Ная Геярова
Драконья сталь

Глава 1

Я лежала, уткнувшись носом в руку мужчины рядом, слушая его дыхание – еще минуту назад частое и прерывистое.

– Тебе было хорошо? – спросил он тихо.

Не люблю этот вопрос – в нем есть претензия на честность. Нехотя, придется дарить ему эту иллюзию.

– Да, – ответила почти беззвучно.

А внутри – пустота. Глубокая, затягивающая во мрак. И из этого мрака слышится голос, заставляющий меня дрожать в чужих объятиях:

«Ты – моя!»

Дэй!

Как же мне хочется вновь и вновь в порыве страсти повторять его имя. Но рядом – совсем другой мужчина, и его имени я произносить вслух не хочу.

Молча встала. Пока одевалась, чувствовала взгляд в спину.

– Уходишь?

«А разве нужен ответ?»

– Ты обещала.

Не смогла. И вряд ли смогу. Устала от этой связи и от любой другой. Устала глотать слезы и сдерживать дыхание, чтобы в момент страсти не произнести другое, давно ставшее чужим имя.

– Мы расстаемся, – произнесла коротко и внятно.

Главное – чтобы без истерик. Он поймет? Нет, не поймет. И не простит. Мне все равно. Я устала. Я просто хочу уйти отсюда.

Вышла в полутемный коридор.

Дверь из дома мне открыл седой привратник.

– Вы уже уходите, леди Шайра?

Я не удостоила его ответом – только мимолетным взглядом серых глаз. И от него он поежился и отступил вглубь холла, пропуская меня. Я невольно усмехнулась и скользнула в темноту ночи.

Удивительно, как он осмелился хоть что-то спросить? В этом городе ко мне относятся, если не со страхом, то с настороженностью. Может, и правда считал, что я могу стать хозяйкой этого дома?

Могла бы…

Я отмахнулась от такой мысли. Не могла. Лорд Эндерен никогда не стоял у меня в списке возможных супругов. А после сегодняшней ночи и вовсе перестал для меня существовать.

Все нужно уметь заканчивать вовремя: дела, работу, отношения. Хотя разве это были отношения? Мимолетное увлечение. Мне просто на какой-то миг показалось, что может хоть ненадолго затянется рана на сердце и успокоится душа.

Не успокоились.

Стало еще больнее, и ко всему прибавилось противное чувство собственной омерзительности.

Глупо искать успокоение в пустоте.

А отношение к лорду Эндерену было именно пустым.

Сегодня я не испытала даже желания. Скользкие руки, влажные поцелуи… мерзость. Особенно – пытаться делать вид, что мне хорошо.

Я ушла. Без объяснений. Потому что мне не нужен этот мужчина. Да, собственно, и никакой другой.

За время, что я провела в чужих объятиях, пытаясь найти утешение и забвение, я четко поняла одно – мне не нужен никто, кроме Дэя.

И как бы отчаянно я ни пыталась его забыть – не могла.

Судорожно вдохнула ночной воздух. Холодный и промозглый. Пахло начинающимся дождем. Я повыше приподняла воротник и накинула на голову капюшон.

Выйдя на улицу, лишь изредка кое-где освещенную тусклыми фонарями, махнула проезжающему ночному кэбу. Возница сонно на меня глянул – и тут же проснулся, заметив неестественный лунный блеск моих глаз из-под капюшона. Такие глаза бывают только у наездников. В них – отсвет драконьего пламени. А в Веллатире всего один наездник, Шайра Лир – темная ведьма, правая рука канцлера, выполняющая самые темные дела серого кардинала империи. Женщина, чье имя лишний раз стараются не произносить вслух, боясь навлечь на себя проклятие. И эта женщина – я!

Возница торопливо натянул поводья, приостанавливая пегого жеребца.

Молчаливо, как и подобает при встрече с моей персоной, спрыгнул с облучка и любезно открыл дверь, не поднимая на меня взгляд. Руки не предложил – понимал, что я не воспользуюсь мнимой вежливостью.

– Шерсдоут, пять, – произнесла холодно и села в темный салон.

Я устало откинулась на спинку грубого диванчика. Прикрыла глаза.

Как же мне хотелось отдохнуть. По-настоящему. Не просто закрыть глаза, а крепко уснуть – без сновидений, провалиться в темноту, чтобы хоть на одну ночь забыть о существовании самой себя.

Я уже не помню, когда спала безмятежным сном.

Нет, помню. В объятиях Дэя. Рядом с ним мой сон был крепким и спокойным. Рядом с ним я ощущала себя защищенной и не одинокой. Весь мир мог сгореть и возродиться – я не заметила бы.

Да и нужен ли был нам мир? Нет. Только он и я.

Жаркие объятия и страсть, переходящая все грани разумного.

Я готова была отречься от собственной сути и стать тем, кем он захочет.

– Девочка моя, я смогу защитить тебя от всех.

Слова в нашу последнюю ночь, когда я уже точно знала: это последний раз, когда он смотрит на меня с нежностью. Слишком сильно весы несправедливости качнулись. Не поднять чашу. И на алтаре нашей любви оказалось что-то большее, чем чувства.

На самом деле я не смогу отречься – все это только иллюзия. Я позволила себе провалиться в паутину обмана и предательства, и Дэй не простит. А у меня нет выбора.

Я смотрела в ту ночь в его синие глаза и понимала, что не смогу сказать всего. Потому что он из кожи вылезет, чтобы предотвратить это. И погибнет. Тогда я четко решила: уж лучше пусть ненавидит меня и презирает, чем умрет. А привычный мир все равно рухнет – уже невозможно было что-то изменить.

Он мог меня защитить. Я его – нет.

Я нервно вздрогнула от резкого толчка. Кэб остановился, и все тот же возница открыл дверь, пропуская меня.

Вышла, зябко ежась. Холод стал моим постоянным спутником. Он поднимался с глубины души и холодил сердце. Он стал привычным, навечно поселившийся внутри – в момент, когда я уходила от самого дорогого мне человека. Точно так же, как сейчас – в ночь. Со словами, так и не высказанными мною.

«Прости!»

Это стало моей вечной виной, вечной спутницей моего собственного разочарования в себе.

Разве тогда нужны были объяснения, почему я так поступила?

Да разве можно было объяснить?

Нет.

Я – стихийная ведьма, одна из немногих, способная управлять сразу тремя стихиями.

Девочка из Верховного Храма Ведьм. Девочка без судьбы, которую я так хотела изменить.

У таких, как я, нет будущего. Лучшее, на что мы можем рассчитывать, – это стать любовницей какого-нибудь вельможи, пока красота не иссякнет. Даже колдовство не вечно.

Или – мелкая придворная ведьма, на побегушках у хозяина.

И есть только одна возможность из сотен вырваться из этого.

И теперь, как уже не раз, я задавала себе один и тот же вопрос: могла ли я поступить по-другому?

Я даже в глаза Дэю потом посмотреть не смогла.

Он исчез из моей жизни.

И я понимала его. Его неистовое желание – никогда больше не видеть меня.

Дэй стал лучшим. Тем, кем и должен был стать.

И опасным. Для того, ради кого я его предала.

Хотя, наверное, это неправильно – не ради кого, а ради чего.

Я так мечтала встать на высшую ступень. Мечтала иметь уважение и почет. И – никогда не смотреть снизу вверх на остальных. Я посвятила всю себя тому, кто пообещал мне власть – ценой моей чести. Ценой моего предательства.

На лицо упала первая капля. Холодная и острая. Заставившая меня очнуться и пойти дальше.

Привратник лишь на секунду удивился, увидев меня, входящей в дом. Один из богатейших в Веллатире.

А как же еще – я правая рука канцлера. Одного из самых влиятельных людей после короля Кайрена Альфира – власть которого была лишь номинальной. А вот канцлер – серый кардинал страны. И я – Шайра Лир – его первая помощница в делах.

Жутко подумать о тех делах, что входили в мои обязанности. Наверное, просто продать душу дьяволу было бы не так страшно.

– Приготовь ванну, – на ходу сбрасывая плащ, кинула его худенькой служанке, выскочившей навстречу. Та молча приняла мою одежду и кивнула.

Быстрым шагом я направилась в сторону своей комнаты. По дороге свернула. Зашла в гостиную и прошла к стойке у высокого камина.

Бутылка дорогого вина стала здесь постоянным гостем уже давно.

Налила себе полный бокал и высушила до дна.

Поморщилась.

Раньше крепкое лофийское вино притупляло боль. Сейчас же казалось, та с каждым глотком разгорается еще сильнее.

Я приложила руки к груди. Сердце отстукивало неровный ритм.

– Готово! – прозвучало за спиной голосом служанки.

Я, не оборачиваясь, кивнула. Прижалась лбом к холодным камням камина. Стоило приказать разжечь его – меня знобило. Вот только осознание, что тепло огня не поможет, заставило проглотить приказ и направиться в собственную комнату.

Сбросив одежду, неторопливо легла в горячую ванну. И только здесь ощутила, как тепло медленно, но все же согревает тело.

Ушла под воду с головой. Насколько смогла задержать дыхание – лежала так.

Едва вынырнула, заметила неясную тень у двери, освещенную тусклым светом бра.

Вскочила, готовая шарахнуть колдовством, разнося незваного визитера. Вода стекала с моего обнаженного тела, но боевая стойка не помешала откинуть мокрый волос за спину.

– Леди! – служанка испуганно подскочила к краю круглой ванны и бухнулась на колени. – Леди, простите, что потревожила!

Ужас в глазах девчонки отрезвил.

– Что надо? Жить надоело?! – рявкнула я, разозлившись. Прервать мое и без того жалкое существование внезапным появлением в редкий момент душевного отдыха – верх смелости.

Служанка затряслась.

– Там… к вам… Я сказала, что нельзя… Но он…

Пенять собственную прислугу за чью-то чрезвычайную дерзость? Я не столь расточительна. Так слуг не напасешься. Да и найти новую мне будет трудно – в городе о моем характере наслышаны и стараются не наниматься к советнице канцлера, боясь попасть под горячую руку.

Но сегодня я была уставшей. Да и злилась больше не на несчастную, а на… Кого?

– Полотенце! Халат!

Из ванной комнаты я вышла, полная решимости.

В кабинет так и зашла – с мокрыми волосами и в халате на голое тело.

Не люблю распинаться перед наглецами, посмевшими заявиться в мой дом среди ночи.

Когда-то, правда, был один мужчина, который мог прийти ко мне в любой момент. Но это было давно.

Снова мысли о нем.

И почему я не могу просто забыть?

Сколько зелий перепробовано, отворотов и черных колдовских ритуалов.

Как однажды сказал мне оракул: Дэй – твой крест.

Что же, раз Богам так угодно – я вынесу его, а потом доберусь до тех, кто придумал мне такое распятие, и выверну то, что у них вместо души.

– Каких нечистых!.. – начала я грубо и смолкла.

Гость, стоявший у окна, повернулся. Лунный свет, просачивающийся сквозь стекло, лизнул его профиль.

Я проглотила слова. Все. Разом пожалела, что стою в халате – бледная и растрепанная.

– Доброй ночи, Шайра.

Голос канцлера был глух и спокоен. Впрочем, как всегда.

Как и его лицо – равнодушное и совершенно безучастное. Уже давно я не видела на нем и тени улыбки. Разве что в далекие-далекие годы… Тогда все было по-другому.

Я сильнее запахнула халат.

– Чем обязана столь позднему визиту? И без предупреждения? Неужели здание Сената горит?

Он скривил тонкие губы, показывая, что оценил мою иронию.

– Сказать по правде, я удивлен, застав тебя дома в такой час. Молва ходит, будто по ночам ты купаешься в крови молодых мужчин и душишь красивых девственниц.

Язвительно и мерзко сказал. Будто в душу вгрызался, медленно, упиваясь моими страданиями.

«Чертова кретин!»

– Купаюсь, – ответила равнодушно, неторопливо прошла и устроилась в кресле, нагло закинув ноги на подлокотник. – Но не в крови. Поверьте, канцлер, есть вещи, которыми с мужчинами заниматься куда приятнее, чем резать им шеи и пить кровь. А с девственницами нынче туго, тем более – красивыми. Разве что совсем девчонки. Но я не поднимаю руку на детей.

Говорила, а сама представляла канцлера на эшафоте – чтобы крутился и извивался, умоляя пощадить.

Последнее – навряд ли.

Канцлер Нейт Эридан – уверенный в себе, жестокий, равнодушный. Ему не страшна смерть, как, впрочем, и мне. Если он когда-то и взойдет к палачу, то с гордо поднятой головой. Его можно было бы уважать – но я его ненавидела.

– Ты в курсе, что в Нарларе назревает буря?

– Да, – ответила спокойно.

– Ведьмы собирают силу для удара по Инквизиции и заодно – Сенату. У них появилась новая Верховная. Если та сила, о которой говорят, – правда, то грядет большое давление на власть. А времени до официальной коронации осталось мало.

– Вы совсем разочаровались в Кайрене. Слишком торопите коронацию.

Канцлер поморщился.

– Кайрен – марионетка, слишком слабый для того, чтобы быть главой империи. Я слышу много недовольств. А если на трон вступит настоящий наследный принц, разговоры стихнут. Сразу после свадьбы принц Хран будет провозглашен королем всего Виренаара.

Я усмехнулась, смотря в проницательные глаза Нейта. Принц Хран, младший брат Дэя. После гибели всей семьи он единственный остался жив. По слухам. Был ли ребенок действительно им – знали только я и канцлер. Но, вызывая благодушие всего народа, Нейт громогласно заявил, что берет наследника на воспитание до совершеннолетия.

О, это же так благородно!

– Проще воспитать короля, чем пытаться изменить?

Канцлер не ответил. Он вообще не любил отвечать на вопросы.

– Если все будет по плану новой Верховной – подозреваю, что он им не станет.

Я кивнула. Я знала.

До правительства давно доходили слухи о рассвете ведьмовских сил на Севере.

– Что вы хотите от меня? Я уже давно стала просто советницей, а не воином. Силы Золотого Дракона иссякают. Я вам говорила: драконы не живут в неволе. Это свободная магия, ее нельзя заточить навечно. Или решили с моей помощью найти новую стаю и подавить грядущее восстание?

– Это потребует слишком много времени. Его у нас нет. К тому же идут слухи о возрождении некого черного дракона. Думаю, и это ты слышала.

Я кивнула.

– И такие слухи доходили. Но это лишь слухи. Черные давно вымерли – кому, как не вам, об этом знать, канцлер Нейт. И уж тем более они ни разу не позволяли себя обуздать. У Черных никогда не было наездников. Они были слишком свободолюбивы и жестоки. Скольких в свое время они уничтожили – тех, кто пытался их заполучить, втереться в доверие или подавить волю. Нет, в эти слухи я не верю. Скорее, их запустили сами ведьмы, чтобы навести панику в Сенате. И, как вижу, у них это почти получается.

У Нейта дернулась щека.

– Я бы не относился к подобным разговорам с таким недоверием и цинизмом.

– Хотите, чтобы я проверила слухи?

Он покачал головой. У меня неприятно заныло под печенкой. Предчувствие мерзкое и пакостное выползало из нутра колючим ежом.

– Хочу, чтобы ты уничтожила наездника.

– Точнее, того, кого называют наездником… – уточнила я. – В то, что черные драконы действительно возродились, я не верю.

А вот о том, кого называют его наездником, я слышала. И сама мысль о встрече резала сердце и душу на куски.

– Ты – ведьма! – Канцлер медленно подошел ближе, смотря мне в лицо. – Ведьма, у которой за спиной все еще есть сила Золотого.

Черные глаза, как всегда, бесстрастные и давящие на собеседника с невидимой ментальной силой, взирали на меня.

Только мне не привыкать смотреть на Нейта.

Ответила спокойно – не повышая голоса и не теряя самообладания.

– Я – отступница. Моя душа давно не принадлежит мне, как и воля. Но и у меня есть грани, которые переступать просто кощунственно. Я не воюю против ведьм. До моего отступничества они были моим кланом и моей семьей. Не просите о невозможном, канцлер Нейт.

– Тебе и не придется, – выдохнул мужчина. – Ты ведь прекрасно понимаешь, что я говорю не о ведьмах. Бунт ведьм мы беспрепятственно подавим. Но если у них действительно есть дракон с наездником – это станет большой проблемой.

Холод его голоса резал слух. А от исходящей ауры у любого другого началась бы нервная дрожь.

Канцлер слегка поправил черные волосы, затянутые в хвост и закинутые за спину.

– Коронация должна пройти.

Я молчала.

– Мы уничтожим Черную Змею, впитавшую силы тьмы, в ее зародыше, – выдал Нейт.

Я несдержанно усмехнулась. Самая большая тьма этого мира – канцлер и я. Но так удобно говорить о зле, когда имеется в виду противник.

Нейт протянул руку и поправил мне мокрый волос, залипший на лбу.

– Насколько мы знаем, цель клана – уничтожить Инквизицию, подавить нынешний Сенат и провозгласить принца-отступника истинным главой империи.

– И что же, Сенат не способен за себя постоять? – протянула я сквозь усмешку. – А как же великие силы Инквизиции?

Канцлер скинул мои ноги с подлокотника и сам сел на него.

– Сенату не нужно будет этого делать. Принц-отступник, а мы подозреваем, что он и есть вероятный наездник, – и Верховная – здесь. Я подозреваю, что они готовы нанести удар. Если мы все же предположим, что черный дракон у них есть и они уничтожат твою стаю, то противостоять им будет нечем. Ты, как никто, знаешь, как можно подойти к принцу ближе и избавиться от него – в этот раз уже окончательно.

У меня от его слов у меня озноб прошел по коже.

Знаю. Слишком хорошо знаю.

Вот только принц-отступник тоже знает, кто я, – и вряд ли подпустит близко.

– Что вы хотите?

– Мне донесли, где он остановился. Мои вездесущие уши нашептали – крохотная гостиница на окраине Веллатира…

– Бросьте, канцлер. Если с ним Верховная ведьма, то я и на сотню шагов не подойду. А если там еще и, как вы говорите, черный дракон… Меньше всего мне хотелось бы стать паленой ведьмой.

Нейт усмехнулся. Криво и неприятно. Собственно, как всегда. А ведь когда-то он казался мне более чем привлекательным.

Я про себя усмехнулась.

– Я знаю, ты сможешь, – змеиным шепотом продолжал Нэйт. – Один черный против стаи Золотых… Брось, Шайра, ты в силах это сделать. Ведьма и принц – против такой мощи просто дети. И ты тоже это знаешь.

Я знала. Как и многое другое. Как и то, что сейчас канцлер очень сильно ошибается. Я слишком долго сражалась с драконами, чтобы понимать – это будет последним моим делом. Последним – и для меня, и для вожака Золотой стаи. Даже если мы выстоим. Вот только…

Я криво усмехнулась и, не спеша, поднялась, отстраняя от себя слишком близко находившегося канцлера.

– Адрес… – произнесла тихо.

Глава 2

Предрассветные улочки были еще темны, когда я свернула к обозначенной гостинице.

Странно… Если принц-отступник здесь с Верховной – почему я так просто подошла? И где пресловутый черный дракон? Кажется, россказни про него – чистой воды брехня. Собственно, как я и думала. Древности не воскресают. А черные пропали порядка двух веков назад.

Однако все остальное вполне себе правда. И меня это малость тревожило. Хотя нет – тревожило меня совсем другое. И у этого другого было вполне определенное имя.

Однако все равно странно – почему они не выставили никакой защиты?

Темные окна. Тишина.

Я подошла и взялась за ручку. Дверь спокойно открылась, издав легкий скрип. И даже тогда навстречу мне никто не вышел.

Скользнула в гостиницу уже с четким пониманием: меня ждут. Или даже по-другому – ждут именно меня.

В противном случае я бы уловила хоть какой-то всплеск магии.

Но нет…

Я никогда не боялась. И сейчас не испугалась.

Понимание того, что те, кто находится в гостинице, прекрасно понимают, кто за ними придет, даже порадовало. Все решится сейчас и здесь.

Скользнула взглядом по помещению.

Надо же – даже лампы не горели. Только лунный свет, мертвенный и синеватый, освещал нутро гостиницы. Хотя, это даже не гостиница, а постоялый двор: на первом этаже – небольшая таверна с пятью столиками и узкой стойкой, за которой можно было видеть круглые бутылки вина.

Я прошла, взяла одну и направилась к столику.

Раскупорила. Сделала большой глоток.

Так-то лучше.

Возникшую магию я ощутила сразу. Она прошла волной, захлопывая дверь и отрезая мне путь из таверны.

Я сделала еще глоток. Вино было дешевым и кислым.

Я продолжала сидеть. Даже когда услышала скрип половиц за спиной. Просто сидела и пила прямо из горлышка.

В моем сознании тускло проявился дракон.

«Начинаем?»

«Подожди!» – отозвалась я.

Он обреченно вздохнул.

Связь между драконом и его наездницей – вечна. Они могут не быть вместе, но чувствовать друг друга будут всегда. Вот и я ощущала, как он болезненно повернулся, встряхивая шеей, затянутой в цепи. Я не сидела, как он, в подземелье, на мне не было цепей, но я чувствовала себя так же – скованной и не имеющей возможности вырваться. Уже давно. Очень давно.

– Ты даже не повернешься ко мне, – прозвучавший за спиной до мурашек знакомый голос.

Принц-отступник.

Мужчина моей жизни, которого я предала.

Мужчина, которого так и не смогла ни забыть, ни заглушить свои чувства.

Дэй.

Бутылка, против моего желания, все же дрогнула в руках. Я старалась быть спокойной. Я держалась. И все же этот голос заставил меня сжаться внутри. Сколько раз я проговаривала с Дэем эту встречу. И каждый раз, даже в моих иллюзиях – он меня отвергал. Я знала, что так будет.

Я все знала…

– Ждал? – спросила на выдохе и тут же запила вином.

– Я знал, что придешь ты…

Я отставила бутыль на стол, неторопливо поднялась и повернулась.

Он стоял у первой ступени на второй этаж. Рука лежала на рукоятке клинка – все того же эльфийского. Сколько его помню – он всегда был с ним. Неизменно.

Медленно скользнула взглядом по фигуре. Высшие силы… Как я мечтала снова пройтись по этому телу руками, ощущая подушечками пальцев каждый шрам, припадая к нему губами.

Тело при виде него отозвалось тянущей болью.

Я подняла взгляд – и наткнулась на равнодушные синие глаза. Их холод пронзал мою и без того израненную душу.

– Ну что же ты замерла? – спросил он режущим, как сталь, голосом.

И я ощутила, как темные путы магии, прокравшись сзади, начали сковывать меня.

Ведьма. Где-то позади была Верховная.

«Пора», – тускло сказал дракон.

«Нет», – уверенно приказала ему я.

В бледном свете луны я успела заметить кривой шрам, рассекающий щеку Дэя. Я помнила, как он его получил. Это я его ранила. В тот день, когда, чувствуя, как мое сердце разрывается, уводила за собой стаю Золотых Драконов – сильнейших на всем Виренааре.

– Неожиданно, не так ли? Ты ведь надеялась, что я умер? – резкость, с которой это было сказано, повторно резанула по незажившей ране в сердце – да так, что та начала кровоточить сильнее, чем если бы он вонзил в нее клинок.

Никогда не надеялась. Наоборот – молила всех богов, отвернувшихся от меня, чтобы он жил. Не ложилась спать, пока не узнавала все сводки о принце-отступнике.

Дэй шагнул ближе.

Клинок крутанулся в его руке, и лезвие уперлось мне в горло.

Я не сопротивлялась.

«Пора!» – настойчиво повторил дракон.

«Нет, Райш», – шепнула я.

«Что ты задумала?» – хмуро поинтересовался он.

«Я сделаю все правильно».

Вскинула голову.

– Ты знал, что сюда приду я. Ты подготовился, – проговорила хрипло. – Так что же ты медлишь? Убивай.

Дэй смотрел на меня.

Внимательно смотрел.

Без ненависти – но с презрением.

– Нет, не так сразу. Я хотел увидеть твои глаза. Хотел спросить – ну как он? Как тебе с ним? Его поцелуи так же приятны?

Я криво усмехнулась.

Сердце на секунду остановилось – и сделало отчаянный удар.

Могла ли я что-то объяснить Дэю?

Имела ли право так прямо смотреть в его глаза, стараясь сохранить спокойствие?

Хотя, наверное, именно так я и выглядела. Спокойно. Ведь я уже все для себя решила. Я знала, зачем сюда иду и для чего.

– Сделай хоть что-нибудь. Скажи хоть что-то в свое оправдание, – прошипел Дэй, склоняясь к моему лицу.

Я прикрыла глаза.

Если убить наездника, дракон станет свободным. Рухнут магические цепи, его сила начнет принадлежать только ему. Он уведет свою стаю – и его невозможно будет вернуть до тех пор, пока не появится новый наездник, способный подавить его волю или заполучить искреннюю дружбу и преданность.

Я была из тех, кто подавил.

Я знала: тот, кто сейчас стоял передо мной, должен был быть его истинным наездником.

Я не позволила.

Я глубоко вздохнула.

«Ты правда хочешь это сделать?» – прошипел Райш.

«Я должна была это сделать еще тогда. Я устала. Я больше ничего не могу изменить».

«А хотела бы?» – с усмешкой спросил дракон.

«Поздно».

«А ведь все могло быть по-другому», – вздохнул он.

«Но уже невозможно исправить выбор прошлого», – тихо ответила я.

«А если бы было возможно, какой выбор ты бы сделала?»

Я не ответила.

Открыла глаза и посмотрела на Дея.

– Ты не сможешь меня убить.

Ощутила, как его рука дрогнула.

Он и правда не сможет.

Как не смог тогда.

Я улыбнулась.

– Я смогу.

И, перехватив его руку, уверенным движением перерезала себе горло, отправив последнее мысленное послание своему дракону:

«Ты свободен».

Глава 3

Я проснулась от ледяного холода в груди. Не от боли – от четкого осознания: «Я умерла». Должна была умереть. После того как перерезают себе горло, обычно умирают.

И тут же что-то внутри начало сопротивляться этому. Я сделала судорожный вдох, как тонущий внезапно попавший на поверхность воды. По коже потянулось тепло, заставляя конечности согреться. И сердце гулко стукнуло, так что я ребра ощутила.

Должна ли я после смерти что-то чувствовать? Руки, ноги. Запахи!

Пахло мятой, сушеной полынью и свежестью раннего утра. Все это так знакомо. И это знакомое пахло прошлым, тем, что я практически забыла. Тем, что осталось болью воспоминаний в моей душе.

Но такого не может быть!

Однако, сделав очередной более глубокий вдох, уже четко поняла: я точно не умерла.

Открыла глаза.

Знакомый белый потолок с замазанными трещинами, тонкая циновка подо мной. Яркие рассветные лучи, проникающие через распахнутое окно с широким подоконником. Небольшая светлая комната, в которой всего-то и есть: низкий столик, тумба с книгами, тонкие нити по стене, на которых висят пучки трав, а в углу одиноко стоящий стул.

Я помнила это место. Именно здесь все началось много лет назад. Отсюда началась история моего триумфального взлета и нравственного падения.

Верховный храм ведьм Эсталиона.

Но этого не может быть! Храм ведьм разрушен! Как и сам город. От них остались одни руины! А ведьмы, которые выжили, ушли в Нарлар, где создали армию сопротивления – ту самую, возглавив которую принц Дэй стал отступником.

Я порывисто села.

– Ну наконец-то! – в комнату вбежала явно знакомая мне девушка. – Ты проспишь весь сбор. У нас сегодня практика, если ты не забыла. Наставница Рейли будет очень недовольна. Или ты решила снова игнорировать правила? – Ворчала она хмуро взирая на меня.

Я смотрела на девушку во все глаза.

Илана?!

Высшие создания! Это точно сон! Или странная игра богов и моего сознания!

Илана – черноволосая, яркоглазая, с точеной худощавой фигуркой – была моим куратором. Ученица старшего курса школы при храме Верховных Ведьм.

И… Илана погибла, защищая храм.

У нее был выбор – она могла уйти с теми, другими, – но осталась с наставницей до последнего, стоя у ворот храма, сдерживая атаку золотых драконов. Не сдержала. Она погибла вместе с Рейли.

Да и куда ведьмам против драконов? Даже Верховной и ее лучшей ученице.

– Я, конечно, понимаю – ты вчера головой ударилась, – бормотала Илана, собирая по комнате разбросанные вещи. – Но не настолько, вроде бы, чтобы последние мозги растерять. Когда ты, наконец, научишься все складывать по местам? Я тебе куратор, а не уборщица! Каждое утро одно и то же. Вот зайдет распорядительница – тебе мало не покажется.

Я улыбнулась. Как же приятно снова слышать ее ворчание.

Она повернулась и уставилась на меня.

– Нет, ты, вчера все же головой, видимо, сильно приложилась. Что это за странная улыбка? Да еще с утра? Ты меня вообще всерьез не воспринимаешь?

Ударилась? Вчера? Я?

Память услужливо подсунула мне воспоминания того дня.

Я поскользнулась на влажных камнях у пруда и упала. Ударилась не сильно, но, кажется, немного стукнулась затылком и подвернула ногу – и сама ее себе залечила, чем вызвала одновременно удивление и укор настоятельницы. Я ведь тогда использовала темное колдовство – очень хотелось быстрее все исправить. Я торопилась… Я хотела попасть на отбор в военную академию, проводящийся на площади города.

Богини!

Я ущипнула себя. Больно. Не сплю. Жива!

Рука сама потянулась к горлу и провела по коже.

Никаких порезов или ран.

И тут же вспышкой сознание выбросило в мою память последний разговор с драконом.

«Я больше ничего не могу изменить».

«А хотела бы?»

«Поздно».

«А ведь все могло быть по-другому».

«Невозможно исправить выбор прошлого».

«А если бы было возможно?..».

Райш! Но как? Как ты это сделал?!

Ответ напрашивался сам собой – ценой жизни всей стаи. Там, в моем далеком будущем, он не стал свободным. Он погиб, уведя в вечность за собой всех Золотых. Он умер вместе со мной, отдал все, что у него было, в жертву, чтобы вернуть меня…

В прошлое.

В этот самый момент.

В этот самый день, когда все началось.

Райш…

«И это после всего, что я с тобой сделала? Смогу ли я когда-нибудь отплатить?»

Я вскочила и кинулась к все еще собирающей мои вещи Илане. Порывисто обняла ее и начала целовать в руки, плечи, щеки.

Девушка упиралась и пыталась вырваться.

– Да что с тобой?! Точно голову слишком сильно повредила! Слушай, а может, то заклинание… которым ты лечилась… Шай, отпусти меня сейчас же и не слюнявь!

Она все-таки вырвалась из моих объятий, а я счастливо начала прыгать по комнате.

Девушка покрутила пальцем у виска.

– Я все-таки скажу наставнице. Пусть она тебя проверит. Видимо, ты неправильно использовала колдовство. Что-то с тобой не так!

– Все так! Все как нужно! – пританцовывая, я снова бросилась к Илане.

Она отмахнулась от меня серым плащом, поднятым с пола.

– Прекращай, мы не настолько с тобой дружны, чтобы лишний раз обниматься. Да отпусти, говорю. Ооо, богини, вразумите слабоумное дитя…

Она все же рассмеялась, махнула на меня, кинула плащ на стул и направилась к выходу.

– Собирайся, бесноватая.

И выскочила из моей комнаты.

Я торопливо стянула с себя серую холщовую рубаху для сна, быстро сполоснулась из кувшина, схватила кожаную сумку с длинным ремешком, закинула в нее пару вещей. Если все пойдет так, как должно, – сюда я больше не вернусь. И, торопливо одевшись, выскочила из комнаты.

Сегодня очень важный день – но я точно его не пропущу. И сделаю все совсем по-другому.

Практика по колдовству уже началась. Но я пошла не в лекционный зал, а свернула в другую сторону.

Храм. Мой храм.

Сколько лет я провела в нем после того, как меня малюткой подбросили к его вратам.

Эти стены, исписанные колдовскими рунами, арки и колонны, уютные беседки во дворе, небольшой фонтанчик, стеклянный купол Верховного Зала, башни с бойницами – я вспоминала его каждый день.

Радость стерлась с моего лица.

В памяти всплыло, как разлетались крыши бойниц, как рушились башни, раздавливая старающихся удержать осаду ведьм, как осыпался фонтан и горели беседки. Как вспыхивало колдовство, а магия Верховной Ведьмы поднимала нежить против… против канцлера и стаи моих Золотых Драконов.

Я нервно сглотнула.

Я не могу позволить этому повториться. Я должна помешать.

Я сжала кулаки, сворачивая к выходу из храма.

– Шайра! – позвали меня.

Я оглянулась. Настоятельница Рейли, она же Верховная Ведьма храма Эсталиона, шла ко мне. Длинное серое платье с высоким воротником и юбкой в пол – ее постоянная одежда. Никогда не видела настоятельницу в чем-то другом.

– А вы куда собрались? – строго спросила она. – У вас же сейчас сбор на практику по бытовому колдовству? И зачем вам сумка?

– Я уже сдала зачет, – уверенно соврала я. – И теперь решила собрать травы для зелий, у меня почти все закончилось.

Она приподняла бровь – всегда серьезная, неизменно прямая леди. Я никогда не видела на ее лице улыбки. Никаких эмоций. Ни радости, ни разочарований. Женщина-скала.

Ничего не мелькнуло у нее и тогда, в тот момент, когда Райш сжигал ее в драконьем пламени. Она стояла перед ним в точно таком же сером платье – защищая свою святыню и позволяя другим уйти подземными ходами. Стояла, смотря в прищуренные золотые глаза. Без страха, без упрека. Строго и спокойно. Такой я ее и запомнила.

– Наставница Рейли, я побегу. Мне еще котел в комнату тащить и траву в ступе молоть.

Она усмехнулась.

– Хорошо. Но если узнаю, что вы пошли на Площадь… – Наставница сузила темные глаза.

– Упаси Высшие, – скороговоркой выпалила я.

Она махнула рукой.

– Бегите, Шайра.

Точно так же, как тогда. В тот день. День изменивший мою судьбу. И сегодня я надеялась изменить ее повторно.

Я вежливо кивнула наставнице – и бегом кинулась к выходу.

Глава 4

Отбивая босыми ногами по каменным мостовым, я мчалась к городской площади.

Мой город! Город, который потом зальют лавины пламени, уничтожая каждый метр. Сейчас он еще был.

И я на бегу любовалась каменными стенами домов, крохотными статуэтками гномов у дверей, горшками с цветами на подоконниках распахнутых окон. Расписными вывесками и лавочками, из которых доносился запах то булочек с корицей, то ароматного парфюма.

Я знала здесь каждый поворот. Каждый уголок и закуток.

На площади уже собирались новобранцы. Шум, стуки, голоса, гвалт. Все точно так же, как в тот день.

Мое дыхание сбилось, сердце колотилось.

Говорят, дважды в реку не войдешь. У меня получилось. Теперь важно не взбаламутить темную воду.

Я замерла в арке перед площадью, не торопясь сделать шаг вперед. Сейчас, вот сейчас должен появиться он. Из улочки напротив. Да. Точно. Вот он.

Я узнала его сразу. Не могла не узнать.

Сколько потом будет времени, проведенного вместе с ним.

Сколько всего мы пройдем, прежде чем я стану для него врагом номер один, а он для меня останется болезненной памятью и одновременно единственным лучом света в моей темной жизни.

Дэй.

Молодой. Еще не искалеченный болью, войной и предательством. В глазах – тот самый свет, который я так любила.

Рядом с ним – Нейт. У него и тогда уже был холодный взгляд и совершенно равнодушное лицо.

Нейт – тот, кто в будущем станет канцлером и разрушит все.

Он, как и всегда, выглядел безукоризненно: светлые одежды, белые перчатки.

Тогда, в моем прошлом, в этот день я так торопилась на площадь, что сбила его с ног.

Нейт не устоял и рухнул вместе со мной на грязные камни. Я пыталась подняться, барахталась…

Белые одежды быстро покрылись пылью и пятнами.

У Нейта от ярости перекосило лицо.

И когда Дэй схватил меня за руку и поднял, отчаянно хохоча, одежда будущего канцлера была заметно испорчена. Радости Дэя он не поддержал и, успев перехватить меня прежде, чем я успела сбежать, не скрывая злости, прошипел:

– Ты понимаешь, кого ты сбила и что с тобой за это будет?

– Прекращай, Нейт, – продолжал смеяться Дэй. – Она же не специально. Ты своим видом испугал девчонку. Оставь ее, мы рядом с гостиницей – переодеться пять минут.

– Ну уж нет, – прохрипел будущий канцлер. – Да я ее…

– Простите, пожалуйста, простите, господа, – зачастила я. – Хотите, я постираю вашу одежду… эээ, только чуть позже. Мне нужно успеть… записаться…

Дэй смеяться перестал и внимательно посмотрел на меня.

– Вы хотите поступить в императорские войска? – удивленно приподнял он бровь.

Я кивнула.

Нейт тоже удивился.

– А вы не слишком молоды?

– Зато я стихийница, и у меня целых три стихии, – выдала я.

– Даже так?! – ухмыльнулся Нейт. – А вы в курсе, что каждый новобранец будет проходить испытание?

Я кивнула. Об испытаниях я слышала и последние пару лет активно к ним готовилась.

Я мечтала вырваться из храма и нищеты, которая была мне обеспечена после того, как закончу обучение полностью.

Я, конечно, могла остаться прислужницей при храме, но мне хотелось большего.

Я устала видеть насмешливые взгляды господ и помогать за гроши.

Я мечтала совсем о другой жизни и точно знала, что поступление в имперскую армию может меня туда провести – открыть путь в счастливое и далеко не безбедное будущее. Тогда я еще не знала, что меня ждет впереди. И что стремление подняться вверх, станет моим падением. В этот день я думала лишь об одном – стать новобранцем в войска императора, откуда я смогу добиться признания и хоть какой-нибудь мало-мальской власти. Да, я жаждала власти. И мечтала о ней.

Что ж. Я ухмыльнулась. Мне это удалось. Даже более чем.

– Значит, новобранец, – продолжал рассматривать меня Нейт. – Сделаем так: я прощаю ваше нахальство. Но вы мне будете должны.

– Все что угодно? – быстро закивала я, мечтая лишь о том, чтобы быстрее попасть на площадь.

– Эээ, так не пойдет, – протянул Нейт. – Давайте вашу руку.

Он уверенно потянул меня за ладонь и быстрым росчерком поставил на тыльной стороне небольшой символ – печать обязательства.

– Так-то лучше, – ухмыльнулся он.

Мое предательство началось с этой печати.

И теперь я точно понимала: мне нельзя попасться на глаза Нейту и снова стать ему обязанной.

Тогда я осталась ему должна. Но не в этот раз.

Я отступила в тень. Затаилась.

Ждала. Они прошли в двух шагах от меня.

И я уже почти выдохнула, когда Нейт вдруг остановился, оглянулся и посмотрел назад. В тень арки.

Его взгляд скользнул по ней. Мужчина прищурился, всматриваясь в тень…

Я прижалась к стене. Он не должен меня увидеть. Не должен вообще запомнить.

Дэй тронул Нейта за руку и кивнул в сторону приемных шатров.

Нейт отвернулся, и мужчины исчезли в толпе.

Я облегченно выдохнула, а сердце забилось сильнее. Первый провал не случился. Я не дала силой повесить на себя обязательство. Не появилась на ладони проклятая печать. Нейт меня не увидел. И не запомнил.

Я торопливо вышла в свет.

На площади стояли несколько шатров для записи. Мне пришлось отстоять несколько часов, чтобы попасть в один из них.

Внутри не было ничего – только стол и хмурый вояка, записывающий всех, кто входил.

– Имя? – сухо спросил он, не поднимая головы.

– Шайра, – ответила я четко. – Шайра Лир.

– Дар?

– Ведьма-стихийница. Три стихии: огонь, земля и воздух.

– Откуда?

– Храм Верховной Ведьмы Эсталиона.

Он все-таки поднял на меня взгляд. Быстро скользнул глазами.

– Пройдете испытание – там будет видно, в какой отряд вас определят, – на его губах появилась ехидная ухмылка. – Если вообще попадете.

Он кивнул на выход.

– Ступайте.

Я вышла. С отчаянно бьющимся сердцем и прерывистым дыханием от восторга.

Я попала на испытание.

А это уже изменение будущего. Тогда, в прошлом, мне не дали даже самой записаться.

Нейт и Дэй провели меня в шатер и приказали записать в элитный отряд «Коготь Империи» под руководством самого Дэя. Нэйт очень хотел, чтобы обязанная ему ведьма была рядом. Он уже тогда все просчитал и понимал какую выгоду я могу ему принести.

– Не хочу терять должницу, – помнится, пробормотал мне будущий канцлер. А я в тот день просто была счастлива, не понимая, что уже в ловушке.

И вот теперь я поступила сама. Осталось попасть снова в тот же отряд. Учитывая мой опыт будущего, я в себе не сомневалась, но внутри грыз червячок сомнения – правильно ли я поступаю, вновь оказываясь рядом с Дэем и Нэйтом?

Я встряхнула головой. Если там не будет меня, то будет кто-то другой – и история повторится. А вот этого я не могу допустить. Я поступлю в «Коготь Империи» – отряд, куда брали только лучших. И, в отличие от прошлого раза, мне предстоит это доказать уже на первом испытании.

Глава 5

Площадь за шатрами гудела – шум, пыль, рык инструкторов.

– Строиться!

– Выровнять шеренгу!

– Прекратить гвалт!

В разношерстном строю юношей и девушек было столько красок, что казалось – я попала не на отбор в имперскую академию, а на уличную ярмарку. Серые плащи соседствовали с пестрыми жакетами, тяжелые сапоги – с мягкими башмаками. Восторг, улыбки, надежда на лицах.

Эти ребята верили, что все впереди.

Я – уже знала, что будет дальше.

Половина из них не пройдет испытание. Остальные… попадут в поход, из которого почти никто не вернется.

Я медленно шла вдоль строя, подмечая лица, точно зная, кто из них погибнет, а кто предаст.

Сейчас они были просто новобранцами, еще не знающими, что их ждет, и от этого – открытыми, дружелюбными и кажущимися счастливыми.

Я встала в самом конце, крепко прижимая к груди кожаный мешок с вещами. Он был почти пуст – кроме той парочки вещиц, что взяла, ничего в нем не было. Да и что мне было с собой брать – я прекрасно помнила, что при входе в академию у нас эти мешки заберут и выдадут казенную форму.

К тому же самое важное у меня было в голове – моя память. И сознание, которое отчаянно стучало: я должна попасть в отряд Дэя и Нейта и постараться все исправить.

Тогда, возможно, и ребята, которые сейчас стоят по правую сторону от меня, все же будут иметь шанс остаться в живых.

И Дэй…

Мысль о нем тяжело ухнула в груди.

Я снова буду видеть его. Видеть лицо – без тени ненависти ко мне, без злополучного шрама и мертвенно пустых глаз, в которых читалось открытое презрение.

Я буду рядом с ним…

«Коготь Империи» – элитное подразделение, которым руководит пока еще принц, не ставший отступником. Главное – попасть в его отряд.

Я смотрела на тех, кто выходил из шатров. Большинство из них были, как и я, из бедных семей: сироты, дети, воспитанные у монахов или жриц, ученики, пришедшие из храмов ведьм или каких-нибудь богов. Маги, отправленные для получения высшего звания, они, пожалуй, единственные кто приходили из более титулованных родов. Для них звание было просто еще ступенью к власти, и без того уже им обеспеченной.

А для таких, как я, академия становилась возможностью стать наравне с теми, кто сейчас, проезжая в каретах с золотыми вензелями на дверцах, с надменностью поглядывали на нас и морщили носы, заставляя погонщиков быстрее гнать лошаденку.

Уважение на их лицах вызывали только капитаны, ефрейторы и другие более значимые лица.

Вон и белокурая дамочка выглянула из кэба и, приветливо помахивая веером, призывно улыбнулась стоящему у шатра Нейту.

Он расплылся в самой дружелюбной улыбке, сделал пару быстрых прыжков – и оказался на подножке кэба.

Дамочка расхохоталась, игриво сталкивая парня, а он успел поцеловать ее в щеку – и был таков.

Я внимательно следила за ним.

Нейт. Любимец женщин. Для которого любовь и честь – разменная монета и не более чем игра, где он – искусный манипулятор, дергающий куклу за ниточки.

– Фамилия? – хриплый голос инструктора вернул меня в реальность.

Я перевела на него взгляд.

Мужчина в возрасте, с внушительной сединой и темными пристальными глазами.

Илисар.

У меня в груди отчаянно сжалось и сильнее застучало в висках.

Как же мне захотелось его обнять.

Инструктор Илисар. В будущем – один из немногих, до последнего старающийся помогать мне и не боящийся указывать на то, что я выбрала неверный путь. Единственный, кого я смогла спасти от вездесущего к тому времени канцлера.

Я с трудом сдержала первый порыв и четко заявила:

– Лир. Шайра Лир.

Он поднял взгляд, на мгновение задержался на моем лице. Скользнул по моей худенькой фигурке. Присмотрелся внимательнее.

– Ведьма?

Кивнула.

– В какой отряд хочешь попасть?

– «Коготь Империи».

Инструктор выпучил на меня глаза, криво усмехнулся.

– А не боишься?

– Нет! – ответила смело. – Я знаю, на что иду.

Он быстро провел глазами по списку и что-то там отметил, после чего снова посмотрел на меня и мягко улыбнулся.

– Сейчас придут командиры. Стой смирно. Веди себя открыто и смело. И главное – не говори пока про «Коготь». Если хорошо покажешь себя на испытании при поступлении – тогда уже можешь открыто заявлять. А сейчас… – Он по-отечески похлопал меня по плечу. – Удачи тебе, ведьма Лир.

Сказал – и направился к шатру.

Я проводила его взглядом.

И как же щемило сердце… В той, прошлой будущей жизни он едва ли выжил, спасая молодых ребят. Тогда от неминуемой смерти его спасла я – и спрятала от канцлера.

В академии Илисар станет для нас отцом, братом, другом, наставником.

Я стояла и смотрела, как он подходит к капитану Дэю. Что-то быстро говорит. Тот ему кивает – и вместе с Нейтом они направляются в сторону новобранцев.

Я сцепила руки за спиной.

Вот оно. Главное – держать себя.

Ни одним мускулом не выдать того, что творится в душе.

Хотя мне ли привыкать.

«Дэй».

Он шел первым, уверенным шагом. Волосы – чуть длиннее, чем будут потом. Взгляд спокойный.

С ним рядом – Нейт. В белых перчатках. И в белых одеждах – они остались незапачканными. Первый лейтенант, лучший друг и соратник капитана.

Тот так думал. И очень долгое время, считал того самым надежным напарником.

Мой взгляд снова метнулся на Дэя. Первый принц крови, капитан специального элитного отряда «Коготь Империи». Будущий король Империи Виренаар, который так им и не стал. Его заменил подсунутый Нейтом двоюродный брат Дэя – Кайрен, человек мягкий и подвластный чужому мнению и давлению. Король-марионетка. Он ни за что не будет отвечать. Им полностью будет манипулировать канцлер. Кайрен лишь на время заменит Дэя. Нейт вырастит собственного короля – такого, как ему нужно. Хран – подставной наследный принц, взращенный канцлером, жестокий, беспощадный, хладнокровный, весь в своего попечителя.

Я сжала за спиной кулаки.

Подняла выше голову и стояла, пока Дэй и Нейт шли вдоль отряда, рассматривая новобранцев.

Их взгляды медленно скользили по лицам.

Дойдя до меня, Дэй внезапно остановился, с интересом рассматривая мое лицо.

Внутри все сжалось, но я не отвела взгляд.

Принц ничего не сказал.

Нейт подтолкнул его в плечо, и он тут же потерял ко мне интерес.

Мужчины отошли на пару шагов и повернулись к отряду.

– Новобранцы, – громко объявил Дэй. – Ведьмы и маги, и те, кто имеет хоть какой-то магический или колдовской дар. Вы имеете возможность поступить в Имперскую военную академию Веллатира. Вы должны знать, какая это честь – служить в Имперских полках, и то, что не каждый из вас сможет преодолеть даже первое испытание. Поэтому вы должны вложить всю свою силу и показать, на что способны. Каждому я желаю удачи! Надеюсь увидеть большинство из вас на распределении в отряды. На него попадут лишь те, кто с достоинством пройдет испытание. А сейчас все за мной!

Он развернулся и направился с площади по направлению к ожидающим нас повозкам – самым обычным, деревянным, скрипучим, без каких-либо удобств, кроме соломы на днище.

И пусть ехать было неудобно, и жесткие доски били по костяшкам на ухабах, набивая первые синяки еще до приезда в Имперскую академию – я все равно была счастлива.

Сердце отчаянно билось.

Я еду. Еду на испытание.

И у меня есть шанс все изменить.

Я сделаю все, чтобы будущее не повторилось.

Глава 6

Мы шагали строем по пыльной дорожке, ведущей к тренировочному полю. Передо мной качалась чужая спина в серой рубахе – какой-то парень с выпирающими лопатками не умел идти вровень с остальными.

Позади кто-то спотыкался на каждом третьем шаге и то и дело толкал меня в спину. Я терпеливо молчала. Знала: большинство новобранцев понятия не имеют, что такое ровный шаг. Поэтому шли просто гурьбой до площади академии.

Уже здесь нас построили.

Военная академия Империи. Здесь было множество зданий, каждое принадлежало своему отряду: башни с бойницами, полигоны, тренировочные площадки, амфитеатр, где проводились испытания и игры. Узкие аллеи, тянущиеся словно паучьи сети, и широкие беговые дорожки, рассекающие их. Беседки, турники, общежития и казармы – все это было до боли знакомо.

Мужчина с бронзовым значком капрала на груди зачитывал имена. Формировал группы – по семь человек. Именно такими отрядами мы и должны были проходить подготовку.

– Первый отряд: Сель, Тора, Лиандра, Рикс, Фейн, Мейлин… Лир.

Я про себя внутренне поежилась. Имя Мейлинрезануло слух, внутри противно скрутились горькие жгуты. Взгляд сам собой метнулся к названной девушке. Статная, высокая, с изумрудными глазами и черными, как смоль, волосами. Первая игрушка Нейта, его личная гадюка.

Я помнила все – каждый ее шаг, каждую фальшивую улыбку. Когда-то я считала ее подругой. Пока не поняла, что за показной добротой, дружелюбием и заботой скрывалась змеиная сущность.

Вот и теперь она сверкает глазами, смотря то на наставников, то на новобранцев, явно выискивая с кем ей удобнее дружить. Но ощутила мой взгляд – и повернулась. Красивая. Вызывающе красивая ведьма Пустоши. Красивая – и лживая до корней волос.

Она улыбнулась. Наивно и совсем по-доброму.

«Ей не в военную академию, а в лицедеи поступать нужно было», – зло подумала я и отвернулась, не удостоив девушку ответной улыбкой. Знаю я ее лесть. Но теперь я не позволю Мейлин слишком приблизиться ко мне.

– Ваша группа будет находиться под наблюдением инструктора Илисара, – говорил капрал.

Я слушала, а мой взгляд в это время блуждал по площади военной академии.

Мне предстояло провести здесь много времени. Как и тем, кто останется.

Сколько часов мы еще пролежим на этой серой брусчатке, лицом в камень? Сколько отжиманий сделаем, сколько кругов пробежим – и сколько синяков получим, а иногда и серьезных травм?..

А на нас будут смотреть статуи знаменитых военачальников Империи, стоящие у беседок по периметру площади.

Сердце сбилось с ритма.Я медленно переводила взгляд с одной на другую – и вдруг…

Дэй.

Дэй кивнул – и оба направились к главному зданию.У одной из беседок стоял он. Принц. Облокотившись плечом о косяк и скрестив руки на груди, он молчаливо наблюдал за новобранцами. Переводил взгляд с одного на другого – то хмурился, то вдруг на лице появлялся интерес. И снова, как в прошлый раз, его взгляд задержался на мне чуть дольше, чем нужно. Но тут со спины к нему подошел Нейт, что-то сказал.

– Сегодня вас поселят в общей казарме, – громко продолжал капрал. – Там вы пробудете до самого испытания. За это время у вас пройдут тренировки, спарринги, проверки на магию, выносливость, устойчивость к боли и страху. Кто-то, возможно, сам решит уйти еще до испытания.

Он обвел нас взглядом.

– Запомните: в Академии нет деления на девушек и парней. Вы забываете о любой половой принадлежности. С сегодняшнего дня вы подчиняетесь приказам вашего руководства. Любое своеволие карается исключением. Те, кто пройдут испытание, будут распределены по факультетам Академии и расселены по общежитиям – в зависимости от отряда в который попадут. А теперь – стройся! Налево! За мной, шагом марш!

И мы направились за капралом. Правда, строй снова был не особенно ровным.

Но, казалось, никто не обратил на это внимания.Пока шли, небо затянуло тучами, и начал накрапывать мелкий дождь.

***

Всего казарм на территории было две. Одна – большая, на случай внезапных сборов. Другая – поменьше, для поступающих. Именно туда нас и привели.

Огромный утепленный сарай. Деревянный пол, на котором лежали циновки, прикрытые слоем сена. Это сено мы потом сами будем менять – убирать старое, засыпать свежее.

На входе в казарму каждому выдали форму, тонкое полотенце, которое явно повидало многое, и обмылок. В комплект так же шли деревянные палочки для чистки зубов, тонкая жесткая мочалка и худенькое тканое одеяло.

Сумки и рюкзаки у нас забрали еще при входе в Академию. Теперь мы довольствовались тем, что дали.

Хотя, конечно, довольны были не все…

– А нам что, наши вещи не вернут? – нахмурилась высокая блондинка.

Я только сейчас обратила на нее внимание. Если правильно помню, в моей истории ее не было. То ли выбыла в самом начале, то ли просто не оставила следа в памяти.

Распорядительница, вошедшая следом за нами, – невысокая женщина с жесткими чертами лица и хмурым темным взглядом – насмешливо глянула на нее:

– А ты сюда красоваться приехала?

– Но у меня там нормальная одежда, а не эти тряпки! – брезгливо поморщилась новенькая, тряхнув выданными ей вещами. – В конце концов, у каждой девушки есть свои личные гигиенические средства, и вы…

– Личные гигиенические средства вам выданы, – перебила ее распорядительница.

О-о-о, я ее помнила. Слишком хорошо.

Сколько еще палок вдоль хребта предстоит получить нерадивым или взбалмошным кадетам от ее тяжелой руки.

Айнора Вейс.

У нее все и всегда – строго по уставу: военная форма, брюки, заправленные в высокие сапоги, китель, перехваченный ремнем. Волосы – стянуты в тугой пучок. Взгляд – хищный, цепкий. Но самое главное в ней – поистине военный, суровый, если не сказать – жестокий характер.

Даже при ее небольшом росте мало кто в Академии решался встать у Вейс на пути.

Блондинка зря решила проявить норов.

Распорядительница направилась к ней, медленно прожигая девчонку ментальным взглядом.

И взгляд был – ой-ой-ой какой…

– Если вам не нравится то, что мы предоставили…

Тонкие губы Вейс растянулись в ехидной насмешке.

Лично мне всегда казалось, что она испытывает удовольствие, издеваясь над кадетами.

Блондинка явно потеряла пыл под ее взглядом и начала пугливо оглядываться, пытаясь найти хоть чью-то поддержку. Все молчали. Никто и шагу на помощь не сделал. Как и я. Я уж точно знала, чем все это может закончиться.

Айтора подошла почти вплотную к девчонке и уверенно выдернула вещи из ее рук:

– Обойдешься без них.

Развернулась и пошла прочь.

– Эй, стой! – дрожащим голосом выдала блондинка. – Совсем ополоумели? Как это – без вещей?!

Вот это наглость.

Я прошла к самой дальней циновке, сложила на нее свое скромное академическое приданое и села, созерцая происходящее. Теперь я понимала, почему не запомнила блондинку. Ее не было. И меня в казарме тоже не было. Я не видела эту сцену. Меня тогда сразу определили в отдельную комнату – по приказу Нейта и Дэя. Те, кто проходил в отряд «Коготь Империи», получали совсем другие условия.

Если остальные кадеты Академии жили в трех- или четырехместных комнатах, то у имперцев были личные апартаменты. Ну как апартаменты – комнаты с отдельными душевыми и единственным койко-местом. А еще у них был усиленный рацион в столовой и столь же усиленные нагрузки. А еще прав у нас было значительно больше, чем у других.

Но это все было тогда…

Сейчас же я поступала на общих правах, как самый обычный новобранец. И блондинка – тоже. Только она, похоже, еще не поняла этого.

Интересно, она пришла из какого храма или школы, где позволено так себя так вести со старшими?

Руки – такие не держали зелья, не толкли травы в ступках, не копались в земле в поисках корешков. Слишком белая и нежная кожа. Магичка. Точно магичка. А ближайшая магическая школа у нас в самом Веллатире. Значит девчонка городская. Вот откуда этот норов.Яркие синие глаза, вздернутый подбородок, надменный взгляд.

Маги всегда считают себя выше ведьм и ведьмачек. Они отчего-то уверены, что их магия правильнее и мощнее.

Но ведь это как посмотреть…

Вот сейчас, например, никакая магия блондинке точно не поможет.

Вейс вернулась к девчонке и сделала всего один выпад.

Короткий. Мгновенный.

У блондинки расширились глаза. Она согнулась пополам и, как выброшенная на берег рыба, начала хватать воздух ртом.

Распорядительница, не давая ей прийти в себя, ухватила за волосы и потащила к выходу, под хрипящие вопли и крики юной магички.

– Кому-то еще не нравится то, что им выдали? – на ходу прогремел ее голос. – Или кто-то хочет вернуть свои вещички?

Никто не проронил ни слова. И я тоже молчала.

Потом – когда я стану частью отряда «Коготь Империи» – я смогу отвечать. Тогда, как у имперца, у меня будут хоть какие-то права. А пока… молчание – золото.

– Вот дура, – раздалось с соседней циновки.

Я глянула на свою соседку.

Мейлин. Богини, она что, другое место занять не могла?..

А красавица проводила взглядом упирающуюся блондинку, а потом посмотрела на меня.

– Глупо пытаться с первого дня на чем-то настаивать.

Я кивнула, не сказав ни слова. Но казалось, девушка твердо решила со мной познакомиться.

– Меня зовут Мейлин.

– Шайра, – нехотя ответила я.

– Ты местная? – спросила Мейлин, оглядывая остальных ребят.

Те неторопливо расходились по местам. Выбирать особенно было не из чего – одинаковые циновки на деревянном полу. Парни устроились ближе к выходу, девочки – в конце казармы.

Напротив меня, у стены, села еще одна девушка. Ее я тоже не помнила. Неброская, худенькая, с русой косой, но с удивительно яркими синими глазами.

– Привет. А кто-нибудь знает, какие будут испытания? – спросила она, облокотившись спиной о стену.

– Ты сначала попробуй здесь продержаться, – хмыкнула Мейлин.

– А у меня брат сюда поступал, – вздохнула другая худенькая девочка, подойдя к нам и устроившись прямо на полу между циновками. – Он прошел испытание. Но им запрещают о нем говорить.

– И все же слухи доходят. Мы все готовимся, – добавила еще одна девушка, темноволосая. – К тому же нам специально дано время для подготовки. Нас будут учить тому, чего не знаем.

– Но до испытания слишком мало времени, всему не научат, – сказала синеглазка.

Вскоре рядом с нами уселись и другие девчонки, и мы возбужденно обсуждали предстоящие дни.

В другой стороне помещения точно так же собрались парни.

Уже стемнело, когда в казарму вошли двое поварят, неся корзины. В одной – свежие булки, в другой – бутылки с компотом.

Все тут же вскочили. Мы с утра ничего не ели, поэтому с жадностью хватали булки, бутылки и усаживались обратно, продолжая прерванный разговор.

Никто даже не обмолвился и не возмутился, что, кроме этой еды, нам больше ничего не дали.

Все просто ждали завтрашнего дня и начала наших первых тренировок.

Глава 7

Подъем был ранним.

Комната гудела ворчанием: кто-то зарывался обратно в одеяло, кто-то тихо стонал, всерьез надеясь, что есть еще пара минут для сна.

Я же, едва услышав резкий звон металлического гонга, мгновенно проснулась.

В прошлом – моем будущем – мне доводилось вставать и раньше. Иногда даже без предупреждения.

И пока остальные еще боролись с одеялами и протирали глаза, я уже вскочила.

– Вставай, ты чего лежишь? – прошептала синеглазка с соседней циновки, расталкивая свою соседку. – Хочешь, чтобы выгнали, как ту белобрысую?

– Ой, из-за опоздания не выгонят, – зевая, протянула соседка.

– Выгонят, – уверенно сказала я, подходя к синеглазке. – Пошли. Сейчас каждый сам за себя. Задержишься – вылетишь вместе с ней.

Обе девчонки тут же подскочили.

Спустя несколько минут мы вывалились в коридор – все в одинаковых серых рубашках и штанах. Распорядительница быстро глянула на нас и направила в умывальную комнату, и уже там кто-то из девочек удивленно буркнул:

– А разве душевая с парнями не раздельная?

– Видимо, нет, – отозвалась другая, косо поглядывая на то, как в раздевалке растерянно топчутся парни. – Здесь одна душевая – общая.

– И воду, кажется, забыли подогреть, – донеслось из дальнего отсека.

Помещение тут же наполнилось хоровым визгом.

Девочки повыскакивали из-под воды в чем мать родила – прямо в раздевалку. Но тут же столкнулись с ледяным взглядом распорядительницы, стоявшей у двери, словно часовой, с руками, скрещенными на груди.

– Моемся, – коротко сказала она. В ее голосе не было ни капли сочувствия, зато на губах – все та же язвительно-глумливая ухмылка. – А остальные чего стоят? Примерзли к полу? Раздеваться и в душ – у вас десять минут!

Это уже было обращение к парням.

Никто не рискнул спорить. Мальчишки начали торопливо раздеваться, пряча взгляды. А потом, прикрывая достоинство руками, понеслись мыться. Девочки переглянулись, дождались пока все парни покинут раздевалку, быстро скинули одежду и юркнули по душевым кабинкам.

Я не произнесла ни слова, разделась, бросила свои тряпки на лавку и вошла в свободную кабину, вставая под поток. Ледяные струи обжигали кожу, словно иглы. Что ж, и не такое проходили. Помнится, в горных озерах купались – смывая кровь.

Мыло скользило по пальцам, вспенивая воду, которая тут же стекала в металлическую решетку на полу.

Кто-то по соседству чихнул. Кто-то выругался сквозь зубы.

Обмылок выскользнул у меня из рук, отскочил, будто живой, и скрылся в углу. Пришлось наклониться и подобрать – другого, я так понимаю, мне не выдадут, пока этот не закончится.

Мылась быстро. Когда чистила зубы, чувствовала, как щетка начинает дрожать в руках. Но все равно закончила, сплюнула и выскочила из душевой, стуча зубами.

Да, пожалуй, горные озера по сравнению с этим казались парным молоком. Такое ощущение, будто они туда лед добавили.

Закуталась в тонкое полотенце. Хотя толку от него было мало – оно совсем не грело. А в раздевалке было прохладно: каменные стены, влажный воздух и сквозняк, гуляющий между скамейками, не оставляли ни шанса хоть как-то согреться.

Натягивала на себя вещи трясущимися руками. Шнуровка на сапогах запуталась, но я все же справилась.

Волосы стянула в хвост, не заморачиваясь – не до красоты. Лишь бы не капало за шиворот.

Когда мы вернулись в казарму, нас уже ждал завтрак – снова булки. Но на этот раз с тонким, почти прозрачным куском мяса внутри. На каждого – одна булка.

Рядом – миска с ломтиками запеченной тыквы и алюминиевая кружка с компотом, на вкус – просто чуть теплая вода с легким привкусом фруктов.

Мы ели молча. Но никто не возмущался. Жевали быстро, почти не ощущая вкуса – лишь бы побыстрее закончить.

Но доесть многие не успели – в казарму снова вошла Айтора и, не глядя на нас, гаркнула:

– Всем стройся! И за мной!

И не дожидаясь ответа вышла.

Все еще не согревшись, мы выскочили на улицу – прямо в осенний, стылый воздух.

Выданная форма тоже не грела. Мы, сбившись в нестройную толпу, поспешно выравнивались, толкаясь плечами. Кто-то рядом отстукивал зубами, кто-то просто трясся.

Айтора обошла шеренгу, поморщилась, окидывая нас взглядом, и указала на аллею:

– Шагом марш!

И мы пошли. На плац.

Там нас уже ждали. Вернее – ждал. Илисар. У меня на сердце потеплело.

Распорядительница выстроила нас перед ним и только тогда отошла в сторону.

– Я ваш ротный инструктор и куратор, – начал Илисар. – Отныне – и на ближайшее время – я для вас друг, брат и отец родной. Звать меня можете наставник.

Он выдержал паузу.

– Сегодня у вас было непростое утро. И я вижу, что многие трясутся от холода, а может от страха перед неизвестным будущем. Поэтому помогу вам. Три круга вокруг центрального здания Академии вполне вас согреют и развеют сомнения, – сказал Илисар и указал на аллею, ведущую вокруг главного здания. – Вчера вас разбили на группы. Так что во время пробежки соберитесь каждый в свою. Группа, которая придет первой в полном составе, получит бонус, плюс десять минут сна завтра утром. Ну а те, кто окажется последними получат дополнительное задание. Бегом марш!

И мы сорвались с места.

По пути пытались вспомнить, кто в какой семерке. Это было проблематично и сильно тормозило бег. Все переговаривались между собой, стараясь вспомнить, кто с кем.

На аллеях, хоть и было раннее утро, то и дело встречались старшие курсанты. Кто-то – с книгой в руках. Кто-то – отрабатывал утренние упражнения. На нас либо не обращали внимания, либо бросали быстрые взгляды, в которых не было ни малейшего интереса.

Я поймала себя на мысли: пройдет совсем немного времени – и мы тоже станем почти равнодушны ко всему, что нас не касается. Не все, конечно, но большинство.

Мы уже пробежали почти до западной стены Академии, а все еще не разбились на группы. Я постаралась вспомнить, кто в моей. И первая, кто пришла на ум…

– Мейлин! – выкрикнула я. Ее я бы точно не забыла. Повезло же – в одной команде оказаться.

– Здесь! – отозвалась ведьма.

– Ты в моей группе.

– Ага. Там, помнится, еще кто-то с именем Сель и Тора.

– Сель! Тора! – закричала я.

К нам подскочила моя соседка-синеглазка и паренек – худощавый, со светлыми волосами.

– Кто из вас кто? – поинтересовалась я.

– Я Сель, – кивнула девушка.

– Я Николас Тора, – выдохнул тощий паренек.

Я его помнила. Он маг. Очень хороший маг. И он попадет в «Коготь Империи». И погибнет в походе…

У меня ком встал в горле. Но я продолжила:

– Отлично. Кто еще кого из наших помнит?

– Лиандра, – добавила Сель.

– Лиандра! – выкрикнула Мейлин, оглашая воплем всю бегущую толпу.

– Я! – пробиваясь сквозь ряды ребят, к нам вынырнула крупная смуглая девушка с мокрым черным хвостом на макушке.

И тут же добавила:

– С нами еще Рикс и Фейн. Я с ними сразу познакомилась. Но Фейн выгнали.

– Это та блондинка? – хрипло дыша, на бегу спросила Мейлин. – Вот же дуреха и нас подставила.

Лиандра кивнула.

– Не повезло, – пробурчала я. – Дополнительно нам никого не дадут. Получается команда будет из шести человек. А это значит, что кому-то придется бежать за седьмого.

– Рикс! – в это время выкрикнула Сель.

Риксом оказался темноволосый парень, высокий, с уверенным, прямым взглядом. И бежал он так, словно делал это каждое утро.

Его я помнила – в «Коготь Империи» он не попадет, но в Академии мы с ним еще не раз пересечемся.

Другие ребята, глядя на нас, тоже выкрикивали имена, собирая свои команды.Мы постарались немного отстраниться от остальных и бежать сообща.

Прибежали мы вторыми. Сель пришлось буквально тащить на последнем круге.

И тут нас ждала неприятность, которую я ожидала – Илисар внимательно посмотрел на нас и спросил:

– А где ваш седьмой?

Мы переглянулись.

Я быстро оценила ребят: Мейлин и Сель тяжело дышали, Николас держался, хоть и похрипывал. Лиандра выглядела уверенно – как и Рикс. Вот только оба шагнули назад, словно пытаясь спрятаться.

Я вздохнула и взяла на себя смелость:

– Седьмую выгнали. Вчера. Я за нее побегу.

Илисар приподнял бровь, глянул на парней. Те молчали.

Он усмехнулся, смерил меня быстрым взглядом.

– Ведьма Лир, если не ошибаюсь?

Кивнула.

– Бегите! – приказал он.

И я снова побежала.

Говорить о том, что пришла последней, вероятно, не стоит. Как и было обещано, нам добавили тридцать отжиманий.

Но и после них нас не отпустили. Не дали даже перевести дух.

На плацу уже стояли деревянные ящики. Вейс открыла один – скрипнули петли, и внутри блеснули лезвия: клинки, мечи.

– Разбирайте, – коротко бросила она.

Мы подходили по очереди.

Мне в руку лег кинжал – самый настоящий, хорошо заточенный, с удобной деревянной рукоятью. Не бутафория, которую обычно давали на учениях.

Илисар снова подошел к нам. На его поясе висел меч и длинный нож. Он положил руки на рукояти.

– Кинжал – ваш первый инструмент! – торжественно заявил инструктор. – Если, конечно, доживете до настоящего боя. Учитесь уважать его. Он поможет, когда магия иссякнет.

Илисар не стал спрашивать, держал ли кто-нибудь из нас раньше оружие. Просто начал показывать.

В его руках кинжал танцевал, вырисовывая четкие, отточенные движения. Лезвие сверкало в воздухе, описывая дуги, – а потом взметнулось в полет и вонзилось в чучело, которое я даже сразу не заметила. Оно стояло вдалеке.

– Первое, – провозгласил Илисар. – Вы не машете оружием, как ложкой в столовой. Рука – жесткая, не нужно всем корпусом лететь за кинжалом. Второе – никогда не тянитесь к противнику открытой грудью. Даже если наносите удар – не забывайте о защите. Третье. Если думаете, что оружие вас спасет – ошибаетесь. Оно всего лишь инструмент. Все остальное – в голове.

Потом он показывал удары, захваты, быстрые смены положения тела и то, как удобно держать оружие. Следил, как мы повторяем.

– Да куда же ты метишь? – морщился, глядя на неудачные попытки ребят попасть в чучело. – Так и своих поранить недолго! Запомните: и меч, и кинжал, и любое оружие в ваших руках требуют одного – понимания, куда вы бьете и зачем. Убить, покалечить, нанести легкое ранение! Судя по вам, вы решили заранее избавиться от других ребят – своих же команд.

– Вот у вас хорошо получается держать… – подметил он, глядя на меня. – А теперь – бросок… Эээх…

Я внимательно слушала Илисара. Я знала, как и куда кидать. И могла бы кинуть метко. Но… я не та Шайра, что в будущем. И обо всем этом знать – пока не должна.

Поэтому мой кинжал аккуратно прошел мимо чучела и вонзился в землю.

Инструктор вздохнул.

Я чувствую в вас отличный потенциал. Нужно его развивать. Что вы встали и на меня смотрите? Или прикажете мне за вас кинжал подбирать? Бегом!– Хороший бросок. Правда, мимо. Но силу чувствую… Лир, занимайтесь усерднее. Вам бы меткости. Сконцентрируйтесь на ней.

Я улыбнулась – и побежала за кинжалом.

Глава 8

Следующие три дня мы с рассвета до заката упорно тренировались.

А на четвертый – с самого раннего утра – нас выстроили на широкой каменной площади перед Академией.Следующие три дня мы с рассвета до заката упорно тренировались.

Мы стояли ровными рядами.

Даже я, привыкшая к нагрузкам, чувствовала себя разбитой и не выспавшейся. И нужно было это принимать, привыкшей я была в будущем. Сейчас же тело отчетливо напоминало: я еще совсем не готова к усиленным физическим тренировкам. Хоть мне и хотелось как можно быстрее вернуть форму – ту, что была когда-то давно привычной – внутренние ресурсы мягко, но настойчиво давали понять: Шайра, за неделю в прежнее тело ты не вернешься.На горизонте медленно поднималось солнце. Где-то за спиной чирикали утренние птахи – веселые, бодрые… В отличие от новобранцев.

Ноги болели, руки болели, пресс болел…

Высшие силы, да что в моем теле не болело после этих изматывающих тренировок?

Это просто мучение какое-то: в голове я осознавала, что могу большее, а тело упорно доказывало мне обратное. А именно то, что оно от остальных новобранцев мало чем отличается.

И вот теперь нас, мечтающих хотя бы выспаться нормально, выстроили на плацу – перед командирами и старшими сержантами.

В своей прошлой будущей жизни этого этапа у меня не было. Я не испытала того, через что сейчас проходили новенькие ребята. И теперь понимала, почему они, те, кто поступил сюда обычным путем, потом недолюбливали меня.

– Сегодня вам предстоит показать, чему вы научились за первые дни! – громко сказал Илисар. – При проверке будет оцениваться не магия, а реакция, устойчивость и меткость. Должен так же предупредить: применение насильственной, тяжелой магии приведет к дисквалификации всей команды. Возможно только использование ее как вспомогательной для усиления ударов. Бой пройдет между вашими командами. Постройтесь по группам!

Моя команда быстро собралась и выстроилась в ряд.

Площадку разделили на сектора, границы которых засветились магическими линиями.

Нас направили в третий сектор.

Пока шли, быстро переговаривались.

– Держаться ближе надо, – хмуро буркнула Лиандра. – Так нас труднее одолеть.

– Зато быстрее добить одним скопом, – нахмурился Рикс.

– А ты будь юрким и быстрым – тогда, может, и выживешь, – ухмыльнулась Мейлин.

Я молчала.

Следом за нами шла группа других ребят. Их было семеро – в отличие от нас. Но никто не посчитался с тем, что один член нашей команды уже выбыл. А значит, в численности преимущество уже не на нашей стороне.

Когда все команды распределились по своим секторам, прозвучал гонг.

Только теперь я поняла, что из всей нашей команды кое-как умеем сражаться лишь я и Лиандра.Однако я зря переживала. Бой оказался не таким уж и напряженным.

Благо и наши соперники тоже далеко не вояки были.

Как-то все хаотично происходило. Нелепые выпады, пустые атаки.

Сель размахивала кинжалом перед собой с такой силой, что не только наш слабоватый противник – даже мы подойти боялись.

Команда, сражавшаяся с нами, тоже не блистала боевыми навыками.Николас сделал пару попыток атаковать – и оба раза мимо.

Вот все они и прыгали вокруг друг друга.

Более-менее настоящий.И только мы с Лиандрой, посмотрев на все это, решили вступить в бой.

Я сделала выпад, отправила магический удар – и мой первый противник покатился по сектору.

Лиандра, оказалось, неплохо знает рукопашный бой. В который и вступила с первым попавшимся парнем.

И все это сопровождалось многозначительными взглядами в сторону стоящих на краю площадки командиров.Краем глаза я заметила, как по площадке порхает Мейлин. Она почти не сражалась – то делала эффектные выпады, то изгибалась, отражая удары.

Особенно – на двоих из них.

Я сразу поняла, к кому были обращены ее взгляды и эти танцы с кинжалом: Дэй и Нейт.

Если первый просто хмуро наблюдал за боем новобранцев, то второй уже обратил на девушку внимание – и теперь, не стесняясь, смотрел на нее с интересом. А потом откровенно улыбнулся – той самой своей обольстительной улыбкой – и подмигнул.

Щеки Мейлин вспыхнули, и совсем не от разгоряченного боя. Девушка замерла на секунду, пытаясь сделать красивый выпад, и… пропустила удар.

Не сильный. Лезвие полоснуло ее по ребрам – не глубоко, но Мейлин вскрикнула и пошатнулась. Кровь медленно начала пропитывать серую рубашку. Девушка закатила глаза и начала заваливаться на бок.

«Нечистые бы ее побрали, – вскользь подумала я. – Специально же позволила себя ранить».

Дэй тут же обратил взгляд к раненой, но как-то особенно не отреагировал. Во время тренировочных боев и не такие ранения бывали. Зато у Нейта изменилось лицо – он поспешно направился к нашему сектору, бросив по пути короткое:

– Остановка!

Мы все замерли, опустив оружие.

– Не такая уж и большая рана, – тихо произнесла Лиандра, склоняясь ко мне. – Переигрывает красотка.

А красотка уже рухнула на землю и всем видом показывала, что вот-вот отключится. И крови, надо сказать, шло нереально много. Уже весь бок пропитался.

Но ведь я видела момент, когда ее ранили – не могло быть столько крови.

Я пригляделась.

Не может из такой раны хлестать так, словно у девушки дыра в боку.

Как она это сделала? И главное – что она сделала?

Нейт ворвался в наш сектор.

– В лазарет, – резко бросил он, глядя на стремительно бледнеющую Мейлин.

Двое ребят из команды, с которой мы сражались, подхватили девушку под руки. На лице раненой исказилась гримаса боли, она в очередной раз закатила глаза – и ее вынесли с площади.

Нейт обвел нас быстрым взглядом – и направился прочь.

Через минуту снова прозвучал гонг, и мы продолжили показательное сражение.

Сержанты и командиры внимательно следили за нами. О чем-то переговаривались, время от времени обращая более пристальное внимание то на одного новобранца, то на другого.

Я старалась не привлекать внимания. Выпады делала неуверенные, клинок то и дело роняла – и снова поднимала.

Проверка затянулась.

В какой-то момент, вспоминая такие же бои в своем будущем, я слишком задумалась. И сделала очень выверенное движение: рука не дрогнула, тело послушно отреагировало, я резко развернулась – и практически приставила клинок к горлу своего условного противника. Но, увидев настоящий ужас в его глазах, тут же отпрянула. Испуганно оглянулась – не заметил ли кто-то из командования.

И сердце тут же ухнуло в груди.

Заметил.

Прямо на меня был устремлен взгляд Дэя.

Сердце отчаянно забилось.

Нужно было срочно все исправить.

Я неуклюже развернулась, стараясь показать, будто захват клинком единственное движение, которое я успела выучить. Но в этот раз намеренно промахнулась и позволила моему уже осмелевшему противнику зацепить меня лезвием по плечу. Совсем чуть-чуть. На рубашке остался тонкий след.

Парень, ранивший меня, искренне обрадовался. Правда, не на долго. Его с ног сбила Сель – она отступала от нападавшей на нее девушки и ничего за собой не видела. Столкновение получилось жестким.

Сель воскликнула падая.

Мой противник замахал руками, схватился за меня, и мы все вместе рухнули на землю, отбивая бока.

Я, скривившись, бросила взгляд на Дэя. Он закатил глаза и с откровенным разочарованием отвернулся. Я выдохнула. В этот раз все произошло удачно. Но нужно быть осторожнее.

Я начала подниматься. Уперлась руками в землю и тут пальцы нащупали что-то в пыли. Это был не камень, не пуговица, а что-то мягкое и… Я подняла и присмотрелась. И сразу все встало на свои места. Вот откуда у Мейлин было столько крови. В моей руке находился небольшой мешочек с характерными пятнами. Она просто проткнула его, пока никто не видел. Я отшвырнула мешочек в сторону и поднялась.

Позже, когда сражение было завершено и капитаны обходили всех ребят, Дэй остановился рядом со мной.

– У вас есть потенциал. Но вам нужно заниматься серьезнее, – сказал он. – И да… Одним отточенным движением бой не выиграть. Вам нужны более усиленные тренировки.

Он мягко улыбнулся. Всего на секунду. Секунда – той самой улыбки, от которой на щеках у него появлялись ямочки. Улыбки, от которой у меня замерло сердце.

Дэй отвернулся и пошел дальше вдоль рядов, иногда останавливаясь, чтобы сказать что-то очередному новобранцу. А я продолжала стоять, смотря ему вслед и прислушиваясь к собственному сердцу, которое пыталось вырваться из груди. Мне пришлось сжать руки и постараться успокоить взбесившийся пульс. Глубже вдохнуть носом, выдохнуть ртом. Раз, два, три…

– Работайте с дыханием, – донеслось до меня.

Я обернулась – и сердце пропустило очередной удар. Рядом со мной стоял Нейт.

– Если вас простое пустяковое сражение так вымотало, – произнес он безразлично, – вы в Академии долго не протянете.

Сказал – и направился вслед за Дэем.

А я облегченно выдохнула. Кажется, ни один из них особо меня не выделил. Или все-таки выделил? Уже выходя с площади, принц повернулся, и я готова была поклясться, что скользнул взглядом в поисках меня. Остановился на секунду, поймал мой взгляд, посмотрел с прищуром, отвернулся и направился дальше.

***

Прямо с площади распорядительница загнала нас в душевую. Всю одежду у нас забрали две совершенно не смущающиеся видом голых тел женщины-прачки. Они же принесли нам другую одежду, уже чистую. И новые полотенца – ну как новые: все такие же тонкие, повидавшие уже многих других новобранцев, но эти хотя бы пахли мылом и какими-то травками.

В казарму мы вернулись уставшие и рухнули на циновки. Даже когда принесли корзины с булками и компотом, никто сразу не поднялся.

Потом кто-то все же встал:

– Ребята, поесть надо… Завтра снова тренировка.

Все понемногу начали подниматься.

Я есть совсем не хотела. Вместо этого прикрыла глаза и попыталась вспомнить лицо Дэя. В памяти всплыла мимолетная улыбка… мягкий свет глаз… И те самые ямочки на щеках.

Столько лет я пыталась забыть их. Столько лет пыталась выбраться из дьявольской зависимости от его взгляда и голоса. Богини, я, оказывается, почти забыла, как я его любила. Я заставила себя сделать свою любовь алтарем прошлого. И теперь… Теперь этот алтарь снова разгорался в моей душе, напоминая все, что я испытывала к Дэю.

«Нет, стоп, так нельзя, – заставила думать я себя. – Я – Шайра Лир. И даже то, что я вернулась из будущего, не значит, что должна позволять себе повторить собственные ошибки прошлого. Я должна научиться контролировать свои чувства к Дэю. Научиться не воспринимать его как…».

Не додумала. Рядом что-то стукнуло.

– Поешь, Шайра…

Я открыла глаза. Напротив меня сидела Сель. Тут же, прямо на полу, стояли кружки с компотом и лежали две булочки на салфетке.

– Нужно поесть, – сказала синеглазка, придвигая ко мне кружку. – Обязательно нужно поесть. У меня тоже кусок в горло не лезет. Такое ощущение, словно все внутренности отбила. Знаешь, я не думала, что поступить сюда окажется настолько трудно… Мы ведь в храме не изучали совсем никакие бои, кроме темной магии. А это здесь применять пока нельзя. Я понимаю, то, что было сегодня – это лишь начало, самое простенькое, что нас ждет. Наверное, мне будет очень трудно. Но знаешь, я готова к любым трудностям.

– Ты так сильно хочешь поступить в военную академию? – я отпила из кружки. В этот раз компот был хотя бы сладким.

Девушка нахмурилась.

– Я обязательно должна поступить.

Она вяло откусила от булки. Но при этом глаза ее вспыхнули синими искрами.

В моем будущем мы с ней так и не познакомились. Она не прошла. Не поступила…

Я взяла свою булку и покрутила в руках.

– Откуда ты, Сель?

Она вздохнула:

– Небольшой горный храм ведьм. Недалеко отсюда. Рядом с селением Инари.

Об Инари я знала. Это было богатое село.

– Ты из какого рода?

Сель отвела взгляд.

– Я дочь господина Кайара.

Я откусила булку и удивленно уставилась на девушку. Пришлось торопливо, не жуя, проглотить кусок, чтобы спросить:

– Кайара?.. Но ведь это довольно знатная семья. И, если я не ошибаюсь, он – староста Инари. Мы с наставницей однажды приезжали туда. Он очень тепло нас встречал…

Сель криво усмехнулась:

– Да, старший господин Кайар умеет пускать пыль в глаза.

У меня в горле запершило отчего-то. Я запила компотом.

– Но что ты делаешь здесь? И… ты сказала, ты из горного храма ведьм? Как отец тебя туда отпустил?

Были мы как-то и в том храме. Тогда я удивилась – девочки там были запуганные, тощие… Позже наставница сказала, что там очень жесткие правила. В этом храме обучали только темных ведьм, взращивая в них злобу и ненависть. Потому и отношение к ученицам было крайне жестокое.

– Храм Темной Луны, – медленно сказала я. По континенту таких храмов было пять, и из всех выходили сильные, беспощадные и безразличные темные ведьмы. Многие из них прислуживали при Сенате, исполняя самые темные и трудные задания. Я поморщилась: они считались самыми мрачными представителями ведьм – до тех пор, пока не появилась я.

Сель кивнула.

– Я дочь наложницы господина. Когда она умерла, старшая жена не захотела видеть меня в доме. Вот и отправили в храм.

Мне стало совсем не по себе. Рядом с Инари были и другие обучающие заведения: Храм целительниц и школа магических искусств. Но девочку осознанно отправили в Храм Темной Луны.

– У тебя был дар? – спросила я.

Она кивнула:

– Мама была темной ведьмой.

Я вздохнула. Вдвойне не повезло девчонке. Я знала, каково приходится детям темных ведьм. Даже спрашивать не стала, как ей жилось с матерью. И уже сомнений не оставалось, почему ее отправили именно в этот храм.

Удивительно другое – я не замечала в Сель ни злости, ни ненависти. Не думаю, что она издевалась над своими приемными братьями и сестрами или измывалась над мачехой. Нет, девчонка слишком спокойная. Значит, от нее просто хотели избавиться. Странно. Почему? Чем могла эта худенькая и, по всему, незлобная ведьмочка помешать отцу?

– А если не пройдешь? – осторожно спросила я.

Она вскинула на меня глаза. В одно мгновение те стали огромными, испуганными.

– Я не вернусь… Что бы ни было – я не вернусь. Я не темная… Не могу…

Сель сжала худенькие пальчики на ручке кружки с такой силой, что мне показалось, та сейчас погнется.

Я покачала головой.

– Тебе не получится убежать. Академия передаст тебя наставницам храма, если ты не пройдешь. А если попытаешься сбежать – догонят, найдут и накажут, – напомнила я. А сама подумала: если не поступлю – меня тоже вернут, тоже накажут. Но не так, как в храме Темной Луны. Помню, наставница Рейли как-то рассказывала нам, еще совсем юным ведьмочкам, как наказывали в этом храме. И грозила, что, если не будем слушаться, то перейдет на такие же меры. Мы все понимали, что этого не будет. Не тот у Рейли был характер, но рассказы те крепко засели в моей голове.

Что ждало меня в случае возвращения – удары плетью, пара месяцев самой грязной работы, плюс отработка на самых мерзких ведьмовских заданиях. Но это не сравнить с тем, что будет с Сель.

Воспоминания рассказа Рейли о жестокости храмов Темной Луны пугали.

Загнанные в Мертвые земли девушки, оставленные на потеху злу и нечисти.

Лишение конечностей – чтобы больше не сбежала.

Проклятия уродства на всю жизнь.

И запечатывание чар – чтобы не могла с себя ничего снять.

Темные ведьмы не прощали предательства. И вторых шансов не давали.

– Ты пройдешь, – сказала я, понимая, что лгу.

Я взяла Сель за руку и крепко сжала ее пальцы:

– Ты обязательно пройдешь.

Она мягко улыбнулась, собрала посуду и отнесла ее к корзине.

Через полчаса почти все уже спали, подложив руки под голову и кутаясь в тонкие одеяла.

Я лежала и смотрела в потолок.

Мысли были тяжелые. Там, в своем будущем, я почти не знала этих ребят. Не знала их судеб. Мне было совершенно все равно, кто они и откуда. Зато я точно знала, чего хочу, и уверенно шла к своей цели.

Даже когда поняла, что попалась на удочку Нейта, не испугалась – отчасти даже обрадовалась. Я ведь оказалась с ним связана, а это означало быстрый путь вверх.

Только потом я поняла, насколько попала. Но поняла ли?

Я страдала только от потери Дэя… От потери близости с ним, а не от того, что творила.

Если бы он пошел со мной, поддержал… Вот о чем я тогда думала.

Я хотела быть с ним. А когда поняла, насколько мы разные… и как по-разному понимаем власть – только тогда пришло первое осознание.

А потом – тупая злоба, уносящая чужие жизни в порыве моей ярости.

Попытки забыть все. Даже Дэя. И все это смешалось с кровью, ненавистью… И только в последние годы, хоть немного успокоив душу и оглядываясь на свои деяния, я начала понимать все, что натворила. Я мечтала изменить хоть что-то… И понимала, насколько это невозможно.

И теперь мне дали этот шанс.

Я повернулась на жесткой циновке, взгляд скользнул на место, где должна была спать Мейлин.

Ее не было. Девушка не вернулась из лазарета. Одеяло лежало у изголовья аккуратно сложенным. Рана у Мейлин была неглубокая, и в лазарете, на какую бы хитрость она ни пошла, это, скорее всего, заметили. Лечение таких порезов занимает минут десять, не более. Но девушка не вернулась в казарму. И я понимала, почему.

Вздохнула.

Я пыталась изменить будущее.

Но, кажется, кое-что мне изменить не по силам.

Глава 9

Утро началось так же, как и вчера: резкий подъем, морозящий кожу холод рассвета. Все двигались медленно – уставшие, словно зомбированные. Сон не принес никому отдыха. Казалось, я только закрыла глаза – как снова проснулась, и уже нужно было вставать.

В душевую направилась одной из первых. Холодная вода ударила в грудь, дыхание перехватило. Я поежилась и начала торопливо намыливать тощую мочалку крошечным обмылком.

В соседнюю кабинку зашла Сель.

– Доброе утро, – пробормотала она, стуча зубами. – Опять ледяная… Думаешь, когда-нибудь дадут теплую?

– Когда испытание пройдем, – коротко ответила я и выскочила из душевой.

Не прошло и недели, а уже никто не обращал внимания на половую принадлежность. Все торопливо раздевались, поспешно мылись и еще быстрее одевались.

– Брр! – вытираясь шероховатым полотенцем, произнесла Сель.

Я старалась на нее не смотреть. Жалко было девчонку… Но я знала, что она не пройдет. Вот только мне ее жалеть нельзя было. Да и не жалость это была… Просто внутри что-то неприятно скребло при мысли о Сель.

Интересно, что с ней стало там, в моем будущем, после того как она не поступила?

Я отчетливо вспомнила наш с ней вчерашний разговор: «Ни за что не вернусь…»

Не вернется…

Ответ пришел сам собой.

Она и правда не вернется. Что сделает с собой эта синеглазая девчонка – я думать не хотела. Значит, такова ее судьба. А мне о своей подумать надо. И о Дэе, и о том, что будет происходить дальше.

Сель еще что-то говорила, а я, не слушая ее, выскочила из раздевалки.

Айтора Вейс уже ждала нас. Она стояла посреди нашей комнаты казармы, заложив руки за спину, с каменным выражением на лице, наблюдая за входящими. А когда наконец собрались все, окинула ледяным взглядом и гаркнула:

– В шеренгу. За мной.

Мы выстроились. Никто не роптал, не возмущался. Все терпеливо смотрели на наставницу.

На плац она нас вывела после короткой разминки.

На каменных столах лежали тренировочные луки и стрелы, а чуть дальше стояли мишени: круглые – с черными отметинами, и высокие столбы, на вершинах которых развевались алые флаги.

На другом столе лежали магические щиты. На вид – обычные, если не присматриваться к рунам, которыми они были исписаны. Судя по всему, не активированные. Значит, это предстояло сделать нам.

И я оказалась права.

Илисар, едва мы все окружили его, начал объяснять, как активировать щиты и какой из них чем отличается, от чего может защитить, а также как правильно распределять силовые потоки на магических рунах, которыми были разрисованы щиты.

Потом мы перешли к другому столу, и инструктор рассказывал, как правильно держать лук, что говорить, чтобы цель стала четче. Простейшие, базовые магические знания.

Он учил, как натягивать тетиву. Объяснял разницу между простыми, магическими и энергетическими стрелами.

Потом приказал каждому взять щит и активировать его.

С этим все прошло почти гладко, учитывая, что у каждого из нас был магический или ведьмовской дар. Да и слова активации оказались несложными, как и сами щиты – самые базовые, для легкой защиты.

А вот с луком и стрелами пришлось попотеть. Если вы не держали их в руках и ни разу не натягивали тетиву, удерживая стрелу, – то это довольно непростое задание.

Но если ты хорошо знаешь это ощущение, если лук бывал в твоих руках не раз – то ты хорошо помнишь, как удобно расположить стрелу, как повернуть лук, как лучше встать… Вот только руки не столь крепки, да и глаз еще не наметан.

Я не знала, кому из нас пришлось тяжелее: тем, кто лук в жизни не держал, или мне – в идеале знающей теорию, но не совсем умеющей применить ее на практике. Пальцы не хотели правильно ложиться, вернее – даже не так: они не имели нужной гибкости, как бывает у тех, кто впервые держит лук. Хотя в моем будущем лук был главным моим оружием. А тут, хотя я старалась концентрироваться, но получалось плохо.

– Стой, – Илисар подошел ближе ко мне. – Смотри. Лук держим крепко, всей ладонью. Стрела кладется вот сюда. Пальцы – вот так.

Я позволила ему самому уложить мои пальцы, сжать их.

– Вторая рука почти невесомая, – продолжал он. – Ты лишь придерживаешь. Целься в ближайшую мишень. Дальние, на столбах, для вас пока слишком сложны.

– Эх… – выдохнул он, когда я спустила тетиву. – Хорошо пошла… Жалко, чуть промазала. Но ничего, пара дней – и уже станет намного лучше. Тренируй глаза. Тело само привыкнет к луку и запомнит, как его держать. А вот глаза… Цель всегда разная. Ты должна понимать, зачем делаешь выстрел. Куда хочешь попасть. Итог зависит от твоих глаз. По крайней мере изначально, а потом научишься по наитию – сможешь и с закрытыми глазами в цель попасть… – он помолчал и добавил: – Если повезет.

Я кивнула и взяла очередную стрелу. Илисар внимательно следил за моими действиями.

– Угу, так уже немного лучше… Продолжай, – сказал он и направился к следующему новобранцу.

Уже ближе к обеду на тренировку заявилась Мейлин.

И хотя вслух ей вопросов не задавали, но я все же заметила: кто-то смотрел с любопытством, кто-то – с осуждением. Все явно понимали, почему девушка не вернулась ночью из лазарета. Все видели интерес к ней Нейта и то, каким взглядом он провожал ее с площади. Обо всем остальном можно было догадаться. Не такая уж у нее была серьезная рана, чтобы остаться в лазарете до следующего дня.

Илисар бросил на девушку неодобрительный взгляд, тут же ставший равнодушным.

– Вставайте со всеми, не отвлекайте ребят.

Мейлин, не смотря ни на кого, медленно направилась к одному из столов. Выглядела она бледной, и упрямо прятала взгляд. Я не смогла сдержать усмешки, знала, что стоит за этой игрой.

– Я объясняю, как активировать щит и работать с луком, – спокойно сказал Илисар, подходя к ней.

Девушка покачала головой:

– Меня этому учить не надо.

Ловким движением она активировала щит, затем взяла лук, вложила стрелу – и выстрелила. Почти попала в яблочко.

Кто-то присвистнул. Раздался восхищенный вскрик:

– Во дает!

Мейлин бросила на говорившего косой взгляд:

– Заниматься нужно лучше, а не на девчонок пялиться.

Парень сжал зубы, не произнеся больше ни слова, а в его взгляде мелькнула злость.

Я отвлеклась от девушки – рука сама по себе натянула тетиву, и я запустила стрелу. Воздух взвизгнул от энергетического импульса, и моя стрела вонзилась в яблочко – в паре миллиметров от стрелы Мейлин.

Девушка удивленно уставилась сначала на мишень, потом медленно перевела взгляд на меня.

Илисар, показывающий одной из девушек, как правильно стрелять, тоже выпрямился и задумчиво почесал затылок.

Я пожала плечами:

– Чистое везение.

Развернулась и, отложив лук, пошла к ребятам, учившимся разбираться в щитах. А сама про себя порадовалась: все же я помнила, и руки совсем немного – и начнут меня хорошо слушаться. Да, этот выстрел и вправду был везением. Но еще немного – и стрельба станет моим любимым делом. А слова Илисара о том, что мне не понадобятся глаза, приобретут истинный смысл. Я и правда стану лучшей лучницей военной академии.

Позже, когда мы готовились ко сну, ко мне подошла Сель и присела рядом. Мейлин снова не было в казарме.

«Неужели и сегодня она останется с…» – я усмехнулась. Уверена, вчерашнюю ночь Мейлин провела в месте, где постель – не тонкая циновка, а кровать с мягкими матрацами, и вместо старого одеяла – шелковое. Меня передернуло. Я все это помнила. И широкую кровать в комнате Нейта, и шелковые простыни. И себя, позволяющую ему меня ласкать.

Когда уже точно знала, что Дэя не вернуть, я хотела забыться в объятиях Нейта.

Он оказался искусным любовником. Хоть ненадолго, но мне удавалось проваливаться в его ласки, забываться в требовательных поцелуях, изгибаясь в горячих руках.

Но потом, по утру, я стояла под душем, смотря на себя в зеркало, и ненавидела. Ненавидела каждое его прикосновение, каждый ответ своего собственного до страстей тела.

А потом все шло по кругу – до тех пор, пока я не надоела Нейту как любовница. И тогда мне стало легче дышать: больше не нужно было угождать ему и изображать восторг. Я могла быть с кем угодно. Но, просыпаясь среди ночи, я снова и снова всматривалась в чужие лица, ища в них тень чего-то родного, знакомого, хоть отдаленно похожего на Дэя… Не находила. Поднималась. И уходила. Без слов и объяснений.

Как же противно все это вспоминать.

– Слушай, – тихо спросила Сель, выдергивая меня из размышлений, – а зачем ты делала вид, что не умеешь стрелять из лука?

– С чего ты взяла? – я уставилась на нее.

Она улыбнулась:

– Я видела тебя в момент выстрела. У тебя были очень четкие движения.

– Какие движения? – попыталась улизнуть я. – Это просто везение, не больше. Я читала теорию, а вот на практике никогда не стреляла.

– Может быть, – она пожала плечами. – Не хочешь – не говори. Но если помнишь, из какой я семьи, – поймешь, что стрелков я видела. Ты не в первый раз держала лук. По крайней мере точно знаешь, как это делать. И смотришь прямо в цель… Тетиву натягиваешь уверенно…

– А тебя не смутили мои неловкие пальцы? – усмехнулась я, подмечая, что Сель оказалась довольно зоркой.

– Заметила. И это странно… Ты вела себя уверенно, но… пальцы… – Она улыбнулась. – Может, я и правда ошибаюсь.

Я покачала головой:

– Не ошибаешься. В храме, где я училась, нам преподавали стрельбу из лука… Но именно теорию. Я видела картинки в книгах, как держать, как метиться. Но сами мы никогда не стреляли. Да и зачем это ведьме.

Сель кивнула и пересела на свою циновку.

Я расправила одеяло и легла. Нужно быть аккуратнее.

Но это не значит, что надо забыть все, что я умею…

Я посмотрела, как девушка укладывается, дождалась, когда ее дыхание станет ровным, поднялась и вышла из казармы. Захотелось вдохнуть свежего воздуха. Внутри комнаты его отчаянно не хватало – слишком много там было людей.

На улице было прохладно. Хорошо. Пахло влажной травой. Небо – черно-синее, без звезд. Вдоль аллей тускло мерцали редкие фонари. Листья деревьев тихо шуршали, где-то в глубине стрекотали сверчки. Все было до боли знакомо и душевно приятно. Словно я вернулась домой.

Эти аллеи… Мы так часто гуляли здесь с Дэем. И не только гуляли. Я невольно улыбнулась. Все внутри отзывалось на близкие сердцу места и память о ночах с принцем.

Я и представить не могла, что окажусь здесь снова. В свое время я запретила себе вспоминать об Академии – слишком многое в ней было связано с Дэем. А я старалась вычеркнуть его из своей головы и сердца.

Но вот я здесь. Только теперь не стремлюсь лишний раз попасть принцу на глаза. Скорее – наоборот.

Я медленно шла по тропинке, думая о том, как пройти испытания, не привлекая лишних взглядов. Если уж Сель обратила внимание, то мои знания, которых не могло быть у простой ведьмачки из захолустного городка, точно могут привлечь лишний интерес.

Размышляя, я уже почти дошла до беседки, оплетенной лианами, когда услышала тихие шаги и приглушенные голоса.

Я юркнула за беседку, глубже в тень ночи, и уже оттуда пригляделась к аллейке.

Не прошло и десяти секунд, как на дорожку вышли двое. Скупой свет ночи лизнул лица. Я сразу их узнала.

Дэй.

И Мейлин.

Девушка что-то тихо говорила, то и дело осторожно касаясь то плаща, то руки принца. Он замечал ее интерес – я это видела по насмешливо искаженным уголкам губ. Его явно веселило поведение Мейлин. А меня оно разозлило. Неужели я ошиблась, и девушка провела ночь с ним, а не с Нейтом! Я ведь тогда так и не узнала, была ли она с принцем.

У меня в висках пульс застучал отчаянно и громко. Руки самопроизвольно сжались в кулаки. Выйти и повырывать ей космы…

«Стоп, стоп. Я же договаривалась с собой – я должна держать свои эмоции в руках. Ведь именно из-за них наш роман с Дэем был сжигающе пылким, а ненависть – просто убийственной. Да и как я себе это представляю: выскакиваю, кидаюсь на Мейлин… За что? Здесь и сейчас Дэй мне никто! Мы с ним знакомы только потому, что я в Академии, и не более. Хотя нет – мы с ним пока даже не знакомы. Я просто одна из новобранцев».

Я сделала глубокий вдох и выдох. Я научусь сдерживаться. Я научусь любить его тихо, про себя. Возможно, это станет спасением для нас обоих.

Пока думала, они приблизились, и я смогла разобрать слова.

– Вас трудно не заметить, Мейлин. Я отметил ваши навыки еще тогда, на площади. Если пройдете испытание…

– Я сделаю все, чтобы вы гордились мной, мой принц, – мягко перебила она и бросила на него выразительный взгляд, осторожно провела пальчиками по его руке.

Дэй даже не посмотрел, зато уголки его губ снова ехидно дернулись.

– Вам не передо мной нужно показывать себя. Вы должны стать опорой для Империи.

– Но ведь вы – будущий владыка этой Империи, – улыбнулась она. – Значит, Империя и есть вы…

Я закатила глаза.

Что Мейлин всегда умела – так это льстить.

Вот только Дэю лесть всегда была глубоко безразлична. Он продолжал идти, не глядя на девушку. И в лунном свете я заметила, как она замешкалась, явно не понимая, что сказать еще.

– Я так благодарна, что вы меня проводили. Я беспокоилась, как доберусь после перевязки. Идти одной по незнакомому саду ночью – тревожно…

– От лазарета до казармы недалеко. К тому же это сад военной академии, – насмешливо напомнил принц. – Вам здесь нечего бояться. Разве что, учитывая количество мужчин среди кадетов и служащих, я бы посоветовал вам больше заботиться о чести, чем о жизни.

Я подавила вздох. Язвить Дэй умел. Особенно когда ясно видел, что с ним пытаются заигрывать дамы, которые ему совершенно неинтересны. А это значило одно – Мейлин ему совсем не нравится.

Даже в темноте я заметила, как напряглась ее спина. Она тоже уловила насмешку в его голосе и, похоже, не знала, как теперь себя вести. А мне стало легче. Так тебе и надо, стерва.

Их голоса становились тише, шаги – глуше, а я вдруг внезапно успокоилась. Я понимала, что если не позволю себе быть рядом с Дэем, то будет другая… И я настроилась: я позволю… Но только не Мейлин!

Я хотела было скользнуть следом – но вдруг уловила еще шаги.

Я прищурилась. В темноте, между деревьев, скользнула тень. Кто-то осторожно двигался, не выходя на свет аллеи.

Неужели следят за парочкой?

Дэй остановился – как раз у поворота к казарме.

Мейлин тоже замерла, повернулась к нему лицом, вскинула голову и даже приподнялась на цыпочки, глядя ему в глаза.

Он мягко взял ее за подбородок. Медленно провел большим пальцем по губам, легко сминая их, потом коротко улыбнулся и резко отпустил.

Девушка покачнулась, но Дэй не стал ее ловить. Мейлин устояла. Приложила пальцы к вискам. До меня донеслось ее едва слышное:

– Видимо, отзывается вчерашнее ранение… Кружится голова…

Дэй ответил ровно и безразлично:

– Ступайте в казарму. Я прикажу лекарям прийти и осмотреть вас.

Мейлин уставилась на него. Попыталась улыбнуться. Получилось жалко.

– О нет, что вы… Я уже лучше себя чувствую.

– Прекрасно, – кивнул принц. – Доброй ночи вам, Мейлин.

Отвернулся и спокойно пошёл дальше по аллее.

Мейлин продолжала стоять, глядя ему вслед и покусывая губы.

Он не обернулся, так и скрылся в темноте.

Я оставалась в тени, следя за девушкой. Быть незаметной я умела. Я буквально вжалась в лианы, становясь их частью.

Мейлин не торопилась возвращаться в казарму. Напротив – начала оглядываться, скользя глазами по ночным деревьям, словно кого-то искала.

Тень, скрывавшаяся во тьме, скользнула прямо к ней.

И почему я не была удивлена.

Нейт.

Мужчина подошел к ней сзади, легко приобнял за талию, мягко прижал к себе. Осторожно рукой отодвинул волосы и скользнул губами по шее.

Мейлин не отпрянула. Не испугалась. Я была уверенна, она ждала его. Знала, что он следит за ними и придет к ней.

В ответ на его поцелуи она лишь тихо рассмеялась. Он повернул ее лицом к себе, что-то очень тихо спросил. Я не слышала слов – но видела его взгляд. Вопросительный. Она кивнула, судя по выражению лица начала в чем-то уверять. Он прищурился. Девушка заговорила более пылко, но слишком тихо, до меня донеслись лишь обрывки.

«Старалась… Еще получится… Я смогу…».

Он усмехнулся и кивнул.

Потом поцеловал ее. Уже по-настоящему. В губы. Долго и жадно, скользя руками по ее телу. А потом схватил ее за волосы одной рукой, оттягивая голову назад, и жадно впился в шею, второй рукой расстегивая пуговицы рубашки и скользя в прорез, начал ласкать грудь. Красавица закатила глаза, часто дыша.

Я стояла в тени и смотрела.

Мне не было ни любопытно, ни стыдно. Я просто смотрела – и понимала. Это и был тот момент, когда Мейлин стала фавориткой Нейта. Вернее – не так: его верной гадюкой. Надолго. Навсегда.

Тот момент, который я упустила тогда – в будущем.

Я, не сближавшаяся ни с кем из команды, была так рада, что нашла соратницу. Слепо верила ей.

А ведь как достоверно она рассказывала, что Нейт ею воспользовался. Как он сначала изнасиловал ее прямо в лазарете, а потом давил и заставлял делать с ним самые ужасные и порочные вещи. Говорила, насколько сильно ненавидит его. Она плакала, рассказывая все это.

И я поверила.

А теперь – вижу.

Не было никакого насилия. Никто ее не заставлял.

Она сама пошла на близость с Нейтом.

Вот только могу ли я ее за это обвинять? Я – та, которая вела себя практически так же.

Я медленно развернулась. Не стала смотреть, чем это закончится. Все и так было ясно.

Обошла беседку и, минуя аллею, через сад направилась обратно в казарму.

Вошла тихо, на цыпочках. Остальные уже спали.

Легла на свою циновку. Закрыла глаза.

Я почти уснула, когда раздался едва слышный скрип двери, потом – легкие шаги и шевеление у соседней циновки.

Мейлин вернулась.

Эту ночь спала вместе со всеми.

Глава 10

Следующие дни для всех нас слились в один.

С утра до ночи – тренировки. Оружие. Щиты. Стрельба. Рукопашный и магический бой. Спарринги. Работа в одиночку. Работа в группах. И все по кругу.

По утрам вода уже не казалась такой ледяной, а обычные булочки – обрели вкус.

Я вставала раньше всех. Знания – знаниями, но я должна была вернуть себе физическую форму, в которой была там – в своем будущем, – но которой еще не было здесь, в прошлом. И я как могла ускоряла этот процесс.

Я подскакивала почти за час до общего подъема и направлялась на улицу.

Брала деревянный клинок, выданный каждому для личных тренировок, выходила на заднюю площадку и отрабатывала связки, удары, реакции.

Злилась на себя. Психовала. Тело не слушалось, хватка была слабее, чем нужно, движения – не столь резкими… Реакции – не столь быстрыми. Но я знала: все вернется. Вернее – наработается. Разум заставит тело вспомнить и подчиняться.

В будущем я не проходила испытание.

Меня сразу перевели в отряд «Коготь Империи» – как боевую ведьму.

Нейт с Дэем тогда постарались.

Поэтому и о подробностях я помнила лишь по слухам. Тогда они меня не особенно интересовали. Сейчас – очень сожалела, что не расспрашивала.

Теперь приходилось вспоминать хотя бы то, что слышала. О чем шептались уже поступившие. Какие ошибки разбирали. Какие промахи совершали те, кто не прошел.

Чем ближе становился день испытания – тем меньше мне хотелось спать.

И тем раньше я вставала.

Оставался всего один день.

А я все еще не была довольна собой. Подскочила, когда до общего подъема оставалось еще часа два. Вышла на улицу – сумрак ночи разгонялся фонарями и неясным лунным светом. Вдохнула прохладный воздух и направилась к уже привычной площадке за казармой.

Медленно провела разминку. А после начала одиночный бой с тенью.

Я четко представляла перед собой противника, вызывала воздушные потоки, чтобы они создавали сопротивление.

Мне нужно было заставить тело быть максимально послушным и гибким.

Это особенно трудно, когда знаешь, на что способна, но связки еще не те, а мышцы не в нужном состоянии.

Это злило. И раздражало.

Я прикрыла глаза.

В темноте органы чувств работают сильнее. Слух. Внимание. Реакция.

Я сражалась с пустотой, в которой представляла врага.

Того, кого хочется уничтожить.

Кто дерется с тобой не на спарринге – а насмерть.

Шаг. Еще один. Удар.

Ноги скользили по влажной траве, мозг посылал импульс – но стойка все еще была не такой крепкой, как должна.

Разворот. Атака.

Мой миражный противник был намного сильнее.

Я ведь знала, какими они будут потом, в настоящем бою…

Уворачивалась от призрачных ударов.

Пыталась двигаться быстро, но тело подводило – казалось неуклюжим и слишком медленным.

С живым противником я бы уже погибла.

Вывернулась, собираясь нанести следующий удар – и…

Меня внезапно схватили за руку.

Все произошло в секунду.

Рефлекс сработал мгновенно: разворот – удар.

Короткий. Точный.

– Ого! – голос прозвучал рядом в тот самый момент, когда я уже открывала глаза. – Очень даже неплохо для новобранца.

Мне разом стало не по себе.

Передо мной стоял Дэй. О да, принц умел бесшумно подкрадываться.

Он успел поставить блок – но руку мою не отпускал.

А я вдруг отчетливо почувствовала, как все внутри отозвалось на него.

На его пальцы, обхватывающие мое запястье – не сильно, но вполне крепко.

Пульс забился не только в висках, но и прямо там, под его ладонью.

Сердце быстрее погнало кровь.

Дэй смотрел мне в глаза.

Спокойно и заинтересованно одновременно. Стоял с той самой мимолетной улыбкой на губах. Она заставила меня залюбоваться им.

Улыбка, которую я все еще помнила.

Он вот так же улыбался тогда, в нашу первую встречу, смеясь над Нейтом и его испачканными одеждами.

Все внутри меня мгновенно ожило.

Чувства. Желание. Память о будущем.

– Не часто увидишь такие навыки рукопашного боя у… – начал принц и замолчал, продолжая смотреть на меня.

И я молчала.

Понимала, что нужно что-то ответить…

Но в растерянности замерла, уставившись на него.

Дэй приподнял бровь, видно решив, что испугал меня. А потом тихо спросил:

– Как вас зовут?

– Шайра, – хрипло смогла выдавить я.

– Шайра, – Дэй продолжал улыбаться. – Откуда вы?

– Из храма ведьм Эсталиона, – я наконец смогла взять себя в руки.

Он медленно отпустил мое запястье.

А я чуть не застонала.

Как же не хотелось, чтобы он отпускал мою руку.

Всего секунду… еще немного… пожалуйста…

Но он отступил на шаг, рассматривая меня.

– Я уже которое утро наблюдаю вас здесь, – сказал Дэй неожиданно.

И я полностью очнулась.

Богини… Он за мной наблюдал. Все это время. Все эти дни.

– У вас очень отточенные удары. Не думал, что в храме ведьм обучают единоборствам.

– Нас учили… по-разному, – уклончиво ответила я. – Не единоборствам… самообороне.

– Для ведьм? – принц удивился. – Я считал, что вам для самообороны хватает проклятий.

– Не всегда, – чуть слышно проговорила я. – Не всегда можно успеть… проклясть.

Улыбка стерлась с его губ. Он кивнул:

– Это верно. Значит, у вас была очень хорошая школа при храме, раз учили и такому. Обычно ведьмы более…ммм… самонадеянны.

Я не ответила.

Я все еще ощущала кожу – там, на запястье, где он прикасался.

Казалось, это место пульсирует. Да и стоял он слишком близко. Так что я могла рассмотреть и крохотные морщинки от того, что он щурился, смотря на меня, – совершенно так же, как тогда… И четкий контур губ, когда-то жарко целовавших меня. И даже легкую щетину, о которую я любила тереться лицом.

Я помнила все.

Он так часто был рядом – там, в будущем.

Рядом. В бою. В жизни. В постели. В моих мыслях…

И против воли мое тело отзывалось на память.

Даже сейчас, когда он не знает меня.

Внутри все тянулось к нему.

К Дэю.

Когда-то – моему принцу.

– Вы встали так рано, чтобы попрактиковаться? – он продолжал рассматривать меня. А я… Ооо, высшие силы, прекратите это наказание и прибейте наконец вспыхнувших в моем животе оголтелых горячих бабочек.

Я кивнула.

– Мне нужно… Я хочу… – не договорила. Замолчала.

Дэй усмехнулся:

– Вы хотите попасть в «Коготь Империи»?

Я отвела взгляд.

– Не смущайтесь, – спокойно продолжил он. – В мой отряд хотят многие. Но чтобы туда попасть, нужно не просто пройти испытание. Нужно показать себя на очень высоком уровне. Вы понимаете, что значит учиться в Военной Академии Веллатира? И насколько сложно быть в моем отряде?

Я молчала.

Говорить сейчас – все равно что дышать раскаленным воздухом. Внутри все горело. Бабочки расползлись по венам, обжигающими змеями, и те теперь полыхали, заставляя меня ощущать всю не выплеснутую страсть к Дэю. Я едва ли не стонала от желания. И проклинала себя. Я не должна так на него реагировать. Не должна позволять себе ничего лишнего.

А воспоминания неслись бурным потоком, то и дело подсовывая мне картинки наших жарких ночей.

– Ребята моего отряда проходят жесткие тренировки, – спокойно продолжал говорить принц. – Тяжелые нагрузки, ответственность и…

Мне бы да не знать.

– Я готова, – перебила я.

Выдохнула эти слова вместе со страстью, не способной удержаться во мне. И получилось слишком резко, горячо – так, что Дэй удивленно приподнял бровь.

– Однако… я вижу в вас серьезную решимость, – произнес он.

И тут же неожиданно предложил:

– Проверим?

Прежде чем я успела что-то ответить, он нанес удар.

Не в полную силу – но точно в меня.

Я успела поставить блок. Рефлекторно.

Дэй не остановился. Следом последовало еще одно короткое движение.

Я уклонилась. Его рука скользнула по моему плечу.

Не сильно, но ощутимо.

Я все еще не пришла в форму, а принц был быстрым. И ловким.

Еще один удар. Я присела, вывернулась, ощущая, как теряю опору… но все же успела сделать выпад и чиркнула по его ноге кончиком деревянного лезвия.

Задела только кожу. Но все же.

Он отскочил и рассмеялся:

– Кто вас этому учил?

– У меня был прекрасный мастер, – парировала я, вскакивая и отражая следующий удар.

О да, мастер был просто замечательный. Сам Дэй меня когда-то и учил. Лично со мной занимался. И каждая наша тренировка заканчивалась одинаково жарко и пылко. Так что потом на теле оставались следы не только от тренировочных ударов.

– Кто-то из храмовниц учил? – не унимал свое любопытство принц.

– Нет. Пришлый жрец. Отшельник, путешественник. Жил недалеко от храма полгода. Иногда к нам наведывался. Он и научил.

– Хорош жрец. Но все равно вы слишком многое умеете для обычной ученицы, обучавшейся всего полгода, – произнес Дэй, атакуя вновь.

Я не ответила. Зато сразу поняла, что слишком хочу себя ему показать. Мол, вот посмотри, какая я! Обрати на меня внимание! Заинтересуйся! А этого делать пока нельзя. Могут возникнуть вопросы.

Поэтому сразу же позволила себе ошибку.

Дэй не растерялся.

Резкий поворот, мягкий удар – и я падаю. Но не упала. Принц успел подхватить меня за локоть. И снова рассмеялся.

А у меня в висках застучало. О боги! Какое же дежавю. Если бы мы были там, в будущем, то в следующий момент он бы привлек меня к себе – и тренировка продолжилась бы в совсем другом формате.

Но сейчас и здесь он просто не позволил мне упасть и, едва я выпрямилась, отпустил.

– Хорошо. Но если вы будете поддаваться – в мой отряд точно не попадете.

Я нахмурилась. Дэй умный и проницательный – глупо было думать, что он не заметит, что я поддалась.

Минуту мы стояли напротив друг друга.

Я просто наслаждалась, смотря в его глаза без ненависти ко мне.

А он изучал мое лицо.

– Больше так не делайте, – строго сказал Дэй. – В следующий раз обещайте не поддаваться мне и сражайтесь в полную силу.

«В следующий раз! – эхом прозвучало у меня в голое и сердце забилось сильнее. – Он хочет продолжать тренировки со мной? Так же, как тогда? Значит ли это, что я уже почти в его отряде?»

– Я буду стараться, – произнесла я одними губами.

Он кивнул:

– Старайтесь, Шайра.

Подмигнул мне и, отвернувшись, направился к аллее.

Глава 11

Раннее утро. Небо еще не успело окончательно проснуться, свет только начинал заливать вершины башен. На территории Академии царила тишина. Ее нарушал лишь звук наших ровных шагов.

Нас вели строем по широким аллеям. Легкий ветер колыхал ветви деревьев. Где-то в гуще листвы перекликались ранние птицы.

Впереди, за открытой поляной, показался центральный полигон – о да, как же хорошо я его помнила. Огромный амфитеатр, врезанный в склон холма за Академией. Каменные трибуны полукругом обнимали ровную, вычищенную площадку. По периметру возвышались массивные пилоны с алыми стягами Империи.

В самом центре полигона высилась башня – гладкая, словно вылитая из единого куска камня. Ее темные стены резко контрастировали со светлым амфитеатром. На вершине полоскался боевой флаг: черный фон и золотой коготь, разрывающий солнце. Символ силы и власти. Ветер рывками трепал полотно.

Память подсовывала давние воспоминания.

Именно здесь будут проходить испытания Академии. И именно здесь состоятся межакадемические игры.

Я задержала взгляд на башне. Сюда нам предстояло войти. Именно с ней будет связано наше испытание. Я помнила, как это будет.

В свое время я смотрела его с трибуны – сидела буквально рядом с принцем и будущим канцлером. Тогда я уже была приближенной – и так гордилась этим.

Какая же я была дуреха.

Наша колонна замедлила шаг, заходя в амфитеатр. Ребята оглядывались, переглядывались. Кто-то едва слышно шептался, пытаясь угадать, что нас ждет. Кто-то молчал, сосредоточенно глядя себе под ноги или по сторонам.

Я на миг скользнула взглядом по строю – и встретилась глазами с Мейлин. Удивительно… Почему Нейт отпустил ее на испытание?

Хотя что-то подсказывало мне: она знает об испытании куда больше, чем остальные. Именно поэтому и ведет себя так спокойно. Уж она точно пройдет. Все во мне подсказывало: будущий канцлер не стал бы рисковать своей любовницей, заранее не сунув ей тузов в рукава. У нее что-то есть. Нечто, что позволит ей прийти, может, и не первой – но точно без потерь.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.