Елена Сомова
Шоколадные дети сумерек

Сомова Елена Владимировна родилась 2 августа 1966 в г. Горьком (Нижний Новгород с 1990). Окончила филфак ННГУ им. Лобачевского. Лауреат литературной премии «Российский писатель» —2023 г. в номинации Критика (статья «Читая судьбы и стихи»). Автор многих сетевых и печатных публикаций и книг поэзии и прозы. Много раз номинировалась в лит. конкурсах и завоевывала почетные места поэзией, эссе и прозой, ее произведения входили в лонг— и шорт—листы литературных премий, награждалась поездкой в Хорватию в 1997 году  за свою поэзию. ЛитРес опубликовал книгу Этюдов и философских эссе Елены Сомовой о поэзии. Живет в России, в Нижнем Новгороде.

Шоколадные дети сумерек

***

Без крови и пота

чурбашку охватывает икота,

пока весь мир спешит на работу

и мелет кофе шоколатье.

Отбитые бошки

считает мурзилка на эшафоте,

а костные крошки

хрустят под ногами, —

там—там сволоте.

22 апреля 2025 г.

Реинкарнация

Лук шибает по почкам.

крошится позвоночник.

Встретим Девятое Мая

лежа.

Полуслепая,

полуседая леди

мажет желчью медведя

выпуклые суставы —

поездные составы.

Кальций дороже жизни,

глюкозамин фашизма,

хондроитин Отчизны —

надо родиться заново,

и чтоб не страшно – парами.

Злого фашиста с фонендоскопом

Тихо описать на автостопе.

Чтоб не колол в несчастную попу —

соской большой по бакланьке —

и убежать к ваньке—встаньке!

8 мая 2025

***

Растворимые люди растворяются в кофе сумерек,

там кипят их страсти, тасуются карты банков,

гребутся проценты.

Там Россия растаскана на акценты

и баристо не Сашка, Андрей, а Ульрих.

Шоколадные дети сумерек в горячую пору жизни

постигают великую правду мира,

и гогочут забывшие эту правду в квартире,

вспоминая по сводкам ТВ о фашизме.

апрель 2025

***

Ничего не цветет и не пахнет,

если сволочи вышли на свет,

обирают, как липок, и жахнут

в день Победы, – салют, как букет.

Пропились на своих шашлычищах,

Прожрались на кострищах своих.

Мимо шастали толпища нищих

И просили кусочек у них.

Никому угощенья не дали,

Всё сожрали под выпивку, всё.

Не видать никому теперь дали,

Раз вблизи никто плач не просек.

А поэт, на их сволочесть глядя,

копит мелочи на полный рубль,

ждет надежды, как девочки Нади

в пятом классе… надежда на убыль.

Не дразните утей, пусть в обжорстве

распухают и лопаются,

Не крошите им булок. Уродство —

униженье. Пусть дохнут, кося

под приличных людей. Вывих славы

в загипсованных их матюгах.

Полюбите же душами птах,

не просящих у вас на прозренье

одинокий и сирый пятак.

май 2025 г.

***

Как всё проходит, как не все сбывается,

Что было в моде, в тлене растворяется,

Становится смешной пустоголосицей

Пустышка славы, соска, – в мусор просится,

Когда ушедшей прыти перья носятся,

И выбирает эхо, где же встретиться,

В кроватке в это время Зайка возится,

И расцветает во саду нелепица.

И своды арок овивают веточки,

Цветущие, как барельефные виньеточки,

В кувшинах млечных рек поет понятие —

Оно для пониманья озорнятины:

Фортуна цепко держится за прошлое

И навлекает в жизнь твою хорошее.

15 июня 2025 г.

***

Я помню эти брызги над рекой.

Весны от Боттичелли начертанья,

И тонкий узел сна над головой,

Слова любви, слова предначертанья.

И не сбылось вовеки ничего,

Перевернулось кверху днищем солнышко

Внутри кувшина счастья, бечевой

крест—на—крест, пусто—пусто донышко.

Так, видимо, ухаб в стране Фортун

Перевернул мечту и счастье выплеснул,

Подальше финиш перевел, – черту,

Наставил пятен там, где лучик выблеснул.

И даже розу обратил в сорняк.

А пианино – в стену. Где там клавиши?

Не доберешься. Где удар – там есть синяк.

И место боя называется ристалище.

16 июня 2025 г.

***

Я – крепость! Я – любовь!

Страдаю непрестанно.

Я принимаю боль, я капли жизни пью.

Я – в море крепость, и волнуя кровь,

Душе найду приют во мгле овеществленной

Среди кипящих волн – о как они поют!

Как плавят берег, не в меня влюбленный…

И чувство плавником коснется и умчит

вскользь по теченью, умиротворенный.

Гигантской рыбой чешуя блистает,

А сердце – обагренный динамит,

Сквозь сказку мчит и шевелит листами.

И день, и ночь со мною говорит.

19 июня 2025 г.

***

Мой оракул

устал мне говорить, что все изгажено

людьми,

кричащими об экологии, морали, таурине,

чистопитании,

и нравственно и нет

засунутой подальше (чтоб не испачкаться)

чистейшей чистоте.

Что лишь шиповник прав

в колючих доморощенных кастетах

и в рыло целящийся сборщикам с бидоном,

пакетами и ведрами хапуг

в аптекарски шикарных раскорячках,

сбирающих сбирателей лжецов

и правдолюбов с тонким бумерангом

счетов по вкладам с выкладками Маркса

и Лениным слегка поднакачавшись,

Хайдеггера осматривая в кресле,

кишку и жилу пролетариату

чрез банкомат довольно промывая

с подставленной корзинкой для яиц

и невостребованной глупенькой резинкой,

в лапту проигранной за Мерседес

из попустительства вломивших бревен

в апрельский день, до мая за неделю,

когда весь мир батрачит на него.

14 июня 2025 г.

***

Это колесо вращается, как обол,

Заработанный у духов: прыжок, полет, —

Будет, чем глаза прикрыть,

и в рот

положить,

и не широк Ахерон.

Здесь не ждут, и там не особо ждут,

Разве что за выволочкой, ведь трёп

созерцателей

дороже, чем летом дождь,

в алое полымя жара – свежести колючий еж.

Слушаю дождя вдумчивый язык, —

Шепелявый гул жизни откликается.

Стебельки дождя крошатся, – в пазы

Попадая мельнице. Мелет, словно кается.

Я нашла ее, мельницу ветров,

Бесноватых колосков укротительницу.

И стою, как жердь, слушая основ

будто бы отчет соблазнительницы:

Сколько съела, выпила, чтобы записать

Яркой акварелью мечтателей

Образов России грани, словно мать,

Защищая мир от предателей.

9 июня 2025 г.

***

Дождь, проникающий в расщелины души,

Бежит с горы, как стайка

утят, до мамы добегая, – тут и дома.

Спеши

понять родную душу, побегайка,

Пока не дорого дается слово,

Пока идет поток речей в родную душу,

питавшую тебя сердечной половинкой,

зовущую от слез подальше, от суглинка

размытой сущности любви в кровавой бойне,

науку палачей освоив

до ноты воя.

И так ли добиваются, кроваво,

и через смертный грех лучину потепленья

взыскуют, или неустанным сердцем

ткут вечность стрелами и спицами с рожденья

такого же тепла, как ты,

прошедшего, как школу, свой Освенцим

с подлогами предателей Отчизны,

часами ткущими фальшивку новой жизни,

часами ткущими фальшивку, как прикрытье

безделью, с наслажденьем растыкая

ушей ослиных кратеры,

открытья