Анна Лямина
Дикое место

Глава 1

– Дура! Неужели ты думала, что я могу полюбить такую?

– Какую?

– Детдомовскую девушку с заниженной самооценкой, которая всё время себя винит во всем! Это скучно! У тебя нет стержня! Мне нужна королева, а не золушка!

Бывший муж с насмешкой говорил ей это, а она просто не узнавала человека, за которого два года назад вышла замуж. Слезы медленно текли по щекам Софии, но она быстро сжала кулаки и посчитала до десяти. Она не могла ему ответить, понимая, что он прав. София никогда не могла отстоять свою точку зрения. Была очень нерешительной. Даже когда познакомилась с ним, никак не могла решить: нравится ей этот мужчина или нет. Ей просто не хотелось быть одной в этой пустой, новенькой квартире.

София отвернулась от бывшего мужа и закрыла сумку с вещами. В последний раз зашла посмотреть в зал, на уже ставшие родными стены с фотографиями, которые с такой любовью вставляла в рамки. На одной она с букетом и белой фатой неуверенно улыбается, думая о будущем, а он серьезный. На другой фотографии она вместе с мужем на пляже. София улыбается шире, а он надменно. На третьей она одна. С букетом трав на лесной поляне. С задумчивым выражением на лице. Может уже тогда София стала что-то подозревать.

Она медленно зашла в спальню. Теперь эта кровать казалась ей грязной. София погрузилась в воспоминания:

– А ты интересно расписываешься! – сказал муж, когда они только поженились и играли на кровати с подушками.

– Никогда не сможешь повторить мою роспись, я в детдоме знаешь сколько тренировалась. Всегда хотела уникальную. И у меня получилось, – София попала подушкой мужу прямо в лоб, а он повалил ее и, целуя ответил:

– Спорим, повторю? Но, конечно, если научишь, – и он сложил руки в молящем жесте.

София встряхнула головой, отгоняя от себя тот день. Тогда она была уверена, что выбрала суженого на всю жизнь. А сейчас не могла поверить, что муж подкупил нотариуса и, расписавшись ее подписью, оформил квартиру на себя. Сколько лет, живя в детдоме, София обещала себе, что не станет жертвой обманщиков, как многие детдомовские. Только мысль о том, что у нее будет свой уголок в этой жизни, не давала ей пасть духом. А сейчас она так глупо его лишилась .Всё началось в шутку, а вытекло в трагедию.

София вспомнила тот день, когда жизнь ее изменилась навсегда:

– О, замухрышка пришла, – муж лежал в постели с другой женщиной и они смеялись, глядя ей в глаза.

– Что происходит? – только и смогла произнести София.

– Эта квартира теперь не твоя, проваливай! И, да! Мы разводимся! – довольно улыбнувшись, сказал муж и поцеловал ту женщину, уже не обращая внимания на Софию.

Её передернуло от этого воспоминания.

Уже месяц прошел с тех пор, а эти слова до сих пор звучали у нее в голове. И стук ее каблуков по подъезду, пока она бежала вниз, с желанием покончить с собой. София не давала волю слезам. Нельзя.

София продолжала обходить квартиру.

Она зашла на кухню и прихватила любимые травы и кружку. Вся ее одежда поместилась в одном чемодане. У Софии не было привычки привыкать к вещам. В детдоме у всех было ограниченное количество личных вещей. Дойдя до маленькой и уютной прихожей, где она сама клеила бежевые обои, София обернулась к мужу, который нетерпеливо маячил за её спиной, чтобы уже быстрее закрыть за ней дверь. София сказала:

– А ты знаешь, я рада, что это случилось сейчас, а не позже.

– И почему же? – зло уставился на нее бывший.

– Я бы не хотела ребенка от такого чудовища! – и она, взяв чемодан с вещами, вышла из квартиры, не оборачиваясь и уже не слыша проклятия, сыплющиеся на ее голову.

Открывая подъездную дверь, София споткнулась о порожек, упала на колени и расплакалась. Неожиданно начался сильный ветер и через несколько секунд закапал дождь. Таксист выскочил из машины и помог ей подняться. Взяв чемодан из руки Софии и, проводив на заднее сиденье, медленно повернулся к девушке:

– Тяжёлый денёк? Да ещё этот дождь.

– Немного, – она вытерла слезы, но новая партия опять намочила щёки.

– Вы знаете, у меня предчувствие, что скоро вам очень повезет! У меня бабушка была ведьмой. Может я в неё теперь такой предсказательный, – и таксист засмеялся над собственной шуткой, заводя мотор.

София успела заметить добродушный взгляд таксиста, но не стала отвечать. Именно сейчас она совсем не хотела вести беседу. София молча смотрела в окно, продолжая думать о дальнейшей бесперспективной жизни. Сирота. Без квартиры. С маленькой зарплатой медсестры навряд ли она сможет снять угол. И, тем более, не получится накопить на давнюю мечту. А она столько лет собирала крохи на сберкнижку. И для чего? Чтобы потратить на съёмное жилье?

– Мы приехали, – как сквозь туман услышала София голос таксиста, – и запомните мои слова! – добавил он. Повернулся к ней и София увидела стеклянные, мутные синие глаза,– Будьте осторожны!

– Что? – удивилась София.

– А? – вопросом на вопрос ответил таксист и Софии показалось, что она сходит с ума. Глаза у таксиста уже были зелёные.

– Да нет, ничего, спасибо – она натянуто улыбнулась, подумав о том, что ей от нервов уже видятся чудеса и вышла из такси.

Позвонив в домофон и услышав щелчок открывания замка, София уже успела забыть о странном таксисте и произнесла, улыбнувшись:

– Привет, подруга!

***

– Привет, София, – тепло проговорила Ольга. Это была её лучшая подруга ещё с медицинского колледжа. Они никогда не ругались и всегда были на одной волне. Как могли помогали друг дружке. И то что они работали вместе, ничуть не мешало их дружбе.

– Привет, Оленька! Огромное тебе дружеское спасибо, что приютила меня!

Они обнялись и София расплакалась.

Ольга привела её на кухню. Молча усадила за стол. Поставила кружку с горячим чаем и так же молча села напротив.

– Знала бы ты с какой ненавистью он на меня смотрел, – начала София. – Как я могла поверить этому обманщику? – слезы полились из её глаз и она не хотела сдерживаться. Не хотела считать до десяти. Она просто хотела провалиться сквозь землю. Дождь на улице усилился.

– Ты не дура, – ответила Ольга, – Просто всегда веришь людям. Тебе кажется, что вокруг все такие классные. Кроме тебя. Почему ты так к себе относишься? Красивая, стройная девушка с твоим покладистым характером на вес золота. Да тебя просто должны обожать все мужчины вокруг. Но этого не происходит. А всё почему? Потому что в тебе нет уверенности. Нет любви к себе, – подруга активно жестикулировала. На улице, кроме дождя, начал завывать ветер. А когда в окно что-то стукнуло, подруга перестала говорить и побежала смотреть, что случилось. Оказалось,что воробья занесло ветром к стеклу и он стукнулся об него, стремительно упав вниз. София испуганно посмотрела в сторону окна, зажала кулаки и начала считать до десяти. В этот момент она думала о своем детстве в детском доме. Тот период навсегда оставил свой след в будущем Софии.

– Давай я заварю твой любимый чай! – неожиданно меняя тему разговора и разжимая кулаки, проговорила София. Несмотря на теплую погоду до начала дождя, на ней была розовая рубашка с длинным рукавом и темные брюки. София всегда предпочитала носить брюки, даже летом. В них она себя чувствовала комфортнее. Достав из своей сумочки бумажный пакет, София по хозяйски вынула из кухонного шкафа заварной чайник и насыпала туда сушеной травы.

– Уж в этом ты точно самая лучшая! – улыбнулась в ответ подруга, не продолжая тему. Каждая знала когда нужно остановиться в наставлениях.

– И даже не спросишь что я туда подмешала? – улыбнулась София.

– Даже не спрошу. Твой травяной чай всегда такой вкусный и я так хорошо после него себя чувствую, – Ольга принюхалась к доносившемуся аромату из чайника. – Тем более, если ты не забыла, нам завтра на работу, – подруга подмигнула.

– Да, и я очень хочу на работу, чтобы отвлечься от мыслей о будущем, вздохнула София, наливая чай. Они начали обсуждать рабочие моменты и больше не поднимали тему личной жизни Софии.

Уже вечером, доставая пижаму из чемодана, София увидела газету на журнальном столике. Она была раскрыта и София с любопытством заглянула в неё, подумав о том, что давно не покупала газет, а рекламные сразу выкидывала. Внимание Софии привлекло одно объявление. Оно сильно выделялось на фоне других своей жирной печатной линией:

В деревню Златоуст требуется медицинская сестра. Только вдали от городской суеты вы сможете почувствовать силу и тепло самой матери-Земли. Мы обеспечим вам радушный прием и предоставим очаг.

Телефон для связи……

София задумалась: разве не этого она хотела всю свою жизнь? Тепло матери и доброты от людей?

Она переоделась, легла на застеленный белоснежной простынью диван и долго не могла уснуть, возвращаясь мыслями в свою квартиру, в которой теперь жили совершенно чужие ей люди.

– Откуда у тебя газета? – спросила утром София у подруги, пытаясь собраться с мыслями перед горячей кружкой кофе. Голова болела от недосыпания.

– Газета? – подруга сначала сделала удивлённое лицо, а потом, вспомнив добавила: – да это бабушка одна стояла торговала семечками в стаканчике, как раньше. Мне так интересно стало, подошла, спросила сколько стоит стакан. Она мне ответила, что 50 копеек. Я очень сильно тогда удивилась. Но она такая грустная была, что я не удержалась и купила. И сдачи не взяла. А потом в пакете вместе с семечками эта газета оказалась. Я и забыла уже про нее.

– Она лежала на журнальном столике в зале и, как-будто, ждала меня – смакуя кофе, ответила София.

– Да я в зал почти никогда не захожу и убираюсь там редко, вот для тебя, наверное, ее сохранила – Ольга хохотнула. Она вообще не была любительницей убираться.

– Я нашла там объявление, смотри, – и София принесла газету подруге.

– Требуется медсестра? В деревню? – Ольга вопросительно посмотрела на Софию.

– Я ночью долго думала. Решила, что надо позвонить. Посмотрела, что газета с датой предыдущего месяца. Может уже и нашли кого, – София внимательно смотрела на меняющееся выражение лица подруги.

– Ты хочешь уехать работать в деревню? – спросила Ольга.

– Да. Хочу! – проговорила София.

– Но зачем? У нас тут хорошая работа, – начала было Ольга, но София ее прервала.

– Я не могу жить у тебя вечно. А в деревне предоставляют жилье. Зарплату я там постараюсь не тратить и скоплю на свою мечту, – улыбнулась София.

– Найти родителей? – Ольга выглядела подавленной.

– Да. Ты же знаешь, я не успокоюсь пока не найду их, – сказала твердо София.

– Но ты уже всё перепробовала. В детдом ездила, уговаривала, деньги давала, но тебе сказали, что у них совсем нет данных о твоих родителях! Как ты их найдешь?– Ольга посмотрела на Софию вопросительно.

– Найму детектива – неуверенно ответила София.

– А если и он не найдет? – не унималась подруга.

– Тогда остаётся только одно. Искать их по знаку, который вот здесь, – и София дотронулась ладонью до головы, – а теперь пошли на работу. В обед позвоню по этому объявлению и всё узнаю.

– Надеюсь ты знаешь, что делаешь, – вздохнула Ольга и они вышли из дома.

*******

– Да! Всё правильно! В деревню Златоуст нужна медсестра, – услышала она приветливый мужской голос, – я глава деревни Егор Александрович.

– Приятно познакомиться! А я та самая медсестра, которая хочет узнать условия работы, осторожно проговорила София.

– Проводить профилактические осмотры, детям там зелёнкой ранки мазать. Если кто что повредит, помочь. А так у нас мало болеют, – сказал мужчина.

– А доктор там есть?

– Есть у нас доктор, но к ней редко обращаются. Говорю же, мало болеют. Только по мелочи, – на том конце голос как-будто стал напряжённым.

– Спасибо! Ещё хотелось бы знать о зарплате и месте проживания? – София волновалась и боялась что-нибудь упустить, поэтому спросила сразу обо всем.

– Не обидим, уж поверьте! Жильё хорошее, почти новенький срубовой дом, – голос говорил медленно, как будто взвешивал каждое слово, – зарплата хорошая! А самое главное – люди здесь золотые! Добрые, приветливые. Мы как одна семья. Всегда друг другу помогаем, – голос опять стал приветливым.

– Спасибо за информацию! – ответила девушка и хотела отключиться, но услышала:

– Вас когда ждать?

Она растерялась, но немного подумав, ответила:

– Через две недели! Я приеду к вам, как отработаю положенные две недели после увольнения, – с несвойственной ей решительностью ответила София. – Расскажите как до вас добраться?

И глава деревни подробно объяснил ей на каком автобусе доехать. Где выйти из автобуса и ждать встречающего.

Когда София положила трубку. Перед глазами всплыло воспоминание из детства в детдоме и няня:

– Я видела твоих родителей! Они не такие, как все, – говорила нянечка маленькой Софии. Та сидела у нее на коленках и плакала после очередных нападок других девочек.

– Да! Я так люблю, когда ты мне это рассказываешь, нянь, – немного успокоилась девочка, – расскажи какие они были.

– Мама твоя была такой красивой! Волосы у нее были длинные, русые, густые и заплетены в косу, вот как у тебя сейчас, – и няня провела рукой по косе девочки. – И такие бездонные голубые глаза, никогда таких не видела! А реснички белые, как волосы. Очень необычные. Как-будто прозрачные.Ты очень похожа на свою маму! Вот только веснушек у нее не было. А у тебя есть! Они делают тебя ещё красивее, как солнышко! – и няня щипала за щёчки девочки.

София не любила свои веснушки, думая, что они даны ей в наказание, а иногда даже считала, что это злые детдомовские девочки-подростки ей их нарисовали, когда она была совсем малышкой.

– А папа?– спросила она, чтобы няня продолжила рассказ.

– А папа полная противоположность. Мне кажется, что в нем что-то от цыган. Смуглый, стройный красавец с черными волосами и карими глазами. Даже не знаю, почему ты не родилась темненькой. Темные гены обычно сильнее, – гладя малышку по светлым волосам, размышляла вслух няня.

– А почему ты решила, что они мои родители? – в очередной раз спросила София.

– Они так и сказали тебе на прощанье, пока ты агукала в пеленках: “Дорогая наша дочка, мы обязательно вернёмся за тобой! Нам надо решить очень серьезное дело и мы тебя отсюда заберём!” – процитировала в стомилионный раз няня.

– А почему ты не спросила их зачем они так со мной поступают? – глаза Софии опять были на мокром месте

– Конечно, спросила! Они сказали, что пока не закончат одно дело – тебе грозит опасность. И добавили, что очень тебя любят, – няня поцеловала девочку в щеку. Она делала это каждый раз, когда доходила до этой части истории. А София доставала из кармана носовой платок с очень необычным, вышитым знаком бесконечности с красивым цветком и вытирала слезы.

– Ты молодец, что хранишь этот платок,– улыбнулась няня.

– Ещё родители сказали мне, обернувшись на прощание, что если они не придут за мной, то этот платок мне поможет их найти! – прервала няню София, аккуратно убирая платок в карман.

– Точно! – ответила няня и опять поцеловала девочку.

Няня очень любила ее, но не могла защитить от старших девочек. И однажды случилось то, чего всё время боялась.

– Что ты там прячешь всё время в своем кармане? – три девочки прижали Софию к стенке. Двое держали ей руки, а третья доставала ее носовой платок с узором.

– Не трогайте! Это моё. Это моих родителей, – она плакала, пыталась кричать, но они постоянно затыкали ей рот.

– Молчи, коротышка, если жить хочешь, – говорила самая злая из них, Кристина. Поговаривали, что пьяная мать притащила ее за шкирку, пока та была совсем маленькой и сказала,что отказывается от этого маленького чудовища. И она действительно выросла такой, обозлившись на всех.

– Просто не трогайте мой платок, – умоляла София.

– Просто не трогайте мой платок, – писклявым голосом повторила Кристина, а другие две захохотали.

– Хочешь, я буду каждое утро заправлять твою постель? – предложила София.

– А это идея, коротышка! – и Кристина подожгла платок девочки, гнусно смеясь и наблюдая за ее истерикой. Девочки зажали Софии рот и руки и она беззвучно, со слезами на глазах кричала и пыталась вырваться, чтобы спасти свою ценность. Но мерзкая Кристина сожгла платок Софии дотла и ещё пригрозила, что если она не будет заправлять каждое утро ее постель, то сожжёт у неё что-нибудь ещё.

София долго горевала из-за платка, думая,что без него она не сможет найти родителей. Но узор настолько въелся в ее память, что девочка начала рисовать его на тетрадях, листочках и даже внутри тумбочки, пока не убедилась, что он прочно засел в её голове.

И почему-то именно сейчас, поговорив с этим мужчиной по телефону, у нее в памяти всплыл узор. Доброжелательный голос главы города дал толчок воспоминаниям? Или осознание того, что она обретёт свою семью в этой деревне? Пусть даже с чужими людьми? Подруга ей тоже не чужая, но почему же ее так тянет в Златоуст, София не могла себе объяснить.

Глава 2

Попрощавшись с подругой, София не оглядываясь, повезла свой единственный чемодан на автобусную остановку, а дальше в неизвестность. Добравшись до автовокзала, с трудом нашла нужный автобус, потому как:

– В такую глухомань автобус едет один раз в неделю и вам повезло, что этот день именно сегодня! – сказала брюзгливым голосом кассирша и указала на старенький пазик непонятного бежево-коричневого цвета. София засомневалась, что этот автобус сможет куда-нибудь доехать и вспомнила последний разговор с подругой:

– Ты не переживай! В любом случае я всегда буду ждать тебя у себя! Если не поедешь или не найдешь это место. Если тебе что-то не понравится – обязательно возвращайся, я здесь и всегда тебе рада, – они обнялись. Ольга плакала.

– Погоди, плакса тут я, – улыбнулась София.

– С кем поведёшься, от того и наберешься, – проревела Ольга и София, разжав объятия, с грустью и любовью посмотрела на подругу:

– Спасибо, моя дорогая Ольга. Люблю тебя! Ты всегда меня поддерживала.

– И всегда буду! – дополнила Ольга, – ты как-будто прощаешься насовсем со мной. Здесь твой город, я в конце концов, которая будет тебя ждать.

–А где мой дом, Оль? – София отвернулась, чтобы досчитать до десяти и не разреветься.

– Ты хочешь остаться в деревне? – подруга вытаращила на Софию глаза и заморгала.

– А вдруг мне понравится!

София не хотела нагружать подругу своими проблемами, нужно было справляться дальше самой. И считала, что ей очень повезло с этой деревней и работой. Она не успела стать обузой единственному близкому человеку, оставшемуся в её жизни.

– Куда? – спросил водитель, прервав размышления Софии, как только она осторожно начала подниматься по ступенькам в автобус.

– До Златоуста, – ответила София.

– Не еду ни в какой Златоуст, – голос водителя стал напоминать крик чайки.

– Да! Извините, перепутала. Вы едете до Семеновки, а там меня встретят, чтобы довезти до Златоуста, – зачем-то начала объяснять София, протягивая билет. Обычно она не была многословной. Но что-то в водителе располагало, несмотря на его недовольный вид.

– Ну до Семеновки то довезу, – проворчал водитель, взяв билет, – и что вам там надо в этой забытой Богом деревне, – себе под нос проговорил водитель.

– Что вы сказали?– переспросила София, не расслышав все слова.

– Нет, это я сам с собой, с умным человеком разговариваю, – неожиданно улыбнулся водитель. Удивительно, но для каждого ответа его голос сильно менялся. Теперь он напоминал теплый бриз. И вид у водителя уже не был такой сердитый.

Разместившись в самой середине пазика, София уловила запах душицы. Она обняла свой чемодан и закрыла глаза, вспоминая как первый раз попробовала чай с душицей.

– Нянь, а что ты всё время добавляешь в чайник? Это же не обычная заварка? – спросила десятилетняя София, увидев няню с заварочным чайником и какой-то травой.

– Всё правильно! Я завариваю душицу. Она очень полезная, – улыбнулась няня и налила чай Софии, – попробуй.

Девочка неуверенно отхлебнула и глаза ее округлились:

– Какой вкусный чай получился! И название подходящее – девочка с удовольствием начала пить из кружки ароматный чай.

– А знаешь сколько ещё существует трав и даже лечебных?

– Сколько? – София заинтересованно уставилась на няню.

– Очень много! А если в них разбираться, то можно лечить разные болезни с помощью травяных отваров, – няня начала рассказывать о свойствах мать-и-мачехи, мяты, шалфея, ромашки, чабреца, пижмы. Девочка с большим удовольствием слушала и впитывала информацию. После того, как она выудила все, что знала няня, Софии захотелось узнать ещё больше о травах. В школьной библиотеке она нашла книгу о лекарственных растениях. Часами сидела в читальном зале, читала и перечитывала. Чем больше София узнавала о травах, тем больше в ней зарождалось чувство удовлетворенности.

В той же библиотеке София попыталась найти информацию о необычном знаке бесконечности, нарисованном на платке, который оставили ей родители. Она узнала, что цветок на знаке – наперстянка. Ядовитое растение. Больше ничего. Поступив в медицинский колледж, София пыталась и в местной библиотеке найти хоть какую-то информацию, но тщетно. Со временем София прекратила поиски знака и переключилась только на травы. Возвращаясь из колледжа, обязательно заходила в парк и искала знакомые растения, попутно сравнивая с картинками в книге. Траву София собирала в пучки и вешала над своей кроватью. А потом они вдвоем с няней заваривали вкусный чай и экспериментировали со вкусами.

– Смотрите! У нашей принцессы Софии появились букеты, – начала одна соседка.

– Парень у нее теперь есть, не иначе, – проговорила вторая.

– Леший что- ли? – засмеялась третья и остальные подхватили. София не отвечала на их придирки, чем больше всех раззадоривала.

– Признайся, что ты ведьма! – подсела к ней однажды одна из соседок. София опять промолчала. А ночью ей вымазали пастой лицо и рассыпали все, что она собрала в парке. Тогда няня долго успокаивала Софию. Ходила разговаривать с её соседками, но всё было бесполезно.

Даже обидчица Кристина уже не казалась такой страшной. К тому времени она покинула детдом и поговаривали, что связалась с плохой компанией. София не держала на нее зла, а вот няня всё время повторяла, что как аукнулось, так и откликнулось. София не поддерживала эти слова, хоть и любила няню, потому что она была единственным человеком, с которым могла поговорить. С другими девочками в детдоме София так и не подружилась. Только когда познакомилась с Ольгой, поняла что такое дружба со сверстником. София переключилась в воспоминания их знакомства.

Она стояла около зеркала в туалетной комнате колледжа. Не успела причесаться с утра и сейчас заплетала косу. Вошла незнакомая девушка и тоже посмотрела в зеркало. София напряглась, ожидая подвоха. Она была готова ко всему, но только не к тому, что услышала через несколько секунд:

– Привет! Меня Оля зовут, я с сестринского, ты тоже?

– Да, – неуверенно ответила София.

– Как тебе учительница по анатомии? – и Ольга начала вышагивать около туалетов и говорить с интонацией учительницы: “-Петрова! А знаешь, что если ты будешь ковырять пальцем в носу, то он деформируется?

– Палец или нос? – засмеялась София.

– Вот тоже самое спросила и Петрова. И знаешь что Галина Николаевна сделала? – Ольга выдержала паузу, – она поставила ей два за незнание анатомии! – девочки прыснули от смеха.

– София, меня зовут София! – и они пожали друг дружке руку.

С тех пор девочки встречались в туалетной комнате, в коридоре на переменах и болтали о учебе. А однажды случилось то, что сделало их неразлучными.

– София, ты можешь исправить двойку, – сказал ей учитель по философии, оставив после урока. В аудитории больше никого не было.

– Как и когда я могу это сделать? – спросила София.

– Прямо сегодня вечером, встретившись со мной в гостинице, – вот так просто ответил ей учитель, – надменный, темноволосый, с крючковатым носом, он славился своей развратной натурой, но София даже не предполагала, что это коснется и ее. Занималась она всегда только на отлично и было непонятно как получила двойку. София точно помнила, что написала всё правильно.

– Что? – переспросила София, не веря своим ушам и начала пятиться из класса. Преподаватель быстро схватил ее за руку и пригрозил:

– Если не согласишься, то я постараюсь, чтобы ты не закончила этот колледж, – от него пахло луком и ещё чем-то очень неприятным. Софию чуть не стошнило. В этот момент в аудиторию ворвалась Ольга, которая ждала подругу в коридоре, как будто почуяв неладное. Увидев, как преподаватель схватил Софию за руку, начала кричать:

– Помогите! Здесь преподаватель хочет изнасиловать ученицу!

Естественно, тогда сбежалось очень много народу и учитель философии был уволен. А София с Ольгой стали неразлучными.

– Меня послали тебе на защиту, – говорила Ольга и гордо поднимала подбородок. А София была благодарна за спасение. Ее воспоминания прервались сильным толчком и автобус наклонился.

– Не ходи туда! – сказал водитель автобуса, повернувшись к Софии и глядя ей в глаза. Она даже пошатнулась от неожиданности. Его глаза были такие же мутные, темно-синего цвета, как у водителя такси.

– Почему? – удивилась и одновременно с этим испугалась София.

– Потому что колесо накачать надо, выходи пока говорю, а то растаешь от жары, – усмехнулся водитель. На Софию смотрели два карих глаза.

Она решила, что у нее точно нервы сдают и надо успокоиться. София вышла из автобуса и стала медленно считать до десяти. Немного успокоившись, она вспомнила нечто очень важное. Няня, ее самый близкий человек в детстве, умерла, когда София училась в колледже. Тогда, узнав, что няня в больнице, София прибежала к ней. Оказалось, что няня подхватила воспаление лёгких и ее организм не справляется с болезнью и умирает. Няня попросила пустить Софию к ней.

Последние слова няни, которые она сказала в больнице, каждый день звучали в голове Софии:

– Ты не одна, помни это! Твои родители совсем рядом, скоро ты с ними встретишься! – после этих слов няня умерла с открытыми глазами. Они были мутные, темно -синего цвета. Хотя при жизни глаза у няни были серые. Тогда София не думала об этом, она была сломлена. И только сейчас, находясь на обочине по пути в деревню, девушка вспомнила эти мутные синие глаза. Потому что…

– Стоп! – сама себе сказала София, – такие же глаза были у того таксиста, а теперь и у водителя. Неужели здесь есть какая-то связь? София настолько ушла в свои мысли, что не сразу услышала:

– Говорю, колесо в порядке, поехали! – крикнул во второй раз водитель и София подскочила от неожиданности. Она боялась ехать дальше с этим человеком, но выбора не было. И София села в автобус, сильно прижимая к себе чемодан, как-будто это была её единственная защита от внешнего мира.

Глава 3

Автобус чихнул и остановился.

– Приехали! – констатировал водитель, видя, что София приросла к сиденью, обнимая чемодан.

София посмотрела в окно. Две берёзки вместо привычной крыши остановки и высокая трава. Дорога осталась позади и здесь заканчивалась.

– Спасибо, – ответила она и со страхом посмотрела водителю в глаза. Они выражали нетерпение и что-то еще. Может быть грусть или безразличие, а может ей просто показалось. Так же, как помутнение и предупреждение. София облегченно вздохнула и стала выходить из автобуса. Но не успела она коснуться подошвами травы, как он тронулся и уехал.

– Подождите! – закричала София, бросив чемодан и побежав за автобусом, но он уже скрылся в облаке пыли и наступила тишина. София обхватила себя руками и осмотрелась. Вокруг стоял сплошной лес и только кукушки размеренно куковали чей-то остаток жизни. У Софии увлажнились глаза. Она вернулась к чемодану и села на него.

– Раз, два, три, четыре, – начала она, как обычно, считать до десяти, еще больше сьеживаясь из-за поднявшегося ветра.

– Я не буду реветь, ну сколько можно! – в сердцах выпалила София, вытирая глаза, – столько проехала, чтобы сдаться? Неужели мне суждено всегда быть тряпкой? Нет! Хватит! Надоело! – она резко встала и подскочила от неожиданности, услышав сзади голос:

– Гражданочка, с вами всё в порядке? – мужчина в когда-то белой кепке и старомодном кафтане, пристально смотрел на Софию.

– Здравствуйте! – взяла она себя в руки, – вы, наверное, за мной? – София посмотрела за плечо мужчины. Там стояла повозка, запряжённая белой лошадью. Она была настолько красива и спокойна в своем размеренном пережевывании травы, что София не могла оторвать от неё взгляд. Лошадей София любила и верила, что эти животные плохих людей к себе не подпустят, а та, что была запряжена в повозку источала что угодно, только не страх.

“– Вот и ты будь как эта лошадь! Не бойся!” – подбодрила себя София и смело посмотрела на мужчину.

– За тобой! – коротко ответил дядька пятидесяти лет, с усами, которые всё время закручивал. Его узкие серые глазки прищурились ещё больше, когда он сказал:

– Только в таком виде не повезу! – и с ног до головы провел взглядом по одежде Софии. На ней были легкие льняные штаны и голубая рубашка с коротким рукавом.

– Что не так с моей одеждой? – София удивилась и осмотрела себя. Может пятно где, а она и не заметила. Ничего не обнаружив, внутренне возмутилась. Не успела приехать, как ей уже указывают что нужно надеть.

– Срам! Девка, а в брюках! Не повезу! Переодевайся или пешком добирайся! Но и там тебя осрамят – грубо ответил дядька.

– У вас есть дресс-код? – ещё больше недоумевала София.

– Типа того, – ответил он, видимо не понимая точного значения этих слов.

София пешком добираться не хотела, да и не знала дорогу. И от работы отказываться не собиралась. Она всем докажет, что умеет управлять ситуацией.

– Давайте так! А если я платок оберну? – вспомнила она, как выходят из положения в церквях – так повезете?

Мужичок поцокал и согласился, а София засчитала себе первую победу, убеждаясь, что деревня пойдет ей на пользу. Она с улыбкой на лице взяла чемодан и закинув его в повозку, села на краешек:

– Вас как зовут? – спросила София с той же улыбкой.

– Иван, я местный фермер, – дядька неожиданно тоже улыбнулся, показав черные зубы.

– А меня София! Я ваша новая медсестра!

– Знаем, знаем,– опять подкрутил усы Иван и они тронулись с места.

А София подумала о том, что нужно будет переговорить с главой города о своем рабочем дресс-коде.

Глава 4

Сидеть на сене было мягко, но непривычно из-за периодически впивающихся иголочек. София обрадовалась, что она в штанах, да еще и платок сверху. Вся эта ситуация с юбкой оказалась положительной для нее со всех сторон.

Фермер поехал по неровной дороге прямиком в лес. Видно было, что ее не часто используют. Высокая трава хлестала по ногам. Прыгающие кузнечики неожиданно выскакивали из зарослей, поэтому Софии пришлось забраться полностью в повозку, чтобы не искушать других насекомых, обитающих в траве. На карте этой дороги точно не было, София проверяла в разных источниках и везде значилось одно и тоже: густой лес без признаков цивилизации. Но даже тогда, смотря на карту и не видя пункта назначения, София не отказалась от идеи поехать в эту деревню.

Чем дальше они продвигались, тем темнее становилось, чаща сгущалась и солнце осталось там, на остановке, не имея возможности проникнуть лучами через стену этих зарослей. София поежилась. Но не оттого, что замёрзла. Она что-то почувствовала, как-будто на кто-то испепеляет ее взглядом. София оглянулась посмотреть на фермера, но тот не обращал на нее внимания. Вообще казалось, что он не живой: едет, не шевелится, как мумия. И вдруг София как будто провалилась в яму. Она огляделась по сторонам, посмотрела на свои руки и ноги. Всё на месте. Часы показывают 12 часов дня. Она так же сидит на повозке. Но что изменилось? Стало теплее. Деревья. Сейчас они казались зеленее и красивее, как искусственные. Дорога, по которой они ехали стала аккуратнее, уже не заросшая травой. Повсюду щебетали птицы и начали встречаться поля, засеянные пшеницей, подсолнухом, кукурузой и чем-то еще. А больше всего Софии бросились в глаза широкие придорожные полосы вокруг всего леса с цветущими цветами. София знала этот цветок. Наперстянка. Он относился к ядовитым растениям и София никогда не притрагивалась к нему, собирая травы в лесу.

– Как у вас тут красиво! И сколько распаханных и засаженных полей! – восхитилась София.

– У нас нет магазинов. Мы меняемся товарами. Выращиваем всё сами. У каждого своё занятие, – с гордостью сказал фермер.

– А где же я тогда буду покупать продукты? – заволновалась София, вспоминая разговор с главой деревни. Он не предупреждал об этом.

– Да вы не переживайте! Что мы, вас всей деревней не прокормим что-ли? – и он засмеялся.

– Ну как-то неудобно вот так….– смутилась София, привыкшая к тому, что просто так никто ничего не даёт.

– Неудобно у нас не принимается! Вы не стесняйтесь, всегда берите что вам принесут, – добавил фермер.

София не знала, что ответить и решила поменять тему разговора, а на месте уже во всем разобраться.

– А вы меня сейчас сразу на работу повезёте или в администрацию? – спросила София.

– Нет! Сначала к вам домой. Отдохнете с дороги, покушаете. Мы вам уже стол накрыли. Сначала нужно подумать о себе, ну а потом уже дела делать, – фермер Иван обернулся к девушке и улыбнулся.

– Как приятно! Спасибо! Обо мне так только няня заботилась – у Софии опять навернулись слезы. Няня была ее самым близким человеком всё детство. Хоть София тогда и думала, что совсем одна и никому не нужна. Теперь то она понимала, что если бы не было няни, то её кошмарная жизнь в детдоме была бы сущим адом. Когда няня умерла, София не могла успокоиться. Горе настолько ее захватило, что она чуть не бросила колледж. Тогда Ольга подставила ей своё плечо и вытащила из трясины горестных мыслей.

– Спасибо вам огромное за такое гостеприимство, – добавила София, улыбнувшись и подставив лицо теплым лучам солнца.

На въезде в деревню первое, что ей бросилось в глаза: нигде не было столбов с электрическими проводами. Ни одной машины и асфальта.

– Вижу, что цивилизаию вы обходите со всех сторон – проговорила София, разглядывая всё вокруг.

– Мы живём далеко от нее, да и считаем, что всё у нас как надо, – отчеканил Иван, закрывая тему.

София не стала вставлять своё мнение. Она смотрела на добротные срубовые избы, не перекошенные от времени, как будто их построили совсем недавно. Люди выходили из домов на дорогу и смотрели вслед проезжающей повозке. Женщины в платках и длинных юбках. Рубахи на них были похожих цветов и формы, как-будто одна портниха шила на всех одно и тоже. Софии понравились уютные домики с деревянными заборами. И тут она увидела то, отчего ее руки задрожали. Она схватилась за повозку, боясь упасть. У нее появилось непреодолимое желание спрыгнуть с нее и бежать рассматривать то, что увидела: на каждой калитке был вырезан один знак: бесконечность с цветком. Она хотела закричать: откуда вы знаете про этот знак? Почему мой знак с платка на ваших калитках? И почему повсюду растет наперстянка? Рой вопросов закружил Софии голову и она упала бы с повозки, если бы не держалась за нее руками. Как раз в это время фермер остановился.

– Вот мы и приехали! – и сойдя с телеги увидел, что София бледная, как смерть. – Что с тобой? Как-будто призрака увидела!

– Может так и есть, – ответила София и постаралась прийти в себя. Она посмотрела на дом, перед которым они остановились. Новенькая, срубовая изба выглядела как на картинках в добрых сказках. На крыше стоял деревянный флюгер в виде петушка.

– Как настоящий! Это кто такой умелец у вас? – Софии очень понравился так искусно выструганный флюгер.

– Есть один парень, очень любит вырезать по дереву. Он нам всем и ставни красивые вырезал и петушков. Есть поверье,что петух отгоняет пламенного петуха, – проговорил фермер Иван.

– Пожар? – догадалась София.

– Всё верно! – он довольно улыбнулся.

Из соседнего дома вышла женщина лет шестидесяти с караваем в руках. И опять Софию обдало жаром. Женщина была очень сильно похожа на няню. Те же седые кудряшки, серые глаза, крючковатый нос и худоба. Даже родинка под губой была на том же месте.

– Добро пожаловать! Меня зовут Глаша Петровна, я ваша соседка, – она так мило улыбалась. София не выдержала и подойдя, обняла её.

– Вы так похожи на одного близкого мне человека, простите пожалуйста, – София отпрянула, подумав о том, что соседке может не понравится такая фамильярность. Но Глаша Петровна, махнув фермеру на прощание рукой, продолжала улыбаться:

– Всё хорошо, давай пройдем в дом, где ты будешь жить. Мы принесли немного еды, чтобы ты могла отобедать с дороги, – и она, взяв под руку Софию, повела ее к крыльцу. Поднявшись и открыв дверь, они оказались в сенях. Там стояла деревянная бочка с крышкой, пустые полки со слоем пыли, несколько вёдер и коромысло. В углу висела огромная паутина, создаваемая долго и тщательно. Паук выскочил из ниоткуда, подгоняемый страхом за свое творение, как будто показывая, что у нее есть хозяин и он на месте.

Соседка открыв следующую дверь, повернулась к Софии и произнесла почти шепотом:

– Осторожно, здесь порог. Нужно поклониться здешнему домовому, – и видя удивленное лицо девушки, добавила, сменив тему:

– А вот и, собственно, твоя изба.

София осмотрелась. Слева от входа находилась настоящая русская печь, белая, красивая, с матрасом наверху. Всё как в русских народных сказках. София даже представила Емелю, щелкающего орешки. Рядом с печкой стоял небольшой столик с глиняной и деревянной посудой и кочергой. Там же ютились и разнокалиберные свечи в подставках, облепленные застывшими каплями стекающего воска.

– Весь мусор сжигай в печи, не выноси на улицу, примета плохая, – говорила Глаша Петровна. – А это сундук для твоих вещей, можешь туда всё сложить. София увидела красивый расписной деревянный сундук и подумала, что тот парень, резчик по дереву, и правда мастер на все руки.

– Какой красивый! – только и восхитилась она.

– А вот и стол с обедом, – улыбнулась соседка и София, увидев что стоит на столе, замерла.

– Да мне этого на месяц хватит! – ахнула девушка. Ещё при входе в горницу она почувствовала аромат приготовленной еды, но любопытство осмотреть все в избе надделило.

– Ну что ты, это всего лишь жаркое, – соседка показала на утятницу.– Грибы, томленые в горшочках с кашей. Сало, хлеб, да квас.

– Спасибо вам большое за такой прием! – девушка села за стол, а соседка продолжала стоять, задумчиво разглядывая Софию.

– Ладно, ты кушай, а я пойду. Отдохни. Через часок зайду за тобой и отведу к нашему главе, – сказала соседка, расправив руки в стороны, отчего ее расписной платок напомнил крылья.

– Нет, останьтесь со мной, пожалуйста. Мне правда всё это не съесть, помогите, – и София сложила ладони в молящем знаке. Глаша Петровна так сильно напоминала ей няню, даже говор был такой же, что девушка никак не могла наслушаться и насмотреться на добрую женщину. София еще о многом хотела ее расспросить. Особенно о знаке на калитках у всех жителей, которого не оказалось нигде в этом доме.

– Уговорила! Только теперь я буду следить, чтобы ты хорошо покушала, вон какая худая, – и Глаша Петровна принялась заполнять миску девушки ароматной, дымящейся едой. София с таким удовольствием пообедала, думая о том, что все очень хорошо начинается, не смотря на то, что деревня застряла в прошлом веке. Она посмотрела на часы: они так же показывали ровно 12 часов.

– Странно, – проглотив от неожиданности почти целый кусок картошки, проговорила София.

– Что странно? – переспросила Глаша Петровна, медленно пережевывая.

– Часы остановились. Сразу, как я въехала в деревню, – задумчиво ответила София и бросилась к сумке. Достав телефон, попыталась его включить. Он не реагировал.

– И телефон не работает, – ещё больше удивившись и забеспокоившись, воскликнула София.

– Не переживай, этому есть объяснение, – усадила ее обратно за стол соседка. – Здесь телефоны и часы не работают. Для телефонов нет никаких антенн, а вот с часами немного сложнее: они просто перестали работать у всех много лет назад и теперь мы ориентируемся по солнцу. Говорят, что чем-то мы прогневали богов и они оставили нас без времени! Ты кушай! – Глаша Петровна погладила Софию по плечу и они продолжили обед. Но Софию не удовлетворил ответ соседки и она продолжала думать о всех странностях этого дня, совсем потеряв желание дальше расспрашивать о чем бы то ни было.

Глава 5

– Нам надо успеть к главе города, – засобиралась София и резко остановилась – как же я буду теперь без часов?

– Нормально! Петухи долго не дадут поспать. Будешь просыпаться как солнце встанет и засыпать с закатом, – махнула рукой Глаша Петровна и посмотрела в окно. – А ты права, заболтались мы с тобой, ещё уйдет Егор Лаврентьевич. Он же не по времени работает. После обеда долго не задерживается. Дома, на хозяйстве у всех много своих забот, – соседка тоже встала.

София никак не могла решиться спросить и оттягивала до последнего, но уже деваться было некуда и она неровным голосом спросила:

– Глаша Петровна, а не могли бы вы мне одолжить длинную юбку? – София чувствовала, как горит у нее лицо.

– Да ты не смущайся! – улыбнулась Глаша Петровна, – я была почти уверена, что у тебя ее не окажется и поэтому сшила юбку специально к твоему приезду! – торжественно объявила соседка. – Сейчас принесу, – и она резво удалилась. София даже не успела глазом моргнуть, как Глаша Петровна вернулась с кульком. В нем оказалась такая же юбка и рубашка, как и у остальных в деревне.

– Вы тут точно не секта? – удивилась София.

– Почему ты так решила? – вопросительно посмотрела соседка.

– Я заметила, что все одеты одинаково, – ответила София.

Глаша Петровна засмеялась:

– Конечно! Потому что всем шью одежду я! На одном и том же станке. Одним и тем же способом.

– Простите! Я не хотела вас обидеть, – София ругала себя за несдержанность. Это было на нее не похоже. Она поспешно стянула штаны и примерила юбку. Та оказалась с запахом, льняная и лёгкая.

– Какая удобная юбка, на любой размер подойдет, – покрутилась София. Глаша Петровна начала смеяться:

– Какая ты смешная девчонка! Кто же так носит? Сначала рубаху надеваешь, а потом уже юбку-понёву.

– Понёва? Каое интересное название у юбки! А про рубаху не подумала. Решила, что самостоятельным нарядом идет, – смутилась София.

– Нет, конечно! Сначала рубаха и поверх нее понёва, – Глаша Петровна уже развязывала Софии юбку и помогала надеть рубаху. Несмотря на страхи Софии, что она зажарится в этих одеждах, оказалось, что ей легко в них и приятно. Хотелось посмотреть на себя в зеркало, но его нигде не оказалось.Глаша Петровна довольно кивала головой:

– Как тебе идёт! – Глаша Петровна захлопала в ладоши. – Ты теперь одна из нас! Часть нашей семьи! – с гордостью проговорила она, – идём, красавица!

Глаша Петровна взяла Софию за руку и они вышли на улицу.

Послеобеденная жара пекла не на шутку и София подумала о том, что правильно сделала, надев соломенную шляпу, которую приметила в сенях. Новая одежда дарила прохладу, колыхаясь от небольшого ветра вокруг ног.

Они прошли совсем немного, когда София увидела около одной избушки девочку. Она плакала.

– Что случилось? – подбежала София к ребенку.

Девочка посмотрела на нее и заплакала ещё больше:

– Мой кролик пропал, – рыдая, ответила девочка. И София вспомнила, как пыталась прикормить уличного котенка. Он был очень ласковый и красивый. Когда котенок пропал, София очень расстроилась. Она понимала девочку и хотела утешить ее, но соседка, незаметно подошедшая сзади, сказала:

– Идём! Ещё опоздаем. Подумаешь, ребенок плачет! Они постоянно это делают, ничего страшного.

Софию это покоробило. Она посмотрела на Глашу Петровну и вспомнила няню. Настолько сердечную и добрую женщину, которая сопереживала всем и успокаивала, как могла. Тогда, когда котенок перестал приходить к Софии, она прибежала к няне со слезами:

– Котенок! Он не приходит. Уже неделю!

– Милая моя София, как мне жаль это слышать. Я знаю, что ты уже успела его полюбить, поплачь – няня обняла девочку и добавила:

– Ты представь, что его взяли хорошие люди к себе домой и ему сейчас хорошо и тепло.

София вытерла слезы:

– И правда! Няня! А может он на самом деле сейчас счастлив и живёт в семье! – девочка улыбнулась и успокоилась, начиная представлять как сытый котенок нежится на теплой батарее, а дети нежно берут его на руки и играют с ним. Котенок мурлычет и улыбается.

Уже позже няня случайно проговорилась, что не смогла рассказать правду Софии. Она видела этого котенка в последний раз, когда за ним бежала стая собак.

– Да, конечно, мы же опаздываем – очнулась от воспоминаний София и они поспешили к главе города.

Административное здание было помассивнее обычной избы. Внутри оказалось две комнаты, одна из которых была открыта.

– Заходи, – кивнула в сторону открытой двери соседка и испарилась. София никак не могла решиться зайти. Хоть глава деревни и был с ней вежлив по телефону и нечего было бояться. Она бы так и стояла около двери, если бы не услышала уже знакомый голос:

– Да заходи уже, я тебя не съем, – София аж подпрыгнула от неожиданности.

– Здравствуйте,– пробормотал она, зайдя наконец. Перед ней сидел высокий, тучный рыжеволосый мужчина с широкими усами и добродушным взглядом.

– А ты, значит, наша новая медсестра, – он смотрел на нее не мигая и София совсем сьежилась от страха перед таким большим человеком.

– Да! Приехала! Вот хочу посмотреть на свое рабочее место, – проговорила она неуверенно.

– Любишь сразу по делу? – улыбнулся мужчина и, взяв связку ключей со стены, вышел из-за стола. – Я Егор Лаврентьевич, – подал он руку Софии.

– София Александровна. Приятно познакомиться, – она попыталась улыбнуться и расслабиться. Пока что все были к ней добродушны. Не считая неприятности с одеждой. Только она хотела спросить на счёт одежды, как глава города сказал:

– За мной! Медицинский пункт совсем рядом.

Выйдя из администрации, они повернули направо, прошли небольшую лесополосу и на полянке за ней, София увидела избу с красным крестом на двери. Вместо крыльца оказался деревянный пандус. Егор Лаврентьевич выбрал из связки ключей самый длинный и открыл большой замок, висящий на двери. Зайдя внутрь, на них повеяло затхлым воздухом.

– Давно не открывали, не больно кто хочет ехать в такую глушь. Спасибо, что откликнулась – сказал Егор Лаврентьевич, покашливая.

Внутри стоял стол, деревянная высокая скамейка, напоминающая кушетку и железный ящик.

– Это ящик с лекарствами? – София подошла к нему и хотела открыть, но там тоже висел замок.

– Да. Сейчас открою, – подошёл глава города и одним движением ключа поменьше открыл ржавый замок.

София была поражена тому, что там почти ничего не было. Зелёнка, йод, пара бинтов и маленькие ножницы. Зато в большом количестве лежала пыль.

– А где же лекарства? – опешив, спросила она.

– Ну я же вам сказал тогда по телефону, что у нас мало кто болеет. Так, если порежется ребенок или занозу нужно вытащить. А лекарства доктор привозит, если вдруг понадобятся, – голос главы города стал немного раздраженный, чего ещё ни разу не было и София решила промолчать, подумав о том, что в ее косметичке есть достаточно внушительный набор таблеток и ампул для экстренной помощи. А как закончатся, то попросит фермера Ивана свозить ее до ближайшего населенного пункта с аптекой. До той же Семеновки, где она вышла из автобуса.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.