# Эшли против зла

Михаил Вахромин

История о взрослении и эмансипации пятнадцатилетней Эшли, которая оказывается в таинственном волшебном мире и сталкивается с внутренним злом – ведьмой Рэйвен. Девушка противостоит своим страхам и комплексам ради защиты не только сказочного мира, но и своего брата Итана. Драма с феминистическим уклоном про жизненный выбор женщины и противостояние несправедливости «мужского» мира.

## Глава 1

– Cause baby, now we got bad blood, – cлова Тейлор Свифт помогли Эшли на время вырваться из надоевшей реальности и погрузиться в свои мысли. Впервые за долгое время девушка осознала, что от неё на самом деле ничего не зависит, и эта мысль сильно огорчила её.

Эту правду о себе даже врагу не пожелаешь узнать, ведь жить зачастую и так достаточно сложно. Эшли ярко представляла свою роль в спектакле под названием «Жизнь»: жертва безысходности, пропитанная запахом частых ссор и неудачными попытками побегов из дома. Эшли недавно исполнилось 15 лет. И как ей найти свой путь, если вокруг нет ничего, кроме равнодушия?

Перед отъездом из Оксфорда Эшли успела в последний раз повидаться с Райаном – своим лучшим другом. Она сильно его любила, и он был не менее сильно привязан к ней. Их последняя встреча была короткой, но мучительной: быстро обнявшись, они пожелали друг другу удачи. Прощание оборвалось, когда Клэр, мать Эшли, устав ждать, цепко взяла дочь за запястье и потянула её к машине. Райан со слезами на глазах смотрел, а когда подруга оказалась на заднем сиденье, молча помахал вслед.

С этого дня Эшли навсегда закрыла своё сердце от матери. Она больше ничего не чувствовала к ней – мать стала для неё чужой женщиной. Временами казалось, что также поступает вся семья. На протяжении последних месяцев жизнь становилась всё более однообразной и холодной. Теперь её привычный мир рухнул окончательно, а найти новые опоры, чтобы начать всё с нуля, не удавалось. Уютные и безопасные связи исчезли, пустота внутри лишь расширялась. Эшли пыталась заполнить её чем-то, но вокруг не было ни места, ни людей, с которыми можно было бы восстановить утраченное. И чем чаще девушка возвращалась к старым воспоминаниям, тем дальше они ускользали, так же, как и её мечты о лучшем будущем.

Родители никак не реагировали на состояние Эшли, закрывшись в коконах своих мыслей – каждый застыл на своём сидении, кроме её брата Итана. Он всеми силами пытался подбодрить сестру, но у него это плохо получалось. Девушка всё глубже тонула в трясине своего подсознания – все звуки окружающего мира заглушал пронзительный голос Тейлор, который всё пел и пел о ранах, сумасшедшей любви, оставленной в прошлом. Жизнерадостный тон мелодии ощущался практически издевкой.

Итан же во время поездки зарылся в свой скетчбук: на его страницах постепенно вырастали леса, а с полей поднимался стылый осенний туман. Синяя Honda семьи Льюисов быстро проносилась сквозь эти виды. Эшли нравились его зарисовки; она и сама пробовала скетчить, но у Итана был настоящий талант. Её брат видел подлинную природу, тайный смысл любой вещи. «Он мог бы стать отличным художником. Но наша мать скорее загнобит его заживо».

Клэр Льюис никогда не ценила творческие увлечения своих детей. Для неё такая трата времени казалась бессмысленной. Она не видела перспектив в «пачканьи бумаги», поэтому сделала всё, чтобы дети рациональнее воспринимали свои возможности. Итан рисовал только в свободное время или поздно ночью перед школой, потому что все часы съедала домашняя работа и лекции по маркетингу и менеджменту после уроков. Это была настоящая пытка скукой. С каждым днем он всё больше ощущал, как его мозг сопротивляется логистике и теории вероятностей. Но Итан не мог найти в себе смелости отстоять свои мечты и увлечения. Мать буквально выжигала из него всякую страсть к творчеству, заставляя его жить по строгому расписанию.

Эшли, в свою очередь, всё глубже погружалась в злость и разочарование: на этом круге мыслей каждый момент, проведённый в раздумьях или в поисках смысла, казался ей вечностью. Хип-хоп ноты Тейлор Свифт, которыми она пыталась отгородиться, давили из неё гнев. Эшли не могла вырваться. Итан уже пятый раз пытался завязать с ней разговор, но каждый раз встречал холодное молчание сестры.

Когда на горизонте показались чёрные силуэты деревьев, Джордж Льюис, глава семейства, сладко потянулся на пассажирском сиденье и начал с увлечением рассказывать какую-то легенду о ведьмах. Эшли не слушала его, поскольку это её совсем не интересовало, а вот Итан, наоборот, был неожиданно увлечен рассказом отца. Всё больше и больше мрачных эскизов возникали на разворотах скетчбука. На одном из них скалила зубы типичная средневековая ведьма, напоминающая злую колдунью из фильма «Волшебник страны Оз». Этот фильм был любимым у Итана в детстве: тогда образ зеленокожей ведьмы Запада его изрядно напугал.

Он был остро заинтересован в мистике. Хотя родители придерживались консервативных взглядов на такие вещи, для него мистика открывала нечто завораживающее и неизведанное. Поэтому Итан тайком увлекался доской Уиджи, подаренной другом, или смотрел фильмы вроде «Изгоняющего дьявола», которые пугали его до кошмаров. Однако, несмотря на весь ужас, атмосфера происходящего на экране не давала заскучать в серой действительности.

– …Колдунья возвращалась лишь ночью домой и стала свидетелем жестокого убийства двух своих детишек. Демон забрал их души, а мёртвые тела поглотила земля. Волшебница попыталась остановить его, но погибла с мужеством храброго воина. Имя детоубийцы неизвестно до сих пор», – Джордж завершил свой рассказ, взгляд его на мгновение стал рассеянным и задумчивым.

Эшли, сдерживая зевок, мрачно посмотрела на отчима. Итан же был настолько поглощен историей, что уже представлял себе ту или иную сцену в своих следующих рисунках. Он почувствовал, как в груди разгорается тёплое чувство восхищения от того, что обычный английский портовый городок скрывает столько неизведанных тайн.

– Итан, что ты думаешь о таком финале? – обратился к нему отец, заметив его заинтересованное лицо.

Итан ответил не сразу. Он продолжал прокручивать в голове последние слова из рассказа отца. «Кто же был убийцей?» – казалось в самой истории была заложена подсказка. Он посмотрел на отца:

– Возможно, это был обладатель тёмной магии или другой потусторонней силы – он повелел демону съесть детей. И только волшебница могла увидеть истинное лицо злодея.

– Ну, может быть. Но именно этот элемент неизвестности делает историю такой пугающей, как по мне, – Джордж улыбнулся в ответ Итану и решил задать тот же вопрос Эшли:

– Эшли, а ты что думаешь?.. Эшли?!

– Эй, выключи свои наушники и ответь Джорджу, – в разговор неожиданно вмешалась Клэр. Она мельком посмотрела на дочь в зеркало заднего вида. В ответ Эшли хмыкнула и демонстративно отвернулась к окну.

– Эшли, ну пожалуйста! Ты же можешь ответить папе, – Итан несколько раз дернул за кофту сестры, но реакции не последовало.

– Выдерни у неё из ушей эту хрень! – приказала мать. Итану не понравилась эта идея, но нужно было прервать возможную ссору. Он аккуратно снял левый наушник и передал его отцу, на что Эшли сразу огрызнулась, гневно взглянув на мать:

– Эй, почему он забирает мои вещи, это вообще-то частная собственность!

– Остаток поездки просидишь без них. Почему ты считаешь, что можешь так игнорировать нас? Отвечай немедленно!

– Я тебе ничего не обязана отвечать! Ты сама постоянно меня игнорируешь…

– Закрой рот, Эшли Льюис! Ещё раз услышу от тебя что-то подобное – ты будешь серьёзно наказана! – крикнула Клэр, нервно ударив кулаком по подлокотнику.

Пока дети, притихнув, вжались в кресла, Джордж пытался успокоить жену. Не хватало еще попасть в аварию, если Клэр продолжит бушевать:

– Дорогая, успокойся, следи за дорогой. А вы двое – сидите молча. Больше ни единого звука, поняли!? Вечно с вами начинается какой-то скандал…

В машине стояла тишина. Honda ехала через туманные пустоши. Итан прислушивался к посторонним шорохам, пытаясь разглядеть какое-нибудь движение среди поредевшей листвы. Только в самом начале пути ему удалось увидеть белочку, быстро скрывшуюся в небольшом дупле. От Дартмута веяло мистикой и тайной: парень много читал о местности, в которую они направлялись, и знал множество легенд и сказок, связанных с этим местом. Они направлялись на юг Англии, на какую-то старую ферму, где жизнь словно бы замерла в полусне, это и напрягало Эшли. Она, мечтавшая весь прошлый учебный год попробовать заняться фехтованием, ощущала тревогу. Вскоре деревья закончились и впереди показался их дом. На взгляд Итана, он явно требовал ремонта: местами черепица облезла и в некоторых окнах не хватало стёкол. Возможно, их дом до этого сдавали в наём, а после ковида он оказался заброшен. Этот коттедж определенно не был домом их мечты, но пути назад уже не было. Это было новое гнездо семьи Льюисов!

## Глава 2

Осень в Англии – одно из самых эстетически красивых явлений природы, которое полностью погружает в атмосферу улиц и переулков Оксфорда, украшенных опавшей красно-оранжевой листвой и наполненных свежим запахом дождей. Однако живописной английской осени из «Pinterest» Эшли больше не видать: лес, находящийся рядом с фермой, казался ей жутким и унылым одновременно, да и небо не придавало особых красок. Девушка мимолетно вспомнила одну из последних прогулок с Райаном после школы, когда он провожал её до дома: на тот момент погода была слегка холодной, но комфортной для них обоих, солнце светило ярко, прямо в лица подростков, из-за чего ребята вынуждены были идти почти наощупь. Эта нелепая неприятность настолько развеселила их, что смех Эшли озарил всю улицу.

– Мы приехали! Берите свои вещи и живо в дом, – грубым тоном приказала Клэр, а сама направилась к ферме, судорожно клацая ногтями по старенькому айфону – служба доставки задерживалась, что только увеличивало её раздражение.

Итан оперативно вышел из машины, а Эшли решила ненадолго задержаться, чтобы обдумать дальнейшие действия и собраться духом. Она до сих пор не верила, что переехала в заброшенную халупу вместо привычной уютной квартиры. Девушка аккуратно открыла подлокотник и забрала левый наушник. Композиция сменилась – вместо бодрых аккордов «Bad Blood» полилась нежная мелодия «cardigan». Раздался резкий стук – Эшли вздрогнула, но это оказался просто Джордж. Кивком он предупредил её, что нужно поторапливаться.

– Что за дебильный скример, – пробормотала Эшли, и, взяв чемоданы, отправилась покорять новое для себя место. Уже начинало потихоньку темнеть: пение сверчков усилилось, скрюченные дубовые ветки колыхались из стороны в сторону. Чёрная от влаги кора деревьев источала холод. Эшли, встав на последнюю ступеньку, оглянулась по сторонам: от леса веяло жутью.

Внутри дом оказался ещё неказистее, чем ожидалось: в углах потолка гостиной скопилась паутина, окна явно стоило протереть. Голые стены удручали – но их мебель привезут только вечером, а до этого ничего не мешало разглядеть какие-то непонятные пятна красного цвета на полу, будто и взаправду кого-то тут зарезали. «Мы будем следующие» – мрачно пошутила Эшли: хотелось закричать, чтобы хоть как-то разбавить обстановку.

Девушка сразу же поднялась в свою комнату, чтобы наконец-таки остаться наедине с собой. Какой же соблазнительной казалась мысль о чисто застеленной постели: упасть на нее и уснуть вечным сном, чтобы потом явился «принц» с лицом Тимоти Шаламе и спас её от злой матери; они бы отправились в Америку и жили бы долго и счастливо. Но кровати не было, точнее отсутствовал матрас. Просто пустая, мрачная комната с минимумом мебели и с депрессивной аурой. Эшли была уверена, что в любой комнате этого дома картина будет такой же – сырость, плесень и проблемы с отоплением. В Нью-Йорке им с матерью повезло жить в доме с хорошими батареями. И хотя с переезда в Англию прошло уже семь лет, Эшли с радостью вспоминала то время. Может, здесь их жизнь и стала богаче, но это не мешало ей до сих пор чувствовать себя белой вороной в этой стране.

– Эй, Билл! Погнали уже, черт возьми! – из окна послышалось громкое ворчание одного из поставщиков. Эшли выглянула наружу – один доставщик уже завёл мотор грузовика, но другой всё ещё общался с Клэр, хотя по его лицу читалось, как он хотел поскорее отправиться к себе домой. Но от её матери было невозможно отделаться, пока та не добивалась своего. Эшли немного посмеялась над ситуацией – ей было жалко работяг, и одновременно с этим радостно, что в кои-то веки Клэр пилит мозг кому-то другому. Она спустилась вниз за своими вещами, а потом продолжила разбирать чемоданы и вынимать вещи из коробок с надписями: «Нижнее бельё», «Верхняя одежда», «Учеба» и «Быт».

– Эш, прикол, у нас будут кролики, хочу увидеть этих милах поскорее, – Эшли вздрогнула от слов Итана, уронив стопку книг. Тяжелый учебник по английскому лишь на дюйм разминулся с большим пальцем её ноги. Что за день сегодня, все застают её врасплох. Девушка встряхнула головой и начала сердито собирать книги с пола.

– Прости, что напугал. Я просто хотел лишь…, – брат, подходя ближе, попытался помочь ей, но Эшли лишь толкнула его в сторону и вдруг замерла, уставившись на валяющиеся книги.

– Вали нахрен из моей комнаты!

Итан не понимал, что могло её так разозлить, но предпочел убраться прочь – видимо, сегодня было безопаснее не попадаться никому на глаза лишний раз. Девушка ещё долго не могла прийти в себя от увиденного: подарок от Райана – пособие по фехтованию, был повреждён. Книга в мягкой обложке казалась изрядно потрёпанной – видимо, соседство с её тяжёлыми школьными учебниками не способствовало сохранности книги. А это падение смяло часть страниц и надорвало обложку. Теперь её самая ценная книга, которая ещё ни разу не была открыта, выглядела ужасно. При виде учебника навернулись слёзы, но Эшли несколько раз глубоко вздохнула и наконец подобрала его с пола. Она продолжала складывать оставшиеся вещи до самой ночи, пытаясь таким образом отвлечься от грустных мыслей.

Итан не отличался аккуратностью сестры, поэтому закончил со своей комнатой намного раньше. Он быстро спустился по лестнице, надеясь поскорее увидеть кроликов, но оказался невольным свидетелем очередного серьёзного разговора между отцом и мачехой:

– Джордж, это катастрофа! Почему ты этого не понимаешь!? Мы в полной жопе! – Клэр пыталась говорить тише, но от этого её тон обрёл какие-то змеиные ноты. Джордж, стоял молча, сжав кулаки. На его лице застыли стыд и сожаление. Он попытался подойти к Клэр, но та, отвернувшись, начала с преувеличенным энтузиазмом рыться в кухонной утвари. Она не желала его слушать.

Итан помнил, когда-то папа не был таким нервным и злым, а наоборот, при любой проблеме оставался свободным в своих решениях. Из рассказов отца Итан знал, что именно чувство юмора и оптимизм когда-то помогли Джорджу добиться его мамы. Итану стало жалко папу-бедолагу.

– Клэр, с издательством «Мейкорт» уже завтра состоится собеседование. Надо просто подождать.

– Нет, черт возьми! Ты лжец! Чертов лжец, Джордж! Собеседование, потом еще одно. «Вот увидишь, скоро у нас будет всё», да!? Хватит! – казалось, еще немного – и мачеха накинется на отца Итана с кулаками: с того момента, как их финансовые дела начали ухудшаться, её характер становился всё хуже и хуже. Она становилась настоящей фурией. После ругани Клэр ушла в спальню, а несчастный Джордж долго стоял как вкопанный.

Итан, проследив, что мачеха ушла в спальню, решил тихонько подойти к неподвижному отцу и обнять его крепко-крепко. С лица Джорджа всё ещё не сошла грусть, черты исказились – возможно, только появление сына удержало его от слёз. Он прогнал Итана, жестом потребовав его уйти и дать побыть одному. Мальчик, расстроившись, взял с собой скетчбук и ушёл на улицу к кроликам.

– Ты ведь соврал мне о собеседовании, верно? – Клэр, лежа на кровати, скосила взгляд на мужа, который, стоя около кровати, натягивал пижаму.

– Да… Я не хотел, чтобы ты переживала. Работа не быстро находится, на это нужно много времени, понимаешь? – Джордж лег рядом с женой. В голове крутились варианты извинений и безумные планы на ближайшие недели. Джордж мысленно выстраивал их одно за другим: вот завтра ему звонит давний знакомый и предлагает работу в фирме. Он соглашается, блестяще проявляет себя на новом месте. Они расплачиваются с долгами по кредиткам и переезжают обратно в Оксфорд. Итан и Эшли учатся в частной школе. Возможно, новая машина… Но, как и всегда, реальность грубо врывалась в его мысли, и эти воздушные замки осыпались один за другим.

– Я так устала от всей этой грязи, Джордж. От долгов, от постоянного страха за будущее. Просто не могу уже, ясно? Пережить это ещё раз не в моих силах, – бормотала Клэр сквозь слёзы. Ей трудно давалось жить без привычной суммы на карте, слишком болезненно это напоминало прошлое.

Джордж молча лёг спать, повернувшись на правый бок и погасив лампу. Клэр ещё долго не могла заснуть: её глаза невидяще смотрели на трещины потолка. За стенами снова начался дождь; ветер раскачивал ветки деревьев, из-за двери сквозило. Нет, она решительно не могла заснуть в таких условиях. Мысли о её прошлом наплывали на неё, увлекая в те времена, когда она и восьмилетняя Эшли жили в Нью-Йорке. Многие считают его городом мечты и бесконечных возможностей, но для Клэр и её болезненной дочери Нью-Йорк стал адом на всю жизнь.

Семь лет назад, еще до брака, Клэр работала ассистенткой руководителя одного из самых популярных каналов в США под названием «Fox News». Ещё на собеседовании ей непрозрачно намекнули на её место в этом телевизионном муравейнике. Она безукоризненно выполняла свои задачи: всегда приходила в офис на полчаса раньше других, готовила кофе боссу и прихорашивалась по его просьбе, потому что хотел видеть в ней «сексапильную штучку». Клэр виртуозно подчеркивала свои достоинства. И пусть короткие юбки и обтягивающие платья не совсем соответствовали офисному дресс-коды, зато они отлично демонстрировали её длинные ноги и подтянутые ягодицы.

«Красивые ноги – залог хороших рейтингов в прайм-тайм» – эту фразу подарил ей один из агентов по рекламе в её первый рабочий день – «Тебе не стоит забывать об этом, дорогуша, если ты планируешь задержаться в этом бизнесе». А потом он хищно осмотрел её с головы до ног. Если вначале Клэр и коробило от таких взглядов, то вскоре она привыкла. Она запомнила их на всю жизнь и приняла, потому что бороться с ними было бесполезно. Главному правилу для женщин в индустрии – быть привлекательной, лёгкой и постоянно улыбаться. Да, подчас она казалась самой себе напомаженной куклой, но, чёрт возьми, кого это волнует в Нью-Йорке, где жильё больше двадцати метров стоит как пентхауз где-нибудь в Неваде.

У неё был сложный период: постоянная нехватка денег, вечно ноющая восьмилетняя дочь и ноль перспектив. Клэр попросту сходила с ума и часто накручивала себя по поводу жизни: во что она превратилась? После многочасового рабочего дня на шпильках, она возвращалась домой и заваливалась на кровать – скроллить ленту с фотографиями подруг и знаменитостей. Если были силы, забегала за пиццей в ресторанчике на первом этаже. Она каждый день приходила в офис в новых чулках и тратила все с трудом сэкономленные за месяц деньги на парикмахера. Таковы были её инвестиции – на телестудии существовала жёсткая конкуренция. Кто мог осудить её за то, что в таком каждодневном марафоне она почти не замечала Эшли? Она не знала, что и как чувствует себя дочь, что ей нравится.

Забота о ней для Клэр заключалась в заботе о себе самой – девочка была частью стыдной истории, от которой у неё получалось только сбежать. Для Клэр всегда было важно мнение окружающих о её благополучии, в особенности это касалось мужского пола, ведь пристальный взгляд любого из них мог являться залогом успешной личной жизни и конца их проблем.

Именно так, в июне того же года она познакомилась с Джорджем, успешным ведущим редактором в издательстве детской литературы. На первый взгляд, он выглядел как типичный стеснительный парень-ботан, только сменивший университетские лекции на офисные совещания. Но Клэр уже была близка к отчаянью. В Джордже она разглядела главное – он влюбился в неё как мальчишка. И самое главное – он действительно прилично зарабатывал. После нескольких месяцев стратегического общения Клэр уволилась из Fox News (буквально за пару недель до крупного скандала телеканала с бывшей ведущей) и снова переехала в Англию. С кольцом на пальце, статусом жены успешного редактора и новым комфортабельным домом.

Тем временем Эшли уже готовилась ко сну: девушка переписывалась с Райаном, рассказав ему про поездку, очередную ссору и её адаптацию к новому дому.

«Эш, ты же знаешь, что проблема не в тебе? Твоя мать – неадекватная женщина, и мы это давно поняли. Держись, всё нормализуется! Ты ж умеешь дать сдачи, если надо». Эшли согласилась с высказыванием и решила закончить переписку, написав последнее сообщение: «Спокойной ночи». Райан лайкнул пожелание от Эшли и вышел из сети. Эшли последний раз пролистнула директ, как вдруг ей приложение предложило профиль какой-то девушки. Розовые волосы, новая чёлка, сияющие глаза – Эшли с трудом узнала Кайлу. Они не виделись с ее отъезда из Нью-Йорка. Но пролистав её ленту, она дошла до первых постов и убедилась в своей правоте. Это действительно была та самая Кайла, с которой они когда-то вместе ходили в школу, обедали в столовке и часто обсуждали красивых старшеклассников, преследуя их по коридорам. Та Кайла, с которой они тайком красились в закутке за школой, с которой обменялись кулонами дружбы. С которой так нормально и не попрощались.

Эшли продолжала листать профиль девушки, и затем наткнулась на фото, которое стало последней каплей этого и без того отвратительного дня. На снимке Кайла приобняла незнакомку и поцеловала её в лоб на фоне огней Эйфелевой башни. А надпись «Навестила свою bestie» довела Эшли до слёз и болезненных всхлипов. Девушка прикрыла свой рот, чтобы в доме не было слышно, как она плачет. Боль вышла наружу; отчаянье было таким сильным, что заболела голова. Она никогда не чувствовала такого желания сбежать. Но деться было некуда – уйти ей было некуда. Но каким бы сильным не был её плач, он не мог длиться бесконечно. Он вымотал её до предела, и Эшли заснула на кровати, так и не подготовившись толком ко сну.

Обычно ей никогда ничего не снилось: сон быстро начинался и заканчивался, как будто бы она и не спала вовсе, лишь прикрыла ненадолго глаза. Это первое сновидение за последнее время, которое посетило её.

В комнате было светло: солнечные лучи озарили сонное лицо Эшли; она поморщилась и приоткрыла глаза. Она видела открытое окно – за его пределами расстилался изумительно красивый цветочный сад. Эшли слегка удивилась данной картиной, но поняв, что это лишь сон, устало закрыла глаза. Но тепло солнца на её коже было таким странно-реальным, что она, не утерпев, вскочила с кровати. Мельком оглядев комнату, Эшли поняла, что место похоже на её спальню. Но здесь мебель стояла на своих местах, да и в целом всё выглядело достаточно уютно. Это показалось ей странным, так как подобное себе представить, она бы точно не смогла. Почему фантазия так резко разыгралась, девушка тоже не знала ответа. Но её попытки разобраться прервал резкий и громкий звук.

В комнату ворвались мальчик и девочка, которые, по-видимому, были близнецами, так как их черты лица практически не отличались. Они начали носиться по комнате кругами, запрыгивая на кровать и молотя руками по сундуку в углу. Эшли вздрогнула и какое-то время не двинулась из угла, в котором оказалась: она была шокирована происходящим, но в тоже время убеждала себя, что это просто странный сон. Никто не заметил её, хотя в пределах такой маленькой комнаты это было невозможно. Для Эшли это показалось забавным: стать невольным свидетелем чьей-то жизни.

– Верни мою куклу! Хватит! – громко сказала девочка, попытавшись отнять свою рыжеволосую любимицу у мальчика.

– Ты весь день с ней играешься! Дай мне поиграть! – парнишка издевался над малышкой, перебрасывая куклу то в одну, то в другую руку, дразня девочку. Результат такой игры привёл к неожиданному исходу: в комнате появилась другая незнакомка – ровесница Эшли. Видимо, это была их старшая сестра. Как и дети, она была одета в простую крестьянскую одежду. Незнакомка выглядела уставшей – её бледная кожа и круги под глазами явно говорили о недостатке сна.

– Эй, Лия, Коул, прекратите! Довольно баловаться! Идём, нам надо идти, – девушка, показав головой, что надо поторапливаться, вышла из комнаты, а за ней и мальчик с девочкой. Они неохотно поплелись за сестрой, толкаясь и передразнивая друг друга.

Эшли попыталась выйти из своего угла: у неё получилось и она решила последовать за ними. С удивлением она отметила чистоту пола – ступать по нему босыми ногами было одно удовольствие. Направившись вниз по лестнице, Эшли увидела, что планировка дома точь-в-точь повторяла их новое жилище. «Что ж, после такого первого дня неудивительно. Но почему здесь всё так светло?» – Эшли прокручивала в голове все эти вопросы, но получить ответы было возможно, только решившись на вылазку за пределы дома.

– Коул и Лия! Давайте быстрее, Руберд нас ждёт, – поторопила ребят незнакомка с корзиной в руках. Тем временем близнецы засмотрелись на розы в оранжерее, вокруг которых веяла какая-то непонятная розово-фиолетовая дымка. Вдруг мимо наблюдающих сорванцов появился небольшой огонёк, появившийся на несколько секунд, но маленьких проказников он сильно напугал.

– Если не хотите получить от мамы, то поспешите, детки, – незнакомка, щелкнув пальцами, показала им такой же маленький огонёк, только он был тёмно-зеленоватым. Сведя брови, она снова выказала недовольство и настоятельно потянула близнецов за собой.