Ольга Рыжая
Небесные всадники

[Небесные всадники]

ГЛАВА 1

[Франциска]

Новый день стремительно вступал в свои права, и это было очень плохо для меня, еще немного и я не успею, прозвучит гонг к подъему и не замеченной уже точно не удастся пробраться не только к себе в комнату, но и в академию в целом. Ускоряюсь и на пределе возможностей карабкаюсь по специальным выступам по стене. Ныряю в "дырку", активирую артефакт и левитирую вниз.

Быстрый взгляд по сторонам и бегу в сторону женского общежития, старательно пригибаюсь и обхожу опасно открытые участки сада, и вот уже предо мной торец здания. Слава всем богам, что моя комната угловая. Последнее препятствие в виде стены, Кия молодец, оставила открытое окно. Последний рывок и с первым ударом гонга я падаю на пол из окна в свою комнату.

– Франциска! Слава Святой Никаноре! Я так волновалась! Ты почему так долго? – подбегает подруга и помогает подняться с пола.

– Возникли некоторые задержки в пути, – отвечаю уклончиво, ей совершенно не зачем знать где и как я провела ночь.

– Давай собирайся быстрее! Ты, что забыла сегодня построение! Нам представят нового преподавателя, говорят его сам король попросил преподавать полеты на двух парусниках! У нас даже будет практика на них! – восторженно пищит подруга и соседка по комнате в одном лице.

И вот откуда она все это знает спрашивается? Никак магистры разболтали ей под зельем правды. Кия у нас целительница. Небесных всадников, тоже кто-то должен лечить и осуществлять предполетный контроль здоровья.

Двух парусники, это очень хорошо, а вот новый преподаватель… пока непонятно. Будем разбираться по мере обучения и действий. Ночная вылазка на запрещенные территории должна принести мне приятный денежный бонус, а знания как управлять двух парусником еще никому не помешали, особенно мне, которой мечтает летать на собственном паруснике.

Гонг к подъему уже прозвучал, значит у меня в запасе есть не больше тридцати минут, хватит принять душ и переодеться в форму академии. На ходу стягиваю с себя мужской костюм и бросаю его в корзину для грязного белья, очистительный артефакт справится со своей задачей лучше, чем любая прачка.

Мельком смотрю на себя в зеркало, в нем отражается девушка с каштановыми волосами и голубыми глазами, а я бы предпочла быть блондинкой с голубыми глаза, говорят на них всегда большой спрос у мужчин.

В этот раз Кие не приходится стучать мне в дверь и торопить, сама выхожу. Соседка уже одета в темно-зеленое платье с белыми рукавами, она сидит на кровати с учебником в руках, она у нас отличница, всегда все предметы сдает на сто баллов, не то, что я…

Бросаю взгляд на тикающий таймер, осталось пятнадцать минут до выхода, успею. На кровати меня уже ждет полный комплект одежды, и даже красивые черные туфельки сияют чистотой. Кия еще и бытовой маг. Хорошо, что тогда в день поступления мыс ней встретились и подружились. Летом переписывались, рассказывая о том, как проходит день каждого из нас.

Я пропадала в ангаре, она в целительском доме, а осенью мы снова встретились, и вот уже четыре года нас связывает не только крепкая дружба, но и мои ночные вылазки. Зарабатывать на мечту как-то надо же. Одев свое красивое голубое платье с белыми рукавами – фонариками, подхватила сумку с учебниками, и мы с подругой вышли из комнаты. Нас ждало построение и новый учебный день, а меня, как и многих адептов новый преподаватель.

– Я на кинула на тебя целительский полог, у тебя на плече и спине несколько глубоких царапин и еще в легких много дыма. Не позволяй своим клиентам курить в твоем присутствии, и царапать себя тоже! – тихо проворчала Кия.

– Буду стараться, но им ведь не объяснишь? – ответила подруге слегка улыбнувшись. Сегодня «ночной клиент» и правда немного агрессивный попался, спрыгнул мне прямо на спину, хорошо, что в защитке была. Но все равно видимо достал когтями, а они у него длинные сантиметров по десять в ряд.

Подруга в ответ только не одобрительно покачала головой, она думает, что я «ночная фея», а я «ночная ныряльщица», вот так и живем. Подруга ушла к своим, не забыв снять целительский полог, он бы привлек внимание магистров, к тому же царапины уже зажили.

Тихо поздоровавшись со своими одногрупниками, настроилась внимать речи ректора и магистров. Только голубоглазый брюнет с мощной накаченной фигурой в форме магистра нашего факультета «всадников» привлекал мое внимание. И видимо не я одна его заметила, судя по тихим разговорам у меня за спиной.

– Адепты академии «Небесные всадники» сегодня я собрал вас сообщить радостную новость! Король Дитрих подарил нашей академии целых три двух парусника и два челнока, а обучать вас летному делу на них, будет капитан воздухоплавания третьего ранга Стефан Ламбри!

Все дружно захлопали, а мужчина, сделав несколько шагов вперед коротко поклонился и снова сделал несколько шагов назад, но не ушел, а стал и дальше разглядывать адептов. Вскоре ректор закончил свою хвалебную оду королю и пожелав нам хорошей учебной недели отпустил, не забыв добавить, что с этой недели расписание изменилось.

Речь ректора закончилась и все адепты тонким ручейком в сторону академии, включая меня. Адреналин спал и спать захотелось просто ужасно, только я не могла себе позволить сейчас отправиться в комнату и поспать. Сегодня много важных занятий, и самое главное из них у Стефана Ламбри.

– Как тебе капитан Ламбри? Красавчик правда? – спросила Лира, моя одногрупница догнав меня по дороге в столовую.

– С этим полностью согласна, только влюбляться в него никак нельзя. Он же временный преподаватель, ты в него влюбишься, а он уйдет, и ты останешься с разбитым сердцем, – пояснила свое мнение, невольно зевнув ладошку.

– А можно и без любви, – хихикнула Лира, – я – то уже могу…

– Все равно не стоит, лучше с кем – нибудь из парней, если очень хочется. Я вот буду беречь себя для мужа, – ответила, пожав плечами.

Мы зашли в столовую и наш разговор прервался. При гуле стоящим в столовой разговаривать было не очень удобным. Набрав себе еды села к подругам за столик, и конечно разговоры были только о новом преподавателе. А мои мысли крутились о следующей ночной вылазке, и как сделать так, чтобы Кия мне выписала справку от целителя, чтобы мне не засчитали прогул.

И тут в столовую вошел ОН наш новый преподаватель и голоса практически сразу стихли. Мужчина окинул взглядом голубых глаз столовую и задержался на мне, от чего меня словно кипятком ошпарило с ног до головы. Стало горячо, везде, особенно между ног.

Силой воли заставила себя успокоится, а то на мне сегодня обычное белье, а у нас в академии есть некоторые индивиды, которые могут почувствовать запах моего возбуждения и принять на свой счет.

Капитан набрал себе на поднос тарелок и сел за столик для преподавателей. Было видно, что некоторые магессы сразу приосанились и стали изображать из себя истинных леди, но мне не было никакого до них дела. Быстро закончив с завтраком, поспешила на занятия, сегодня магистр Дерек будет проверять выполнение письменного задания, над которым мы всей группой просиживали в библиотеке. Кто-то больше, кто-то меньше, ведь темы у нас разные.

Благодаря зелью бодрости спать больше не хотелось, и я спокойно занималась весь день. Даже когда набежали тучи и пошел дождь я была полна энергии, ведь последним занятием у нас стояло с капитаном Ламбри. Пока только ознакомительное, но я уже была вся в предвкушении, очень хотелось увидеть парусники, дотронуться до них, посмотреть, как там внутри все устроено.

Ведь я летала только на маленьких челноках и небольших ладьях, а тут целый двух парусник! Поэтому я, пожертвовав перерывом накинула плащ с глубоким капюшоном и прижимая к себе сумку с учебниками и тетрадями побежала в сторону ангара. Дождь льет как из ведра, и мне пришлось согнуться, чтобы не намочить форму и учебники.

Внезапно ударил гром, а следом сверкнула молния, вскрикнув от страха, поскользнулась на гладком камне и начала заваливаться назад, как меня подхватили под локоть сильные руки. А дождь перестал лить. С удивлением подняв глаза, увидела рядом капитана.

– Осторожнее адептка! Полагаю, что вы спешите в ангар на мое занятие? – произнес он уверенным голосом.

– Да, мистер Лерман. Спасибо, что не дали мне упасть, – поблагодарила мужчину.

– Обращайтесь, – ответил он с легкой ухмылкой. – Вас разве не учили ставить еще воздушный щит?

– От погодных условий нет, от магических ударов да. Всадникам очень мало преподают боевку, в основном делают упор на географию, картографию, еще преподают основы сигналов, это какой флаг, что обозначает. Кодовые слова для диспетчеров ну и техническую артефакторику, конечно, – не выдержала и нажаловалась, может он доложит куда надо, самое главное, чтобы не ректору.

– Все ясно, у каждой академии соя учебная программа, – ответил он равнодушным голосом.

Понятно, в обучении он ничего не смыслит.

За разговором мы дошли до ангара, который был закрыт, но капитан приложил руку к воротине, и она открылась. Отпирающая магия в действии. Несмотря на то, что часть пути я прошла под воздушным щитом, с меня точнее с плаща стекает вода на пол ангара.

– Давай я тебя высушу, подойди ближе, – командует мужчина и я подчиняюсь. Миг и меня обдает потоком горячего воздуха. Вскрикиваю от неожиданности, ведь все мое платье и волосы взметаются вверх и снова опускаются. – Извини, не подумал как-то, – скомкано извиняется преподаватель.

– Зато теперь я вся сухая, – отвечаю с улыбкой, приглаживая волосы и платье. Надеюсь, он это сделал не специально.

Мужчина ничего не отвечает и устремляется вглубь ангара, где на специальных креплениях стоят парусники и челноки. При виде них я готова пищать от радости, а лучше кричать, ведь моя мечта водить вот такие большие «пташки». У меня уже есть лицензия на челнок и ладью, но на такие большие мне еще учиться и учиться.

Подхожу ближе и касаюсь рукой теплого шершавого деревянного бока, руку слегка покалывает от защитных и воздушных заклинаний. Всю техническую артефакторику мы будем изучать на следующем курсе, а вот летное дело уже сейчас.

Мое уединение с парусником нарушают веселые голоса однокурсников, они тоже все промокли, но капитан их не сушит, просто велит вешать плащи в специальный сушильный шкаф, который он активирует щелчком пальцев. Тем самым вызывает уважение в глазах моих однокурсников и у меня в том числе. Мы выстраиваемся полукругом напротив него, и капитан начинает перекличку по списку, когда очередь доходит до меня он окидывает, меняя взглядом словно хочет убедится, что это действительно я, и мне это совершенно не нравится.

Быстро запихиваю назад свою паранойю, он не может знать о моих «исследованиях», продолжаю удерживать на лице равнодушное выражение, которое сменяется не поддельным восторгом, как только он начинает экскурсию.

ГЛАВА 2

Внутри парусника выглядит все, как и на малых судах, ровные ряды кресел, уборная и отгороженное место бортпроводников, капитанская рубка, как и положено отделена защитной стеной и дверью. Преподаватель занимает левое кресло капитана, второе занимаем мы по очереди, параллельно он отвечает на вопросы о ряде дополнительных кнопок и клавиш которых нет на малых судах. На краткий миг позволяю себе помечтать, что я второй пилот, а место первого занимает Стефан Лерман и мы с ним вместе управляем парусником, вместе на земле и в воздухе…

В целом я осталась довольна первым ознакомительным занятием и самое главное отсутствие домашнего задания по нему. Дождь кончился и выглянуло солнце, настроение сразу улучшилось. Подхватив плащ, вышла следом за своими однокурсниками, слушая их восторженные обсуждения парусника и преподавателя, размышляла о прекрасной кроватке в своей комнате общежития и не менее прекрасном сне на ней.

Внезапно почувствовала взгляд и резко обернулась. Капитан даже не скрывался, в упор смотрел на меня, а затем вдруг коротко кивнул и зашел в ангар. Мда, дела… моя паранойя снова подняла голову. Хотя возможно дело вовсе не в моих «исследованиях», а в отце, он ведь тоже всю жизнь управлял парусниками, правда малыми, пока трагически не погиб по вине второго капитана. Но зато спас жизни многим людям… он был героем, а я совсем крошкой. Мама продержалась совсем недолго, оставив меня дяде «присмотреть на несколько дней» уехала и больше мы с ней никогда не виделись.

Только спустя несколько лет, я узнала, что она теперь живет на «другой стороне», вышла замуж и родила еще двоих детей. А я как это не странно очень благодарна ей за тот побег, дядя и его жена вырастили меня как собственную дочь, у меня два взрослых «брата» и даже несколько племянников. Они все меня поддержали, когда я только сказала, что хочу пойти по стопам отца и стать «небесным всадником», а потом и капитаном пассажирского парусника.

Следующие учебные дни стали для меня настоящим испытанием, а началось все с изменений в расписании, нам неожиданно поставили боевку последним занятием, хотя обычно она стояла в середине дня.

Увидев на учебном полигоне капитана, очень удивилась. А он, что здесь делает и где наш преподаватель, магистр Вилман. Он очень хорошо ко мне относится, и даже однажды помог в теплице, где я отрабатывала наказание. Можно сказать, что после той отработки мы с ним подружились, думаю, что я в него уже немного влюблена… И сегодня я шла на занятие с надеждой увидеть его, а тут этот капитан.

– Некоторое время, магистра Вилмана не будет в академии, поэтому я на время взял на себя его обязанности по ведению у вас занятия. Сегодня мы с вами будем изучать построение воздушного щита, который защитит вас не только от непогоды, но и от физического воздействия!

И тут я поняла, что меня не просто услышали, а приняли мои слова к исполнению. Следующие полтора часа, мы все дружно ставили щит, который пытались пробить, промочить, порезать и множество других действий. Но было вовсе не утомительно, а весело, еще бы этот новоявленный магистр поменьше бы меня касался и было бы вообще чудесно.

На следующий день сидя на лавочке в тени деревьев академического парка, неожиданно поймала себя на мысли, что капитан как-то слишком часто мне сегодня попадался… Рано утром еще до подъема я пришла в библиотеку, благо она открыта круглосуточно, надо только приложить руку к двери, хотела взять несколько книг по лекарственным травам, что растут «за куполом». Выходной все ближе, а значит и мои «исследования» тоже.

Но вот совпадение магистр Стефан стоял у соседнего стеллажа, и что-то искал в книгах. Коротко поздоровавшись, взяла книгу по артефакторике и записав ее в свой формуляр ушла. Потом я с ним буквально столкнулась на повороте в столовую, было очень неловко, хорошо, хоть никто из адептов не видел, следующая наша встреча состоялась у кабинета целителя, пришла залечить порез хорошо хоть не свой, а подруге. От вида крови ей стало плохо, и я попросила преподавателя по артефакторике отпустить меня с ней. А зачем он туда пришел не понятно.

Дальше больше, днем следующего дня, спускалась по лестнице и оступилась, в последний момент сильная рука удержала меня.

– Осторожней адептка, – бросил он и ушел.

После обеда я решила пойти посидеть под дубом, мое излюбленное место, тишина спокойствие, никого нет… Только не в этот раз, погрузившись в чтение даже не заметила, как он пришел, его выдал шорох страниц и тихое бормотание. А последняя наша встреча вообще заставила меня гореть от смущения и стыда, хотя стыдно должно быть ему.

Занятие по физической подготовке было последним не только в этот день, но и на этой неделе, погонял нас по стадиону старый вояка знатно. Мы все пропотевшие и уставшие, но вполне довольные направились кто куда, кто в раздевалку переодеваться и принимать душ, а кто к себе в комнату. Ведь в каждой комнате у нас есть свой душ, я же решила, принять душ в раздевалке, а заодно посидеть в тишине и повторить травологию.

Дождавшись пока последняя однокурсница покинет раздевалку, сняла с себя тренировочную форму и закинув ее в шкафчик, голышом направилась в душевую кабинку. Девочки ушли стеснятся некого, переместив из своей комнаты баночку с шампунем на травах и жидкое мыло с приятным цветочным ароматом, с наслаждением встала под горячие струи воды.

В раздевалке всегда хороший напор воды, к тому же можно не торопиться… Выйдя из душевой кабинки, поняла, что забыла взять полотенце, в раздевалке было прохладно после душа, поэтому я быстро дошла до своего шкафчика и переместила полотенце прямо на полку. Обдумывая завтрашнею экспедицию, принялась отжимать воду с волос полотенцем. Услышав, как кто-то вошел в раздевалку, развернулась, чтобы посмотреть кто из девочек пришел и увидела этого капитана.

От неожиданности я застыла, смотря на его мускулистый голый торс с тонким шрамом на груди. И тут до меня дошло, что я стою голая перед своим преподавателем, а он смотрит на меня широко раскрыв глаза.

– Отвернитесь сейчас же! – кинула в него свое полотенце и совершенно на инстинктах переместила на себя футболку из его рук. – Это раздевалка для девочек-адепток, а никак не для мужчин преподавателей! Я подам на вас жалобу! – пригрозила, натягивая на влажное тело нижнее белье, а затем форму академии.

– Прошу прощения Франциска, я не знал, что здесь кто-то есть. У меня было занятие у огневиков, мы с ними хорошо потренировались, они пошли в мужскую раздевалку, а я сюда. До преподавательской раздевалки надо еще дойти… Обычно здесь никого нет, ведь девушки огневики тренируются отдельно от парней. Занятий тоже нет…, – добавил он растеряно, продолжая стоять с полотенцем на голове, не делая попыток его снять.

– Ладно не буду подавать на вас жалобу, – ответила, перемещая полотенце и его футболку к себе в комнату, моя маленькая месть. Пусть тоже учится перемещать одежду. – В следующий раз если задержусь запру дверь.

Внезапно перед моим мысленным взором возникла картинка как он такой большой и мускулистый, в одном душе со мной. Я стою к нему спиной, а он насаживаем меня на свой член быстрыми толчками, и я, опираясь руками о стену, стону от этого греховного, но такого прекрасного удовольствия.

ГЛАВА 3

Распахнув глаза, немного полежала приходя в себя от очень влажных и возбуждающих снов. Кругом тишина, все спят, сегодня выходной и подъем на целый час позже, как и завтрак, но я быстро встаю, привожу себя и постель в порядок. Затем одеваю специальный костюм, а на него сверху форменное платье адептки, точнее его точную копию. Настоящее будет мне мало, и на костюм не влезет. Можно конечно и обычное одеть, но значок академии небесных всадников откроет для меня нужные двери. Это мое не первое путешествие за барьер, но каждый раз я волнуюсь, ведь челноки очень маленькие суденышки, рассчитанные всего на двух всадников и небольшой груз.

В отличии от парусников они выполнены не из дерева, а из метала с круглыми окнами иллюминаторами, но также плотно закрываются изнутри.

С собой беру лишь небольшую сумку через плечо, это не простая сумка, а с большим секретом. Встретить я никого не должна по пути, но все равно беру в руки несколько листов писчей бумаги и карандаш. Моя официальная версия иду заниматься библиотеку. Я на самом деле иду туда, только вот заниматься сегодня учебой я там не буду.

Прикрываю тихо дверь в комнату, где спит соседка, надеюсь ей не придется сегодня волноваться за меня. Иду бодрым шагом в сторону библиотеки по дороге здороваясь с преподавателями редкими адептами сонного вида. Захожу в библиотеку и прислушиваюсь, вроде тихо, иду между стеллажами, оглядываюсь никого, нажимаю на скрытый механизм и часть стены начинает медленно ползти в сторону.

Дергать нельзя, иначе механизм сломается, я стою около входа в потайной ход из академии, невольно начинаю нервничать и пристукивать ногой от нетерпения. Мне кажется, что между дальними стеллажами кто-то есть, мне чудится шорох переворачиваемых страниц… если сейчас этот некто выйдет, то увидит, как часть стены медленно ползет в сторону открывая проход.

Как только появляется возможность протискиваюсь в открывшейся проем и не дожидаясь полного открытия, опускаю рычаг возвратного механизма. И тут происходит сразу два события одновременно. Слышу, как падает на пол книга, а затем раздается протяжный скрип возвратного механизма. Мне конец… Спустя несколько долгих секунд, со стороны читального зала раздаются уверенные мужские шаги, я даже знаю кому они принадлежат…

Шаги приближаются, за изгибом не видна стена, только слышен легкий скрип, и в последний момент перед тем, как мужчина обогнет угол дверь мягко закрывается. Я не спешу уходить, держу руку на рычаге открывающего механизма, если он вдруг как-то узнает куда надо нажать, дверь не откроется, ведь я блокирую это действие.

Мужчина проходит мимо, но не успеваю облегченно выдохнуть, как он возвращается и замирает напротив меня, нас разделяет только стена и я снова чувствую жар во всем теле. Постояв немного, мужчина уходит, наверно решил, что ослышался и ничего не скрипело, а может он знает про тайный ход и понял, что туда кто-то зашел, но решил оставить все как есть.

Кто его знает. Мысли капитана мне не известны. Я спешу, иду быстрым шагом по узкому проходу, а всего пару лет назад здесь была пыль, грязь и паутина. С тех пор как я его обнаружила, мой выход из академии стал намного проще, мне не надо объяснять куда я иду и зачем, и мне не нужен пропуск. Для всех я сейчас нахожусь на территории академии, это обеспечивает мне алиби.

Проход выводит меня через узкую калитку в стене на пустую улицу, согнувшись пролезаю в калитку, вот и все я больше не на территории академии, а вот возвращаться придется под покровом темноты, но меня это не пугает.

Отряхнув платье и поправив прическу быстрым шагом, иду в сторону исследовательского центра, охрана встречает меня скупыми улыбками и кивками. Прикладываю ладонь к металлической пластине и дверь с тихим щелчком открывается, и вот я уже в царстве исследовательской науки. Инриди мой напарник и друг встречает меня уже на лестнице, и после коротко приветствия мы идем в приемную.

Кругом все из белого мрамора с серо-черными прожилками, на стенах мощные магические светильники, картины, экзотические растения стоят в кадках, все это я отмечаю мимоходом привыкла за два года к этой красоте.

– Молодец, ты прямо вовремя! Профессор тоже совсем недавно пришел и собирается как обычно перекусить перед началом трудового дня, – говорит он с намеком.

– Отлично, дашь знать как он «перекусит», пойду переоденусь, – мы не говорим о наших планах вслух, общаясь только нам понятными фразами.

Два года назад, я искала работу, чтобы не зависеть от дядиных денег и нашла ее в исследовательском центре, одному профессору требовался отчаянный небесный всадник, который не побоится полететь за купол. А я очень хотела полететь за этот самый купол…

Несколько сотен лет назад случилась природная катастрофа можно сказать мирового масштаба метеоритный дождь спровоцировал пробуждение так называемой «Огненной гряды». Сразу около десятка вулканов начали извержение, выброс пепла в атмосферу, ядовитые газы, лава и огненные камни разлетались на несколько сотен километров уничтожая природу и города на своем пути.

Пепел затмил солнце и стал разносится ветром по всему миру неся хаос. Тогда самые сильные маги воздуха, земли, воды и огня объединились и построили огромный купол, который предотвратил распространение пепла, лавы и уничтожение огненными камнями природу и города. Климат и рельеф местности изменился, постепенно пепел стал рассеиваться ветрами, которые маги воздуха специально направляли в самые плотные участки.

А под куполом творился настоящий апокалипсис, так продолжалось несколько десятков лет, вулканы стали постепенно ослабевать пока совсем не потухли. А вот пепел продолжал отравлять воздух и препятствовать проникновению солнечных лучей, но время сделало свое дело и местами появились просветы. Стала пробиваться трава, а затем и различные растения.

Все это очень заинтересовало ученых, ведь это фактически наблюдение начало жизни, добраться до купола пешком или по морю практически нереально, а вот по воздуху можно. Но не каждый смельчак отправится туда, еще задачка как попасть под купол. Пришлось задействовать магов, которые просмотрев технологию плетения защиты, просто раздвинули плетения и сделали дырку через которые и стали на челноках и малых судах залетать ученые и авантюристы. Это стало возможным благодаря тому, что пепел весь поднялся в воздух и застыл по сводами купола. Ведь коллекционеры старины хорошо платили за привезенные из-за купола реликвии и антиквариат.

Но были и такие которым нужны были осколки метеорита и вулканическая руда, что была выброшена газами и горячим воздухом под давлением из вулканического жерла.

Об этом всем я не знала когда устраивалась на работу в исследовательский цент, я просто хотела управлять парусником, а для получения лицензии нужно было закончить академию небесных всадников и налетать на различных судах определенное количество полето- часов. Но не все такие наивные как я.

Инриди не имел летной лицензии, и не учился в академии, но имел большое желание разбогатеть, вот он и устроился помощником профессора в надежде воровать у него ценные травы и артефакты древности. Но небесный всадник поймал его за воровством и серьезно его избил, после этого парень стал искать другой способ и нашел его в моем лице.

Мы ничего не воровали у профессора и исполняли все его требования. А когда полетов в исследовательских целях не было, мы усыпляли профессора брали челнок и сами отправлялись за купол. Я рулила, а Инриди собирал то, что заказывали у него на черном рынке, для меня и для ученого, ведь он тоже должен получать исследовательский материал.

Вот и сегодня не смотря на выходной день мы на рабочем месте полным составов, профессор собирался привлечь нас к мойке лабораторных колбочек, змеевиков, различных мензурок и бутылок. Такой шанс мы не могли упустить. Я попросила артефакторов сделать мне водный артефакт, но они запросили слишком большую сумму, тогда я пошла к водникам, и они мне вызвали водного элементаля, вот он и отмоет все лабораторию вместе со всеми колбочками, котлами и змеевиками. В конце мы просто напитаем его силой, для мелкого духа это хорошая награда.

Быстро переоделась, убрала волосы под капитанскую кепку отца, нацепила его летный значок, отрегулировала кресло и щелкнула тумблером запуская по всему челноку магический импульс.

ГЛАВА 4

Сегодня у нас по плану собрать для меня цветы этлингера, они обладают исключительно целебными свойствами, и за каждый цветок аптекари готовы платить золотой за штуку. Всего несколько штук – и ты богат, простая арифметика. Инриди будет собирать для заказчика метеоритные осколки, а для нашего работодателя ученого возьмет образцы почвы, воды и воздуха, ну может пару осколков «небесной руды» подарит. Ведь незамеченным наш вылет не останется, все вылеты записываются в специальный журнал, и отслеживаются диспетчером.

У исследовательского центра самый качественные контролирующие артефакты и магическая начинка, которая обеспечивающая их работу. Поэтому я не волнуюсь, челнок странное, но надежное порождение инженерной мысли. Он представляет собой слегка приплюснутый с острым носом шар, с верхними мощными и хвостовыми парусами.

Челнок манёвренный и быстрый, способный к пикированию.

– Я готов, можем отправляться в путь! – докладывает «напарник», увлечённо фиксируя ремнями на застежках с защёлками большие корзинки для сбора метеоритных осколков и вулканической руды.

Я отворачиваюсь, устремляю взгляд через стекло и проверяю оборудование, челнок оснащен по последнему инженерно-магическому слову, эхолокация в полном порядке, то есть отсутствие видимости преградой для рейса не является.

Я знаю нормативы наизусть, но всё равно вытаскиваю папку с паспортом и ещё раз сверяюсь с характеристиками судна, особенно с разделом, касающимся ограничений. Убедившись, что все нормально, активирую артефакту связи:

– Исследовательское судно «мантикора» на связи, – обращаюсь я к дежурному диспетчеру.

– Чистое небо на связи, слушаю вас «мантикора».

– Чистое небо прошу разрешение на выход в первый эшелон и взлёт. Конечная точка назначения северная вулканическая гряда за куполом.

– «Мантикора», разрешаю.

Запускаю контролирующие артефакт, двигаю на панели рычаги и вывожу наш корабль в начало взлётно-посадочного канала. Получаю разрешение на взлет, активирую артефакты воздуха, они надувают паруса, челнок набирает скорость. Короткий разбег, паруса в конфигурации взлёта. Я мягко тяну штурвал на себя, и «Мантикора» послушно отрывается от земли, выставляю координаты из маршрутного листа и все дальше только следить за приборами.

– Ты знаешь точное место приземления? – задаю вопрос, слегка оборачиваясь назад.

– Нет, но точка начала снижения и градус мне известны. Я все просчитал. Не волнуйся, все будет хорошо, ты отличный капитан! – льстит мне парень открыто, но мне приятно.

Молча отворачиваюсь, слежу за приборами, артефактами высоты и скоростью… Рулить челноком одно удовольствие, легкий маневренный. Мы поднимаемся над городом, закладываем дугу, и уходим в открытое воздушное пространство первого эшелона. У нужной точки купола, мы будем еще не скоро, только спустя час полета прибудем в зону купола, потом надо найти «окно» и залететь в него, потом уже начать искать искомое.

Поправляю ремень безопасности, напоминаю об необходимости этого действия для него, и словно затылком вижу, так хорошо представляю, как парень закатывает глаза. Щёлкает замок, и мой напарник надежно пристегнут ремнем безопасности к креслу. Сигнал-предупреждение молчит, значит точно пристегнулся.

Вся его безалаберность иллюзорна. Я бы никогда не полетела с ним, если бы не доверяла ему. Час пролетает за неспешным разговором. И вот на горизонте появляется купол, он прозрачный, накрытый специальной сеткой заклинаний в виде пчелиных сот.

– Прилетели, захожу в «окно», – отчитываюсь я. Перещёлкиваю рычаг и перевожу паруса в одно из базовых положений и активирую специальный защитный купол от попадания на парусник пепла и других возможных неприятностей, таких как птицы и хищные растения и животные.

Инриди отвечает односложно, он полностью погружён в высматривание перспективных полян с цветами. Он прав – времени у нас мало, в любой момент может сменится ветер и тогда пепел, что летает сейчас «под самой крышей» может обрушится, и нам придётся поднимать паруса.

Бояться особо нечего – защита у «Мантикоры» несколько раз превосходит защиту обычного парусника, ведь это исследовательское судно, так что уйдём, но… без добычи.

– Право руля на восемь часов, – командует друг.

– Принято!

– Так, отлично! Ускоряйся, отлично! Зависай, но не приземляйся!

Что? Почему!

Место удобное для посадки, но мы не садимся зависаем… Странно, но Инриди лучше знает эти места, поэтому я беспрекословно подчиняюсь. Есть только одна причина забрать командование на себя – спасение жизни. Я следую указаниям.

– Ты знаешь эту местность? —все же решаю уточнить я.

– Да, знаю, это пред горное плато, лава образовала ровный кусок, со временем ветер нанес землю, траву и твои цветы. Чуть правее, пожалуйста. Замедляйся, идём на минималке. Вот так отлично! Видишь вон там сверкают черные камни с голубыми прожилками, это и есть метеориты! Хочешь сделаем тебе кулон из голубого кристалла, что заключен в корке руды? – спрашивает с долей хвастовства в голосе парень.

– Да, очень хочу! Я буду с гордостью его носить! – заверяю друга. О том, что он будет после обработки стоить целое состояния, тактично молчу.

Впереди голубыми огоньками расцветает целый горный склон. Какой рельеф точно вокруг рассмотреть очень сложно из-за маленького обзора, вижу только, что пространство открытое, не лес, и идёт подъём, а значит мы либо над пологим холмом, либо рядом с вулканом, предгорное плато, что мы пролетали осталось позади, теперь только целая поляна цветов среди которых множество различных вулканических и метеоритных камней.

– И где мы будем садиться? – уточняю я, высматривая место для посадки.

– Нигде! Снижайся до предела, проходи четко над серединой поляны. Скажи, когда она будет под килем! – друг уже кинулся к нижнему люку, откидывает его с грохотом и наблюдает. Он, что собирается прыгать? Даже на самой нижней высоте, для человека будет достаточно высоко.

– Середина поляны точно под килем! – сообщаю парню.

– Запускай лебедку, я буду прыгать! Потом я дам знак, ты поднимешь корзину и цветы, а потом поднимешь меня.

– Не забудь взять образцы для профессора! – кричу вслед парню, который уже стремится к земле на лебедке.

В ответ он, что-то кричит не разборчиво, и я надеюсь это слова, что он помнит. Спустя несколько долгих минут ожидания, парень появляется в пределах моей видимости и изображает пальцами сердечко. Это наш условный знак, что все хорошо, но я все равно нервничаю. В стекло рубки наблюдаю как парень маленькой киркой разламывает астероиды, достает кристаллический «орех» и бережно кладет его в корзинку, затем еще несколько. Корзина почти полная, Инриди проверяет ее вес и принимается собирать «скорлупу» в отдельный мешок.

Подает мне сигнал вверх понятым пальцем, значит корзинку прикрепил, переключаю рычаг и с протяжным гулом лебедка начинает работать. Ставлю рычаг и штурвал в нейтральное положение и бегу отсоединять корзинку.

Потом обратно, чтобы включить лебедку, затем, чтобы отсоединить рюкзак. Слежу, за погодой, которая мне совсем не нравится, и без приборов вижу, что надвигается гроза, надо скорее уносить отсюда паруса.

– Последний заход, – сообщает напарник, жестом, и бежит на поляну уже за цветами.

Он аккуратно срезает только цветы и укладывает их на специальный артефакт в виде подноса, к сожалению, цветы быстро вянут и сразу падают в цене. А золотой платят только за свежий цветок, и мало кто приносит его в аптечную лавку таким. Но я догадалась как сохранить его без вреда для цветка и его свойств, обычное заклинание стазиса на поверхность и вот уже у меня готовый артефакт сохранения.

Нервно постукивая пальцем по ручке кресла, наблюдаю за стремительно приближающейся грозой. Напарник, тоже ее видит, и ускоряется, достает пробирки, зачерпывает из ближайшей лужи, потом несколько травинок, в другую колбу, и земли вперемешку с осколками метеорита и горной руды в другую.

Показывает жестом, чтобы я спускала лебедку. Перегибаюсь через кресло, чтобы забрать поднос с цветами, и освободить место Инриди. Дождь уже хлестал вовсю, когда парень задраил люк.

– Давай осторожно вверх, – командует парень. – Еще немного и здесь станет смертельно опасно!

ГЛАВА 5

Перевожу рычаг конфигурации парусов на взлёт и, как только паруса перестраиваются, задираю нос. Взлетаем хорошо, плавно без рывков, включаю противодождевую защиту и стук капель по корпусу стихает. Но я по-прежнему не расслабляюсь, есть такие нехорошие личности по типу пират, захватывают чужие суда и отбирают, все, что авантюристы набрали за куполом. Правда мы на исследовательском судне, на корпусе есть соответствующие обозначения. Если за нами кто и гонится, то нечего и мечтать угнаться за парусами.

Огонёк на панели мигает— мы вошли в безопасную зону за куполом, и я потихоньку опускаю нос. Мы продолжаем набор высоты, но теперь без экстрима. И я наконец-то оборачиваюсь. Корзинка надёжно зафиксированы вдоль стены, крышка закрыта, но синие кристаллы метеорита светится, их свет виден даже сквозь прутья. Рядом с напарником лежит рюкзак с рудой, и маленький мешочек с символикой исследовательского центра.

Задаю возвратные координаты и позволяю челноку вести нас по координатам. Я только контролирую, ну и посадка без ручного управления невозможна.

– Зря ты столько взял, метеориты добывают не так уж и часто, если вывалить в продажу целую корзину, цена упадёт, – произношу истину.

–Ха, Франц, я не такой дурак, как ты думаешь. Я подписал договор с одним купцом, что он обязуется выкупить у меня целую корзину кристаллов метеорита, поэтому ему придется раскошелиться, не переживай.

В ответ только пожимаю плечами и поворачиваюсь назад, мы проходим грозовой фронт и молнии сверкают в опасной близости от парусника, если от дождя защита у нас есть, то вот от шквалистого ветра нет. Нас начинает ощутимо болтать, словно мы на море, а не в воздухе. Убираю часть парусов и активирую дополнительные артефакты воздуха и обогрева, в салоне становится слишком холодно, похоже мы попали в холодный фронт и нас подняло на второй эшелон.

Тяну рычаг и переставляю паруса в другом ракурсе, нам надо срочно покинуть грозовой фронт.

В древности суда имели только одну мачту с одним парусом; с развитием судостроительного искусства и увеличением размеров судов число мачт начало увеличиваться. Обычным, наиболее часто используемым стало количество в две – три мачты; потом стали встречаться крупные парусные суда с четырьмя, пятью, а иногда и с семью мачтами. С тех пор, как количество мачт начало увеличиваться, каждая мачта стала нести не по одному, а по два – три, а то и по четыре паруса. Деление парусов на более мелкие и расположение их ярусами явилось результатом умного расчета: несмотря на общее увеличение площади парусности, работу со ставшими менее громоздкими парусами могла осуществлять сравнительно малочисленная команда. Ведь артефакты взяли на себя основную роль.

Внезапно рубку освещает яркий солнечный свет пробившейся сквозь тучи. В месте с этим оживает переговорный артефакт.

– Мантикора, это Ясное небо доложите обстановку! – раздается напряженный голос диспетчера.

– Ясное небо, Мантикора на связи. Докладываю обстановку! Повреждений нет, пострадавших нет! Идем на артефатах, вижу просвет в грозовом фронте, разрешите отклонится от курса и обогнуть грозовой фронт по северо-восточному верхнему эшелону!

– Мантикора, разрешаю, – слышу облегчение в голосе диспетчера.

Дальше я снова меняю направление парусов, шкоты ослабевают, позволяя реям выстраивать паруса в нужном мне направлении. Следую выбранному или правильней разрешенному курсу и постепенно облака расступаются, словно небо нам открыло ворота в облаках разрешая пролететь, чем я и воспользовалась. Обогнув грозу, снова ложусь на заданный курс. Докладываю диспетчеру, что мы в своем эшелоне и следуем согласно курсу.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.