переходят в его семью, значит и их судьба им больше не доступна.

– Не могу поверить, что совсем нет выхода. Ты вовсе не виновата, что хотела стать счастливой.

Тут я замолчала и посмотрела на Нору, когда поняла, что девушка ехала сюда явно не в поисках счастья, а для получения богатства, но все же постаралась поддержать ее:

– Для каждого счастье выглядит по-своему, Нора. Знаешь, счастлив тот, кто не мечтает о счастье.

Я присела рядом с девушкой и с сожалением обняла ее за плечи. Теперь уж я желала утешить несчастную.

В ответ на мои слова девушка слегка улыбнулась.

После небольшой паузы она начала говорить шёпотом, немного нервничая:

– В замке служила няня, которая давно ушла из жизни, но успела стать свидетелем событий, происходивших в этих стенах. Она заботилась о Лорде Байроне, Генриэте и их ныне покойном брате. Перед смертью она упоминала о дневнике матери Лорда, который, по её словам, хранился в замке, и говорила, что в нём можно найти ответы на все вопросы. Однако эта история превратилась в легенду. Даже если дневник действительно существует, как его найти? Даже если избавится от проклятия возможно, Лорд наверняка постарался его хорошенько спрятать.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.

Примечания

1

В переводе с немецкого: Доброе утро.

Вернуться

2

В переводе с немецкого: Доброе утро, я надеюсь вам удалось выспаться.

Вернуться

3

В переводе с немецкого: Да, все в порядке.

Вернуться

4

Орган – клавишный духовой музыкальный инструмент. Он издает звук благодаря колебаниям воздуха, который проходит через трубы или другие резонирующие элементы.

Вернуться

5

Чепец – лёгкий женский головной убор в виде закрывающего волосы капора, иногда с завязками под подбородком.

Вернуться