Шепот Аномалии
Хроники Федерации Миров
Зохра

Иллюстратор Зохра

© Зохра, 2025

© Зохра, иллюстрации, 2025

ISBN 978-5-0067-4231-4

Создано в интеллектуальной издательской системе Ridero

Шепот Аномалии
Хроники Федерации Миров

Пролог: Начало Пути

В бескрайних, таинственных просторах космоса, где свет далеких звезд мерцает сквозь космическую пыль и газ, раскинулась Федерация Миров – грандиозное объединение разумных рас, связанных общими идеалами мира, прогресса и взаимопомощи. Под её защитой миллионы миров процветали, обмениваясь знаниями и технологиями, исследуя неизведанное и протягивая руку помощи тем, кто в ней нуждался. Федерация была оплотом порядка в огромной и зачастую опасной Вселенной.

На одном из кораблей Федерации, исследовательском звездолете среднего класса под названием «Звездный Странник», жизнь текла размеренно. Экипаж, состоящий из опытных специалистов разных рас, выполнял рутинную миссию по картографированию туманности в малоизученном секторе. Капитан Ева Ростова, женщина с острым взглядом и железной волей, руководила операцией с привычной сосредоточенностью. Её команда – прагматичный первый помощник Артур Вэй, эксцентричный ученый Ксандер, неунывающий инженер Зигги Мюллер, сострадательный медик Лейла Хан и невозмутимый начальник безопасности Командор Борг – работала слаженно, как единый организм, привыкший к долгим перелетам и спокойным будням космоса.

Но однажды эта тишина была нарушена. Внезапно, из глубины того же сектора, в котором они находились, на бортовой коммуникатор поступил сигнал. Искаженный, полный помех и странных шумов, он нес отчетливый код бедствия. Источник сигнала – планета Зед-15, мир, расположенный на самом краю изученных территорий Федерации. Зед-15 был домом для зедианцев, древней и высокоразвитой цивилизации, известной своими технологическими и философскими достижениями. Что могло случиться с миром, который казался неуязвимым?

Сигнал был настолько тревожным и аномальным по своей природе, что информация о нем немедленно достигла высшего командования Федерации. Анализ подтвердил худшие опасения: планета Зед-15 находилась в критическом состоянии, охваченная неким явлением, которое в обрывках сигнала называли «Аномалией». Помощь требовалась срочно.

Учитывая близость «Звездного Странника» к затронутому сектору, его универсальность и опытный экипаж, Федерация приняла единственно возможное решение: перенаправить корабль. Рутинная картографическая миссия мгновенно сменилась экстренным спасательно-исследовательским рейсом. Цель: добраться до Зед-15, оценить масштабы катастрофы, установить контакт с выжившими зедианцами и, самое главное, понять природу Аномалии и найти способ остановить её.

На мостике «Странника», пока корабль разворачивался и набирал скорость, устремляясь к далекой точке на навигационных картах, Капитан Ева Ростова чувствовала тяжесть ответственности, навалившуюся на её плечи. Путь предстоял долгий и опасный, ведущий в сердце неизвестности. Обрывки сигнала были пугающими, рисуя картину разрушения и безумия. Что такое эта Аномалия? Смогут ли они помочь цивилизации, стоящей на краю гибели?

Глубоко вздохнув, Ева посмотрела на звездное поле впереди. Там, среди мириад далеких светил, ждала Зед-15 и её Аномалия. Миссия началась. И никто не знал, вернется ли «Звездный Странник» из этого рейса прежним.

Часть 1: Прибытие в Хаос

Глава 1: Далекий зов

Это не был обычный сигнал бедствия. Стандартные протоколы Федерации Миров предусматривали четкие коды, устойчивые частоты и системы шифрования, гарантирующие, что даже из глубины астероидного поля или через плотную туманность крик о помощи будет услышан и понят. Сигнал, пришедший с планеты Зед-15, был иным.

Он начался как слабый пульс на границе дальности датчиков «Звездного Странника», но быстро усилился, пробившись сквозь стандартные фильтры и вызвав тревогу навигационного офицера. Это был не просто шум или помехи. Это было искажение. Частоты прыгали хаотично, временные метки не соответствовали реальному времени, а сама структура сигнала казалась нелогичной, будто она одновременно поступала из нескольких точек пространства или из разных моментов времени. Аудиодорожка, если её удавалось расшифровать хотя бы на мгновение, представляла собой какофонию из панических криков, непонятных звуков и странного, низкого гула, от которого мурашки бежали по коже даже через динамики. Визуальные фрагменты, пойманные из обрывков передачи данных, были ещё хуже – мелькающие, сюрреалистичные образы: архитектура, меняющая форму прямо на глазах; люди, растворяющиеся в воздухе; пейзажи, складывающиеся сами в себя.

Научный офицер Ксандер, вызванный на мостик, быстро погрузился в анализ данных. Его обычно веселые глаза за стеклами очков стали напряженными. «Это… это не просто сбой, Капитан,» пробормотал он, глядя на графики, которые казались произведениями безумного художника. «Энергетическая сигнатура нестабильна, не соответствует ни одному известному источнику. Частоты ведут себя… аномально. Будто законы физики там работают иначе. И эти временные сдвиги… невозможно определить, когда именно был отправлен сигнал. Он как будто существует вне обычного времени.» Первый помощник Артур Вэй хмурился, глядя на показания. Его обычно невозмутимое лицо выражало непривычную озабоченность. «Связь с Федерацией стабильна?» «Да, Артур,» ответила Ева, не отрывая взгляда от главного экрана, где мерцали странные узоры сигнала. «Мы не одни его получили. Судя по кодам Федерации, сигнал был перехвачен и нашими базами в секторе. Он… универсален по своему разрушительному воздействию на коммуникации.»

Вскоре пришел прямой приказ из штаба Федерации Миров – срочно установить связь. Затем – второе, ещё более срочное: немедленно свернуть текущую миссию и прибыть в штаб-квартиру сектора для экстренного брифинга. Зед-15, планета, известная своей мирной жизнью и развитыми технологиями, внезапно оказалась в центре внимания Галактики.

Брифинг проходил в стерильном, лишенном окон зале голографических проекций. Высокие чины Федерации, их лица серьезны и обеспокоены, стояли вокруг центрального стола, на котором висела трехмерная проекция планеты Зед-15. Но это была не привычная, спокойная сине-зеленая сфера. Она мерцала, участки её поверхности пульсировали странным светом, континенты словно плыли, а орбитальные станции, если верить последним данным, просто исчезли.

Капитана Ростову и нескольких её офицеров – Артура, Ксандера и Командора Борга, провели к столу. Представитель Командования, пожилой офицер с усталыми глазами, начал говорить без предисловий.

«Ситуация на Зед-15 катастрофическая, Капитан. Связь с планетой прервана почти полностью. Мы получили только этот… аномальный сигнал, который вы видели. Наши лучшие аналитики не могут определить его природу. Зед-15 не подвергалась атаке извне, по крайней мере, не конвенциональной. Показания датчиков указывают на широкомасштабное нарушение физических законов на всей планете. Мы назвали это явление „Аномалия“.»

На голографической проекции появились графики – энергетические пики, которые не должны существовать, гравитационные колебания, идущие вразрез с известными моделями, и показания, указывающие на локальные искажения пространства и времени.

«По нашим обрывочным данным и последним паническим сообщениям до срыва связи, цивилизация зедианцев находится на грани коллапса,» продолжил офицер. «Инфраструктура разрушается, технологии выходят из строя. Есть свидетельства массового безумия среди населения, вызванного, предположительно, воздействием Аномалии на сознание.»

Он посмотрел прямо на Еву. «Капитан Ростова, ваш корабль „Звездный Странник“ находится ближе всех к системе Зед-15 и обладает необходимым оборудованием для исследований и, при необходимости, спасательных операций. Федерация Миров приняла решение: вы отправляетесь туда немедленно.»

Ксандер наклонился вперед, не в силах сдержать вопрос. «Что именно мы должны сделать? Понять природу Аномалии?» «Именно, Доктор,» ответил офицер. «Ваша первоочередная задача – добраться до Зед-15, установить контакт с выжившими, оценить масштаб катастрофы и, самое главное, собрать как можно больше данных об этой „Аномалии“. Мы должны понять, что это такое и почему оно происходит, прежде чем оно поглотит планету или, что ещё хуже, распространится дальше.»

«Риск велик,» добавил другой офицер. «Природа Аномалии неизвестна. Мы не знаем, как она может повлиять на ваш корабль или на вас лично. Возможно, она опасна на физическом, ментальном или даже экзистенциальном уровне. Ваши защитные системы и научное оборудование могут оказаться бесполезны против неё.»

Ева слушала внимательно, её лицо оставалось непроницаемым, но внутри она чувствовала холодную решимость. Это была та миссия, ради которой существовала Федерация, и ради которой она стала капитаном. Помочь тем, кто в беде, даже если сама помощь сопряжена со смертельной опасностью.

«Мы понимаем риски, Командование,» спокойно произнесла она. «И мы принимаем эту миссию.»

Брифинг продлился ещё немного, обсуждая логистику, протоколы связи, которые, как все понимали, могут оказаться бесполезны и минимально доступную информацию о Зед-15 до Аномалии. Было ясно одно: они отправлялись в совершенно неизведанное.

Покинув брифинг-зал, Ева почувствовала, как на её плечи ложится вся тяжесть предстоящего пути. Зед-15, дом высокоразвитой цивилизации, некогда маяк знаний и прогресса, теперь был источником ужасающего, непостижимого зова. Зова, который вел «Звездный Странник» прямо в сердце хаоса.

Глава 2: Запуск

Сирена экстренного сбора, прозвучавшая после брифинга, была резким диссонансом после месяцев спокойного дрейфа. «Звездный Странник» превратился в улей – экипаж спешно заканчивал подготовку к гиперпрыжку, протоколы безопасности переключались с исследовательских на боевые, запасы перепроверялись. Обычная галактическая станция Федерации, где они пополняли припасы, вдруг показалась невероятно далекой и мирной.

На мостике чувствовалось напряжение, но оно было рабочим. Капитан Ростова заняла свое кресло, её взгляд скользил по экранам, где отображались статусы систем, готовность экипажа и расчеты курса. Артур Вэй, стоявший рядом с навигационной консолью, с присущей ему точностью подтверждал каждый параметр.

«Гипердвигатель готов к запуску, Капитан,» доложил он, его голос был спокоен, несмотря на спешку. «Курс проложен по кратчайшему пути к системе Зед-15. Расчетное время в гиперпространстве… долгое.» Ева кивнула. «Подтвердите готовность всех отделов. Связь с Федерацией будет ограничена после прыжка?» «Максимально,» подтвердил Артур. «Только экстренные каналы и пакетная передача данных раз в стандартный период. Мы будем предоставлены сами себе на всем пути.»

Это «предоставлены сами себе» звучало как эхо изоляции. Гиперпространство было пузырем, отделяющим их от известной Вселенной, долгим, монотонным переходом сквозь не-реальность. И на этот раз конечная точка пути была не просто новой звездой на карте, а источником необъяснимого ужаса.

В инженерном отсеке, среди гула реакторов и мерцающих контрольных панелей, Инженер Зигфрид «Зигги» Мюллер крутился, как белка в колесе. Его растрепанные волосы и пятно машинного масла на щеке говорили о полной погруженности в работу. «Так, милый мой, давай-ка проверим ещё разок эту штуку,» бормотал он себе под нос, стуча гаечным ключом по какой-то детали. Рядом парил маленький сервисный дрон, жужжащий в ответ. «Чувствую я, что путь предстоит не сахарный. Если эта Аномалия с физикой играет, как на пианино, нам нужно, чтобы наш „Странник“ был готов к любой гадости.» В его работе чувствовались не только профессионализм, но и почти ласковое отношение к кораблю. Для Зигги «Звездный Странник» был живым существом, и он был его заботливым родителем. Его постоянные шутки и легкое отношение к жизни были защитной реакцией, способом справиться с ответственностью за поддержание жизни корабля и экипажа.

В научном отсеке царил совсем другой вид хаоса. Доктор Ксандер, гениальный ксенобиолог с ненасытным любопытством, был окружен голографическими проекциями графиков аномального сигнала. Его глаза горели лихорадочным блеском. «Невероятно! Невероятно!» восклицал он, размахивая руками. «Эти временные сдвиги… они не случайны! В них есть структура! Или… или это кажется, что есть структура? Может, это сама Аномалия играет с нашими методами анализа?» Его ассистенты-синтетики двигались вокруг, принося новые данные, но Ксандер, казалось, забыл об их существовании, полностью поглощенный уравнениями, которые он чертил в воздухе. Его эксцентричность была легендарной, но никто не сомневался в его блестящем уме. Если кто и мог хоть что-то понять в природе Аномалии, это был он.

В медицинском отсеке было тихо и спокойно. Лейла Хан проверяла запасы медикаментов, сканировала показания биомониторов экипажа. Она была опорой спокойствия на корабле, её мягкий голос и теплое присутствие могли успокоить даже в самые тревожные моменты. Но даже она чувствовала холодок предвкушения. Аномалия, воздействующая на разум… Её область знаний вдруг становилась критически важной. Она тихо говорила с одним из младших офицеров, чье лицо выражало явное беспокойство, успокаивая его и напоминая о важности сохранения ясности ума.

Тем временем, в глубине корабельных коридоров, двигалась массивная фигура Командора Борга. Его тяжелые, размеренные шаги эхом отдавались в металлической обшивке. Боргианцы были прирожденными воинами, их раса славилась силой и непоколебимой верностью. Командор Борг был воплощением этих качеств – немногословный, сосредоточенный, его единственной целью была защита экипажа. Он проверял готовность систем безопасности, тренировал небольшую группу офицеров в ближнем бою, его взгляд не упускал ни одной детали. В отличие от остальных, его беспокойство выражалось не в суете или словах, а в ещё большей степени самоконтроля и готовности к действию.

Наконец, прозвучал сигнал готовности к прыжку. «Все системы готовы, Капитан,» доложил Артур. «Выход из стандартного пространства через тридцать секунд.» Ева кивнула. «Всем членам экипажа занять места согласно протоколу гиперпрыжка. Защитные поля активированы. Желаю всем удачи.»

Корабль вздрогнул. Звезды за иллюминаторами вытянулись в стремительные полосы, цвета вспыхнули и смешались. Пространство вокруг словно свернулось, и «Звездный Странник» погрузился в безмолвный, невидимый поток гиперпространства. Снаружи не было ничего, кроме мерцающего туннеля нереальности. Внутри – лишь гул двигателей и тишина ожидания.

Путь к Зед-15 начался. Долгий, одинокий путь в неизвестность, где ждала Аномалия, готовая проверить на прочность не только корабль и его системы, но и разум, волю и саму реальность экипажа «Звездного Странника».

Глава 3: Приближение

Долгий, монотонный гул гипердвигателя внезапно оборвался. «Звездный Странник» вынырнул из нереальности гиперпространства с легким, едва ощутимым толчком. Звезды за иллюминаторами мостика мгновенно схлопнулись из вытянутых радужных полос обратно в привычные, резкие точки света, усеивающие бархатную черноту космоса. Привычный вид Вселенной вернулся, но ощущение правильности длилось лишь мгновение.

Первым насторожился Артур Вэй. Его пальцы зависли над навигационной консолью. «Выход из гиперпространства прошел штатно… почти,» произнес он, его голос звучал немного напряженно. «Есть небольшое отклонение от расчетной точки. Не критично, но… странно. Будто нас слегка „подтолкнуло“.»

Ева Ростова, уже занявшая свое капитанское кресло, внимательно следила за показаниями. «Сканирование системы. Что мы видим?»

Ответ пришел почти мгновенно, но это был не тот ответ, который кто-либо ожидал. Вместо привычного потока данных о расположении звезд, планет, гравитационных полях и энергетических сигнатурах, приборы выдали… шум. Не просто помехи, а структурированный, но абсолютно нелогичный хаос. Цифры на экранах прыгали, графики извивались, датчики показывали взаимоисключающие значения.

«Что происходит, Ксандер?» резко спросила Ева, обращаясь к научному офицеру. Ксандер, который уже прилип к своей консоли, выглядел одновременно потрясенным и испуганным. «Я… я не могу получить чистые данные, Капитан! Датчики гравитации показывают колебания, которых не может быть в пустом космосе. Энергетические сигнатуры… они повсюду, но не исходят ни от одного конкретного источника. Они… являются самим пространством! И посмотрите на это!» Он показал на другой экран, где бортовой хронометр мигал, сбиваясь на доли секунды. «Временные флуктуации! Прямо здесь, на борту!»

Зигги Мюллер, появившийся на мостике из шахты доступа, явно обеспокоенный, добавил: «Капитан, в инженерном отсеке творится черт знает что! Автоматические стабилизаторы мощности сходят с ума, пытаясь компенсировать скачки в энергосети, которых по идее нет! В нескольких секторах мигает свет без причины, а главный гироскоп вдруг показал крен на три градуса, хотя мы абсолютно неподвижны!»

Нервозность, до этого сдерживаемая профессионализмом, начала ощутимо витать в воздухе мостика. Это было не просто неисправность. Это было чужое воздействие, затрагивающее сами основы физики.

«Дистанция до Зед-15?» спросила Ева, пытаясь отфильтровать хаос данных. Артур сверился с показаниями, которые ещё хоть как-то поддавались интерпретации. «Примерно три астрономические единицы. Мы все ещё на дальних подступах к системе планеты.»

Три астрономические единицы – огромное расстояние. В обычном космосе на таком удалении влияние планеты было бы минимальным, а других объектов в этом секторе системы, способных вызвать такие возмущения, не было. Это означало, что Аномалия не ограничивалась поверхностью Зед-15 или её атмосферой. Она простиралась далеко в космос, искажая саму ткань пространства-времени.

Командор Борг, стоявший у входа на мостик, молча наблюдал за показаниями приборов. Его обычно невозмутимое лицо было сосредоточено, а могучие руки сжаты в кулаки. Он был готов отразить любую атаку, но против чего сражаться, когда враг – это само пространство?

«Попытки установить связь с планетой?» спросила Ева, хотя ответ был очевиден. «Бесполезно, Капитан,» подтвердил офицер по связи. «Сигнал с Зед-15 все ещё поступает, но он такой же искаженный, как и раньше. Все попытки отправить ответный сигнал или пробиться на стандартных частотах блокируются этим… этим шумом. Это как пытаться поговорить с кем-то через водопад из чистого хаоса.»

Ксандер постучал по экрану, где мерцали непонятные уравнения. «Эти искажения… они не просто хаотичны. В них есть какая-то… закономерность, которую я не могу уловить. Будто реальность пытается перестроиться по каким-то новым, чуждым правилам. Я никогда не видел ничего подобного!»

Ева посмотрела на главный экран. Впереди, ещё слишком далекая, чтобы различить детали, висела планета Зед-15. Она выглядела как обычная планета на таком расстоянии, но Ева знала, что эта видимость обманчива. Вокруг неё, невидимое для глаз, но ощутимое для каждого прибора на борту, было поле неконтролируемого, непостижимого искажения.

«Уменьшить скорость до одной четверти импульсной,» скомандовала Ева. «Начать пошаговое сближение. Все отделы – усилить мониторинг. Любое изменение в параметрах корабля или внешнем пространстве – немедленный отчет. Борг, удвоить патрулирование коридоров. Лейла, следить за состоянием экипажа. Любые симптомы стресса, паранойи или… странного поведения – ко мне лично.»

«Есть, Капитан,» ответили офицеры.

Корабль медленно двинулся вперед. За иллюминаторами все ещё были лишь звезды и чернота. Но экипаж «Звездного Странника» уже чувствовал присутствие Аномалии. Она не просто ждала их на планете. Она уже протянула к ним свои невидимые, искажающие щупальца, приветствуя их на пороге своего владения – владения, где реальность была лишь рекомендацией.

Глава 4: Искаженная реальность

Путь от внешних границ системы Зед-15 к её орбите занял несколько стандартных часов – медленный, осторожный подход, во время которого напряжение на мостике росло с каждым пройденным километром. Показания приборов становились все более абсурдными, а искажения пространства-времени, зарегистрированные ранее, теперь проявлялись не только в хаотичных данных, но и в едва заметных, но жутких визуальных аномалиях за иллюминаторами – далекие звезды словно «мерцали» не своим светом, а сдвигались на мгновение с места, или появлялись фантомные, быстро исчезающие образы.

Наконец, Артур Вэй поднял голову от консоли, его голос был непривычно приглушенным. «Капитан, мы выходим на расчетную орбиту. Стабилизация… крайне затруднена. Гравитационные поля планеты ведут себя непредсказуемо.»

Ева кивнула, её глаза были прикованы к главному экрану, который медленно разворачивал перед ними вид Зед-15. Они готовились к худшему, основываясь на сигналах и показаниях датчиков, но то, что они увидели, превзошло самые смелые и кошмарные фантазии.

Это была планета, но она была сломана.

Зед-15 висела в космосе не как целостный, вращающийся шар, а как нечто живое и страдающее. Участки её поверхности мерцали, как сбой в голографической проекции – целые континенты или океаны на мгновение становились прозрачными, затем снова обретали цвет, но уже с измененными очертаниями. В других местах поверхность словно «складывалась» сама в себя, образуя невозможные складки и разломы, которые тут же расправлялись, оставляя после себя шрамы или совершенно новые ландшафты.

Облака на планете не плыли, а меняли форму со скоростью мысли. Они собирались в гигантские, гротескные фигуры, напоминающие лица или чудовищ, затем растекались в радужные пятна, или мгновенно сжимались в плотные, черные вихри. Атмосфера пульсировала странными, неземными цветами, которые невозможно было классифицировать по стандартному спектру. Временами казалось, что сама планета дышит, но это дыхание было предсмертными хрипами.

«Мои… мои глаза…» прошептала Лейла, прикрывая лицо рукой. Вид был физически болезненным для восприятия, мозг отказывался обрабатывать увиденное как реальность.

Ксандер стоял, широко раскрыв глаза за очками, его научное любопытство на мгновение уступило чистому ужасу. «Невозможно… Это… это полное нарушение принципа сохранения энергии, материи, пространства-времени… Все, что мы знали о физике, здесь не работает!»

Орбитальные станции, если они когда-то существовали, исчезли бесследно. Датчики не фиксировали их обломков, лишь пустые области, где, согласно старым картам, должны были находиться процветающие комплексы. Спутники, которые раньше вращались по четким орбитам, теперь двигались хаотично, рывками, иногда мгновенно меняя направление или скорость, словно их швыряла невидимая гигантская рука. Один из них на глазах экипажа просто… растворился в воздухе, оставив после себя лишь мерцающий след.

«Корабельные системы продолжают сходить с ума,» доложил Зигги, его обычно веселый голос был лишен всякого юмора. «Защитные поля удерживаются на пределе. Внутренние генераторы с трудом компенсируют внешние энергетические скачки. Навигация постоянно сбивается. Мы… мы едва держимся на орбите.»

Командор Борг стоял молча, его взгляд был прикован к экрану. Его массивное тело было напряжено, готовое к любой угрозе, но как сражаться с этим? С искажением самой реальности?

Ева Ростова чувствовала холод в животе, но заставила себя сосредоточиться. Паника – это последнее, что им сейчас нужно. «Стабилизировать орбиту любой ценой, Артур,» скомандовала она. «Зигги, сосредоточься на поддержании жизнеобеспечения и защитных систем. Ксандер, продолжайте сканирование, попробуйте найти любую закономерность в этих искажениях. Лейла, подготовьте медицинский отсек, и следите за состоянием экипажа – это зрелище может иметь психологические последствия.»

Она посмотрела на планету, которая когда-то была домом миллионов, а теперь превратилась в сюрреалистический кошмар. Это была Аномалия. Она не просто разрушала. Она переписывала реальность по своим чудовищным, непостижимым правилам.

Их миссия, казавшаяся сложной до прибытия, теперь ощущалась почти невыполнимой. Как найти выживших в этом хаосе? Как понять то, что нарушает все законы природы? Как вообще выжить самим, когда само пространство и время вокруг них нестабильны?

«Зед-15,» прошептала Ева, скорее себе, чем кому-то ещё. «Что с тобой произошло?»

Ответа не было, только безмолвный, но ужасающий вид искаженной реальности, которая теперь стала их полем действий.

Глава 5: Тишина и помехи

На орбите Зед-15 каждый стандартный протокол, каждый алгоритм связи Федерации Миров оказался бесполезным. Коммуникационный офицер, молодой человек по имени Тарик, с лицом, залитым потом, беспомощно разводил руками перед Евой.

«Ничего, Капитан. Абсолютно ничего связного,» доложил он, его голос дрожал от напряжения. «Мы пытались на всех известных частотах зедианцев, на универсальных каналах Федерации, на экстренных… Сигнал либо поглощается полностью, либо возвращается к нам в виде… этого.»

Он вывел на один из экранов то, что должно было быть аудиопотоком. Вместо голоса или структурированного сигнала из динамиков полился скрежет, напоминающий одновременно ломающееся стекло, стон гигантского механизма и нечто ещё более тревожное – низкий, пульсирующий гул, от которого вибрировали внутренности. Этот звук был знаком – они слышали его в том самом первом сигнале, который привел их сюда.

«Это не просто помехи, Тарик,» вмешался Ксандер, склонившись над консолью. «Это… это как будто сам сигнал подвергается тем же искажениям, что и пространство. Будто он проходит через среду, где законы физики меняются мгновенно. Посмотрите!» Он показал на другой экран. «Я пытался отправить простой пакет данных – закодированный приветственный сигнал. Вот что мы получили обратно.»

На экране появилось изображение: не текст, не видео, а мерцающая, быстро меняющаяся абстракция из цветов и форм. Это было красиво и пугающе одновременно, как произведение искусства, созданное обезумевшим разумом. Оно не имело никакого смысла с точки зрения информации.

«И это ещё не самое худшее,» тихо добавил Тарик, понизив голос. «Иногда… иногда прорываются обрывки.»

Он активировал фильтр, который пытался выделить из хаоса хоть что-то, напоминающее речь. Экраны заполнились статикой, и сквозь неё начали пробиваться звуки. Сначала – короткий, истошный крик, обрывающийся на самой высокой ноте. Затем – фрагмент фразы на зедианском, язык которого был знаком экипажу благодаря универсальному переводчику, но сейчас слова были искажены, произнесены с невероятной скоростью или замедлением. «Оно… оно… меня… ется…» – прозвучало из динамиков, затем мгновенно сменилось бессмысленным лепетом или шумом. Затем – звук, похожий на обрушение чего-то гигантского. И снова голоса, но теперь полные паники и отчаяния. «Не смотрите… не туда… оно… заберите нас…» А потом – тишина, которую сменял лишь тот самый низкий, пульсирующий гул Аномалии.

Эти обрывки были хуже полного молчания. Они рисовали картину ужаса, происходящего на планете, но не давали никакой полезной информации, только усиливали чувство беспомощности и страха. Лейла Хан, которая находилась на мостике, с тревогой следила за реакцией экипажа. Даже самые стойкие из них не могли не чувствовать, как эти звуки проникают под кожу, рождая беспокойство и тревожные образы.

«Мы пытались использовать визир глубокого проникновения, Капитан,» сообщил Артур, его голос был жестким. «Визуализация поверхности нестабильна. Картинка прыгает, искажается. Здания меняют форму. Я видел… я видел нечто, что выглядело как живая тень, скользящая по поверхности. Не могу подтвердить, что это было.»

Борг, стоявший чуть поодаль, издал низкий, гортанный звук – аналог боргианского «хм». Его огромные, свернутые кулаки казались единственным надежным и неискаженным объектом на всем мостике.

«Значит, связь стандартными методами невозможна,» подытожила Ева, её голос был ровным, но в глазах читалось напряжение. Вид планеты и эти обрывки сигналов были тяжелым ударом. «Мы не можем передать, что мы здесь. Мы не можем получить четкой информации о том, что происходит, ни от кого на поверхности. Мы даже не знаем, есть ли там ещё кто-то в здравом уме, кто мог бы понять наш сигнал, если бы он пробился.»

Ксандер снял очки и протер их, его обычно уверенные движения были неуверенными. «Это… это больше, чем глушение связи, Капитан. Аномалия не просто блокирует наши сигналы. Она искажает их. Она искажает саму среду, через которую они проходят. Будто у неё есть своя собственная логика, враждебная нашей.»

«То есть, мы не можем связаться, потому что находимся в другой… реальности?» спросил Зигги из инженерной шахты, его голос был мрачнее обычного.

«Не совсем другой,» ответил Ксандер. «Скорее, в реальности, которая активно и непредсказуемо меняется. И похоже, это воздействует на все – на материю, на энергию, на пространство, на время… и, возможно, на сознание.»

Ева посмотрела на мерцающую, извивающуюся планету на главном экране. Стало ясно. Сидя на орбите, они были не более чем наблюдателями, бессильными помочь. Чтобы понять Аномалию и, возможно, спасти кого-то, им нужно было войти в этот хаос.

«Хорошо,» сказала Ева, приняв решение, которое чувствовалось одновременно как единственно верное и невероятно рискованное. «Если мы не можем связаться извне, мы должны попробовать изнутри.» Она повернулась к Артуру. «Подготовьте десантный шаттл. Выбирайте место посадки, которое кажется наименее нестабильным, если такое вообще возможно. Нам нужно спуститься на поверхность.»

Молчаливое согласие повисло в воздухе. Страх, вызванный непостижимой силой Аномалии, был ощутим, но долг и решимость выполнить миссию были сильнее. Они отправлялись в самое сердце бури, в место, где реальность потеряла смысл, чтобы найти ответы и, возможно, спасти умирающий мир.

Глава 6: Первая высадка

Решение было принято. Сидеть на орбите, наблюдая за агонией планеты и слушая обрывки сигналов из преисподней, было невыносимо. Если они собирались хоть что-то понять или кого-то спасти, им нужно было спуститься.

Десантная группа была тщательно отобрана. Капитан Ева Ростова, как руководитель миссии на поверхности. Первый помощник Артур Вэй – его навыки пилота были критически важны в условиях непредсказуемых атмосферных и гравитационных искажений, а его тактический ум – для планирования маршрута и действий на земле. Доктор Ксандер – главный эксперт по Аномалии, единственный, кто мог надеяться собрать данные в этих условиях. И Командор Борг – нерушимая стена защиты, чья сила и инстинкты могли оказаться единственной надеждой против физических или квазифизических проявлений Аномалии и обезумевших зедианцев.

Шаттл «Перехватчик», один из двух имеющихся на «Страннике», был стандартным десантным аппаратом Федерации, предназначенным для высадки в враждебная окружающая среда. Его корпус был усилен, шасси рассчитаны на жесткую посадку, а сенсорные системы – на работу в неблагоприятных условиях. Однако даже он не был спроектирован для погружения в искаженную реальность. Инженер Зигги Мюллер лично проверил каждый узел, его лицо было необычайно серьезным. «Я сделал все, что мог, Капитан,» сказал он Еве перед её отбытием. «Но против того, что творится там внизу… мы летим наугад.»

Внутри шаттла было тесно. Четыре члена экипажа сидели в антигравитационных креслах, пристегнутые и экипированные для высадки: легкая броня, универсальные фазеры, сканирующие устройства – эффективность которых вызывала сомнения, и дыхательные маски – на случай, если атмосфера планеты также окажется измененной.

«Расчетная точка посадки – бывший городской сектор 7C,» доложил Артур, сидящий за штурвалом. Его пальцы быстро двигались по панели управления, пытаясь найти хоть какие-то стабильные показания. «По орбитальному сканированию, это один из наименее… активно меняющихся районов. Но гарантий нет.»

«Принято, Артур,» ответила Ева. «Начинаем снижение. Поддерживайте связь со „Странником“ насколько возможно, но не тратьте ресурсы на бесполезные попытки пробиться через шум.»

Шаттл оторвался от «Звездного Странника» и медленно начал погружение в верхние слои атмосферы Зед-15. Поначалу все шло относительно штатно. Корпус нагревался от трения, за иллюминаторами проносились стремительные потоки разреженного воздуха.

Затем началось.

Не было резкого удара или вспышки. Аномалия встретила их иначе. Воздух за иллюминаторами начал мерцать, словно нагретый воздух над костром, но это мерцание было неправильным, неестественным. Цвет неба снаружи начал меняться – из привычного синего он перетекал в невозможные оттенки пурпурного, зеленого, иногда становясь совершенно прозрачным, открывая вид на звезды, которые должны были быть невидимы днем.

Шаттл затрясло, но это была не турбулентность. Казалось, само пространство вокруг них сжимается и растягивается. Приборы взвыли. Альтиметр показывал то сотни километров, то всего несколько десятков метров над поверхностью. Скорость прыгала из экстремально низкой в невероятно высокую.

«Держитесь!» крикнул Артур, борясь со штурвалом. «Управление… оно не реагирует должным образом! Меня что-то… тянет!»

За иллюминатором мелькнул искаженный образ города – архитектура, извивающаяся, как живая, здания, растущие и опадающие, как грибы. Затем вид мгновенно сменился на пейзаж, похожий на искореженный лес, а через мгновение – на бурлящий океан из… чего-то, что не было водой.

«Мои датчики сходят с ума!» крикнул Ксандер, его голос был напряженным. «Гравитация колеблется! Температура… она не существует в привычном понимании! Аномалия… она здесь, повсюду вокруг нас!»

Послышался тот самый низкий, пульсирующий гул, который они слышали в обрывках сигналов. Теперь он был громче, казалось, он исходит отовсюду – из обшивки шаттла, из воздуха, из их собственных голов. Этот звук давил, вызывал тошноту и головокружение.

«Визуализация поверхности нестабильна!» кричал Артур. «Я не вижу точки посадки! Все меняется слишком быстро!»

Борг сидел молча, его широкие плечи упирались в ремни кресла. Он не понимал научные объяснения, но чувствовал угрозу. Его звериные инстинкты кричали об опасности, не имеющей формы, которую можно было бы поразить. Он крепко сжимал свой фазер, готовый к худшему.

«Сосредоточься, Артур!» голос Евы был твердым, несмотря на бледность её лица. «Используй визуальный контакт, если приборы бесполезны! Ищи хоть что-то похожее на твердую землю!»

Снижение превратилось в падение сквозь сюрреалистический кошмар. Мир за окном был калейдоскопом меняющихся форм и цветов, звуков и ощущений. Казалось, каждая частица шаттла и каждый атом в их телах подвергаются странному, невидимому воздействию.

В последний момент, когда казалось, что они вот-вот врежутся в невозможный пейзаж, Артур резко дернул штурвал, ориентируясь на мелькнувший внизу участок, который на долю секунды показался относительно плоским.

Удар был жестким, но шаттл выдержал. Раздался скрежет металла, сработали амортизаторы шасси. Всех сильно тряхнуло. Над головой замигали аварийные огни.

Наступила относительная тишина. Гул Аномалии немного стих, хотя все ещё давил на уши. Картинка за иллюминаторами перестала так бешено прыгать, но мир снаружи все ещё выглядел неправильным. Небо имело странный, болезненный оттенок. Далекие здания извивались, как черви.

«Мы… мы сели,» выдохнул Артур, его дыхание было прерывистым. «Похоже, целы.»

«Состояние шаттла, Зигги?» спросила Ева по внутренней связи, надеясь, что инженер на борту «Странника» все ещё мог их слышать через помехи. Ответ пришел с запозданием, искаженный статикой: «…повреждения… стабилизация… попробую…» Затем связь оборвалась.

Ева отстегнула ремни. Её руки немного дрожали, но взгляд был сосредоточенным. «Хорошо. Мы на месте.» Она посмотрела на остальных. Ксандер выглядел потрясенным, но его глаза уже искали что-то интересное. Борг снова стал недвижим, его поза – воплощение осторожной готовности. Артур проверял системы шаттла, его профессионализм брал верх над пережитым шоком.

«Открываем рампу,» сказала Ева. «Оставайтесь в креслах до полной готовности. И будьте готовы ко всему.»

Рампа медленно опустилась, открывая вид на поверхность Зед-15. Воздух, ворвавшийся внутрь, был странным – не холодным и не теплым, он словно не имел определенной температуры, но нес в себе тот самый еле слышный гул.

За порогом шаттла простирался мир, который только что пытался их разорвать на части. Мир, искаженный непостижимой силой. Мир, полный тайны и смертельной опасности.

Первая высадка состоялась. И теперь им предстояло сделать первый шаг в сердце Аномалии.

Глава 7: Город-мираж

Холодный, странный воздух Зед-15 окутал их, как только рампа десантного шаттла коснулась земли. Или того, что должно было быть землей. Поверхность под рампой была не асфальтом, не почвой и не металлом. Это было нечто, напоминающее застывшую радужную нефтяную пленку, постоянно переливающуюся и меняющую оттенки под странным светом, который здесь называли небом. Едва ощутимый, но настойчивый гул Аномалии давил на барабанные перепонки, заставляя вибрировать кости.

Ева Ростова вышла первой, крепко сжимая фазер. За ней последовали Артур, Ксандер и Борг. Каждый шаг по этой переливающейся поверхности ощущался неестественно – она была то слишком мягкой, то внезапно твердой, иногда казалось, что она пружинит или слегка наклоняется под их весом.

Вид вокруг был одновременно величественным и ужасающим. Они приземлились, по-видимому, на окраине того, что когда-то было городом. Высокие, изящные башни зедианской архитектуры – легкие, изогнутые конструкции из сверкающих материалов – уходили в небо, но они были искажены. Некоторые башни извивались, как змеи, их верхние части растворялись в воздухе или соединялись под невозможными углами. Другие казались размытыми, будто нарисованными неточной кистью, и их очертания постоянно дрожали. Некоторые здания пульсировали, меняя цвет, размер или форму, словно гигантские живые организмы.

«Невероятно,» прошептал Ксандер, активируя портативный сканер, который тут же начал выдавать бессмысленный набор символов и звуков. «Пространство… оно не просто искривлено. Оно активно трансформируется. Гравитация здесь локально меняется. Температура… показывает значения, близкие к абсолютному нулю и к температуре звезды одновременно!»

Небо над головой было отдельным кошмаром. Оно не было ни дневным, ни ночным. Цвет менялся от болезненно-желтого до глубокого индиго, иногда разделяясь на полосы несовместимых оттенков. В небе висели объекты, которые не должны были там быть – фрагменты облаков, напоминающие лица, парящие куски зданий, которые, казалось, оторвались от поверхности, и мерцающие, прозрачные силуэты, которые быстро исчезали, если на них фокусировать взгляд.

«Оставаться группой,» тихо, но твердо скомандовала Ева. «Артур, следить за периметром и состоянием шаттла. Ксандер, попытка анализа окружения. Борг, прикрываешь тыл.»

Когда они сделали несколько шагов от шаттла, Аномалия проявила себя ещё более агрессивно. Участок поверхности в нескольких метрах от них внезапно провалился, будто исчез, открывая вид на мерцающую пустоту, а затем так же быстро вернулся на место, но уже с другой текстурой. Здание неподалеку, которое секунду назад было целым, вдруг рассыпалось в пыль, а затем снова «собралось», но уже в совершенно иной форме, напоминающей кристалл.

«Не наступать на участки с активным мерцанием!» предупредил Артур, его взгляд был напряженным. «Похоже, они нестабильны!»

Звуки города-миража были такими же сюрреалистичными, как и его вид. Помимо вездесущего гула, слышались обрывки мелодий, которые мгновенно сменялись скрежетом, эхом шагов, которых никто не делал, и тихим плачем, идущим будто из-под земли.

«Мои уши…» пробормотал Ксандер, прижимая руку к голове. «Это не просто звуки. Это… это как будто Аномалия пытается говорить с нами. Или воздействовать напрямую на наше сознание через слух.»

Самым тревожным было ощущение неправильности. Чувство, что мир вокруг них не просто физически искажен, но и логически нарушен. Ощущение легкого головокружения, дезориентации. Краем глаза можно было увидеть движение там, где его не должно было быть, или заметить объекты, которые исчезали, когда на них смотрели прямо.

Борг, чьи инстинкты были обострены, низко зарычал, его взгляд метался по окружающим зданиям. «Движение,» прохрипел он. «Там. Наверху.»

Ева быстро подняла фазер. На крыше одного из извивающихся зданий мелькнула фигура. Она была похожа на зедианца, но двигалась неестественно, дергано, а её очертания казались размытыми. Фигура издала странный, нечеловеческий крик и исчезла, будто растворившись в воздухе.

«Это… „Отверженные“?» предположил Артур. «Или просто жертвы Аномалии?»

«Не приближаться к ним, пока не поймем, кто они и насколько опасны,» сказала Ева. «Наша цель – найти безопасное место, установить базу и найти выживших, которые ещё в здравом уме.»

Они медленно двинулись вперед, ступая осторожно по непредсказуемой поверхности. Город-мираж окружал их, живой, меняющийся, полный скрытых опасностей – проваливающиеся участки, падающие из ниоткуда обломки, исчезающие тропы. И вездесущий гул Аномалии, проникающий в самый мозг.

Это было не просто исследование. Это была борьба за выживание в мире, который отказался подчиняться законам реальности. И это был только первый шаг.

Глава 8: Лицо зедианца

Осторожно двигаясь по извивающимся улицам города-миража, экипаж «Странника» чувствовал себя чужаками в этом кошмарном пейзаже. Каждый шаг требовал полной концентрации. Гравитация могла измениться, заставляя их споткнуться или почувствовать себя невесомыми. Объекты могли внезапно появиться или исчезнуть. Странные звуки и визуальные искажения давили на психику, вызывая головную боль и легкое чувство дереализации. Борг шел впереди, его массивное тело было воплощением настороженности, фазер всегда наготове.

Они искали признаки жизни, но находили лишь свидетельства разрушения и запустения – брошенные транспортные средства, обвалившиеся секции зданий, личные вещи, разбросанные по поверхности, которая сама по себе была уже не «поверхностью» в привычном понимании. Отмеченные на их картах укрытия или общественные центры либо исчезли, либо были настолько искажены, что войти в них было невозможно.

Именно Борг первым остановился. Его чуткое боргианское обоняние и слух уловили нечто сквозь гул Аномалии. Он издал низкий рык и указал в сторону того, что когда-то было входом в подземный паркинг или склад. Вход был частично завален обломками, но из щели между искаженными плитами пробивался слабый, мерцающий свет.

«Там,» прохрипел он. «Присутствие. Много.»

Ева жестом велела остальным остановиться и приготовиться. Они медленно подошли к входу, соблюдая осторожность. Изнутри доносились тихие голоса, бормотание и иногда прерываемый всхлип.

«Зедианцы?» тихо спросил Артур. «Возможно,» ответила Ева. «Будьте готовы к любой реакции. Мы не знаем, в каком они состоянии.»

Они осторожно расчистили узкий проход и заглянули внутрь. В тусклом, нестабильном свете, исходившем от самодельных, мерцающих источников, виднелась группа существ. Они определенно были зедианцами – стройные, с характерными чертами лица и длинными конечностями, одетые в некогда элегантную, но теперь потрепанную одежду. Их было около дюжины, они сидели сбившись вместе, прижимаясь друг к другу, их лица выражали измождение, страх и смятение.

Но это были измененные зедианцы. У некоторых кожа имела нездоровый, мерцающий оттенок, иногда на ней появлялись и тут же исчезали странные узоры. У одного из них одна рука казалась размытой, будто она не полностью материализовалась. Глаза многих были широко раскрыты, в них читалось безумие или полная отрешенность. Они тихо стонали или бормотали что-то бессвязное на своем языке.

Когда они заметили вошедших – четырех фигур в незнакомой форме и экипировке – волна страха прокатилась по группе. Некоторые отпрянули, другие издали резкие, испуганные звуки. Один, чье лицо было искажено спазмом, поднял дрожащую руку, будто пытаясь отбиться.

Ева медленно подняла руки в знак миролюбия. «Мы из Федерации Миров,» сказала она по-зедиански, полагаясь на бортовой переводчик, встроенный в шлем. Её голос, хоть и переведенный, звучал спокойно и твердо. «Мы прибыли, чтобы помочь.»

Её слова, похоже, не достигли всех. Некоторые продолжали стонать и дрожать. Но несколько зедианцев сфокусировали на них взгляд. Среди них была женщина, выглядевшая немного более собранной, чем остальные, хотя её глаза были глубоко уставшими и полными скорби. Её одежда, хоть и запыленная, казалась более сохранившейся, чем у других.

Она осторожно поднялась, её движения были плавными, несмотря на очевидное напряжение. «Федерация…» прошептала она на почти чистом зедианском, который переводчик Евы легко распознал. Её голос был низким и мелодичным, но полным отчаяния. «Вы… вы пришли?»

«Да,» ответила Ева, делая ещё один медленный шаг вперед. «Мы слышали ваш сигнал. Мы здесь, чтобы попытаться понять, что происходит, и оказать посильную помощь.»

Женщина посмотрела на неё, затем на Ксандера с его странными приборами, на могучего Борга и на Артура. В её взгляде смешались недоверие и слабая искорка надежды.

«Помочь?» она горько усмехнулась. «Как можно помочь против… Этого?» Она обвела рукой вокруг, указывая на мерцающие стены убежища и своих несчастных сородичей. «Аномалия… она не просто ломает наши города и машины. Она ломает нас. Наш разум. Нашу сущность.»

Ксандер подошел ближе, осторожно, как будто боясь напугать. «Мы – ученые. Мы хотим понять природу Аномалии. Возможно, если мы поймем, мы найдем способ остановить её или ослабить её воздействие.»

«Понять?» снова усмехнулась женщина. «Мы пытались. Веками. Наше знание… оно лишь показало нам, насколько мы невежественны перед лицом Этого.» Она сделала шаг вперед, и в более ярком свете Ева заметила, что кончики её пальцев слегка мерцают и иногда кажутся полупрозрачными. «Меня зовут Элара. Я была… Хранителем Знаний. Теперь я лишь… выжившая. Вместе с этими немногими, кого ещё не поглотило полностью.»

Элара, Хранитель Знаний. Это был именно тот контакт, который они надеялись найти – кто-то, кто мог бы дать им представление об истории планеты, о зедианских исследованиях, возможно, о причинах возникновения Аномалии.

«Элара,» сказала Ева, стараясь, чтобы её голос звучал максимально обнадеживающе. «Мы – ваша единственная надежда сейчас. Пожалуйста, расскажите нам все, что вы знаете. Любая информация может быть ключом.»

Элара кивнула, в её глазах на мгновение мелькнула решимость, сменившаяся усталостью. «Хорошо. Если это даст хоть малейший шанс…» Она посмотрела на своих сородичей, затем на экипаж «Странника». «Добро пожаловать на Зед-15, посланцы из далекого космоса. Добро пожаловать в наш живой кошмар.»

Глава завершилась. Первая связь установлена. Экипаж «Странника» получил не только возможность узнать больше об Аномалии от её жертв, но и столкнулся лицом к лицу с ужасающими последствиями её воздействия на разумных существ. Миссия только что стала намного сложнее и намного более личной.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.