Вячеслав Горбачев
Неведомый ужас

Наследство

Данная рукопись была найдена в военное время 1943 года бойцами красной армии, устроившими в старом полуразрушенном поместье полевой госпиталь.

«Я должен все записать, пока рассудок и память не покинули меня окончательно…

Меня зовут Данила Попов, родом я из Рязанской области деревни Пехорка. Для начала, мне нужно рассказать, что побудило меня согласиться на предложение моего дяди. Работаю я учителем русского языка и литературы, в сельской школе. Татьяна жена моя, доярка на ферме. Подрастает дочь. Живем бедно, денег не хватало. И вот 18 августа 1914 года, к нам в избу постучали. Это оказался помощник и адвокат моего дяди Роберта, по матерной линии. С дядей мы прекратили общение после того как он вернулся из дальней поездки, около 6 лет назад. Адвокат сообщил, что дядя умер два месяца назад и завещал мне особняк в крупном поселке Раменки в Тульской области, со всей утварью и убранством. Эти новости стали полной неожиданностью. Жена моя Татьяна сразу заподозрила не ладное. Ей было известно о странной затворнической жизни моего дяди. Дядя Роберт разбогател на нелегальной продаже спиртного, купил участок возле леса, на краю быстро разрастающегося села. Построил дом, женился. Поначалу мы всей семьей ездили к нему на праздники и отношение у нас были хорошие. Однажды Роберт уехал по своим делам на Урал. Скорее всего, там он налаживал поставку самогона, а может быть решил заняться более легальными делами, мне это не известно. Вернулся он оттуда через 3 года. Дядя сильно изменился, похудел, осунулся. Стал замкнутый и неразговорчивый. Он перестал приглашать нас и посылать письма, а стал вести затворническую жизнь и практически не появлялся на людях. Вскоре умерла его жена. Она сильно болела, а Роберт привез врача, когда уже было поздно. Доктора не успели ее спасти. Детей у них не было. Вот то немногое, что сейчас я знал о своем дяде за последнее время.

После просмотра завещания, адвокат сказал, что бы дом окончательно перешел в мое владение необходимо выполнить одно странное условие, оставленное Робертом. Мне нужно, одному прожить в доме 30 дней, никуда из него не выезжать кроме местного базара за продуктами или поместье отойдем под сиротский дом или что-то там еще. О деньгах на проживание 30 дней дядя тоже позаботился. Я, не думая ни о чем, с радостью согласился на условие и подписал необходимые бумаги. Попрощавшись с женой и дочкой, оправился к моему новому пристанищу на 30 дней и ночей. С улицы дом смотрелся шикарно в сравнении с моей избой. На территории поместья также находился небольшой хлев под стойло лошадей, сарай и странное каменное сооружение. Адвокат пояснил, что это родовой склеп, где похоронен дядя Роберт и его жена. Склеп находился в глубине естественной пещеры, где была низкая температура. Меня это немного испугало, но страх пропал, как только я зашел в внутрь дома. Налево располагалась большая кухня, направо огромная гостиная с камином и пианино. Посередине дома была лестница на второй этаж, где находились еще три спальни. Над лестницей висел огромный портрет моего дяди. На картине он выгляди старым и больным, лысоватый и с крючковатым носом. На лице не тени улыбки. Его презренный взгляд был направлен сверху вниз на лестницу и вход дома. Рядом были изображены шкаф с книгами и маленький столик. Осмотрев все комнаты, решил остановиться в главной спальне. Там располагалась большая дубовая кровать, огромный книжный шкаф, старинный комод для белья и самое главное вид из окна не выходил на старый семейный склеп. Присмотревшись к книжным полкам, я не увидел обычной литературы или рукописей по истории. Только книги на непонятных иностранных языках, некоторые очень старые, прямо древние, другие более новыми. Странно вроде бы это, дядя никогда не испытывал тягу к иностранным языкам. Помощник дяди, все это время ожидавший меня внизу на крыльце, пояснил, что вечером и утром другого дня ко мне будет приезжать человек и отмечать живу я здесь или нет. Мне надо обязательно его встречать, т.к. он не будет входить в дом. Вручил мне ключи от дома и один от склепа, попрощался и уехал. У меня было отличное настроение и предвкушение скорого богатства. В первый же день я решил съездить на небольшой базар, осмотреться и заодно прикупить немного провианта и дров. Он располагался, в центре крупного поселка Раменки, примерно в 15 км от поместья. Приехав туда, я первым делом отправился за продуктами. Оказалось на местном рынке хорошо знали Роберта. Местные не любили его и даже побаивались. За продуктами он сам не ездил, платил за доставку. Заказ у него всегда был одним и тем же, немного продуктов, дрова и свежая газета. Привозили продовольствие раз в месяц и всегда оставляли на крыльце. Никто не решался зайти в странный дом. Узнав, что я его племянник и наследник, люд сразу стал относиться ко мне с недоверием, становились грубыми и неразговорчивыми. Купив еды, немного самогона и дров, отправился я за свежей газетой, а заодно и нанять местную телегу для доставки провианта до поместья. Я нашел того же человека, что ездил к моему дяди, другие отказались браться за эту работу. Извозчик оказался на редкость болтун и по дороге он рассказал, что поначалу Роберт был общительным жителем, почетным гостем в каждом доме и все относились к нему очень хорошо. Все изменилось после возвращения дяди с Урала. В поселке стали пропадать дети. В течении года, всего бесследно исчезло 3 мальчика и 2 девочки, все им было по 6 лет. Трупы так и не были найдены. Поначалу люди, собравшиеся в группы, обошли окрестные леса и озеро. Стай диких зверей-людоедов в лесах не наблюдалось. Заодно местные полицаи, проверили всех недавно приезжих в село – все безрезультатно. Затем начали поговаривать, что к исчезновениям причастен Роберт. На это указывало несколько странных совпадений. Все началось после приезда дяди. Он престал выходить из дома и общаться с местными жителями. Не разрешал никому появляться в его поместье без приглашения. Все это наводило людские подозрения на него. Народ в здешних краях очень суеверный. В поместье приезжали полицаи осматривать дом и допрашивать дядю. Но они ничего не нашли. Но вдруг Роберт внезапно умирает. Извозчик поведал, что о таких похоронах ему слышать, еще не доводилось. Не было ни отпеваний в церкви, ни погребения в землю. Роберт завещал похоронить его в старом склепе возле дома, вместе с женой. Совпадение конечно, но незадолго до смерти дяди, в село приехал какой-то старый монах из древнего монастыря соседней Липецкой области, говорят по просьбе местного попа Ивана. Людей на похоронах не было, только поп и монах. И это не удивительно народ боялся и ненавидел Роберта. Пропажи детей после похорон дяди прекратились… Извозчик довез меня до поместья, но помочь занести поклажу в дом оказался. Первые несколько дней и ночей прошли вполне нормально, не было ни странностей, ни чего то пугающего. Я исправно отмечался у человека, приходившего ко мне. Уже мечтал, за сколько можно продать поместье. Правда дурная слава этого дома могла сказаться на цене, но мне бы и этого хватило, к тому же я надеялся, что народ постепенно сменит свой гнев на милость. Дядя был мертв и больше ничего не пугало окрестных жильцов. На седьмой день я случайно наткнулся на старый дневник дяди Роберта, когда хотел разжечь камин увидел его в топке. Одна сторона обгорела сильнее, немного помогло, что дневник был в кожаном переплете. Другая сторона сохранилась лучше, было видно, что его уничтожали его в спешке. Из дневника дяди я немного понял, что поездка на Урал не принесла тех результатов в его деле, на которые он рассчитывал. Зато по странному стечению обстоятельств ему удалось приобрести некую книгу «Некромикрон». Роберт купил ее у молодого человека, который якобы распродавал старый хлам своего прадеда. Но дядя в этом сомневался, по его описанию молодой человек был больше похож на вора и проходимца. Далее из дневника удалось разобрать что «Некромикрон» очень увлек моего родственника. В этой книге шла речь о древних обрядах и ритуалах. Похоже, что Роберта заинтересовал один из древних ритуалов под названием «Трансмодификация». Больше в дневнике ничего разобрать не удалось. Если книга так много значила для дяди, то она должна находиться где-то в поместье подумал я. Нужно попытаться найти ее. Она могла стоить кругленькую сумму. К тому же у меня полно свободного времени, почему бы не заняться поиском. Первым делом я побежал на вверх в спальню, к книжному шкафу. Скинул и пролистал все книги, но не смог найти ничего похожего на «Некромекрон». Далее на чердак, он оказался прибранным, но книги обнаружить не удалось. Зато я нашел какие-то колбы с непонятными жидкостями и увидел странные и пугающие символы, на полу, стенах и потолке. Символы напоминали иероглифы и были вырезанные в дереве. Решив разобраться с этим позже, я выбежал во двор, что бы осмотреть хлев. Но и там – ничего. В сарае были только ржавые лопаты и грабли. И тогда меня осенило – склеп. Ключ легко вошел в замок и вот я уже стоял около каменой лестницы уходящей вниз. Я зажег факел и начал спускаться. Внутри склепа было холодно и сыро, по бокам свисала паутина. Наконец я сошел с последней ступеньки. Передо мной была круглая комната, посередине стоял гроб, еще один лежал в нище поодаль от первого. Скорее всего, в гробе по середине находился мой дядя и книга была закрыта в месте с ним. Меня обуял страх, но в тоже время раздирало любопытство и алчность. Я принял не легкое решение сдвинуть крышку. Открыв ее я остолбенел от ужаса. Роберт лежал вниз головой, упершись лбом в дно гроба. Похоже, что у него были скрещены руки на груди. Скорее всего книга была там под телом дяди. Через несколько минут мой шок прошел, и я начал переворачивать покойника. Поразительно, но тело хорошо сохранилось, даже запаха не было, он выглядел в точь как на картине в доме. Скорее всего, дело было в особой атмосфере пещеры, подумал я. После моих старательных и аккуратных действий дядя лежал на спине, но меня ждало разочарование – книги зажатой в руках или лежавшей рядом не было. Я закрыл мертвого дядю и уже собирался уходить из этого могильника, как вдруг мне пришла мысль, а может книга в другом гробу? Открыв его, я увидел иссохший труп жены Роберта, рядом с которым лежал «Некромекрон». Стараясь не смотреть на тело, я взял книгу в руки. На вид она была ужасна. В центре книги было изображено лицо обезображенного человека, а может морда дикого зверя. На ощупь переплет был грубый, и книга оказалась очень тяжелой. Выйдя на поверхность, закрыв склеп на ключ, я оправился в дом отдыхать. Меня утомила вся эта беготня и поиски. За ужином, выпив немного самогона, я стал изучать старую книгу. Текст был написан на каком-то древнем языке. Многое было не понято. На полях я видел отметены и заметки на разных языках, в том числе и русский, наверное их оставил не только мой дядя. Полистав странную книгу, я собрался идти спасть на второй этаж. Проходя мимо картины-портрета моего дяди, меня прошиб холодный пот. Показалось, что у Роберта, изображенного на портрете, появилась еле заметная улыбка. Клянусь Богом, что все время образ на картине был угрюм и неулыбчив. Махнул лишнего, подумал я и отправился спать. Этой ночью мне приснился дядя, он разговаривал со мной. Следующую неделю я целыми днями читал, и пытался расшифровать «Некромекрон». Особенно ту часть на которой сделал пометки мой родственник. Из всего я понял что, он изучал ритуал дающий некую силу под названием «Трансмодификация». Хотя я точно не уверен что правильно расшифровал записи в книге. Этой же ночью я слышал странные звуки на чердаке. Какой-то шорох. Только я собрался пойти проверить, как все стихло. Я еще долго не мог заснуть. В следующие несколько ночей я так же слышал странные звуки. Особого значение этому не придавал, списывал все на старый дом и полевых мышей… Шел 20 день моего пребывания в поместье. Утром я собирался поехать на базар за провиантом, отметился у проверяющего и пошел вверх по лестнице в комнату, дабы взять денег. От того что я увидел моя кровь застыла в жилах и сердце бешено заколотилось. Могу поклясться, что портрет дяди изменился. Я и раньше замечал, что с картиной что-то не так, но теперь в этом не было сомнений. У него явно прослеживались растущие черные волосы, где еще неделю назад была нарисованная лысина. Взгляд более суровый. Дряхлость уходила. Портрет как будто стал молодеть и набирать силу. Но такого не может быть! Это просто не возможно. Я срочно засобирался на базар, заодно решил поговорить с попом Иваном, который присутствовал на похоронах моего дяди. Что-то странное происходило в этом доме и это пугало. Приехав на базар и купив все необходимое, заказал доставку. Спросив у извозчика, где местная церковь я направился туда. Найдя попа Ивана и проговорив с ним около часа, шокированный вышел из церкви. Быстрым шагом направился обратно на базар, докупив все необходимое, уехал обратно в поместье. Прибыв домой я первым делом посмотрел на картину. Роберт улыбался мне. И тут я еще раз вспомнил то, что мне рассказал старый поп. Вот его слова: «После того как заподозрили моего родственника в пропаже детей и колдовстве, поп попросил помощи у старого друга, монаха из древнего монастыря, который рассказал Ивану что кровь детей 6-ти лет дает магическую силу и долголетие, проклятому колдуну. В ту ночь они приехали поговорить с Робертом. Были Иван, монах и молодой помощник Петр. Дядя встретил их великодушно, но монах внезапно произнес какие-то неведомые молитвы и показал распятие Роберту! Тот мгновенно отреагировал. Он изменился, показал свой звериный оскал и стал изрыгать проклятия и запел какие-то непонятные мантры. Петр, помощник монаха, тут же истошно закричал и убежал в лес, громко смеясь… позже его нашли полу-живого на краю села, и в последствии он умер. В туже минуту монах плеснул в лицо колдуна святую воду, Роберт отшатнулся, его лицо задымилось и покрылось волдырями. Не растерявшись им с трудом удалось скрутить моего дядю. Монах же не теряя времени, приложил крест к его лбу и зачитал неведомую никому молитву. Роберт поник, упал и перестал дышать. Но опытный монах предупредил, что это колдун не мертв. Познавший магию не может так умереть, ему требуется 33 года лежания в гробу, в перевернутом состоянии лицом вниз и со скрещенными на груди руками. Так его и похоронили.» Более я не сомневался в происходящей в доме чертовщине! Что же я наделал! Зачем перевернул тело! Поведать Ивану о своем проникновении в склеп я не решился, боясь вызвать гнев всего села. Так же поп упомянул, что у колдуна может быть артефакт, через который он смотрит на нас из мира мертвых. Я поведал о портрете, который якобы меняется. Это возможно тот самый артефакт сказал Иван. По приезду в поместье первым делом я побежал к склепу, что бы придать телу родственника его изначальное положение, но ключ не поворачивался в замке и в итоге там обломился! И вот я снова в доме. Глянув на портрет который по-прежнему улыбался мне я совершенно забыл о склепе и вспомнил, о словах Ивана, про артефакт колдуна…Мне захотелось уничтожить проклятую картину! Эх, надо было все рассказать старому попу! Страх, и не буду врать что жажда легких денег, не дала мне это сделать! Выпив грамм 300 самогона для храбрости я точно решил снять и сжечь портрет за домом. Спустившись между первым и вторым этажом я остановился возле картины, но тут неожиданно мое внимание привлек маленький столик, изображенный на ней. На столе я разглядел нарисованную книгу! Тот самый «Некромонекрон», а на ножке столика вырезаны символы, которые я встречал в книге. Тот час, я вбежал в комнату бывшей кабинетом дяди. Символы были в том же месте. Изучив столик, заметил маленький рычаг внизу возле ножки. Несколько минут я пытался его нажать. После нескольких попыток он поддался. Щелкнул замок, и крохотный проем открылся в противоположной стене. С нетерпением я зажег очередную свечу и бросился смотреть в проем, искренняя надеясь, что там спрятанное богатство моего покойного дядя. Я надеялся забрать все, что смогу унести и уехать домой из этого жуткого поместья, не дожидаясь проверяющего. Там оказалось то, что чуть не свело меня с ума!! Детские черепа и кости!! Теперь я не сомневался, все слухи и рассказы о моем дяде – правда! Он был колдун! Он специально заманил меня сюда. Но какую цель он преследует? Я немедленно кинулся к портрету, снял его и поволок во двор чтобы уничтожить, но тут произошло нечто… Изображение дяди ожило. Я запомнил руки-лапы тянувшиеся из картины к моему горлу! Они были с когтями, а лицо вурдалака с желтыми глазами и зубами-бритвами. Чуть не лишившись рассудка я дико вскрикнул, бросил портрет и побежал наверх в спальню! Заперев дверь, стал истерично думать что же делать дальше и только тогда заметил странные раны на шее! То чудовище глубоко поцарапало меня, в ту же минуту мне стало плохо и я потерял сознание. Далее я помню какие-то символы на полу (возможно чердак) портрет дяди с одной стороны, напротив зеркало и я посередине… мелодичное песнопение… где-то рядом?! Это пел я сам!