Митсуне
Сердце русалки. Поцелуй Лакшми

Великое счастье – быть рядом с тем, кого выбрало твоё сердце и чьё сердце выбрало тебя.

© Ольга Лав

Глава 1. И старое и новое

Новое – это хорошо забытое старое.

Поговорка

– Все, ребята, тренировка на сегодня окончена, встретимся в пятницу.

С этими словами тренер вышел из зала, оставив нас потихоньку собираться и расползаться.

Кстати, по поводу расползаться я ничуть не утрирую, после такой насыщенной эксплуатации наши организмы категорически отказывались передвигаться вертикально.

– Боже мой, я сейчас умру прямо здесь, – простонал Никита, развалившись на матах в позе морской звезды.

– Не умрешь, – ответила ему Катя, – Иначе Михаил Николаевич тебя на следующей тренировке воскресит и заставит штрафные отжиматься на запястьях, правда, Сонь?

– Как до раздевалки-то доползти, – перевела я тему, ибо каюсь, штрафные сегодня были мои. —

Вам девчонкам легче, – буркнул Денис из-под каната, где его застала команда об окончании.

– Чего это? – возмутилась я, расстегивая утяжелители, натершие щиколотки.

– Вы девочки априори легче, поэтому сила земного притяжения на вас меньше давит, – вякнул Сеня.

– Сень, хоть ты помолчи, физик фигов, – взвыла Машка, прислонившись лбом к холодной стене. – Итак паршиво, тут ты еще.

– Слышь, ребят, вот мы тут стонем все такие уставшие, а что будет, если тренер к нам заглянет?

Вот не поверите, нас как ветром сдуло, слабеньким, с перерывами, но сдуло. А после душа, так вообще оказалось, что мы вполне сносно передвигаемся, правда с опорой.

– Сонь? – присела ко мне на скамейку наша новенькая Катя.

– А?

– А ты посох тут оставляешь?

– Ну, а ты как себе представляешь его транспортировку в общагу, меня ни в одну маршрутку не пустят. А тебе разрешили с посохом заниматься? – Ага, – улыбнулась брюнетка.

– Я сегодня закончила изучать комплекс 32 формы, в пятницу сдам и нужно будет посох покупать.

– Умничка, – с чувством поздравила я девушку, роясь в шкафчике. – Только заодно сразу мазь от синяков покупай и тональник. Я как начала, весь лоб отбила, нос один раз сломала, губу разбивала, ну и так, по мелочи.

Катюха вытаращилась на меня в священном ужасе, а Светка, вышедшая из душа и услышавшая конец разговора, хмыкнула:

– Ты, Катюш, в этой банде-ушу новенькая, а наша Сонька старожил. Она уже закончила все комплексы без оружия; освоила с посохом Бо, парными саблями, прямым мечом и сейчас мучает Шуан Гоу, что означает «парные крюки». Так что сломанный нос и синяки это не самое страшное, что мы у нее видели.

– Как же так? – впала наша новенькая в прострацию. – Она же 16 форм только делает и с посохом первый этап. Я сама видела!

– Светка, язык у тебя без костей. Ты чего ее пугаешь? – я показала болтушке кулак. – Кать, ты не волнуйся, я просто ногу сломала четыре месяца назад, поэтому сейчас после гипса форму восстанавливаю, вот и тренируюсь пока без оружия.

– Ногу? – сдавленно прохрипела вконец изумленная девушка.

Света рассмеялась, поправляя свои длинные светлые волосы перед зеркалом:

– Умеешь ты успокоить!

– Чего вы тут ржете? – уточнила Маша, лениво выползая из душа.

– Да вот, – лукаво сверкнула голубыми глазами Света. – Просвещаем Катеньку о супер способностях нашей Миссис Стрэндж. – пропела эта блондинистая зараза.

– Света, – рявкнула я, против воли залившись злым румянцем. И двойное кольцо, надеваемое мной в момент подколки, было сдернуто и кинуто в противную бяку. Захохотав, Света увернулась от снаряда, а Машка ловко поймала вещицу в полете.

– Ммм, – тактично промычала Катя, но я видела, что ей тоже хочется рассмеяться. – А почему вы ее так называете?

– Не поняла что ли? Она у нас тащится с недавнего времени по Верховному магу Земли и мечтает переехать к нему в Камар-Тадж.

– Он там не живет, – поморщилась я, запустив руку в волосы, разлохматив их. – Вот что вы мерзкие такие, я виновата что ли, что мне персонаж импонирует.

– Фу, – сморщила носик Катя. – Да он же грубый и бесчувственный, а с лица, как говорится, воду не пить.

– А может ей это и нравится, – встряла Машка, возвращая мне кольцо, за что получила признательный взгляд. – Вы по себе не меряйте, у каждого свои представления об идеальном мужчине. Мне вон вообще Брюс Беннер импонирует.

– Да ладно? – удивились мы все хором.

– А что такого? – пожала Маша плечами. – Он умный, уравновешенный и стиль его мышления мне очень близок, а то, что зеленым становится, так у всех свои недостатки.

– Вот так живешь на свете, дружишь, а потом узнаешь, что идеал твоей подруги огромный зеленый монстр, – философски протянула Света.

– Ну, а тебе кто нравится? – проигнорировала ее выпад Маша.

– Мне? Хм… мне наверное Тор, хоть я особо не тащусь от этой братии Marvel.

– Жуть, – поёжилась я. – Вот это точно не вариант, тупой как пробка, да и перекаченный.

Светка только хотела возмутиться, как дверь в наш «будуар» открылась и в ней показалась лохматая голова Сеньки:

– Девчонки, ну вы скоро? Мы устали вас ждать.

Так как из одетых полностью в раздевалке наличествовала только я, естественно поднялся визг, от которого парня просто-напросто снесло звуковой волной.

– Ладно, – хмыкнула я, когда буря немного улеглась. – Мне пора, а то на последний автобус опоздаю.

– Пока, – раздалось мне вслед нестройным хором.

В коридоре стояли парни, посмеиваясь над слегка пришибленным Сеней. Я тоже улыбнулась и, попрощавшись с ребятами, двинулась на выход. Возле выхода остановилась перед зеркалом и с грустью оглядела себя. Невысокая, полностью седая девушка лет двадцати с печальными зелеными глазами, одетая в серый спортивный костюм и белые кеды, на плече болтается видавшая виды спортивная сумка.

Да уж, унылое зрелище. Я глянула на двойное кольцо, заказанное год назад с Али Экспресс, и тяжело вздохнула. Да разве можно называть меня Миссис Стрэндж? Разве такой сильный и уверенный в себе мужчина обратил бы внимания на серую мышь как я?

Во мне и есть то хорошего только многолетняя любовь к восточному боевому искусству – ушу, отвечающему мне взаимностью. Уже десять лет я занимаюсь в этой секции, даже в институт поступила в родном городе, чтобы не терять тренера и достижения в спорте. Еще раз просканировала себя в зеркало. Ну, вроде фигура ничего…

В этот момент хлопнула дверь где-то за стеной, я вздрогнула и резко натянула капюшон на голову. Глупости все это, фигура у каждой второй есть, так что тоже не вариант. Да сколько можно себя мучить! Все равно мой идеальный мужчина только персонаж фильма! Не встречу его в жизни и нет поводов для самоуничижения. Вот! Я самая лучшая и никакие Докторы нам не нужны!

С этими мыслями я дернула на себя входную дверь, чтобы вместо промозглой осенней улицы оказаться в огромном и до боли знакомом холле с мраморной лестницей, а наверху раздалось:

– Тор Одинсон… Громовержец. Зонтик можно опустить

– Пипец, – прохрипела я, внезапно севшим голосом. – Я пришла договориться.

Мой собственный нервный смешок стал аккомпанементом творящемуся сверху безобразию.

***

 Открыв дверь, как оказалось, в другой мир, я испытала целую гамму довольно разнообразных и противоречивых чувств, и не сказать, что все они были положительными.

Во-первых, как человек, все-таки преодолевший пубертатный период, а следственно считающий себя взрослым, я ощутила страх, причем настолько сильный, что первые мгновения не могла даже вдохнуть полной грудью, не говоря уж о том, чтобы пошевелиться.

Во-вторых, неописуемый восторг от того, что возможно скоро увижу мужчину своей мечты. В третьих, подозрительность, поскольку вариант с галлюцинацией никто не отменял. Могли сказаться стресс, переутомление, или же я просто тюкнулась головой во время разминки с посохом. В четвертых, опять-таки страх, ибо… ГОСПАДИ!

Наверху находятся двое взрослых мужчин, один из которых подозрительный Верховный Маг Земли, а второй Бог, который сначала бьет, потом думает и неизвестно кто среагирует первый.

То ли меня просто схватят, то ли молоточком жахнут, да так, что ни одна клининговая компания не отскребёт.

Звон наверху и фраза Тора: «А что, на Земле колдуны завелись?» – привели меня в чувство не хуже удара током. Я заметалась по комнате, в панике соображая, куда заныкаться. Укрытие категорически не хотело находиться, хоть в камин заползай, а наверху в это время события стремились к сцене в холле. Наконец найдя небольшую декоративную нишу, задрапированную шторкой, я забилась в нее, оставив для наблюдения лишь маленькую щель.

Несколько томительных минут тишины и перед лестницей появляются двое, отчего я чуть не застонала в голос.

Он даже лучше чем в кино: высокий, хищный, обаятельный, – просто пуля в слабое девичье сердце. Тор отряхнулся, поднявшись с колен, так как во время появления скатился с лестницы:

– Дошли бы пешком.

– Он тебя ждет, – не заметив претензии, ответил Стрэндж. От глубокого, чистого, обволакивающего голоса, меня натурально прошиб пот.

Я настолько ушла в себя, что аж подпрыгнула от вибрации, сдыхающего в сумке телефона, чем естественно выдала своем местонахождение. Помню звук бьющегося стекла, громкий голос Тора и рывок в мою сторону Плаща Левитации.

***

– Отпусти!

Леви выволок из ниши непонятное, всклокоченное и шипящее существо. Стрэндж насторожился, опасаясь прорыва извне с вторжением чужаков, и подманил Плащ ближе.

– Твоя мидгардская валькирия? – хмыкнул за спиной Одинсон, опуская занесенный для удара молот и хлопнув Стивена по плечу. – Отчего же ты так неласково обращаешься с ней?

– Что? – возмутилась, как оказалось, девушка, сравнявшись цветом лица с Леви. – Да вы что такое говорите?!

– Так она не с тобой пришла? – уточнил маг.

– Нет, на кой-мне дева в странствиях? – недоуменно ответил бог. – Пожалуй мне пора, отец меня ждет, а с мидгардкой ты сам справишься, Чародей, это ведь по твоей части? – и протянул руку для пожатия.

– Конечно, – кивнул Стрэндж.

***

– Мистер Одинсон, вы брата забыли, – подала я голос, отчаянно пытаясь ослабить хватку Плаща. Хотя, по-моему, вякнула я зря, мужчины одновременно повернулись в мою сторону.

– Так вы все-таки знакомы, – после паузы высказался Доктор.

– Я бы помнил, – усомнился Тор, на что я только закатила глаза.

Ага, помнил бы он! Небось зубы с утра без напоминания не почистит. Интересно, а боги чистят зубы?

На лице Стрэнджа отразилось такое же недоверие к словам Одинсона:

– Вы уверены?

– Боги не врут! Ты сомневаешься в моих словах, Колдун? – набычился громовержец, вцепившись в свой замаскированный Мьёльнир.

Стивен примирительно поднял руки вверх:

– Я ничего такого не имел в виду. Просто предполагаю, что для вас мы земляне не представляем особого интереса, поэтому вы просто могли не запомнить эту…девушку. К тому же она явно вас знает.

– Доктор Стрэндж, отпустите, пожалуйста, – решила я внести еще больший сумбур в их обсуждение. Уж очень мне пауза не понравилась перед «девушка».

– Не одного меня знает дева, – ехидно заметил Тор.

– Возможно, читала мои работы, – безразлично заметил маг, скрестив руки на груди.

– Итак, вы, кажется, спешили к отцу? – уточнил он, вопросительно изогнув бровь.

– Ах да, ну что ж… Хорошо было бы не забыть и брата.

– О, да-да. Из открывшегося портала вывалился Локи и шмякнулся на пол.

– Я падал во тьме тридцать минут!

Хм, с моими разборками походу все сорок. Бедный мужик!

– Ну, уж с ним ты точно справишься.

– Да, не впервой. Спасибо большое за помощь. – Тор пожал руку Стрэнджу.

– Удачи, – тяжело вздохнул тот. – И ты прощай, дева, кем бы ни была, – махнул мне рукой громовержец.

– До свидания, – вяло отозвалась я.

Осознание, что сейчас сцена закончится, и займутся мной, придавило посильнее Леви. Надеюсь, не выкинут за ворота. Денег у меня местных нет, документов тоже. Откуда я знаю, насколько эта вселенная отличается от фильма или от моего мира. Может тут вообще чипы и биткоины поголовно в ходу, а я вся такая красивая с рублями в кошельке.

– Справишься? Кто это? – в руках бога обмана появились два кинжала.

– Локи, – попытался приструнить брата Одинсон.

– Возомнил себя чародеем? Ну, погоди второсортный чернокнижник! – ринулся асгардец в сторону Стивена.

Я аж зажмурилась, на что удостоилась поглаживанием по щеке от Плаща. Глаза тут же распахнулись, и я с изумлением глянула на «успокоителя»:

– Ты чего? Леви, естественно, ничего не ответил, только слегка зашевелился, отчего внезапно кокон перестал сдавливать. У меня, наверное, зрачки стали квадратные как у козы.

– Спасибо!

– Итак, – бархатный голос подхватило негромкое эхо этого огромного помещения. – Кто ты?

– Соня, – заторможено ответила я, прикипев взглядом к сидящему напротив мужчине. Синее кимоно сидело на нем, как влитое. В каждом движении, жесте, взгляде, чувствуется сила уверенного в себе человека, даже слишком уверенного.

– Соня, – повторил Стэндж. – И откуда ты здесь взялась?

– Похоже, из одного параллельного мира нашей огромной мультивселенной, Доктор Стрэндж.

– Что?

Надо было видеть его лицо после этих слов: мордашка вытянулась, а брови поползли вверх. Образ непогрешимого и всезнающего идеала слегка поплыл в моей голове.

– Откуда ты знаешь мое имя? И кто тебя перенес?

Мир резко качнулся, и мы оказались в том месте, где еще недавно маг поил Тора пивом. Стрэндж сидел напротив, сложив руки в замок и испытывающе глядя на меня. Я же нашла себя в кресле громовержца, по-прежнему запеленованная в Плащ Левитации, аки младенец, однако, не скажу, что было не комфортно.

– Итак. Я жду ответов.

– А может, отпустите сначала?

– Я не могу быть уверен, что ты не представляешь вреда этому месту, хоть и не вижу дара… Тебя прислал Мордо? – после заминки предположил он.

– Нет. Давайте я расскажу Вам, и вы меня дослушаете, прежде чем делать выводы? – страх, мешавший дышать с момента моего попаданства, немного отступил.

По крайней мере, сразу не убили и есть вероятность, что не добьют позднее. Знать бы еще, что сказать…

– Весь во внимании.

***

 Я замялась под инквизиторским взглядом нейрохирурга. Как-то вот страшно просто взять и выложить все перед совершенно незнакомым человеком. Глубокий вдох и как в омут с головой:

– Начну с того, что в моем мире нет ни супер-героев ни мастеров мистических искусств. Вы вымысел, а точнее один глобальный проект кинорежиссеров, от которого в восторге больше половины вселенной. Все ваши истории рассказаны нам с экрана, а актёры вас играющие просто космически популярны и востребованы. Я смотрела все части и мне импонирует этот раздел кинематографа. Кроме этого, наш мир в точности как ваш, со всем мироустройством и обывателями.

Ответом мне стала тишина и задумчивый взгляд в никуда.

– Так значит, в твоем мире мы просто кино? И нас играют актеры?

– Да, – кивнула я, отслеживая мимику мужчины. – Вас играет британский актер Бенедикт Камбербэтч. Помимо этого, он ещё и Шерлок Холмс в одноименном сериале.

– Занятно…британец… И как же ты сюда попала?

– Я, ну, просто вышла с тренировки на улицу, и оказалась у вас в холле. Как, кто и откуда не имею ни малейшего понятия. Даже в магию, если честно, всерьез не верю.

– И, тем не менее, ты так спокойна? – Стрэндж откинулся на спинку кресла и как-то слегка расслабился. Конечно, я же вся такая могучая, что стоило меня бояться. Сейчас как возьму, натяну трико и разнесу его храм к Камбербэтчтовой бабушке.

На самом деле над вопросом мага я задумалась всерьез, ведь действительно, уже прошло около часа, а истерики все как-то нету. Был страх, что не выживу в этом мире, что выкинут или убьют, но паники, что это «мамочки, другой мир, верните меня назад!» – нет. И это очень-очень странно. Из душевных перипетий меня выдернул неожиданный вопрос:

– У тебя остался кто-то в твоем мире, кто тебя ждет?

– Нет.

– Нет? – удивленно вскинутая бровь. – А родители? Бабушки-дедушки? Дяди-тети? Сколько тебе лет?

– Двадцать один, – ответила я, задумчиво прикусив губу. – Родители умерли, когда мне было семь. Воспитала бабушка, но и она скончалась пять лет назад.

– Вот и ответ, тебя не держит ничего в твоем мире, ты и не нервничаешь, – а на губах самодовольная улыбка.

Я мысленно скривилась, хотя чего ждала? Соболезнования? Сочувствия? Ха, Шерлок фигов, что в Плаще, что без него.

– А можете покопаться в своем Камар-Тадже и отправить меня домой? Вы же Верховный Маг Земли, вам не нужны нелегальные иммигранты. Улыбка спала с лица Доктора, и он нахмурился.

– Как много ты знаешь об этом мире? «И обо мне в частности?» – повис в воздухе невысказанный вопрос.

– Все, что показывали в фильмах, – и честное невинное личико.

Складка меж бровей стала еще отчетливее, и это говорило, что ответ ему не нравится. Ну и хорошо. Что это я буду щадить его чувства, если он запустил грязные руки, хоть и в перчатках, в мои. Блин, как вспомню любимый фанфик с фикбука, так вообще отдубасить его хочется за мучения главной героини.

– Леви, – позвал Стрэндж.

Плащ пошевелился, но остался на месте, даже нижним краем обмотался вокруг ног. Я немного подвисла, скосив глаза на воротник, подозрительно колыхающийся у лица. Мага тоже, похоже, увиденное не обрадовало. Лицо его буквально окаменело. Знакомые симптомы, сейчас меня обвинят во всех смертных и посмертных грехах, со словами «ты глупая, Алия Мор». Господи, это все нервы!

– Леви, – он повысил голос. – Оставь девушку в покое.

Вау, так я не виновата. В лесу что-то сдохло. Артефакт, однако, не проникся, а даже, так сказать, наоборот, сложил воротник наподобие рта и зашипел. Мамочки! А он не кусается? Леви расправил самодельную «пасть» и ласково погладил по щеке. Обалдеть! Причем не мне одной.

– Что за балаган?

Сноп золотистых искр, застал врасплох. Из портала, стреноженная плащиком, я вывалилась прямо под ноги доброму дядюшке Стрэнджу. Мать его, Гудвин!

– А можно поаккуратне…

Договорить я не смогла, рот буквально склеился:

– Ммм…ммм?

– Тебе лучше помолчать какое-то время, он реагирует на голос, хоть и не пойму почему.

– Ммммы, – что означало «отпусти».

Промычала я, извиваясь как червяк на полу, не в силах встать. Внезапно Плащ колыхнулся и вздернул меня на высоту около трех метров, свернувшись вокруг тела гамаком и повис, периодически покачиваясь, отчего я почувствовала себя куклой в детской люльке, даже соска наличествует магического происхождения. Ну прекрасно, меня за детёныша что ли приняли?

– Вонг!

– Стрэндж, – послышался голос снизу, издалека.

– Что случилось? Что с Плащом Левитации? Почему он там висит? – Понятия не имею, но ведёт он себя очень странно.

– Мммм, – отозвалась я, так как меня начало укачивать.

– Кто это там? Он поймал кого-то?

– Охотился на мышей. Как его снять оттуда?

– Ты его хозяин, прикажи!

– Ты серьёзно? Я по-твоему идиот? – возмутился Стрэндж и рявкнул.

– Леви, спускайся немедленно и отпусти девчонку!

***

Маг был крайне зол и раздражен. Мало ему сегодняшнего утра с Асгардцами, так тут еще одна головная боль.

«Все, что показывали в фильмах», – эта фраза набатом отдавалась в голове. За свою жизнь Стивен привык все держать под контролем, а тут это. Мышь, какое чёткое определение этой попаданки. Серые волосы, серая одежда, серый невнятный голос, и только глаза не серые. Ввалилась в этот мир, обладая, похоже, капитальным таким компроматом на него и его вселенную в целом. Неприятное чувство, будто кто-то поковырялся у тебя во внутренностях. Очень неприятное, особенно для того, кто привык ВСЕ держать под контролем.

А тут: «Все, что показывали в фильмах» – и взгляд, говорящий, сколько всего там показывали. Итогом является то, что знает она о нём много больше, чем он о ней. Успокаивала только мысль, что кинематограф в её мире безбожно врёт. Ну не могут быть правдой все её знания. Или могут? Черт! Плащ, к удивлению Вонга, направил воротник на своего хозяина и снова зашипел.

– Как такое может быть? Он шипит на тебя!

– Да ладно? – скривился Стрэндж. – Какая наблюдательность, может ещё что интересного скажешь?

– ММММММ! – послышалось сверху злобное мычание.

– Стрэндж, она немая?

– Нет, я ограничил. Леви неадекватно реагирует.

– Неадекватнее чем сейчас? Верни ей речь.

Пара движений рукой и библиотеку Камар-Таджа огласил поистине демонический рык:

– ЛЕВИ, ПОСТАВЬ МЕНЯ НА ЗЕМЛЮ! Поколебавшись, Плащ начал опускаться и через пару секунд злая и лохматая девчонка стояла напротив мужчин, а рядом змеей вился артефакт, бережно придерживая «жертву» за край, торчащей из-под спортивной кофты, футболки.

– Ты, – ткнула она пальцем в Верховного. – Забери свой чокнутый плащ!

– Вонг – это Соня – попаданка из альтернативной вселенной.

– Приятно познакомится, мисс.

– Мне тоже, мастер Вонг, – буркнула Соня, нервно поведя плечом, и сделала шаг в сторону, избавляясь от хватки приставучего Плаща. – Думала сказка, оказался дурдом!

***

– Надо же, Мастер Вонг, – иронично протянул Стрэндж. – А в меня пальцем тычет и на ты.

Девушка покраснела, но вздёрнула нос, храбрясь.

– Это была стрессовая ситуация, не несущая цель Вас оскорбить.

Стрэндж хмыкнул, принимая своеобразные извинения, и перевёл взгляд на друга.

– Что скажешь на это?

– Не типичное поведение для артефакта, уже выбравшего себе хозяина. Возможно, понаблюдав, мы что-то поймём. Я правильно понял, девушка пока поживет в Камар-Тадже?

– Что? – хриплый испуганный голос. – Понаблюдав? В Камар-Тадже? Я же не крыса лабораторная.

– Мышь, – рефлекторно поправил маг и, дождавшись злого румянца на девичьих щеках, продолжил.

– Ты думаешь, что с таким объёмом знаний, я просто выпущу тебя на улицу? Нет, конечно, можно снова лишить тебя голоса и быть уверенным, что информация останется неразглашённой, но вряд ли без возможности связно изъясняться, ты сможешь выжить.

– Объёмом знаний?

– Позже, Вонг. Итак, что ты выбираешь?

– Я просто надеюсь не сильно пострадать в результате ваших опытов. У меня есть выбор? – обречённо выдавила Соня.

– Выбор есть всегда, но в конечном счете, как маг, ответственный за этот мир, я не вправе выкинуть на улицу попавшего к нам человека или сознательно оставить без помощи.

– Спасибо, – уже спокойнее ответила девушка и даже улыбнулась.

У Стивена заныла челюсть от плохого предчувствия, поэтому не совладав со своим дурным характером, добавил.

– А то боюсь, сделай я так, твой призрак никогда не даст нам покоя в стенах Камар-Таджа.

***

Дайте мне сил и терпения, чтобы не удавить этого наглого, самовлюбленного типа. Как он мог мне нравиться? Хам! Права была Катюха, рр-р-р-р-р-р-р! Так, Соня, глубокий вздох, помнить надо, что жизнь твоя зависит от этого нарцисса, поэтому улыбаемся и машем.

– Как скажете, Доктор Стрэндж.

– Вонг, оставляю девчонку на тебя. Отвечаешь головой. Вернусь вечером – все объясню. Не скучайте.

Сбежал, гад, в искрах вспыхнувшего портала, хорошо хоть Плащ исчез вместе с ним. Одной проблемой меньше, меня аж передёрнуло от мысли, что этот непробиваемый предмет магического гардероба, останется рядом. – Ну, что будем делать?

– Кхм, пойдемте, мисс, отведу Вас, выберете себе комнату.

– А можно на «ты» и по имени? Просто Соня.

Вонг обернулся, оглядел меня и улыбнулся, тепло и понимающе. Слава тебе богу, я уж думала в этой тремляндии одни снобы.

– Пойдемте, Мастер, – я подняла с пола сумку, перенёсшуюся вместе со мной. Хорошо вцепилась в неё, а то вряд ли бы Доктор проявил заботу о женском имуществе.

– Больше не стрессуешь?

– Вас я просто уважаю, – честно ответила я, догоняя, стоящего возле выхода Вонга. – А мне можно будет тут ходить? А посмотреть двор для тренировок? А где вы едите? А в библиотеке можно что-то брать?

– Кажется, я понял желание Стрэнджа заставить тебя молчать, – не злобно пробурчал Хранитель библиотеки, я даже не обиделась.

И вообще, после ухода «мистера совершенства» стало спокойнее, а пребывание в стенах школы волшебства, вызывало пьянящий восторг, щекотавший где-то в горле сотней пузырьков.

Мне было безумно интересно буквально все, поэтому я жадно вглядывалась в окружающее пространство. Коридоры, сады, просматривающиеся из арок крытых переходов – восхитительно, незабываемо, как ожившая мечта.

Да уж, мечта… Радости как-то резко поубавилось. Моя мечта разлетелась на кучу блестящих осколков, поранив все, до чего смогла добраться. «Мышь, » – зашибись, меня так ещё не оскорбляли. А чего, собственно, я хотела, чтобы он пал на колени и попросил стать его женой?

Однозначно, так быстро и за пару часов не взрослела ни одна девушка. Нужно трезво оценивать свои возможности, поэтому придётся отбросить розовые сопли и держаться от мага подальше. И не думать о том, что жизнь моя станет теперь в разы сложнее…

– Думаю, не случится ничего непоправимого, если ты исследуешь нашу обитель, только постарайся не попадаться на глаза Стивену.

– Не волнуйтесь, – кисло заверила я. – Постараюсь не доставлять вам неприятностей. Прекрасно понимаю, что нянькаться со мной никто не будет.

– Ну, в данном случае твоя нянька – я, – попытался пошутить сопровождающий.

– Спасибо, – совсем сдулось моё хорошее настроение.

Дальше мы шли молча. Комната ничем не отличалась от той, что я видела на экране. Стол, стул, узкая койка с чистым бельем и красивое ажурное окно с выходом на внутренний двор, за ширмой небольшая ванная.

– Ужин в семь, я зайду за тобой, а сейчас отдыхай, осваивайся. В том шкафчике кимоно послушников, лучше не выделяться. Пароль от Wi-fi…

– Shamballa, – улыбнулась я. – Знаю, спасибо большое. Вонг рассеянно кивнул, и за ним закрылись двери.

Аккуратно разложив свои вещи из спортивной сумки и, сполоснувшись, я натянула предложенное одеяние. В принципе ничего: серая туника до середины бедра с двумя разрезами по бокам; серые широкие шаровары и удобные плетеные босоножки, на длинных ремешках, завязанных на икрах; кожаный пояс с парой кармашков. Волосы я убрала в простую косу и, упаковавшись, попрыгала на месте.

Отлично, ничего не звенит, не болтается то, что нужно. Распахнув створки окна настежь, я воровато огляделась по сторонам, но никого не заметив в обозримом пространстве, перемахнула через подоконник и пошла исследовать новое место обитания. Порефлексирую как-нибудь потом, магия не ждет.

***

На библиотеку опустилась ночь, когда утомленный этим днем Вонг, пристроился в своём кресле, устало прикрыв глаза. Не прошло и пары минут, как напротив открылось окно портала:

– Вонг.

– Стрэндж, – поздоровался библиотекарь, шагнув в портал, чтобы все так же измученно примоститься на диване возле рабочего стола мага в Нью-Йорке.

– Чаю?

– Не помешает, – отозвался Вонг.

– Что случилось? – уточнил Стивен, когда его друг отпил пару глотков травяного сбора. – Я не видел тебя таким со времен того боя с Кецилием.

– Стар я уже для работы с молодежью.

– Не понял.

Вонг откинулся на спинку дивана, что для него вовсе не свойственно. Обычно он садился на любую поверхность собранно и с прямой спиной, то ли как солдат, то ли как выпускница института благородных девиц. Мужчина прикрыл глаза и в таком положении отпил чая из чашки. Стрэндж не мешал другу, лишь удивленно заломил бровь, ожидая продолжения. Библиотекарь остановился и вперил в мага обвиняющий взгляд:

– После твоего ухода я отвел её в комнату разрешив пройтись по Камар-Таджу, но не думал что она сразу побежит все исследовать. Все же магический перенос из другой вселенной, считай вырвали из понятной и привычной среды. Я поэтому-то и ушел, давая ей время побыть одной, может поплакать, в себя прийти. Однако, через пол часа нашел ее в библиотеке, она исследовала книги, попыталась пару прочитать, но ни один язык ей не дался, так что девушка расстроенная ушла. Но как попала в хранилище артефактов, ума не приложу.

– Артефактов? Как она туда пролезла?! Что-то сломала? Украла?

– Нет, слава Агамотто! Но её приметил артефакт, и вот он как раз разбил пару витрин, добираясь до своей новой хозяйки. А потом расквасил нос одному из учеников, посчитав что тот слишком долго смотрел на девушку.

– О, Агамотто, как она наткнулась на Желтый Пояс?!

– Не знаю, – психанул библиотекарь. – Причем этот паршивец даже не показывается ей на глаза, просто следует. И оставляет за собой хвост разрушений.

– Но это еще не все, не так ли?

– Конечно не все! Он подкинул ей в комнату Посох Фудзина, и тот девушку так же принял.

– Стоп, – вскинул Стрэндж руки в защитном жесте. – Давай дозированно будет поступать информация. А сейчас сядь и послушай, что я о ней узнал, потом решим остальное. Чай или все же что покрепче?

***

 Закатные сумерки давно отгорели над Нью-Йорком. Все, даже самые заправские весельчаки и гулёны успокоились, удобно устроившись в своих кроватях. Покой и безмолвие опустились на город, тот самый, называемый в древности Час Волка, окутал тишиной улицы, забился в самые укромные уголки, усыпляя бдительность, смыкая веки, заполняя разум сонным флёром. Лишь в одном месте города не знали этой сонности двое, в храме, оплоте спокойствия мира, его реальной и материальной частей. Верховный Маг и его друг почти окончили свой непростой, не к ночи начатый разговор.

– Дурные вести, Стрэндж.

– Не то слово, – хмыкнул маг. – У нас в руках информационная бомба замедленного действия и неизвестно, когда и в чьих руках она рванёт.

– Нельзя допустить, чтобы она попала к Мордо или того хуже, к Дормаму. Если такое случится, я даже не берусь предсказать последствия для нашего мира.

– Может стереть ей память и дело с концом? – предложил Стивен, крутя в руке бокал с красным вином.

– Нет! – Вонг аж покраснел лицом. – Непреложный обет нашей Древнейшей. Мы не имеем права вмешиваться в сознание разумных и тем более менять его. Стрэндж задумчиво разглядывал бордовый напиток в свете свечи:

– После ее смерти, многие законы дали трещину, а некоторые даже при жизни были нарушены. Не вижу смысла отказываться от столь удобного решения проблемы.

– Только через мой труп, Стивен. Мы должны укреплять законы, а не нарушать их в угоду собственной лени. Стерев память, ты сотрёшь и личность девушки, на выходе получив неразумного младенца, который не сможет даже ходить и говорить.

– Да уж. Жаль, – Мастер вздохнул. – Ты знаешь, всё только слова. Я не собираюсь менять то, что не создавал, хоть и не буду отрицать, что это заманчиво.

Библиотекарь немного расслабился и с осуждением глянул на мага, коря за неудачные подначки. Потом вздохнул и отвел взгляд, признавая правоту данных мыслей. Было бы легче:

– Думаю наилучшим решением будет отправить Соню домой, тогда проблемы сами отпадут.

– Я подумал об этом в первую очередь, и даже провел весь вечер за книгами, но пока не продвинулся к цели ни на шаг. Но это лишь дело времени, зато нашел причину истерии среди артефактов.

Вонг задумчиво смерил Стивена взглядом:

– Так это ты мне книги перепутал, а не Соня. А я еще голову ломал, как за пятнадцатиминутный интервал она смогла два стеллажа на уши поставить.

– Ну я, – нехотя признался Стрэндж и поспешил сменить тему. – Так тебе интересно?

– Говори давай, а где, кстати, Леви?

– В шкафу, он наказан. Так вот, все дело в Благословении Лакшми.

– Индуистской богини удачи и счастья? А причем…точно, как я сам не понял. Создание любого мощного артефакта, требует каплю силы изобилия и удачи, а это и есть суть Лакшми. Получается, артефакты чувствуют «поцелуй» богини на девушке и тянутся к ней, как к матери или сестре, но откуда столь ценный дар у этого ребенка мира, где нет магии?

Стрэндж выглядел так, будто у него отобрали конфету, причем не просто отобрали, но и развернули и съели прямо под носом.

– Ты знал, – с обидой в голосе выдал маг. – Я около трех часов корпел над сборником их Вед.

– Я знаю многое, Стрэндж, но это не значит, что все помню. Мне тоже нужен какой-то толчок для того, чтобы память заработала. Так откуда благословение на Соне?

– Не знаю, – буркнул маг. – Там этого не написано. Только постфактум.

– Хорошо, с этим разобрались. Нужно просто запереть хранилище понадежнее и запретить ей туда соваться, с теми же предметами, что к ней попали, она все-равно не умеет обращаться, да и не сможет. Тут проблем быть не должно, в конечном итоге всегда можно изъять их.

– Наверное ты прав…

Глава 2. И пыль и вода

Нову одежу кроят, к старой примеряют.

Поговорка

Ночь прошла тяжко, я нашла все же их местную столовую, поужинала и вернулась в комнату. Тут-то в принципе меня и начало потряхивать. Адреналин уложился в организме и осознание пришло откуда не ждали. Чужой мир, где меня не существует, чужие люди и ни одного знакомого с детства лица. Я отгоняла эти мысли за обычными бытовыми делами, такими как – помыться, перебрать несколько раз свои пожитки и предоставленные в пользование вещи, расчесаться найденной в сумке расческой и попытками оживить мобильник. Однако все не вечно и в конечном счете я легла в кровать, накрылась покрывалом поверх второй простыни и осталась наедине со своими мыслями.

Слез не было, только куча ненужных и пугающих вещей в голове. Что там решит насчет меня Стрэндж? Найдут ли вход в мой мир? Не придумают ли меня как-то обезвредить в информационном плане? Как жить дальше?

Жаль что я не попала в какое-нибудь средневековье, понимаю что там жизнь у женщин не сахар, но никто не задастся вопросом кто ты откуда, переписи у них нет, интернетов тоже. Плюс минус человек им роли не сыграет. Можно было бы как-то на работу устроиться… мда, или казнят за ежедневное мытье. Не подумала, все же в двадцать первом веке безопаснее… блин, а если Танос и меня распылит? А Алая Ведьма расфигачившая Камар-Тадж?

– Я такими темпами совсем чокнусь!

Взвыв, перевернулась на живот, накрыла голову подушкой и постаралась вообще ни о чем не думать. Будет день – будет пища! На улицу не выгнали и дальше прорвусь!

***

Утром я не то чтобы перепугалась от шипящего Леви прямо над кроватью, но седых волос у меня прибавилось…новые отрасли!

Прибежавший на мой вопль Вонг выгнал из комнаты недовольного этим фактом Плащ и, подождав пока приду в себя, отвел на завтрак. Там мне популярно объяснили план на мое ближайшее проживание и расшифровали непонятку с артефактом.

Конечно же, пришлось смириться с таким положением вещей, а так же дать зарок не заходить более в хранилище, ибо не понятно, что может еще ко мне прицепиться. Обещание выполняла вполне охотно, так как самой было страшновато, я же совершенно не знаю их мир, одно дело фильмы, другое реальность с кучей нюансов и действительно древним набором ценностей. Не хватало еще, чтобы за мной попятам блудила древняя ваза какого-нибудь фараона с содержимым желудка или средневековой чумой. В общем, брррр.

Постепенно мне стало скучно просто сидеть в комнате и ничего не делать. Тренировки это конечно хорошо для здоровья моего растущего организма, но начался банальный информационный голодняк, поэтому я принялась таскаться за группами учеников Камар-Таджа, слушая лекции мастеров и наблюдая за практическими занятиями. Меня никто не гнал, сначала, правда, косились, но вскоре совсем забили. Близко мне общаться с ними было страшновато, потому как начнешь о себе разговаривать и сболтнешь лишнего, потом прилетит Стрэнджевская отдача, еще выгонят. Поэтому пришлось держать дистанцию, попытки познакомиться были, но быстро рассосались наткнувшись на стену отчуждения. Так даже будет лучше.

Позже я выпросила у Вонга большую пружинную тетрадь и ручку, и принялась конспектировать самое интересное, периодически схематично изображая движения с их тренировок. И какие это были занятия! Вау! Просто космос, как в прямом и переносном смысле. Куча магических голограмм, исторических примеров, являющихся визуализацией чьих-то воспоминаний. Просто фантастика!

Больше всего мне нравились занятия мастера Хамира по истории магии. Этот пожилой однорукий маг рассказывал и показывал так интересно, что захватывало дух.

Я стала молчаливым восторженным призраком Камар-Таджа. Эти стены, учителя, все манило, кроме того, из-за кого я мечтала попасть в это волшебное место.

Так же, милый и тихий на первый взгляд библиотекарь, железной рукой постановил, что праздное шатание по их «Хогвартсу» не пойдет на пользу ни мне, ни Камар-Таджу и подкинул внеплановую работу в архиве. Вот так и текла моя безмятежная жизни вдали от полноценной цивилизации, до одного прекрасного дня.

***

Это утро ничем не отличалось от череды уже прошедших в Камар-Тадже. Я проснулась, привела себя в порядок, позавтракала в общей столовой, и проигнорировав зарядку, направилась сразу в библиотеку, что встретила тишиной и полумраком совершенно пустого помещения.

– Мастер Вонг, вы тут?

Эхо скользнуло между стеллажей и вернулось ни с чем, лишь светильники на стенах засветили ярче, откликаясь на мое присутствие. Недолго думая, направилась в дальний угол помещения, где не закончила вчера разбирать несколько огромных стопок книг. Вонг уже вечером притащил их откуда-то и попросил расставить так, как они лежат по порядку, ничего не меняя, но было уже поздно и мы отложили на завтра, ну то есть уже сегодня. В принципе все, чем меня тут нагружали, не трудное, просто монотонное и требовало много времени, а его у мастера не всегда в достатке. Мне же было не сложно, а хоть такое минимальное соприкосновение с магическим миром радовало само по себе. Читать я ничего не могла, так как языков этих не знала. Над вопросом магического разрешения лингвистических проблем тоже задумывалась, но Вонг меня разочаровал. Существовало несколько подобных заклятий, но использовать их могли только другие расы, человеку же был гарантирован взрыв мозга, далеко не в переносном смысле, увы.

Тряпка нашлась в там же, где я ее оставляла, легкое облачко мягкой ткани отлично стирает пыль с бесценных фолиантов. Я прикинула масштабы работы и принялась за дело. Толстые, обитые кожей переплеты занимали свое место на чистых пустых полках соседнего стеллажа. Никто не мешал мне разглядывать украшения из драгоценных и полудрагоценных камней, рассматривать гравюры и аккуратно прослеживать пальчиком красивые тиснения. Когда я перетаскала уже книг пятнадцать, а не все они были легкими, то уселась прямо на пол перевести дыхание и как-то так неудачно облокотилась на книжное нагромождение, что лежащая на самом верху махина соскользнула и шлепнулась возле меня, подняв облако пыли и чудом не зашибив.

– Апчхи, – чихнула я, потерев нос. – Блин!

Огромный том, размером с половину ватмана и толщиной с два моих кулака был к счастью не поврежден, да и что ему такому слону сделается. Тонкая кожа с рисунками месяца и луны на обложке и два ремешка с медными пряжками, вот и все ее достоинства, а вот к недостаткам я отнесла явно не маленький вес и здраво оценив свою грузоподъемность, решила пусть она лежит внизу, просто оттащу к нужной стопке, чтобы не перепутать. Поднявшись на четвереньки, я ухватилась двумя ладонями за переплет и их буквально опалило огнем. Ощущение, будто коснулась раскаленного утюга или засунула руки в расплавленный металл. От боли перехватило дыхание и первое время я даже закричать не могла. Шарахнувшись в сторону, попыталась разорвать прикосновение, но кожу буквально впаяло в эту дуратскую обложку.

– Помогите, а-а-а-а-а! – голос прорезался в тот момент, когда боль оголодавшей тварью забралась вверх по руке и вцепилась зубами в основание черепа. Дальше я была способна только выть, перед глазами все плыло, кровавая пелена бросила меня на пол, заставляя биться тело в конвульсиях, судорожно пытаясь сделать вдох. Во время очередного спазма, я дернулась и приложилась головой с такой силой, что, под сноп вспыхнувшем перед внутренним взором искр, с облегчением потеряла сознание.

***

Стрэндж и Вонг неспешно прохаживались вдоль тренировочной площадки Камар-Таджа, переговариваясь и наблюдая за разминкой учеников. Плавные удары, легкие движения, сегодня не было место суете или грубости, все адепты и мастера отдавали дань уважения солнцу, что танцующей рябью разгоняло прохладу начинающегося дня. Это утро действительно ничем не отличалось от череды таких же спокойных и умиротворяющих, что усыпляло тревогу и возвращало ясность мыслей после липких прикосновений ночи.

Стивен хотел бы тоже расслабиться под влиянием момента, но с самого пробуждения его что-то тянуло, как-будто невидимая рука перехватила тонкий нерв в области солнечного сплетения и дергала, не давая дышать спокойно. Мужчина хмурился, отвлекался и уходил в себя, пытаясь определить источник беспокойства.

– Тебя что-то тревожит, Стивен? – уловил настроение мага Вонг.

– Не то чтобы сильно, но как будто камешек засел в ботинке. Не бери в голову, скорее всего не выспался, – отмахнулся Стрэндж.

– Ты должен прислушиваться к своему чутью, все же чародеи сверх чувствительны ко всякого рода изменениям эфира, особенно ты, как хранитель Камня Бесконечности.

– Да брось, дергаться из-за каждого космического шороха, мне нервов не хватит, – легкомысленно отозвался Верховный, однако внутренне снова содрогнулся. Да, что черт возьми происходит?

– Ты прочел те свитки по пространственным переходам, что я давал? – не желая ввязываться в полемику, перевел тему библиотекарь.

– Просидел с ними почти всю ночь, нашел в них упоминание нескольких первоисточников, их нет в нашей коллекции?

– Я искал, но нашел только один, как раз планировал занести сегодня, если мы хотим помочь девочке вернуться домой, придется поднять архивы и найти упоминания о судьбе остальных, но боюсь древние знания могут быть утеряны.

– Ищи, если необходимо прочешим всю планету. Нужно поскорее дать Соне волшебного напутствия и отправить домой, пока это не отразилось на нашей вселенной. Не хотелось бы получиться коллапс реальности из-за одной нелегальной эмигрантки.

Мужчина заложил руки за спину и остановился, задумчиво замерев взглядом в пространстве.

– Стрэндж, будь помягче с девушкой, ей не просто в нашем мире, – осуждающе качнул головой собеседник.

– Я не плюшевая игрушка, чтобы быть мягче, – буркнул маг. – Ладно, забыли, наверное действительно не выспался. Идем, провожу тебя в библиотеку, заодно захвачу свиток. Предыдущие верну порталом. Хорошего дня, адепты.

Окончившие к этому моменту тренировку послушники, повернулись лицом к мастеру и склонились, выражая почтение:

– Хорошего дня, Верховный.

– Ты растешь, Стивен, но привычки твои остаются неизменными.

– Вонг, ты мне до старости будешь воровство книг вначале вспоминать?

– Как верховному Чародею, старость тебе в ближайшие пару сотен лет не грозит.

Раздраженно вздохнув, Стрендж бросил укоризненный взгляд на друга:

– Временами ты еще более невыносим чем я.

Вонг показательно сложил руки в жесте приветствия:

– Это величайшая честь…

Продолжить дружескую перебранку мужчинам было не суждено, по мере приближения к цели, они услышали вой полный боли и не раздумывая кинулись на звук.

Ураганом маги ворвались в хранилище, чтобы пораженно застыть при виде открывшейся картины. Мельчайшие капли воды конденсировались из воздуха то тут, то там, сверкали, перемещались, сливались в тонкие жгуты и плыли к огромному пузырю в центре комнаты, питая его. Мутная поверхность шара шла рябью от постоянного притока влаги, давая лишь смутное представление о том, что скрывается внутри. Белый силуэт мелькал и шевелился в центре водной массы.

– Какого черта? – удивился Стрэндж вскидывая руки со сложными многоступенчатыми щитами. Тут же прямо возле его губ сформировался маленький фонтан, умчавшийся к собратьям. – Это прорыв или плановое явление лазутчика? Вонг, что ты делаешь?

– Немыслимо, – в голосе мужчины послышалось искреннее благоговение. – Опусти щиты, друг, мы с тобой удостоены чести стать свидетелями явление новой жизни.

– Ну да, конечно, – иронично отозвался Стивен, развеивая волшебство. – Ты только учти, в акушерстве я не силен.

Библиотекарь нисколько не задумываясь, открыл у пола точечный портал не больше футбольного мяча с перекрывающей его сверкающей сетью, откуда хлынул поток морской воды. Однако, даже не думая затопить хранилище, он тут же змеей изогнулся и рванул к непонятному шару. В воздухе запахло йодом.

– Смотри, Верховный, – захлопнулось окно в океан и вместе с этим прекратилась водная фантасмагория, явив зрителям прозрачную цельную сферу, внутри которой наконец удалось разглядеть существо, больше всего походившее на сказочную русалку. Мощный жемчужного цвета хвост, обнаженный женский торс, со стыдливо покрытой чешуйками грудью, мелькающие среди длинных белых волос ладони с тонкими почти прозрачными перепонками. Чернильными пятнами повсюду мелькают капли крови, у затылка, ладоней и лица…подозрительно знакомого лица.

– Да ну, ты серьезно? А песня как в диснеевском мультфильме будет? Или злая каракатица уже отобрала ее голос? – издевательски протянул Верховный, скрывая растерянность и волнение за привычной маской циника.

– Соня, – не на шутку испугался Вонг.

От громких знакомых голосов поблизости, светлые ресницы дрогнули и распахнулись, явив миру яркие, почти светящиеся малахитовые глаза с вертикальными зрачками. В немом ужасе открылись бескровные губы, вытолкнув наружу сонм воздушных пузырей. С громким хлопком лопнула водяная ловушка, но Стивен среагировал мгновенно, жгутом свернув всю лишнюю влагу, и вышвырнул ее в открытый портал. Рухнувшую с приличной высоты Соню поймал рванувший вперед Вонг, однако вес новообращенной оказался многим больше обычного веса девушки, отчего не рассчитавший силы толчка маг рухнул на спину, удерживая на руках свою ношу.

– Вонг, – всполошилась русалка знакомым до боли голосом, соскальзывая с тела своего спасителя. – Вы в порядке?

– Похоже, юная леди, мы должны задать этот вопрос вам, – Стивен подал руку другу и, когда тот поднялся, присел на корточки возле девушки, сканируя ее магией.

– Я? – искренне удивилась она. – Руки только обожгла о какую-то книгу, она упала на меня со стопки и…

– И? – с участием уточнил маг.

***

– У, у меня хвост…и чешуя повсюду. О боже, что это? – я схватила себя за шею, уже почти на грани истерики, ощупывая…

– Насколько я могу судить, жаберные щели, вполне соответствуют образу в целом. – Стрэндж с непонятным выражением лица оглядел меня сверху до низу и тяжело вздохнул.

– Что? – злобно рыкнула я.

– Не думаю что теперь смогу когда-либо есть рыбу.

Он издевается! Самым натуральным образом! Когда я обозрела все полученные изменения в организме, то впала просто в шоковое состояние, ощупывая свой новый облик в надежде, что он как-то рассосется или это чья-то злая шутка. Очень злая! Господи, да я же медуз боюсь и плавать не умею, какая из меня русалка?!

– На редкость нелепая, – продолжил мои мысли Стивен, похоже последнее я сказала вслух. – Шрам тоже книга оставила?

Вспыхнув, прикрыла руками область живота. Совсем забыла, мои старый шрам никуда не исчез с тела, выделяясь на мягкой коже.

– Нет, это мое еще с детства…

Вопросительно изогнулась темная бровь, но задать свои вопросы мужчина не успел, к нам подошел Вонг с окутанными свечением руками, в этом облаке не касаясь кожи, парила та самая книга.

Тело еще помнило эхо боли и я инстинктивно бросилась в сторону, но даже отползти не получилось. Только рефлекторно дернулся хвост, со всего маху треснув по Верховному Магу Земли, отчего тот красиво шлепнулся на попу рядом, чтобы тут же вскочить на ноги с независимым видом. Я, наверное сволочь, но вид, на мгновение раскорячившегося Стрэнджа, пролил бальзам на хрупкое, злопамятное женское сердце.

– Книга Артханума, – вернул нас на грешную землю библиотекарь. – Книга пробуждения…

– … которую нельзя трогать без специального заклинания или артефактных перчаток, иначе последствия могут быть необратимы… – в конце фразы, перебивший товарища, Стивен запнулся и снова уставился на меня.

Внимание конечно льстило, у меня даже мурашки по телу пробежали, но ситуация и услышанное к стеснению мало располагали, скорее приводили в ужас. Я облизнула пересохшие губы и с надеждой посмотрела на Вонга.

– Необратимы, не стань ты русалкой, превратилась бы в обезьяну или иное существо, затесавшееся в предках, но скорее бы просто умерла.

Вздрогнула, закрыв лицо ладонями, хотелось разрыдаться от догнавших испуга и осознания. Кажется жизнь кончена, как теперь быть? Жить в бочке с водой? А как я домой вернусь…

– Как в этой куче вообще оказалась книга Атханума? – рыкнул Стрэндж.

– Понятия не имею, – покаялся Вонг. – Я не выносил ее из закрытого архива и даже никого не впускал внутрь…

– И что же, она отрастила крылья и вылетела в общий зал?!

– Может вы потом устроите разборки? У меня по вашей милости вырос хвост! – не выдержав перебранки, зашипела с пола я.

– Полагаю до свадьбы должно пройти, – попытался разрядить обстановку Верховный Маг.

– Стивен Стрэндж, если вы не исправите ситуацию, я заставлю вас на мне жениться сейчас же! И молитесь своим богам, чтобы хоть это помогло! – рявкнула я, своими словами неожиданно смутив обоих мужчин. Картина маслом, на полу библиотеки полурыба-полуженщина, а над ней алея скулами мнутся два взрослых мужика. Сюрреализм! Внезапно накатила слабость, как будто я нахожусь в очень душной комнате. Встряхнула головой, разогнав побежавшие перед глазами мушки.

– Тебе плохо? – как через вату, донесся голос. Я посмотрела наверх, пытаясь сфокусироваться на лице говорившего.

– Я как-то странно…тут совсем нечем дышать…

– Вонг, открывай портал куда-нибудь на безлюдный берег, она задыхается. Соня, не отключайся! – меня вздернули над полом и куда-то понесли. – Да шире, я сейчас ее без хвоста оставлю…

***

Маги буквально пулей вылетели из открывшегося портала. Ноги их утопали в белом песке, но хода это не замедлило. Вонг придерживал русалочий хвост, сомкнув огромный плавник, как сложенный веер, Стрэндж же нес саму девушку. Остановились они только тогда, когда по колено погрузились в теплый морской прибой. Верховный встал на колени, опуская свою ношу на дно. Лицо девушки расслабилось, когда вода сомкнулась над ее головой, длинные волосы разметало и стало видно как жабры на шее русалки буквально встали дыбом, а потом обмякли и зашевелились, как крылья носа.

– Кажется успели, – выдохнул Вонг за плечом. – Смотри, кажется это еще не все…

Вспыхнула вся чешуя на женском теле, расправился хвост, подняв тучу брызг, на бедрах отделились и встопорщились узкие полоски полупрозрачных плавников, также как и на запястьях. Соня выгнулась в руках, не отпустившего ее Стивена и села, оказавшись почти по шею в воде.

– Эффектно, – вынужден был признать Стрэндж. – Но петь я все-равно не буду. Ты в порядке? Как себя чувствуешь?

– Потрясающе, как-будто заново родилась, – от упаднического настроения девушки не осталось и следа. Она довольно поерзала в воде, побултыхала «ногами», будто примеряясь и с улыбкой самого счастливого человека на свете, протянула руки к солнцу, любуясь искристыми перепонками меж пальцев. Маги, однако, на удивление, не разделяли ее веселья. Напряженные мужчины переглянулись и Стрэндж медленно обошел Соню, встав так, чтобы перекрыть ей путь в океан:

– А теперь, раз твоей жизни больше ничего не угрожает, переместимся-ка на берег, дабы мы смогли проконтролировать твой первый оборот обратно в двуногое состояние.

– Зачем? – искренне удивилась Романова. – Я такая красивая и сильная в этом облике и тут так хорошо, меня так давно ждали.

Слегка затуманившийся взгляд девушки обратился к горизонту.

– Какой знакомый голос…он зовет меня…

– Соня, ты не должна его слушать, сосредоточься на нас, – медленно заговорил Вонг, получив кивок от Верховного. – Это зов океана, он очарует тебя и увлечет в глубины, если ты до полуночи не вернешь себе возможность стоять на ногах, то путь на сушу будет закрыт для тебя навсегда. Давай с нами на берег, мы поможем обратиться, а потом отпустим поплавать.

Рваным, жутковатым движением русалка мотнула головой в сторону библиотекаря, прислушиваясь к его голосу. Губы раздвинулись в милой улыбке, обнажив острые, похожие на акульи, зубы:

– Отпустите? У вас нет права запрещать мне что-либо, океан мой дом и моя вотчина…

– Пора, – крикнул молчавший до этого Стрэндж, выбросив из рук сноп желтых нитей, что опутали девушку сверкающим коконом, Вонг поймал второй конец магической ловушки и вцепился в него обеими руками. Маги одновременно потянули за жгуты энергии, подняв спеленованную русалку в воздух, лишив контакта с водной поверхностью. Дикий визг, будто дельфиний, резанул по ушам, но чародеи не выпустили пленницу, лишь Стрэндж накинул пару дополнительных витков в плетение.

– Держи крепче Вонг, нельзя ее упустить, – крикнул Стивен, уклоняясь от ударов ходящего из стороны в сторону хвоста.

– Вот это силища, мы ее так долго не удержим, попробуй дозваться.

– Тогда фиксируй, хотя бы на пару минут. Леви, разрешаю обнять твою любимицу.

Плащ, до этого помогавший Стрэнджу устоять на ногах, окрыленный разрешением напарника, рванул к такой желанной цели. Он обнял девичью фигуру и застыл в блаженном окружении энергии, что источало благословение Лакшми на ауре Сони.

Русалка была обездвижена, неистово мотая головой и лишь кончиком плавника. Визг перешел в новую тональность, буквально разрывая барабанные перепонки. Стивен мгновенно перекинул энергетические жгуты Вонгу и приблизился к Соне вплотную, схватил за плечи заставляя смотреть ему в глаза:

– Соня, – девушка дернулась и замолчала. – Посмотри на меня, слушай мой голос. Тебе нужно бороться с этим зовом, он опасен. Ну же, ты сможешь. Ищи якорь в себе, что тебя может задержать на суше.

Мутные глаза начали проясняться.

– Якорь?

– Да, Соня, якорь, то что может быть сильнее магии и инстинктов, что для тебя важно? Ищи, что заставляет просыпаться по утрам? Что твой смысл жизни?

– Ты, – призналась Соня.

– Не понял, – удивился Стрэндж.

– Ты важен, я люблю тебя.

Не ожидавший такого поворота событий, Стивен, отдернул руки от девушки, что стало большой ошибкой. Схлопнулся в щель, овал зрачка и огромная волна, накрыла побережье, смывая даже ближайшие деревья и кустарники. Магов завертело, дезориентируя, утаскивая на глубину. Сориентировавшись, где верх, где низ, Стрэндж в пару мощных гребков вынырнул, оглядываясь.

– Вонг, Вонг, ты где? Леви, ко мне!

– Я тут, – раздался с берега голос. – Плыви сюда.

Мечущийся в панике над водой Плащ увидел хозяина и рванул к нему, вытаскивая на берег.

– Спасибо, дружище, – поблагодарил Стивен артефакт и закашлялся, выталкивая из легких остатки соленой воды. Плащ участливо сполз со спины мага и полой удержал за плечи, пока кашель не сошел на нет. – Я в порядке.

Библиотекарь так же насквозь мокрый, прибежал, однако со стороны прибрежных зарослей.

– Успел зацепиться за ствол, когда понесло обратно, – ответил он на немой вопрос друга. – Ты цел?

– Да, немного приложился плечом о камни, но в целом… – Стрэндж оглядел последствия внепланового наводнения и перевел взгляд на океан, но вопреки его надеждам, нигде не мелькнул белый хвост. – Кажется мы облажались.

– Я бы не был так категоричен…

– Вонг, мы потеряли русалку на планете, которая на семьдесят один процент покрыта водой, ничем другим наш провал назвать нельзя. Так, минута отдышаться и в Камар-Тадж, запустим поисковое заклинание на весь мир.

– Но, Стивен, подобного рода заклинание может занять двое суток, у нас нет столько времени.

– Скорректируем план по ходу дела.

***

Каково это, чувствовать себя частью большого живого мира? Просто божественно! Здесь не было места тревогам, спешки или отчаянью. Океан настолько изголодался по общению, что своим ментальным зовом буквально оглушил. Целой волной информации, красок, чувств и запахов накрыло взбесившиеся рецепторы. Я чувствовала себя маленькой белой рыбкой в огромном водном потоке, который тащил, вертел, проносил сквозь завихрения и без зазрения хвастался своими богатствами. Сотни и тысячи видов живых существ проносились перед внутренним взором, большие и маленькие, смешные и ужасающие, прекрасные и отталкивающие. От яркости и интенсивности мелькающих красок замутило и это вернуло меня к реальности. Я нашла себя лежащей на спине большой черепахи, меланхолично дрейфующей в полости огромной подводной пещеры. Мягкий голубой свет дрожал и играл причудливыми тенями под сводами.

Немного приподнявшись на локтях, взмахнула кончиком хвоста, обдав подсохнувшую на воздухе чешую прохладными брызгами. Мой невольный перевозчик недовольно загудел и я поспешила соскользнуть с панциря, извиняюще проведя ладонью по плавнику. Огромная голова повернулась ко мне и с шумом выдохнула, мол не обижаюсь, что с вас неспокойных взять. И не прощаясь гигант развернулся к выходу, передвигая свое обширное тело мощными гребками.

Я поморгала, убирая ненужное на воздухе второе веко и осмотрелась. Ну что сказать, красиво, даже очень. Каменный грот исправно пополнялся кислородом от фосфоресцирующих незнакомых водорослей, что темно-синими нитями колыхались в воде, опоясывая плоский кусок сухой скалы. Нырнув, я почти мгновенно оказалась у этого природного постаменты, и вынырнув по пояс, пригляделась. Мир мигнул и стал четче, позволяя в полумраке разглядеть даже самые мельчайшие детали. Весь берег был усыпан различными украшениями, камнями, монетами, что грудой никому не нужного хлама были небрежно сброшены в кучу. Протянув руку, я подтащила к себе озорно подмигнувшую тиару и с восхищением принялась разглядывать бликующие рубины в окружении мелких, как капли росы бриллиантов.

– Красота какая, – прошептала я, вздрогнув от раздавшегося в тишине эха собственного голоса. Звук привел меня в чувство, заставив отстраниться от постоянного шума в голове. Я встряхнула головой, желая вытряхнуть из нее назойливый шепот.

– Прекрати, замолчи, ты меня с ума так сведешь.

Недовольным ропотом отхлынула волна чужого сознания. Я глубоко вздохнула и, выронив из рук украшение, приложилась горячим лбом к холодному камню.

– Где я? Как отсюда выбраться? Уведи меня отсюда, – прохрипела я, осознавая весь ужас происходящего. Одна, на глубине больше тысячи метров, в воздушном пузыре сомнительной надежности в окружении неадекватно-настроенной стихии. – О, боги, со Стивеном и Вонгом все в порядке? Отвечай!

Перед внутренним взором мелькнули картинки, как маги выбираются на берег и уходят в открывшийся портал. Увиденное заставило облегченно выдохнуть, на мгновение прикрыв глаза. Я пыталась вспомнить, что предшествовало моему побегу в море, но воспоминания были покрыты тонкой рябью, как будто их от меня спрятали за мутной пленкой. Ладно, потом, сейчас главное как-то вернуться в Камар-Тадж, меня же наверняка ищут… но как?

В воде стало некомфортно, от постоянного контакта с океаном, было чувство непрекращающейся слежки. Задумчиво оглядев кусочек суши, попыталась вылезти, но хвост весил будто целую тонну. Содрав один из когтей в тщетной попытке вылезти, я, зашипев от боли, плюхнулась обратно. Но не успела прийти в себя, как от воды отделилась небольшая волна и аккуратно посадила меня на край.

– Спасибо, – удивленно поблагодарила я, отжимая волосы. – И зачем ты меня сюда привела? Ведь тебе что-то нужно, я чувствую.

Тонкий водяной жгут неожиданно выстрелил из общей массы и тонкой лентой устремился к груде сокровищ. Со звоном покатились по полу монеты и водное щупальце притащило мне горсть цепочек с жемчужинами и почти проволочный, невесомый обруч, судя по всему головной. Все это ссыпали мне прямо на «колени» и жгут рассыпался каплями. Тянуть руки к непонятным аксессуарам я не нанималась, это уж точно, одного косяка с книгой достаточно. Перекинув мокрую, криво заплетенную косу за спину.

– Я не буду это трогать, пока не объяснишь что это такое.

Глава 3. И скальпель и зубы

Об искусстве лекаря судят после выздоровления.

Поговорка

– Кристина!

Доктора Стрэнджа не узнать было сложно, даже спустя столько лет все в отделении оказания срочной медицинской помощи вздрогнули и как по команде уставились на мужчину, чей голос буквально сотрясал здание больницы.

– Кристина Палмер, позовите Доктора Палмер!

Знакомая картина для старожилов, но совершенно с другим сюжетным поворотом. Стивен буквально летел по коридору, оскальзывался, так как с его темно-синего кимоно лило ручьями, но упорно двигался в сторону стойки регистрации. На руках он нес девушку, судя по всему совершенно обнаженную, наспех прикрытую каким-то узорчатым покрывалом. Тонкие ноги обезображенные кровоточащими ранами, усеивали кафель ярко-красными каплями. Девушка была без сознания, лишь иногда постанывала, от тряски.

Стрэндж добрался до вскочившей при его приближении медсестры и рыкнул так, что та даже рот открыть не успела.

– Какая операционная свободна?

– Т-т-третья, – запинаясь отозвалась женщина.

– Живо, третью операционную и Доктора Палмер туда.

– Но…

– Стивен, – Кристина, услышавшая знакомый голос, выбежала из приемного отделения и с явным предчувствием неприятностей направилась туда, где находился источник беспокойства. – Что произошло? Кого ты опять принес?

– Некогда объяснять, принимай пациентку. Она потеряла много крови, глубокие рваные раны на ногах, подозрение на сотрясения. Отключилась от болевого шока.

Уложив свою ношу на привезенные персоналом носилки, Стрэндж ухватился за поручень, помогая медбрату везти их в сторону операционной. Кристин двигалась параллельно, она выхватила из кармана фонарик и проверила реакцию зрачков. Женщина еле сдержала удивленный вскрик, когда под подрагивающим веком сомкнулась вертикальная щель. Она никак это не прокомментировала, но вопросительно глянула на Стивена:

– Резус фактор?

– Без понятия, но подозреваю кровь ей переливать нельзя. Только физраствор и минимальное медикаментозное вмешательство.

– Ты серьезно? А лечить я ее чем должна, святым духом? – огрызнулась Палмер, пропуская каталку в помещение.

– Никаких антибиотиков и подобного рода веществ, пока будете штопать я возьму кровь и проверю на совместимость с медикаментами.

– Стивен, я не буду зашивать девочку без обезболивающего, я не мясник.

– Это в твоих интересах и поверь, если она умрет от препаратов на операционном столе, нам будет о-о-очень плохо. И я не преувеличиваю, возможен коллапс в масштабах планеты.

– Ты же шутишь? – с надеждой переспросила Кристина, сдёргиваясь ткань с девушки и вводя ей в вену катетер.

– О нет, я серьёзен как никогда, действуй.

Зачерпнув медицинским тампоном натёкшую с Сони кровь, Стрэндж удостоверился, что его поручения в плане лечения выполняются и скрылся за дверью помывочной. Несколькими движениями рук мужчина магией полностью высушил себя и продезинфицировал. Руны начертанные прямо в воздухе закружились над окровавленным куском ваты и принялись выстраиваться в ряды, то разгораясь, то затухая. Результаты Дока не сказать чтобы обрадовали.

– Кристин, – крикнул он не отвлекаясь. – Можно использовать те препараты, что полностью на натуральных компонентах, никакой синтетики, никаких искусственных заменителей.

– Пенициллин могу использовать? – после паузы раздалось из операционной.

– Только в чистом виде, – последовавшая за ответом брань сделала бы честь портовым грузчикам.

– Твою мать, вы верно шутите… – прошипел Маг и поискал глазами нужную емкость. Подтащивших к себе ведро, Стрэндж открыл портал и не входя в него, просунул руку и зачерпнул морской воды. Пасс и та очищена и заряжена.

– Есть тут у кого распылитель? – уточнил Стрэндж у заглянувшего ассистента, тот отрицательно мотнул головой и поспешно удалился.

– Какие все нервные, – буркнул Стивен, вновь открывая портал. – До чего я докатился, ворую из цветочного магазина. Простите, позже верну.

Отлив немного жидкости в обычный бытовой пульверизатор, маг скептически произвёл подсчёты и на всякий случай набрал еще одно ведро воды. Удовлетворенно кивнув, он покрепче вцепился в емкость, скрывая волнение и направился в операционную, где встал у стены, чтобы не мешать и принялся ожидать окончания.

Операция длилась всего минут двадцать, за это время девушке наложили швы, с немым изумлением извлекли несколько обломков острых зубов из наиболее крупных ран и обработали все незначительные порезы и царапины на остальных участках тела. Когда все закончилось и Соню отмыли от крови и проявившейся корки соли, медперсонал принялся расползаться по помещению, прибираясь и переговариваясь.

Стивен перехватил Кристин за локоть.

– Ещё не все, выпроводи всех и останься, инструменты не убирай.

– О чем ты, мы закончили, ее нужно переправить в палату и поставить еще капельницу.

– Делай как я сказал, если мы сейчас не сделаем одну вещь, все швы разойдутся в течении часа, а раны откроются. Мне нужна только ты и пустая операционная.

Поймав серьёзный, обеспокоенный взгляд Стрэнджа, женщина медленно кивнула и спешно отправила оставшихся в операционной по различным поручениям.

– Все, у нас есть не больше часа, и то операционная может понадобиться кому-либо в любой момент. Надеюсь ты знаешь, что делаешь.

Стивен не был в этом уверен, но выбора не оставалось. Отточенным жестом он создал заклинание, которое в буквальном смысле отрезало помещение от остального мира, как огромным ластиком, стерев наблюдательное зеркальное окно и все двери.

– Теперь точно никто не зайдёт…

– А, – начала было Палмер.

– Камеры тоже выключились. Не задень, будь добра, те два ведра с водой и…ничему не удивляйся.

Услышав тихие шаги, Стрэндж сосредоточился на Соне. Он встал возле ее головы и прикоснулся к покрытым испариной вискам.

– Очнись.

Тонкая нить магического импульса мигнула и вошла под кожу. Девушка застонала и дёрнулась.

– Давай же, еще одно маленькое усилие.

– Нет, – заскулила Романова и по щекам ее потекли слезы. – Ты обещал…

– Я не нарушу своего слова, но ты должна обернуться, иначе мы не сможем помочь.

Зелёные глаза распахнулись под натиском вторжения в сознание.

– Больно.

– Я знаю, но это скоро закончится, я помогу.

Кристин не подходила, встав так, чтобы собеседники на неё не отвлекались, но вскрика сдержать не смогла, пришлось мгновенно зажать себе рот обеими руками. Лежащую на операционном столе девушку окутало сияние и под стон полный боли тело изогнулось явив шокированной женщине русалку, самую настоящую, с белоснежным разодранным почти в клочья рыбьим хвостом.

– О боги, – прошептала Кристина.

– Доктор Палмер, – позвал Стрэндж, обозначив тем самым ее присутствие. Соня повернулась на посторонний звук и вперила в женщину нереальные фосфоресцирующие глаза.

– Кристин, вытащи из ран посторонние предметы, где есть и займись плавником, остальное я сделаю сам.

Доктор приблизилась под немигающим настороженным взглядом девушки и оглядела поле деятельности.

– Ты не потянешь такое количество сам, сначала нужно остановить кровь, думаю плавник подождет.

– Кристин, – мужчина устало вздохнул. – Просто помоги, очисти раны и зашей перепонки. Я буду работать как маг, а не как бывший врач.

– Поняла, – кивнула Палмер и убежала мыть руки и надевать новые стерильные вещи.

Стрэндж же ссутулился, но поймав направленный на него мутный взгляд, взял себя в руки. Он осторожно убрал с лица Сони мешающуюся ей прядь волос, но наткнулся на серебряный обруч, скрытый в волосах. Та самая прядь запуталась в тонкой цепочке, что с жемчужиной на конце свисала до середины лба девушки. Стоило прикоснуться к украшению, как мага предупреждающе ударило лёгким разрядом. У Стивена засосало под ложечкой от нехорошего предчувствия, взгляд его заметался по телу русалки, тот тут, то там выхватывая похожие предметы, явно принадлежащие одному гарнитуру. На запястье, на шее, на талии и даже на самом узком перешейке хвоста, почти возле развороченного зубами акулы плавника. В себя его привёл всхлип.

– Откуда на тебе столько артефактов? – тихо уточнил он, стараясь не срываться на итак замученной в край девушке.

– Океан притащил, не выпускал из подводной пещеры пока не нацепила все это, – Соня снова заплакала, закрыв лицо руками. – Я как-только начала их надевать вода она как-будто начала в эйфорию впадать, я обманула, не стала застегивать последний браслет, рванула. На входе как портал водяной, влетела, закружило, а потом…

Дальнейшие слова разобрать было невозможно, накрывшая девушку истерика явно не способствовала связной речи.

– Все, тихо, поспи. Когда проснёшься, больно уже не будет.

Он вновь коснулся виска девушки и она мгновенно обмякла.

Как раз в это мгновение вернулась Кристин и тут же устремилась к хвосту, подтаскивая к себе столик с инструментами. Какое-то время она работала молча, но не выдержала и бросила на Стивена косой взгляд.

– Объяснить ничего не хочешь?

– Не хочу, но видно нужно. Дай мне пять минут в себя прийти.

– Стивен, ты притащил ко мне истекающую кровью живую русалку, я думаю, что заслужила хотя бы объяснений.

– Несомненно, – Стрэндж достал ранее припасённые распылитель и в несколько пшиком увлажнял жабры девушки. – Но давай поговорим, когда Соня будет вне опасности.

– Надо же, – хмыкнула женщина, ловко орудуя скальпелем. Она закончила вычищать последнюю рану и выпрямилась. – Не Ариэль. Все я закончила тут, но некоторые требуют…

– Замечательно, а теперь плавник и…

– Ничему не удивляться, уже поняла твой принцип работы. Ты как освоил эти свои фокусы, стал совершенно несносным.

– Мой плащ бы с тобой поспорил.

Не удивляться было достаточно сложно, когда сверкающие струи воды потянулись из вёдер и принялись омывать тело русалки.

– Что это?

– Морская вода.

– Ты льёшь солёную воду на открытые раны? – взвилась Палмер.

– Да ради бога, Кристин, ты можешь просто сделать то, что я прошу?!

На глазах возмущенной женщины, раны начали затягиваться, а влага буквально впитываться, приподнимая чешуйки возле ран. Ни слова больше не говоря, Палмер взяла иглу, рассасывающуюся нить и принялась аккуратно сшивать края некогда прекрасного, полупрозрачного плавника, что висел сейчас унылым измочаленным куском полотна.

– Извиняться не буду, – вновь нарушил тишину голос мага, когда последняя рана заросла свежими мягкими еще перламутровыми полукружиями. – И отвечая на твой невысказанный вопрос, нет, ноги нельзя было так же залечить, а с плавником и вовсе бессмысленно, пока не соберём его в первоначальное состояние.

– Что с ней хоть произошло?

– Океан, видимо, не хотел отпускать то, что принадлежит ему и послал акул, в надежде, что девочка испугается и не полезет на берег. Но эта ненормальная поперла напролом, итог виден невооруженным глазом, держать чем-то кроме зубов эти твари не умеют. Будь у них руки, было бы проще.

Стивен немного заторможено наблюдал за ловкими движениями пальцев Палмер, стресс и почти сутки без сна сделали его немного рассеянным, причём настолько, что он даже не сразу заметил открывшийся портал и вышедшего из него Вонга.

– Стивен, с той дверью происходит странное, океан как-будто взбесился, пытается пробиться в Камар-Тадж.

– Этого нам еще не хватало, – устало пробормотал Стрэндж, разминая пальцами ноющую переносицу. – Мы не можем отдать ему Соню, хотя бы пока не разберёмся для чего она ему нужна.

– Как она?

– Вне опасности, но еще неизвестно сколько займет восстановление. Мы владеем ничтожно малым количеством информации о подобных ей. Посмотри…

Подошедший вплотную Вонг оглядел указанные Верховным предметы на теле русалки.

– Выглядят как обычные украшения, – неуверенно отозвался Мастер, кончиком пальца прикоснувшись к тонкому витому браслету на запястье девушки. Голубая искра вспыхнула и больно ужалила мага, буквально парализовав руку до локтя. – Какая мощь, изделия древних.

– Я вам не мешаю разгадывать тайны мироздания? – немного раздраженно вмешалась в разговор Кристина.

– О, – сконфуженно протянул Вонг. Он выпрямился и уважительно поклонился в сторону женщины. – Приветствую, доктор Палмер. Прошу прощения за вторжение, но у нас события, не терпящие отлагательств.

Смущенная Кристин, хотела было откреститься от подобного рода приветствия в свою сторону, но вмешался Стивен, он как раз заметил, что женщина закончила свою работу и повторил манипуляции с водой, заживляя и вымывая уже не нужные нити.

– Надо же, ей он кланяется, а Верховному Магу не перепадает, хотя священный обычай недвусмысленно намекает о такой необходимости.

– Стрэндж, имей совесть, она же женщина и я обязан проявить уважение.

– Нет, менять пол я отказываюсь, даже несмотря на такие заманчивее переспективы как приветствие поклоном.

Стивен вновь коснулся сознания девушки и уже не приводя в сознание, быстрым импульсом воздействия вернул ей человеческий облик. Кристин мгновенно прикрыла обнаженную пациентку одноразовой медицинской тканью.

– Я хотя бы в палату могу ее перевести?

– В индивидуальную, все расходы я оплачу. И чтобы в коридоре постоянно кто-то дежурил. Мы вернёмся через несколько часов, оставляю ее на тебя.

Женщина удивлённо вскинула бровь, но вопрос задать не успела. С хлопком операционная приняла свой первозданный облик, и мужчин в ней уже не было.

– Спасибо, ты нам очень помогла, – вздохнув пробормотала женщина, с сомнением поглядывая на незнакомку, что оставили с ней наедине.

– Чертов Стрэндж.

***

В себя я приходила тяжело, чернильный омут затягивал все глубже, как тот водоворот, из которого я рвалась к скрытой магией двери Камар-Таджа. Вновь и вновь я переживала тот момент, когда пасть огромной белой акулы сомкнулась на моем хвосте, кровавой пеленой застилая взор.

У них не было приказа вредить мне, подозреваю, если бы не сопротивление, то все обошлось испугом. Но я стремилась на сушу, в единственное место этого мира, где могла быть в безопасности. Не знаю как они услышали меня, но стоило в очередном рывке у поверхности, увидеть силуэт Стрэнджа на фоне открытой прямо в воздухе двери, меня скрутило судорогой. Очередная попытка акулий братии задержать, привела к тому, что клыки вонзились не в защищённый чешуёй хвост, а в мягкую человеческую плоть. Вот тут то и началось все самое ужасное. Запах и вкус крови скинул воздействие океана с хищников и меня уже стремились не остановить, а сожрать. Я нахлебалась воды, от страха и паники всколыхнулась волна обратной трансформации, но клыкастый капкан в очередной раз добрался до ног и оборот буквально захлебнулся в крови. Сильный рывок выдернул меня на поверхность, алая ткань окутала со всех сторон спасительным коконом, чтобы вместе со мной влететь в захлопнувшуюся за нашей спиной дверь. Я не успела даже ощутить твёрдую поверхность пола, как горячие руки вздёрнули на высоту человеческого роста.

– Вонг, живо, портал в мою старую больницу. Ей нужна помощь, Соня не отключайся, все будет хорошо, ты в безопасности.

Зачем он об этом говорит? Привкус крови во рту заставил с удивлением осознать, что в инстинктивной попытке защититься, я впилась трансформированной челюстью в плечо держащего меня мага. Осознание стало последней каплей, унесшей мое сознание в темноту.

Помню как несколько раз приходила в себя и по моему даже в больнице, но полноценного пробуждения до сих пор не случилось. Мысли двигались сонными мухами, лениво плавая в киселе измученного разума. Пеликанье какого-то прибора над головой позволило наконец уцепиться за реальность и очнуться. Первое что я почувствовала, это тупая ноющая боль в области ног, но это даже немного приободрило, ведь если болит, значит существует? Подслеповатости щурясь, разлепила склеенные ресницы и попыталась понять, где оказалась.

– С пробуждением, как вы себя чувствуете?

Женский голос взорвал в голове фонтан боли, я поморщилась и слегка повернулась разглядывая склонившуюся надо мной Кристин Палмер. Ну конечно, под чьим крылом я еще могла оказаться в этом долбанутом фанфике, что внезапно стал реальностью.

– Пить, – тихо попросила я.

– Конечно, сейчас, – она на мгновение отошла, чтобы вернуться со стаканом воды и трубочкой.

Но когда я уже подалась вперёд, женщина внезапно замялась и уточнила.

– А питьевая подойдёт? Может тебе морская нужна? Что пьют русалки?

– Без понятия, я русалка от силы сутки, дайте попить.

– Прости, – край пластиковой трубочки наконец достиг цели, позволив утолить мучившую жажду.

Я кивком поблагодарила Кристин и обессиленно растеклась по больничной койке.

– Стивен просил позвонить, как только ты очнёшься, отдыхай, я отойду. За дверью дежурит медсестра, если что, вот кнопка тревоги или кричи.

И меня оставили в одиночестве, позволив оглядеться. Ну, что сказать, классическая палата из американских сериалов. Койка с подъёмным механизмом, по бокам приборы, капельницы на стойках, какие-то датчики, напротив узкий диван для посетителей и столик, окно справа и распашная дверь слева, пахнет дезинфицирующими веществами и медикаментами. Я обратила внимание, что в вене стоит катетер, добросовестно подчующий меня чем-то питательным, а на указательном пальце прицеплен измеритель кислорода. Заинтригованно пошевелив пальцем, я добилась неприятного писка аппаратуры и быстро свернула исследовательскую деятельность, к тому же силы окончательно покинули, было даже моргать лень. На ноги, накрытые лёгкой тканью старалась вообще не смотреть.

– Соня, – шипение открывшегося портала не позволило скатиться в пропасть паники и отчаяния.

С усилием разомкнулись веки.

– Вонг, доброе утро…или день. Вы весь мокрый, купались? – слабо улыбнулась.

– Ты как себя чувствуешь? – маг встряхнулся как большая собака и вмиг стал сухим, перестав пачкать казённый кафель. – Боли сильные?

– Слабость просто ужасная и постоянно хочется пить, – призналась, вновь закрывая глаза. – Так много нужно спросить, но сил нет совсем.

– Я принёс отвары и магически усиленное обезболивающее на травах. Передам все доктору Палмер и к сожалению должен бежать, но я еще приду, когда освобожусь. Отдыхай.

– Стойте, вы же можете теперь использовать то заклинание?

– Если разрешит Верховный, – после паузы отозвался Вонг.

Он сказал что-то еще, но дальнейших слов не разобрала, окончательно вырубившись.

Глава 4. И узлы и уговоры

Нога споткнётся, а голове достаётся.

Пословица

В следующий раз очнулась я уже поздней ночью, не знаю того же дня или много позже. Стало чуть легче дышать и даже руками не так тяжело двигать. В палате было темно, только через не опущенные до конца жалюзи проникал свет ночного города. Сбоку все-еще мигали и периодически гудели приборы, а на прикроватной тумбе появился стакан-непроливайка с похожим на зеленый чай напитком. Не с первого раза, но я заставила трясущиеся конечности ухватить и подтянуть к себе драгоценный сосуд. «Чай» был горьковатым, но отлично утолил жажду. Я выпила все до капли и, наверное, зря, отвыкший от пополнения желудок ответил волной тошноты.

Подавив низменный порыв, пристроила пустой стакан рядом. Повторить подвиг и вернуть его на место, не смогла. Полумрак разогнала яркая лента света, что ворвалась в палату из открывшейся двери и знакомый силуэт просочился в комнату. Я подождала пока посетитель закроет за собой и во вновь вернувшейся темноте, уточнила:

– Доктор Стрэндж, а что не через портал, да еще и в штатском?

Маг застыл, не дойдя до дивана и щелчком пальцев включил настенное бра у меня за спиной:

– Лишнее внимание нам ни к чему. Да и портал искрит, не хотел будить.

Он был в серой толстовке и синих спортивных штанах, что немного дико и непривычно. Стрэндж сменил траекторию движения и приблизился к койке, заставив внутренне насторожиться. Тёплая ладонь легла на мой лоб, а после сместилась на запястье, видимо нащупывая пульс, который, к стыду моему, от этих действий явно превысил норму. Хорошо, что внимание мужчины сосредоточилось на панеле рядом со мной. Он выпустил руку и принялся что-то нажимать и переключать, получая доступную ему информацию.

– Все показатели в пределах нормы, правда температура немного выше, но это допустимо с учётом воспалительного процесса в организме. Как ты себя чувствуешь? Вонг сказал у тебя слабость, сейчас не легче?

При вопросе он повернулся, взгляд его наткнулся на стакан и маг вернул его на тумбочку, предварительно наполнив вновь.

– Я только очнулась, но сейчас чуточку лучше.

– Ты не смотрела на свои ноги, – это был не вопрос. Я вздрогнула, сжав в руке край простыни и отвела взгляд.

Совершенно не считаясь с моими чувствами Стивен в одно мгновение сдернул покрывало, а я не успела зажмуриться. Бугры – розовые, опухшие, с потеками сукровицы и черными нитками проступали сквозь тонкую ткань бинта, почти не перевязанные, с сухими корочками. Я вздрогнула, не веря, что мои ноги…

– Почти зажили, – прошептала я, переведя потрясенный взгляд на Стрэнджа. – Сколько же я была без сознания?

– Всего сутки, – мужчина наклонился, обдав меня запахом своего парфюма, что отвлекло и вновь смутило, но это еще цветочки. Он принялся разматывать неплотные повязки и осматривать раны, ощупывая некоторые участки вокруг рубцов, стараясь не касаться открытых ран:

– У тебя во много раз возросла регенерация, думаю, нужно снимать швы прямо сейчас, а то к утру врастут и придется надрезать. Полежи так, я схожу за перчатками и инструментами. И Соня, страху нужно смотреть в глаза.

Я заторможено кивнула, прохладный воздух приятно холодил горячие от воспаления ноги. Облегченный вздох вырвался помимо воли. Слава всем богам, смогу ходить! Дура, наверное нужно было выполнить условия океана и не пришлось бы так много пережить боли, но с другой стороны, черт знает, что бы случилось, надень я все украшения. Приподняв правую руку я задумчиво покрутила запястье на уровне глаз, но со вздохом облегчения не нашла никаких посторонних аксессуаров. Может их сняли во время операции?

Покопавшись в памяти, не нашла ни одного эпизода связанного с этим и задумалась. В таком случае, возможно они как и хвост исчезают во время трансформации. Но зачем они вообще? Почему так важно было, чтобы именно весь комплект оказался на мне. Уйдя в себя, даже не заметила, как вернулся Стрэндж, с одноразовыми перчатками и подносом, с разложенным на нем инструментами.

Маг уселся на стул возле кровати и поместил ношу рядом со мной. В тишине послышался хлопок открывшегося пузырька и остро запахло антисептиком. Вновь наплевав на все девичьи моральные терзания, мужчина с сосредоточенным лицом закатал мою больничную ночнушку до пояса и потянулся за тампоном. Первое прикосновение мокрой холодной ваты к коже вернуло меня к реальности окончательно, я дёрнулась и залилась густым румянцем, пытаясь осторожно вернуть край одеяния на место.

– Будешь дергаться и мешать, получится все больнее и дольше. Выпей лучше отвара, он притупит боль и постарайся расслабиться.

Кивнув, потянулась за стаканом, жидкость в котором поменяла цвет на желтый.

– Уринотерапия, как это по медицински, – буркнула я, подтягивая непроливайку.

Поддев пинцетом край нити, Стрэндж подсек острым лезвием узелок и одним быстрым движением выдернул нить из рубца.

Зашипела, вцепившись в стакан двумя руками, мужчина замер на мгновение, но почти сразу принялся за следующий узел. Осознав, что расслабиться в таких условиях практически нереально, постаралась отвлечься, да и вопросов накопилась масса.

– Сти… Стрэндж… – запнулась, но быстро исправилась, понимая, что обращение использованное мной в экстренной ситуации, вряд ли подойдет в мирной жизни, однако, у мага были другие мысли на этот счёт.

– Просто Стивен, при других Стрэндж или Доктор Стрэндж, на твое усмотрение.

– А… – я открыла и закрыла рот.

– Соня, от лица Камар-Таджа и от себя лично, я должен извиниться за то, что по причине преступной халатности, тебе пришлось пережить столько всего. Мы с Вонгом проведем тщательное расследование и виновные понесут наказание.

Я вновь вздрогнула, когда очередная нить болезненно покинула мое тело. Стрэндж не смотрел мне в глаза, ни одного прямого взгляда с момента появление и усталость, в его на удивление точных движениях чувствовалась сильная усталость. Похоже тут еще и чувство вины, благо мне есть что на это ответить.

– Ты не виноват, мироздание сложило все события так, чтобы книга попала мне в руки. Океану очень нужна была русалка, я не до конца поняла зачем, но факт остаётся фактом. Так ДОЛЖНО было случиться и никакие внешние факторы бы не помогли. Уверена, меня нашли бы как подтолкнуть к этому убийственному томику. Ай, больно, сссссс.

– Секунду, тут почти вросло. Потерпи, а лучше закуси одеяло.

Послушно сжала зубами ткань и чуть не застонала, когда пинцет наконец выдернул упрямый кусок нити. Даже в пот бросило. Стрэндж неожиданно отложил инструменты и посмотрел мне прямо в глаза.

– О чем ты говоришь?

– Я не могу точно все объяснить, но когда утянуло зовом, пока вода меня таскала по своим достопримечательностям, я подверглась очень сильному ментальному давлению. Вся та водная масса, что существует на Земле – это один полу разумный организм. В общем, в мешанине образов выцепила удовлетворение этой субстанции, что ее просьба выполнена и меня наконец создали для нее. Кто, что и где без понятия, я вообще этот момент сейчас вспомнила, когда ты заговорил о книге. Так что нас всех использовали. Если честно, даже не знаю зачем я нужна. По-моему этот вопрос тогда задала, в итоге меня притащили в подводный грот и заставили нацепить кучу побрякушек.

– Ты же понимаешь, что это не просто украшения, а артефакты? – напряженно уточнил Стивен.

– Не совсем я и дура, понятно стало, когда влияние угасать начало, стоило на хвосте застегнуть цепочку. Я даже в руки брать не хотела, но мне недвусмысленно дали понять, что в противном случае сидеть там до посинения. Ты их видел?

– В операционной, – отозвался маг, уйдя в себя. – В наших источниках нет ни слова о подобных. Этот разум, он объяснил причину?

– Нет, это все, что я могу сказать по данному поводу. Мне ногам холодно, можно накрыться?

– О, прости, сначала нужно закончить.

И он вернулся к прерванной работе. Я осматривала его сосредоточенный профиль, наблюдала за мимикой и движениями и с мазохистской толикой радости, наслаждалась хоть таким, но вниманием. Хмурая складка меж бровей наконец разгладилась после моих слов. Неожиданно, что он чувствовал вину, и очень приятно.

– Стивен, я… вспомнила вашу с Вонгом попытку привести меня в чувство на берегу.

– Ты хочешь поговорить об этом?

– Если честно, то хотелось бы вовсе не помнить, да и тебя попросить забыть…

– Чтобы в следующий раз не знать как выловить тебя из океана? – немного саркастично уточнил маг.

Как я могла заподозрить совесть в этом организме. Выплюнув край одеяла после очередного стежка, растеклась по подушке, на смущение сил попросту не осталось.

– А знаешь, вот и мучайтесь угрызениями совести. Я из-за вас наполовину селёдка, сумасшедшая стихия требует непонятно что угрозами и грязным шантажом, еще и инвалидом чудом не осталась. Шрамы конечно украшают, но только мужчин. И вообще, я жертва магического произвола в отдельно взятом Камар-Тадже.

Стивен ухмыльнулся.

– На живот переворачивайся, жертва.

– Пф.

– Помочь перевернуться?

– Нет, – слишком поспешно ответила я, зло закусив щеку изнутри. Недовольно пыхтя, легла на живот, а когда мужская рука подняла ночнушку аж до поясницы, спрятала пылающее лицо в подушке.

В вынужденном молчании прошли остатки процедуры. Послышался лязг опущенного в емкость металлического предмета и шум снимаемых перчаток. А потом земля качнулась и меня опустили уже на спину и накрыли до самой шеи.

– Пить?

Мотнула головой, смежив веки.

– Спасибо.

– За селёдку, стихию или шрамы?

Возмущенно вновь открыла глаза, но злые слова пришлось проглотить. Он сидел на стуле, ссутулившись, пустым взглядом разглядывая свои вновь дрожащие пальцы.

– Ты ведь знаешь, отчего они?

– Да.

– Если постоянным потоком вливать магическую энергию, то она может со временем заменить рваные связки и сплющенные суставы, но я не хочу ничего менять. Однако, я – взрослый мужчина, который сам сделал свой осознанный выбор, а ты ребёнок, которому его не оставили. Долг Верховного Чародея, оберегать реальность и ты, как гость из другого мира, должна была получить в Камар-Тадже полную защиту, но вместо этого, я, не важно по какой причине, подверг тебя огромной опасности. И оправданий этому нет.

– Не бери на себя больше, чем способен вынести, – резко прервала я его демагогию. – Если бы я сидела в келье и не двигалась, то не стала бы русалкой; если бы я послушала тебя и не поддалась зову, то все прошло гладко; если бы я не перечила океану, то не получила бы от акул. Если, если, если. А если бы мои родители не встретились, у тебя бы не было головной боли в моем лице. Так что…просто разреши Вонгу наложить на меня «переводчик» и претензии сторон можно будет считать взаимноурегулированнымик.

– Нет.

– Ну почему? Оно не для людей, так и я не человек больше. Это же решит многие проблемы, понимаешь? В той пещере я видела книги, много книг. Я смогу их прочесть и, возможно, найду информацию о себе подобных. Это же шанс все упростить.

– Нет, – жестко припечатал маг. – Никаких заклинаний, никаких книг и артефактов, ты выздоровеешь и через пару дней вернёшься в Камар-Тадж.

Мужчина рывком поднялся, почти опрокинув стул.

– Но ты же не можешь меня в нем запереть навечно? Я же человек, мне нужна жизнь и свобода, – вспылила я. Мне не понравились его слова, от плохого предчувствия засосало под ложечкой.

– Ты и не человек более. И ради того, чтобы жизнь у тебя была, придётся пожертвовать свободой. Отдыхай, завтра пришлю Вонга с твоими вещами.

И сверкнувший портал унес от меня этого наглого самонадеянного мага.

– Чурбан самоуверенный! – крикнула я уже в пустоту.

Это полный и безоговорочный пушной северный зверёк повышенной лохматости.

***

Оставшаяся ночь прошла ни шатко ни валко. Я настолько подозрительно быстро вырубилась после ухода Стивена, что естественным это быть не могло.

Осознание этого было первым, о чем я подумала утром и естественно настроение убежало вниз по шкале. Хотелось ругаться и плакать.

Все его извинения по итогам не стоили и выеденного яйца. Он просил прощения за такой крутой и неприятный поворот в жизни, за отсутствие выбора, но тут же заявил, что я теперь пленница Камар-Таджа и жить мне в этой клетке до скончания веков.

Вот где логика? Мне теперь навсегда похоронить себя в пыльных подземельях их книжных хранилищ и шарахаться от каждой лужи?

Я так не согласна!

Что он себе позволяет?

Какое право имеет за меня решать?

Кипела я до самого обеда, бурлила и варилась в этом котле пока незнакомая медсестра производила различные манипуляции с моим организмом. Меня мазали, прокалывали, осматривали и даже дважды покормили. На вопросы о состоянии отвечала честно, но на общечеловеческий контакт идти отказывалась, особенно когда ко мне липучкой приклеилась Кристин Палмер. Она забежала в районе десяти утра, когда как раз уносили пустой пакет от капельницы, дверь закрылась и мы остались наедине. Да, она спасла мне жизнь, да она ангел на двух ногах и да, я жутко предвзята.

Как можно спокойно разговаривать с женщиной, которая живет в сердце мужчины твоей мечты? Я прекрасно понимаю, что у меня нет прав злиться, но ррррр!

– Привет, я Кристин Палмер, я проводила операцию на твой… – она зачем-то оглянулась и вздохнула. – …нижний пояс конечностей. Мда, никак не привыкну к этому всему. Как ты себя чувствуешь?

Я пожала плечами и попыталась приветливо улыбнуться, но подозреваю мое лицо перекосило знатно. Ладно, опустим любезность.

– Все хорошо, вы хотели что-то спросить?

– Честно говоря вопросов куча, – она рассеянно засмеялась, но потом взяла себя в руки и уже серьезно ответила. – Я пришла снять швы, вчера днем мне показалось что у тебя все очень быстро заживает, боюсь, если не убрать их сейчас, все врастёт.

Не успела я и рта открыть, как она приблизилась и быстрым движением откинула одеяло, прикрывающие мои ноги. Немая пауза повисла ненадолго:

– Простите, не успела сказать, что мне уже сняли их вечером, ваши опасения были не беспочвенны, часть действительно пришлось почти вскрывать.

Она смотрела на ярко красные рубцы, корочки на которых уже начали темнеть и топорщится. Взгляд у доктора был на редкость кровожадный, ей явно хотелось потыкать в меня чем-то для изучения. Такое внимание пугало, и я поспешила прикрыться.

– Удивительно, ни разу в жизни не видела такого быстрого восстановления. Твои показатели гемоглобина также растут как на дрожжах. Такими темпами кровопотеря восстановится всего за двое суток. Ты не голодна? Голова не кружится? Организм должен же откуда-то брать энергию и микроэлементы на такие бешеные скачки. Запасы жировой ткани также не пострадали, тебе точно не плохо?

Ах запасы жировой ткани? Ыыы, она же не хотела меня обидеть? Верно? Человек переживает, я не злюсь. В итоге пришлось глубоко вдохнуть чтобы абстрагироваться от своей необоснованной агрессии и общаться более менее нейтрально.

– Все действительно хорошо, даже слабость уже намного меньше. Голода сильного нет, но начали очень чесаться ноги, наверное это нормально. Голова правда кружится и постоянно пить хочется. Возможно все дело в этих настоях?

Я указала на ту самую непроливайку, что находилась постоянно рядом:

– Сколько бы я не пила из нее, все время наполняется да еще и периодически меняются цвет и вкус, иногда прям сено сеном, а иногда даже фруктами отдаёт. Это Вонг принёс?

Женщина задумчиво осмотрела сосуд и кивнула на мои последние слова.

– Тогда все объяснимо, я конечно не разбираюсь во всей этой магии, но возможно это и есть тот запас, который даёт клеткам все необходимое для такой быстрой регенерации. У тебя нет просьб? Все устраивает?

Я даже улыбнулась, неприязнь осела где-то в глубине и постаралась не отсвечивать. Нормальная же девушка, даже приятная и переживает вполне искренне. И кстати, просьба была, но озвучивать почему-то стало стыдно.

– Ммм, извините, просьба все же есть, можно сделать так, чтобы мне рыбу не приносили, вообще не в каком виде?

– А ты разве не? – она так удивилась, что глаза стали похожи на две плошки.

В итоге, прыснув от смеха, я замотала головой:

– Себе подобными не питаюсь.

И мы засмеялись вместе. Уж очень нелепая ситуация и разговор в целом. Когда же успокоились, напряжение в палате явно рассосалось и дышать стало легче. Она мне подмигнула даже:

– Ладно уж, прослежу, чтобы братья твои меньшие не попадали тебе на стол. Кстати, пока не забыла, а кто снял швы?

– Я.

Ну серьезно? Я в дораме что ли? Давайте включим финальный опенинг на этом моменте и огромным планом покажем коллаж из наших лиц: моего каменного, удивленного – Кристин и сине-зелёного от усталости – Стивена.

***

– А что тебя удивляет? Магия может вернуть мне руки, просто сейчас это не мое приоритетное направление, – он пожал плечами и подавил дикое желание зевнуть.

Ночь прошла вновь без сна. Океан за дверью Камар-Таджа буквально взбесился, стоило унести оттуда Соню. Огромные волны с диким рёвом выламывали магическую преграду, сотрясая стены обители магов до основания. Стрэндж и Вонг, боящиеся огласки происходящего, были вынуждены замуровать проход, но вода, она как известно и камень точит. Щиты пришлось подновлять как бы не каждый час, потому как стихию явно не устраивало происходящее. Водные струи просачивались в самые казалось бы маленькие бреши защиты, их приходилось отлавливать, как ядовитых змей и порталом зашвыривать на родину. За последние сутки Стивен так прокачал свои навыки обороны и защиты, как не смог за прошедшие годы учебы и борьбы с самыми различными тварями.

Ситуация становилась крайне опасной, еще чуть-чуть и придется ставить в известность Совет о существовании русалки, чего делать ой как не хотелось бы. Это осложнит итак непростую жизнь девушки. Верховный несмотря на все слова сказанные накануне чувствовал свою вину и не мог отрицать, что узнай Совет о таком интересном образчике давно канувшей в лету расы, у них тут же найдётся какое-нибудь покрытое пылью и плесенью пророчество, по результатам которого Соне явно не стоит ждать ничего хорошего.

Благо на первые несколько толчков все жители обители среагировали достаточно индифферентно, в Камар-Тадже итак постоянно что-то взрывается или трясётся. Все решили как, в гонг не били, значит все нормально. Однако, откладывать решение больше нет возможности. Сейчас он еще может как-то удержать ситуацию в своих руках, не сообщая мастерам. Они сменяли друг друга с Вонгом на посту, сдерживая прорыв, по очереди перерывали весь архив, но никакой путной информации не нашли. Теперь все сводится к тому, что разъяренному океану нужно отдать Соню для завершения обряда, коем без сомнения являлся процесс облачения в комплект артефактов.

И как ни было велико желание Стивена сбросить девчонку в океан с обрыва, нужно быть рядом и проконтролировать все, чтобы при малейшей опасности жизни вышвырнуть ее порталом куда-нибудь в пустыню, чтобы вода не добралась. Хотя чем больше Стрэндж анализировал, тем меньше был склонен верить, что океан как-то навредит Соне. Слишком она ему дорого даётся, чтобы спустить в унитаз такой шанс. Но вот шанс на что?

В общем с запиранием ценной русалки в Камар-Тадже придется повременить до разрешения ситуации. Как же злит, что приходится отходить от своих слов и снова подвергать этого ребёнка опасности. Они с другом спорили до хрипоты, но решение принято, хотя и надо было сообщить эту новость девушке не Стрэнджу. Все же дипломат он аховый, да и Соня не Дормаму, с ней так просто не договоришься.

Добравшись до больницы, Стивен узрел двух мирно общающихся девушек и почему-то у него дернулся от этого зрелища глаз и как-то уж очень неприятно стало на сердце. Странное ощущение…

– Ну конечно, – иронично отозвалась Кристин. – Ты как всегда решаешь судьбы мира, а мы просто спасаем жизни.

Стрэндж к удивлению женщины проигнорировал выпад, не вступая в словесные баталии, что даже встревожило.

– Стивен, все в порядке? Выглядишь уставшим, может тебя уложить в соседнюю палату?

– Кристина, оставь нас пожалуйста.

Вот теперь напрягалась и Соня, улыбка пропала с ее лица и она вся подобралась как перед прыжком.

Кристина перевела растерянные взгляд с мага на девушку, что подстегнуло раздражение Верховного:

– Да бросьте, я не питаюсь маленькими девочками, к тому же с рыбным привкусом. Если так страшно, могу подержать вас обеих за ручку.

Доктор фыркнула и направилась к выходу:

– Ты просто ужасен, когда не высыпаешься. Если что, Соня, жми тревожную кнопку.

Мужчина устало закатил глаза и сжал пальцами переносицу, не любил он такие ситуации и совершенно не горел желанием начинать разговор, итог которого был не только неприятен, но и предсказуем.

Стоило захлопнуться входной двери, по кромке которой тут же сверкнули красные искры, что не укрылось от внимания напряжённой девушки, как она сложила руки на груди и сказала категоричное:

– Нет!

– Что нет? Я еще даже ничего не сказал.

– А в таких случаях надо что-то говорить? – она передернула плечами, явно пытаясь бороться с проскользнувшей на лице тенью страха. – Вонг пришёл вчера через портал мокрый – раз, – она показательно подняла ладонь и загнула палец. – Второй день вы с ним выглядите так, как-будто мешки разгружали – два. Доктор Палмер заметила, что вы не выспались…

– Ты, – поправил Стивен, почти со злостью понимая, куда она клонит.

– Да хоть мы – это три. И четыре, я знаю этот взгляд и это выражение лица, в фильме все это в совокупности означало, что вы…ты хочешь сказать что-то неприятное. А для меня сейчас самое неприятное – внеплановая мутация. Из всего перечисленного я делаю вывод, что вы пришли, чтобы добровольно-принудительно отправить меня в объятия агрессивно-настроенного океана. Ничего не упускаю?

Туше, был вынужден признать Верховный, и это так же не прибавило ему душевного равновесия. Мужчина сложил руки на груди, пытаясь запереть в себе нарастающий коктейль негативных эмоций и только открыл было рот, как это наглое создание перебило:

– Ой, вот только не надо всего этого, – фыркнула Соня, нервно усмехнувшись. Она подтянула одеяло повыше и закуталась в него по самый подбородок.

– Чего этого?!

– Ну, вот этой демонстративно-геройской позы. Сейчас вы начнете речь о спасении мира, защите невинных которые могут пострадать от моего бездействия, а потом закидаете аргументами и в конце со всем пылом души убедите, что сможете меня защитить от любой напасти.

– Ты не могла бы перестать пытаться анализировать мое поведение на основе знаний кинематографа, мало того что я из последних сил сдерживаюсь, так еще чувствую себя буквально голым!

Девушка покраснела до самых корней волос, растеряв весь боевой запал и стало очевидно как ей страшно. Осознание этого сдуло всю злость Стивена как отпущенный воздушный шарик. Он приблизился к больничной койке и сел на тот стул, что занимал вчера ночью.

– Соня, я понимаю тебе страшно…

Ядовитый смешок вырвался, видимо, помимо ее воли и она отвела взгляд. Стивен оперся локтями о колени, сцепив руки в замок и попытался достучаться до Сони, призывая на помощь все свое красноречие:

– Но я не буду говорить о других людях, о которых ты думать не должна, это мой долг защищать всех и вся. Я скажу о тебе. Если мы не разберёмся сейчас, то мне придется поставить в известность Совет о буйстве стихии и уведомить о причине возникновения этой самой проблемы. Стоит мне так сделать и жить спокойно… относительно спокойно ты уже не сможешь. Толпа сильнейших магов нашего мира вцепятся в тебя клещом и неизвестно к чему это приведёт. Ты хочешь так рисковать?

Она молчала, он заметил как под одеялом девушка обхватила себя за плечи, но упрямо поджатые губы говорили о том, что он еще не победил.

– Ты наверняка в своём мире смотрела фантастические фильмы, читала много книг, скажи мне, что делают люди наделенные властью и силой, считающие себя самыми умными, когда на горизонте появляется неизвестный магический фактор, способный качнуть чашу весов?

– Стараются использовать его в своих целях всячески осложняя жизнь, – тихо отозвалась Соня.

– Правильно, но мы можем этого избежать, попытавшись своими силами распутать узел до того, как его придется рубить. Как ты и сказала, я обещаю тебя защитить любой ценой и тут же забрать, если появится хоть малейшая опасность. Скажи, ты сможешь мне довериться?

Она подняла на него взгляд, полный такой невыносимой муки, что Стрэндж почувствовал себя сволочью, пнувшей котёнка. Он был готов картинно стукнуть себя ладонью по лбу и возопить: «Я знаю о твоих чувствах, но на кону судьба вселенной!» Однако, маг сдержался, хотя понимал, что играет подло, используя невольно доверенную ему слабость. Врачебная этика взвыла внутри дурниной, но долг Верховного хороший остужающийся фактор. К тому же он был непрошибаемо уверен, что сможет защитить, и плевать, что легко можно переоценить свои силы.

– Не делай такое лицо, мы же не персонажи мыльной оперы, я не буду петь в ответ, – невольно улыбнулась Соня, читая эмоции по Стивену как по открытой книге. Стрэндж снова с раздражением подумал, что его бесит кинематограф ее мира.

– Ну так что? Прогуляемся по побережью? – не желая ждать, пока она снова может передумать, Стивен шевельнул запястьем и на Соне оказалось ее серое ученическое кимоно. А мыши бывают подводными?

– Ты всегда получаешь то, чего хочешь? – вздохнула девушка.

– А разве мой кино протеже не такой же?

Глава 5. И шторм и штиль

Кто в море не бывал, тот и страху не видал.

Поговорка

Я откровенно трусила. Даже не знаю, что было причиной, мое недавнее близкое знакомство с фауной подводного мира или ковыряние в голове неадекватной стихии? Такой шведский стол, не знаю, что выбрать…

Целый коктейль страхов бурлил в мозгу и заставлял периодически нервно вздрагивать, так как каждое новое предположение выдвинутое моим больным воображением было хуже предыдущего. В итоге страдала не одна я, доставалось и Стивену, как главному идейному вдохновителю этой самоубийственной операции. Он взял меня за ручку как маленькую и не отпускал весь наш короткий путь до портала и из него на берег. Ну как не отпускал, думаю это я вцепилась в протянутую ладонь так, что у него там, наверное, все штифты друг об друга тереться начали под кожей. На удивление, он не проронил ни слова на этот счёт, к тому же меня все еще несильно покачивало, поэтому ему приходилось выравнивать меня локтем. Одно дело, встать с койки, доползти по нужде и в душ, а другое, выйти на каменистый берег, с которым связаны не самые радужные воспоминания и встать лицом к лицу с озверевшим океаном, который лупил по полупрозрачной двери в Камар-Тадж так, что та рябила и периодически становилось видимой. Нас же окружил целый кокон из разноцветных светящихся пленок.

То, что виднелось за пределами защитного панциря приводило прямо-таки в ужас. Если кто кинется меня осуждать, то просто с улыбкой встаньте напротив огромной с башню Старка волны и ни о чем не переживайте.

Схлопнулся за спиной портал, отрезая нас от тихой и безопасной больницы, что заставило меня сделать пару шагов назад от серо-зеленой массы, зависнувшей в паре сантиметров над щитами. Тишина ударила по ушам, оглушая. Ни звука, ни дуновения ветра, ни крика птицы, лишь замершая словно в стоп кадре вода. На нас смотрели, нас изучали, тихий шёпот словно переплетение одновременно сотни говорящих людей скользнул холодным потом за шиворот и просяще ткнулся в сознание.

Горячие пальцы сжали мои ледяные и это привело в чувство. Я осознала, что замерла как кролик перед удавом совершенно не дыша. Найдя глазами лицо Стивена, что был внешне собран и спокоен, немного успокоилась, по крайней мере кислород снова потоком рванул в лёгкие, отчего голова на миг закружилась. Соня, не будь тряпкой! Тут Верховный Маг, он обещал что все будет хорошо!

Голос стал настойчивее давя огромным прессом, отчего поджилки вновь затряслись.

– Соня, – позвал Стрэндж, переключая внимание на себя. – Если тебе так плохо, мы уйдём.

Его слова удивили, я даже отвлеклась от ментального вмешательства и не смогла скрыть своих чувств.

– Решить все сейчас очень заманчиво, но не ценой твоих жизни и здоровья, мы найдём другой путь.

Это все решило, я постаралась перестать трястись и глубоко вздохнула.

– Не надо, она…она хочет поговорить, давит мне на череп изнутри, больно.

– Говори вслух с ней и озвучивай мне ответную реакцию. Не бойся, если все прекратилось, значит ты нужна ей больше чем мы думали. Попроси перестать или ослабить.

Кивнув, я попыталась выпустить руку мага, выдвигаясь чуть вперёд, но Стрэндж шагнул следом, вновь перехватив мои пальцы. Чем чуть не сбил с воинственного настроя. Черт, о чем я думаю!

– Эй, ты, прекрати так сильно лезть в мою голову, мне больно!

Давление тут же ослабло, будто испугалось содеянного, но голосов стало больше, они смешивались, превратившись в жуткую какофонию.

– Стой, тише, я ничего не понимаю!

Стена воды за щитом заволновалась, извиваясь подобно большому нестабильному куску пудинга.

– Что она говорит? Что ты ощущаешь? – напряженно спросил Стивен.

– Не понимаю, только тошнит, она как-будто пытается подключиться ко мне, но это так неприятно, что не разобрать ничего.

– Давай попробуем вместе, ты не против?

Я в ужасе вытаращилась на него.

– Ты издеваешься?

– Вряд ли я узнаю что-то страшнее того, что прозвучало на берегу в прошлый раз. Расслабься и ни на чем не концентрируйся.

Он развернул меня вновь лицом к воде и прикоснулся пальцами к обоим вискам. Боги, я потом об это пожалею!

– Это будет потом, а сейчас у нас одна проблема.

Вновь нахлынуло ощущение чужого вмешательства, но если вода лезла ко мне огромной бетонной стеной, то вторжение Стивена ощущалось лёгким покалыванием, как будто мозг пёрышком щекотали. Фу!

– Она слушает тебя, говори, а то меня самого сейчас стошнит от твоих аналогий.

– Перестань разрушать берег! Отойди подальше и мы с тобой поговорим.

Сомнение, неуверенность, опасение.

– Она говорит не словами, а ощущениями. Пообещай не сбегать.

– Если не сделаешь как прошу, я уйду.

Гнев, вспышка и удар о щит.

– Соня! – рыкнул за спиной Стивен, но я упрямо поджала губы, не собираясь исправляться. Если я сейчас начну соглашаться и просить, она же мне на шею сядет. – Экспериментаторша.

Еще один удар заставил мага выругаться, но к его явному удивлению в наше общее сознание пришла волна согласия и берег мгновенно очистился, на море наступил образцово-показательный штиль. Светло-серое пасмурное небо, крики чаек и частично развороченный каменистый берег. Если бы своими глазами не видела, как быстро может смениться погода, ни за что бы не поверила.

– Давай, идём ближе к краю, а не то она передумает, – Стрэндж убрал руки от моей головы, но не вытащил их из моего сознания. Похоже физический контакт требовался только для первичного подключения, а теперь мы как пара законектившихся устройств.

Маг взял меня за предплечье и молча потянул к краю высокого утеса, на который мы телепортировались, и что-то такое зверско-решительное у него было выражение лица, что кишки вновь сжались от страха. Однако, подтормаживать мне не дали, вытащив почти к кромке, когда из-под ботинок разбегаются мелкие камушки и мучительно долго срываются вниз.

– Прекрати паниковать, я всё-таки Верховный Маг Земли, все будет хорошо.

– Вот именно, что земли, про воду ни слова не сказано! – рефлекторно огрызнулась я.

– Не перестанешь ёрничать, сброшу тебя с утёса.

Нервно передернув плечами, отошла на пару шагов назад:

– Знаешь, тренер по плаванию из тебя бы вышел еще хуже, чем психолог.

Ответить что-то явно злое и раздраженное Стрэндж не успел, волна сформировала высокий горб и вновь предстала пред нами, гудя и побулькивая.

Перебранка засохла на корню, накрыло нетерпением и скрытым недовольством, а еще на наше сдвоенное сознание как кипятком плеснуло страхом.

– Оно боится, или она?

– Она, боится что ты уйдёшь.

Мы помолчали пытаясь разобраться в той мешанине, что сыпалась как горох из порванного мешка.

– Так не пойдет, – резюмировал Стивен, у которого так же как и у меня заболела голова.

– Я тебя не понимаю, пожалуйста, попробуй показывать нам что-то, и на это свою реакцию, – крикнула я. – Образы! Картинки! Что тебе нужно?

Снова раздражение и образ нашего щита, только снаружи.

– Мы не уберём щит, пока не убедимся, что Соне ничего не грозит.

Перед внутренним взором пронеслись визуальные отрывки попытки остановить меня акулами, я вздрогнула и отшатнулась, но испуг не успел развиться, нас придавило таким фантомным чувством вины, что мы чуть не упустили последнюю картину, как моих обидчиков выкинули на берег и оставили умирать.

Меня замутило, я одной рукой оперлась на Стивена, а второй прикрыла рот рукой, так как возникла серьезная угроза опозориться.

–Дыши, спокойнее, она показывает, что наказала их за тебя.

– Это отвратительно, она же сама их натравила, а потом убила.

– Что ты хочешь? Это же не гений психологии. Даже я бы не смог предугадать, что ты бросишься через этот смертельный кардон.

– Ты назвал меня дурой! – я вопросительно подняла бровь.

– Я не говорил такого, – он поморщился, но я постучала себя по виску, намекая на ментальную связь и маг поспешил сменить тему. – Что тебе от нее нужно?

Длинный щуп, и у края нашего щита на мокрый камень шлепнулся тот самый браслет. Я перевела тоскливый взгляд с артефакта на Стивена, но он меня проигнорировал, вновь обращаясь к воде:

– Покажи зачем это нужно, и мы подумаем.

Недовольство, боль и согласие. Замелькали кадры странного мутного кино в голове.

Красивая ярко-синяя русалка в окружение своих соплеменников среди алой россыпи кораллов с торжественным выражением на лице облачается с помощью седой женщины с серым хвостом в полный комплект артефактов. Как только последняя цепочка защелкивается на тонкой талии девушки, вспышка белого сияния разносится во все стороны, узкими светящимися лентами, касаясь всех, пронизывая и ускользая вдаль. Нечеткая до этого картинка становится кристально ясной, как-будто кто-то сменил в проигрывателе качества с 320р на НD и пульсом тихим и размеренным забилось сердце. Радость, счастье и спокойствие пришли из воспоминаний океана.

– Это коронация? – тихо уточнила я, проморгавшись.

Стрэндж сложил руки на груди и задумчиво смотрел в сторону воды. К моему удивлению начало медленно угасать свечение нашей магической брони.

– Ты нужна ей для связи, для баланса, как энергетический фильтр. Без него происходит что-то странное. Но тебе это ничем не грозит. Она будет рада просто тому, что ты существуешь и иногда будешь плавать.

Я потерла лицо руками, подавив порыв спрятаться за спину мага и закрыть уши руками. Кажется мы видели одно и тоже, но выводы были разные. Как он понял, что мне ничего не грозит? С чего взял, что плавать нужно иногда? Вдруг меня запрут в воде и вообще отберут возможность отращивать ноги!

– Выводы действительно разные, но тебе нечего бояться. И ноги никуда не денутся, – спокойно ответил Стивен и ГОЛЫМИ руками с полного одобрения стихии поднял браслет. Перламутровые жемчужины на тонкой цепочке сверкнули и засветились тем самым светом, что мы увидели в видении. Однако, я по прежнему не спешила верить во все это и, признаюсь, даже была болезненно уязвлена тем, как быстро Стрэндж доверился этой вероломной луже.

Ментальный подзатыльник прилетел мне с двух сторон за оскорбление чести добропорядочной воды. Ну конечно, опять я во всем виновата.

– Это магия, и хоть к воде не имею настолько прямого отношения, но Верховный я для всей планеты, в том числе и для этой ее части. А чтобы ты окончательно успокоилась, капля крови в море и вслух произнеси клятву не причинения вреда, я как маг заверю ее.

– Я не знаю никакой клятвы, – уже понимая, что не отделаться, приблизилась к краю обрыва и почувствовала укол в палец, будто воздух на мгновение приобрёл плотность и уподобился игле. Алая капля вспухла на подушечки и я протянула ладонь вперед, и та скользнула вниз. Слова будто сами появлялись в голове, и стоило последнему из них прозвучать в наступившей тишине, ранку обожгло и затянуло, а брызги рухнувшей на место волны вымочили меня с ног до головы.

– Ты доволен? – не скрывая раздражения, уточнила я, у развернувшего меня мага. Он ухватил мое запястье, коснулся кожи жемчуг. Щелчок застежки прозвучал для меня стуком судебного молотка и обернулся тяжестью тюремных кандалов.

Стивен, повергнув в шок, отступил на пару шагов и не сводя взгляда с моего лица, опустился на оба колена. Только я дёрнулась его поднять, как на удивление тёплая вода хлынула со всех сторон, разрывая на мне одежду. Миг и я русалка, висящая в центре огромного водного вихря, а артефакты, все до единого светятся так, что слезятся глаза. Зажмурившись, упустила момент, когда вся эта фантасмагория закончилась и я оказалась выкинутым карасём в луже воды все на том же скалистом берегу. Ветер слизал с кожи влагу. Сверху опустилась тёплая шерстяная ткань большого чёрного плаща, только голова и плавник остались снаружи, а синие глаза этого волшебного предателя вновь оказались в зоне видимости, он присел на корточки, как во время моего первого обращения и устало вздохнул.

– Убирай хвост и пошли домой, я надеюсь хоть сегодня выспаться.

Лопнула пуповина ментального контакта со стороны Стрэнджа, а океан прислал волну нежности и будто подбадривающий тычок меж лопаток, от которого мир снова перевернулся и под полой плаща спрятались мои грязные пятки.

– Не спрашивай ничего, нам обоим нужно отдохнуть и переварить произошедшее. Тебя донести или сама дойдёшь?

Хотелось гордо задрать нос и хлопнув дверью удалиться в Камар-Тадж, но те силы что я накопила за день в больнице сожрал этот бешеный вечер и нелепая коронация. Поэтому я зажмурилась и протянула руку магу.

Кажется, я начала забывать, что собой представляет Стивен Стрэндж. Он, похоже, не знал значение слова «донести», потому как под моим филеем открылся портал и так полулежа с вытянутыми конечностями я рухнула на свою больничную кушетку. Одна. Стивен со мной не перенесся.

– Это что такое? Где ты была? О Господи, милая, ты в порядке?

Грязное чучелко под плащом и Кристин, влетевшая в момент моего героического приземления.

– Меня забирали спасать мир, а можно помыться и поспать?

– Я убью его, – раздраженно прорычал доктор, закрывая за собой дверь палаты и направляясь ко мне. И кстати, ее кровожадные планы очень хотелось поддержать.

***

Вечер в больнице прошел как-то мимо меня. Я помылась, поела, всосала капельницу, напилась из волшебного стакана и просто напросто отрубилась. Сейчас меня можно было резать, не проснулась бы. Снился мне океан, он пел тихим успокаивающим шелестом волн.

Проснулась я ближе к десяти утра, за окном жил своей жизнью город, ярко светило солнце, подглядывая в щель между приоткрытыми жалюзи. Звуков больницы было не слышно, что внушало уважение к межкомнатной шумоизоляции. Я смотрела в потолок и на душе было на удивление тепло и спокойно. Проблемы разрешались, жизнь усложнилась, но стала на порядок интереснее. Вдруг пришло осознание, что я всю свою жизнь жила будто в одной единственной комнате, а сейчас мне кто-то распахнул дверь в удивительный, полный приключений мир. Океан не враждебен и я могу дышать под водой сколько угодно, такие перспективы для изучения да и просто времяпровождения. Конечно, нужно еще разобраться со значением коронации, понять как выгонять воду из мозга и узнать обязанности, но… все что могло случиться уже случилось, я со всем постепенно справлюсь и буду наслаждаться каждым мигом.

Зевнув, потерла руками лицо и с удивлением нашла на правой руке браслет, как странно. Тот самый, что вчера мне нацепил Стивен в принудительном порядке. Я покрутила его на запястье и засмеялась. Из серой мыши в королеву. Какая ирония. Королева без народа и королевства.

– Вижу у тебя хорошее настроение.

А вот судя по голосу, у кого-то оно снова паршивое. Перевела взгляд на Стрэнджа, что в полном обмундирование Верховного Мага стоял спиной к окну. Отвечать не стала, зато надавила до упора кнопку тревоги.

– Соня!

Кристина, примчалась быстрее, чем мне успели задать трепку и я, пряча злорадную усмешку, приготовилась смотреть, как с песочком проработают мага. А что такого? Мне нужна моральная компенсация за вчерашний стресс, я не хамлю ему, не ору, просто Палмер вчера упоминала, чтобы я позвала ее, когда его сиятельное величество явится по мою душу. Причем уточнила, что если понадобиться, даже ночью ее будить. Я послушный страдающий ребенок, а взрослые пусть сами разбираются, кстати… показательно устало прикрыла глаза и растеклась по кровати. Мне дурно, и вообще, такая слабость.

***

Актриса малолетняя.

Стрэндж хоть и намеревался, но не выспался. Снова. Он хотел перенестись вместе с девушкой в больницу, чтобы проследить и попросить Кристину присмотреть за ней до утра, но его не пустили. Стоило открыться порталу, как вода коснулась сознания и, мало того, небольшой поток хлынул на руки, сбивая магический процесс. Итог был один, девушка перенеслась, а он остался, и с внутренним, тщательно подавленным трепетом, обернулся к океану. Видимо, раз установив с ним связь через девочку, стихия собиралась взять от этого по максимуму. Не сказать, что Стрэндж был в восторге, он устал, у него явно пошел адреналиновый откат, и он еще не все уже полученное уложил в голове.

Итогами той тройной конференц связи и отрывка коронации прошлого хватило, чтобы осознать масштаб происходящего. Он не врал Соне, когда говорил, что она в безопасности, это действительно так. После вынужденного превращения и облачения в артефакты, девушка стала сердцем океана, хранителем его равновесия, все энергетические потоки, что есть в структуре воды этой планеты устремились к новоявленной русалке. Теперь, как большой проводник, в какой бы части мира не появилась, она будет стягивать их к себе, пропускать через себя и упорядочивать, вновь выплескивая вовне.

Как только в прошлом исчезла последняя русалка, начался хаос в подводном мире: слепые зоны вроде Бермудского треугольника, вымирание огромного числа флоры и фауны, ужасная мутация имеющихся видов, разбились многие пищевые цепочки, сделав мертвыми целые ареалы, даже тектоника морского дна пришла в движение по этой вине. Не сразу, все это происходило постепенно, столетия. Как старое полотно, лишившееся крепости ниток, то тут то там ползла канва мироздания неотвратимо меняя облик мира и рано или поздно настает момент, когда не останется ни одного крепкого участка. Время еще было, но нужна была русалка. Она остановила разрушение, но пройдет еще не одна тысяча лет, прежде чем испорченное начнет восстанавливаться. Поэтому стихия будет беречь девушку даже больше, чем саму себя.

Защелкнув на руке русалки вчера браслет, Стрэндж убил сразу несколько зайцев, он обезопасил девушку от максимального числа угроз, снял с себя часть ответственности за ее здоровье и частично уберег от внимания Совета. Рано или поздно правда всплывет, но использовать русалку для усиления своего могущества не сможет никто, а если попробует, то рыбы они всеядные, а заводи глубокие. В общем со всех сторон плюсы, минус – сама Соня.

В бескорыстность и чуткость воды вряд ли стоит верить, да и не так она разумна, чтобы просто осознать некоторые аспекты. Поэтому русалке она не навредит, а вот человеческой составляющей может конкретно подпортить жизнь. Теперь Стивену необходимо быть очень внимательным и стараться сделать так, чтобы девушка была хоть изредка на виду, при этом не влезть в ее личное пространство. Это также добавляло головной боли, потому как в тактичности Стрэнджа не смог бы заподозрить даже самый въедливый детектив.

– Что тебе нужно? – раздраженно спросил Стрэндж. – Я ужасно хочу спать.

Окатившая его ледяная волна решила вопрос сонливости, но лишила остатков терпения. Верховные Маги не выражаются, поэтому последующий эпизод не был сохранен для истории.

– Что? – суть эмоционального монолога сводилась сугубо к значению этого слова.

Пришел образ, видимо когда-то подсмотренный этой доисторической лужей. На маленькую девочку нападает крупный мужчина с мечем, а другой в таких же кожаных латах, закрывает жертву собой, выставив перед собой меч.

Намек достаточно толстый, или он оберегает Соню или… защитник девочки рухнул влево, голова же укатилась вправо.

Более, более чем красноречиво. Как вы все поняли, настроение у человека, который не терпит угроз и давления в свою сторону, было отвратительным. Он перенесся в Камар-Тадж и высушив одежду, рассказал все Вонгу, попутно вместе с ним распутывая то нагромождение щитов на двери, что в будущем могло вызвать массу вопросов у остальных мастеров и учеников. Сон урвать удалось от силы пару часов, так что к моменту появления в больнице, Стивен был явно на взводе, а тут еще эта мстительница с плохими актерскими способностями.

– Стивен, доброе утро, не хочешь мне объяснить, что вчера произошло и куда ты уволок мою пациентку?

Стрэндж, держи себя в руках.

***

Кто бы сомневался, что маг на мне отыграется. После головомойки от доктора Палмер Стрэндж окончательно утратил вид лощеного засранца и приобрел сходство со злым ежиком. Однако еж явно был мутированный, поскольку помимо фырчанье в глазках бусинках читалось желание отгрызть кому-то голову. В качестве жуткой мести, меня утащили из больницы в одной ночнушке с верным стаканом в руках, я только и успела, что помахать рукой Кристин.

Вышли мы в таком красивом виде не возле моей комнаты, а посреди библиотеки.

– Соня, очень рад тебя видеть, – улыбнулся мне Вонг, выглянув из-за стеллажей. – Как ты себя чувствуешь? Тебе разве можно уже вставать?

Я посмотрела на свои голые забинтованный коленки и вновь подняв взгляд, искренне улыбнулась.

– Доброе утро, очень рада вас видеть, Мастер. Все хорошо, оказывается на мне теперь все заживает как на собаке. Сухие болячки только остались, а в остальном пить только все время хочется. Спасибо за кружку, она меня спасла.

Протянув Вонгу непроливайку, я с удивлением увидела, что в руке у меня зажат кубок, инкрустированный рубинами и весь покрытый письменами. Выдавленными прямо на серебристых металлических стенках.

– Это артефакт, чаша времен кельтских культов, оставь пока себе, в нем появляется то, что в данный момент нужно для твоего организма.

– Это что Святой Грааль? – пошутила я.

– Ты в хранилище описание прочитала? – удивился библиотекарь.

Мне поплохело, я же пару раз уронила его в больнице, когда руки особенно тряслись. А один раз во время процедуры и медсестра, наклонившись поднять, пнула его под кровать. О Господи!

– Исторический ликбез потом, – вмешался молчавший до этого Стивен. – Руку.

Рефлекторно спрятала обе за спиной. Ну нафиг, вчера уже дала руку, чуть ноги не протянула. Но Верховный Еж был зол. Поэтому сверкнул глазами, пришлось протягивать свободную конечность.

Мужчина провел ладонью над моим запястьем и на нем приступила красная магическая лента. Она светилась, жутковато подсвечивая лицо своего создателя.

– Это маяк. Приведи себя в порядок и можешь воспользоваться дверью к океану, когда наплаваешься придешь к Вонгу, он снимет. Радиус заплыва три километра, когда подплывешь к границе, лента начнет пульсировать. Надумаешь пересечь черту и тебя выдернет к Вонгу или ко мне. Случится что-то страшное, сожми второй рукой и портал тебя так же вытащит. Понятно?

Кивнула, правда немного рассеянно. Стивен был слишком близко, чтобы можно было сохранить хладнокровие. Когда он так себя вел и говорил нормально, очень легко обмануться и не услышать ничего, кроме стука собственного сердца.

– Все, топай отсюда и не попадайся мне на глаза. А то в приливе вдохновения решу последовать своим словам и запереть тебя в Камар-Тадже.

И исчез, оставив меня…обтекать.

– Почему он все время говорит гадости? – уныло уточнила я, опуская руку.

– Такой уж он, наш Стивен, боится казаться слабым и добрым. Ты точно хорошо себя чувствуешь?

***

Собиралась с духом я около двух часов, сначала, конечно, просто собиралась: чистила зубы, переоделась, сходила позавтракала и захватив большое казеное полотенце, в нерешительности топталась у двери. За прозрачными стеклами о каменистый берег разбивались серые волны. Чайки то садились, то снова взлетали, когда на них попадали вездесущие капли.

Я повернула голову влево, где за соседней створкой скользили лучи восходящего солнца, они взбирались по широким стволам деревьев, высветляя их, разгоняя лесной полумрак.

Справа был яркий день в горах, сочные поля и сверкающие каменные пики. Но мне нужно было вперед, туда где собрались все страхи этого мира. Такие наполненные и яркие были последние дни, каких никогда не было в моей прошлой жизни. Все стиралось, вытеснялось красками магии Камар-Таджа, все заслоняет одно мужское лицо.

Что пела мне перед сном мама?

Как смеялся папа над моим падением с велосипеда?

Как ворчала бабушка, когда я притащила котенка с улицы?

Что сказал тренер, когда я впервые пришла на тренировку?

Все меркнет, и я уже не знаю кто я. Где я, а где эта новая русалка, что хочет захватить власть над моей жизнью? Где мои мечты и планы?

Протянутая к двери рука дрожала. Я ненавижу себя за слабость и нерешительность. Почему так трудно принять все эти изменения? Почему жизнь кидает меня как щепку и вновь и вновь испытывая на излом? Наверное это цена, та цена, что я буду платить всю жизнь за возможность видеть Его вживую каждый день. Но честно ли это?

Шаг к морю прервал цепь упаднических мыслей. Ещё чуть-чуть и я превращусь в шизофреничку, утром хорошее настроение, в обед уже конец света, а вечером в петлю? Нет уж, боишься – сделай.

Стоило приблизиться, как тут же прилив чужой радости ударил мне по мозгам. Ладно, шизофрения обеспечена и без моего участия. Помня предостережения магов, ушла подальше от двери и нашла более менее пологий спуск к воде. Маленькая заводь буквально несколько метров в ширину отлично подходила для моих планов. Съехав по гальки до самой кромки, я вдохнула соленый воздух. Пахло водорослями, йодом и мокрой землей. Приятные запахи или это говорит во мне мое альтерэго?

Только начав раздеваться, я поняла, что не замерзаю, вот совсем. Открытие удивило. Я ощущала температуру воздуха, но нет чувства холода. Небо пасмурное, трава и прочая растительность выше по склону зеленые, ни выжженных солнцем пятен, ни какой-либо сухости или потрескавшийся песчаной почвы. Я же точно помню, что вчера мы стояли на хорошем таком влажном черноземе, следовательно тут ни разу не тропики, а это значит градусов пятнадцать, ну максимум двадцать, а при условии близости воды, должен быть ветер и некоторая промозглость, но я ничего такого не ощущала. Опустив глаза на уже босые ноги, не увидела ни одной мурашки.

Может я теперь температуроустойчивая в целом буду?

С другой стороны логично, русалки наверняка на большой глубине плавали, а значит или у них другой теплообмен или вообще хладнокровность как у рептилии. А что там у рыб с обогревом? Даже пошевелив мозгами, вспомнить ничего по этому поводу не смогла, видимо школьный курс биологии выветрился из моей головы при переходе в другой мир. Или же память теперь будет тоже как у рыбки?

Мысли не мешали мне полностью раздеться и аккуратно сложить свою одежду вместе с полотенцем и обувью на камень повыше, чтобы не намочить. В складки кимоно я спрятала белье и бинты с ног.

– Так… что там кричать надо? Быстро ввысь паутина!

Задумалась. В сознательном состоянии я еще ни разу не превращалась. Это раньше было автоматически как-то. Прикрыв глаза, сосредоточилась, попыталась вспомнить, что чувствовала при обращении, но пока только ощущались щекотный прикосновения воды к пяткам. Чтобы разобраться у меня ушло больше пятнадцати минут. В один прекрасный момент я уже начала злиться, и тут волна болезненного покалывания прокатилась снизу вверх, оставив за собой головокружение и сухость во рту.

Распахнув глаза, я как в первый раз уставилась на свой хвост.

– Ладно, признаю, ВАУ!

И начался по детски любопытный и веселый осмотр. Я пощупала, рассмотрела каждую чешуйку, каждый плавник. Каюсь, даже за грудь себя потрогала. Странное ощущение, чешуя не ощущалась как ноготь или что-то условно неживое по типу волос. Она была чувствительной и в некоторых местах даже мягкой и гибкой. Пленочки на руках блестели и натягивались если растопырить пальцы. Волосы стали толще и длиннее, интересно зачем они такие?

Аккуратно подушечками я потрогала мягкие жабры на шее, пощупала закрытый глаз в попытке найти под ними складку второго века и обвела языком свои острые зубы. Кожа явно стала бледнее и тоньше, раньше венки так не просвечивали.

По результатам осмотра осталась довольна. В облике русалки я явно стала красивее, хоть и не в стандартном смысле этого слова. Не отказалась бы сохранить некоторые аспекты и для человеческого обличья. Но идеала не бывает.

Я так увлеклась, что чуть не упустило момент, когда вновь стало будто не хватать воздуха, видимо жабры пересохли и вот тут подкрались неприятные открытия. Оказалось у хвоста нет коленного сустава! То есть я не могу встать на хвосте или хоть согнуть его и бухнуться в воду на колени!

– Вот прикол, срочно мне рентген!

Побултыхав плавником, я попыталась хоть как-то согнуть или опереться на эту единую нижнюю конечность, но бесполезно, похоже там строение как у змеи – куча подвижных позвонков или сочленений. Пол мира за скан МРТ!

И чего делать? Вода явно веселилась, но в итоге сжалилась и высокой волной меня просто напросто смыло в океан.

Паника накрыла, стоило сомкнуться над головой воде. Умом я понимала, что есть жабры и я не захлебнусь, но рефлекторно задержала дыхание, забила руками пытаясь вынырнуть, но меня мягко обхватили за хвост и потянули на глубину. С перепугу веселый ручеек пузырьков покинул мои легкие и стоило последнему вздоху вырваться, как ноздри буквально чем-то закупорило, а шею обожгло и все. Давление на грудную клетку исчезало, и приятная прохлада образовалась внутри. Хвост тут же выпустили. Я зависла в невесомости привыкая к неоднозначному чувству. Стоило перестать задумываться о движении «ног», как тело само изогнулось под нужным углом, руки вытянулись вдоль тела, и я перевернулась на живот.

Хотелось сказать: «вау, » – но изо-рта не вырвалось и звука. Голосовые связки будто так же забились ватой, похоже, это элемент защиты легких. Так я не рыба, я скорее двоякодышащее. Ква…

«Прикольно»

Под водой было темно, как в туманных сумерках, нечеткие очертания скал, какая-то муть.

«И как тут плавать?»

Я толкнулась вперед и рябь возле висков будто очистила мне объектив. Резкость, четкость и я вдруг поняла, что тут много света? Десятки и сотни полутонов.

«Боже, я в сказке!»

Глава 6. И погоня и последствия

От погони бежал, да в беду попал.

Поговорка

Поворот, еще поворот. Да кто проектировал эти чертовы улочки?! Я вильнула, опрокидывая себе за спину нагромождение деревянных ящиков. Апельсины весело разбежались, радуясь нежданной свободе. Ругань, крики и вопли дали фору, но попытка притормозить преследователей, сбила мне дыхание и в боку предупреждающе закололо.

– Твою мать, – уже не сдерживаясь прошипела я, запрыгивая на бочонок, что так удачно притулился в углу подло выскочившего передо мной тупика.

Используя сосуд как трамплин, взвилась вверх, цепляясь за край каменной стены. Только я собралась подтянуться, как в лодыжку вцепились чьи-то мерзкие, влажные пальцы. Скосив глаза вбок, я размахнулась и прицельно двинула мужику пяткой в глаз, пока меня и за вторую не схватили. Внизу взревели, но ногу отпустили, и я рывком закинула себя на узкий уступ. Тяжело дыша, убрала со лба мокрые от пота волосы и призвав все свои русалочьи возможности, взорвала изнутри бочонок, лишив трёх мужчин восточной наружности возможности повторить мой манёвр. Хотя способности – это громко сказано. Ни заклятий, ни порталов освоить чудесный образом не удалось, меня банально слушалась вода, и то, громко сказано. Соленая морская любила и исполняла любую просьбу; пресная и дождевая реагировали с задержкой; кипяченая и фильтрованная могли снизойти, а могли и в глаз плюнуть. Хуже всего было с дистиллированной, она банально была мертва и ни на что не отзывалась.

Преследователи бросали на меня злые взгляды и явно матерились на своём языке. Сволочной старьёвщик, а с виду милый дедушка, который с честными глазами обещал продать товар за минимальный процент. Гад, полтора месяца все нормально, а теперь все-таки решил меня поймать и потрясти. Конечно, я же глупая золотая рыбка, притаскивающая антиквариат.

Ну, вот на что он покусился? Я же тащу одно барахло, как раз чтобы не наживать проблем на пятую точку. В чем был прокол? Может тот подсвечник не с налётом? Блин, тогда получается золото. Какому придурку понадобилось делать золотой канделябр на 13 свечей? Сама тоже хороша, могла бы и проверить, прежде чем отдавать, но я же не ювелир, на зуб что ли пробовать? Да с горшка тогда не слезу, все в рот тащить.

Мужики время зря не теряли, пока я пыталась отдышаться, они решили использовать друг друга в качестве ступенек. Ну твою же мать! Теперь времени в обрез, сгруппировавшись, спрыгнула с другой стороны стены, ощутимо отбив пятки, и вновь рванула по запутанным улочкам Катманду. Мозг работал быстрее ног, адреналин гулял в крови и придавал скорости. В Камар-Тадже я спрятаться не могу, не имею права приводить туда этих козлов, значит сначала нужно стряхнуть хвост, а потом уже возвращаться. Мельком обратила внимание на скользящее к горизонту солнце и выругалась про себя. Опаздываю, Вонг запрет входную дверь уже меньше чем через час, а эти верзилы даже не отстают. Может на мне где маячок висит?

Так, ноги двигаются, голова думай! Товар я скинула еще в начале кросса, на наличку ничего не прилепишь, я ее пересчитала. Тонкое кимоно также не располагает к простору манёвра, скорее всего это просто паранойя. С разбега нырнула под деревянную телегу в боковом проходе, больно проехавшись спиной по земле. Облако пыли поднялось в воздух, я резко перевернулась на живот и затихла в тени днища, стараясь даже не дышать. Шум и топот преследователей приблизился, они не останавливаясь пролетели мимо на полной скорости. Я облегченно выдохнула и потерла зачесавшиеся глаза. Все, минут пятнадцать полежу и тихонько домой. А так все хорошо начиналось.

У меня в этом мире ни средств, ни связей, зато внезапная мутация в русалку стала немаленьким преимуществом. Дно океана буквально усыпано было различными вещами и некоторые из них можно было продать. Не драгоценности и не украшения, я выбирала что победнее и лучше сохранилось. Мелкое оружие, глиняные и металлические горшки и вазы, какие-то каменные статуэтки и предметы быта. Мои способности позволяли заплыть туда, куда не пролезает ни одна техника. Ограничивал меня пока только радиус, поэтому улов пока был не богатым. Как только решилась проблема с товаром, встал вопрос с реализацией. Путём недолгий раздумий, я выбрала дверь, через которую в своё время Стрэндж пришел в Камар-Тадж. Попытайся я провернуть трюк с продажей в Гонконге, Нью-Йорке или Лондоне, боюсь местные власти не оценили бы, и я быстро оказалась за решёткой. Восток оставил больше места для маневров. Тут велика вероятность затеряться в толпе.

На свою голову я выбрала Алибека, или как он просил себя назвать – Дедушка Али. Пару раз в неделю Вонг выпускал меня погулять, не подозревая, что я оттаскиваю свои находки перекупщику на рынке и получаю часть выручки наличными. Конвертировать с местной валюты в доллары, чтобы закупиться в городе я не могла, документов не было, поэтому тратила их тут же. Такой маленький русалочий бизнес позволил мне закупиться предметами личной гигиены на свой вкус и другими вещами первой необходимости. То, чем снабжал меня Камар-Тадж это конечно прекрасно, но я хочу свои трусы! В общем только я расслабилась, как заработок похоже придётся свернуть, дедушка Али распробовал халяву и не хочет делиться, или же это все-таки мой промах. Хорошо, что моя психика достаточно устойчива и я не растерялась, когда меня окружила тройка бандитского вида мужиков прямо в лавке Алибека. Завизжав как можно противнее и громче, что меня насилуют, я очень быстро драпанула, пока нападавшие охреневали. Я ж не Джеки Чан и Ван Дам справиться с взрослыми мужиками. Так и начались эти гонки на выживание. Ладно, свернём деятельность на время, жалко, я только себе рюкзак присмотрела симпатичный, но жизнь дороже.

С этими мыслями я выползла из укрытия и огляделась. Никого, отлично, живем!

Прихрамывая и постанывая, я сориентировалась и двинула в сторону храма. А то начнут меня искать или спать оставят на улице. Нет, сегодня плавать не пойду, а то нафиг запутаюсь от усталости в собственном хвосте, уже никто не выловит.

Надо было все-таки проверить себя на следилки. Судьба очень любит глумливо пошутить, или просто не стоило сворачивать в до боли знакомую улочку. Не знаю как, но они настигли меня и профессионально перекрыли все выходы и снова взяли в кольцо, медленно его сжимая, действуя на нервы, запугивая.

– Вот ты и попалась, птичка, – глумливо улыбнулся один из них в полосатой шапочке на макушке.

Все трое были представителями местного фольклора, смуглые, черноволосые в странных ярких тканевых нарядах, название которых я не знала в силу, видимо, узости кругозора. Двое на голову выше меня, плотные, с, тем не менее, выпирающими животиками. Третий же самый высоки, худой и поджарый как сыромятней ремень хорошей выделки, его лицо не было поражено клеймом скудоумия, как у остальных, видимо главарь шайки. Все темноволосые, кареглазые, со зверскими ухмылками и даже мелькающими золотыми зубами. Черт, я не потяну, одного из подпевал еще худо бедно бы упаковала, но троих, хана котёнку.

– Куда же ты убежала, дядя Али хотел пригласить тебя в гости, побеседовать по дружески, чаю попить, – протянул худой.

Я дёргалась, крутилась, чтобы не подпустить ни одного близко к своей спине. Стоит отвлечься и приласкают по черепу. Вступать в демагогию так же не собиралась, только внимание рассеивать, да и не жду я помощи, так что смысл время тянуть. Оружия нет, только собственные силы и дичайший адреналин, превративший сердце в отбойный молоток. Надо хоть одного сбить, прорваться в выходу. А кольцо все уже.

– Такая милая девушка, а не ценишь гостеприимства.

Кажется меня хотели вывести на дебаты, но по моему лицу стало мгновенно все понятно.

– Вот как, ну что ж. Или ты сейчас добровольно идёшь с нами и ведёшь себя хорошо, или по плохому, но твоей нежной шкурке это не понравится.

Напряжение достигло апогея и ошибаться пришлось снова. Я выбрала не ту жертву, мужик увернулся от моего броска и выдвинул навстречу моему солнечному сплетению свой аргумент в виде здоровущего кулака. Приземлилась я спиной на кучу коробок, осознав всем позвоночником ошибочность своих суждений. Главарь присел напротив меня на корточки, демонстрируя явную беспечность относительно своего здоровья.

Грязные пальцы больно вцепились в волосы на затылке и меня за них подтянули. Это было очень удобно, я с удовольствием плюнула в эту мерзкую физиономию, за что получила удар в скулу и меня вновь опрокинуло.

– Дрянь, ничего дядя разберётся с тобой, – прошипел гаденыш, брезгливо вытираясь. – Мурад, пакуй ее и заткни чем-нибудь рот.

Пока я разгоняла сверкающие звёздочки перед глазами, не заметила новое действующее лицо на нашем мероприятии, и не только я. Мужчины дернулись от чужого голоса за их спинами.

– Какого черта?! Пошли прочь отсюда! Даю десять секунд.

– Защитничек, ребята, кончайте его, свидетели нам ни к чему. А я отнесу посылку.

Подпевалы покинули наш междоусобчик, а меня шакал выдернул из груды хлама и закинул на плечо. Замутило, стоило оказаться вверх головой. Собрав волю в кулак, сжатыми в замок руками приласкала мужика по хребтине, не успевший меня перехватить покрепче, главарь пошатнулся, но устоял, я же ухватилась за пояс его штанов и подтянулась, соскальзывая с неудобного плеча, еще и в процессе падения с вершины, постаралась как можно сильнее проехаться коленом по чужой башке. Однако пришлось сосредоточиться на попытке сгруппироваться и не свернуть себе шею, в итоге силы удара оказалось недостаточно, а вот я о землю шлёпнулась хорошо, аж дыхание выбило.

– Ах ты тварь вертлявая, – взревел оскорбленный в лучших чувствах мужчина, пнув не успевшую отползти меня в живот.

– Ох, – согнулась я, прикрываясь руками. Второго удара не последовало, ярко-оранжевый магический хлыст обхватил нападавшего за лодыжку и с силой дёрнул, отбрасывая его вне зоны моей видимости. Поняв, что угроза миновала, я со скрипом перевернулась и попыталась встать на четвереньки, глубоко дыша, чтобы не заблевать тут все или хотя бы искры разогнать. В итоге, сделала только хуже, меня позорно вырвало и чем там все закончилось, я пропустила. Даже обидно.

– Встать сможешь? – меня подхватили и помогли подняться, я вцепилась в руку мага, стараясь удержаться вертикально. – В больницу?

К прекрасной милосердной Кристин? У меня не настолько все болит… И вообще, лучше тогда сдохнуть, чем снова позориться. Вслух говорить не стала, только отрицательно качнула головой.

Прямо перед моим носом открылся портал, меня почти на себе дотащили до кожаного дивана в кабинете Верховного и медленно усадили. Когда помещение перестало качаться, я взглянула на своего нежданного спасителя и передернулась. Желание попроситься обратно к бандитам жгло изнутри. У Стрэнджа было прямо-таки убийственно ледяное выражение лица.

– Кто их послал?

– Лавка «Ценности и древности». Владелец Алибек, – сдала я дядюшку в потрохами. Ну нафиг, я же не враг себе.

– Если я вернусь и ты хоть на сантиметр сдвинешься с этого дивана, я оторву такой ненужный тебе элемент как голова.

И исчез в открывшемся портале. Твою ж Машу…

***

Начиналось все вполне безобидно, Стрэндж просто потерял Вонга. Было еще даже не совсем поздно, а друга на его рабочем месте не оказалось. Стивен подождал, заглянул в хранилище, наведался на кухню, заглянул к паре Мастеров, но библиотекаря нигде не было. Верховный напрягся и воспользовался двойным кольцом, отчего нехорошее предчувствие подкралось ближе, стоило найти Вонга мнущимся возле входа в Камар-Тадж. Не то чтобы это было очень странным, мало ли зачем мужчина выходил, но дело было в том, что он не воспользовался дверью, а ходил вдоль неё взад-вперёд с заложенными за спину руками.

– Вонг, ты что тут делаешь? Я пока искал тебя, уже забыл зачем пришёл.

Библиотекарь вздрогнул и поднял взгляд на Стрэнджа, отчего тот понял много больше, чем ему хотелось.

– Кто воспользовался проходом?

– Стивен, я уже не в первый раз так делаю, все было нормально, но она сегодня опаздывает уже на полтора часа. Раньше такого не было и…

– Соня, – вырвалось само собой. – Ты выпустил ее из Камар-Таджа?

– Она же не пленница, Стивен, а молодая девушка. Ей тоже хочется проветриться и прогуляться. Мы не имеем права ее удерживать, – возразил нахмурившийся Вонг, озабоченно оглядываясь на безмолвствующую дверь.

– Вот именно, Вонг, девушка, и ты открыл ей путь в восточный город, тебе рассказать, что там делают с молодыми симпатичными девчонками? Если так невтерпёж было, почему не Лондон или Нью-Йорк?

– Она сама попросила…

Накрывшей мага осознание стало видно невооруженным глазом, а подозрение мужчин только усилились.

– Так все, какой маячок ты на ней закрепил? – отчего-то занервничал Стивен.

– Маячок? Она же не плавать ушла…

– Вонг, ты наивен как дитя. И учти, если с неё там сдерут шкуру, я повешу ее у тебя в библиотеке в назидание.

Стрэндж извлёк из подпространства колбу с тонкой прядью светлых волос и вытащив один, намотал его на указательный палец. Нить вспыхнула и завибрировала, указывая путь. Не успел маг открыть портал, как волос полыхнул ярко алым и рассыпался.

– Пролилась кровь, – прошептал Вонг и сам испугался своих слов.

Верховный достал сразу с десяток волос и повторил манипуляции. Не мешкая более не секунды, Стрэндж распахнул портал и вышел в конечной точке.

Девушка лежала в куче какого-то мусора, в до боли ему знакомом переулке. Когда-то он точно так же попался отморозкам на этом же месте, но его спас Мордо, пришло время отдавать кармический долги вселенной. Злость плохой советчик, но хороший помощник, когда дело касается драки.

– Какого черта?! Пошли прочь отсюда! – рявкнул взбешённый маг, стоило ему увидеть, как один из подонков ударил Соню по лицу. – Даю десять секунд.

– Защитничек, ребята, кончайте его, свидетели нам ни к чему. А я отнесу посылку, – довольно самоуверенно отозвался тот самый смертник, отдавая приказы подельникам. Стивен не стал церемониться и демонстрировать свои боевые навыки, дождавшись приближения мордоворотов он просто напросто создал два магических щита и оглушил ими сначала одного, потом второго. Энергетическим потоком, как верёвкой, Стрэндж спеленал мужчин как младенцев и проигнорировал Леви, который стащил их как мешки с мукой и сложил друг на друга, ожидая третьего.

Верховный Чародей чуть было не стесал себе зубы от злости, когда краем глаза отметил, что девчонка, вместо того чтобы спокойно ждать спасения, начала геройствовать и вырываться, за что схлопотала удар в живот от главаря. Второго Стрэндж не допустил и, не особо церемонясь, откинул подонка от девушки магическим оружием, шлепнув его уже спеленованного на верхушку сооруженный Плащом поленницы.

– Встать сможешь? – уточнил Стивен, поднимая с земли Соню. – В больницу?

Та замотала головой, что в ее бы состоянии не стоило делать. Стрэндж открыл портал и затащил почти висящую на нем девушку к себе в кабинет. Аккуратно усадив ее на диван, он облегченно убрал щуп магического скандирования с ауры жертвы собственной глупости. Слава богам, внутренних повреждений нет и госпитализация не требуется, крепкий оказывается у русалок организм.

– Кто их послал? – он цедил слова, почти не размыкая губ, будто боялся, что стоит открыть рот пошире и сдержаться он уже не сможет.

– Лавка «Ценности и древности». Владелец Алибек, – заторможенно ответила девушка.

– Если я вернусь и ты хоть на сантиметр сдвинешься с этого дивана, оторву такой ненужный тебе элемент как голова.

Действительно, зачем ей голова? Думать не умеет, а подкармливать и через капельницу можно.

***

Это состояние люди и называют «Ледяная ярость», по крайней мере теперь я знаю как она выглядит. Стрэндж в принципе-то не может похвастаться сильно добрым лицом, но вот это выражение зимней стужи пробирало до самых костей. Возвращение его не принесло мне душевного спокойствия.

Когда он сгрузил меня в кабинете и исчез в портале, я выдохнула и растекаясь по дивану. Организм заболел весь и полностью, затошнило, заныли кости, лицо буквально горело. Подводя итоги происходящего, могла с гордостью сказать, что снова стала причиной собственного повреждения. Вот кто просил геройствовать, отбиваться. Могла бы спокойно пройти с ними без нервов и суеты, вряд ли бы они что-то мне сделали, можно было выждать время и сбежать, у меня же есть козырь в виде зачаточных русалочьих способностей… Видимо, мозг теперь тоже как у форели.

Я повернулась и прислонилась пламенеющей скулой к холодной поверхности кожаного дивана. Стало немного легче.

А главаря нафига дразнила? В лицо плевала? И даже когда Стивен пришёл, нужно было вообще бревном прикинуться и ждать спасения, а я снова полезла искать приключения.

В свою защиту могу сказать только то, что я почти всю жизнь была одна. Когда родители умерли, а я осталась с больной бабушкой, пришлось быстро научиться брать ответственность на себя. Я работала с 12 лет, да неофициально, но систематически, плюс учебу никто не отменял и спорт. Так что, пока все выстраивали социальные связи и заводили отношения, я разрывалась между школой, подработкой и секцией. Времени дружить не хватало, да и сверстники были мне не особо интересны. Да, стихийно образовались товарищи, но близкого контакта или какой-то душевности я так и не приобрела. Поэтому глупо было ожидать от меня синдрома принцессы. В критической ситуации я повела себя как стандартная загнанная в угол крыса.

Однако, не думаю, что Стивен примет слезливую историю моей жизни как аргумент. Тихо тикали большие напольные часы, за окном сгущались сумерки, а поскольку сил встать и включить свет не было, в тепле и безопасности меня начало клонить в сон.

Я почти задремала, когда вновь открылся портал впуская Его Ледяное Величество. Тут же вспыхнули светильники на стенах и лампа на столе. Проморгавшись, я почти равнодушно, если не считать того, что внутренности смерзлись от страха, смотрела на злого мага, что приблизился к дивану и остановился, сложив руки на груди.

– Ты хоть осознаешь какой опасности себя подвергла?

– Да, – глупо отрицать очевидное. – Спасибо за спасение.

– Ты даже не представляешь, насколько велико сейчас мое желание придушить тебя. Мало того, что влезла в совершенно безумную авантюру, так еще и Вонга втянула. Рассказать какие планы были у дядюшки Али на тебя?

Хотелось помотать головой и вообще просто сбежать, но…

– Ему пришёл заказ. Те трое милых молодых людей должны были скрутить тебя и притащить на передержку в лавку. Ночью с тобой бы аккуратно пообщались на предмет антиквариата, а утром продали за кругленькую сумму одному господину в личное пользование…

Вот теперь меня проняло. Дрожь прокатилась по телу, я обхватила себя руками, закрываясь от этих ужасных слов. Антиквариат, да, но заказ? Меня хотели продать в рабство? Да бред же! Это же средневековье какое-то, а мой и этот миры цивилизованные, в нем если и воруют людей, то для выкупа, как в детективах.

Нам, конечно, в школе рассказывали, что одно время славянских девушек крали и потоком вывозили в арабские страны, но это…это как-то не реально, как рассказ об Иване Грозном на уроке истории. Вроде и было, но прошло, нас не коснулось и вообще плесенью покрылось. Вот и тут так же. Да что тут, что у нас, время денежной религии, стоит назвать сумму и любая продастся, ну ладно, может не любая, но таких много во все времена! Купи, договорись, пообещай, беспринципные всегда были и будут, но чтобы так?!

Опустила взгляд на свои руки. Посеченные и поцарапанные, с запекшейся из носа кровью, с частично отломанными частично погрызенными ногтями… Трезво оценим себя и вопросов только больше, я худая, да спортивная и даже пресс есть, но очень выпирающий и как по мне не красивый. Я попыталась снизить нагрузку на эту часть своего тела, но с появлением русалочьего хвоста ее стало только больше. Грудь полторашка, кожа на лице обветрилась от морской воды, а нос вообще обгорел и облупился, волосы седые, ноги длинные и были раньше красивые. Да, у ускоренной регенерации есть и свои минусы, раны начали настолько быстро зарастать, что шрамов в итоге осталось очень много, они были не тонкими и белыми, а буграми, выпирающими и не ровными. Это не играло для меня роли, обтягивающие лосины или юбки я не ношу, да и спасибо вообще ходить могу. Но в моем представлении если уж утащить девушку себе в гарем, то какую-нибудь нимфу с нежной кожей и формами Анджелины Джоли, может надо было в шортах гонять, тогда бы пыл неких неизвестных поумерился?

Пребывая в недоумении, я подняла вопросительный взгляд на Стивена, может он шутит? Или издевается?

– Что ты смотришь на меня? Думаешь я сказки тебе рассказываю? Мне не врут и все обстоит ровно так, как я рассказал. Когда доберусь до этого любителя маленьких девочек и пообщаюсь с ним, обязательно расскажу тебе, что и как он планировал с тобой сделать, – показательно равнодушно уведомил меня Стрэндж, хотя у самого желваки на лице заходили.

Затошнило, от мерзости, как помоями облили.

– И? Что? Какого черта ты в это полезла? Зачем нужно было рисковать своей жизнью?

Я перекинула растрепанную косу себе на грудь и принялась усердно перебирать пряди на конце. Взгляд наткнулся на обрывок джута, которым я ее перемотала. Последняя моя резинка утопла, когда я зацепилась волосами за подводный выступ, а купить новую не успела. Зато ответ магу на редкость прост и банален:

– Из-за денег.

– Что, прости?

– Из-за денег, – уже чётче и и громче повторила я, оглядев мужчину, который уже настолько переполнился ядом, что сейчас будет прицельно плеваться в меня, надеюсь смертельную дозу не получу. Но отступать? Я же права!

– Камар-Тадж снабжает тебя всем необходимым, – слова рубленные, как куски льда, Стивен явно сдерживался из последних сил, он сложил руки на груди и рукава его одежды натянулась, будто он смял их пальцами. – Одежду, питание, средства гигиены, у тебя все это есть.

Хотелось рассмеяться ему в лицо, страх и неуверенность испарились сами собой. Он просто не понимал. Всемогущий, драгоценный Стивен Стрэндж. Я медленно поднялась с дивана, встала напротив него, непроизвольно скопировав позу и бесстрашно заглянула в глаза.

–У. Меня. Нет. Ничего! – четко, уверенно, почти по слогам. – Нет документов, нет денег, сдох при переходе телефон. В этом мире я никто, я не могу сходить в больницу или к зубному, зайти в аптеку за тампонами, к которым привыкла. У меня нет возможности приобрести бюстгальтер, который бы подходил мне и был удобен, а не размазывал грудь по позвоночнику. У меня нет дома, нет близких или хотя бы знакомых. Я не могу устроится на работу, чтобы хоть как-то на это заработать, я даже из Камар-Таджа не могу выйти, чтобы хоть нелегально подработать, потому что стала мутантом с комплектом проблем и обязанностей. Я девушка – Стивен Стрэндж, как ты изволил заметить, и у меня есть потребности, которые нет возможности перекрыть.

Мой голос дрожал от еле сдерживаемого ярости, высказывая ему то, что давно накипело, я чувствовала странное удовлетворение, однако сама же все больше и больше распалялась. Ему бы промолчать, но это же Стивен, который всегда и во всем прав.

– Признаю, всего мне не предусмотреть, – он раздраженно побарабанил пальцами по локтю, а потом как рявкнет. – Но почему ты ко мне не пришла с этими вопросами? На кой черт понеслась одна на восточный базар?!

– А как ты себе это представляешь? – заорала в ответ. – «Привет, Стивен, мне бы денежек на шмотки и новенький айфон, не подсобишь?» Ты мне кто? Отец? Брат? Муж?

– Причём тут это? Я несу ответственность за…

– Вот и неси ее за себя! – перебила. – Я взрослый человек, с шестнадцати лет сам за себя отвечающий, и мои проблемы – это только мои проблемы, ты к ним никаким боком не относишься. У тебя дел до хрена, ты посторонний мужчина, который не в восторге от моего существования в целом, так почему, скажи мне, я должна была подходить к тебе и просить, чтобы ты решил мои финансовые трудности?!

Выдохшись, я глубоко и громко дышала, замерев всего в полушаге от мага, который, успокоился так же быстро как и разъярился. У него прямо на лице была написана усиленная мозговая деятельность, однако еще более крупным шрифтом значилось нежелание уступать мне. Как же, в неприятности попала, а шею намылить не получается, потому что в принципе и не так уж сильно виновата. Диалог явно зашёл в тупик, поэтому я молча развернулась и вышла из кабинета, напоследок громко хлопнув дверью.

Да сил моих больше нет, пусть я буду выглядеть тварью неблагодарной, но больше не позволю ему быть уверенным, что он вправе распоряжаться моей жизнью!

Глава 7. И мысли и конверт

Всякому дню подобает своя забота.

Поговорка

За ней захлопнулась дверь, громко и рассерженно. Стивен на мгновение прикрыл глаза, анализируя услышанное и желая окончательно успокоиться, хоть это было не легко.

Понимал ли он, что девочке за сегодня досталось? Да. Знал, что не стоило давить на нее и срываться? Безусловно.

Легко контролировать эмоции, когда происходящее тебя не затрагивает, а только относится к посторонним людям. Однако, все кардинально меняется, стоит обстоятельствам коснуться твоих близких.

Стрэндж прекрасно осознавал свою ответственность за каждого жителя Камар-Таджа и за человечество в целом. Маг был готов положить жизнь на их защиту, но также он видел грань. Грань, за которой начинаются различия. Как круги на воде, эта граница невидимым росчерком окружала его на некотором расстоянии, и внутрь этой воображаемой стены он впускал немногих. Стивен без размышлений мог назвать всего несколько человек, что стали ему близки, такие как Кристин и Вонг, вот за них ему не хотелось отдавать жизнь, за них хотелось рвать противника долго и со вкусом. Но это они, а это – Соня.

Сегодня, смотря на потеющего от ужаса старика в добротном, дорогом халате и лицом милого дедушки, слушая о его планах, мужчина осознал, что маленькая русалка сделала полшага к нему, занесла одну ногу над входом в круг близких. Исповедь старьёвщика была недолгой, но от этого не менее отвратительной. Пытки магическими приёмами не оставляли следов на теле, так что привлечь Верховного к ответственности не могли. К тому же, как дитя урбанизации, Стивену претила мысль о самосуде, даже такой твари как этот Али. В конечном итоге иногда жизнь многим большее наказание, чем смерть.

Милого и честного перекупщика Алибека с безобразной лужей под ним, полубезумного и с седой бородой найдут только под утро, он будет твердить что-то о «Судном дне» и «Вестнике смерти в пламенеющих доспехах», но это не спасёт его от суда. Ведь на центральной площади города, расклеенные на стенах местной мэрии обнаружат интересные документы о нелегальных транзакциях, краже девушек-туристок и поставке их «уважаемым» политическим фигурам многих стран Азии и Европы.

Волна арестов и судебных разбирательств прокатится лавинной по миру, кому-то удастся отмазаться от тюрьмы, кто-то сядет надолго и качественно. Оставшимися в живых найдут не всех девушек и тем ужаснее будет этот скандал.

Стивен узнаёт об этом много позже из новостей, сейчас его волновал только один листок бумаги, в углу которого канцелярской скрепкой была прикреплена стопка фотографий Сони. Девушки, которая пробиралась в его жизнь постепенно, захватывала все новые территории, и могла так же как те несчастные рабыни, быть продана какому-то извращенцу. В новой вспышке гнева, пальцы сжали ненавистный листок, в мгновение ока осыпавшийся горсткой серого пепла. Стрэндж так и не мог решить, что его больше бесит, близость русалки, или тварь попытавшаяся ей навредить.

Беря себя в руки, он глотком осушил бокал с виски, что налитый стоял на столе уже почти сутки. Маг выдохнул и вернулся к делам. Однако, мысль прошмыгнула, чтобы испуганно убежать от злого чародея: «А у нежной белой лилии, оказывается, стальной стебель и ядовитые шипы…»

***

Стыдно стало уже спустя пару коридоров спустя. Стыдно и мерзко. Обхамила, наорала, великая и благородная София Романова. Только фамилия царская, а в остальном свинья неблагодарная!

Я вышла к большой парадной лестнице, той самой, вокруг которой всегда крутился сюжет всех фильмов со Стрэнджем. Она же была первым, что я увидела, когда впервые здесь появилась. Замерев у черных кованых перил глубоко вздохнула, пытаясь окончательно подавить вспышку злости, но отбитый живот вынудил ссутулиться и опереться локтями на полированный поручень. Взгляд уперся в пыльные сбитые кроссовки.

Три месяца, чуть больше или чуть меньше я нахожусь в этом мире? Со счета сбилась, да и где отмечать даты? Не додумалась я взять календарик у Вонга.

Говорят самый ужасный вид психологического насилия – газлайтинг. Когда мучитель пытается исказить реальность в подсознании жертвы. Отрицает существование каких-то воспоминаний, навязывает то, чего нет.

В этом случае можно сходить к психологу, пожаловаться властям, но что делать когда этот маньяк ты сама?

Три месяца. Но мне кажется, что прошедших двадцати лет не было, а есть только Камар-Тадж и океан, русалка под водой и оборванка, пытающаяся выжить на суше. Что мне делать дальше? Почему так сложно двигаться вперед? Я не привыкла сдаваться, но это ощущение хождения по битому стеклу все чаще разъедает волю, шепчет о том, как хорошо в воде. Может и правда уйти в заплыв и больше не возвращаться? В океане безопасно, он укроет, прокормит и успокоит…

Хлопнула дверь где-то в недрах Санктум Санкторум, и я поспешила убраться оттуда, где на меня легко наткнуться.

Спустилась по лестнице и нырнула в боковой проход, что вел к огромным дверям, связанным с Камар-Таджем. Но тихо прошмыгнуть к себе не удалось.

– Иди за мной.

Вонг.

Стыд вновь обжег щеки. Я подставила его, наверняка Стрэндж не поскупился на издевательства, когда узнал правду. Злится что он все рассказал? Шутить изволите, без этого было бы хуже.

– Посмотри на меня.

Мы пришли в небольшой закуток между вездесущими стеллажами, и замерли возле деревянного стола. Погруженная в свои внутренние переживания я совершенно индифферентно реагировала на внешние раздражители. Наверное, не ухвати Вонг меня за запястье, я бы и за ним не пошла. Просьба пробилась в омут темных мыслей и я растерянно подняла взгляд на Мастера. Поняв, что контакт установлен, он молча указал мне на стул и когда так же в тишине я на него села, кивнул и куда-то ушел.

Положив руки на стол, сложила их в замок. Похоже, в перспективе вторая головомойка. Что ж, заслужила… от него заслужила.

В руки вложили знакомый кубок, что только пару недель назад покинул мою гостеприимную комнату, а до этого пить приходилось только из Грааля, правда замаскированного. Пока мужчины окончательно не убедились, что я оправилась от потери крови.

Сейчас же артефакт был в своем первозданном виде и полон синей мутной жидкости.

– Пей, – Вонг неумолим и немногословен. Он итак обычно не слишком разговорчив, но сейчас видимо от злости прямо бьет рекорды.

Не желая спорить, сделала глоток и чуть не выплюнула все обратно, жуткий вкус концентрированных, будто протухших водорослей, заполнил рот и вязким комком скользнул в пищевод. Я попыталась отодвинуть кубок, но мне всучили его обратно, намекая на необходимость выпить до конца. Тоскливо вздохнув, закрыла глаза и постаралась одним махом все проглотить, не смакуя. Помогло мало, отвратительная вонь буквально просочилась в легкие и напрочь забила нос.

– Лучше бы просто наорал, зачем пытать, – откашлявшись, прошептала я. – Убийственная жуть.

– Я не собираюсь на тебя кричать, ты взрослый человек и, надеюсь, сама поняла как эгоистично поступила, заставив нас со Стивеном испытать страх за твою жизнь. Предпочитаю разобраться в первопричине и попытаться исправить ее.

– Не понимаю, – честно призналась я, запивая из Грааля, который будто извиняясь, наполнился до верху прохладной чистой водой.

– Сейчас я наложу на тебя «Переводчик», но ты не скажешь об этом Стивену, я потом сам поставлю его в известность.

После памятного спора в больнице, не раз просила Верховного дать мне это заклинание. Как представитель, теперь не человеческой расы, я могла не только выжить после «Переводчика», но и успешно ассимилировать его у себя в организме, а значит смогу читать и говорить на любом из языков этого, да и вообще любого мира. Когда перенеслась сюда, не задавалась вопросом, почему Стрэндж и остальные меня понимают. Спустя какое-то время, путем несложных экспериментов, я осознала, что мой мозг будто сам транслирует английский в понятные слова, этакий мини справочник засел в голове. Однако, это ни коем образом не распространяется на остальные языки. Читать и распознавать я могу только английский. В принципе и к Алибеку меня занесло только потому, что его вывеску удалось прочитать.

Теперь же все будет намного проще.

– Никто из нас не осознавал, насколько ты беспомощна в этом мире владея всего родным языком. Камар-Тадж сам по себе интернационален, и большинство мастеров за свои долгие десятилетия жизни изучили так много лингвистических основ, что проблем с коммуникацией нет. К тому же магические сигнатуры нашей обители позволяют любому попавшему сюда понимать других. Можно сказать, что все мы – и гости и жители, говорим на одном языке, на языке Камар-Таджа, который меняется с назначением нового Верховного Мага. Так что попади ты сюда пока была жива Древняя, понимала бы во внешнем мире только древний кельтский.

Представила как бегаю по рынку и жестами объясняю, что ищу потомков древней расы для построения диалога. При такое раскладе даже в Катманду загребли бы в психушку. Что ж, мне непозволительно и просто волшебно везет. Не жизнь, а куча роялей за каждым кустом. Осталось натянуть металические трусы с бронелифчиком и бежать спасать мир от Темного Властелина Мордо.

– Это ни к чему… – Вонг щелкнул пальцами и ему прямо в руки прилетел небольшой томик в белой кожаной обложке. Он раскрыл его и устроил на столе перед собой. – Я не читаю твои мысли, просто то, что ты выпила, ослабило природную ментальную защиту. Без этого невозможно использовать заклинание, твой мозг бы его просто не пропустил. А теперь сядь и расслабься, все закончится достаточно быстро.

Все закончится достаточно быстро…почему такая страшная фраза?

Вспыхнули ярко-оранжевым письмена прямо на развороте книги, один за одним они начали слетать со страниц и быстро быстро собираться в большой хоровод между ладоней Вонга. Было так интересно, что я даже про боль в теле забыла и почти с открытым ртом наблюдала за колдовством.

Стоило последнему символу влиться в танец собратьев, маг проговорил несколько фраз на непонятном мне языке. Также по одному руны принялись вылетать из круга и, становясь синими, впиваться под кожу пчелиными укусами. Я зашипела и обхватила голову. Да уж, ощущения не из приятных. Когда последняя раскаленная спица боли воткнулась в мой измученный мозг, поняла почему люди не выживают. В данный момент я даже чувствовала себя больше человеком, чем когда либо.

– Все, – мужчина устало рухнул на соседний стул и тяжело дыша прикрыл глаза. – Через пару часов станет легче. Книги можешь брать любые, только обращайся с ними осторожно. В Камар-Тадже нет запретных знаний. Перед тобой все то, что я нашел про русалок. А сейчас бери Грааль и иди спать. Завтра занесешь его вечером.

Я встала, пошатываясь, и очумело поморгала, пытаясь разогнать туман перед глазами.

– Спасибо, и прости меня пожалуйста. Я поступила эгоистично и необдуманно…

– Ты просто пыталась выжить, мы тоже должны были учесть это. Сюда приходит множество людей, но у всех у них была до Камар-Таджа жизнь, и пусть кто-то из обитателей потерял все и всех, но мир все равно им родной, есть и знакомые и документальные свидетельства, что они существуют, у тебя же этого нет. Мы просто не подумали.

Вонг вздохнул и устроил руки на коленях. Видно было, что заклинание его так же вымотало.

– А как ты… я же только Стрэнджу…

– Иди, и не читай раньше двух часов. Плавать тоже не советую сегодня.

– Спасибо, я пойду?

– Попробуй доверять нам со Стивеном чуть больше.

***

В комнате было темно и тихо. Водрузив кубок на тумбочку, я сгрузила стопку книг на заправленную кровать и рухнула рядом с ними.

Голова кружилась и я смежила веки. По хорошему нужно было встать, помыться, переодеться и обработать синяки, уж что, а лекарства есть, разложить книжки и тогда уже лечь спать, но сил попросту не было. Переваливший на бок, подтянула колени к груди и попыталась отрубиться, но фразы от прошедшего разговора так и крутились в голове. Рабство. Какое страшное слово, а что бы со мной было, узнай похитители о том, что я русалка. Дрожь прокатилась по всему телу, и я натянула на себя свободный край покрывала, в попытке согреться.

Господи, пусть мне приснится обычная человеческая жизнь, хоть на минуту вернуться в безопасное и понятное прошлое…

***

– Ты уже все? – уточнил Вонг, не поднимая взгляда от книги, что лежала перед ним.

– Да, нужно было восстановиться, плавать долго нет настроения, – я промокнула волосы маленьким полотенцем и перекинула его через руку, протянув вторую магу.

Движение мужских пальцев и браслет-маячок на руке лопнул мыльным пузырём из красных брызг.

– Нет смысла обижаться, ты же понимаешь, что поступила самонадеянно и подвергла свою жизнь опасности.

– Давай не будем, хватило вчерашнего, не заставляй меня вновь чувствовать себя сволочью. Лучше смотри, что могу!

Я встряхнула волосами. Вода облачком холодного пара взвилась вокруг моей головы и растворилась в воздухе, оставив волосы совершенно сухими, правда так эффектно как у Локки в сериале не получилось, причёска стала пухом бешеного одуванчика, но лиха беда начало.

– Иногда толика самобичевания тебе не повредит… Твоя сила растёт, молодец, только постарайся в хранилище так больше не делать, излишняя влажность книгам не на пользу. Ты уже пробовала читать?

– Да, утром покопалась в книгах. Давно забытое чувство заполненности мозга, сейчас схожу поем и засяду до ночи, – соломенные лохмы пришлось вновь увлажнить так же, как и высушила, а то я рисковала обломать эти колючки и остаться лысой.

– Ах да, зайди к Стрэнджу, он искал тебя.

– Зачем? – подозрительно уточнила я, напрягшись. Настроение вновь опустилось на пару делений, взбучка еще была свежа в памяти и продолжения не хотелось.

– Как много вопросов, – попытался скрыть ухмылку Вонг, но я заметила. Он вернулся к чтению, с шелестом перевернув страницу. – Верховный Маг не отчитывается передо мной, так что иди и узнай все сама.

***

По лицу Стрэнджа нельзя было ничего прочесть, он с невозмутимым выражением перебирал какие-то древние манускрипты вперемешку со вполне современными документами. Стоило мне войти, как он тут же прервался и откинулся на спинку кресла, сложив руки на груди. Эти его телодвижения не способствовали психологическому спокойствию, поэтому скорость моего приближения стала обратно пропорциональной степени его нахмуренности. В общем, замерла я где-то в метре от стола, спрятав руки в карманы толстовки. Ну прям нашкодившую ученицу вызвали к директору. Осознание нелепости моих страхов, заставило встряхнуться:

– Вонг сказал, ты меня искал.

Стивен молчал, разглядывая меня, как-будто впервые увидел. Я тоже умолкла, не зная, что говорить. На колени падать и просить прощения за вчерашнее? Такой порыв вряд ли будет оценён по достоинству, как бы за это снова по шее не схлопотать.

С шуршанием открылся ящик большого деревянного стола, из которого так же в тишине Стивен извлёк белый конверт и направился ко мне. Честное слово, я даже попятилась, настолько внушительно и пугающе выглядело его наступление, хоть прячься. Надеюсь там не мое завещание…

Маг остановился на расстоянии вытянутой руки и протянул мне этот конверт. Непонимающе подняла взгляд на Стивена.

– Здесь документы и банковская карта. Я открыл отдельный счёт для тебя, доверенность подпишешь, чтобы я тоже имел к нему доступ. Так же там сим карта и мой старый телефон, он вполне рабочий, просто пол года назад купил себе более новую модель. Приложение с картами и навигатором, мобильный банк и наши местные соцсети я установил. Вонг покажет тебе комнату, в которую ты сможешь складывать все, что посчитаешь нужным достать из моря для продажи. Всеми вопросами сбыта я займусь сам, твоя задача только отлавливать антиквариат. Постарайся не приносить крупные драгоценности, если только не захочешь их носить сама, и то попрошу не таскать бриллианты с кулак размером в городе, здесь хоть целиком завернись. Также не советую что-то очень громоздкое, а то надорвешься перетаскивать. Если будешь находить какие-то артефакты, руками не хватай, возьмёшь из хранилища перчатки, они обезопасят от неожиданных неприятностей. Деньги после продажи поступят на твой счет через доверителя, если решишь что-то выделить в пользу Камар-Таджа, буду признателен. Так… что я еще хотел сказать.

Он задумчиво потер подбородок, а я стояла и с вытянутым лицом смотрела на конверт в его руке. К горлу подкатил противный комок, а в носу предательски защипало.

Никто и никогда, кроме родных, не делал для меня большего. Это, это настолько неожиданно и приятно, как будто мгновенно я перестала в этой вселенной быть одна. Признания в любви? Серенады под окном? Свидания и прочая чушь? Это прекрасно в книгах и мечтах, а вот такая забота, поступки, показывающие истинное лицо человека, они дороже всего на свете. Теперь он может кричать на меня, орать и беситься, но сегодняшний поступок окупает все.

– …Соня, ты меня слышишь? – Стрэндж вопросительно изогнул бровь. – Ты чего замерла? Бери, а то я…

Он замолчал, потому что я не смогла сдержать обуревающих меня чувств и сдавила его в объятьях. Прижалась щекой к груди, и слезы сами потекли из глаз. Я не хотела, правда, и наверное потом мне будет сново стыдно, но здесь и сейчас по другому было нельзя.

– Ну что ты, – тёплые руки сомкнулись за моей спиной и неуверенным движением погладили между лопаток. – Такая сильная девочка, ни разу не видел, чтобы ты плакала.

Зря он это сказал, чувства защищённости и спокойствия пробили брешь напускной невозмутимости. Слезы хлынули потоком, меня затрясло и из груди вырвалось истерическое рыдание.

– Соня, успокойся.

Покажите мне хоть одну женщину, переставшую плакать после этих слов. Весь ужас вчерашнего дня, весь страх и собственное бессилие навалились гранитной тяжестью.

– Ты все-таки испугалась вчера. Так спокойно на все реагировала и даже ругалась со мной, я думал тебя совершенно не зацепило. Не плачь, все прошло, такого больше не повторится.

Вцепившись в него как в чертов якорь, я старалась унять истерику и проглотить рыдания, но становилось только хуже. В итоге, спустя минут двадцать, Стрэндж не выдержал и надавил мне где-то в области шеи, отчего истерика в буквальном смысле слова захлебнулась. Закашлявшись, я получила похлопывание по спине. Удостоившись моего укоризненного взгляда, Стивен усадил меня на диван и всучил стакан с водой.

– Полегчало? – он присел накорточки прямо напротив, заглядывая мне в лицо.

Кивнула, стуча зубами по бокалу. Постепенно прошла дрожь, и я наконец смогла вздохнуть забитым носом. Замечательно, выгляжу теперь как царевна-лягушка, только до превращения в человека. Стрэндж молча протянул мне вытащенный из воздуха носовой платок.

– Спасибо, – гнусаво отозвалась я, подавив желание высморкаться, в итоге просто протерла глаза и вытерла нос. Боже, ну что за дурочка! – Прости, сама не знаю, что на меня нашло. Спасибо большое за заботу, это очень много значит для меня. Просто не ожидала и…конечно, хоть половину забирай на нужды Камар-Таджа, или даже больше, мне же много не надо, только чуток одежды, мелочи всякие женские, ну и разок в неделю погулять может.

– Думаю сорока процентов хватит с избытком. Приобрети себе первым делом планшет или ноутбук, фильмы смотреть или что-то еще. Все-таки ты молодая девушка и сидеть весь день в темной кельи довольно тоскливо. Сеть тут не самая лучшая, но должна вытянуть.

– Спасибо, – я опустила глаза, но успела заметить, как он улыбнулся. Очень светло и даже не обидно. Эта улыбка сделала его таким красивым и обаятельным, что у меня в груди заныло. —Ты использовал заклинание, чтобы меня легализовать?

– Заклинание? – удивился Стрэндж. – К чему такие сложности? Я просто позвонил Нику Фьюри. Его так тронул рассказ о твоей судьбе попаданки, что к основному пакету документов он еще и загранпаспорт сделал. Так что теперь ты официально житель Соединенный Штатов Америки. Поздравляю, и все же часто в город выходить не советую. Если что, звони, мой номер в адресной книге.

– Спасибо, – горло вновь сдавило. Это просто сказка какая-то. Теперь можно жить! Я могу просто сходить попить кофе, или сходить в кино или…

– Хватит меня благодарить, непривычно и пугает, – он поднялся и направился к столу. – Постарайся больше не попадать в неприятности, и на рынок не ходи пока. На счёту уже лежит небольшая сумма, считай ее добровольной моральной компенсацией от дядюшки Али.

– А…

– И бери у Вонга маячок как для плавания, так будет спокойнее.

– А…

– И иди уже отсюда, у меня еще куча дел.

– Спа…так точно, товарищ Верховный, разрешите идти? – я шуточно отдала честь, за что удостоилась скептического хмыка и царского отмахивание как от мухи.

– Давай, беги.

– И Соня, не заставляй меня больше нервничать.

– Ничего не могу обещать, – крикнула я, уже вылетая в коридор.

Глава 8. И еда и прошлое

Вчера не догонишь, а от завтра не уйдешь.

Пословица

– Я же не делаю ничего плохого…не делаю, тогда почему так трясутся поджилки? – медленно открывающаяся дверь между Камар-Таджем и Нью-Йоркским храмом скрипнула самым противнейшим образом.

Прошмыгнув в получившуюся щель, я удостоверилась в том, что вокруг ни души и облегченно, но очень тихо выдохнула. Такой опасный ночной дожор еще не случался. На цыпочках прокравшись через узенький коридор, я наконец добралась до парадного холла. Хорошо тут все близко, не пришлось блуждать по всему храму. Да так внимательно я прислушивалась, вся в слух обратилась, что запищавший в кармане телефон чуть не довел до кондрашки.

– Дьявол! – тапочки на мягкой войлочной подошве для этого похода были не в тему. Во-первых, полы ледяные, во-вторых, скользят на гладком наборном паркете знатно. Я взмахнула руками и шлёпнулась на пятую точку. – …ять!

Телефон снова подал голос, а тельце мое безвинно пострадавшее, потирая копчик, дохромало до двери и с быстренько ее открыло.

– Здравствуйте, ваш заказ? – улыбчивый парнишка и пакет в его руке мигом подняли настроение.

– Да, вот держите, сдачи не нужно, вам на чай.

Я достала купюру из кармана и подала курьеру, тот засиял как стоватная лампочка.

– Спасибо большое, хорошего вечера!

– Спасибо, до свидания.

Закрыв за собой, прижала к груди божественно пахнущий бумажный пакет и чуть ли не пританцовывая потопала обратно. Мир для меня тут же окрасился радужными красками, сюда шла не попалась, и в Камар-Тадж нормально проскользну.

Холл, на мое счастье, безмолвствовал. Я бесшумно притворила за собой огромную каменную створку и почти побежала мимо постамента с Око Агомота, так как уже конкретно подмерзла. Еще одна беда нарисовалась, не мерзла я после превращения в русалку, температуру чувствовала, понимала, когда жарко, когда холодно, но дискомфорта больше не испытывала. Даже снег выпавший на берегу моем, даже глубина нереальная, заморозить не смогли, только есть потом хотелось зверски. Видимо, в теле контроллер магический завелся, который терморегуляцию подкручивал, и если так подумать, то вполне логично. Моря разные, температуры разные, что уж про глубину говорить, там перепады и вовсе адовые.

Недавно вообще плыла себе, а тут гейзер прямо подо мной открылся, чуть ухой не стала, но ничего, выжила ведь, не обварилась, только кожа до сих пор красная и чувствительная. Так что по логике вещей есть у русалок врожденный климат-контроль. Управлять им я не могла, но он как-то сам по необходимости включался, заставляя после этого пополнять затраченную энергию, путем бесконтрольного поедания всего подряд. И вот последние пару дней зябко мне стало, как-будто снова простой человек, на солнце печет, в тени знобит. А русалки простужаются? Глядишь такими темпами океан возьмусь соплями засорять, а он итак бедный не самый чистый.

– Быстро привезли, до чего прогресс дошел, – выдернул меня из мыслей Вонг.

Я уже подошла было к сотоварищу по перекусу, как красная пола Плаща коснулась плеча и ироничный голос внес новую нотку в наши планы.

– И как это понимать?

Мы с Мастером вздрогнули одновременно, а обернулись вообще синхронно. Стрэндж стоял возле арки за моей спиной, сложив руки на груди и сурово сдвинув брови. Я слегка трухнула, но вовремя вспомнила, что ничего плохого не сделала, просто есть захотела посреди ночи. Благо приложение доставки ползают круглосуточно, пришлось правда давать взятку Вонгу, но так даже веселее, одной в ночи хомякать скучно.

– Мне повторить вопрос?

– Еда, – уныло отозвалась я, понимая что отбрыкиваться поздно. Поймали так сказать… с горяченьким. Еще и в животе заурчало. Краснеть и смущаться в этом мире я уже порядком утомилась, поэтому просто постаралась сделать максимально грустные глаза пробитой собачки.

– Тебя в Камар-Тадже голодом морят?

– Стрэндж, мы просто решили перекусить, зачем ты из этого скандал раздуваешь?

Вонг спаситель сирых и убогих, подошёл и забрал у меня пакет, увлекая к одному из длинных столов библиотеки.

–Так тут еще и преступный сговор, тянет от одного до пяти лет.

– А если поделимся? – уточнила я, заметив усталое выражение на лице Стивена. Стало его жалко.

Сама я была в тёплом домашнем спортивном костюме, ко сну уже приготовилась, пока жрун не напал. Вонг тоже вечером старался не выходить из хранилища, просто дежурил часов до одиннадцати и спать шел. А Верховный еще в кимоно и в плаще, немного даже пыльный, растрёпанный.

– У тебя взятки на всех хватит?

– На всех, – уведомила я, закапавшись в сумку, вытаскивая бургеры, картошку, соусы и нагетсы. Отдельно отложила два фишролла для Вонга, стараясь не вдыхать через нос. Фу! Как в старой рекламе м&мs: «Есть себе подобных?»

– Ладно, но мне сырный соус и вон тот огромный бургер. А кофе есть?

Ломаться маги долго не стали, все расселись за столом и молча начали уничтожать мои запасы съестного на пару дней. Заказала я много, хотела на кухне заныкать в холодильнике. Не то чтобы тут плохо готовили, но иногда просто катастрофически хотелось как-то-нибудь дряни, типо бпшки, чипсов, шоколада или банки колы. В свои походы в город я старалась закупаться подобного рода вещами, но вот сегодняшнего своего желания предсказать не смогла. Может женские дни близко? Иначе почему такой голод.

Хорошо все же, что деньги появились и документы. Первый раз гулять в Нью-Йорк вышла спустя пару дней после своей легализации и пошла сразу искать банкомат. Впечатлившись суммой «компенсации» от Алибека, запила новость кофе и отправилась покупать все, по заранее составленному списку, так в моей жизни появились планшет, наушники, портативная зарядка… а дальше я завалилась в ближайший торговый центр и начисто забыла про список. Впервые я увидела у Вонга такие большие глаза, когда тащила кучу пакетов и коробок в несколько заходов через библиотеку. Прийдя в себя, маг открыл мне портал прямо в комнату и магией оттащил туда все покупки. Ну что поделать, просто я в первый раз получила деньги, которые могла потратить на себя, не высчитывать бюджет, чтобы и поесть осталось и на коммуналку хватило. К тому же купила не так много в итоге, единственное на сборный комод потратилась, отчего комната моя стала еще меньше, зато вещи теперь не на стуле лежали, а аккуратно сложены были по ящечкам. Удовлетворив свой первый шопоголический порыв, в остальное время больше столько не покупала, да и не зачем было. Однако, Маг косился на меня очень подозрительно каждый раз, когда я возвращалась из города, но ничего по этому поводу ни разу не сказал. Воспитанный потому что, зато Стрэндж неведомо как, разузнал ситуацию и предложил машину грузовую брать в аренду в будущем…недовоспитанный потому что…

Пока я витала в облаках, чуть не прощелкала все на свете. В итоге успела уволочь Бигмак и с наслаждением запустила зубы в сочный бургер. Вот это кайф, весь вечер мечтала.

В общем на какое-то время мы впали в гастрономическую нирвану, все только и делали, что жевали. Напитков на всех не хватило, с лёгкой руки отдала горячий шоколад Стивену, а Вонг получил свой липтон. Я же лениво таскала кусочки золотистого картофеля и кунала их в соус. Объелась капитально, но остановиться сил не было. Даже согрелась, а под ногами вообще создалось ощущение, что нагрелась напольная плита. Но это, наверное мне просто кажется…

– Все, в меня больше ничего не влезет, – сыто отдуваясь уведомила я своих…собургерников?

Рядом со мной появилась на столе глиняная чашка с дымящимся зелёным чаем. Я удивилась, но вопросов задать не успела, кивок от Стивена был мне безмолвным ответом.

– Стрэндж, если ты еще немного подогреешь пол, у меня кожа на ногах обгорит. Думаю Соня согрелась, ведь так?

Не показалось… Пришла моя очередь кивать, в груди екнуло, и тепло стало не только телу. Я поспешила спрятать смущение в чашке чая, ароматная жидкость горячей волной скользнула в пищевод, блаженство. Отпивая маленькими глоточками украдкой разглядывала сосредоточенно жующего Стивена. Он задумчиво витал где-то в своих чертогах и, боюсь, даже не чувствовал вкуса того, что ел. Но судя по скорости и количеству, подозреваю это его первый приём пищи за день, не удивительно, что он стал такой худой, на экране-то был покрупнее.

Отставив пустой сосуд, который мгновенно наполнился вновь, подперла голову рукой и задумалась. Сытый организм явно потянуло на философские рассуждения.

Вот я тут уже пятый месяц, было время и присмотреться и обвыкнуться и даже откинуть свою киношную влюблённость. Так просто любить образ, кардинально отличающийся от играющего его актёра, что диссонанс просто убивает. Увидев Стивена в реальности, в различных ситуациях и взаимодействиях, вынуждена признать, что я начала самозабвенно влюбляться в этого Стрэнджа. В живого и реального, с кучей тараканов, сомнительным чувством юмора, патологическим желанием решать все за всех и болезненным чувством ответственности за других.

Он был тут, в моей жизни каждый день, даже если мы не пересекались, я знала что он рядом, стоит только захотеть и можно увидеть его. Фильтруя все наши взаимодействия, в сухом остатке мы имеем заботу, не в словах, а на деле. Тот же чай и тёплый пол, деньги и документы, помощь в любой ситуации, даже в той, где виновата лишь я сама. Он всегда рядом, пусть и со зверским иногда лицом или громким ором, но дела говорят сами за себя. И самое обидное во всем этом, что он так поступает не потому что я такая вся уникальная и замечательная, просто он – это он и будь на моем месте любая другая он так же бы заботился о ней. Я ссутулилась за столом, придавленная собственными мыслями и постаралась переключиться. Вот собственно, в кого влюбляться, если подумать, сидит худой, не накаченный…ну ладно, реальному Стивену я под кимоно не заглядывала, может там и есть что, но если так смотреть, то шпала он! Лицо вытянутое, скулы выпирают, щеки к черепу прилипли, причёска эта его дурацкая, иногда из-за нее кажется что у него голова, как лампочка огромная. Весь какой-то нескладный, и борода тоже дурацкая, хотя лучше уж с ней, чем заросший, видела его недавно с щетиной на пол лица, чуть в обморок не грохнулась, ни дать ни взять барабашка из детской страшилки. И руки трясутся постоянно, когда он не концентрируется на них, шрамы страшные и в принципе он старый и страшный.

– Соня, о чем задумалась? Ты, похоже уже засыпаешь, может тебе портал в комнату открыть? – я подняла голову и увидела гору пустых коробок и одного Вонга, который устранял последствия нашего внепланового перекуса. Стивена уже не было, наверное поэтому выдала все как есть.

– Да задумалась, что Стрэндж старый и страшный, и чего я в него еще и в реальности влюбилась… – брякнула, а потом подумала, что и кому и вздрогнула.

Вонг вновь опустился на лавку напроти, он щелчком отправил весь мусор со стола в чёрный непрозрачный мешок и внимательно осмотрел меня.

– Не хочешь поговорить об этом? Я помню твоё признание о якоре, когда мы со Стивеном пытались не пустить тебя в океан, но не стал в это лезть. Однако, сейчас тебя явно гложет, может я смогу помочь?

– Помочь? – хмыкнула я, опустив голову на руки, что ладонями вверх лежали на столе. – Если только память стереть, да и чем тут можно помочь, от глупости нет лекарства.

– Иногда нужно просто выговориться, облечь в слова терзающую тебя боль и она растворится.

– Да нет здесь боли, Вонг, нету, только дурость моя собственная.

Глубоко вздохнув подняла взгляд на библиотекаря, горько улыбнувшись. От этих всепонимающих тёмных глаз становилось только гаже на душе.

– И все-же поговори со мной, произнеси слова, что мучают, начни сначала.

– Сначала? – уперлась взглядом в потолок и замолчала, а потом просто решила хоть раз доверится кому-то, как в омут с головой. – Когда семь было, меня и моих родителей в тёмном переулке компания наркоманов подкараулила, маму с папой насмерть зарезали, меня пырнули, но в жизненно важные органы не попали, поэтому врачи откачали. Я осталась одна, с больной бабушкой и здоровущей психотравмой, лечить то ее некогда было да и денег не так чтобы много. Училась, росла, ухаживала за бабулей, работала, эмансипацию прошла как шестнадцать стукнуло, стоило только получить документ этот, как последний родной человек ушёл…она и держалась столько, наверное, только ради меня, чтобы я в детдом не попала, а как миновала угроза, то ушла…тихо так, даже с улыбкой, утром ее нашла.

Влажные дорожки прочертили первые тонкие линии на щеках, как память той боли и той жизни.

– Друзей с такой загруженностью и проблемами так и не завела, близко ни с кем не сходилась, да и все мои одноклассники казались мне какими-то маленькими что ли, у них из проблем-то были только отношения с противоположным полом и родительский прессинг. Я была от этого всего очень далека вот и не сложилось. Жила пол года на автопилоте, училась работала, а потом первая часть «Доктора Стрэнджа» вышла, меня в кое-то веки девочки с тренировки уломали сходить. И как вспышка, ОН на экране…

Я улыбнулась, светло на душе стало, как тогда.

– Он столько пережил, столько потерял, но не сдался, пошёл вперед, искал пути и возможности, а я вот сложила лапки и плыла по течению. Мне семнадцать, ему под сорок. Он стал для меня целым миром, моим героем, моим лучом надежды. Я понимала, что это нездоровое чувство, но именно оно вытащило меня из кокона, позволило отпустить прошлое и жить дальше, мечтать, строить планы. В тот вечер после кино я вышла из кинотеатра и увидела мир не таким как всегда, столько цветов, столько красок и запахов, слепая почувствовала себя прозревшей. Так побежали месяцы, годы, я стала подпускать людей ближе, открываться событиям и радости и лелеяла эту первую любовь, которая только усиливалась в душе с каждым его появлением на экране. А потом, потом дверь в Камар-Тадж, а тут он, такой реальный, что можно коснуться…

– Понимаю, – эхом вплёлся голос в мой монолог.

– А потом трещина, и еще одна. Он не такой каким его создало себе мое подсознание, флёр идеальности развеялся и я увидела человека, просто человека. С достоинствами и недостатками. Чем-то он лучше, благороднее и добрее, чем я думала; чем-то хуже, самовлюбленнее, жестче. И проклюнулась симпатия, проступило первой изморосью уважение и на пепле сгоревшего идола поднялся росток любви, такой же странной, что и до этого, но такой искренний. Однако, как бы то ни было, ему по сути глубоко наплевать что на мои чувства, что на меня в принципе. Это больно, даже то, что я в этом мире ничего не изменило, я по прежнему далеко от него. Бороться? Добиваться? Это как стучать в наглухо заколоченную дверь в надежде, что ее откроют. Я тогда на берегу поняла, по его глазам, что заранее проиграла.

В носу защипало уж совсем нестерпимо и я вытерла ладонью мокрое лицо. Запрокинув голову, попыталась сдержаться, но рыдание вырвалось нестерпимой судорогой, перекрывшей на мгновение дыхание. Кое-как затолкав истерику глубоко внутрь, я выпила остывший чай и продолжила:

– Ваш мир волшебный, полный магии и чудес и в конечном счёте я наверное рада, что стала русалкой. Столько всего интересного впереди, куча возможностей и приключений, только выйди за дверь. Но почему у меня чувство, что я была бы более счастлива, оставшись дома, где он всего лишь фантазия режиссёра, где можно вечером лечь на кровать, закрыть глаза и представить, что когда-нибудь мы встретимся и я вся такая крутая возьму и завладею его сердцем, пробью брешь в этой ледяной броне отчуждения и подарю своё сердце в обмен на его. Так глупо…я как выброшенный из родной стихии дельфин, которому дали пинка из своего мира, но и в этом нет места, потому что не умею дышать по вашему…

Остановите кто-нибудь эти слезы, они все портят, мешают говорить. Мне подали платок, которым я остервенело терла глаза, а потом сидела, комкая его в руке.

– Может быть не стоит так терзать своё сердце? Ты молодая, умненькая и симпатичная девушка, у твоих ног целый мир и в перспективе очень долгая жизнь. Отпусти его, не мучай себя, на планете столько замечательных мужчин, рано или поздно ты найдёшь своё счастье и тебе ответят взаимностью.

– Если бы все было так легко, просто взять и отпустить. Ты думаешь я не размышляла над этим, но черт возьми, я хочу быть с этим гадким противным магом, который вернул меня к жизни однажды, а теперь убивает каждый день самим фактом своего существования. Как бы я хотела просто вырвать эти две любви из своего сердца – старую и новую, которые переплелись внутри и просто рвут меня на части. Как бы я хотела, чтобы он в принципе никогда не узнал о моих чувствах, но нет, тот день дамокловым мечом висит и раскачивается.

– Попробуй, не получится – ты ничего не теряешь, но если разрушишь эту связь, тебе станет намного лучше, – Вонг говорил хорошие и правильные слова, они окутывали мягким покрывалом, успокаивали и заставляли верить в то, что я справлюсь. – Ты так юна, ни к чему дарить себя тому, кто не оценит. Я не говорю махом все взять и закончить, но просто решив двигаться дальше, ты уже себе поможешь. Просто сделай этот шаг.

– Наверное, так будет лучше, но я все еще лелею мечту, что хоть в одном из миров мультивселенной мы вместе и счастливы. Там где суровый Верховный Маг пал жертвой моих красоты и обаяния.

Вонг улыбнулся, и пожал плечами:

– Все возможно, надо только верить.

– Я верю, всей душой верю, иначе боюсь, что сойду с ума, – хлюпнула носом, пытаясь вернуть себе способность нормально дышать. – Пусть все идёт как должно, Кристин выйдет замуж, разбив Стивену сердце, потом придёт могущественная девушка и соберёт его вновь, а я буду жить и порадуюсь за его счастье…наверное.

– Так показывали в твоём мире? – напрягся Вонг. – Не стоит здесь это рассказывать, ты можешь изменить будущее, что рикошетом ударит и по тебе.

– Прости, спасибо тебе за этот разговор, мне стало легче.

Я поднялась и обошла стол, хотелось обнять мага, но в последний момент почему-то смутилась своего порыва, так и застыв возле сидящего мужчины. Он заметил мои метания и взял за обе руки, сжал ледяные ладони.

– Ты замечательная девушка, Соня, добрая и сильная. Я верю в тебя, ты справишься, откроешь своё сердце миру и будешь счастлива.

Он заглянул мне в глаза, и сомнения ушли, я наклонилась и обняла мужчину за шею, крепко, чтобы выразить хоть так свои чувства.

– Спасибо, я всегда мечтала о таком старшем брате или дяде.

Отстранившийся, улыбнулась.

– Почту за честь быть твоим дядюшкой. Для брата, возрастная категория не та, – он улыбнулся в ответ, уголком губ, так знакомо.

– Тебе нужно меньше общаться с Верховным, говоришь прямо как он. Ладно, пойду я спать. До завтра, Мастер Вонг.

– До завтра, Соня. Спокойной ночи.

Я ушла, неплотно прикрыв за собой дверь и замерла в коридоре, прислонившись к ней спиной. Может я не гений, но и не совсем дура, странным был этот разговор. Простояв так около получаса, через щелку наблюдала, как Вонг занялся уборкой, потом проверил стеллажи, закрепил ослабленные цепи на некоторых подвешенный томах и удалился к себе. Так и не дождавшись ничего подозрительного, облегченно вздохнула и позёвывая отправилась спать. Хорошо, что у меня всего лишь паранойя.

***

Соня ушла и не заметила, как захлопнулась сама собой дверь и волна изменений накрыла полумрак библиотеки, явив Вонга, что как раз захлопнул створки за девушкой. Он стоял, облокотившись о дверной косяк и, сложив руки на груди, с неодобрением смотрел на Стивена, чья личина спала, перестав выдавать его за библиотекаря.

– Тебе не кажется это слишком подлым по отношению к девочке?

Стрэндж, сгорбленный от усталости и тяжести прошедшего разговора, оперся локтями о стол, свесив меж ними голову.

– Кажется, но поверь, другого выхода я не вижу. Давно нужно было вскрыть этот гнойник, чтобы облегчить жизнь и ей и себе.

– Уж в первую очередь, Стивен, ты всяко думаешь о себе, меня не обманешь. Будем надеяться, что твое вмешательство в чужую личную жизнь помогло и больше подобного рода разговоров нам провоцировать не придётся. Нелегко это, такую боль в себе носить, а потом и пропускать через себя.

– Все что было здесь сегодня сказано, в этих стенах и останется, Вонг. Ты можешь идти, мне еще нужно будет покопаться в свитках.

– Ладно, пошёл я спать, поздно уже. Будь добр, запри тут все, раз все-равно остаться решил.

Стивен кивнула другу и запрокинул голову назад. Свой поступок он иначе как подлостью не считал и перед внутренним я не оправдывался. Он действительно спровоцировал Соню, еще и пару заклятий подкинул, чтобы прошло все как можно лучше, однако ожидаемого облегчения не чувствовал. Зацепило, как не хотелось, а зацепило. Девочка любила, ни мага, ни нейрохирурга, а человека, злого и усталого мужчину. Он приготовился снимать с неё розовые очки, но снял их с себя.

Такого эффекта Стрэндж не ожидал, и теперь молча варился в том, что заварил из лучших побуждений.

– Что ж, жизнь все расставила по местам и четко обозначила границы, все что мог я сделал.

О жизни думал и уходящий Вонг, который считал, что этот вечер еще аукнется Верховному, и тогда уж никакие громкие слова не помогут. Остаётся только подождать.

Глава 9. И нервы и Пангея

Береги честь смолоду, а здоровье под старость.

Пословица

Утро началось достаточно поздно. Видимо, я переусердствовала вчера с заплывом. Не надо было тащить ту огромную, облепленную ракушками и кораллами медную вазу, но уж очень она красивая, думаю, отмыть ее и удастся довольно дорого продать. Ох, спину прям ломит, такая тяжесть, как-будто меня мамонт потоптал. Вот ведь, не думала, что у русалок такая слабая поясница. А ноги? Почему хвост исчез, а боль нет? Несправедливость какая-то. Хотя если разобраться, все не так плохо, если не считать ноющие мышцы и некоторой тянущей боли внизу живота, неужели цикл близко? Кстати, а как проходят месячные у русалок?

Странные вопросы лезут в голову с утра пораньше, им нет дела до того, что приличным девушкам еще поспать хочется. Так нет. Напали, как косяк мальков, топчутся на входе, мечутся за право побыстрее пролезть в голову и нагрузить по самую маковку. С другой стороны когда, если не сейчас? Тёплая сонная нега нашептывает о покое, ослабляет разум, поэтому и мыслям там привольно.

Все же устала я немного, эмоционально так точно. Все бегу куда-то, жить спешу, на чувствах собственных, как на качелях болтаюсь. После истерики в библиотеке прошло около пяти дней, монотонных и тяжелых, в раздумьях и еще больше в раздрае душевном. Легко сказать – разлюби, но куда не посмотри, а надо, жизненно необходимо, чтобы не топтаться на месте, полянку до земли вытирая, а найти свою дорожку без костылей нездорового чувства, и научиться ходить по ней самой, без подстраховки.

Тот разговор стал трещиной на глиняном боку измученного сердца, что только наметилась и приготовилась излить, наконец, наружу всю недосказанность, все невостребованные чувства. И в новом здоровом опустошении приготовиться наполняться только хорошим. Все дни я с усердием достойным самого упрямого барана ковыряла эту трещину, расшатывала стенки и похоже, наконец готова была сделать шаг вперед, о котором говорил Вонг.

Размышления с закрытыми глазами не помещали мне перевернуться на спину и сладко потянуться. Зевок сделал это действо еще более приятным. Неожиданно коварный прохладный ветерок забрался под приподнятое одеяло и бодряще лизнул голые ноги.

– Бр, какого? – открыв глаза, с удивлением поняла, что моя пижама куда-то испарилась, и в кровати я лежу совершенно голая. Резко сев, поморщилась от неприятных ощущений, но те быстренько отошли на второй план, так как рядом со мной, на боку спал… Доктор Стивен Стрэндж…

– Это сон что ли? – маг был так же раздет…очень надеюсь, что всего лишь по пояс. Благо интрига сохранена моим одеялом.

Я потыкала пальцем в мужское плечо. Эффекта не добилась, но зато поняла, что это вовсе мне не снится.

–Мамочки, – прошептала я, залившись густым румянцем до самых пяток.

Так, вдох-выдох. Может это просто недоразумение? Переутомился мужчина, комнаты перепутал, зашёл спросить что-то и устал….резко устал. Боже, да что вообще происходит? Я к алкоголю с момента попадания сюда не прикасалась, да и дома не то чтобы употребляла. Прижав одеяло к груди в поисках защиты от ситуации, вспомнила, что лучшая защита – нападение.

Уже смелее и настойчивее потрясла мага за плечо. В конце концов, пусть объясняется, не я же приперлась к нему ночью и забралась в постель.

– Стивен! – ноль эмоций. – Стрэндж!

– Да, иду.

– Пришёл уже, – разозлилась я окончательно. – Стрэндж, твою мать! Какого черта ты тут делаешь?!

Голубые глаза лениво приоткрылись, видимо образ моего прекрасного лица с утра действует очень пробуждающе. Маг моргнул пару раз, потом потер руками лицо.

– Соня? Ты зачем пришла, да еще утром, что-то случилось?

– Я пришла? Доктор Стивен Стрэндж, немедленно объяснитесь, а потом выметайтесь из моей комнаты!

– Твоей комнаты? – наша Спящая красавица наконец огляделась и, о боги, как вытянулось в полнейшем шоке его лицо. Чувствую себя частично отомщенной. Ситуация, конечно, швах, но главное держать марку и не сбиться с настроя.

– Моей. Почему ты здесь спишь? Как ты вообще сюда попал?

Отдадим Доку должное, он мастерски владеет собой, у меня же после его попытки сесть, с этим намечается пожизненная проблема.

Ткань соскользнула с мужского торса и я узнала, что к сожалению (или к счастью) спал мужчина нагишом. От увиденного будто кипятком ошпарило, в попытке отшатнуться, я чуть было не свалилась на пол, но вовремя уцепилась рукой за спинку кровати. Второй же судорожно прижимала к груди одеяло.

– О, боги, меня морально обесчестили, – простонала я, отведя взгляд в сторону. Боковым зрением уловила, как Стрэндж схватил подушку и прикрыл ей…все особо компрометирующее. Главное не заржать, главное не заржать. Я оскорблена и обижена, оскорблена и обижена…на подушке спать теперь не смогу, это факт. Когда несчастное пуховое изделие заслонило интригующие подробности мужской анатомии, я вновь вперила вопросительный взгляд в Стрэнджа, мол жду пояснений. Мне было одновременно и смешно и страшно, и стыдно. Мозг пытался лихорадочно вспомнить хоть что-то, но внутри черепа было пусто и на редкость жарко. Все можно было считать недоразумением или чьей-то шуткой, если бы не отсутсвие на нас одежды и подозрительная ломота в теле. Да, я девственница….наверное, уже в прошедшем времени, но как это вообще произошла? КАК?! А если что-то было, мы хоть предохранялись? Боже, пусть это будут месячные, а не то, что я надумала. А как русалки размножаются? Мне же не придётся икру откладывать? Помогите… От подступающей паники разболелась голова, я выпустила судорожно сжатую спинку кровати и надавила на пульсирующий болью висок. Стрэндж молчал, по лицу его было понятно, что он так же как и я ищет в мозгу причины и просчитывает последствия, а может тупо пытается проснуться и надеется, что это кошмар.

– Кхм, – прокашлялся Стивен, привлекая внимание.

– Ну? Ты вчера курил? Употреблял? Нанюхался какой-нибудь дряни во время очередного спасения мира? Тебя похитили и что-то вкололи? – немного истерично предположила я. Не ржать и не плакать!

– У меня нет рационального объяснения причины моего здесь нахождения… – признался маг, отведя взгляд, он внезапно уставился где-то в районе моей груди. Так как все важное было прикрыто, я так же опустила глаза, пытаясь рассмотреть причину верховномагического интереса. Справа от ключицы ярким клеймом алели два здоровущих засоса, слева на плече четко виднелись следы зубов, немного оттянув ткань на груди, нашла кровоподтёки и возле груди.

– Хм, – выдала я. – Давай проясним всю ситуацию до конца.

Завернувшись в одеяло целиком, я аккуратно сползла с кровати, и с внутренней дрожью уставилась на простынь. Красное пятно чуть сбоку и куча мелких капель по периметру в целом, не оставляли места для предположений.

– Дьявол, – сидящий на кровати Стрэндж ожесточённостей потер лицо руками. – Это ведь то, о чем я подумал?

– Нет, мы меня в жертву приносили, как видишь неудачно, я выжила!

Пол был холодный, поэтому я переступила с ноги на ногу, к стопе что-то прилипло. Пришлось наклониться и отлепить…надорванную пачку от изделия №2. Это фиаско, но хоть предохранялись. Стрэндж с каменным лицом смотрел на предательский квадратик в моей руке, а потом резко опустил взгляд на пол со своей стороны кровати и стал еще невозмутимее. Терзаемая любопытством, я обошла ложе разврата и широко раскрытыми глазами уставилась на еще четыре таких же выпотрошенных упаковки. В полнейшем шоке вперилась в Стрэнджа.

– То есть обесчестили меня не только морально, но и физически, да еще и не один раз. Ну, Великий и Ужасный Гудвин, и как вы объясните мне этот фокус? У вас там еще пяток под подушкой не припрятано? В вашем возрасте и такая производительность, а я то думала, что за каток по мне проехался…– ядовито прошипела я, теряя всяческое терпение. И какого хрена он молчит и смотрит на меня коровьими глазами?! Кто здесь взрослый и умный?

– Да можешь ты наконец замолчать? – внезапно рыкнул мужчина, вскочив с кровати. – Просто сядь и помолчи пять минут! Я странно реагирую на твой голос!

Меня прямо накрыло яростью, как горной лавинной. Этот гад приперся ко мне посреди ночи, прямо скажем поимел, а теперь просит закрыть рот и не мешать его величеству придумывать оправдания? Я ничего не перепутала?

Посмотрев на мужчину снизу вверх, чуть не задохнулась от злости, схватила его за руку и с неожиданной силой дёрнула так, что Стивен даже пошатнулся. Я же, совершенно не обращая внимание на явно возросшие физические возможности, развернулась и потащила огромного голого мужика, прикрытого лишь подушкой, к входной двери.

– Соня! – попытался возмутиться маг выдирая из захвата свою конечность.

Фокус не удался, стоило ему открыть рот, как я сжала пальцы еще сильнее. Дотащив сопротивляющегося Верховного до двери, я так пнула ее несчастную, что та с грохотом впечаталось в стену, перебудив наверное весь Камар-Тадж.

– Пошёл вон, козел! Чтобы я тебя больше близко с собой не видела! – заорала я, вытолкнув мага в коридор. Нервы попросту сдали, ни о каких последствиях в этот момент даже не думалось. Боюсь, не сумев выгнать его из комнаты, я бы совершила убийство в состоянии аффекта.

Захлопнув входную дверь, я, даже неожиданно для самой себя, завизжала, до края переполненная коктейлем бурлящих эмоций. От моего крика запрыгали предметы на столике, завибрировало зеркало в санитарной зоне и с хлопком разлетелись на маленькие осколки несколько флаконов с кремами на прикроватной тумбе. Опустошенная и шокированная, я сползла на пол, закрыв себе рот обеими руками.

–О боги, что это?

***

В последний раз он так хорошо себя чувствовал лет десять, или двадцать назад. В общем, во времена далекой и бурной молодости, когда всю ночь напролёт отрываешься на различного рода тусовках, спать ложишься под утро, а скоро уже вставать и бежать на экзамен по анатомии. По итогу два часа сна, а ты свеж и бодр. С возрастом прелести такого ритма жизни плавно рассасываются, и ты просыпаешься разбитым, даже если спал все положенные двенадцать часов. А без душа и кружки кофе еще долго будешь ненавидеть и этот мир и яркое солнце за окном и своё помятое лицо в зеркале.

Стивен после вступления в должность Верховного Мага не мог себе позволить долгий сон и от этого кружка кофе по утрам требовалась все больше, а душ стал контрастным. Даже если ты всесильный чародей, автоматическим отдохнувшим организмом тебя это не наделяет.

Сегодня же, сегодня произошло что-то из ряда вон выходящее, еще плавая между сном и реальностью, Стрэндж ощущал себя так, как будто его на ночь подключили к большой космической зарядке. Не было привычного давления в висках, не ныли шрамы и многочисленные болты в его изувеченных руках. По венам струилась не кровь, а газировка, иначе как объяснить этот энергетический микс в теле? Может Камар-Тадж начал выдавать целебное излучение, или явление русалки в этом мире наконец восстановило магический баланс и люди перестанут чувствовать себя паршиво по утрам? Чудеса!

Вставать не хотелось. Даже когда он почувствовал лёгкое касание к плечу. Какой смысл быть магом, если каждый всякий вламывается в твою спальню?

– Стивен! – будитель перешёл к устным угрозам. – Стрэндж!

– Да, иду, – раздраженно отозвался Стрэндж.

– Пришёл уже! Стрэндж, твою мать! Какого черта ты тут делаешь?!

Интересно, что он делает в своей кровати? Глаза пришлось все же открыть и увиденное им явно не понравилось. Что еще натворило это несносное создание? Затопила библиотеку? Взорвала Нью-Йорк?

– Соня? Ты зачем пришла, да еще утром, что-то случилось?

– Я пришла? – уже на грани истерики завопила девушка. Лохматая и сонная, она нервно прижимала к себе белую ткань, так… – Доктор Стивен Стрэндж, немедленно объяснитесь, а потом выметайтесь из моей комнаты!

– Твоей комнаты? – как попугай повторил маг и переключил внимание с собеседницы, что оказалось на удивление тяжело, на окружающую его действительность. Таким идиотом он себя давно не чувствовал. Комната была явно не его, про постель уже можно даже не говорить, но какого черта?!

– Моей. Почему ты здесь спишь? Как ты вообще сюда попал?

Без понятия, красной мигающей строкой пронеслось у него в голове. Внезапно в груди как-будто завибрировало, заныло, Стрэндж рефлекторно сел и только потом осознал, что он еще и голый.

– О, боги, меня морально обесчестили.

Желание застонать и приложить к голове что-то холодное для ускорения мыслительного процесса стало невыносимым. Увидев паническую реакцию Сони, которая шарахнулась так, что чуть не улетела на пол, Стивен схватил подушку и прикрылся, чуть не скрипнув зубами, потому как обратил внимание на запекшиеся капли крови на том месте…что собственно и пришлось прикрыть. Прислушавшись к себе, маг, похоже, нашёл и причину хорошего самочувствия и своей обнажённости, но как не старался, не мог понять мотивы, побудившие его прийти ночью к девушке и…воспользоваться ею в личных целях.

– Кхм.

– Ну? Ты вчера курил? Употреблял? Нанюхался какой-нибудь дряни во время очередного спасения мира? Тебя похитили и что-то вкололи? – она смотрела на него своими огромными зелёными глазами, и мужчина почувствовал, как от одного звука ее голоса, ему стало тесно в площади своего пухового прикрытия. Блеск, мало ему домогательств, так организм еще и явно не против продолжения. Но какого…

– У меня нет рационального объяснения причины моего здесь нахождения… – признался маг, отведя взгляд, как самая последняя сопливая первокурсница. И как-то сразу пришло понимание, что безопаснее всего смотреть девушке в лицо, потому как открылся ему обзор тонкой белой кожи, раскрашенной яркими кровоподтеками. Никогда ни с одной из партнерш, даже будучи ослепленный страстью, Стивен не позволял себе уродовать женское тело засосами или чем-то подобным. Он считал недопустимым так эгоистично и потребительски относиться к тому, что ему не принадлежит. Но то, что Стрэндж видел сейчас, заставило его испытать злость по отношению к самому себе, ведь эту девушку, он не то что портить, касаться права не имел.

– Хм, – нарушила тишину Соня, разглядывая себя. – Давай проясним всю ситуацию до конца.

Она с напускной храбростью сползла с кровати, предоставляя возможность магу в полной мере осознать то, как сильно сегодня он упал не только в своих глазах. Невинность отнятая насильно, этому не может быть оправданий.

– Дьявол, – он хотел закрыться от наползающей волны стыда, но вовремя подавил мгновение слабости, будто стирая его с себя ладонями. – Это ведь то, о чем я подумал?

– Нет, мы меня в жертву приносили, как видишь неудачно, я выжила!

Ее злость, скрывающая смятение, была вполне объяснима. Девушка закусила губу и опустила взгляд куда-то вниз. Стрэндж же вновь ощутил необъяснимую пульсацию в районе солнечного сплетения, как вибрация натянутой тетивы вынуждает двоится сознание, а плоть наливаться силой.

Что-то блеснуло в ее руке, хотя почему что-то, вполне себе нормальная пустая пачка от презерватива и все бы ничего, но Стивен отчетливо видел еще четыре таких же со своей стороны кровати. Да черт возьми, что происходит?!

– То есть обесчестили меня не только морально, но и физически, да еще и не один раз. Ну, Великий и Ужасный Гудвин, и как вы объясните мне этот фокус? У вас там еще пяток под подушкой не припрятано? В вашем возрасте и такая производительность, а я то думала, что за каток по мне проехался.

Она говорила и говорила, выплескивая гнев, а Стрэндж боролся с накативший противоестественным возбуждением, что заставляло сглатывать пересохший горлом и скользить взглядом по завернутой в ткань женской фигуре. Осознав наконец, что дрожь в теле усиливается, когда Соня говорит, Стрэндж не выдержал и рявкнул.

– Да можешь ты наконец замолчать? Просто сядь и помолчи пять минут! Я странно реагирую на твой голос!

Нелепая вспышка привела к закономерному итогу, находящаяся на грани бешенства, девушка, вовсе утратила связь со здравой частью своего рассудка. Стрэндж не успел даже как-то извиниться или сгладить ситуацию, как Сонина ладонь поплыла как горячий воск, покрываясь чешуей и, впиваясь отросшими когтями, пальцы сомкнулись на его запястье, царапая до крови. Она не замечала своей частичной трансформации, лишь оглушенная злостью, с ужасающий силой тащила его к выходу.

– Соня!

Она вышибла дверь ногой и буквально выкинула Верховного из комнаты.

– Пошёл вон, козел! Чтобы я тебя больше близко с собой не видела!

Стивен не слушал обидных слов, ведь как только деревянная поверхность отрезала его от гипнотического влияния женского голоса, он встряхнулся и вовремя вспомнил, что является магом. Появившаяся из воздуха одежда, надежно скрыла обнаженное тело, а разум метался в ловушке прошедшего утра. Где-то рядом послышались шаги и Стрэндж поспешил убраться из компрометирующего его местоположения. И направился туда, где можно будет найти ответы.

***

– Вонг, у нас явно намечается тенденция к различного рода проблемам, те книги по русалкам еще у тебя?

Библиотекарь отвлекся от созерцания очередного гримуара и перевел взгляд на чем-то взволнованного взъерошенного Верховного.

– У меня, я повторно изучил их на всякий случай, освежив память. Что-то стряслось? С Соней все в порядке?

– Более чем, – маг приблизился к другу и облокотился руками о деревянный стол. – Помимо того, что она похоже не русалка, а сирена. Осознаешь масштаб неприятностей? Скоро придется отлавливать всех особей мужского пола, что сомнамбулами встанут в очередь у ее комнаты!

– А вот ты вижу, так не удосужился прочесть, – не разделяя тревог товарища, усмехнулся мужчина. – Что ты вообще знаешь о русалках и сиренах?

– Помимо физиологии, анатомии и гастрономических предпочтений, все остальное пробежал вскользь, – напряжённо отозвался Стрэндж, поправив надетое в попыхах кимоно.

– Непозволительная халатность для Верховного Чародея…

– Ой, да брось. Уровень старых мифов родом из детства, полулюди-полурыбы, живут под водой, сирены привлекают мужчин пением и топят корабли. Когда мы определили, что Соня стала русалкой, во все остальное я даже не вникал особо. Как только мы поняли, что это необратимо, вообще перестал интересоваться. Согласись, в нашем мире есть куда более значимые проблемы, да и изучением своего вида заниматься должна она сама.

– Ты прирожденный маг, Стивен, но насколько же еще ты необразован, – покачал головой библиотекарь и ненадолго удалился в глубь книжных стеллажей, чтобы буквально сразу вернуться со свитком. Он расстелил его перед Стрэнджем и, совершив пару пассов, создал объемную проекцию Земли с, однако, на удивление неверно расположенными материками, а вернее все они были слипшимися в один большой.

– Да ну, ты верно шутишь? Пангея? Причем тут это и сирены?

– Никаких шуток Стрэндж. Один из самых древних народов Земли – русалки, они жили еще во времена старой Пангеи, когда все материки планеты были едины. Вот их ареал обитания.

Магическая голограмма засияла выделяя большое количество зеленых пятен как на суше, так и на территории океанов. Потом картинка мигнула и показала момент расхождения континентов, отобразив их в реальном времени.

– Сейчас, как ты знаешь, уже не осталось никого, даже Старейшина утверждала, что не видела ни одной русалки со времен своей молодости. По нашим данным после смены климата и череды ледниковых периодов, не выжил никто из представителей этой расы. Конечно, остались еще их потомки на суше, но чистой крови в них настолько мало, что даже при открытии магического дара, принять истинную форму не сможет никто.

Стрэндж подтянул к себе светящийся шар и начал приближать изображение русалки в правом углу, получив подробный рисунок в 3Д проекции и описание рядом. Не отвлекаясь он показал Вонгу жест рукой, мол продолжай.

– Вернемся к определению. Сирена – это достигшая половой зрелости русалка женского пола, способная голосом приманивать подходящего ей по всем признакам особь противоположного пола.

Маг аж переменился в лице, развеяв иллюзию.

– Ну-ка погоди, ты хочешь мне сказать, что Соня вошла в период фрустрации и требует пением самца для спаривания?

– Если упростить, то да, – кивнул Вонг. – Голос русалки на этом этапе может слышать только мужчина или русал, обладающий набором определенных физических или скорее физиологических факторов, как-то: состав слюны, запах, репродуктивный материал, подходящий для данной конкретной самки. Чаще всего личностные симпатии сирены роли не играют, тут чисто биология, но если партнеры были знакомы и раньше, то психологические нюансы усиливают интенсивность пения.

– То есть остальные мужчины этого не слышат и к русалке не приближаются? Только, грубо говоря, подходящий или все же подходящие?

– Это все же природа, Стивен, – покровительственно отозвался библиотекарь. – И главная задача продолжить род, так что разброс параметров узок, но не единичен. Думаю примерно два три самца из пары сотен для одной женщины.

– И какова суть этого процесса?

– Ну, Стрэндж, ты же не маленький, должен знать и без моих пояснений, – внезапно смутился Вонг, что только разозлило Стивена.

– Да я не об этом, озабоченная ты голова. Как происходит зов, как он влияет?

Вонг сосредоточился и задумался, барабаня пальцами по деревянной столешнице.

– Ну, в свитках не было так подробно все описано, маги древности вряд ли интересовались тонкостями размножения русалок. Но один из наших мастеров прошлого был женат на русалке и вел дневник. Я не стал вчитываться досконально, но вроде после захода солнца мужчина независимо от обстоятельств, начинает слышать в голове «чудесное» пение и впадает в своего рода транс, стремясь к своей паре. Влияние проходит с восходом и ясность сознания возвращается, а страсть стихает. Этот период длится у разных видов русалок от пяти до десяти дней…постой-ка – глаза мастера сузились (хотя казалось бы, куда еще больше) и он подозрительно оглядел пришибленного информацией Верховного. – А с чего ты решил, что Соня сирена? Только не говори мне, что…

– Полторы недели, – простонал Стивен, обхватив лицо ладонями.

– Стрэндж, – Вонг смущенно кашлянул, не зная как реагировать на ситуацию, это до него еще поздно дошло, к чему такие вопросы, а то бы он смягчил многие формулировки. – Ты не переживай так, ты при этом получишь достаточно много преимуществ: улучшится здоровье, укрепятся магические артерии, запустится усиленная регенерация организма и… сил много будет…

– Замечательно, – маг зачесал волосы обеими руками назад. – Не принудительные интимные отношения, а курс спа и физиопроцедур. И что же, как половой партнер русалки я теперь участник нереста, или у нас есть магические контрацептивы? – собеседник пытался влезть, и тут Стрэндж вспылил. – Бога ради, Вонг, ни слова, ни звука, ни мысли, это был риторический вопрос.

– Но, Стивен, русалки живородящие, – оскорбился Вонг. – Они млекопитающие, как дельфины, по крайней мере те, что обрели способность к двуногому существованию вне родной стихии, ты же сказал, что читал анатомию…

– Так, все! – глубокий вдох и попытка вернуть утраченное самообладание. – Все книги, что есть на стол ко мне в кабинет, зарывайся в архив с головой, ищи любые, даже малейшие упоминания этой чертовой расы, я попрошу мастеров прочесть материал моих лекций на занятиях и сегодня меня не беспокоить, – маг направился уверенным шагом к выходу, но буквально в дверях замер и обернулся, на лице его была непередаваемая гамма чувств, от веселья, до злости и смущения. – Ах да, вот все что ты мне сейчас рассказал черкани на листке бумаги и отдай Соне.

– Такое малодушие ни к лицу Верховному Чародею, – серьезно проговорил Вонг, и нельзя было понять, издевается он или говорит от души.

– Малодушие? Ты сам попробуй после бурной ночи, которую ни черта не помнишь, донести до партнерши, что из-за ее доисторических инстинктов ваши амнезийные совокупления будут повторяться еще минимум неделю, и цель их не зов плоти, а получение толпы головастиков с генами малодушного Верховного Чародея, – почти прорычал Стрэндж. – К дьяволу, сам расскажу и учти, дружище, если эта информация станет достоянием общественности, я привяжу камень к твоим ногам, скину в самую глубокую расщелину океана и запрещу Соне тебя доставать.

Дверь хлопнула, оставляя библиотекаря в долгожданной тишине. Он спокойно свернул свиток и понес к остальным книгам, которые Стивен попросил принести.

– А я полагал его отвратительный характер от неустроенности личной жизни. Ну ладно, посмотрим через недельку что будет.

Глава 10. И глупость и Совет

Советчиков много, а помощников нет.

Поговорка

Я сбежала, просто напросто сбежала, никого не предупредив. Как обезумевшая вылетела из комнаты в одном лишь одеяле. Не знаю, видел ли меня кто-то по дороге, но в адекватное состояние пришла лишь на берегу моря. Скинув с себя ткань, с разбега нырнула с небольшого уступа, превращаясь уже в полете. Холодная вода остудила пылающее лицо, окутала, принимая в свои объятья. Я ринулась на глубину, во тьму, огибая острые куски скал. У самого дна, где человеческий глаз уже давно бы ничего не различал, остановилась и поймав тоненький поток течения, улеглась прямо на него, устало смежив веки. Тихие звуки подводного мира убаюкивали, прогоняли страхи, а мягкие касания теплых водных струй расслабляли сведенные мышцы, оглаживали и утешали. Не знаю сколько времени я так провела, но когда открыла глаза, была целиком и полностью спокойна. Осмотревшись, благодарно коснулась краешка течения, за что получила волну ментальной радости и готовности помогать и дальше. Штопором я ввинтилась в водную массу, мощными движениями хвоста вытаскивая себя на поверхность. Видимо, очень глубоко забралась, по внутренним ощущениям всплывать пришлось не меньше четверти часа. Глотнув солёного воздуха, сориентировалась и неторопливо поплыла к берегу. Голова была пуста, думать о чем-либо было неприятно, стоило вернуться мыслями к этому утру, как захотелось забиться куда-нибудь под камень на дне. Сейчас, чуть успокоившись, я проанализировала наш недолгий разговор и нашла очень странным поведением Стивена. Он был немногословен, что на него совершенно не похоже, взгляд странный, как в трансе. И эта фраза про мой голос…

Господи, я вытолкала голого Верховного Мага в коридор, надеюсь этого никто не увидел…я же порушила его репутацию да и себя подставила…оооо.

Я застонала и пару раз нырнула, чтобы сбросить напряжение. А сама-то голой нимфой в одеяле бегала. Недовольно цыкнув, перевернулась на спину, раскинувшись у поверхности. Хоть бы все обошлось! Еще и флаконы голосом поколола, может это просто особенность голосовых связок русалки? Типо как сонар? Чтобы в темноте не натыкаться на все подряд. Приободрённая догадками, за своими рассуждениями не заметила как выбралась на мелководье, ткнувшись затылком в гальку.

– Ой, – потерев голову, отползла на глубину, где трансформировалась и уже на своих двоих вышла на берег. Возле валяющегося на камнях одеяла, стоял Стивен со стопкой одежды в руках и следил за моим приближением. Я было дёрнулась прикрыться, но сама себя остановила. Что он в конце концов там не видел, не хочу выглядеть жалко, достаточно одного позора за день. Выпрямившись почти до хруста позвоночника, вскинула голову и неспешно приблизилась к магу.

– Спасибо, – забрала из его рук свой сложенный халат. – Странно, я тебя голышом выдворила, а ты мне одежду принёс.

Стрэндж был в синем кимоно, традиционным для себя, но без плаща. Сложив руки на груди, он напряженно и показательно старался смотреть мне в глаза. Но стоило мне договорить, как у него явно дернулся кадык и заходили желваки на щеках. Нахмурившись, быстро запахнулась и потуже затянула пояс.

– Тебе больно, когда я говорю? Я после твоего ухода голосом разбила несколько вещей в комнате, ты поэтому просил меня замолчать?

Зашуршала галька под его ногами, когда одним шагом он преодолел разделяющее нас расстояние. У страха глаза велики, особенно мои русалочьи. Я шарахнулась от него, как прокаженная и не устояла на ногах. Что своим резким приближением хотел сделать Стивен, до конца времен останется тайной, но мой выбитый из легких «мявк» явно вернул ему способность думать. Он протянул мне руку, помогая встать. Не из гордости, но из-за души усвистевшей в пятки, проигнорировала этот жест, отодвинувшись, поднялась сама, отряхиваясь. Стрэндж замер, он тяжело дышал, не сводя с меня глаз, по вискам его струился пот, и в целом он не производил впечатление здорового человека.

– Тихо, не говори ничего. Хоть полночь еще далеко, но мне уже сложно противостоять твоему голосу. Слушай меня внимательно и запоминай, я знаю что произошло. Все дело в тебе, и твоем взрослении как магического существа…

Он говорил и говорил, объяснял про природу зова, последствия, что он, по-видимому, подходит мне на генетическом уровне, а я будто каменела изнутри. Последняя надежда на скрытую симпатию оборвалась и рухнула в пропасть, оставив в душе звенящую тишину. Получается я для него биологическое оружие замедленного действия. И он будет приходить ко мне снова и снова несмотря на внутренний протест, принципы и силу воли. Просто зов ПМСной русалки будет сгибать этого гордого мужчину и за шкирку притаскивать ко мне в постель в надежде на потомство.

Желчный, полный боли смешок, вырвался из моего пересохшего горла, прервав исповедь Верховного Мага, он напрягся и замолчал. Надеюсь на моих глазах не было видно застывших капель отчаяния.

– Соня, успокойся, мы решим эту проблему, тебе незачем…

– Проблему? – стало больно даже дышать. – Всего лишь проблема, как я могла забыть свое место в этом мире. Почему ты оказался в моей постели именно в тот день, когда я решила идти дальше?! Почему?!

– Соня, – он заподозрил мой следующий шаг и почти прыгнул вперед, позабыв, что является магом.

Я ушла с траектории захвата и рыбкой скользнула в набежавшую по моей воле волну.

– Соня! Вернись!

Голос Стрэнджа заглушил недовольный гул стегнувшей его воды.

***

– Вот, вроде взрослый уже, и лет немало и опыта, а все как дитя несмышленое.

Стрэндж вздрогнул. Он так сильно ушёл в себя, стоя на краю каменистого обрыва, что просто напросто не заметил, как было нарушено его уединение. Невысокий, сутулый, высохший от времени пожилой индус с грязно-бежевым тюрбаном на голове стоял буквально в паре шагов от Верховного и делано подслеповато щурился, разглядывая горизонт. Его седую, местами в желтизну, бороду, трепал ветер, переплетая их с несколькими свалявшимися прядями, что выбились из-под ткани, даже не пряди, скорее дрэды, кои свисали почти до пояса. Обманчивая немощность могла обвести вокруг пальца любого новичка Камар-Таджа, но только не Стивена. Стоило разок попасться под узловатые пальцы Мастера Навина Банерджи, как все сразу становится на свои места, и синяки тоже. Стрэндж сложил руки на груди и уважительно поклонился.

– Приветствую, Мастер Навин, я не знал, что мешаю вашему уединению.

– А разве не я приветствовать тебя должен, Верховный? – яркие-голубые, неожиданно молодые и озорные глаза на сморщенном, выдубленном ветрами и временем лице. – Привычки, привычки мальчик… Не осторожен ты стал, рассеян, а ведь не у одного меня глаза есть и уши.

Внешнее хладнокровие далось магу очень тяжело, до сих пор неведомо какими высшими силами удавалось не светить существованием русалки перед всеми заинтересованными людьми. Да что русалка, лишь Стивен и Вонг в курсе появления девочки в этом мире, для остальных она была просто новым учеником, без дара, но мало ли людей заводит жизнь в трудные ситуации. Так что вопросов ни у кого не было, ходили правда слухи, что Верховный просто завел себе бездарную любовницу и притащил ее в Камар-Тадж, чтобы не отбили или не сбежала. Но подобный бред быстро вытрясся из пустотелых голов особо языкастых. Теперь, оказалось, не совсем бред…

Сама Соня была осведомлена о том, что ее возможности – это секрет, но…

– Хорошие тут потоки энергии, я почти каждое утро прихожу голову очистить.

Мастер поднял взгляд к небу, провожая взглядом пару пролетающих чаек. Яростная волна, взбаламученная гневом своего дитя, разогналась и ударила, взвилась стеной перед двумя смертными, за что удостоилась осуждающего качания головой от пожилого мага.

– Не балуй, красавица, ошибаться все могут, не стоит вмешиваться.

Будто смутившись, поток отхлынул, игриво наградив тучей брызг своего собеседника.

– Ученик Юй Мин глаз положил на нашу Рыбку, и сегодня, когда она бежала на берег, проследил и увидел то, что не должен был. Так что готовься, Верховный, через пару часов эта неугомонная созовет Совет.

Несокрушимая статуя по имени Стивен Стрэндж, что невозмутимо встретила все удары этого утра, треснула и надломилась. Мужчина обречённо застонал, приложив пальцы к виску, что прямо-таки прострелило болью.

– Да не убивайся ты так, сынок. Дедушка Навин прикроет твою магическую задницу.

Новый возглас отчаяния, засох в зародыше. Стивен чуть позорно не вытаращился на мага, уж настолько сказанное им не вязалось с повседневным флёром мудрости и заумности, которым Мастер окутал себя с ног до головы, что у бедного Стрэнджа прямо мир на глазах рушился.

– Ну что ты выпучился? – ехидно уточнил Навин, он улыбнулся, окончательно став похожим на печёное яблочко. – Скажем Совету, что ждали, когда русалка в силу войдёт. И поскольку это произошло сегодня ночью, сообщить обо всем ты просто не успел.

– Но зачем вам это? Хотите в должники Верховного? – внутренне напрягшись, не мог не спросить Стрэндж.

Навин каркающе рассмеялся, и этот смех эхом прокатился по пустому побережью.

– Да ты у нас не Верховный Маг, а Верховный Пуп Земли. Не все вращается вокруг тебя, мальчишка, – мгновение и холодный серьёзный взгляд впился в мужчину, стирая амплуа весёлого старичка. – Я был женат на русалке, много веков назад, бог нам детей не дал и море забрало ее у меня. Столько времени прошло с тех пор, она была одной из последних. Океан чувствовал и боялся, а что делать не знал, так и не уберёг своих волшебных рыбок… По всем вопросам переводи стрелки на меня, я предупрежу Совет, что ближайшие две недели девочка неприкосновенна, успеешь что-нибудь придумать за это время. Но, как Зов тела ослабнет, тебе придётся представить ее всем Мастерам.

– Вы явно знаете больше, чем могут рассказать все книги и свитки Камар-Таджа. Не сочтете ли за труд, поделиться информацией?

Индус проигнорировал вопрос мага, от души потянулся, прохрустев суставами и снова сгорбился, возвращаясь к своему привычному добродушному состоянию.

– А зов сильный у девочки, давненько это было, я даже и забыл уже…

– Вас зацепил ЗОВ?! – у Стрэнджа от шока даже волосы на затылке дыбом встали. От одной мысли об участии в оргии подобного рода у него буквально челюсть свело.

– Охальник малолетний, старенький я уже, не подхожу для таких вещей. Просто столько лет был с русалкой вот и смог услышать. Эх, вот будь я лет на триста помоложе, тогда да, пока ты эго свою баюкал, я бы у тебя принцессу и умыкнул.

Уже скорее разговаривая почти с самим собой, Навин развернулся и направился к магической двери, слегка прихрамывая, Стивен как заколдованный направился вслед за мастером, вслушиваясь в его бурчания.

–…ах какая бы сказка получилась, злой дракон Стивен, запертая в башне русалочка и я, смелый рыцарь и воин. И верни мне мой дневник, вот куда он оказывается делся, додумались тоже, личные вещи в библиотеку, на всеобщее обозрение выставлять…

– Мастер! – повысил голос Стивен, у которого слово отдало болью в голове. День только начался, а его уже будто через мясорубку пропустили, еще и этот старый Йода над ним измывается.

– Лишают дедушку маленьких радостей, захочешь поболтать, заходи в гости, только острых крылышек из KFS захвати, да не жмотничай, побольше. А то я не знаю, откуда деньги в Камар-Тадже появляться начали.

И молча растворился во вспышке портала, не дойдя пары шагов до двери.

– Мерзкий дедок, – с шумом выдохнул через стиснутые зубы Стрэндж. Он оглянулся, но Сони нигде не было видно. А ведь если подумать, он и вправду перегнул…

– Верховный! – по коридору нёсся молодой парень к нему навстречу. – Через час состоится заседание Совета. Мастер Юй Мин отправила меня к вам…

День будет ооочень долгим… а ведь впереди еще ночь и полное непонимание, что с этим делать.

***

Давно уже заметила, что под водой думается легче, все плавное и текучее прямо-таки приостанавливает бешеный темп жизни и позволяет замедлиться. Я бесцельно плыла куда глаза глядят, лелея в душе боль от неприятной правды прошедшей ночи.

Вот тебе и диснеевская сказка, вот тебе и принц. Не знаю, как с этой информацией жили прочие русалки древности, но мне было мерзко. Стоило только подумать, что мне еще минимум неделю придется заставлять Стивена со мной спать, как к горлу подкатывала тошнота. Это просто отвратительно! Я конечно хотела бы с ним переспать, но, черт возьми, на добровольной основе! Это все равно, что наркотой человека накачать и затащить в постель, насилие чистой воды.

Как я не напрягала свою память, но флешбеков ни вытянула из нее ни одного. Гадство, хоть бы что-то вспомнить, может удастся как-то избежать подобного дальше? Где выход?

А выхода не было, был только вход в весьма неприглядную действительность. Сколько живу в этом мире, а все не привыкну к насмешками играющего со мной мироздания. Кажется, сопротивляйся, не сопротивляйся, а все в итоге будет так, как ему нужно.

Вот и сейчас, вряд ли я плыла так, как хотелось бы мне, скорее всего пригнали как рыбу на нерест, пользуясь моей рассеянностью.

На полной скорости я вписалась во что-то мягкое, пружинистое и застряла, подобно Винни Пуху. Вынырнув из мыслей, в панике забилась, но в итоге нашла себя в прозрачной полости, похожей на пупырку упаковочной бумаги или вздувшийся пузырь на слоёном тесте. И болталась я в этих слоях как лягушка в банке.

Было страшно, я попыталась призвать на помощь океан, но к ужасу моему здесь не было воды, вернее как, вся ловушка была ей заполнена, но это была полностью мертвая жидкость. Зашарив руками по поверхности этой плёнки, не нашла ни одного разрыва, даже казалось бы того, через который вплыла. Выбившись из сил повисла в этом безмолвном вакууме с ужасом осознав, что надо было маячок просить у магов. Клянусь, если выберусь отсюда, ни шагу без магического джипиэсника не сделаю, хоть режьте.

Замерев от бессилия, я как смогла обхватила свой хвост, все же освоив его сгибание в разные стороны, и уставилась в пустоту. Нужно было успокоиться и понять, что делать дальше. Не задыхаюсь, значит какой-то приток свежей воды есть, океан сюда затолкал – опасности для жизни так же нет. Этой однокапельной не резон убивать меня. Тогда что это за полость? И что я должна сделать? Как пройти этот квест и выбраться без последствий? Черт возьми, если бы я больше искала информации и читала о своих способностях, а не таскала мусор со дна, может не болталась бы тут.

Как уныло осознавать, что в своих бедах виноват ты сам.

Под водой нет часов, обычно я чувствовала закаты и восходы, но тут, в этом пузыре не было ничего, даже времени. Затек хвост, я расправилась и пару раз кувырнулась вокруг своей оси, хоть так разминаясь. Покрутила руками, помотала головой и снова свернулась в самую безопасную для психики позу. За полупрозрачной стенкой жил своей жизнью океан, ничуть не нервничая по поводу пропажи драгоценной русалки. Вот тебе и клятва о не причинении вреда, которую так легко оказалось обойти.

Я скользила между сном и реальностью, иногда проваливаясь в дрему и тут же выныривая из нее, стоило очередному резвому подводному обитателю в недоумении наткнуться на мою ловушку. В очередной раз захотев вытянуться, осознала, что не могу этого сделать. Чем бы ни была мерзкая полость, но она смыкалась, оставалось всего несколько сантиметров с каждой стороны, еще бы немного и я бы и так ее почувствовала.

Паника накрыла повторно, я безмолвно орала, билась, царапалась, но по итогу только растеряла остаток сил, что было совершенно безразлично пленке уже добравшейся до моей кожи. Теперь я навсегда останусь в истории как первая русалка с клаустрофобией. Непонятная субстанция облепила меня с ног до головы, причиняя дискомфорт, заставляя психологически задыхаться. Хоть мозг и видел все вокруг, но эта липучая дрянь сковывала, сжимала и в конечном итоге обездвижила. Давление было просто невыносимым, кожа чесалась и зудела, я не могла даже рта раскрыть. Когда я уже была готова потерять сознание от страха, признаки жизни подали артефакты. Свет и жжение вспучили изнутри вязкую субстанцию, та помутнела, приобретая непроницаемость и с неприязненными ощущением схлопнулась внутри меня. Не знаю как описать это, но я будто стала бестелесной и неведомые края полости сошлись на том месте, где должен был быть центр моего тела.

Нежданная свобода выпила остаток страха и эмоций, я медленно, как сухой осенний листик гонимый ветром, опускалась все ниже. Мышцы окаменели и лежать бы мне на дне еще непонятно сколько времени, но под свинцовые руки с клекотом подлезли две незнакомые дельфиньи головы.

Теплые упругие носы тыкались в лицо и озабочено посвистывали. Ответить что-либо я не могла, только моргнула и дернулась всем телом. Видимо моим спасателям этого было достаточно, они зажали меня между своими телами и ринулись вперед. Меня мотало как тряпку в режиме отжима. Дельфинам было от этого очень весело, их мыслеобразы были живее и ярче чем у стихии, отчего воспринималось все прекрасно. Серые безобразники обсуждали меж собой мое «смешное» строение и удивлялись, как меня такую яркую и слабенькую еще никто не сожрал. Они пищали и стрекотали, почти смеясь и даже пытались уточнить, не та самая ли я бабочка, которую часто обсуждают двуногие у берегов.

Честно, не будь я так опустошена, хохотала бы до слез. Боже, со мной говорят дельфины и тащат куда-то, спасая от утопления. Эти задорные дети морских глубин были просто очаровательны. Но недолго, уже почти у берега, когда втроем было бы дальше плыть проблематично, один из них решил дотащить меня за «эти мягкие водоросли на шкуре». Волосам такое обращение не понравилось как и мне в целом. Зло зашипев, я выдернула рукой прядь из его пасти и шлепнула негодника по глянцевому боку. Обижено взвизгнув, он пулей рванул на глубину, а его собрат мстительно боднул меня с такой силой, что нелегкую русалочьи тушку пушечным ядром выстрелило на мелководье.

Подползая на животе к кромке воды, я перевернулась на спину и с чувством выругалась, информируя всех вокруг, что думаю о подводных пузырях и бесстолковых спасателях. Ответом стало ехидное щелкание. Попутная волна, видимо, тоже обиделась и меня весьма неаккуратно вытолкнуло на прибрежную гальку. Истерический смех пробрал, когда болезненная судорога вернула мне ноги, сжавшись в комок я смеялась, почти рыдая, пока воздух в легких не начал колыхаться какими-то уж совсем жуткими всхлипами. Вот уж точно, как день начнется, так и пойдет все по одному месту.

***

Резные блики обеденного солнца с полным на то правом расположились на паркетном полу Камар-Таджа. Они встревоженными птицами вскакивали и пробегали по красному плащу Верховного Чародея. Хихикая, скатывались по волшебной ткани и вновь сбивались в кучки, перешептываясь и сплетничая за спиной мага. И им, увы, было о чем рассказать друг другу.

Стивен шел давно проторенным и на редкость не любимым путем. Зал советов, он же место сборища старых маразматиков. Мужчина, конечно, был несправедлив к элите магического сообщества, но ясно видел немного не адекватное, по меркам нового времени, поведение древнейших. Видимо, переступив некий возрастной порог, люди (и нелюди) теряют частично связь с реальностью и выглядят в глазах молодого Верховного как стая страдающих аутизмом детей.

Он до сих пор не понимал, почему такой высокий пост предоставили ему, причем на удивление единогласно. Возможно, сыграла свою роль последняя воля Старейшины, а может маги здраво себя оценили и решили не множить недопонимание между людьми современного мира и Камар-Таджем, предоставив Стивену роль коммуникатора. В любом случае, разобраться в головах этих дивных созданий вряд ли смог бы и Господь Бог.

На каждом собрании Стрэндж чувствовал себя школьником перед заседанием высшей коллегии ученых. Раздражает, как и покровительственное отношение, и маги явно это видят, но поделать с собой ничего не могут, или не хотят. Наиболее адекватными Стивен считал себя, Вонга, как хранителя знаний, и мастера Ен Сук, миниатюрную азиатку с лицом ангела и характером прямее горизонта. Она странно владела интонациями своей речи, которая периодически казалась форменным издевательством, но притерпевшись, осознаешь ее почти грубую честность.

Честность и прямолинейность, вот чего не хватало всему остальному благородному собранию. Возможно, они и рады были бы продемонстрировать миру столь ценные качества, но за долгие годы так запутались в собственных интригах, что просто не в силах стали выбраться из них.

Самыми молодыми из этой компании, естественно, был Стивен. При вхождении в должность ему открыли тайну возраста Мастеров и, помнится, он долго смеялся, представляя глаза ушедшего друга Мордо, осознай тот, что предала его не только Старейшина, но и весь верховномагический шабаш.

По скромным оценкам, темнокожий Мастер Пич гонял своих учеников еще когда не родился прапрапрадед Стивена.

Вот такой вот заговор против несчастных учеников.

Как стало понятно и самому Стрэнджу, он старался думать о чем угодно, кроме прошедшего утра и предстоящей ночи. Мужчине привыкшему самому распоряжаться своей жизнью, до безумия претила мысль о чужом контроле над собой. Сейчас, анализируя те крохи информации, что удалось зацепить, мужчина полагал, что своей железной силой воли сможет противостоять ментальному зову. В конце концов он не животное, подверженное инстинктам, а взрослый разумный человек, сильный маг…

Эти мысли придали сил, Стивен расправил плечи, гордо выпрямился и толкнул тяжелые каменные створки, ведущие в зал переговоров, где без сомнения ждет новый акт этого выматывающего цирка.

***

– Верховный, а мы уже заждались, вы так мило опаздываете, – веселый женский голос встретил новое действующее лицо сумрачного помещения, освещенного узким рядом похожими на росчерки азбуки Морзе, глубокими окнами.

«Пришел раньше на десять минут», – раздраженно подумал Стрэндж, подавляя желание тоскливо оглянуться на сомкнутые за спиной двери.

Ему не нравилось это серой унылое помещение, которое так кардинально отличалось от всей остальной легкой и наполненной светом обители. Этот зал – Сердце Камар-Таджа, по словам еще живой тогда Старейшины, больше походил на каменный колодец, почти цилиндрической формы, с массивными, вытесанными из цельных валунов креслами, величественными, но щербатыми от времени и сырости колоннами. Несмотря на достаточно професиональные уборки с использованием, тайком от вредных консерваторов, бытовой химии и мощных пароочистителей, увы, плесень нашедшая единственное место в древнем строении, сдавать свои позиции категорически отказывалась, но хотя бы завоевывать новые территории прекратила. Она висела у самого потолка махровыми нахохлившимися островками, безмерно раздражая мага фактом своего очередного воскрешения.

Однако, Стрэндж давно подозревал, что живучестью плесень обладала исключительно по вине своих двуногих протеже, с таким же упорством держащихся за этот мир. Чародей так не мог до конца разобраться, кто из этих долгожителей раздражает его тонкую докторскую натуру: плесень или Мастера.

На удивление Верховного, Совет был не в полном составе. Помимо него самого, на своих каменных тронах восседали шесть магов, последним седьмым торопливо вошел Вонг, так же на ходу нацепивший на лицо приличествующую случаю невозмутимость.

Как можно величественнее Стивен приветственно кивнул высочайшему собранию и направился к своему месту во главе, что от прочих отличалось лишь более толстой темно-бардовой подушкой на сидении. Как-то на одном из первых заседаний Мастер Юй Мин уведомила, что у Верховных более нежный копчик. Ладно, в реальности она выразилась грубее и завуалированнее, но суть ясна.

Устраивая свой «нежный копчик» Стрэндж принял слегка расслабленную позу, уже этим не признавая за собой мифической вины и чуть вопросительно глянул на хрупкую темноволосую женщину в кипельно белом старинном кимоно.

– Итак, сегодняшний созыв совета был инициирован нашей несравненной Мастером Юй Мин, так ей же и предоставим слово. Мы вас очень внимательно слушаем.

Темно-карие, почти черные глаза блеснули, отчего на мгновение узкое лицо женщины показалось по звериному хищным, но наваждение быстро схлынуло. Бумажный веер отрезал от наблюдателей истинные мысли владелицы, гулко щелкнул и повис на тонком запястье. Мастер задумчиво тронула свой подбородок тыльной стороной ладони и наигранно грустно обратилась к собравшимся.

– Мое сердце сжимается от тоски, братья и сестры. Нас жестоко и непоправимо предали, и кто, тот кому мы доверили все и более прочего пост Верховного.

Взгляды устремленные на Стивена были разные, от недоуменных и усталых, до явственно забавляющихся. Злых и злорадствующих не наблюдалось, это грело душу Стрэнджа и успокаивало вновь одолевший спазм в районе виска, уже больше походивший на мигрень.

Мужчина не особо надеялся на обещанную помощь Навина, поэтому без зазрения совести подхватил подкинутую ему на берегу идею и готов был творчески ее развивать на потеху публики. Вонг подтвердит, а большего и не надо.

– Я что-то должен ответить на столь смелое обвинение? – делано участливо уточнил Маг. – Пожалуйста, о прекраснейшая, объясните подробнее, чем я вас так жестоко прогневал?

Хмурая складочка меж бровей обозначила степень недовольства вернувшегося к Мастеру внимания окружающих.

– Верховный скрыл от нас русалку, думаю весомый повод для недовольства.

Удивление безмолвное и всеобъямляющее повисло плотным облаком.

– Какой интересный предмет сокрытия, – хмыкнул житель африканских просторов. – И что же, она у него в аквариуме в кабинете?

– Наглый варвар, – вспыхнула китаянка. – Девушка Соня, чуть меньше полугода назад пришедшая в Камар-Тадж является русалкой, я видела ее глазами своего ученика.

Пич перестал улыбаться:

– Все так, – подтверждая невысказанный вопрос, отозвался Стивен, забавляясь в кои-то веки не наигранными, а настоящими эмоциями на лицах великовозрастных магов. Знал бы он раньше, как всколыхнет их эта информация, собрал бы сразу после коронации. Воистину прекрасное зрелище, жаль не на долго.

– Так ты подтверждаешь утаивание информации от совета? – педантично уточнила Юй Мин.

– С какой стати? – удивился Стрэндж. – Я всего лишь согласился, что Соня русалка, остальное ваши предположения.

– Верховный, не тяни Лису за хвост, она и так готова тебя сожрать. Расскажи нам о девочке и причинах, побудивших ее скрывать, – басовитый насмешливый голос Мастера Гертмунда, по виду потомка древних викингов, прервал зарождающуюся пикировку и все согласно закивали, однако, на удивление заговорила Мастер Ен Сук.

– Я слышала слияния стихии и все думала, когда же информацию предоставят нам на рассмотрение, – будто о чем-то незначительном протянула тонкая, как тетива дальнобойного лука девушка с поистине детским лицом и полусонным взглядом почти равнодушного интереса. – Такая красивая, я раньше не видела детей океана.

– И ты молчала?! – возмутилась прозванная Лисой.

– Это не моя тайна, я доверяю нашему Верховному.

У Стрэнджа окончательно разболелась голова, он прикрыл глаза на минуту, чтобы распахнуть их, стоило знакомому голосу сухим старческим смехом прервать перебранку.

– Сколько вижу вас, мои дорогие, столько чувствую себя счастливым.

Мастер Навин, скромно устроившийся на самом краешке своего стула, показательно покряхтывая, прищурился своими возмутительно молодыми глазами:

– Я попросил ничего не говорить вам нашего Верховного, ибо ведаю в русалках больше, чем все вы.

– Уже интересно, – поддакнувший Пич, подперев голову рукой. – Ну давай, Дед, вещай.

– Многого сказать я не могу, меня самого сдерживает древняя клятва, но открою главное. По воле этого мира среди нас вновь появилось Дитя Моря, незрелое, скороспелое и неразумное, не ведающее границы своих сил, потому я утаил. Вчера начался процесс ее взросления, девочка станет стабильна и войдет в силу. Трогать ее никому не позволено еще половину лунного цикла, а также пугать внезапным вниманием и всячески доводить девочку до истерики…

Стивен почувствовал некий акцент на этой фразе, явно направленный в его сторону и почти скривился, отгоняя непрошенное чувство вины или того хуже, стыд. Он так же как остальные мастера внимательно слушал пожилого индуса, но старался не демонстрировать этого, поскольку по легенде все это знал. Косой взгляд на невозмутимо молчащего Вонга, что прятал беспокойство за полной непробиваемостью. Мастер Хамир, по правую руку от Хранителя знаний один не слушал рассказчика, он пристально наблюдал за мимикой Верховного поверх тонких дуг своих круглых очков.

Заметив внимание, Стрэндж полувопросительно вскинул бровь и тут же почувствовал как чужое сознание аккуратно касается его энергетического поля, обозначая разросшиеся за эту ночь магические артерии и намекая на явное упрочнение биополя в целом. Верховный впервые почувствовал желание залиться смущением от макушки до пяток, но старательно подавил его и демонстративно непонимающе пожал плечами.

Хамир убрал щуп своего внимания качнув головой, но после паузы все же согласно кивнул. Принимая необходимость не выставлять подобные знания на всеобщее обозрение.

–… Опережая ваши вопросы, раньше означенного срока русалка не может быть представлена вам. Никто из нас ведь не желает захлебнуться собственной слюной, если девочка перенервничает?

Желающих опробовать новый способ умерщвления не наблюдалось.

– После окончания этапа созревания, Дитя будет представлено полному составу Высшего Совета, а до тех пор я настойчиво рекомендую ее не трогать.

– Мастер Юй Мин, достаточно ли такого пояснения, чтобы удовлетворить ваше любопытство и снять обвинения с нашего Верховного? – Вонг подал голос, стоило всем понять, что вновь вернувшийся в свое отрешенное от мира состояние Навин не скажет больше ни слова.

Лиса недовольно сморщила нос, но кивнула:

– Прошу прощения, Верховный, за поспешность моих выводов. Что ж мы подождем две недели.

– Угрозы в сторону коллег недопустимы, – прошелестела Ен Сук и не дожидаясь новой вспышки гнева китаянки исчезла из помещения.

– Полагаю, всем пора вернуться к своим ученикам и обязанностям. – Стрэндж поднялся с кресла, по традиции ознаменовывая окончание собрания. – Спасибо всем, и прошу прощения за скрытность. Думаю причины, названные Мастером Навином искупают мою вину по созданию тайны вокруг пребывания русалки в Камар-Тадже.

– Ну все, хватит распинаться, – пробасил Гертмунд. – Для того мы и старшие маги, чтобы нас можно было выдернуть из любой точки планеты для разрешения спорных ситуаций. Это лисица разоралась, горазда она глотку драть.

– Варвар, – привычно фыркнула Мастер и также растворилась в искрах своего портала.

Эхо хохота «варвара» еще не развеялось, когда в Зале остались только трое.

– Ну здорово, Верховный! – Гертмунд не принимал хлипких пожатий рук, он сдавил мага в медвежьих объятиях, а после Стивена досталось и Вонгу. – Как давно я тут не был, все думал, когда изволишь свистнуть.

–Гер, – улыбнулся Вонг, снизу вверх разглядывая друга. – Без тебя в Камар-Тадже стало слишком тихо.

– Ничего, скоро исправлю, красиво поет девочка, мы всем своим лесом слушали всю ночь.

Помимо головы и защемленного громилой позвоночника, у Стивена заныли еще и зубы:

– Не обитель древних магов, а большая деревня, все все знают и старательно молчат, перемывая кости друг у друга за спиной.

Заметив состояние Верховного, маг ухмыльнулся:

– А ты что думал. Но ты не боись, Стив, про особенности взросления девчонки наши Мастерицы не в курсе, как и Пич полагаю. Судя по твоему лицу, шарахнуло именно тебя.

– Не большая, а о-о-очень, я бы даже сказал катастрофически маленькая деревня.

– А то, вот они минусы замкнутых экосистем. Не волнуйся, мои и я услышали, потому как мы не люди, да и первый Зов самый сильный, дальше даже захотим не поймаем. Лисица не засечет, их виды не пересекались. Я нем как рыба…

– Заберешь ее? – уточнил Вонг. – Тебе Соня будет ближе.

– Законы Камар-Таджа неоспоримы, она сама выберет Наставника, я конечно постараюсь пересилить остальных, но нам нечему ее учить, боюсь только Навин знает хоть что-то. Даже в моих библиотеках нет ничего кроме пропитавшихся пылью легенд.

Тишина повисла в комнате, каждый из мужчин думал о своем. Первым очнулся Стрэндж:

– Чтож, у нас мало времени, надеюсь ты поделишься пыльными свитками?

– В чем вопрос, через час закину в твой кабинет. Действительно, я и так насилу вырвался. До следующего сбора.

Мощная фигура Гертмунда скрылась в зеве портала оставив после себя запах влажных джунглей.

– Все прошло лучше, чем я боялся, – отметил Вонг, вместе с Верховным направляясь к выходу.

– Только во что нам это потом встанет?

Глава 11. И страсть и страх

Страсть без разума – как корабль без кормчего.

Поговорка.

Как легко забыть о том, что лично тебя коснулось лишь вскользь, а потом пропало, заваленное важными повседневными делами. Стрэндж так замотался и устал за этот бесконечно тяжелый день, что даже пропустил первые, еще робкие отзвуки мелодии у себя в голове. Бывает услышал где-то мелодию и она крутится, вертится, весь вечер назойливой мухой жужжит над ухом. За такое вот «насекомое» он в районе половины двенадцатого и принял вырисовывающиеся планы на ближайшую ночь.

Ужасное чувство непринадлежности самому себе рухнуло на сознание четко и внезапно, как расставленный на зверя капкан.

– Сти-и-иве-е-ен…astelli, moero astelli…

Он не знал языка, не понимал значения, но сути это не меняло. Кровь буквально закипела в жилах, требуя движения. Идти, бежать, спешить.

– Нет, – рыкнул мужчина, пытаясь подавить взбесившиеся инстинкты. Он вцепился в подлокотники кресла до белых костяшек пальцев. Боль должна отрезвить, вернуть ясность мысли, он не намерен терпеть это унизительное принуждение:

– Аstelli…numolla moero Стивен…

Голос ласкал почти физически, дрожью прокатывался по рукам, груди, спускался все ниже, горячими импульсами доводя до безмолвного стона.

Повторно Верховный Маг попытался взять себя под контроль уже у двери, этой чертовой двери, за которой ему обещали наслаждение и утоление голода. Мужчина перехватил сам себя за запястье, отдернув вторую руку от резной ручки, с силой прикусил губу так, что во рту стало солоно.

– Я не буду рабом своих желаний, – прошипел Стивен. Тяжело дыша, он привалился плечом к стене. На лбу проступила испарина от раздирающих его противоречий. С трудом он поднял трясущиеся руки, очерчивая круг портала, намереваясь запрыгнуть в него, оставив двойное кольцо здесь, чтобы не было соблазна вернуться. Заветная цель так манила, что холодный рассудок почти победил плоть, но зовущая не собиралась отпускать свою жертву. Скрипнули плохо смазанные петли, и рукав синего кимоно ухватили узкие девичьи пальцы с длинными острыми коготками, будто выточенные из яркого перламутра. Дернулся Стрэндж, и погас спасительный проход как и всплеск сопротивления, придающий силы.

– Стивен, – реальный зов не шел ни в какое сравнение с ментальным, он сбивал с ног мучительной жаждой, сметая запреты, оголяя скрытое, глубинное.

Сомнамбулой Стрэндж двинулся за гибкой фигурой, что утягивала его за собой. Хлопка двери он уже не услышал, застыв, завороженный нереально-ярким свечением зеленых глаз на самом желанном сейчас лице. Жемчужные волосы извивались причудливыми локонами, будто ими играло быстрое течение.

Она приблизилась вплотную, провела ладонью по мужским рукам, от кончиков пальцев до самой шеи, коснулась ласковым движением подбородка и, привстав на цыпочки, прижалась всем телом.

– Ты пришел, аstelli…

Стрэндж отмер, обвил льнущую к нему девушку, почти до боли стискивая ее талию, рукой зарылся в копну густых волос и жалящим поцелуем впился в просяще приоткрытые губы.

Сонин глухой стон опалил нутро горячей волной. Ее ладони оттолкнули, судорожно стискивая ворот мужского одеяния, стягивая, почти разрывая, задевая пылающую кожу. Он подхватил ее за бедра, прижимая, заставляя обхватить себя ногами. Рывок и Стивен вдавливает девушку в стену, языком проведя по оголенной шеи в глубоком вырезе короткого топа, прикусывая изгиб ключицы.

Хрип русалки, и в воздухе разлился удушающий запах феромонов, вязкий и приторно-сладкий, он окутал пару липкой паутиной, заставив тела содрогнуться от острой необходимости слияния.

Поцелуи стали укусами, жесткими, нетерпеливыми. Женские пальцы впились в уже обнаженные плечи Стрэнджа, оставляя глубокие кровоточащие ранки, которые она тут же зализывала, будто извиняясь. Контраст боли и нежности доводил Стивена до исступления, отчаянное сражение разума и инстинктов закончилось полным провалом первого. Он пил ее стоны, сходил с ума от запаха и был готов сам уже выть от нестерпимого желания, что напряженно пульсировало в брюках и сам не понимал, почему еще держится и не берет то, что по праву его.

– Latio, – шепнула распухшим от поцелуев губами Соня, и он понял чего ждал.

Как терзаемый жаждой добравшийся до живительного источника, Стрэндж развеял мешающую одежду с их тел и рывком погрузился во влажное женское лоно. Всхлип Сони и почти рык, вырвавшийся сквозь сжатые зубы мага. Стивен поудобнее перехватил свою жертву, почти распластал по стене и принялся наращивать темп их совместных движений. Вбиваясь в бешеном ритме, почти таком же быстром как стук его сердца.

– Еще, astelli, еще, боже…

Первая кульминация настигла любовников достаточно быстро, они замерли, переживая каждый свои ощущения.

Соня слегка откинула голову, насколько это позволяла холодящая спину кладка под лопатками. Проблеск сознания пробился сквозь опьянение страстью и девушка сфокусировала взгляд на также слегка пришедшем в себя мужчине, что держал ее тело на весу, не покидая его. Лбом Стивен уперся ей в ключицу, его горячее дыхание скатывалось в ложбинку между грудей, вызывая мурашки на влажной коже.

– Черт, – прохрипела Соня. – Ненавижу, ну почему все так?! Почему ты не справился с Зовом?! Кто из нас всесильный маг, сукин ты сын!

Стрэндж поднял на девушку глаза с неестественно расширенными пульсирующими зрачками пугая и ее и себя полнейшей бессвязностью мыслей и чувств. Маг медленно облизал пересохшие губы и полностью утонул в эхе новой мелодии.

***

Я была так напугана этой дурацкой ловушкой под водой, что утренние события отошли на второй план. Как говорится, какие мужчины, когда угроза уровня Мстителей?! Металась по комнате, натыкаясь на мебель в ограниченном пространстве, и пыталась мыслить здраво.

Что делать? Идти жаловаться? А к кому? К Вонгу? Так он спит наверное, да и я не пострадала в итоге, психика не в счет. К Стрэнджу?

Меня аж передернуло от этой мысли. А что если проблема с зовом – это на одну ночь, и, если я не встречусь с ним, все будет нормально? Может не стоит дёргать судьбу за хвост, авось пронесёт?

Остановившись возле развороченной еще утром кровати, я нервно кусала губу, осматривая это безобразие. Душа не потянула повторного раздрая и, плюнув, отложила проблему с подводный приключением до утра, когда уж точно уже точно зов минует, и отправилась в местную кладовку в начале коридора.

Небольшое помещение было заполнено чистыми комплектами одежды, полотенцами разных размеров, постельным бельем, плюс одеяла и подушки. Контроля кто и сколько берет, не было. Все тут взрослые люди и никто лишнего не уволочет. Поэтому я набрала себе необходимое и пошла менять кровать.

Грязное сложила в корзину возле душевой, решив завтра отнести в прачечную и отправилась мыться. Думать о плохом очень не хотелось, вряд ли океан хотел принести меня в жертву, кроме испуга я ничего не испытала, и когда эта непонятная штука схлопнулась также не пострадала. Утром придется нарушить свое же обещание купания с маячком и попытаться проникнуть в ту пещеру с книгами. Повторно прошмыгнуть без следилки, особенно если расскажу о ловушке вряд ли получится. Могут вообще запретить плавать до выяснения обстоятельств. Значит или подождем с разговором или же нужно испробовать прием, что давно сидит на задворках. А именно попытаться перевесить мой магический ошейник на какую-нибудь морскую живность и дать ей задачу не выплывать за контур. В идеале нужен кто-то относительно умный, чтобы через пятнадцать минут не забыть о разговоре. На моем участке вода прохладная, черепаху не дозовусь, морские котики или нерпы отпадают, океан после истории с акулами запретил любой более менее крупной хищной живности приближаться ко мне, остаются дельфины… Ох, главное не сегодняшняя пара, из вредности у границы встанут и будут ее носом тыкать, доводя Верховного сигналами до кондрашки.

Сидя у небольшого настольного зеркала в ночной огромной футболке и пижамных штанах, я перебирала влажные волосы, пытаясь их распутать. Странно, обычно в человеческом облике они короче и бескомпромиссно седые, а не как сейчас длинные, густые, серебристые и переливаются.

Мысли перескакивали с одной на другую, холодные пряди скользили меж пальцев, а низ живота предательски ныл, как при месячных. Сейчас, когда этот бешеный день подошёл к концу, тело дало о себе знать. Каких-то радикальных изменений я не ощущала, как не вглядывалась в зеркало.

Засосы и больная поясница не в счёт, первое – те же синяки, второе – и так преследует раз в месяц. Интересное получилось превращение в женщину, в русалку было явно насыщеннее, хотя откуда мне знать, ничего же не помню.

Сконцентрировавшись на своих силах я тонкой дымкой принялась аккуратно вытягивать влагу из причёски. Облачко холодного пара быстро растаяло в воздухе, оставив меня с почти сухой копной. Улыбнулась сама себе, настроение немного улучшилось от этой нехитрой магии. Забравшись на постель целиком, подперла спину подушкой и нащупала невостребованный сегодня телефон. Страницы соцсетей окончательно загасили нехорошую энергетику дня, позволяя сбежать.

Бездумное листание ленты новостей и какой-то дурной привязавшийся мотивчик. Я напевала про себя, воспринимая все как фон, лайкала записи и улыбалась. В какой-то момент стало душно, перевернувшись на четвереньки, протянула руку и приоткрыла створку у изголовья. Помогло мало, хоть теплый вечерний воздух и наполнил комнату, мне только жарче. Нахмурившись, стянула пижаму, оставшись в белье и поднялась налить себе из кувшина воды.

Выхлебав весь запас, удивлённо потрясла пустую емкость. Жажда не ушла, к тому же бросило в пот. Навязчивая мелодия прорвалась наружу, и я сама не заметила, как принялась напевать вслух, рыская по комнате в поисках питьевой влаги.

В итоге отыскалась полторашка минералки, которая также стала подозрительно быстро девственно чистой. Отбросив тару, поняла, что вроде больше не хочу, но прохладнее так и не стало, пришлось идти умываться. Стерео система в подсознании уже начал доставлять дискомфорт, и тут очередной неприятностью оказалось то, что открыв кран я не получила ожидаемого. Будто нехотя, струя воды вынырнула из укрытия и, огибая подставленные ей руки, нарушая все законы физики, по дуге направилась в слив. Недоуменно проследив за феноменом, убрала ладони – струя выровнялась.

– Что за бред, – психанув, завернула вентиль и вернулась в комнату, где не добралась до постели, зависнув на середине пути от ужасного давления на кожу головы. С треском лопнула резинка на кончике заплетенной косы и волосы как наэлектризованные, пушистым облаком принялись плавать вокруг меня. В воздухе запахло сладко и неприятно, голова закружилась. И тут я осознала, что стою возле кровати, слегка раскачиваясь под акомпонимент мелодии играющей внутри черепа, и с губ помимо воли срываются странные слова на незнакомом языке, переодически произнося: «Стивен».

Если вы забыли о проблеме, это не значит, что она забыла о вас и, похоже, мифический Зов прямо здесь и сейчас становится реальностью. Тело налилось подозрительной истомой, я попыталась закрыть себе рот, но руки не слушались. Зрение и то начало подводить, мир окрасился в яркие тона, как под водой, цветов стало слишком много для опутанного дурманом разума. Сознание будто раздвоилось, одна часть меня пыталась вернуть контроль над телом, а вторая, та самая чертова течная русалка спокойно выполняла все свою заданную после полуночи программу.

Мне почти удалось сомкнуть губы, но в коридоре послышался шум и усилия рухнули в бездну всепоглощающего возбуждения. Даже оставшаяся рациональной часть меня почти растворилась в этом безумии, стоило распахнуть дверь и увидеть Его.

Стивен безропотно вошел в комнату, поднял на меня взгляд и я утонула. На меня никогда так не смотрели, меня никогда так не желали. Это лицо, утратившее вечную гримасу холодного равнодушия направленную на глупую попаданку, голубые глаза стали подобны центру горящего пламени, такие же обжигающие. В этот миг я была для него самой красивой женщиной, его женщиной.

Мой первый шаг к нему был полностью осознан, а вот все, что было дальше, лишь отчасти. Страсть бросила нас друг к другу, он не просил, а брал, быстро, жестко и именно так, как было нужно в данный момент.

Когда небо раскололось миллиардами звезд, взрывная волна этого безумия вернула мне способность думать.

До конца наполненная любимым мужчиной, я висела на его руках, придавленная возбужденным телом к стене, и с ужасом осознавала, что забвение – это благо. Жаловалась, что не помню? Готова отдать все эти воспоминания, ради спокойствия в душе, которого там не осталось и кусочка.

– Черт, – сорванный голос выплеснул накопившееся отчаяние. – Ненавижу, ну почему все так?! Почему ты не справился с Зовом?! Кто из нас всесильный маг, сукин ты сын!

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.