Елена Попова
Развод в 45. Я буду счастлива. А ты?

Друг познается в беде,

а муж познается в разводе.

Глава 1

Катя

Москва

Частная детская клиника

– Ой, спасибо огромное! – улыбаюсь своему маленькому пациенту и, наклонившись, беру коробку с пряниками в виде снеговичков. – Боже, какая прелесть! Мне очень приятно.

Подхожу к столу, открываю ящик и достаю конфеты, которые сегодня дарю каждому ребенку.

– И тебя с наступающим Рождеством! – протягиваю мальчишке небольшой презент, прощаюсь с его мамой и, отодвинув рукав белого халата, смотрю на часы. – Так, следующий пациент через сорок минут. Отлично! Значит, успею пообедать.

Вхожу в кафе, расположенное в соседнем здании, делаю заказ и, переведя взгляд на окно, наслаждаюсь зимней картиной, похожей на стеклянный шар со снегом.

Зима в этом году выдалась великолепной. С неба медленно спускаются пушистые хлопья, кругом все бело, на площади виднеется большая мигающая елочка.

Красота!

Вечером приеду домой и расставлю под елкой рождественские подарки. Надеюсь, дети сегодня порадуют нас своим визитом. А то до чего уж оба занятые, слов нет! Богдана можно понять, он только устроился на новую работу и ушел в нее с головой. А вот Лера как съехала на съемную квартиру, так почти и не появляется дома.

Я все понимаю, ей двадцать три года, хочется жить отдельно, несмотря на то что у нас огромная трешка в центре Москвы и у нее есть своя комната с дорогущим ремонтом.

Но раз уж так захотелось съехать от нас с отцом, то неужели в гости хотя бы раз в неделю не приехать? Всё дела у нее…

Богдан тоже живет отдельно вместе со своей девушкой, точнее, невестой. Летом свадьбу сыграют. Ему двадцать пять. Высокий, красивый, голубоглазый. Весь в отца.

И вот он как раз-таки приезжает нас проведать стабильно два-три раза в неделю. Всегда поинтересуется, как у меня дела, как работа, как настроение.

Чувствую, скоро и внуки пойдут. А я только рада буду. Потому что с тех пор как дети от нас съехали, квартира стала похожа на опустевшее гнездо. Куда нам эти сто двадцать квадратных метров на двоих с мужем? Тем более Илья постоянно на работе.

Говорю ему: давай продадим квартиру и купим домик в коттеджном поселке. Тепличку поставим, будем свои овощи выращивать. Да и свежий воздух куда лучше пыльного города.

Он сначала согласился, даже начал подыскивать дом. А потом резко передумал.

– Квартиру продавать не будем. Она мне от родителей досталась. Такие трешки в центре столицы – на вес золота.

Говорю: давай тогда дачу купим.

– Не сейчас, Катя, – отрезал он.

Хотя не так давно сам поговаривал о том, что было бы неплохо обзавестись дачей и построить баню.

Денег на дачу у него предостаточно. Все-таки генеральный директор крупной торговой сети, но его что-то тормозит в последнее время.

– Ваш греческий салат без соуса и филе семги на пару, – доброжелательно улыбается молоденькая официантка и ставит на стол тарелки. – Кофе как обычно подать без сахара?

– Да, пожалуйста, – улыбаюсь в ответ, а у самой аж слюнки текут от одного только вида пирожных, которые крутятся в стеклянной витрине.

«Так, Катерина, держим себя в руках! – приказываю себе, с трудом отлепляю глаза от витрины и глубоко вздыхаю. – Иначе ни о каком похудении можешь даже не мечтать».

После того как у меня появились проблемы с щитовидной железой, мне назначили гормональный препарат. Обмен веществ замедлился, аппетит усилился, в организме стала задерживаться жидкость, и я начала заедать стресс «гормонами счастья».

Даже оглянуться не успела, как набрала лишние килограммы.

Теперь не могу смотреть на свое отражение в зеркале.

Мне пришлось сменить весь свой гардероб.

Еще и нутрициолог попался бестолковый. Пошла к нему по рекомендации коллеги, с перепугу выполняла все, что он мне советовал, и в итоге только усугубила ситуацию…

Дочь отправляет в спортзал, говорит, что я совсем на себя не похожа стала. А сын поддерживает.

– Мам, тебе так даже лучше, честное слово, – всякий раз, приезжая в гости, убеждает Богдан. – Вон, какая аппетитная фигура стала.

Муж молчит, но я чувствую, что он недоволен моим внешним видом. Раньше брал меня с собой на важные встречи в рестораны, на корпоративы, а теперь только и слышу одну и ту же фразу: «Там жён не будет».

Может, такому представительному мужчине попросту стыдно за такую непредставительную жену?

Да нет, я себя накручиваю. Илья любит меня любую. Мы с ним за двадцать шесть лет брака прошли огонь и воду, и уж мои лишние килограммы никак не способны повлиять на наши отношения.

Ну, глупо же разлюбить близкого человека только из-за того, что он стал шире в объемах, верно? Возможно, у молодых пар такое и случается, но не в нашем возрасте точно.

Да, поправилась, с кем не бывает. Но я же не перестала ухаживать за собой. Ни в коем случае себя не запускаю. Маникюр, педикюр, прическа, аккуратный макияж и красивая одежда всегда при мне.

После обеда возвращаюсь в клинику, переодеваюсь в халат и приглашаю следующего пациента.

– Здравствуйте! – войдя в кабинет, ослепляет улыбкой высокая и очень красивая девушка. Она как будто только что сошла с подиума. – Екатерина Андреевна, нам вас порекомендовали как очень опытного педиатра.

Она подводит ко мне мальчишку лет семи.

– А вы у нас… – смотрю в монитор на список пациентов, – Захаровы?

– Нет, мы без записи, – виновато изрекает блондинка. – Но администратор сказал, что вы примете.

Разворачиваюсь на крутящемся стуле к ребенку и улыбаюсь.

– Как тебя зовут?

– Матвей.

– Ну что, Матвей, рассказывай, что тебя беспокоит.

– Ничего… – пожимает плечами.

– У него прыщики на животе, – обеспокоенно произносит девушка и задирает ему кофту. – Посмотрите, это не ветрянка?

– Нет, точно не ветрянка, – оглядываю ребенка. – Скорее, аллергическая реакция.

– Мама же сказала, что это аллергия на сладкое, – ворчит мальчишка. – Она мне таблетку вчера давала.

Я поднимаю взгляд на девушку.

– Это не ваш сын?

– Это мой племянник. Ночевал у меня, а сегодня утром я обнаружила у него эту сыпь и подумала, что ветрянка. Так перепугалась, – выдыхает, приложив к груди руку с идеальным французским маникюром. – Я не болела в детстве этой заразой, а сейчас нахожусь на втором месяце беременности. Говорят, женщинам в положении очень опасно болеть ветрянкой.

Всем бы беременным выглядеть так как она: тонкая талия, обтянутая черной кофточкой, красивая грудь выглядывает из выреза, ноги длинные, стройные, по плечам струятся густые светлые волосы. И макияж безупречный.

– Не переживайте, – успокаиваю будущую мамочку, – это сыпь, вызванная аллергией. Наверное, за праздники съел много конфет? – подмигиваю мальчишке. Затем слушаю его, смотрю горло и выписываю антигистаминные.

Девушка кладет на мой стол телефон, прижимает к себе племянника и быстро гладит по голове.

– Прости, зайка, сама перепугалась до чертиков и тебя накрутила.

– Теперь домой меня наконец-то отвезешь? – бурчит мальчишка.

– Конечно, – смеется девушка, а я не могу отвести взгляд от ее ровных белых зубов.

Она очень красивая.

До того, как резко прибавила в весе, я могла дать фору любой молодой девчонке. Но сейчас, увы, мне остается только завидовать белой завистью таким как она.

– Ну что, скорейшего тебе выздоровления, – улыбаюсь мальчишке.

Вздрагиваю от мелодии, которая резко нарушает кабинетную тишину, и перевожу взгляд на телефон блондинки, который по-хозяйски лежит на моем столе.

С лица медленно исчезает улыбка, сердцебиение учащается.

На экране ее телефона светится фотография моего мужа и надпись «Любимый».

Глава 2

Катя

«Да ну, померещилось, наверное, – гоню от себя видение. – С какого перепугу в ее телефоне фотография моего Ильи? Переработка мне явно не идет на пользу».

Блондинка извиняется за громкую мелодию и с улыбкой подносит телефон к уху.

– Да, Илюш, – произносит имя мужа, и по моему телу проносится мощнейший разряд тока.

– ***

– А мы как раз тоже освободились.

– ***

– Ой, слава богу все обошлось. Оказалось, что у Матвейки просто аллергия. На сладкое, видимо. Сейчас отвезу его к сестре и сразу к тебе.

– ***

– Ага, хорошо, – кивает с той же счастливой улыбкой и жестом показывает мальчику в сторону двери. – Минут через тридцать-сорок встречаемся в «Камине». Если приедешь раньше, то закажи мне все как обычно.

– ***

– И я тебя целую, любимый. Пока-пока.

Мое сердце колотится как после быстрого бега, дыхание учащается. Во все глаза смотрю на блондинку и пытаюсь понять, что происходит.

Она сейчас и правда разговаривала с моим мужем?..

Нет, это точно какая-то ошибка. Не верю.

Илья не может мне изменять. Да еще и с девицей, которая раза в два младше его.

Но его фото на экране, которое, видимо, мне не померещилось, и это ласковое «Илюш» говорят об обратном…

Да еще и назначила с ним встречу в «Камине» – в кафе лучшего друга моего мужа.

От шока даже слово вымолвить не могу. Прижимаю ладонь к груди, из которой выпрыгивает сердце, и пытаюсь перевести дыхание.

– Спасибо вам еще раз, – словно отдаленно слышится ее голос. – До свидания, Екатерина Андреевна.

– Девушка, – изрекаю надломленным голосом. Она задерживается в дверном проеме и, обернувшись, вопросительно смотрит на меня. – В-вы… Вы с кем только что разговаривали?

– С женихом, – пожимает плечами и выгибает красиво-очерченную бровь. – А что, простите?

– Как фамилия вашего жениха?

– Зачем вам это? – хмурится блондинка.

– Во время звонка на экране высветилось фото…

– Девушка, вы выходите или нет? – раздается из коридора раздраженный голос. – Из-за вас наше время сдвинулось уже на десять минут! А у моего сына температура, между прочим. Екатерина Андреевна, – заглядывает в кабинет мама моего постоянного пациента. – Можно нам проходить?

Блондинка, так и не назвав фамилию, берет племянника за руку и, раскачивая бедрами, идет в сторону гардероба.

«Тут и без фамилии все ясно», – смотрю ей вслед и не верю в происходящее.

Как такое может быть?

Муж, с которым мы недавно отметили двадцать шестую годовщину свадьбы, мне изменяет?..

В пульсирующие виски словно спиралью вкручиваются слова блондинки:

«Сейчас я нахожусь на втором месяце беременности. Говорят, женщинам в положении очень опасно болеть ветрянкой».

Чувствуя острую боль в груди, болезненно поджимаю губы и стискиваю в кулак ткань медицинского халата в области сердца.

«Дыши, Катя, дыши…»

– Екатерина Андреевна, что с вами? – испуганно глядя на меня, спрашивает молодая мамочка. – Вам плохо?

– Сейчас, одну с-секунду.

Медленно выдыхаю, наливаю дрожащей рукой воды в стакан, пытаюсь привести себя в чувство, и в этот момент мальчик начинает громко кашлять.

– И вот так со вчерашнего вечера, – тревожно глядя на сына, произносит мамочка. – Послушайте его, пожалуйста. А то я места себе не нахожу. Говорят, сейчас много детей болеет пневмонией.

Я несу ответственность за жизнь моих маленьких пациентов, поэтому просто обязана прямо сейчас собраться и приступить к тщательному осмотру.

– Подходи ближе, солнце, – через силу улыбаюсь мальчишке. – Будем с тобой слушаться.

После осмотра отправляю маму с мальчиком на рентген и, пока жду заключение от коллеги, звоню мужу.

Я на девяносто девять процентов уверена в том, что эта блондинка разговаривала с именно с ним, но этот один несчастный процент все еще теплится в сердце.

Вдруг ей звонил кто-то очень похожий на моего мужа, а имя просто совпало.

И название кафе, которое принадлежит другу Ильи – тоже совпало.

Совсем случайно…

– Привет, Кать! У тебя что-то срочное? – раздается в трубке голос мужа. – У меня совещание начинается.

– Хотела узнать, во сколько сегодня дома будешь, – говорю, отрешенно глядя в окно. – Не забыл, что вечером к нам дети приедут?

– Помню, конечно. Лера мне уже звонила, просила за ней заехать.

– Ты за ней сразу после совещания?

– Да. Но это будет часа через два.

– Ладно, тогда позвоню Богдану, скажу, чтобы приезжали с Машей часам к шести.

– Ты еще на работе? – интересуется Илья.

– Да, сейчас отпущу последнего пациента и сразу домой. Как раз успею на стол накрыть и подарки расставить под елкой.

– Тогда до вечера.

– До вечера.

Ведет себя как ни в чем не бывало, но в то же время говорит, что ближайшие два часа будет на совещании, тем самым намекая, чтобы его не беспокоили.

Не в «Камине» ли с блондинкой совещаться будет?

Снова чувствую острую боль слева под ребрами.

– Господи, пусть все это будет неправдой, умоляю… – шепчу, наивно надеясь на нелепые совпадения.

Кто бы знал, как я всего этого не хочу.

Не хочу в сорок пять лет узнать о том, что муж завел молодую любовницу, которая еще и беременна от него.

Не хочу переживать предательство от любимого мужчины, с которым столько лет прожила в любви и верности.

Не хочу остаться одна…

Изучаю заключение, которое мне только что прислал рентгенолог, приглашаю в кабинет маму с мальчиком, говорю, что это не пневмония, и назначаю лечение.

– Спасибо, успокоили, – облегченно выдыхает мамочка и встает со стула. – С наступающим Рождеством вас, Екатерина Андреевна! Пусть этот светлый праздник подарит вам множество приятных эмоций. Желаю счастья, любви и семейного благополучия в наступившем году.

– Большое спасибо! – хрипло изрекаю я, а в этот момент ее пожелание «семейного благополучия» словно ножом в сердце втыкается.

Я мечтаю об этом благополучии. Хочу вместе с мужем женить сына, выдать дочь замуж, затем купить загородный дом, в котором будем собираться нашим большим семейством и наслаждаться внуками.

Но у меня дурное предчувствие…

Не знаю, что со мной будет, если выяснится, что муж мне изменяет.

Такое предательство я точно не переживу.

Проводив пациента, быстро переодеваюсь, выбегаю на улицу, сажусь в машину и еду прямиком в кафе «Камин».

Глава 3

Катя

По пути рассуждаю:

«Почему Илья мог назначить встречу именно в кафе, которое принадлежит его другу? Ему разве не стыдно появляться там с молодой особой? Ведь друг прекрасно знает, что он женатый человек, что у нас крепкая семья, дети. Хм… а ведь в ''Камине'' есть ВИП-комнаты», – вспоминаю я.

В одной из таких ВИП-комнат мы с Ильей сидели на его дне рождении прошлой зимой. Там стоял настоящий камин, символизирующий название заведения, на полу была растянута шкура белого медведя, горел приглушенный свет, играла легкая музыка, на столе горели свечи.

Помню, как мне было приятно находиться в той уютной, домашней атмосфере, где, кроме нас двоих, никого не было. Туда даже голоса посетителей из основного зала не доносились.

Муж тогда смотрел на меня как завороженный. Скользил влюбленным взглядом по моему лицу с аккуратным макияжем, по красиво уложенным волосам, по обнаженным плечам, которые перечеркивали тонкие лямки шелкового платья.

Я всегда тщательно готовилась к любому мероприятию и по несколько часов проводила в салоне красоты. Знала, что рядом с Ильей постоянно крутятся молодые сотрудницы, и не давала ему ни единого повода посмотреть в их сторону.

Могла дать фору любой из них.

Муж всегда с гордостью представлял меня своим знакомым, те обсыпали меня комплиментами и думали, что мне не больше тридцати двух, когда мне было уже за сорок.

Сейчас из-за болезни лицо отекло, волосы стали выпадать, да и одежда уже не смотрится на мне так изящно, как раньше. Приходится покупать мешковатые платья и свободные брюки.

Так может, Илье стала не нужна такая жена?

Что, если «эстет до мозга костей», который любит все изящное и красивое, нашел мне замену?

Может, он прямо сейчас сидит в той самой ВИП-комнате с блондинкой модельной внешности и точно так же ласкает ее взглядом. А друг, он же хозяин заведения, всегда прикроет, если в кафе неожиданно появится кто-то из знакомых.

– Точно, – шепчу прерывисто, – поэтому он и выбрал «Камин», а не какое-то другое кафе, куда в любой момент могут зайти наши общие знакомые и застать их вместе.

Как же я хочу ошибаться. Но тревожное чувство не покидает меня всю дорогу.

До кафе остается ехать меньше километра, и я как назло застреваю в пробке. Машины все словно замерли.

– Впереди авария, – сообщает навигатор голосом «Алисы».

Я и так вся на нервах, а тут еще и пробка длиною с Китайскую стену!

Рука непроизвольно тянется к соседнему сиденью – к коробке с пряниками, которые мне сегодня подарил пациент.

– Стоп! – приказываю себе и повторяю заветные слова: – Никаких сладостей, Катя. Я не заедаю стресс, а запиваю водичкой.

Беру с заднего сиденья бутылку с водой, делаю несколько больших глотков, прячу коробку с пряниками в пакет, чтобы глаза не видели этих снеговичков, покрытых сладкой глазурью, которая прям так и тает во рту, оставляя после себя приятное послевкусие и…

– Ладно, только один, и всё!

Ругаясь на себя, съедаю очень вкусный пряник, и едва сдерживаюсь от желания достать из коробки вон того снеговичка с синим шарфиком, который смотрит на меня своими глазами-пуговками.

Я же сама врач и прекрасно знаю, что вес растет не из-за гормональных препаратов, а из-за вот таких маленьких «радостей» в виде одного-другого пряничка, булочки, конфеток, которых особенно хочется сейчас.

Вот как можно сократить количество калорий, если пациенты то и дело приносят сладости?

Стоящие впереди машины трогаются с места, и я наконец-то приближаюсь к кафе.

Паркуюсь на стоянке, отстегиваю ремень, перевожу взгляд на вход в кафе и замираю, словно парализованная.

Наблюдаю, как Илья первым спускается по ступенькам, а затем как истинный джентльмен разворачивается и подает руку той самой блондинке.

Девица берет его за руку, аккуратно спускается на высоченных каблуках, он заботливо надевает на ее голову капюшон белой норковой шубы, и, придерживая за талию, ведет к своему джипу.

А я сижу словно пригвожденная к сиденью…

Из глаз катятся крупные слезы, внутри полное опустошение.

Даже не могу сообразить, что нужно сейчас сделать.

Пока прихожу в себя, джип мужа уже выезжает на шоссе.

Смахиваю с лица слезы и еду за ним.

Всю дорогу держусь через две-три машины от него, стараюсь не терять из виду, а саму трясет, как на электрическом стуле.

Еще до конца не могу поверить в то, что мой мир рушится, и что от нашей семейной жизни длиною в двадцать шесть лет останутся одни руины.

– Куда он сворачивает? – быстро дыша, смотрю, как его джип направляется к домам, в одном из которых живет наша дочь.

«Эта блондинка живет в Лерином районе?»

С колотящимся сердцем еду за ним.

Мне очень больно сейчас. Все внутренности пылают, словно объяты пламенем. По венам бежит раскаленная лава.

Но даже в таком состоянии унижаться и закатывать скандал я не стану. Это не в моем характере.

Выйду из машины, подойду к нему и, гордо глядя в глаза, залеплю пощечину.

Следя за его машиной, я словно на автопилоте проезжаю несколько дворов, вижу, как он поворачивает к дому Леры, и непроизвольно сбавляю скорость.

Почему он останавливается у подъезда нашей дочери?..

В следующую секунду Лерка выходит из подъезда, подбегает к его машине и как ни в чем не бывало садится на заднее сиденье.

Я не верю своим глазам.

Лера в курсе, что у отца есть любовница?..

Глава 4

Катя

Машина Ильи сдает назад, с трудом разворачивается в узком дворе и едет прямо на меня.

Чтобы он смог выехать из двора, мне нужно его пропустить, но я упрямо стою на месте. Крепко сжимаю руками руль и в упор смотрю на приближающийся джип.

Илья начинает сигналить, тем самым требуя уступить дорогу.

Издалека он видит только яркие фары моей машины, но вот-вот подъедет ближе, осветит «Тойоту», которую сам же купил мне полгода назад, посмотрит на номера и поймет, кто преградил ему путь.

Замедляет ход.

Останавливается в двух метрах от меня.

– Не ожидал меня здесь увидеть? – испепеляю взглядом его машину.

Отстегиваю ремень, набираю полные легкие воздуха, выхожу на улицу и, щурясь от света ксеноновых фар, смотрю в лобовое стекло его джипа.

Илья и блондинка, что по-хозяйски устроилась на переднем, сидят неподвижно. Я медленно направляюсь к ним.

На улице минус двадцать семь, у меня пальто нараспашку, нет шапки на голове, но я совершенно не чувствую холода – внутри продолжает все пылать, да так сильно, что аж ладони горят.

Останавливаюсь у массивного капота и несколько секунд молча смотрю в глаза предателя.

«Надо же, какая честь! Неужели соизволил выйти?», – вижу, как он отстегивает ремень.

Открывает дверь, выходит на улицу, поднимает воротник черного пальто, и, подойдя ко мне, как ни в чем не бывало спрашивает:

– Кать, ты зачем за Лерой поехала? Я же прямым текстом сказал, что заберу ее и привезу к нам.

– А я не за ней поехала, Илья, – подняв голову, пристально смотрю в глаза мужа. – За тобой. От самого «Камина» ехала.

Он сдвигает широкие седоватые брови к переносице и передергивает скулами, покрытыми серебристой щетиной.

– Что ты там делала?

– Наблюдала за твоим совещанием. Оно в ВИП-комнате проходило, я правильно понимаю?

Выглядываю из-за его плеча и киваю на блондинку.

– А что девушка так скромно сидит в машине? Сегодня у меня на приеме она была очень разговорчивой. И про жениха по имени Илья рассказала, и что поедет с ним в кафе «Камин».

Я устремляю на него ледяной взгляд и чеканю каждое слово:

– И про то, что находится на втором месяце беременности, тоже рассказала.

Илья поворачивает голову к плечу, сжимает губы и сердито смотрит на блондинку, а в эту секунду из машины выходит Лера.

– Мам, ты тут какими судьбами? – бежит ко мне. – За мной приехала что ли?

Я пристально смотрю в глаза дочери и искренне не понимаю, за что она так со мной?

Почему она, зная про измену отца, молчала?

Почему сидит с его любовницей в одной машине?

И что сейчас из себя корчит? Делает вид, что ничего не происходит?

Вздрагиваю от громкого сигнала и перевожу взгляд на иномарку, стоящую за джипом Ильи.

– Разъезжаться будете или нет?! – выкрикивает из окна мужчина.

– С тобой я позже поговорю, – обжигаю взглядом дочь, разворачиваюсь и иду к машине.

– Мам, да что случилось-то?! О чем позже поговорим? Да стой ты уже, а! – дочь, догнав меня, хватает за руку, но я тут же отдергиваю ее.

– Иди к отцу в машину, – цежу сквозь зубы. – Тебя там новая знакомая ждет.

– Ты из-за нее взъелась что ли? – смеется на всю улицу и смотрит на меня как на глупую дурочку. – Мам, это же Карина Ветлицкая. Ты что, не узнала ее? Да ее же все знают, ты чего? Ну, – с улыбкой глядя на меня, подгоняет рукой, – поняла, кто она? Модель, мам, Ветлицкая, – объясняет как полоумной. – В рекламах снимается. Еще недавно была в этих, как его там… – щелкает пальцами, – как это телешоу называется, где звезды живут на острове?

– Мне плевать, кто она, и где снималась, – отрезаю я, игнорируя раздраженную реплику мужчины, который из-за нас не может проехать. – А вот ты, смотрю, уже подружилась со звездной любовницей своего отца.

– Кать, отгони машину, – выкрикивает из окна Илья. – Давай домой приедем и обо всем спокойно поговорим. Дай людям проехать.

– Иди к отцу, – еще раз повторяю дочери.

Открываю дверь, сажусь за руль, задним ходом еду до конца дома, затем резво разворачиваюсь и выезжаю из дворов на оживленное шоссе.

Всю дорогу меня лихорадит. Места себе не нахожу.

Вспоминаю, с каким восторгом Лера расхваливала эту модель и болезненно поджимаю губы.

– Да как у тебя язык повернулся, дочь?! – отчаянно кричу от обиды, которая разрывает душу на части.

Подбородок дрожит, сердце кровью обливается, из-за слез почти не вижу дорогу.

– Она же модель, мам, Карина Ветлицкая! – остановившись на светофоре, всхлипываю я, и развожу руками. – Ну, раз модель, то это меняет дело, конечно, – горько усмехаюсь. – С моделью папе изменять можно. К тому же мама совсем на себя не похожа стала, – вспоминаю слова, которыми дочь мне душу травила последние несколько месяцев. Уж кто-кто, а Лера никогда не забывала напомнить мне о лишних килограммах.

Видимо, вокруг нее все должно быть идеальным, как и вокруг Ильи.

Из размышлений меня выводит звонок от сына.

– Мам, а вы где все? Мы с Машей приехали, а дома нас только Буся встречает.

Буся, это наш Йоркширский терьер.

– Еду, родной. Минут через пять-семь буду дома. Вы пока раздевайтесь и…

– Мам, ты в порядке? – оборвав на полуслове, спрашивает сын. – Мне что-то твой голос совсем не нравится.

У меня комок в горле стоит.

Даже не знаю, как рассказать ему обо всем.

Они с Машей приехали к нам отмечать светлый праздник Рождество, а тут такое…

– Ставь чайник, сынок, – через силу улыбаюсь. – Я скоро буду.

Сама не знаю, как мне удается в таком состоянии добраться до дома.

Паркуюсь во дворе, открываю козырек с зеркальцем, вытираю с лица черные подтеки от туши, и выхожу из машины.

Поднимаюсь в лифте, нервно дергая ногой и перебирая ремешок сумки. Вставляю ключ в замочную скважину, связка со звоном падает, я ее поднимаю, снова вставляю ключ.

«Да что меня так трясет-то всю?!»

Открываю дверь и вижу перед собой счастливые лица Богдана и его невесты.

– С Наступающи-и-и-м! – взрывают праздничную хлопушку.

Стою под падающими на меня конфетти и смотрю на них мокрыми глазами.

– Ма-а-м, – меняется в лице Богдан. – Что случилось?

За спиной раздается голос мужа, от которого по моему телу проносится леденящий холод.

– У мамы голова разболелась, – Илья кладет на мое плечо ладонь, которая весит целую тонну, и заглядывает в лицо. – Правда, Катюш?

Глава 5

Катя

– Екатерина Андреевна, может, таблетку? – обеспокоенно глядя на меня, спрашивает невеста Богдана.

– Подожди, Маш. – Богдан обнимает ее за талию и прижимает к себе. – Давай мы сначала вручим наш подарок. Уверен, что она сразу забудет о своей головной боли.

Сын помогает мне снять пальто, усыпанное конфетти, я наклоняюсь и непослушными пальцами расстегиваю молнию на сапогах.

Меня всю трясет от одного только присутствия Ильи, который делает вид, что ничего не происходит.

Он молча раздевается, жмет руку сыну, обнимает Машу, спрашивает, как у них дела.

– Всем привет! – входит в квартиру Лера.

Дочь отправляет в шкаф шубу, которую ей недавно купил отец, подходит ко мне и шепчет на ухо:

– Мам, ну ты даешь! Закатила отцу скандал на ровном месте. Я тебя вообще не узнаю.

– На ровном месте? – смотрю на нее во все глаза.

– Привет, систер! – Богдан обнимает Леру и кивает в сторону гостиной. – Давайте-давайте, проходим, не стесняемся.

В шокированном состоянии иду в комнату и по просьбе сына подхожу к елке.

У меня язык горит от дикого желания высказать все прямо здесь и сейчас.

Да разве мне до сюрпризов?!

Мне муж изменил спустя двадцать шесть лет брака, а дочь обо всем знала и молчала!

Втягиваю носом воздух и медленно выдыхаю.

«Спокойно, Катя, – перевожу взгляд на счастливое лицо сына, – Богдану не терпится сделать сюрприз. Хорошо, пусть делает. А я как раз приду в себя и настроюсь на разговор с мужем и дочкой. А не то сейчас моя голова похожа на гудящий улей».

В таком состоянии я даже одно предложение сформулировать не смогу, а вопросов у меня очень и очень много.

«Почему он изменил мне?»

«Как долго он с ней?»

«Что ему не хватало во мне?»

«Как он вообще посмел притащить любовницу в кафе друга, который прекрасно знает и меня, и наших детей?!»

«А Лера… Да как у нее хватило ума подружиться с любовницей отца? Еще и расхваливала ее так, словно она само божество. Мне расхваливала, мне, родной матери! Ей плевать на то, что эта девица разрушила нашу семью? Еще и обвиняет меня, нахалка».

В виски вкручивается имя «Карина Ветлицкая», и я только сейчас понимаю, что мне вовсе не послышалось, когда это имя произнес Илья.

Вспоминаю, как мы с ним недавно ехали в машине.

– Карин, на заднем сиденье лежит бутылка с водой. Подай, пожалуйста, – сказал он, после чего я уставилась на него округлившимися глазами.

– Как ты меня назвал?..

– В смысле? – нахмурился он.

– Ты назвал меня Кариной?

– Какой еще Кариной? Я сказал Катерина, а не Карина.

Я тогда и правда подумала, что мне просто послышалось, а теперь понимаю, что со слухом у меня все в порядке.

– Ма-а-м, – машет перед лицом Богдан, – ты с нами?

– Угу.

– Тогда почему не присоединяешься к поиску?

– К поиску? – понимаю, что что-то пропустила. – К какому?

– Подарка, мам! – разводит руками сын. – Давай-давай, помогай отцу с Лерой. Кто первым найдет?

Вижу, как Илья с Лерой медленно ходят вокруг елки, осторожно раздвигают ветки, и заглядывают под каждую.

– Я нашла какой-то конверт, – восклицает дочь, берет его с ветки и распечатывает. – Так-так-так, и что это у нас здесь?

Богдан и Маша замерли, глядя на нас искрящимися глазами.

– Не может быть! – взвизгивает от радости Лера и показывает нам черно-белый снимок. – У меня скоро будет племянник или племянница? Серьезно?

– Да, – подпрыгивает на месте Маша. – Мы только сегодня об этом узнали.

Илья берет у Леры снимок и вскидывает брови.

– Получается, я скоро стану дедом?

«И дедом, и отцом своего новорожденного ребенка», – едва не срывается с моего языка, но я держусь из последних сил.

Глава 6

Катя

Больше всего мне не хочется испортить настроение Богдану и беременной Маше.

Ребята такие счастливые стоят перед нами. Целуются, обнимаются. Разве можно в такой радостный момент взять и сообщить о том, что отец нашел мне замену и наша семья вот-вот распадется?

Эта новость будет подобна ложке дегтя в бочке с медом.

Я не могу так поступить с ними.

Беру у Ильи снимок, смотрю на маленькую горошинку, а слезы так и льются рекой.

В голове пролетают картинки с моими мечтами о том, как мы с Ильей будем нянчиться с внуками.

Понимаю, что этого уже точно не будет, и чувствую, как все внутренности завязываются в тугие узлы.

Это наш будущий внук или внучка. Долгожданный малыш, которого я уже люблю всем сердцем, но… нянчиться с ним буду одна.

Потому что у моего мужа внезапно поменялись планы на будущее.

– Мам, ну ты чего? – обняв меня, смеется Богдан. – Растрогалась из-за нашего сюрприза?

– Еще как, – всхлипываю я и про себя добавляю:

«Господи, спасибо тебе за этот лучик света».

Одна мысль о том, что я скоро стану бабушкой, согревает мою раненую душу.

Пока Лера обнимается с братом и его невестой, Илья наклоняется ко мне и шепчет:

– Давай не будем портить им праздник. Они только сегодня узнали, что станут родителями. Поговорим обо всем позже.

– Давайте перекусим? – потирая ладони, предлагает Богдан. – Мам, идем, я помогу тебе накрыть на стол.

Через десять минут садимся за стол.

– Сначала мы хотели перенести свадьбу на февраль или март, – тараторит Маша, – но потом решили, что все оставим как есть. Подумаешь, буду на собственной свадьбе с большим животом, – отмахивается она.

– К тому же родителям Маши не перенести отпуск, они смогут прилететь в Москву только в конце лета, – продолжает Богдан. – Так что все оставляем как есть.

«У Маши четыре недели беременности, – пристально смотрю на Илью, который дергает под столом ногой так, что скатерть подпрыгивает. – Срок почти такой же, как у твоей модели…»

Я знаю, почему он попросил меня не рассказывать Богдану про любовницу. Прекрасно понимает, что сын тут же вычеркнет его из своей жизни.

Откладывает этот момент?

Хорошо. Сегодня я не стану портить праздник своему сыну. Но завтра он узнает о предательстве отца и о том, что я подаю на развод.

– Мам, ты же вроде хотела нам вручить подарки, – напоминает Богдан.

– Точно, – натянуто улыбаюсь я и выхожу из-за стола. – Одну секунду.

Иду в гостиную, достаю из комода рождественские подарки, которые так и не успела поставить под елку, и вздрагиваю от голоса Леры.

– Так и будешь игнорировать меня? Что я тебе сделала, понять не могу? Весь вечер смотришь на меня как на врага.

Я ставлю коробки на комод, разворачиваюсь и сверлю ее взглядом.

– А как я должна смотреть на дочь, которая общается с любовницей отца?

– С кем? – прыскает со смеху. – Мам, какая еще любовница? Они просто работают вместе. Карина скоро станет амбассадором папиной компании, ты разве не знала? Будет продвигать его торговые центры в своем блоге, ее лицо появится на рекламных стендах. Ты радоваться должна, что известная модель согласилась стать…

– Она от него беременна! – перебиваю я.

– В к-каком смысле?.. – удивленно моргает Лера. – Мам, ты шутишь?

– Мне не до шуток, Лер. У них роман. Скажи честно, ты знала об этом?

– Нет… – в шоке протягивает дочь и, с тревогой глядя в глаза, берет меня за руку. – Мамочка, я честно ничего не знала. Клянусь. Я думала, что они просто по работе общаются. Ездят на съемки, все дела. Даже подумать не могла, что между ними что-то есть.

Словно камень с души падает от мысли, что дочь меня не предавала.

– Прости, – обнимаю Леру. – Я подумала, что ты знала про их отношения.

– Мам, – всхлипывает она, – ну разве я смогла бы так поступить с тобой? А он… Чем он вообще думает? Я сейчас ему такое устрою!

– Давай не при Богдане и Маше, – прошу ее. – Ты знаешь, что начнется, как только твой брат об этом узнает. Как бы не полез на отца с кулаками.

– Ты права, – прерывисто вздыхает Лера. – Да и Маше нельзя нервничать.

– Мам, ты куда пропала? – выкрикивает с кухни Богдан.

– Иди, я присоединюсь через минуту, – шепчет дочь, выпуская меня из объятий. – Мне нужно отойти от этой новости.

Я беру две коробки для Богдана и Маши, иду с ними на кухню, затем возвращаюсь в гостиную за подарком для Леры и невольно становлюсь свидетелем ее телефонного разговора.

– Алло?

– ***

– Да, это я.

– ***

– Из какого агентства?

– ***

– Но я еще не отправляла свое портфолио.

– ***

– Карина Ветлицкая отправила?

– ***

– Да, я хотела попробовать, но…

– ***

– Нет-нет, я не отказываюсь. Скажите, куда и когда нужно приехать.

– ***

– Хорошо, завтра в двенадцать буду у вас. Большое спасибо вам за такую возможность. Я правда безумно рада.

Скидывает звонок, с улыбкой разворачивается и, глядя на меня, медленно опускает руку с телефоном.

– Мам, – с ее лица резко исчезает улыбка. – Это ничего не означает, просто я…

– Просто ты решила пробиться в модельный бизнес с помощью беременной любовницы своего отца, – изрекаю ледяным тоном и перевожу взгляд на подошедшего ко мне Богдана.

– Что ты сейчас сказала? – сжимает он кулаки и передергивает острыми скулами.

Глава 7

Илья

– …Вот и получается, что после свадьбы родится малыш, на улице как раз будет еще тепло, так что будем гулять с колясочкой, – сидя за столом, мечтательно улыбается невеста сына, рассказывая мне о своих планах, пока Катя с детьми застряли в гостиной.

Примерно то же самое я недавно услышал из уст Карины, когда она сообщила мне о своей беременности.

Честно сказать, я был в полном шоке от этой новости.

Предохранялись же.

А тут на тебе – залетела.

Нет, я понимаю в полтинник стать дедом, это нормально, но стать отцом…

Я не был готов к такому повороту событий, даже несмотря на сильные чувства, которые испытываю к Карине.

Эта девушка снесла мне крышу одним своим появлением в моем офисе.

Когда менеджер прислал мне анкеты всех кандидаток на роль амбассадора компании, мне не понравилась ни одна из них.

Нужна была яркая, красивая и желательно известная личность, у которой раскручены аккаунты в соцсетях, и имеется дохреллион активных подписчиков.

Только такая должна была стать официальным представителем моей сети. Все-таки мои торговые центры одни из самых популярных в России, и я не желал видеть на рекламных щитах и в рекламных роликах не пойми кого.

И тут мой партнер предложил пригласить на роль амбассадора некую модель Карину Ветлицкую.

Сказать по правде, я модельным бизнесом никогда не интересовался, поэтому ее имя мне ни о чем не говорило. Глянул ее фотографии в интернете, изучил ее соцсети, блог о правильном питании, который она успешно ведет, и понял, что эта девушка мне вполне подходит.

Мои сотрудники связались с ней, обсудили детали, она приехала заключать контракт, я впервые увидел ее вживую и с того момента моя жизнь разделилась на «до» и «после».

Высокая, стройная, ноги от ушей, обалденная грудь выглядывала из выреза.

Она заговорила со мной бархатным голосом, и я в миг забыл все вопросы, которые должен был задать ей перед подписанием контракта.

Я сам лично сопровождал ее на фотосессии для рекламы, иногда мы вместе обедали, и раз за разом, общаясь с ней, я понимал, что хочу видеть ее как можно чаще.

Эта девушка поселилась в моей голове.

Постоянно думал о ней, ждал следующей встречи – впервые за долгие годы испытал нечто подобное.

Меня тянуло к ней словно магнитом, и я ничего не мог с этим поделать.

В итоге после съемок рекламного ролика я предложил ей вместе поужинать в кафе моего друга, и она с радостью согласилась.

Мне, конечно, пришлось объяснить Вите, владельцу кафе «Камин», что я пришел с красивой блондинкой вовсе не на деловую встречу, а на свидание, и попросить его выделить нам ВИП-комнату, чтобы скрыться там от любопытных глаз.

Знал, что друг все поймет. Он сам на протяжении нескольких лет встречается с любовницей в отелях, в то время как дома его ждет жена.

Всегда поражался: и зачем ему любовница при такой прекрасной жене? Его Юля ровесница моей Кати, отлично выглядит в свои сорок пять. Чего ему не хватает?

А после того, как я познакомился с Кариной, то тут же и вспомнил фразу друга: «Когда всю жизнь ешь одни яблоки, то рано или поздно захочется попробовать сочный персик».

Вот и я попробовал.

После чего на яблоки стал смотреть с равнодушием.

На одну чашу весов поставил тихую, беззаботную жизнь с женой в окружении взрослых детей и внуков. Стало сразу попахивать старостью и унылыми посиделками на диване перед телевизором.

А на другую чашу весов поставил Карину. Представил, что меня ждет с ней, и понял, что все самое интересное у меня только впереди.

Состариться дома у камина никогда не поздно. А пока что мне хочется дышать полной грудью и наслаждаться жизнью.

После нашего первого ужина в «Камине» я повез Карину домой, остановил машину у ее подъезда, и мы оба поняли, что не хотим расставаться.

Несколько минут целовались в машине, затем поднялись в ее квартиру, где в итоге провели ночь, которая на всю жизнь останется в моей памяти.

Оказывается, мой организм все еще способен «работать» на полную мощь и дарить удовольствие молодой девушке вплоть до рассвета.

Карина была очень нежна в постели, шептала мне ласковые слова своим мягким, бархатным голосом, а я не мог отвести взгляда от ее роскошной фигуры и красивого лица с безупречными тонкими чертами.

В тот момент я не думал о Кате, не думал о том, что будет после моей измены. Был словно под гипнозом, и желал только одну единственную девушку, которая околдовала меня своей красотой, харизмой и обаянием.

В то время, когда Катя, борясь с лишним весом, ходила унылая и с каждым днем теряла интерес к жизни, я был словно окрыленный благодаря девушке, из-за которой не мог спать, не мог есть и нормально работать.

Чувства к Карине били во мне ключом.

Я врал жене, что задерживаюсь на совещании, а сам проводил время с Кариной. Мы встречались то у нее дома, то в «Камине», где нам в любой момент могли предоставить ВИП-комнату.

Я отчетливо понимал, что эти отношения приведут к распаду моей семьи и был готов к этому. Это не временное увлечение, а любовь и безумная страсть к девушке, от которой у меня сносит крышу.

С ней я словно начал заново жить.

Вот только новорожденный ребенок никак не входил в мои планы. Я думал, что мы будем путешествовать по всему миру и наслаждаться друг другом, но случилось то, что случилось.

Как только Карина сообщила о том, что ждет от меня ребенка, я принял решение поговорить с Катей.

Ждал, когда закончатся праздники.

Но сегодня она сама обо всем узнала…

И какого черта Карину понесло на прием именно к ней?

Ладно, она же понятия не имела, что это моя жена. Сама переживает теперь, места себе не находит.

После того, как Катя выехала из Лериного двора, я припарковал тачку у ближайшего торгового центра и вызвал Карине такси. Обещал, что, после того, как заберу дочь, подброшу ее до дома, но обстоятельства резко изменились с появлением Кати.

Мне нужно было как можно скорее попасть домой и объясниться перед ней.

Пока ждали такси, Карина молчала. Понятное дело – Лера была рядом. Но когда я пошел провожать ее до такси, она едва не расплакалась.

– Илюш, я понимаю, что очень сильно подставила тебя. Да если б я только знала, что твоя жена работает в той клинике, то ни за что бы не повезла туда племянника.

Я и сам не хотел, чтобы Катя узнала о Карине таким образом. Для жены эта новость стала настоящим ударом.

Видел, как ее трясло, когда мы стояли у машин, и сейчас она не находит себе места.

Обязательно поговорю с ней, как только дети уедут домой.

Думаю, Лера меня поймет.

Она – папина дочка. Балую ее всю жизнь, ни в чем ей не отказываю, все ее хотелки исполняю. А как только она узнала, кто будет амбассадором моей компании, завизжала от радости.

– Пап, она очень-очень крутая. Она же настоящая звезда, офигеть просто! А можешь меня с ней познакомить?

Вот и организовал ей встречу с Кариной несколько недель назад. Помню, сидел тогда в кафе и целый час слушал эти их тра-ля-ля про модельные агентства, фотосессии и прочую белиберду о мире моды и красоты.

В общем, девочки нашли друг друга.

Не так давно приехал за Лерой в университет, она с сияющим лицом прыгнула в мою машину и затараторила скороговоркой.

– Пап, представляешь, Карина поможет мне сделать портфолио модели, а потом познакомит меня с нужными людьми, которым это портфолио, как она сказала, обязательно понравится, – запрыгала на сиденье, затем растянула губы до самых ушей и приложила руку к груди. – О май гад, я сейчас в обморок упаду! Неужели моя мечта стать моделью сбудется? Ну-ка скажи, – прищурилась она, – ты уже представил меня на обложке модного женского журнала? Представил, да?

Я знал, что Лера давно мечтала построить карьеру модели, но мы с Катей были против. Одинаково считали, что с такой карьерой далеко не уедешь, и отправили ее учиться в медицинский.

Хотели, чтобы она пошла по стопам матери и стала педиатром, но после знакомства с Кариной я изменил свое мнение о модельном бизнесе.

Хотя, не сказать, что прям изменил. Скорее, таким образом я решил сблизить дочь со своей новой девушкой.

– Ты только маме не говори, что я собираюсь делать портфолио и все такое, – попросила тогда в машине Лера. – Ты же знаешь, что она будет против. Начнет твердить о том, что я должна быть внимательна к учебе, что мне нельзя отвлекаться, пропускать пары. Потом, когда уже все точно будет ясно, тогда я сама ей скажу, ок?

На этом мы и договорились.

Лера пока не знает о наших любовных отношениях с Кариной. Думает, что я просто с ней работаю.

Ей, конечно, будет обидно за мать, но это пройдет. Тем более вскоре она с головой уйдет в модельный бизнес и забудет обо всем на свете.

А вот разговор с сыном, чувствую, будет весьма непростым.

Богдан бережет здоровье матери, никому не дает ее в обиду и не позволяет повышать на нее голос.

Один раз мы с Катей поругались при нем, так – чисто банальная бытовая ссора, на которую Богдан очень остро отреагировал и буквально потребовал, чтобы я извинился перед матерью.

И только одному богу известно, что будет, когда он узнает, что я от нее ухожу.

– Давай выйдем на улицу, поговорим, – внезапно вырастает он на пороге кухни. – Давай-давай, вставай! – подойдя ко мне, грубо толкает в плечо и, испепеляя взглядом, сжимает губы. – Не заставляй меня применять силу.

Глава 8

Илья

Богдан первым вылетает из подъезда, разворачивается и, гневно глядя на меня, цедит сквозь зубы:

– Кто она?

Впервые вижу своего сына таким разъяренным. Кулаки превратились в две кувалды, лицо багровое от злости, вены на шее вздуты, грудь взымается.

– Давай для начала ты успокоишься, и я…

– Не надо разговаривать со мной как с ребенком! – повышает голос, и, пристально глядя в глаза, подходит ближе.

Сын, который ростом метр девяносто и в плечах шире меня, стоит передо мной как боец перед соперником и, стиснув челюсти, всем своим видом показывает, что в любую секунду готов закрыть мне рот кулаком.

– Еще раз спрашиваю, на кого ты променял мать?

– Богдан… – набираю полную грудь воздуха, медленно выдыхаю и выставляю перед ним ладони в примирительном жесте, – хорошо, давай поговорим как два взрослых человека. Я встретил женщину, – признаюсь, замечая, как на скулах сына желваки ходят ходуном. – И полюбил ее. Она от меня беременна.

Богдан поднимает голову, смотрит в небо и, крепче сжимая кулаки, протягивает:

– Сука… За что ты так с матерью, а?..

– Богдан, я…

– Она тебя всю жизнь боготворила! – трясется от злости. – Она любила тебя и больного, и без денег, и когда ты был на мели! Вспомни, что с ней творилось, когда ты лежал с ковидом на ИВЛ. Каждое утро бегала в церковь, молилась за тебя, обрывала телефон твоего лечащего врача. ОНА МЕСТА СЕБЕ НЕ НАХОДИЛА, МАТЬ ТВОЮ! – кричит в лицо и, переведя дыхание, хрипло добавляет: – Я ни разу в жизни не видел, чтобы кто-то так же сильно любил, как мать любила тебя.

– Я знаю, Богдан. Я тоже ее…

– Ты ее предал! Ты променял ее на молодую шалаву. И Лерку, как я понимаю, успел с ней познакомить. Кто она там, известная модель? – усмехнувшись, сплевывает на землю и, нагло глядя на меня, поднимает голову. – Захотелось развлечься с молодой девкой? Решил папашей стать перед выходом на пенсию? Тогда давай, собирай манатки и вали к ней. Сегодня же. А если хоть одно обидное слово скажешь матери, если она прольет из-за тебя хоть одну слезу…

Сын приближается к моему лицу и злобно рычит:

– Убью!

Прижимает ключ к домофону, рывком открывает дверь, входит в подъезд, а я остаюсь на улице.

Я понимал, что уход из семьи будет сложным, но не думал, что настолько.

Сын уже возненавидел меня, а с Катей и дочерью мне еще только предстоит поговорить.

– Спасибо за праздник, пап! – вылетев из подъезда, пыхтит Лера, и торопливо застегивает белую норковую шубу. – Вот уж никак не думала, что Ветлицкая твоя любовница. Я как дура сидела с вами в кафе, – усмехается она, – болтала с ней по телефону как с подружкой, – возмущенно всплескивает руками и таращит на меня округлившиеся глаза. – А она, оказывается, тебе вовсе не напарница! Зашибись, пап! Я всегда думала, что у нас с тобой доверительные отношения, а ты взял и…

Она поджимает губы и отчаянно всхлипывает.

– Теперь мама из-за тебя считает меня предательницей. Короче, я домой поехала, – вытирает слезы. – Отметили Рождество в кругу семьи, ничего не скажешь…

– Лер! – выкрикиваю ей в спину, но она, не оборачиваясь, бежит к такси.

– Извините, не откроете дверь? – отвлекает меня курьер с большой сумкой.

Прижимаю ключ к домофону, открываю ему дверь, но сам не тороплюсь подняться домой.

Знаю: сейчас предстоит тяжелый разговор с Катей. Нужно настроиться.

Да еще и Богдан там с беременной Машей…

Глава 9

Катя

– …А если он попросит тебя освободить его квартиру? – кипит в ярости сын. – Не зря он в последнее время отказывался ее продавать.

– Да ну, перестань, – нервно усмехаюсь я и наливаю Маше чай. – Он так не поступит. Это надо, чтобы у человека совсем головы на плечах не было.

– А у него она есть?! Он сейчас вообще не башкой думает, а другим местом, это очевидно, мам. Короче, – впечатывает ладони в стол и чеканит каждое слово: – Пусть только попробует заикнуться о том, чтобы ты освободила квартиру, и я места живого от него не оставлю.

– Машенька, можешь принести из гостиной мой телефон? – прошу я.

Как только Маша выходит из кухни, я шепчу сыну:

– Я понимаю, что ты сейчас весь на нервах, но Маша ничего этого слышать не должна. Она в положении, Богдан. Не нужно втягивать ее в наши семейные проблемы.

– Прости, просто вся эта ситуация для меня как гром среди ясного неба, – сокрушенно вздыхает. – Я был готов убить его, мам. Да как он только посмел так обойтись с…

– Держите, – Маша подает мне мобильник и в эту секунду кто-то стучит в дверь.

– Ты кого-то ждешь? – хмурится Богдан.

– Нет… – заторможено отвечаю я, понимая, что у Ильи есть ключи, и он сам может открыть дверь.

Богдан выходит в коридор и через пару секунд выкрикивает:

– Мам, ты заказывала роллы?

– Ой, – хлопаю себя по лбу и спешу к нему. – Точно же! Совсем забыла про них.

Еще сегодня утром на работе я заказала доставку на семь вечера. Илья и дети любят японскую кухню, вот и решила их порадовать.

Только они теперь совершенно ни к месту…

– Маш, ты пока чай пей, – ставя на стол пакет с роллами, говорит Богдан, и берет меня за руку. – А мы с мамой на пару минут в гостиную.

Он закрывает дверь в комнату, кладет ладони на мои плечи и пристально смотрит в глаза.

– Мам, поехали к нам. Давай хотя бы пару дней у нас побудешь. Я ведь знаю, что ты будешь сидеть тут и нервничать. Сейчас отец придет, будет рассказывать тебе, почему от тебя уходит и все такое. Я не хочу, чтобы ты изводила себя.

– Сынок, – глубоко вздыхаю, кладу руку на свое плечо и сжимаю его ладонь. – У нас все равно должен состояться разговор. Его не избежать. И чем раньше он состоится, тем проще для меня. Не переживай, я справлюсь, – пытаюсь улыбнуться, но губы предательски дрожат, а глаза наполняются слезами. – Ты лучше побереги здоровье беременной невесты, ладно? Мы все переживем, сын. Все будет хорошо, – обнимаю его, встав на цыпочки.

– Скажи мне честно, Лерка повелась на модельную карьеру? Только не защищай ее. Она уже не маленькая.

– Не знаю, – снова вздыхаю я. – Говорит, что про их любовь сегодня впервые услышала. Сначала разозлилась на отца, а когда ей позвонили из какого-то агентства, то сразу вся злость куда-то исчезла. Думаю, эта Карина помогает ей пробиться в модельный бизнес, вот и мечется между мной и своей мечтой стать моделью.

– Пусть станет моделью, мам, – снова пристально смотрит на меня сын. – И до конца своей жизни помнит, как переступила через собственную мать.

– Мы с ней позже еще раз поговорим. Ты ж знаешь Лерку, она сначала наделает глупостей, а потом жалеет. Лишь бы учебу не бросила, глупая. Через год университет должна окончить, а тут какая-то девица решила запудрить ей мозги модельной карьерой.

– Своя голова есть на плечах! – рявкает сын. – Если будет общаться с отцовской любовницей, я перестану считать ее сестрой.

Больше всего на свете я не люблю, когда мои дети ругаются. С самого детства твердила им, что они должны стоять горой друг за друга. Богдана учила, чтобы всегда поддерживал и защищал младшую сестру, а Леру – чтобы ее брат в любой момент мог обратиться к ней за помощью или советом.

Я знаю семьи, в которых брат и сестра становились врагами во время дележки наследства, или их вторые половинки настраивали против семьи. Поэтому не переставала говорить детям, что они друг для друга самые близкие люди, и что ни друзья, ни подружки, не способны заменить родную сестру или брата.

И мне так больно сейчас слышать из уст сына, что он перестанет считать Леру сестрой…

Я его прекрасно сейчас понимаю. У самой сердце кровью обливается из-за ее поступка.

Да другая бы на ее месте взяла и послала это агентство к чертям собачьим, обняла бы мать и сказала, что ни на кого ее не променяет.

А она в улыбке расцвела, когда ей позвонили… И сразу забыла о том, что у отца есть беременная любовница.

– Богдан, вези Машу домой, – натянуто улыбаюсь сыну.

Он подходит к окну, отодвигает штору и набирает полную грудь воздуха.

– Машина отца во дворе. Значит, он на улице стоит. Ждет, когда мы уедем, и только тогда поднимется с тобой поговорить.

Я с трудом уговариваю его поехать домой, затем убираю со стола чашки, а сама места себе не нахожу от предстоящего разговора с мужем.

Видеть его не могу.

Беру со стола телефон, на который только что пришло сообщение, смотрю на экран и, в шоке округлив глаза, прижимаю дрожащую ладонь ко рту.

– Сволочь… – шепчу прерывисто. – Какая же он сволочь…

Глава 10

Катя

Смахиваю с лица злые слезы и еще раз, только уже внимательно, читаю сообщение, которое мне только что прислала мама моего постоянного пациента.

«Екатерина Андреевна, добрый вечер! Сразу прошу меня извинить за это сообщение и за то, что лезу не в свое дело, но считаю нужным сообщить вам об этом. Помните, мы с вами как-то встретились в кафе Камин, где я работаю…»

Медленно втягиваю носом воздух и вспоминаю, как мы с Ильей отмечали в «Камине» его день рождения, а эта молодая мамочка сама лично принесла мужу пирожное с горящей свечей, поздравила и сказала, что это презент имениннику от заведения.

Мы обменялись с ней улыбками, тем самым давая понять, что узнали друг друга, а потом, когда я пошла в туалет, она подошла ко мне и с неловким видом спросила про одно лекарство от кашля, которое она начала давать сыну.

– Если кашель сухой, то да, можно, но лучше придите ко мне на прием, я его послушаю, – посоветовала я.

– Еще раз извините, что отвлекла вас от праздника. Спасибо огромное!

– Не переживайте, – я дотронулась до ее плеча и улыбнулась. – Если вдруг возникнут вопросы, то смело пишите мне. Я всегда на связи.

Дала ей свой номер телефона, после чего она стала писать мне по любому поводу. Есть такие мамочки, которые паникуют из-за каждого прыщика, и вот она как раз одна из них.

Вся наша переписка выше про лекарства, про ингаляции, там много моих рекомендаций, а тут – на тебе…

Ужас какой.

Илья опозорил меня по полной программе.

Я и так на грани. Нервы натянуты как тетива. А после этого сообщения внутри как будто сердце взрывается.

«…Теперь я часто вижу вашего мужа в кафе с Кариной Ветлицкой, – читаю сообщение дальше. – Они обычно сидят в ВИП-комнате. Я не стала вам раньше писать, так как не знала, что вашего мужа может связывать с известной моделью. Предполагала, что они обсуждают рабочие дела, хотя сразу скажу, что ВИП-комната меня насторожила. А теперь, когда четко понимаю, что они встречаются за вашей спиной, пишу вам об этом. Ниже прикрепляю видео, которое мне сегодня удалось заснять тайком. Екатерина Андреевна, еще раз простите за то, что сую нос не в свое дело, но и молчать я тоже не могу, т.к вы очень много хорошего сделали для моего сына. Надеюсь, что я помогла вам открыть глаза на правду, а если я что-то не так поняла, то еще раз простите».

Сглатываю ком в горле, прижимаю трясущийся палец к экрану, и, включив запись, наблюдаю, как Илья, сидя за столиком на диване, по-хозяйски прижимает к себе блондинку.

Он заботливо убирает за ее плечо длинные светлые волосы, что-то говорит на ухо, после чего она начинает кокетливо смеяться. Затем он проводит тыльной стороной ладони по ее лицу, наклоняется, закрывает глаза и целует в губы.

Все мои внутренности превращаются в лед, горло сжимает невидимая рука, но я сквозь предательские слезы, которые так и катятся из глаз, продолжаю смотреть на экран.

Они не могут оторваться друг от друга. Илья покрывает поцелуями ее шею, затем берет за руку, подносит ее к губам и нежно целует тонкие пальцы.

Один за другим…

Медленно, чувственно.

Как будто прекраснее этой женской руки он никогда в жизни не видел.

– А-а-а… – на выдохе вырывается из моего рта прерывистый звук.

Отрываю бумажные полотенца, высмаркиваюсь, чтобы нос мог дышать, снова смахиваю с лица дурацкие слезы и, впившись взглядом в экран, наблюдаю за тем, как Илья кормит ее роллами.

Подносит ко рту кусочек, как будто она маленькая девочка, а та, глядя ему в глаза, берет его губами. Он вытирает ее рот большим пальцем, затем снова целует.

Он дарил мне много любви и нежности, но никогда в жизни не вел себя со мной так как с ней.

Не узнаю человека, с которым прожила в браке двадцать шесть лет…

Наблюдать, как теперь она уже кормит его роллами, при этом закусывает нижнюю губу и страстно смотрит на него, я уже не могу.

Читаю сообщение под видео.

«Екатерина Андреевна, только прошу вас не говорите своему мужу, кто именно вам прислал это видео. Он знаком с моим начальником. Я часто видела их вместе в кафе. Боюсь, меня из-за этого могут уволить».

Начинаю отвечать ей, но в этот момент слышу, как в квартире открывается входная дверь.

Глава 11

Катя

Илья входит в квартиру, а я ставлю телефон на блокировку, набираю полную грудь воздуха и на выдохе кошусь на сковородку, стоящую на плите.

«Сейчас он войдет сюда, и мне нужно сильно постараться, чтобы не ударить его этой сковородкой по голове».

Но он первым делом проходит в ванную комнату. Такое чувство, что микробы на руках волнуют его гораздо больше, чем разговор со мной.

Илья любитель чистоты и порядка во всем. Его ботинки всегда начищены так, что солнце в них отражается, одет с иголочки, волосы уложены, ногти ухоженные, следит за тем, чтобы его серебристая бородка всегда была аккуратной.

Внешне весь такой идеальный мужчина, а внутри…

С виду красивое и блестящее яблочко оказалось с гнильцой.

– Раз ты уже все знаешь, то давай не будем ходить вокруг да около, – с этими словами входит он на кухню и расправляет рукава белой рубашки.

Выпрямляет широкие плечи и сует руки в карманы черных брюк.

– Я не хотел, чтобы ты обо всем узнала таким образом. Собирался спокойно поговорить с тобой после праздников, но…

– Спокойно? – не верю своим ушам. – Ты хотел спокойно сказать мне о том, что у тебя есть беременная любовница? И что ты променял меня на нее спустя двадцать шесть лет брака?

– Кать, я не хотел ругаться с тобой и портить отношения с детьми. Мы взрослые люди и способны решить все вопросы мирным путем. Я знаю, что сделал тебе больно, но… – делает небольшую паузу, глубоко вздыхает и начинает говорить со мной тоном психолога. – Пойми, что развод это не конец света. Ты сейчас будешь помогать сыну со свадьбой, потом внук родится, будешь заниматься им, и…

– Смотрю, ты все уже решил за меня, – перебиваю, горько усмехнувшись.

– Я прекрасно знаю в каком состоянии ты находишься в последнее время, и понимаю, что новость о Карине добила тебя окончательно. Мы же не чужие друг другу люди в конце концов, – разводит руками. – Я знаю, как ты переживаешь из-за своего здоровья, из-за веса, – царапает по сердцу последняя фраза. – Я не хочу, чтобы ты ушла в депрессию, поэтому и собирался поговорить с тобой как можно мягче. И не планировал делать это в рождественский ужин.

– Со своим состоянием и весом я сама как-нибудь разберусь, – сверлю его взглядом. – И раз уж мы заговорили об ужине, то… – Разворачиваюсь к столу, достаю из пакета контейнер с уже остывшими запеченными роллами, и протягиваю ему. – Будешь?

– Спасибо, я не голоден.

«Правда думает, что я заботливо решила его накормить?»

– Наелся ими в «Камине»? – вопросительно выгибаю бровь.

Пристально глядя на него, ставлю обратно на стол контейнер, беру мобильник, включаю видео и разворачиваю к нему экран.

Илья смотрит «кино», в котором он кормит роллами свою любовницу, и с каждой секундой становится все злее и злее.

Переводит на меня взгляд – тяжелый, сверлящий, и передергивает грудными мышцами.

– Откуда это у тебя?

– Неважно, – отрезаю, ставя телефон на блокировку.

– Значит, ты и в кафе следила за мной, – усмехается он.

– Слежу я только за собой, – отвечаю ему с такой же усмешкой. – А в кафе, еще раз напомню, меня привела твоя любовница. Я не дура, понимаю, что она специально пришла ко мне на прием с племянником, сделала вид, что не может отличить подсохшую аллергическую сыпь от ветрянки, между делом сказала, что беременна, и положила на мой стол телефон, на экране которого вдруг совсем случайно высветилось твое лицо и надпись «Любимый». А затем она четко дала понять, что встречается со своим любимым в кафе «Камин».

Илья задумчиво смотрит куда-то сквозь меня и нервно кусает изнутри щеку.

Видимо, ослеп от любви и не замечает, что эта моделька делает за его спиной.

Но я, в отличие от него, не влюблена по уши, мыслю трезво, и мне ничего не стоило сложить два плюс два, чтобы понять, что она появилась в моем кабинете вовсе не случайно.

Стоит только вспомнить недовольное лицо мальчишки, который сказал, что мама его уже и так лечит таблетками от аллергии.

Но ни я, ни ребенок в тот момент не догадывались о том, что его сыпь стала лишь поводом для похода ко мне.

«Чувствую, эта блондинка будет вертеть Ильей, как только ей вздумается», – убеждаюсь мысленно.

Я вижу таких моделек насквозь и на девяносто девять процентов уверена в том, что он для нее всего лишь временное увлечение. Скорее всего у девушки закат модельной карьеры, вот и прибилась к богатому мужику, который пообещал повесить ее рожу на рекламные стенды.

Попользуется им и найдет другого.

Только он, дурак, этого не понимает.

Возможно, и ребенка там нет никакого, кто знает.

Зачем молодой девушке рожать от мужчины, у которого вот-вот появятся внуки?

Но ему о своих предположениях я говорить не стану.

Илья сделал свой выбор. Пусть поживет с ней, пусть. Но даже если он очень быстро поймет, что ей от него нужны только деньги, и захочет ко мне вернуться, то я ни за что его не приму обратно.

Как говорится, поезд ушел и расписание уже не изменить.

В этот момент перед глазами появляется картинка, как он смотрел на свою модель влюбленными глазами, и с какой нежностью целовал ее пальцы. Понимаю, что он в ней словно весь растворился, и теперь всерьез задумываюсь о словах сына:

«Мам, а если он попросит тебя освободить квартиру?».

Несколько минут назад я сказала Богдану, что отец так не поступит, а после просмотра видео, понимаю, что околдованные любовью мужики становятся марионеткой в руках любовницы.

Она попросит его выставить меня из квартиры, а он возьмет и выполнит ее просьбу.

– Что мне достанется после развода? – спрашиваю в лоб.

– Я уже думаю над этим, – кивает он.

– Надеюсь, не оставишь меня без крыши над головой?

– Кать, – обводит взглядом нашу просторную кухню, – ты же понимаешь, что я не могу оставить тебе эту квартиру. Куда тебе столько квадратных метров?

– Действительно, – вырывается изо рта нервный смешок, – тебе с молодой любовницей и будущим ребенком они куда важнее.

– Хочу предложить тебе переехать на Горького, – заявляет он, и я даже дар речи теряю от такой «щедрости».

Квартира на улице Горького раньше принадлежала его бабушке. Маленькая однушка в старом панельном доме, с обшарпанными стенами, с облупившимися деревянными полами.

И он предлагает мне туда съехать?

Даже Лерка, которая сгорала от желания жить отдельно, не захотела туда переезжать. Мы предлагали ей сделать там хороший ремонт, купить новую мебель, но она ни в какую не согласилась.

– Там вонючий подъезд, в доме живут одни старики, и в квартире тоже воняет затхлостью, – бурчала дочь. – Ее давно уже пора продать, а вы ее зачем-то держите.

Илья даже задумался тогда о продаже, но потом передумал.

Видимо, приберег ее для меня…

Глава 12

Катя

Утро следующего дня

Может ли женщина после измены мужа и развода стать счастливой и начать новую жизнь?

Хороший вопрос.

Считаю, что все зависит от самой женщины. Можно ругаться на судьбу, рыдать, жалея себя за то, как с тобой обошлись, бесконечно пересматривать семейные фото и видео, думать, что жизнь на этом закончилась.

Или еще хуже: сидеть и ждать, когда изменщик одумается и придет обратно.

Некоторые прощают измену, знаю это не понаслышке.

Моя коллега развелась с мужем-изменщиком спустя одиннадцать лет брака, через год он решил вернуться в семью, и она приняла его.

Вот только они стали жить намного хуже, чем было до измены. При любой, даже малейшей ссоре обиженная жена припоминает мужу о его подлом поступке.

Живут как кошка с собакой.

А я уже наперед знаю, что меня ждет, если буду круглой дурой и прощу Илью: до конца жизни перед глазами будет стоять картина, как он целует пальцы любовницы и с вожделением смотрит на нее.

Этот фрагмент сфотографирован моими глазами во время просмотра видео и теперь на всю жизнь останется в моей памяти.

Ни о каком прощении даже речи быть не может. Даже если он на коленях ко мне приползет и будет клясться, что любит только меня и больше никогда не предаст – не прощу.

Да, мне больно сейчас.

Очень больно.

Потому что раны еще слишком свежи.

Но будет еще больнее, если я прямо сейчас не начну отстаивать свои права, превращусь в тряпку и снова начну заедать стресс.

Как вчера, например…

После того как Илья вышел из квартиры, я села за стол и, пока пыталась переварить все, что он мне наговорил по поводу моего переселения в старую квартиру, съела несколько шоколадных конфет.

Даже оглянуться не успела, как на столе появилась горстка фантиков…

В последнее время я дома не держу сладкого. Конфеты купила исключительно для чаепития с детьми, и стоило мне только посмотреть на них, как рот сразу набился слюной и во рту появился привкус молочного шоколада.

Ужас.

Я должна себя контролировать.

Наверное, могла бы и роллы съесть, но со вчерашнего дня у меня на них аллергия. Посмотрела на них, и в голове тут же всплыла картинка, как Илья кормил ими любовницу.

Сегодня у меня прием до часу дня, а затем еду к адвокату.

Илья пусть даже не надеется на то, что ему удастся так легко от меня отделаться.

Решил откупиться старой однушкой?

Какой наивный.

Пока жду следующего пациента, снова прокручиваю в голове вчерашние слова мужа.

– Кать, ты прекрасно знаешь, что эта квартира досталась мне по дарственной от родителей и на нее ты претендовать не можешь. Ремонт, мебель, техника – все это куплено на мои деньги, не мне тебе об этом рассказывать. Да, ты обустраивала ее, наводила уют, но давай по-честному: я много лет обеспечивал семью, помог Богдану купить квартиру, в будущем и Лере куплю жилье, и тебя я тоже не на улицу выставляю, а в квартиру, которую готов переписать на тебя.

Илья набрал полную грудь воздуха и устало добавил:

– На большее не рассчитывай. Сама знаешь, что я недавно вложил кучу денег в покупку новых складов, и сейчас не могу разбрасываться деньгами. Я готов отдать тебе квартиру на Горького. Это мое последнее слово.

– Насчет детей я согласна. Но мне странно слышать о том, что мне полагается старая квартира. Меня обеспечить нормальным жильем не желаешь? Или я уже отработанный материал, который можно взять и выбросить на помойку? А может, ты сам переберешься в старую однушку? Это же ты уходишь из семьи, а не я. Так вот и иди. Собирай вещи и уходи, в чем вопрос? Почему я должна куда-то переезжать? Я ничего в жизни не собиралась менять. Это у тебя изменились планы на будущее. Почему они должны как-то касаться меня? Скоро ко мне будут привозить внуков на ночевку, дети со своими семьями будут приезжать, и ты нам всем предлагаешь ютиться в старой маленькой квартирке? Это называется по-честному?

– Да, по-честному, – решительно качнул головой. – Мог бы вообще не отдавать тебе ту квартиру, но не могу оставить тебя без крыши над головой. И за половину твоей машины могу потребовать деньги, но не собираюсь этого делать.

– В таком случае я за половину твоей потребую, – парировала я. – Она как раз на пару миллионов дороже моей.

– Вот этого я и не хочу, Катя! – повысил он голос. – Не хочу всей этой войны за недвижимость. Нам нужно как-то мирно договориться, а не трепать друг другу нервы.

«Конечно ты хочешь договориться мирно, – проговорила про себя я. – Потому что боишься за бизнес. Ну уж нет, дорогой, без войны точно не получится. Даже не надейся. Потому что я пойду в суд и потребую все, что мне полагается по закону».

Этого ему говорить не стала. Кто знает, что ему взбредет в голову, и каким образом он захочет обезопасить свой бизнес.

Я молча сделаю свое дело.

И начну прямо сегодня.

Глава 13

Катя

Нам с адвокатом понадобилось несколько дней на то, чтобы собрать все документы и сформировать список имущества, которое подлежит разделу.

Заявления на развод и на раздел имущества поданы. Теперь жду, когда Илья получит повестку и…

Начнется война.

Чувствую, впереди меня ждет большая головомойка, но я к ней готова.

У меня уже выработался иммунитет к его претензиям.

На протяжении нескольких дней он пытается выдворить меня из квартиры, на что я ему отвечаю: «Я здесь прописана, и ты не имеешь права меня отсюда выселить».

– Кать, ты, видимо, забыла, что это квартира моя! – приехав ко мне, краснел он от злости.

А я со спокойным видом пожала плечами.

– Иди в суд, пиши на меня заявление, что я еще могу сказать.

На самом деле сказать я могла ему очень многое. Например о том, что собираюсь делить с ним абсолютно все нажитое в браке, включая его бизнес, и что мне наплевать на то, что я совершенно не вкладывалась в развитие его торговой сети.

Он сам никогда не просил меня принять участие в ведении бизнеса. Зато лицо своей модельки развесил по всему городу.

Родной дочери не предложил стать амбассадором. Про себя уже молчу. А любовнице – пожалуйста: и билборды, и реклама по телевизору, и на фасаде всех его магазинов красуется ее лицо.

Только вчера видела новый рекламный баннер, на котором она в одной руке держит пирожное, а второй рукой – сантиметровую ленту, которая обвивает ее тонкую талию. А ниже надпись: «Сладости без вреда для фигуры ждут вас в отделе низкокалорийных десертов».

Я пока делаю вид, что просто не хочу переезжать в старую однушку. О разделе имущества – ни слова. Пусть наивно надеется на то, что я до этого не додумаюсь. Но процесс уже запущен и его ничто не сможет остановить.

Разве что конец света.

Илья чуть ли не каждый день перечисляет мне все свои добрые деяния: как обеспечивал детей всем необходимым, как много работал все эти годы, как мне ни в чем не отказывал.

Тем самым пытается надавать на мою совесть.

Какой ответ он ждет от меня?

«Да, милый, я понимаю, как ты старался, как с нуля поднимал компанию, как заботился о том, чтобы наши дети ни в чем не нуждались. А сейчас у тебя появилась другая женщина, поэтому пойду-ка я в старую квартиру, а ты живи здесь – в просторной трешке, строй новую семью. Ты ведь этого так заслужил».

Примерно такие слова он и хочет услышать от меня.

Кажется, он забыл о том, что я на протяжении долгих лет вела хозяйство, растила детей, всегда и во всем поддерживала его, заботилась о нем, когда болел. Еще можно перечислять и перечислять о том, какой вклад я внесла в наш брак, но разве он придаст этому значение?

У него сейчас только одно на уме: чтобы я как можно скорее освободила квартиру, и он перевез сюда свою беременную любовницу.

Прости, дорогой, но за все годы, потраченные на тебя, за всю любовь и заботу, которую я тебе подарила, за то, что родила тебе прекрасных детей, однушки будет ничтожно мало.

Ладно бы расходились по какой-то другой причине, тогда можно было бы более лояльно отнестись к разделу имущества. Но он поступил со мной по-скотски: нашел мне замену и теперь хочет избавиться от меня как от ненужной вещицы.

Как он со мной, так и я с ним.

Буду претендовать на все нажитое в браке. А он пусть сходит с ума, бегает по судам, и… пусть каждой клеточкой тела прочувствует цену своей измены.

Глава 14

Катя

– Екатерина Андреевна, – заглядывает в кабинет администратор, – Кузнецовы позвонили, сказали, что сегодня не придут на прием.

– Спасибо! – киваю я и поворачиваюсь к монитору. – Так… Кузнецовы были на одиннадцать тридцать. Следующий пациент только в час.

У меня как раз появилось время на то, чтобы доехать до дома и взять рабочие документы, которые сегодня утром забыла в коридоре.

Минут через двадцать паркуюсь во дворе, вхожу в подъезд, поднимаюсь по лестнице и слышу оглушительный хлопок двери.

– Катя! – доносится с первого этажа запыхавшийся голос Ильи. – Катерина, подожди!

Раздаются быстрые шаги, он догоняет меня между вторым и третьим этажами, хватает за руку и разворачивает к себе.

– Ты подала на раздел имущества?! – быстро дыша, пыхтит мне в лицо.

– Да, – отвечаю, равнодушно глядя в глаза, в которых вот-вот лопнут капилляры от напряжения.

– Совсем умом тронулась?! – багровея от ярости орет на весь подъезд. – Какого черта ты собралась делить мой бизнес? Ты не смеешь на него претендовать!

– По закону смею.

– Ты в него ни копейки не вложила! – крепче сжимает мое запястье. – Ты никакого отношения к нему не имеешь. Это я с нуля поднимал его. Я много лет развивал его и вкладывал кучу бабла! Благодаря ему содержал всю семью, а теперь ты вдруг решила оттяпать у меня половину?

– Да, – смело смотрю в его злющие глаза и вопросительно выгибаю бровь. – А ты думал, что я освобожу эту квартиру для твоей беременной любовницы и покорно перееду на Горького?

– Чего тебе еще не хватает? – с ненавистью глядя на меня, кривит лицо. – Я же…

– Да-да, – перебиваю его, – ты уже сто раз говорил о том, что много лет содержал нас с детьми и все такое. Но ты все время забываешь, как обошелся со мной после измены. Я себя не на помойке нашла, – доходчиво объясняю ему, – и никому не позволю так с собой обращаться. Решил уйти от меня? Иди. Но сделай это по-человечески. А если не хочешь по-человечески, значит будет по-моему.

Он достает из кармана пальто пиликающий телефон, раздраженно говорит звонящему, что будет через десять минут, а я в это время обхожу его и поднимаюсь дальше.

– Ладно, чего ты хочешь? – выкрикивает мне в спину.

– Все, что мне полагается по закону, – бросаю, не оборачиваясь.

– Тебе нужна другая квартира? Хорошо, будет тебе квартира. Нормальная, с мебелью, с ремонтом. Машина тоже тебе останется. Такой расклад тебя устраивает?

Я молча поднимаюсь на свой этаж.

– Катя! – снова повышает он голос. – Мне пора ехать. Ответь, устраивает или нет?

– Я уже все сказала, – устало отвечаю. – Все имущество, нажитое в браке, будем делить через суд.

– Да ты… – выкрикивает он и резко замолкает. Такое чувство, что хотел назвать меня грубым словом, но передумал. – Кать, сейчас мы оба на эмоциях. Давай поговорим обо всем завтра. Ты слышишь или нет? Завтра во сколько будешь дома?

Проигнорировав вопрос, заворачиваю на свой пятый этаж, достаю из сумки ключи, поднимаю взгляд и вздрагиваю от неожиданности.

Глава 15

Катя

– Ванечка? – удивленно смотрю на своего племянника и быстро поднимаюсь к нему. – Давно ждешь?

– Ка-катя, привет! – обнимает меня. – Я… я не-недавно п-пришел. Я тут сидел, тебя жд-ждал.

– Проходи, – открываю дверь и провожаю его в квартиру. – Раздевайся, мой руки и иди на кухню. А я пока чайник поставлю.

– Хо-хорошо, – кивает он и своей неуклюжей походкой быстро идет в ванную комнату.

По взгляду Вани понимаю, что он чем-то обеспокоен.

Надеюсь, у них с мамой все в порядке…

Ванечка – это мой родной племянник. Ему, как и моему Богдану, двадцать пять лет, но… они очень сильно отличаются друг от друга.

Ваня у нас особенный мальчик. Это стало понятно в первые годы его жизни.

Моя старшая сестра Алена воспитывала его до пяти лет, а потом сдалась… Оставила его с нашей матерью, сама уехала на север якобы на заработки и больше практически не появлялась в жизни родного сына.

Маме и Ване я всю жизнь помогаю. Перевожу им деньги, покупаю все необходимое, а когда ездим с семьей на море, то я всегда беру с нами Ванечку.

Он мне как родной сын, а я ему, как он говорит, стала второй мамой.

Всегда приходит без предупреждения и сидит то на улице, то на нашем этаже.

Я постоянно спрашиваю, почему не позвонил и не уточнил, есть ли у нас кто-нибудь дома? На что Ваня отвечает: «А я хотел сделать сюрприз».

Несколько лет назад я попросила Илью устроить Ваню работать на склад. Муж выполнил мою просьбу и после этого не раз говорил мне о том, что Ваней очень доволен начальник склада, и что он выполняет свою работу даже лучше других сотрудников.

Он у нас очень ответственный молодой человек. Пока не закончит дела, домой не уйдет.

Племянник проходит на кухню, садится за стол и начинает нервно дергать ногой.

– Вань, что случилось? Ты расстроен? – Ставлю перед ним чашку и вазу с оставшимися конфетами. – Расскажи мне, что тебя беспокоит?

– Ка-катя, – опускает он взгляд и, словно не решаясь о чем-то заговорить, быстро теребит пальцами край свитера. – Я… я слы-слышал, о чем вы г-говорили с Ильей.

Глядя на него, глубоко вздыхаю.

«Конечно он все слышал. И теперь из-за этого сильно переживает».

– Он из-изменил тебе, да? – смотрит на меня исподлобья.

Подхожу к нему и по-матерински приглаживаю его взъерошенные темные волосы.

– Ванюш, не бери в голову. С Ильей я сама решу вопросы. Ты мне лучше скажи, как мама, как работа? – треплю его по плечу и подмигиваю. – Я слышала, что у тебя появилась подружка. Расскажешь о ней?

– Ка-катя, а Илья наш-нашел другую, д-да? – не отступает он. – Он хо-хочет тебя отсюда в-выгнать?

– Давай-ка лучше чай пить, – подхожу к гарнитуру и открываю шкафчик. – Тебе черный или зеленый?

– Я с-слышал, что он из-изменил тебе.

– Вань! – строго смотрю на него. – Закрываем тему. Не переживай, у меня все в полном порядке. На улице я точно не останусь. Ты же слышал, что Илья мне купит квартиру, – успокаиваю его. – Хорошую. С ремонтом.

– За ч-что он так с тобой? Т-ты же любишь его.

Мне с трудом удается перевести тему, но на протяжении всей нашей оставшейся беседы я вижу, что он все равно никак не может отойти от услышанного в подъезде.

Продолжает быстро дергать ногой, иногда как будто даже не слышит моих вопросов.

– Ты сегодня работаешь? – уточняю я, когда выходим с ним из квартиры.

– Да. В ночную с-смену.

– Тебя подбросить до дома?

– Нет, я п-прогуляюсь.

Еще раз прошу его ни о чем не волноваться, говорю, что у меня все хорошо, обнимаю на прощание и спешу на работу.

Утро следующего дня

Выбегаю из подъезда, сажусь в прогретую машину, включаю радио и еду по двору, поглядывая на часы.

– Прием через двадцать минут. Точно опазда… – замолчав на полуслове прибавляю громкость и слушаю новости.

«Сегодня около пяти часов утра произошло возгорание в ангаре по адресу, – ведущий новостей называет адрес, по которому расположен склад Ильи, и я в шоке округляю глаза, – к тому моменту, когда приехали пожарные, горение уже происходило открытым пламенем. Погибших и пострадавших в результате пожара нет».

Дальше он говорит о большом ущербе, о том, что прямо сейчас устанавливается причина пожара, а я в этот момент выезжаю из двора и вижу перед собой Ваню.

Племянник чуть ли не кидается под колеса моей машины. Едва успеваю затормозить.

Не понимая, что он здесь делает ранним утром, быстро отстегиваю ремень и выхожу на улицу.

– Вань, тебе жить надоело? – всплескиваю руками. – Я тебя чуть не сбила!

– Ка-катя, – бежит ко мне, задыхаясь от спешки, – я… я отомстил за тебя.

Смотрю на него во все глаза и под бешеный стук сердца шокировано выдыхаю.

– Что ты сделал?

– От-отомстил! – улыбается, продолжая быстро дышать.

Он наклоняется к моему уху и следующей фразой выбивает почву из-под ног.

– Это я у-устроил п-пожар на складе.

Глава 16

Катя

– Всё, тихо! – гаркаю я, строго глядя на Ваню, и продолжаю оттирать тряпкой его черные руки, жутко пахнущие бензином.

Но он никак не успокоится.

– Ка-катя, м-меня точно н-никто не видел. Не п-переживай. У м-меня была м-маска на ли-лице и ка-а-пюшон. Я уш-ушел через д-другой выход. Т-там не было ни-никого.

– Ты мне это уже говорил, – пыхчу я, чувствуя, что от страха сейчас выскочит сердце из груди. – Успокойся! Успокойся, говорю тебе! Не дергай руками!

– Ка-катя…

– Стоп! – обжигаю его взглядом. – Замолчи!

– Я за за тебя х-хотел е-ему отомс…

– Ты не должен был поджигать склад. Ты поступил очень плохо, Ваня. Очень! – энергичнее тру его руки. – А если бы в этом пожаре кто-то погиб?! – поднимаю на него суровый взгляд. – Ты не подумал об этом? А если Илья узнает, что это сделал ты, то у нас начнутся большие проблемы.

– Я не-не хочу, чтобы у тебя на-а-чались п-проблемы.

– Сейчас еще раз все как следует вспомни и скажи мне: ты точно не засветился под камерами?

– Т-точно! – уверенно кивает. – Я з-знаю, где ви-висят на складе ка-а-меры и не хо-ходил там. А потом на у-улицу я вышел в маске и ка-а-пюшоне.

– В капюшоне он вышел! – продолжаю кипеть я. – Господи, ну как у тебя хватило ума пойти на такое преступление?!

– Ка-катя…

– Я знаю, что ты расстроился из-за меня и хотел отомстить Илье, но нельзя мстить таким образом. Ты понимаешь, что тебя могут посадить? Ты о бабушке подумал? У нее инфаркт будет, если с тобой что-то случится.

Я до сих пор не могу отойти от шока.

Парень, который за всю жизнь и мухи не обидел, взял и поджег склад…