Татьяна Павлова
Жестокий май

Здоровенный чёрный кот сидел в позе низкого старта на свежей майской травке газона в излучине двух тропинок – одна к школе, другая в обход – и, не мигая, смотрел на Нюту злыми карими глазами. На лево пойдёшь, на право пойдёшь – без разницы, от меня не уйдёшь. Одно ухо у кота было оборвано, что не удивительно при его роде деятельности – накликать беду на прохожих. А ведь, кажется, куда уж больше! В школе сегодня занятия отменены, там в актовом зале на первом этаже выставлен гроб с телом Виталика Шурыгина. Несчастный случай, упал с крыши. В зале идёт прощание.

Нюта приостановилась, малодушно надеясь, что кто-нибудь её обгонит. Но кот всё понял и не спеша двинулся ей на встречу – нетушки, неси свою беду сама.

Входные двери школы были распахнуты, на широком крыльце стояли люди, некоторые уже недоумённо поглядывали на замершую на месте Нюту. Подруга Света помахала ей рукой, поторапливая – приветливо, и в то же время грустно в соответствии с печальным событием– умеют же некоторые.

Была – не была! Стараясь скрыть от окружающих своё дремучее суеверие, Нюта быстренько сплюнула три раза через левое плечо – плюнь три раза, не моя зараза – и как можно быстрее двинулась вперёд. Но зловредный кот почти подкосил её в стремительном рывке…

На полу фойе школы лежали ветки ёлок, но пахли они не Новым годом, а чем-то тревожным, даже страшным – похоронами. В зале над обитым красном ситцем гробом Шурыгина, пристроенного на три табуретки, произносила прощальное слово пионервожатая Серафима. Около гроба стоял выпускной 10а класс, который уже вышел из пионерского возраста, но продолжал опекаться той же Серафимой, теперь уже через комсомол. Это она собрала в зале почти весь класс. Не было только Загорской, понятное дело – все знали, что та панически боится похорон, пожалуй, ещё грохнулась бы здесь в обморок. А ещё не было Никиты Белова. – как ему удалось увернуться от настойчивой пионервожатой, неизвестно. Все старались с Серафимой не связываться, девушка она обидчивая, а характеристики в институт писала именно она.

Виталик Шурыгин с увеличенной фотографии на тумбочке ухмылялся, сводя на нет дифирамбы Серафимы.

Здесь же стояли родственники и учителя. Директриса в чёрном платье обнимала за плечи мать Шурыгина, они были подругами, поэтому она и устроила такую пышную панихиду в школе. Когда в прошлом году умер трудовик, прощались с ним около его дома и учеников не звали, хотя он проработал в школе двадцать пять лет. Рядом два довольно потрёпанных мужика с – как любят говорить у них в классе – лицами, не обезображенными интеллектом. Отчим с братом, успевшие с утра «поправиться после вчерашнего».

Учителя. Пожилой математик, подтянутая физручка – старая дева и дура – физик в допотопных очках…. А это кто? Господи, да её не узнать! Чёрный шарф из полупрозрачной ткани, повязанный чалмой вокруг головы, серая водолазка не по погоде, тёмные очки… Англичанка Валерия Сергеевна собственной персоной.

Это для всех она Валерия Сергеевна, а для Нюты просто Лера, сестра, кажется, это правильно называется единокровная, они родные по отцу. А на самом деле они родные по бабушке, которую обе очень любят, и которая, несмотря на развод родителей, не допустила отторжения сестёр, постоянно твердя им, что они друг другу самые близкие и родные; её девочки, её любимые внученьки, её солнышки Лера и Анечка – бабушка никогда не называла младшую внучку Нютой. Лера со своей матерью уехала в Москву, где та быстро снова вышла замуж, а отец остался в их городе и тоже вскоре женился на Нютиной маме. Обоим хватило ума не препятствовать общению дочерей с бабушкой и друг с другом.

Лера заканчивала знаменитый институт иностранных языков имени Мориса Тореза. И вот так сошлось, что их 10а в последней четверти года остался без англичанки, то ли она заболела, то ли куда-то уехала… А у Леры должна быть преддипломная практика. Бабушка через роно, где у неё оставались связи, порекомендовала направить Леру к ним в школу на практику.

На семейном совете у бабушки и дедушки было решено родственную связь не афишировать. Нюта даже Светке не сказала – подруга не умела хранить секреты, и сама всех предупреждала, чтобы не говорили ей ничего такого, что хотят сохранить в тайне. Фамилии у сестёр разные, Лера взяла фамилию матери, которую та в браках не меняла. Она никогда не бывала дома у отца, там её никто не знал, девочки виделись в основном на даче или у бабушки. А сейчас деды переезжают на дачу, и Лера будет жить в их квартире.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.