Лилия Бланш
Измена. Двойня для дракона

Глава 1

Крадусь в полумраке рассветного замка как преступница. Пушистые ковры скрадывают любые звуки, но я всё равно иду босиком, держа домашние туфли в руке. Стук сердца отдаёт в ушах, а в животе закручивается сладкий узел.

Я, наверное, сошла с ума. Ведь моя свадьба уже сегодня. А я всё равно крадусь в его спальню.

Невеста крадётся в спальню жениха за несколько часов до свадьбы – просто верх неприличия! Но эта ночь, которую он предложил провести по отдельности, стала настоящей пыткой. Особенно после двух седмиц безумной страсти.

За пару недель до свадьбы жених меня соблазнил. Честно говоря, ему даже не пришлось прилагать усилия.

Метка истинной пары, наложенная богиней света, сводила с ума, кружила голову и рождала просто невероятное притяжение. И мы не стали ему противиться.

Я не верила своему счастью. Рантар Кандаан – Советник короля и самый завидный жених в королевстве. Он двоюродный брат нашего правителя и второй в очереди на трон после королевы.

Но мне всё это неважно. Рантар – мой истинный, мой любимый, мой дракон. Восторг от мысли, что через несколько часов я стану его женой, туманит разум. Видеться накануне свадьбы – плохая примета и я честно хотела соблюсти этот обычай, но не выдержала.

Я до безумия хочу прижаться к сильной груди, ощутить вкус поцелуя, убедиться в том, что именно мне досталось такое счастье.

Рантар. Ранта-а-ар… Мысленно тяну его имя, и тут же вспыхивают воспоминания о том, как я выстанывала его в нашу последнюю ночь.

Мужские пальцы на моих бёдрах, мужские губы на вершинке груди…

Сладкий узел в животе превращается в жидкую лаву. Она тягуче струится по телу, заполняя каждую клеточку и заставляя ускорить шаг.

Осталось немного.

Пара десятков шагов и я оказываюсь у покоев Советника.

Тихонько тяну дверь на себя. Минуя гостиную, пробираюсь в спальню жениха.

Сердце пропускает удар. Другой.

Внутри меня всё обрывается, и я словно лечу в пропасть.

На белоснежных простынях мой любимый и… другая женщина.

В очень откровенной позе. Мужские пальцы на её бёдрах. Стоны, вздохи и резкие движения.

Я не верю. Мне это снится. Я сплю и вижу самый настоящий кошмар.

Он же – мой истинный! Моё сердце, моя душа, моё дыхание. Как он может…

Раздаётся громкий всхлип. Мой. Зажимаю себе рот ладонью, но уже поздно. Меня заметили.

С кровати раздаётся повелительный голос.

– Что вы здесь делаете, леди Маалан? Являться к жениху в спальню накануне свадьбы – просто верх неприличия!

И голос принадлежит не ему.

Она не смеет отчитывать меня! Я его невеста!

И в то же время она имеет полное право стыдить меня.

В постели с Рантаром – королева Ларана. Защитница угнетённых и главная поборница морали.

Традиционно королевы занимают должность верховных жриц богини Маон. Читают проповеди всем придворным дамам, устанавливают правила поведения и сами же нарушают их, если хочется.

Она повернула голову в мою сторону, но даже и не подумала сменить позу наездницы. И всё равно стыдит меня!

– Простите, Ваше Величество, что помешала.

В моих словах почти нет сарказма. Только боль от предательства и горечь от унижения.

– Ступай, дитя моё, – чуть мягче произносит Ларана.

Перевожу взгляд на Рантара. Жених хранит молчание, смотрит прямо на меня, но словно не видит. Будто я ничто. Пустое место. Продолжает лежать на кровати, заложив одну руку под голову, а второй лениво скользя по бедру королевы. Подумаешь, невеста застукала в постели с другой?

Боль невыносимая! Я бросаюсь вон из комнаты.

Как добралась до покоев? Не знаю.

Я мечусь по комнате, как дикая кошка в клетке. То порываюсь выброситься из окна, то хлещу себя по щекам и шепчу «Дура! Как же отец?».

Я не знала, что существует такая душевная боль.

Хочу кричать, визжать и крушить комнату. Тоже нельзя! Что скажут слуги? Леди Маалан не умеет вести себя. Леди Маалан устроила скандал накануне свадьбы. Слухи разнесутся по замку мгновенно, я опозорю отца.

Бежать? Повсюду стража, да и куда бежать. Зачем? Чтобы стать бездомной бродяжкой?

Мне ничего нельзя.

Я могу лишь бессильно метаться по комнате, зажимать ладонью рот, давиться собственными слезами.

Эмоции копятся и, не находя выхода, скручиваются в тугой комок в груди. Внутри начинает покалывать. Становится больно дышать. Я не переживу эту ночь!

Мой взгляд падает на подушку. Вот оно, моё спасение. Хватаю, вжимаю лицо в прохладный шёлк и даю себе волю. Кричу, визжу, всё сильнее вжимаясь в нежную дорогую ткань.

Становится легче. Немного, но ком в груди отступает. На замену приходит пульсирующая боль в висках.

Бросаюсь к окну, распахиваю ставни и вдыхаю свежий морозный воздух с гор, в окружении которых расположен замок.

Вокруг безумно красиво. Величественные горы взирают на меня с усмешкой. Моя глупая человеческая боль кажется им ничтожной. Песчинкой в течение вечности.

Ледяной воздух быстро пробирается под платье, заставляет дрожать. Обхватываю себя руками, но не могу отойти от окна. Так легче. Так понятнее, зачем дальше жить. Спустя несколько минут я не выдерживаю, забираю с кровати тёплое пуховое одеяло, укутываюсь в него и возвращаюсь к окну.

Небо окрашивается пурпуром, приближается рассвет. Появляются брызги первых лучей, краешек солнца выглядывает из-за гор, и только тогда я закрываю окно.

Я леди Элена Маалан из рода Изумрудных драконов. И я не позволю никому и ничему сломить меня!

В комнату входит служанка и застывает посреди комнаты, неуверенно глядя на меня, завёрнутую в одеяло.

– Миледи, пора принимать ванну. Скоро придут фрейлины, чтобы одеть вас.

Я готова. Мои мысли перестают скакать как зайцы, в голове зреет чёткий план.

– Готовь ванну, – безжизненным голосом приказываю я.

– Может быть, желаете успокаивающий отвар для начала? – осторожно предлагает девушка. Я спокойна, но глаза, покрасневшие от слёз, не скроешь.

– Не надо. Приготовь ванну.

Как только она скрывается за дверью, накидываю халат и бросаюсь на выход.

Сама не знаю, куда собираюсь бежать. Знаю одно. Я не выйду замуж за Рантара Кандаана. Пусть лучше мне вырвут сердце. Хотя уже…

– Куда спешите, миледи?

Жених встречает меня у входа. Он как раз собирался постучать и когда я распахнула дверь, на мгновение застыл с поднятой вверх рукой.

– К вам, – тут же нахожусь с ответом.

Рантар так прекрасен, что на него больно смотреть. Завитки тёмных волос падают на чётко вычерченные скулы. Чувственные губы плотно поджаты. Синие глаза отливают металлом. Жених полностью одет: камзол, сапоги, но белоснежная рубашка небрежно расстёгнута на груди.

Пальцы покалывает от желания прикоснуться, провести по гладкой коже, согреться её теплом – ещё вчера я имела возможность делать всё, что хочется. Сейчас мужчина смотрит так, что тронь – и порежешься.

Такой родной и такой недоступный одновременно.

– Предыдущий визит вас ничему не научил? – бросает Рантар и входит в комнату. Мне приходится пятиться назад, чтобы пропустить его.

Никогда не видела жениха таким раздражённым. Рантар Кандаан славится своей невозмутимостью. Даже соблазняя меня, он не улыбался, не шептал слов любви. Смотрел серьёзным взглядом и нежно поглаживал подушечками пальцев по щеке, а я тонула в синеве его глаз, плавилась от новых ощущений и эмоций.

Боги, даже сейчас я бы всё отдала, чтобы он снова коснулся меня. Нежно, уверенно, чуть грубоватыми пальцами, которые привыкли держать в руке меч. Чтобы положил ладонь на затылок, привлёк к груди и заверил, что мне просто приснился кошмар.

– Простите, мой лорд. Просто хотела убедиться, что вы всё ещё собираетесь на мне жениться.

Нельзя говорить, что никакой свадьбы не будет. От истинных не отрекаются. Ни при каких условиях. Меня благословила богиня Маон, а значит, именно я рожу Советнику сильных и одарённых наследников. Никакая другая женщина на это неспособна.

– Конечно, собираюсь. От истинных не отрекаются.

Сердце колет болью. У нас даже мысли сходятся. Богиня не сводит людей без причины. Как же он мог?

– Я просто хотела убедиться…

– Элена, поговорим начистоту. Я не желаю терять свою свободу в браке.

– Но… истинная метка… – шепчу я немеющими губами.

– Да, ты моя истинная. Ты станешь женой и матерью моих детей. Остальное – не твоё дело. И не смей больше являться мою спальню без разрешения.

Неужели он говорит это всерьёз?

Хотя почему бы и нет… Главная добродетель женщины из драконьего рода – это покорность. Я забываю об этом, потому что отец давал мне слишком много свободы. После смерти матери меня жалели, моим капризам потакали.

Внезапно Рантар протягивает руку и проводит пальцами по моей щеке. Нежно, трепетно – точно так же, как в тот день, когда на мне появилась метка его истинной пары. Зачем эта нежность сейчас?

Однако в следующее мгновение он уже отдёргивает руку от моего лица. Синий взгляд жениха леденеет, чётко очерченный рот сжимается, на скулах гуляют желваки.

– Я мужчина и я могу делать, что захочу.

Меня бросает в жар. В это мгновение я безумно жалею, что не владею магией. Хочется спалить весь королевский замок! А начать с собственного жениха.

– Хорошо, как скажешь.

Ни единым словом, ни единым жестом я не выдаю своего отчаянья. Пусть думает, что я покорна его воле.

Он делает шаг вперёд, обдавая меня ароматом горьких трав. Его кожа словно пропитана этим насыщенным и свежим ароматом. В мозгу вспыхивают воспоминания, и тело тут же реагирует. Кожа покрывается мурашками, сердце стучит чаще, низ живота скручивает в узел.

Рантар приподнимает мой подбородок и целует меня. Сухой поцелуй без намёка на нежность. Ещё вчера эти губы ласкали совсем иначе. Вчера Рантар целовал не мои губы, а мою душу. Я верила, что метка истинной пары означает любовь и верность до гроба. Дура.

– До встречи у алтаря, леди Маалан.

Ушёл, а я осталась.

Вот и всё.

Думала, что выхожу замуж по любви, а оказалось… просто выхожу замуж.

Несколько мгновений стою, глядя на дверь, пока позади меня не раздаётся насмешливое:

– Какая трогательная сцена…

Я резко оборачиваюсь и встречаю холодный взгляд королевы.

Ларана – из рода Ледяных драконов и моя полная противоположность. Белоснежные волосы, серые глаза – никаких ярких красок на лице, но при всё этом она великолепна, как ледяное изваяние. Совершенные линии точёного лица привлекают взгляд и вызывают восхищение. Как и многие женщины – Ларана не способна к обороту, но владеет магией, в отличие от меня.

– Как вы здесь оказались? – вырывается у меня непочтительный возглас.

– Я знаю этот замок как свои пять пальцев.

– Это ничего не объясняет, – уже гораздо тише и почтительнее произношу я.

– Скажем так. Я знаю здесь все норки и тоннели, которые здесь существуют для любопытных мышек. Вроде тебя.

Приближается, неторопливо обходит меня по кругу и недовольно цыкает языком.

– Ай-яй-яй, леди Маалан. Как нехорошо являться в спальню жениха накануне свадьбы.

Мужу изменять ещё хуже, но я молчу. Разве с королевой можно спорить? Если кому-то и можно, то точно не мне – наследнице самого слабого драконьего рода.

Внезапно позади меня раздаётся звонкий голос служанки.

– Миледи, ванна готова!

Ларана резко оборачивается и раздражённо говорит:

– Ты, как всегда, не вовремя, Танита!

Щелчок пальцев и моя горничная падает на пол.

– Бросаюсь к служанке, проверяю пульс и не могу его нащупать. Танита мертва? Поднимаю глаза на королеву.

– Зачем?

– Одной служанкой меньше, – пожимает Ларана плечами. – К сожалению, от тебя мне тоже придётся избавиться, Элена. Ты видела слишком много.

– Я ничего не скажу королю. Клянусь!

– Знаю, что не скажешь, – усмехается она и снова щёлкает пальцами.

Тело слабеет, я оседаю на пол, а моё сознание погружается во тьму.

Глава 2

Блаженная тьма окружает меня недолго. Я прихожу в себя и сразу сажусь, изумлённо озираясь. Если верить циферблату на каминной полке, прошло не более получаса. Я, что, всё ещё жива?

Танита из комнаты исчезла. Императрицы тоже не видно.

Тяжело поднимаюсь на ноги. Не знаю, что за заклинание использовала Ларана, но голова раскалывается, а ещё тянет низ живота. Очень похоже на попытку убийства, которая провалилась. Только как это возможно? Была бы у меня сила, чтобы нейтрализовать воздействие королевы… какой-то природный щит… магия рода… Тогда было бы понятно, почему я выжила! Но я не владею никакой магией. Совсем.

Хотя сейчас это совершенно неважно. Главное – добраться до покоев отца. Комната плывёт перед глазами, но я всё равно выхожу в коридор.

Благо, идти недалеко. Нас поселили в крыле для обычных гостей. Наш род не пользуется особым почётом с тех пор, как последний изумрудный дракон потерял способность к обороту. Способность к обороту исчезает – магия слабеет – статус рода в обществе падает. Как только родится первое поколение мальчиков без магии – фамилия Маалан потеряет дворянский статус. Таковы законы империи Дарркат.

По коридору замка я бреду из последних сил, цепляясь за стены и периодически спотыкаясь. Вроде и хуже не становится, но меня одолевает ужасная слабость, а к горлу подкатывает тошнота.

К сожалению, по дороге мне встречаются пара горничных и один гвардеец. Они окидывают меня подозрительными взглядами, но ничего не говорят, не пытаются остановить. Однако лорду Кандаан всё равно доложат, что его невеста бродит по коридорам замка в непотребном виде. Я ускоряю шаг.

– Лорд Маалан занят, – строго сообщает мне камердинер отца. Ларс ещё очень молод, служит у нас недавно и изо всех сил старается следовать правилам. К его несчастью, меня воспитали иначе. Отец позволяет мне обращаться к нему в любое время дня и ночи.

– Это очень срочно! – беру себя в руки и вкладываю остатки сил в несколько решительных шагов. Прохожу мимо камердинера, пересекаю гостиную и врываюсь в кабинет, где отец как раз завтракает. К моей удаче, в полном одиночестве.

– В чём дело, Элена?

Отец смотрит на меня хмуро. Его неодобрительный взгляд проходится по мне, отмечая халат и мятую ночную рубашку. В таком виде леди Маалан не следует покидать спальню, а я вышла из покоев и даже прогулялась по замку.

Стыд и позор!

Но мне плевать.

Моя жизнь, моя гордость и честь висят сейчас на волоске.

Только один человек может спасти меня от брака с предателем.

– Простите, лорд Маалан, – Ларс входит следом за мной. – Леди не пожелала подождать в гостиной.

– Всё в порядке, оставь нас, Ларс. Надеюсь, есть очень веская причина, по которой ты явилась ко мне в таком виде, дочь?

По щеке против моей воли снова текут слёзы. Что, если он не поймёт? Что, если станет на сторону Советника? Что, если не захочет пойти против воли богини и разорвать союз истинной пары? Поверит ли он в то, что императрица пыталась меня убить? Ведь это немыслимо. Ларана – просто святая! Такой её, по крайней мере, все считают.

Как бы то ни было, но отец – моя единственная надежда. Если он не защитит меня, то никто не поможет. Я должна рискнуть.

– Отец, сегодня ночью я застала Рантара в постели с другой женщиной.

Затянувшееся молчание убивает. Медленно режет меня на кусочки, выкачивает жизнь и надежду до последней капли. Тяжёлый взгляд отца давит, и я не могу пошевелить даже пальцем.

Как же страшно…

– Он отменил свадьбу?

– Нет. Он хочет на мне жениться, но я…

Отец встаёт из-за стола, подходит к окну и отворачивается от меня, сцепив руки за спиной.

– Элена, я потакал твоим капризам в детстве и, кажется, зря. Мне жаль, что Рантар изменил тебе, да ещё накануне свадьбы. Увы, мужчины склонны к этому, но вас связала метка богини. Такие узы невозможно разорвать, от брака нельзя отказаться.

Надежда тает с каждой секундой. Я проваливаюсь в бездну отчаяния, которая высасывает силы и желание жить.

– Отец… – я слизываю солёную влагу с губ. По щекам бегут слёзы. Это конец. Отец не поможет, никто не поможет. Я обречена на жизнь с мужчиной, который предал меня и продолжит это делать.

Из моего горла вырывается рыдание. Ноги отказываются держать, и я опускаюсь прямо на мягкий ворсистый ковёр.

Отец оборачивается, смотрит и непроницаемое выражение лица меняется. Он бросается ко мне, опускается на колени рядом, обнимает, прижимая к груди.

– Девочка моя, ну не надо так убиваться! Муж – это лишь малая часть жизни женщины. Тебя ждёт жизнь при дворе, ты будешь блистать на балах и приёмах. Потом родишь дитя, станешь матерью и всё прочее перестанет тебя заботить вовсе.

Я прижимаюсь щекой к отцовскому плечу, тонкий шёлк его туники холодит кожу и впитывает мои слёзы, мгновенно намокая.

Возможно, слова отца имеют смысл. Внутри разрастается жгучая боль. Сейчас я очень жалею, что поддалась соблазну, и отдалась Рантару до свадьбы. Мне никогда не забыть его нежные прикосновения, поцелуи, чувство единения с любимым мужчиной.

Я влюбилась с первого взгляда, ещё до того, как богиня связала нас узами истинной пары. Я молила о том, чтобы именно Рантар Кандаан стал моим единственным. Моё желание сбылось, но теперь я плачу жестокую цену за это.

Рыдаю уже без остановки. Отец гладит меня по спине, но нет такого утешения, которое способно облегчить страдания и боль от предательства.

* * *

Драконы редко так нежны со своими детьми, как Антор Маалан. Моя мать умерла, когда мне было пять лет. Я бросила говорить, рыдала целыми днями и теряла силы и волю к жизни.

Отец обращался к лучшим целителям, нанимал самых опытных нянек, самых прославленных комедиантов, чтобы спасти меня.

Потихоньку я пришла в себя. Нельзя сказать, что помогло что-то конкретное. Поэтому отец никогда не прекращал радовать меня.

Не могу выбрать из десяти кукол? Мне покупали все десять.

Не определилась с цветом платья? Шьём всех цветов на любое настроение.

В итоге меня не научили главному – подчиняться и терпеть.

Только перед церемонией обретения истинной пары отец вызвал меня в кабинет и сказал:

– Ты должна знать, Элена, что муж не станет относиться к тебе так, как отец. Возможно, придётся ограничивать себя в чём-то. В браке женщина должна быть терпеливой и уметь угождать.

Я слушала, но не слышала.

Пропустила мимо ушей важное наставление.

Я была слишком воодушевлена идеей обретения истинной пары.

Начиталась романтических книг о великой любви, в которых истинная пара – это один раз и навсегда. Дура! Реальность от вымысла отличалась слишком радикально.

– Папа, я застала его в постели с императрицей.

– Что?!

Отец мгновенно отстраняется и тревожно вглядывается в моё лицо.

– Ты уверена?

– Конечно.

– А она тебя заметила?

– Да, и она приходила поговорить потом…

– И ты осталась жива?!

Теперь моя очередь изумляться. Смотрю на отца, не понимая, как он догадался.

– Она ничего не сделала?

– Она что-то пыталась сделать, я упала в обморок, но… потом очнулась.

На лице отца самый настоящий ужас.

– Мы покидаем императорский дворец прямо сейчас! Свяжемся с Осваном и устроим ваш брак.

– Что? Брак? С кузеном Осваном? Но зачем?

Вместо брака с изменщиком – брак с отвратительным кузеном, которого я с детства терпеть не могу?

– Затем, что тебя надо спасать, дочь моя, – вздыхает отец. – И брак с другим мужчиной – единственный выход. Ты ведь не думаешь, что Рантар Кандаан просто так откажется от истинной пары?

– Не знаю, – неуверенно лепечу я.

– Если я просто заберу тебя домой, Советник будет штурмовать Изумрудный коготь с целой армией, чтобы вернуть истинную.

Бросаясь за помощью к отцу, я думала, что главное – покинуть императорский дворец. Остальное – неважно. То, что Рантар отправится в погоню за сбежавшей невестой, мне и в голову не пришло!

– У нас есть один шанс. Связать тебя священными узами брака с другим мужчиной.

Не знаю, почему отец внезапно передумал. Так испугался нападения королевы на меня? Почему он вообще сразу понял, что нападение случилось, хотя я ещё не успела ничего рассказать? Всё это неважно. Я рада, что он на моей стороне.

– Думаешь, он согласится? – сомневаюсь я. Кузен не производит впечатление мужчины, который жаждет жениться.

– Я сделаю ему предложение, перед которым он не сможет устоять, – усмехается отец.

Антор Маалан выпрямляется во весь рост, кладёт руку на медальон дракона-прародителя – семейную реликвию Мааланов – и призывает силу земной стихии.

Магия даётся отцу тяжело. Плетение портала выстраивает медленно, энергетические линии неохотно набирают силу.

Такова судьба любого драконьего рода, утратившего способность к обороту. Медленное, но верное истощение магии из поколения в поколение. Когда богиня Маон связала меня с Рантаром Кандааном, отец был счастлив. Я совсем не владею магией и не могу рассчитывать на выгодный брак – ни один аристократ не пожелает жениться на пустышке по собственной воле. Благословение богини даёт силу – как минимум, родить одарённых наследников.

Теперь это всё неважно.

Отец почти заканчивает плетение, но оно всё ещё неуверенно мерцает в воздухе, никак не желая вспыхивать завершающим аккордом.

Раздаётся стук в дверь и встревоженный голос камердинера.

– Ваша светлость, лорд Кандаан ищет свою невесту.

– Ларс, передай лорду, что мы закончим беседу и выйдем к нему через минуту.

– Хорошо, ваша светлость.

К счастью, камердинер слишком хорошо воспитан, чтобы войти без разрешения. Надеюсь, что Рантар также не страдает отсутствием манер.

Отец делает глубокий вдох, его лицо покрывается испариной. Ему становится непросто держать контур, силы на портал не хватает. Меня охватывает чувство вины. Из-за меня он взялся за такое сложное заклинание.

– Отец, если тебе тяжело, пусть так. От судьбы не убежишь.

– Не говори глупостей, Элена, я справлюсь.

В порыве нежности и благодарности, я обнимаю отца за шею и нежно целую в щёку. Вспыхивает разряд. Я вскрикиваю – магическая искра обожгла мне губы, а отцу – кожу на лице. Зато контур внезапно вспыхивает во всю силу, показывая, что портал полностью готов к использованию.

В это же мгновение дверь в кабинет отца распахивается, а на пороге стоит злющий, как тысяча демонов Рантар.

Глава 3

Время останавливается.

На одно мгновение я даже забываю, как дышать.

Мы словно остаёмся одни в этом мире. Я и его невероятные синие глаза, которые смотрят прямо в душу. В их глубине я снова вижу того, с кем свела меня богиня Маон на церемонии Обретения. Тот Рантар смотрел на меня… нет, ещё не с любовью, но с затаённой надеждой. Мы оба надеялись, что нас ждёт счастливая совместная жизнь.

Или я просто хочу в это верить.

Время оживает и снова начинает ход.

Рантар вскидывает руку, его пальцы искрятся магией.

Отец обхватывает меня за талию и утаскивает в портал.

Магическое плетение мгновенно схлопывается.

– Успели, – выдыхает отец. – Теперь нужно быстро доставить сюда Освана.

Отец начинает выстраивать новый портал, а я оседаю на деревянную лавку и отстранённо наблюдаю за происходящим.

Мы перенеслись в молитвенную комнату. Здесь проводятся небольшие семейные церемонии – славят Маон, возносят молитвы Прародителю, проводят принятие младенцев в род.

В центре – мраморное изваяние богини Маон. Рядами деревянные скамейки и арочные окна в пол на стенах и справа и слева. Утром молитвенная окрашивается рассветными лучами, а вечером – закатными. В хорошую погоду в молитвенной всегда светит солнце.

Сегодня здесь состоится моя свадьба с кузеном – Осваном Маалан.

Жрец торопливо раскладывает травы вокруг статуи Маон и поджигает благовония. Изваяние богини смотрит на меня с немым укором. В уголках её рта застыла горькая усмешка. Хотя мне всё это просто мерещится.

Слуги носятся туда-сюда, раскладывая мягкие подушки на скамейки, украшая лентами. До меня доносится тихая беседа отца с кузеном.

– Значит, я стану главой рода через десять лет? – уточняет Осван, посматривая на меня.

– Да. Через десять лет ты сможешь принять участие в церемонии Обретения, найти истинную. Тогда тебе позволят развестись с Эленой и вступить в союз с другой женщиной, родить наследников.

– Я согласен, дядя.

– Только помни, Осван…

Голос отца становится серьёзным, почти угрожающим, но я уже не слышу продолжения беседы. Служанки уводят меня, чтобы переодеть и сделать причёску.

Меня спешно приводят в порядок и облачают в довольно старое платье. Все новые и лучшие наряды остались в королевском дворце. Хотя отражение в зеркале мне нравится.

После ночи, полной слёз, мои зелёные глаза кажутся ещё ярче. Искусанные в кровь губы маскируют густым слоем нежно-розовой помады, синяки под глазами – кремовым тоном, на щёки кладут чуточку румян. Тёмно-каштановые волосы собирают в нехитрую причёску, украшают золотой нитью с россыпью мелких топазов.

Атласная ткань платья цвета бирюзовой пастели окончательно стирает внешний образ ужасной ночи. И я выгляжу… пожалуй, даже прекрасно. В моём облике не остаётся никакой трагедии – жаль, что внутри всё иначе.

Отец приходит за мной меньше, чем через полчаса. Он сменил утренний камзол на парадный – изумрудно-зелёный бархат, расшитый золотом, тёмные волосы перехвачены на затылке лентой. Лорд Антор Маалан, глава рода Изумрудных драконов – в полной красе.

– Готова?

На мгновение я сомневаюсь.

– Отец, ты уверен, что нет другого способа разорвать истинную связь?

Лорд Маалан качает головой.

– Ты же и сама знаешь, Элена. Только заключив другой союз.

Киваю и вкладываю дрожащие пальцы в тёплую ладонь отца. Мы возвращаемся в молитвенную. Здесь собрались почти все обитатели замка. Советники отца, мелкие лорды, которые сумели воспользоваться порталом, а также родители Освана.

Отец кузена явно доволен происходящим, а вот мать едва сдерживает слёзы. Конечно, фиктивный брак не то, что она желает для своего сына.

Сам Осван стоит у статуи Маон, украшенной лентами. В воздухе пахнет благовониями, раздаются лёгкие аккорды клавесина, и отец ведёт меня к алтарю.

Мы успеваем сделать лишь несколько шагов, как замок вздрагивает от мощного удара. В молитвенной раздаются испуганные возгласы.

– Элена, быстрее, – отец практически тащит меня к алтарю, вкладывает мою руку в ладонь кузена и торопит жреца. Тот начинает воззвание к Маон.

Я же не могу отвести взгляд от арочного окна, за которым творится самое настоящее безумие.

Рантар Кандаан.

Он прилетел за мной.

* * *

Отец активировал все артефакты нашего рода, чтобы никто не смог проникнуть сюда. Над замком установлен защитный купол, но мне всё равно безумно страшно.

Над зелёным куполом парит серебристо-синий дракон, ожесточённо хлопая крыльями. Ослепительно-яркие синие молнии бьют одна за другой в магическую пелену моего рода. За молнией следуют раскаты грома, а потом раздаётся драконий рёв.

Жуткий, пронизывающий, заставляющий дрожать каждую клеточку моего тела. Зов истинного. Что-то в глубине меня отзывается. Женщины уже очень давно потеряли способность к обороту, но сейчас я словно чувствую недовольство внутреннего зверя.

Связь истинных уз сильна. Сама богиня Маон связала нас на церемонии Обретения, и не мне разрывать ниточку, что протянулась от моего сердца к его сердцу.

Только… Почему? Почему богиня оставила право выбора? Зачем позволяет измены между теми, кто не может друг без друга ни жить, ни дышать?!

Я читала о других мирах, в которых также существуют истинные пары. И там измены недопустимы. Истинных воротит от простого прикосновения к чужой женщине или мужчине. Там пары соединяются на всех уровнях. Душевном и физическом. У нас всё иначе. Нам оставили свободу воли и выбора.

Зря.

Звучат молитвы жреца, рёв дракона и раскаты грома. Присутствующие тихо и тревожно шепчутся за моей спиной. Защитный контур дрожит и плавится на глазах.

– Он не пробьётся, Элена, – улыбается мне кузен. – Защиты хватит до конца церемонии, а потом уже не будет смысла атаковать Изумрудный коготь.

Я знаю это и сама, но всё равно тревожно. Вдруг Советник не успокоится?

Прежде чем заключить брак, необходимо разорвать мою связь с Рантаром.

Жрец заканчивает воззвание к богине, ритуальным кинжалом делает небольшой надрез на моём запястье – в том самом месте, где завитками легла метка истинной пары.

Новый раскат грома и особенно яростный – на грани отчаяния – рёв дракона звучит нотками безысходности.

Жрец вздрогнул, но продолжил ритуал. Запястье Освана тоже становится алым.

Тягучие капли крови падают в чашу, оставляя круги на воде. Наша кровь с кузеном смешивается и закручивается в маленькую воронку. Медленно и неохотно.

Внутри меня возникает чужой голос: «Ты уверена, что хочешь разорвать связь со своей истинной парой, дитя?»

Я не понимаю, чей он. Догадываюсь, что богини Маон, но никто и никогда не слышал её гласа в своей голове. Думаю, я просто схожу с ума, но ответ даю быстро.

«Уверена! Молю! Я не хочу быть связанной с Рантаром».

«Что ж… такая ветка вероятности существует. Да будет так!»

Вода в чаше закручивается в полноценную воронку и вспыхивает золотистым светом.

– Богиня Маон благословила ваш союз! – торжественно произносит жрец.

В небе раздаётся бешеный рёв дракона. Я и сама чувствую эту боль. Наша связь лопается как натянутая струна, больно раня острыми краями в самое сердце.

Рантар Кандаан разворачивается и, тяжело хлопая крыльями, улетает прочь.

У меня подкашиваются ноги, и я теряю сознание, заваливаясь всем телом на кузена.

* * *

– Элена, Элена, – отец неодобрительно качает головой, при этом гладя мою руку. – Я ведь предупреждал тебя, чтобы ты не позволяла страсти затуманить твой рассудок.

Отец предупреждал, но он не был связан узами истинной пары, ему не понять.

Когда на запястье высветилась метка – эмоции оглушили меня. Захлестнули, лишая рассудка. Когда Рантар пришёл в мою спальню в тот же вечер, я не сомневалась ни минуты.

– Откуда ты узнал?

Сажусь на постели, превозмогая слабость.

– Узнал не я, а целитель, – хмыкает он. – Ты беременна, Элена. У тебя будет ребёнок от Советника.

– Как?!

Ледяные тиски сжимаются вокруг моей шеи, становится сложно дышать. Дети – это прекрасно, я мечтала о них, но… что, если Советник узнает? Что, если отберёт у меня ребёнка?

– Я думал, что гувернантка провела с тобой беседу на этот счёт, – хмурится отец, а я безбожно краснею.

– Да, конечно… Я имела ввиду: что теперь делать?

– Рожать, – пожимает он плечами, – растить и надеяться, что ребёнок родится без магии вообще либо с магией рода Маалан.

Я уже нарушила всё, что только можно. Сбежала из-под венца, разорвала истинную связь и вышла замуж за другого. Теперь мы с отцом – изгои общества. Однако скрывать ребёнка от отца – это самое настоящее преступление. Сейчас, когда каждый драконий род борется за выживание, за то, чтобы сохранить магию и способность к обороту… Ребёнок истинной пары – величайшая ценность.

На мгновение я начинаю сомневаться. Кто я такая, чтобы лишать Рантара права быть отцом?

В сознании вспышкой возникает королева Ларана. Вот падает без чувств служанка. Вот любовница бывшего жениха заносит руку для удара.

Сожалеть уже поздно. Рантар потерял право быть отцом в тот момент, когда его Ларана попыталась убить меня. Меня и моего нерождённого ребёнка. И если бы я не сбежала… Возможно, мы оба сейчас были бы мертвы.

– Теперь я понимаю, почему заклинание Лараны на тебе не сработало, – задумчиво произносит отец. – У тебя не было силы противостоять ей, но у твоего нерождённого ребёнка она есть. И вряд ли это магия нашего рода. Мы недостаточно сильны, чтобы выстроить защиту против ледяного дракона. Скорее всего, это была магия Рантара.

– Хочешь сказать, мой ребёнок тоже родится грозовым драконом? – волнуюсь я. – И что же мы будем с этим делать?

– Не волнуйся, дочь, я что-нибудь придумаю. Обещаю.

Глава 4

Шесть лет спустя

– Джеран, Райлин, пора спать!

– Мамочка, пожалуйста, расскажи нам сказку.

Дочь строит умилительную рожицу и забавно округляет глаза, когда просит о чём-либо. Отказать совершенно невозможно.

– Да-да, расскажи нам сказку, – вторит сестре Джеран.

– Ну хорошо.

Я сажусь в кресло, которое стоит ровно посередине между кроватками двойняшек. Здесь дежурит ночная няня, да и я провожу немало времени, укладывая детей спать.

– О чём хотите сказку?

– О драконах-прародителях!

– Опять?

– Это же наша любимая сказка!

Двойняшки обожают слушать эту легенду. Впервые её рассказала им няня. Я о подобном никогда не слышала, а вот в народе, оказывается, ходит легенда.

По официальной версии, был единый дракон-прародитель. Он прибыл из другого мира. Взял семь жён из рода людей, каждая из которых родила по семь сыновей, и так появились сорок девять драконьих родов.

Конечно, официальная легенда не выдерживает никакой критики, но именно её проповедуют жрецы. Мы поклоняемся дракону-прародителю, именно его благословения просим для новорожденных.

Историки считают, что драконов, которые прибыли из другого мира, было гораздо больше. Они расселились, женились, оставили множество наследников, пока не сформировались известные сегодня сорок девять родов.

Точно никто не знает. Конечно, в каждом роду имеется своя история и свой прародитель, но это всегда дракон, который родился и вырос уже в нашем мире, завоевал землю и основал род.

Междоусобицы – бич драконьей расы. Они были, есть и будут. Последний конфликт случилась около тридцати лет назад, когда Дарркат одолел королевство ледяных драконов – Эссэт.

Лес рубят – щепки летят. Простые люди всегда страдают, поэтому неудивительно, что в народе распространилась легенда о Великой двойне. Якобы однажды родились брат и сестра, которые были настолько сильны, что положили конец всем междоусобицам и после этого драконы жили в мире семь сотен лет. В нашей истории действительно был относительно мирный период, когда хоть и случались мелкие стычки, но не было крупных войн.

После смерти брата и сестры драконы снова принялись воевать.

Неудивительно, что моим двойняшкам так нравится эта легенда. Они подросли, жаждут познавать внешний мир и обрести своё место в нём. Им уже по пять лет. Возраст, когда детям становится нужен отец…

Кузен Осван не проявляет никакого интереса к ним, для них он холодный, вечно отсутствующий отец. Хотя я только рада, что большую часть времени он проводит в замке своих родителей. Последнее время с кузеном мы не ладим.

Лорд Маалан – дедушка, который их любит и балует, но не учит. К тому же в последнее время папа начал очень часто отлучаться из родового замка. Всё время какие-то дела.

К тому моменту, когда я заканчиваю рассказ о Великой двойне, дети уже мирно посапывают в своих кроватках.

Натягиваю пуховые одеяла на худые плечики, провожу ладонью по волосикам на лбу. Спи, сынок. Спи, доченька. Как же я благодарна богине Маон за то, что она свела меня с вашим отцом. Несмотря на ту боль, что он мне причинил.

Тихонько выхожу из спальни детей, киваю ночной няне, которая расположилась с книгой в игровой. На том, чтобы нанять Грету, настоял отец. Сказал, что я и так нянчусь с детьми, как наседка. Кормила грудью чуть ли не до трёх лет, спала с ними рядом, проводила все дни. Благородной леди не пристало столько времени проводить с детьми, да и пора им становится немного самостоятельными.

Я отказывалась. Спорила. Сопротивлялась.

Дети – центр моей жизни, её главный смысл.

– Я не вечный, Элена. Осван однажды заведёт другую семью и тебе придётся жить и управлять поместьем самостоятельно. Пора начинать учиться.

Так появились сразу две няни и гувернантка.

Дневная – следит за распорядком детей днём, ночная – за их сном ночью, гувернантка обучает их грамоте, истории, танцам. Всему, что необходимо знать маленькому лорду и леди.

Их мать тем временем учится управлять делами.

Я иду в свою спальню. Когда засыпают дети, я всегда сажусь за бумаги. Изучаю расходные книги, отчёты с изумрудных приисков, за счёт которых существует наш род. Мне нужно знать всё о добыче, обработке, перевозке и торговле. Каждый день управляющий отца уделяет мне пару часов, объясняя детали, даёт задания и кипу бумаг, которые я изучаю перед сном.

Другого времени нет, поскольку в течение дня я также занимаюсь и хозяйством. Казалось бы, есть же экономка, повара, горничные, конюхи. Только всех нужно держать под контролем. Все они должны привыкать слушаться меня.

У своей спальни обнаруживаю неприятный сюрприз.

Прислонившись плечом к двери, там стоит кузен. Выглядит он потрёпанным. Камзол распахнут на груди, рубашка криво застёгнута, волосы взъерошены, на щеках трёхдневная щетина.

Во мне мгновенно вспыхивает тревога.

– Осван, что ты здесь делаешь? Вы же отправились по делам вместе с отцом. Он тоже вернулся?

– Он прибудет утром, – пожимает Осван плечами и делает шаг мне навстречу, опасно качнувшись.

Кузен, кажется, пьян. Этого я и боялась. Все наши стычки происходят именно, когда он в таком состоянии.

– А ты почему вернулся раньше?

Делаю осторожный шаг, всё ещё надеясь, что в этот раз мы обойдёмся без ссоры.

– Ну как же… – Осван рывком сокращает расстояние между нами. Тяжёлая ладонь ложится на мою талию, в лицо ударяет запах перегара. – Хочу провести немного времени с милой жёнушкой.

– Осван, – упираюсь ладонями в грудь кузена. Ощущаю под пальцами неприятную влажность ткани. То ли пролил на себя выпивку, то ли вспотел… Мерзость в любом случае. – Я тебе не жёнушка, а фиктивная супруга. Ключевое слово – фиктивная! Всего четыре года осталось – тогда и заведёшь настоящую.

– Целых четыре года! – хмыкает кузен, наклоняется и оставляет слюнявый поцелуй на моей шее. Неприятно царапает щетиной. Запах алкоголя вперемежку с мужским потом становится просто невыносим. Я готова закричать и позвать на помощь. Отец просил избегать этого, но Осван просто не оставляет мне выбора.

– У мужчин, Элена, есть свои потребности!

Концентрирую всю свою силу в ладонях, вкладываю капельку магии и отталкиваю Освана.

– Так я не против, чтобы ты удовлетворял свои потребности, где тебе угодно. С любой женщиной, кроме меня.

– А я хочу именно с тобой! – упрямо говорит кузен и снова двигается в мою сторону. Всё, теперь точно закричу.

– Осван! – раздаётся позади меня грозный окрик. Я резко оборачиваюсь и с облегчением вижу, что к нам приближается отец. – Мы вроде бы договаривались, что ты оставишь Элену в покое.

– Простите, дядя, – в присутствии отца Осван мгновенно прикидывается паинькой. – Она слишком прекрасна, чтобы продолжать фиктивные отношения. Я готов отказаться от церемонии Обретения и стать Элене опорой и защитой на всю жизнь.

Отец хмурится, переводит взгляд на меня, потом снова на кузена.

– Элена ясно дала понять, что пока не хочет этого.

– Я не отступлю…

– Тогда учись ухаживать за женщиной, как положено, – рявкает отец. – Элена, иди к себе!

Меня не нужно просить дважды. Я тут же скрываюсь в своих покоях.

Прислоняюсь лбом к двери, вся дрожу от возмущения. Кончики пальцев покалывают от магии.

Сила появилась у меня сразу после рождения двойняшек.

Поначалу мне казалось, что я схожу с ума, поскольку время от времени слышала какие-то звуки в голове. Потом поделилась с отцом и поняла, что это не просто звуки, а голоса растений. Именно так и проявляется магия земли в наивысшей форме. Живой мир начинает звучать, и у него есть собственный язык.

Правда, никто в роду не владеет такой способностью уже несколько поколений. Остаётся лишь умение направлять поток энергии в заклинания и оборот. Последнего мой отец уже не может, а я и вовсе оказалась пустышкой.

Но теперь, благодаря истинной связи, благодаря детям, магия изумрудных драконов возродилась во мне в полную силу.

Чтобы успокоить нервы, прохожусь по своей гостиной. Касаюсь пальцами бархатистых лепестков кустовой розы в напольном горшке, провожу ладонью по гладким листьям монстеры.

Роза откликается вопросительным перезвоном, монстера ощущает мою тревогу и вторит ей колоколами. Каждое растение уникальное, каждое имеет свой язык, и я его изучаю. По древним свиткам, которые оставили мои предки.

В роду Маалан так давно никто не был способен говорить с растениями, что не существует полноценного учебника или хотя бы архива. Только свитки с разрозненными знаниями, над которыми я работаю, если остаётся время.

Увлажняю землю, опрыскиваю листья… Мои подопечные радуются любому вниманию. Сегодня совершенно нет сил заниматься бухгалтерией, лучше почитаю. Отправляюсь в кабинет, сажусь в изящное кресло, осторожно разворачиваю свиток. Тот раскрывается с тихим хрустом. Бумага успела высохнуть от времени – кончики то и дело осыпаются при любом неосторожном движении. Поэтому я первым делом переношу всё в записную книжку. Главное – сохранить знание. Только потом уже принимаюсь изучать.

Защитное плетение. Сила растений велика, если уметь с ними договариваться. Они могут выпустить огромное количество магии, сплести мощный щит, который спасёт даже от драконьего пламени.

Только нужно знать специальный напев.

Углубиться в тему не успеваю. Раздаётся тихий стук, и в кабинет входит отец.

– Элена, надо поговорить.

Киваю и неохотно поднимаюсь из-за стола. Догадываюсь, о чём пойдёт речь, и радости это не добавляет.

– Освана становится всё сложнее контролировать. Он жаждет консумации вашего брака.

Вздрагиваю и обхватываю плечи руками, но выдерживаю строгий взгляд отца.

– Ты правда не давала ему повода думать, что…

– Нет! Отец, как ты можешь сомневаться?

– Прости. Ты подумала, о чём я просил?

– Да. И ответ будет прежний. Я не вижу Освана в качестве своего мужа. Я вообще никого в этом качестве не вижу, отец. Я никогда не смогу доверять мужчинам и всё, чего я хочу, это растить своих детей.

Тяжёлый вздох стал мне ответом. Знаю, что отец надеялся на иное. Всем было бы проще. Ему было бы проще. Но я больше не хочу обманывать, в моей жизни и так достаточно лжи.

– Тогда у нас остаётся один-единственный выход. Позволить ему жениться раньше. Отправить на Церемонию обретения уже в этом году.

– Будем надеяться, что он встретит свою истинную с первого раза.

В моём голосе звучит надежда, во взгляде отца читается сомнение. Других вариантов решения проблемы всё равно нет.

– Ложись спать, Элена, – строго говорит отец.

– Я хотела ещё немного поработать…

– Ложись. Возможно, завтра прибудут послы Его Величества.

– Послы? Но зачем?

– Не знаю, меня об этом предупредил лорд Кааран. Возможно, хотят устроить проверку изумрудных приисков. Последнее время добыча сократилась, а следовательно, и мои взносы в королевскую казну тоже. На месте Его Величества я бы точно заинтересовался вопросом.

– Хорошо, как скажешь.

– Я предупредил слуг, горничная придёт к тебе пораньше.

Отец касается сухими губами моего лба. Мне кажется, или его немного лихорадит? Задать вопрос не успеваю, он быстро отстраняется и стремительно покидает комнату. На пороге оборачивается и говорит:

– Не бойся, я обязательно решу вопрос с Осваном.

Киваю, хотя он и не ждёт ответа. Выходит, плотно прикрыв за собой дверь.

На всякий случай запираю покои на засов. Конечно, кузен ещё ни разу не пытался вломиться, но с тех пор, как он завёл беседы о настоящем браке, я не могу спать спокойно не заперевшись.

* * *

Горничная и в самом деле является ни свет ни заря. Настойчивый стук беспощадно вторгается в мой сон, заставляет разлепить тяжёлые веки и встать с кровати.

Спросонья даже тапочки надеть забываю. Ноги сначала утопают в пушистом ковре, а в гостиной уже ступают по холодному камню. Неприятно, но зато способствует пробуждению.

– Леди Маалан, простите, но лорд приказал…

– Знаю, входи Далли.

Через час я уже полностью готова. За окном ещё только-только занимается рассвет.

– И чего этим послам не спится, – зеваю я, направляясь к восточной башне.

Все уже собрались на посадочной площадке, продуваемой всеми ветрами.

Утренняя свежесть мгновенно пробирается под одежду, заставляя дрожать даже в тёплом плаще.

– Ты как всегда прекрасна, Элена.

Несмотря на похмелье, Осван выглядит довольно бодрым. Гладко выбрит и пахнет парфюмом – сладковатым на мой вкус, но аромат явно лучше перегара.

Зелёные глаза кузена лихорадочно поблёскивают, но в целом ничто не выдаёт вчерашнего загула.

Вежливо благодарю его и встаю плечом к плечу с отцом.

– Скоро прибудут?

– Сказали, на рассвете, – бросает он в ответ.

Вчера вечером он выглядел абсолютно спокойным, но сегодня, кажется, нервничает, ожидая визита.

Ждать приходится прилично. Алая полоска на горизонте светлеет, солнце поднимается над землёй и уже пригревают первые лучи, когда я, наконец, замечаю в небе силуэты драконов.

– Летят, – бормочет отец.

– Пятеро, – автоматически отмечаю я, и в этот момент в животе завязывается тревожный узел. Сначала я и сама не понимаю причин этой тревоги, но вот драконы всё ближе подлетают к замку…

– Элена, иди к детям, – вдруг резко бросает отец.

И тут я вижу его.

Синий кобальтовый дракон.

Он летит впереди всех, мощно работая крыльями.

Мой истинный и моё проклятие.

Рантар Кандаан.

Инстинктивно накидываю капюшон на голову, отступаю за спину отца, но не могу уйти. Не могу перестать смотреть на великолепного зверя. Синяя чешуя отливает серебром при свете солнца. Яркое свечение глаз заметно даже с такого расстояния. Стою, словно приклеенная!

– Элена, уйди! – раздражённо повторяет отец.

Усилием воли я отхожу к входу в башню, но почему-то не могу заставить себя покинуть площадку.

Какое-то болезненное чувство гложет меня.

Желание, которого я не могу понять и которого не имею права испытывать!

Увидеть его. Одним глазком взглянуть на Рантара в человеческой ипостаси.

Отец снимает щит, драконы приземляются, мгновенно оборачиваясь в людей. Стоят в том же порядке, в каком и летели. Косяком. Впереди всех – Рантар Кандаан. Широко расставив ноги, он кладёт ладонь на рукоять меча. Его чёрный плащ развевается на ветру, делая фигуру мужчины ещё более угрожающей.

– Советник, – голос отца дрожит или мне это только кажется? – Чем обязан такой чести?

Рантар обшаривает взглядом собравшихся. Меня не видит. Я почти уверена в этом! Я в тёмном плаще, меня загораживают спины отца и его воинов. Здесь достаточно мужчин, чтобы скрыть худенькую женскую фигурку.

Советник завершает осмотр присутствующих, так и не заметив меня. На его лице расцветает предвкушающая ухмылка.

– Лорд Антор Маалан. Именем короля вы арестованы!

Глава 5

Бегу по узкой винтовой лестнице, порой перескакиваю через две ступени сразу, рискуя сломать шею.

Несусь мимо испуганных слуг в детское крыло, а в голове бьётся одна-единственная мысль: «Отец! Как же отец?!»

У нас давно разработан план на такой вот непредвиденный случай.

Рантар Кандаан является в Изумрудный коготь – я хватаю детей и бегу.

Не так давно отец даже заставил меня поклясться на могиле матери, что я не нарушу наш с ним уговор, что бы ни случилось. Тогда я не поняла, зачем он так настаивает, но теперь всё стало ясно.

Очевидно, подозревал, что нечто подобное произойдёт.

Возможно, потому и настоял, чтобы я встречала визитёров в башне? Чтобы я лично увидела, что именно происходит.

Ночная няня испуганно вскакивает, когда я врываюсь в гостиную.

– Дети ещё не проснулись?

– Вряд ли, леди Маалан. Я собиралась их будить только через полчаса. Что-то случилось?

– Ничего серьёзного, госпожа Ваор, – стараюсь говорить как можно спокойнее. – Но мне с детьми придётся ненадолго уехать. Я пойду их будить, а вы, пожалуйста, соберите небольшой чемодан с вещами первой необходимости. Тёплая одежда, пара смен белья, и всё.

– Как скажете, леди.

Детей разбудить – непростое дело. Они забавно морщатся, когда я раскрываю занавески на окнах. Ворчат и прячут головы под одеялами, когда я пытаюсь растормошить их.

Зову няню, и мы быстро одеваем сонных детей. Прямо вот так в постели. Наконец, они распахивают изумрудные глазёнки.

– Мама? Почему ты пришла? – удивлённо спрашивает Джеран. Обычно их будит и умывает няня.

– Райлин, Джеран, нам нужно срочно уехать. Сейчас мы быстро идём ко мне в комнату, по дороге не балуемся и слушаем меня. Понятно?

Дети настороженно кивают. Джеран хмурится, недовольный неизвестностью. Райлин, моя кроткая девочка, готова следовать за мной хоть на край света.

Сонно сползают с кроваток, зевают и почёсываются, но послушно берутся за руки. Я крепко сжимаю пальчики Джерана, в другой ладони сжимаю плотный ремень чемодана с детскими вещами.

Прощаюсь с няней.

Быстро иду по коридорам. Ладонь потеет, скользит, вытираю её о юбку и снова беру Джерана за руку.

Малыши не могут передвигаться так быстро, как я, приходится подстраиваться под их шаг. В ушах отдаётся стук моего собственного сердца.

Тук-тук-тук.

Только бы успеть!

Тук-тук-тук!

Пожалуйста, пресветлая Маон, дай мне время!

Жизнь в замке течёт по своему обыкновению размеренно. Снизу пахнет свежеиспечённым хлебом к завтраку, горничные наводят порядок в коридорах.

Я улыбаюсь и киваю слугам, а сама ощущаю, как внутри меня всё вымерзает.

Они пока не в курсе, что их хозяина арестовали.

Моя тихая, счастливая жизнь кончилась.

Почему-то я точно знаю, что ничего уже не будет как прежде.

В чём же всё-таки обвиняют отца?

Наконец, мы добираемся до моих покоев. Запираю дверь на замок. Посланцы короля пока и не заинтересовались моей персоной, но в случае чего это поможет хотя бы ненадолго задержать их.

Чувствую себя отвратительно. Трусливой и недостойной дочерью. Я сбегаю из замка, бросаю отца в руках Советника. В горле ком, который невозможно сглотнуть. Без конца повторяю себе, что отец взял с меня обещание. Что я просто следую давно утверждённому плану, но чувство гадливости по отношению к самой себе всё равно не проходит.

Привожу детей в гостиную. Снимаю с шеи родовой артефакт Маалан и начинаю выплетать заклинание.

Да, у меня появилась магия, но для того, чтобы построить портал, понадобится дополнительная сила. Сила, которой со мной охотно поделятся мои зелёные друзья. Ни в одной комнате замка больше нет такого количества живых цветов, поэтому портал я могу выстроить только здесь.

Напеваю коротенькую мелодию – призыв и просьба, растения отвечают мне мелодичным перезвоном. Роза распахивает бутоны, выпуская золотисто-розовую магию, монстера выбрасывает серебристо-зелёные струйки.

– Как красиво! – шепчет Райлин, наблюдая за магическими потоками, которые тянутся от цветов ко мне. Джеран обиженно пыхтит. Неопределённость его по-прежнему не устраивает.

Я принимаюсь за дело.

По рукам бегут мурашки, под кожей разливается тепло, я ощущаю, как в центре груди собирается магия, и начинаю создавать плетение портала. Родовой артефакт остаётся висеть прямо в воздухе, подхваченный потоками. От него в разные стороны расходятся сияющие вьюнки. Сплетаются между собой, спускаются к полу, образуют арку портала. Воздух звенит от магии.

Мне остаётся влить последнюю порцию. Я делаю глубокий вдох, собирая в центре груди силу…

Внезапно раздаётся мощный удар, а в следующее мгновение дверь в мои апартаменты слетает с петель.

Дети взвизгивают от страха и прячутся в углу за большим горшком с монстерой, а я просто не могу оторвать взгляда от вторженца.

На пороге – Рантар Кандаан.

Мощная фигура заполняет собой весь дверной проём. Я не успеваю ни испугаться, ни хотя бы осознать происходящее.

Один взмах ресниц и Рантар Кандаан оказывается рядом.

Протягивает руку прямо в центр заклинания сквозь зеленоватое сияние моей магии, сжимает родовой артефакт Маалан в руке, и тот с треском начинает осыпаться на пол. По запястью мужчины стекает кровь, но его это, кажется, не трогает.

Он медленно поворачивает голову и прожигает меня синим взглядом, полным ненависти.

– Больше этот фокус у тебя не пройдёт, Элена! – цедит Рантар, разжимает раненую ладонь и стряхивает на пол осколки артефакта вместе с каплями собственной крови.

Магия шипит, плетение тает на глазах. Портала больше нет. Надежды больше нет. Я сбежала от него шесть лет назад, а сегодня не смогла.

Советник делает шаг ко мне. Расстояние между нами становится неприлично ничтожным. Да что там, его попросту нет.

Рядом с моим лицом взметается кулак, а я инстинктивно отступаю, но Рантар обхватывает меня за талию, прижимает к себе.

Окровавленные пальцы скользят по моей щеке от подбородка вверх, рисуют узор на скуле, ласкают висок… Непрошеной вспышкой проносятся воспоминания.

Короткая ласка сменяется болью, Рантар хватает меня за волосы на затылке, оттягивает голову назад – так что перехватывает горло.

Горячее дыхание опаляет кожу у виска, когда дракон шипит мне прямо в ухо:

– Знаешь ли ты, каково это – терять истинную, Элена?

Меня захлёстывает возмущение.

Знаю ли я?

Я знаю, каково это – когда истинный предаёт тебя. Мой побег – вряд ли больнее измены.

Ещё сильнее тянет волосы на затылке, я вскрикиваю от боли.

– Отпусти мою маму!

Джеран набрасывается на Советника с кулаками, изо всей силы лупит его крохотными ручками по бедру. Мой маленький защитник.

Дракон мгновенное выпускает меня из захвата, отступает, бросает изумлённый взгляд на мальчика. Джеран тут же прекращает атаку. Лорд Кандаан опускается на одно колено и внимательно всматривается в лицо сына. Я боюсь даже дышать. Догадается или нет?

Джер похож на него. Очень похож, но богиня пожалела меня. У обоих детей – изумрудные глаза рода Маалан. Такие же, как у меня и моего кузена Освана.

Советник выпрямляется и холодно смотрит на меня:

– Леди Маалан, вы арестованы по подозрению в заговоре против короля. Руки!

Обречённо протягиваю руки, и на мои запястья ложится магическое плетение. Огненные ленты обжигают кожу и тут же впитываются застывая. Выглядит как рисунок, татуировка, которая не позволит мне использовать магию.

– Лорд и леди Маалан, – Рантар бросает взгляд в угол, где за горшком по-прежнему прячется Райли. – Следуйте за нами. За отставшими возвращаться не стану.

Джеран подходит к сестре, протягивает руку. Райлин цепляется за брата и покидает своё убежище. Они не плачут, мои маленькие храбрые драконы. Только у дочери легонько подрагивает подбородок, а Джер смотрит на Советника исподлобья.

– Лорд Кандаан, позвольте отправить детей к их бабушке и дедушке, – молю я, цепляясь за последнюю надежду. Родители Освана души не чают в двойняшках и там они точно будут в безопасности. Подальше от родного отца и королевы-убийцы.

– Лорд и леди Маалан также подозреваются в соучастии. На время следствия ваши дети будут переданы на воспитание в королевскую школу-интернат.

– Они ещё слишком малы для этого, – шепчу я. Школа-интернат – место куда берут одарённых сирот, из которых растят стражу короля, либо сдают неугодных бастардов. Брошенные дети, озлобленные учителя – попасть в такую «школу» врагу не пожелаешь.

Советник пожимает плечами – ему плевать на судьбу детей.

Пара уверенных движений и в воздухе выплетается мерцание нового портала.

Лорду Кандаан не нужны для этого ни родовые артефакты, ни других источников магии. У него достаточно силы.

Рантар заканчивает плетение и отходит, уступая дорогу мне.

– Только после вас, леди Маалан, – с издёвкой произносит он.

Я киваю детям, они хватаются за складки моей юбки, семенят к порталу, и мы вместе делаем шаг в неизвестность.

Глава 6

Из портала я выхожу на залитый солнцем внутренний двор.

Королевский дворец. Тот самый, из которого я сбежала шесть лет назад.

Повсюду белоснежный камень – танит. Особая горная порода, которая считается элитным материалом для строительства, и которая в избытке имеется только в одном месте мира – в Королевских горах Даррката.

До сих пор я никогда не слышала голоса камней, но здесь и сейчас возникает ощущение, что дворцовые стены обречённо стонут.

Во дворе царит идеальная чистота и тишина. Всего пара гвардейцев в синей форме у входа.

Позади меня раздаётся приказ Советника:

– Заприте, леди Маалан. Детей в интернат.

Ко мне подходит один из гвардейцев – тот, что повыше. Гремя цепью, он надевает поверх магических наручников самые обычные – металлические.

– Мама, что такое «интернат»? – внезапно спрашивает Джеран, а Райлин начинает тихонько плакать.

Выдавливаю из себя ободряющую улыбку.

– Это место, где вы немного поживёте без меня.

Джер хмурится, Райлин начинает плакать громче.

– Всё хорошо, – продолжаю бодро говорить я. – Там очень интересно, а ещё там есть другие дети. Вы найдёте много новых друзей.

Бросаю вопросительный взгляд на Рантара. Жду подтверждения, что другие дети в королевском интернате есть? Глупо. Советник хмурится и пристально вглядывается в мордашки детей.

У Джера ямочка на подбородке, в точности такая же, как у Кандаана, а ещё форма губ, но изумрудные глазёнки ярко сверкают в свете утреннего солнца, перетягивая внимание на себя. Райлин и вовсе похожа на меня.

Говорят, что драконы способны ощущать своё отцовство, но Рантар явно ничего не ощущает. Смотрит на детей, как на досадную помеху на своём пути.

– Я не хочу новых друзей! – всхлипывает Райлин. – Я хочу остаться с мамой.

Советник кивает второму гвардейцу, тот неуверенно подходит к детям и мямлит:

– Лорд и леди Маалан, следуйте за мной.

– Нет! – восклицает дочь и прижимается ко мне. Я до боли кусаю губы, едва сдерживая слёзы. Если сейчас разрыдаюсь, то у детей случится истерика и… не хочу, чтобы Кандаан видел мою слабость!

Джеран ловит мой умоляющий взгляд, берёт сестру за руку.

– Райлин, пойдём. У мамы дела. Главное, мы с тобой будем вместе.

Джеран говорит что-то ещё. В итоге Райлин отлипает от моей юбки и послушно идёт с братом следом за гвардейцем.

– Вечером состоится допрос, – бросает Советник, мазнув по мне взглядом, а потом исчезает в сиянии нового портала.

– Следуйте за мной, леди Маалан, – почти умоляюще произносит первый гвардеец. Он довольно молод и ему явно неприятно выполнять свои обязанности, но выбора никому из нас не оставили.

* * *

В темнице пахнет плесенью и крысиным помётом. В углу с потолка капает вода, ударяясь о камень на полу. Кап-кап-кап. Камень потемнел от сырости и покрылся мохнатой растительностью.

Сыро и холодно. Меня не спасает ни тёплое платье, ни плащ. Сначала я кутаюсь в него, а потом понимаю, что нужно двигаться. Иначе никак не согреться. Принимаюсь мерить камеру шагами, думая то об отце, то о детях.

Жду допроса так, будто это решит все мои проблемы. В глубине души надеюсь, что так оно и будет. Я объясню Советнику, что мы с отцом не виноваты, нас отпустят. Я заберу детей и вернусь домой.

Мои мысли прерывает тревожный, тонкий звук – я слышу голос мха.

Убийства, пытки, несправедливость. Мох не самое высокочастотное растение, он легче прочих выдерживает тяжёлую энергию чужих страданий, но тут даже это растение плачет и взывает к помощи. Чем я могу помочь?

Делюсь со мхом крохами надежды, которая теплится во мне. В ответ ворсинки посылают немного тепла в пространство. Целую камеру этим не согреть, но всё же становится не так зябко.

Ужин мне никто не приносит. Как, впрочем, и обед. Обо мне вообще забыли. Да и поселили, судя по всему, в какую-то самую отдалённую камеру. Я не слышу ни стонов, ни лязга цепей. Только крысиный писк, капающую с потолка воду и печальную песню мха.

Обессиленная ожиданием, непреходящей тревогой и попытками согреться, ложусь на жёсткую лавку. Тут нет даже тюфяка. Хотя может оно и к лучшему. Меньше вони и заразы.

Подкладываю руки под голову и закрываю глаза. Забываюсь полусном-полудрёмой.

* * *

Сколько времени длится тревожное забытьё – не имею представления. Выныриваю в реальность, когда дверь в мою камеру распахивается со страшным скрежетом.

– Демоны хаоса! Элена, как ты оказалась в темнице?! – рычит дракон. Он просто в бешенстве. Синие глаза светятся неоном, зубы плотно сжаты, на лице гуляют желваки.

Ничего не понимаю. Советник приказал меня запереть, меня заперли. Вроде с тех пор я ничего не успела натворить, но он злится.

Сажусь на лавке и смотрю на Рантара. Моргаю, пытаясь разогнать ощущение как будто в глаза насыпали песка. В затхлую камеру врывается морозная свежесть, словно он только что спустился с гор.

Крепко сжимает мои плечи и ставит на меня на ноги. Открывает портал и выводит меня из камеры.

Комнату узнаю с первого взгляда. Кабинет Советника. По тёмному паркету скользят полоски света. Перевожу взгляд на окно и вижу розовое небо, несмелые лучи восходящего солнца.

– Рассвет? – вырывается у меня изумлённый вскрик. – Сколько времени я провела в камере?

– Весь день и всю ночь. И последнюю я провёл, пытаясь найти тебя в замке. Ты снова заставила меня за тобой побегать, Элена!

Изумлённо смотрю на Рантара. Его лицо разгладилось. Кажется, дракон уже не злится так сильно, но всё равно есть ощущение, что винит меня!

– Вы приказали меня запереть, – хрипло напоминаю я. Горло пересохло. Со вчерашнего утра я ничего не ела и не пила. Теперь, когда приходится вести беседу стоя, на меня накатывает слабость.

– В гостевых покоях, а не в темнице! – в его голосе появляются рокочущие нотки. – Вечером пришёл на допрос, а тебя там не оказалось! Гвардеец, которому был отдан приказ, пропал, никто его не видел со вчерашнего утра.

Советник говорит что-то ещё, но я не слышу. Слабость становится всё сильнее. В голове шумит, мне становится сложно даже просто смотреть на Рантара. Взгляд стекленеет, и я смотрю как бы сквозь дракона.

Надо бы сесть, иначе упаду прямо на пол. Опасно качнувшись, делаю шаг в сторону кресла.

Дракон тут же прижимает к себе. Синие глаза оказываются в опасной близости от моего лица. Как и губы.

Рука мужчины скользит по моему телу: по спине, по талии, а потом его лицо вдруг искажается от злости.

– Демон бы тебя побрал, Элена! – рычит он и внезапно со всей силы рвёт мне платье на груди. Вскрикнув, я тут же отступаю, инстинктивно скрещивая руки.

– Стоять! – ледяным тоном приказывает Рантар. Шаг ко мне и дракон продолжает яростно срывать с меня одежду. Лиф платья в клочья, затем рукава, пояс юбки… Неровными лоскутами ткань падает к моим ногам. Нижнее бельё уничтожается одним резким движением, и я остаюсь стоять перед Советником Даррката абсолютно голая.

Взгляд Рантара обжигает. Он бесстыдно скользит по моему телу, и я почти физически ощущаю прикосновения. В тех местах, где он меня коснулся, кожа начинает гореть. К щекам приливает кровь, тело пронзает дрожь.

– Ты по-прежнему прекрасна, – глухо произносит он и делает шаг ко мне.

* * *

Намерения дракона очевидны, но я не стану стоять столбом!

– Только. Через мой. Труп! – чеканю я. Каждое слово звенит в воздухе и падает между нами нерушимой преградой. Правда, это только в моём воображении. На деле дракону достаточно протянуть руку и применить чуточку силы. Я слабее физически, и мы оба это знаем.

Рантар ухмыляется.

– Ты слишком высокого о себе мнения.

На мгновение он скрывается в своей спальне. Выходит оттуда со стопкой одежды, которую швыряет в кресло.

– Возможно, ты не заметила, но за ночь в темнице твоя одежда отсырела напрочь, Элена. Оденься.

Меня не надо просить дважды. Стоять полностью обнажённой перед Советником слишком опасно. Что бы он ни говорил, я помню этот жадный взгляд. Любое промедление может быть рассмотрено как провокация.

Быстро одеваюсь и только в этот момент понимаю, что дракон прав.

Сухая одежда ощущается совсем иначе. Только сейчас я осознаю, как продрогла, пока спала в темнице. Горло саднит, в носу подозрительно хлюпает, меня знобит.

В мягких мужских штанах просто тону. Подворачиваю их в поясе и снизу, запихиваю края в свои мягкие ботинки – единственная деталь одежды, которая пережила нападение Советника. Рукава рубашки закатываю, а в тёплый камзол укутываюсь как в халат. Складываю руки на животе и прячу ладони в рукавах крест-накрест.

Озноб, конечно, не проходит, но мне сразу становится комфортно и как-то уютно. Меня окутывает знакомый запах. Вся одежда Рантара пахнет точно так же, как и он сам.

Свежий аромат летних трав с чуть заметной горчинкой приносит с собой непрошеные воспоминания. Нежные губы и царапающая небритость подбородка… Гладкая кожа живота, по которой я любила водить пальчиком, пересчитывая кубики пресса. Рантар, который накрывал мою руку ладонью и тянул ниже, когда мне не хватало смелости дотронуться жениха там.

Сердце начинает предательски ныть, а тело снова охватывает жар. Я запрещала себе любые воспоминания все эти годы. Затёрла память, но здесь и сейчас рядом с ним, в окружении его запаха, в сознании вспыхивают яркие картинки нашей страсти.

Советник будто читает мои мысли. Окидывает меня насмешливым взглядом и вызывает слугу с помощью небольшого серебряного колокольчика.

– Завтрак. Быстро. – отрывисто приказывает он вошедшему камердинеру. – Крепкий согревающий отвар с мёдом.

Камердинер кланяется и молча скрывается за дверью.

– Садись.

Никакой учтивости в голосе дракона нет и в помине. Он отдаёт мне приказ тем же самым тоном, которым отдавал распоряжение слуге минуту назад.

Опускаюсь в кресло, просовываю руки глубже в рукава, обнимаю себя за плечи и вопросительно смотрю на Советника.

Он тоже садится. Теперь нас разделяет широкая поверхность массивного дубового стола. Это успокаивает.

– Итак, Элена. Что ты знаешь о заговоре против короля Норэна Кандаана?

– Ничего. Я ничего об этом не знаю.

– Не лгать!

Тяжёлый кулак дракона опускается на столешницу. Я вздрагиваю, но приподнимаю подбородок и уверенно повторяю.

– Я не лгу! Я услышала о заговоре первый раз, когда вы арестовали моего отца.

– Допустим…Как часто в замке Маалан устраивались приёмы? Встречи? Собрания лордов?

– Не очень часто… Один раз по случаю рождения двойняшек, потом ещё был новогодний бал.

Рантар опускает взгляд в бумаги на столе, переворачивает пару страниц и стучит пальцами по столешнице.

– Как часто вы сами наносили визиты?

– Крайне редко. Только если к родителям Освана ездили в гости.

– Назови имена всех, кто бывал у вас за последние пять лет.

– Серьёзно? Я должна вспомнить всех лордов, которые бывали в нашем замке.

Рантар подаётся в кресле вперёд. Его глаза опасно сверкают.

– Да, Элена. Я говорю абсолютно серьёзно. Твой отец готовил заговор против короля!

– Не может такого быть! – не выдерживаю я.

– У нас есть свидетели, которым твой отец предлагал присоединиться.

– Не может быть… – шепчу я уже менее уверенно.

Неужели это правда, а попросту я ничего не замечала? Хотя… Я была так погружена в свои переживания, затем полностью посвятила себя детям, изучению магии и ведению хозяйства.

Рантар берёт в руки металлическое перо, макает в чернильницу и повторяет вопрос:

– Я жду список имён всех, кто бывал в Изумрудном когте за последние пять лет.

Нас прерывает слуга. Заносит поднос с завтраком и ставит на стол передо мной по знаку хозяина.

– Валдес, налей леди Маалан отвар и добавь мёда, – приказывает Рантар, не сводя с меня взгляда. Когда камердинер с лёгким поклоном подаёт мне чашку, дракон отдаёт распоряжение уже мне: – Пей!

Я и не думаю спорить. Меня всё ещё немного знобит, а чашка приятно согревает ладони, да пахнет приятно.

Делаю глоток, и горько-сладкий напиток согревает моё горло.

– Давай, Элена. Один глоток – одно имя! – нетерпеливо требует Рантар, и я подчиняюсь приказу.

Через полчаса я держу в руках уже третью по счёту чашку отвара, а Советник удовлетворённо откидывается на спинку кресла.

– На твоё счастье, все свидетели твердят одно и то же – ты невиновна. Не принимала участия, нигде не светилась и, скорее всего, ничего не знала о заговоре.

– Значит, я могу вернуться с детьми домой? – осторожно интересуюсь я.

В сердце вспыхивает надежда. Хотя Кандаан уже внимательно рассмотрел детей, но так ничего и не понял, мне до сих пор страшно. Страшно, что кто-то другой во дворце раскроет ему глаза. И всё же странно, что он не почувствовал…

– Нет, – усмехается дракон. – Ты останешься в королевском дворце под моим присмотром. Надежды обрывается, но всё же есть ещё крохотная ниточка…

– Можно хотя бы забрать детей из интерната?

– Зачем? – небрежно бросает Рантар. – Ты теперь придворная дама, не останешься без дела. Кто будет смотреть за детьми?

– Я бы могла забрать сюда их гувернантку и няню.

– Вся ваша прислуга без исключений находится под подозрением и содержится в темнице, – говорит Кандаан, а сам внимательно вглядывается в моё лицо. Ощущение, что всё же в чём-то ещё подозревает.

– Последний вопрос, Элена. Неужели ты так сильно любила своего кузена, что решилась разорвать истинную связь со мной?

Хлопаю ресницами, пытаясь понять, не шутит ли он.

Губы Рантара плотно поджаты, по лицу гуляют желваки, а синий взгляд так и колет ледяными иглами.

Не шутит. Он действительно думает, что я сбежала не от него, а к другому. С языка так и рвутся претензии, обвинения, только… зачем? Прошлого не вернёшь, а эта версия гораздо выгоднее для меня и для детей. Мне очень повезло, что они унаследовали мой цвет глаз, а не синеву Рантара. Обычно глаза – отражение магических способностей дракона.

Смотрю ему прямо в глаза и твёрдо произношу.

– Да. Именно так сильно я любила и люблю Освана. Истинная связь с тобой стала для меня несчастьем.

Губы Рантара кривятся в горькой усмешке:

– Ты отлично притворялась целых две недели. Каждый раз, когда стонала подо мной.

Кусаю губы. Пусть так. Пусть считает меня распущенной. Пусть думает, что угодно!

– Можете быть свободны, леди Маалан. Валдес тебя проводит.

Рантар звонит в серебристый колокольчик. Я поднимаюсь и делаю несколько шагов к двери. Прежде чем в кабинет успевает войти камердинер, в спину летит злое:

– Надеюсь, в момент разрыва истинной связи, тебе было так же больно, как и мне.

Глава 7

Намерения дракона очевидны, но я не стану стоять столбом!

– Только. Через мой. Труп! – чеканю я. Каждое слово звенит в воздухе и падает между нами нерушимой преградой. Правда, это только в моём воображении. На деле дракону достаточно протянуть руку и применить чуточку силы. Я слабее физически, и мы оба это знаем.

Рантар ухмыляется.

– Ты слишком высокого о себе мнения.

На мгновение он скрывается в своей спальне. Выходит оттуда со стопкой одежды, которую швыряет в кресло.

– Возможно, ты не заметила, но за ночь в темнице твоя одежда отсырела напрочь, Элена. Оденься.

Меня не надо просить дважды. Стоять полностью обнажённой перед Советником слишком опасно. Что бы он ни говорил, я помню этот жадный взгляд. Любое промедление может быть рассмотрено как провокация.

Быстро одеваюсь и только в этот момент понимаю, что дракон прав.

Сухая одежда ощущается совсем иначе. Только сейчас я осознаю, как продрогла, пока спала в темнице. Горло саднит, в носу подозрительно хлюпает, меня знобит.

В мягких мужских штанах просто тону. Подворачиваю их в поясе и снизу, запихиваю края в свои мягкие ботинки – единственная деталь одежды, которая пережила нападение Советника. Рукава рубашки закатываю, а в тёплый камзол укутываюсь как в халат. Складываю руки на животе и прячу ладони в рукавах крест-накрест.

Озноб, конечно, не проходит, но мне сразу становится комфортно и как-то уютно. Меня окутывает знакомый запах. Вся одежда Рантара пахнет точно так же, как и он сам.

Свежий аромат летних трав с чуть заметной горчинкой приносит с собой непрошеные воспоминания. Нежные губы и царапающая небритость подбородка… Гладкая кожа живота, по которой я любила водить пальчиком, пересчитывая кубики пресса. Рантар, который накрывал мою руку ладонью и тянул ниже, когда мне не хватало смелости дотронуться жениха там.

Сердце начинает предательски ныть, а тело снова охватывает жар. Я запрещала себе любые воспоминания все эти годы. Затёрла память, но здесь и сейчас рядом с ним, в окружении его запаха, в сознании вспыхивают яркие картинки нашей страсти.

Советник будто читает мои мысли. Окидывает меня насмешливым взглядом и вызывает слугу с помощью небольшого серебряного колокольчика.

– Завтрак. Быстро. – отрывисто приказывает он вошедшему камердинеру. – Крепкий согревающий отвар с мёдом.

Камердинер кланяется и молча скрывается за дверью.

– Садись.

Никакой учтивости в голосе дракона нет и в помине. Он отдаёт мне приказ тем же самым тоном, которым отдавал распоряжение слуге минуту назад.

Опускаюсь в кресло, просовываю руки глубже в рукава, обнимаю себя за плечи и вопросительно смотрю на Советника.

Он тоже садится. Теперь нас разделяет широкая поверхность массивного дубового стола. Это успокаивает.

– Итак, Элена. Что ты знаешь о заговоре против короля Норэна Кандаана?

– Ничего. Я ничего об этом не знаю.

– Не лгать!

Тяжёлый кулак дракона опускается на столешницу. Я вздрагиваю, но приподнимаю подбородок и уверенно повторяю.

– Я не лгу! Я услышала о заговоре первый раз, когда вы арестовали моего отца.

– Допустим…Как часто в замке Маалан устраивались приёмы? Встречи? Собрания лордов?

– Не очень часто… Один раз по случаю рождения двойняшек, потом ещё был новогодний бал.

Рантар опускает взгляд в бумаги на столе, переворачивает пару страниц и стучит пальцами по столешнице.

– Как часто вы сами наносили визиты?

– Крайне редко. Только если к родителям Освана ездили в гости.

– Назови имена всех, кто бывал у вас за последние пять лет.

– Серьёзно? Я должна вспомнить всех лордов, которые бывали в нашем замке.

Рантар подаётся в кресле вперёд. Его глаза опасно сверкают.

– Да, Элена. Я говорю абсолютно серьёзно. Твой отец готовил заговор против короля!

– Не может такого быть! – не выдерживаю я.

– У нас есть свидетели, которым твой отец предлагал присоединиться.

– Не может быть… – шепчу я уже менее уверенно.

Неужели это правда, а попросту я ничего не замечала? Хотя… Я была так погружена в свои переживания, затем полностью посвятила себя детям, изучению магии и ведению хозяйства.

Рантар берёт в руки металлическое перо, макает в чернильницу и повторяет вопрос:

– Я жду список имён всех, кто бывал в Изумрудном когте за последние пять лет.

Нас прерывает слуга. Заносит поднос с завтраком и ставит на стол передо мной по знаку хозяина.

– Валдес, налей леди Маалан отвар и добавь мёда, – приказывает Рантар, не сводя с меня взгляда. Когда камердинер с лёгким поклоном подаёт мне чашку, дракон отдаёт распоряжение уже мне: – Пей!

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.