# Бал невест

Наталия Королева

В эпоху королевских интриг и блистательных балов юная девушка, не принадлежащая к знатному роду, оказывается участницей конкурса за сердце наследника престола. Ей предстоит пройти череду испытаний, демонстрируя свои таланты и ум, но в мире, где правят интриги и зависть, ей придется столкнуться с коварством соперниц и давлением высшего общества. Сможет ли она завоевать сердце принца, или же истинная любовь окажется важнее королевского титула?

## Глава

Солнце, словно расплавленное золото, медленно погружалось за горизонт, заливая багровым пламенем зубчатые стены старинного замка Корделия. Элизабет, дочь скромного фермера, приникла к холодному оконному стеклу своей небольшой, но уютной комнатки. В сердце билась тревога, смешанная с робким любопытством. Именно здесь, в этих громадных стенах, начиналась её новая, совершенно неведомая жизнь. Великий Конкурс Невест, призванный выбрать достойную супругу для принца Эдуарда, наследника престола, вот-вот должен был начаться.

Её имя, Элизабет, оказалось в списке участниц совершенно неожиданно. Несколько месяцев назад, во время очередного визита королевских слуг в их деревню, один из советников, старый лорд Эштон, услышал её игру на лютне. Мелодия, рождённая в её пальцах, очаровала его, и он, тронутый талантом простой девушки, рекомендовал её ко двору. Элизабет, выросшая среди полей, лесов и тихой деревенской жизни, никогда не мечтала о жизни при дворе, о пышных балах и придворных интригах. Но воля короля была законом, и, смирившись со своей участью, она прибыла в замок.

Первый день в замке запомнился ей на всю жизнь. После утомительных формальностей и наставлений, конкурсантки были представлены самому принцу. Эдуард предстал перед ними статным, высоким молодым человеком с благородными чертами лица и выразительными, но, увы, печальными глазами, в которых, казалось, отражалась вся тяжесть королевского долга. Он внимательно осматривал каждую из претенденток, но Элизабет с грустью заметила, что в его взгляде не было ни малейшего проблеска интереса, лишь усталость, обреченность и, возможно, скрытая тоска.

Начались испытания, призванные выявить самые достойные качества будущей королевы. Сначала – демонстрация талантов. Элизабет, волнуясь, но собрав всю свою волю, взяла в руки лютню. Звуки её мелодии, чистые и проникновенные, наполнили зал, заставляя сердца слушателей трепетать. Однако, как она ни старалась, ей казалось, что сердце принца осталось равнодушным. Затем последовали испытания ума. К удивлению многих знатных дам, Элизабет, благодаря своему пытливому уму и увлечению историей и литературой, блеснула своими познаниями, продемонстрировав недюжинный интеллект. Но основное внимание уделялось манерам, умению вести хозяйство и соответствию придворному этикету.

Вскоре Элизабет поняла, что в этом конкурсе главное – не таланты и даже не ум, а интриги, заговоры и коварные игры. Знатные дамы, амбициозно претендующие на руку принца, плели сложнейшие сети, распространяли ядовитые слухи, пытались дискредитировать друг друга, используя любые, даже самые подлые методы. Элизабет, простая девушка, воспитанная в честности и прямоте, оказалась в самом центре этой паутины, совершенно беспомощной перед лицом придворных интриг и скрытых угроз. Она чувствовала себя щепкой, брошенной в бурный поток, не знающей, куда этот поток её вынесет.

Солнце поднималось над замком, предвещая новый день испытаний, а вместе с ним – новые вызовы и опасности. С каждым прошедшим днем Конкурс Невест становился все более сложным и жестоким. Теперь недостаточно было демонстрировать лишь таланты и ум. Конкурсанткам предстояло показать свои умения в верховой езде, охоте, а также в тонкостях придворной политики, в которой Элизабет разбиралась не больше, чем в устройстве королевской казны, о которой она знала лишь, что она существует. Она старалась держаться достойно, руководствуясь своим природным чувством справедливости и стремлением к честности, словно пытаясь найти спасательный круг в бурном море. Но с каждым днем, проведенным в этих стенах, она все больше ощущала себя чужой в этом мире показной роскоши, фальшивых улыбок, где каждое слово было тщательно взвешено, а безжалостное лицемерие пропитало каждый уголок.