Сундук страхов
Глеб Габбазов
Андрей Лоскутов

© Глеб Габбазов, 2025

© Андрей Лоскутов, 2025

ISBN 978-5-0067-3401-2

Создано в интеллектуальной издательской системе Ridero

Предисловие

Дорогой читатель! Перед тобой совместные усилия двух авторов современного Русхоррора – Андрея Лоскутова и Глеба Габбазова.

Данный сборник хранит в себе множество страшных, мистических, порой мерзких и одновременно трогательных и трагических историй. Словно сундук страхов, сборник хранит в себе множество тёмных вещиц.

Открывай его, и начинай рассматривать каждую. Рассматривай внимательно… Только осторожно!

А теперь немного авторского:

Самый плохой совет, который в принципе можно дать начинающему писателю – «Можешь не писать – не пиши».

Я с этим в корне не согласен. Век человека короток. И на протяжении жизни он делает кучу дел, которые, по сути, делать не хочет.

К примеру, кто-то из нас тухнет на нелюбимой работе, долгое время живёт в городе, который ему не нравится, и по каким-то дурацким причинам просто не в состоянии из него уехать. Кому-то нужно растить детей, кому-то ухаживать за больными родителями и заниматься иными полезными, нужными и трудными занятиями.

А человеку ХОЧЕТСЯ писать. Так почему же он должен себе в этом отказывать? Да, он не Кинг и не По, да ну и что. Пишет он плохо, не грамотно, «графомански». Ну и что? Кому-то разве от этого стало плохо? Не хочешь, не читай! Если автор плох, никто же не заставляет людей скупать его книги, не привязывает эти книги к рукам и не принуждает читать.

Как утверждают многие редакторы: «все пишут плохо!» И в особенности меня раздражает, когда людей прямо-таки настойчиво уговаривают «не писать».

Вам-то какое дело? Ну пишет, ну издаёт. Может для мамы, родственников, или тупо для себя. Вам-то какое дело?! Не нравится? Смело проходите мимо!

А кто-то другой захочет и купит, и прочтёт, и друзьям посоветует.

На мой взгляд, любая литература, даже самая «графоманская», имеет право на жизнь. Потому что это как-никак человеческий труд. А читатели – это дело наживное и вкусовщинское. Кого-то тошнит от любовных романов, а кто-то едет через пол страны, чтобы сфотографироваться с автором и получить автограф.

Зачем отговаривать человека от занятия, которое ему нравится? Он себе и так уже во многом отказывает по всяким независящим от него обстоятельствам.

А самый полезный: – «Стараться писать каждый день». Это реально закаляет, так быстрее набиваешь руку и постепенно писанина каждый день входит в привычку.

Я честно старался. Но в моём случае, так не работает. Я стал замечать, что когда заставляю себя работать, выходит ну ооочень плохо. А если пишу по вдохновению, по наитию, хоть и не каждый день – то тексты, которые получаются, мне нравятся.

Если я пишу и мне самому не интересно и скучно, то значит читать это будет также скучно и не интересно.

Писательство для меня – это вдохновение, это страсть, это отдых, это скажем так, спасение от обыденности.

А если начать заставлять себя, то писательство превратится в рутину. Так что слушайте, читайте, пишите, живите! Думайте своей головой, а не чужими советами.

За сим, на сегодня всё.

(с) Андрей Лоскутов

«Есть вдохновение – действуй, нет вдохновения – иди выпей колы»

(с) Глеб Габбазов

Андрей Лоскутов

Заговорённые

I. Сельское кладбище

В посёлке Зверево, что на Урале, не всегда жил люд спокойный и сообразительный. В старые времена местных жителей все называли по-свойски селянами. Они были простыми ремесленниками, дикарями по натуре своей. Их вспыльчивый нрав с бешеной скоростью разгонялся от улыбающихся простаков-фермеров до грозной, безумной толпы с вилами и мотыгами. Среди них был старейшина Юсуф Милорадович, самый рассудительный и почитаемый гражданин посёлка.

Жилось селянам непросто, то урожай пропадал из-за непогоды, то деревянные избушки по весне паводком смывало, когда проходившая рядом река выбиралась из берегов. Но всё изменилось, когда в посёлок в поисках наживы вместе со своим семейством приехал богатый купец Николай Кузнецов. Он попросил встречи с Милорадовичем и предложил тому помощь в обустройстве посёлка, постройке больших домов из камня, коих в новых городах уже стояло не мало. Юсуфу не понравился чужак, но дочь, влюбившаяся в сына этого купца, помогла уговорить старейшину.

Так Кузнецову без боя досталось Зверево, его сыну – дикарка жена, а семье – большое поместье. Однако, часть селян, не желавшая перемен в своей жизни, отделилась от основной группы, поселившись на другом берегу реки. Будучи справедливым, Милорадович рассудил, что нельзя людей насильно склонять к новому. Он выделил им надел и распорядился среди своих, чтобы староверов не трогали. Старик надеялся, что тёмные в конце концов одумаются и придут сами.

Но они так и не пришли. В ту пору близилась зима и в одну из самых холодных ночей их хлипкие, деревянные домики сгорели один за другим. Те, кто сумели выбраться из огня, погибали в лесу от холода, но за реку не пошли. Упрямство взяло верх над здравым смыслом.

Кое-кто из местных утверждал, что в самой гуще пожара видел на другом берегу подливающего масла в огонь Кузнецова. А другие болтуны всерьёз верили, что теперь земля староверов проклята и перестали ходить за реку. Старейшина же после недолгой беседы с купцом и местным волхвом Семёном Темницей повелел установить на месте тех самых домиков памятное кладбище и строго-настрого запретил его разрушать. Старый шаман сделал всё, как было приказано, не забыв при этом наложить оберег неприкосновенности, обещавший погибель всем, кто попытается разрушить сельское кладбище.

***

С тех пор в посёлке минуло уже почти двести лет. Деревянных домов в нём уже не осталось. Благодаря семье Кузнецовых селение вскоре получило статус ПГТ, стабильно развивалось и приносило доход. Вложенные когда-то купцом средства ныне возмещались с процентами. Пройдя путь от чужаков до всеми уважаемых меценатов, они всё время стремились только к одному. Преумножить свои богатства.

Застроив высотками всё, что можно в округе, одна из подставных фирм Сергея Кузнецова, правнука известного и всеми почитаемого купца, стала заглядываться на аккуратно уложенную землю с другой стороны реки. У той ровной, почти бархатной земельки был один единственный изъян. Заросшее, брошенное всеми кладбище староверов.

Местные помнили рассказы своих дедушек и бабушек и обходили уложенных там покойников стороной. Однако, в какой-то момент Сергея обуяла дикая жадность. Позабыв обо всех старинных уговорах с жителями и в принципе, не веря в бабушкины сказки, меценат подкупил всех, кого мог, для согласования сноса кладбища и строительства на его месте двух новеньких многоэтажек.

По итогу, как сообщили людям, могилы перенесли на новое место, а новые дома поставили с такой скоростью, с какой ставятся друг на друга карточные домики. Не прошло и полгода, как новые жилища уже ввели в эксплуатацию и начали вовсю продавать квартиры.

Тут-то и началось самое интересное. Люди, заселявшиеся в эти дома, погибали один за другим.

II. Газетные вырезки

Завсегдатай местной библиотеки, ученик одиннадцатого класса, мечтающий стать писателем Миша Сёмкин. Он ищет вдохновение в старых книгах и жаждет раскрыть для всех тайну, гнетущую его родной край.

А всё началось с того, как он в детстве побывал в заброшенном ныне тринадцатом доме по улице Сосновой. В тот роковой день он едва успел выбраться из начавшегося внезапно пожара, устроенного его одноклассниками. Позже вытащенный из огня мальчик утверждал, что голоса внутри стен заставили его это сделать.

Едва не став одной из жертв снесённого кладбища, Миша поверил тогда своему однокласснику и начал без устали искать свидетельства подобных несчастий, приключившихся с жильцами на этой улице.

Поначалу его поиски не увенчались успехом. Как оказалось, многое со временем было утеряно, а что-то намеренно скрыто властями. Но вот однажды, забравшись в самую дальнюю и самую пыльную часть библиотеки, Миша откопал на одной из полок пачку перевязанных нитками старых газет.

Сдувая со страниц пыль и перечитывая их снова и снова, он, казалось, нашёл наконец объяснение всем случившимся в посёлке несчастьям. Как оказалось, в этих самых домах за прошедшие два десятка лет произошло целых четыре пожара. Самое удивительное случилось в последнем из них, когда пожарные, приехавшие на вызов, не смогли выбраться из полыхающей квартиры. Очевидцы трагического события наперебой кричали, что никто из пожарных не сумел найти дверь и в отчаянии они бросались из окон.

Затем на следующей странице была заметка о мужчине, из тринадцатой квартиры, который зарезал всю свою семью в порыве бешенства. Впоследствии он утверждал, что слышал голоса в стенах дома, и будто именно они приказали ему это сделать. В следующем номере старой газеты мельком упоминалось про мать, что выбросила из окна двух своих сыновей за то, что они отказались есть её борщ. Прибывшим сотрудникам полиции женщина также безуспешно пыталась рассказать про голоса внутри стен и про творящуюся в доме чертовщину.

В следующем номере еженедельника газета скорбит о почтальоне, будто бы растерзанном бродячими собаками. Его изуродованное тело было найдено полицией на пороге одного из домов. Повсюду в подъезде кровь, к заметке приложены фото. Ещё через страницу редактором упоминается вечеринка подростков, которая явно пошла не по плану. Кто-то из гостей прихватил с собой ружьё.

Пятеро убитых, шесть раненных. Виновника несчастий нашли посреди мёртвых тел на полу кухни с дулом во рту. Он отчаянно пытался застрелиться, даже несмотря на то, что патронов у него уже не было. Полицейским, прибывшим на место, он сообщил, что ему приказали стрелять во всех голоса.

Забрав стопку заметок из библиотеки, Миша охранял её как зеницу ока, никому не показывая. Порывшись в интернете, он выяснил, что вещавшая об этих событиях газета просуществовала недолго. Властям посёлка не нравилось, что кто-то суёт нос в их дела и потому чуть позже ее редактора дискредитировали, выставили перед всеми полоумным и, угрожая арестом, заставили замолчать.

Вскоре у газеты появился новый редактор и новое направление деятельности. Теперь она освещала только радостные события, мимоходом восхваляя в каждом номере главу посёлка и мецената Кузнецова. Все номера с происшествиями и преступлениями были удалены из архивов и чудесным образом пропали с сайта газеты. Вместо них теперь среди грязных полок образовалась пустота и спрятанные кем-то газетные вырезки.

***

Это был обычный апрельский вторник, уроки в школе кончились рано, да и вообще через месяц с лишним выпускникам предстояло сдавать экзамены и проводить в школе свои последние беззаботные дни. Миша, обложившись книжками, как обычно, сидел в библиотеке. Все вокруг думали, что парень просто решил хорошо подготовиться к предстоящим экзаменам.

Однако, мечтавший разгадывать загадки Миша всё это время думал о своём. Он перерывал стеллажи школьной библиотеки в надежде отыскать ещё какие-нибудь подсказки. Хотя бы ещё одно упоминание о многовековом кладбище и несчастных случаях на Сосновой улице. Однако, больше ничего такого ему не попадалось, и парень всё чаще думал о том, что разгадки всё же ему придётся искать самому.

Казалось, ничего в мире не может отвлечь его от этой истории, пока на пороге библиотеки не появляется Маша Кузнецова. Красотка не шла, а как будто летела. Грациозно перебирая своими тоненькими, хрупкими ножками на высоких каблуках. Звонкий цокот и озорное стрекотание толпы величавых подружек, как обычно, выдавали её приближение.

Маша тоже учится в одиннадцатом. Она дочь мецената и праправнучка того самого купца Кузнецова. Такие, как она, проводят большую часть своей жизни с золотой ложкой в зубах. Ей наверняка ещё с малых лет внушали мысли о небывалом величии, выставляя принцессой, солнцем и путеводной звездой для всего мира. Только вот зачастую надежд эти «звездочки» не оправдывают.

Несмотря на привитое с пелёнок высокомерие и избалованный характер, Мише она нравилась, но подойти сам он не решился бы даже за деньги. Ведь стоило парню только начать говорить с противоположным полом, он терялся, смущался, краснел. Затем, немного собравшись с силами, начинал нести какую-то чушь, смеялся невпопад и обязательно ронял вещи из своих холодных, вспотевших ладоней.

Учитывая, что девушка была не частым гостем в библиотеке, Мише подумалось, что она, наверное, захотела сдать сегодня оставшиеся на руках учебники. Заметив у каждой из её подруг по пакету он, самодовольно кивнув, вновь склонился над своими записями.

III. Приготовления к празднику

У всех в головах сейчас было только одно – экзамены. А вот Маша к ним совсем не готовилась. Ей в эту субботу должно стукнуть наконец восемнадцать и в эти выходные она должна оторваться по полной.

Любимый папочка уже вовсю начал подготовку к балу-маскараду, который состоится в её честь в их огромном родовом поместье. Когда часы начнут бить полночь и его маленькая девочка станет взрослой.

Естественно финансовый деятель Кузнецов плевать хотел на все эти балы, маскарады, гостей и закуски. Для него, как для человека публичного, необходимо частенько оставаться у людей на виду, выставляя себя в выгодном свете. И конечно же такое событие, как совершеннолетие его единственной дочери, даёт повод собрать у себя всех именитых гостей не только посёлка, но и соседнего городка.

Как видно прославленному меценату наскучило жить за городом, казалось бы, здесь он всего добился, всех покорил и подкупил. Сейчас Сергея манили далёкие огни большого города. Хотя его покойный старик не раз говаривал, что уж лучше быть большой рыбой в маленьком пруду, чем маленькой рыбой в большом.

Насчёт рыбы старик конечно лукавил, чета Кузнецовых всегда были акулами, поглощающими всё на своём пути. И если Сергей захотел выбраться в город – он исполнит задуманное. Остаётся главный вопрос – кто останется за него управлять посёлком. Это и возвращает нас к его драгоценной Машеньке, которая в своё восемнадцатилетие получит в наследство свой кусок пирога.

Сергей уже всё продумал и дал соответствующие указания своим юристам. После совершеннолетия Машу сделают заместителем директора строительного холдинга, а также совладельцем двух местных промышленных предприятий. Естественно основной пакет акций будет контролировать папочка, и в случае его неудачи в городе им будет куда вернуться. Согласно хитроумному плану, дочка останется командовать поместьем, совместно с двумя поверенными управляющими, а папа с мамой отправятся покорять новые горизонты. И возможно, даже возьмут себе небольшой отпуск.

Все бумаги к субботе будут готовы, все приготовления к празднику Сергей оставит жене, а сам же займётся подбором гостей. В эту субботу вся знать посёлка и города соберётся под одной крышей, и хитрый меценат представит им своего нового управляющего. Глядишь заодно и жених среди успешных найдётся. В случае удачного стечения обстоятельств хитрый делец намерен убить одним балом сразу двух зайцев.

***

Пока Маша стояла у стола и наблюдала, как её подруги сдают учебники, а напыщенная дама, сидя в своём высоком кресле, проверяет каждую книжку, держа их в своими костлявыми пальцами бережно и осторожно, будто священные реликвии. Наверное, библиотекарь просто подходит к своей работе со всей ответственностью, а может быть ей нечем здесь больше заняться.

Только штудировать каждую страницу этой древней макулатуры, каждый год передаваемой из рук в руки школьниками. И естественно, зная нынешних детей, с ними нужно держать ухо в остро. Проверять, чтобы не было ни загнутых краёв, ни рваных корешков и никаких лишних надписей, и рисунков на страницах вверенного на хранение этой строгой даме казённого имущества. Ох и не обрадуются родители, если Тамара Степановна вдруг найдёт что-нибудь не подобающее в этих книжках. Учебники придётся заменить новыми.

Ветреной и недалёкой Маше такое серьёзное отношение к своей работе казалось странным. Сама она никогда ни к чему серьёзно не относилась. Всё давалось ей легко, без особых стараний. Будучи всеобщей любимицей, все в посёлке старались ей угодить.

Родители души в ней не чаяли, учителя ставили завышенные оценки, толпы подружек всегда были рядом, а что до мальчиков, так большинство из них не могли даже спокойно стоять, когда она проходила мимо. Одни смущались, краснели, что-то мычали себе под нос, другие каждый день звали на свидания. А Маша, находясь в этом ежедневном, восторженном водовороте людей, всего лишь хотела, чтобы все к ней относились как к равной.

Она ведь не владеет ни заводами, ни поместьем. Всё это принадлежит отцу. Маша эту жизнь не выбирала, но вынуждена проживать её каждый день, делая вид, что наслаждается всеобщим вниманием. Красивая, запертая в рамке картинка, редкая птичка в золотой клетке.

Оглядев читательский стол скучающим взглядом, Маша замечает парня, склонившегося в дальнем углу над записками. Ей он кажется интересным, и, оставив кричащих подруг разбираться с библиотекарем, девушка не спеша идёт к его столику.

– Тебя кажется зовут Миша? – спрашивает девушка, подходя, хотя сама знает ответ.

– Да-а, – чуть запинаясь отвечает парень, явно застигнутый врасплох столь внезапным обращением.

– А что ты читаешь? – не дожидаясь приглашения, Маша усаживается рядом с ним и тянет свои наманикюренные, нежные ручки к старым газетам.

Миша молча позволяет ей рассматривать газетные вырезки. На самом деле в этот момент он очень смутился. Ведь первая красавица посёлка никогда не проявляла к нему особого интереса. А тут сидит рядом с ним и перебирает найденные им сокровища. Парень вдруг не с того ни сего почувствовал себя богачом.

Но через минуту, собравшись с мыслями Миша вдруг сообразил, что рядом с ним сейчас сидит человек, который постоянно живёт в странном особняке Кузнецовых. А значит, она могла что-то слышать, что-то видеть, или что-то знать о грязных делишках своего отца.

И, быть может, если он покажет ей то, что уже сумел обнаружить, Маша заинтересовавшись в ответ на это расскажет ему что-то новое. Ведь в данный момент его расследование упирается в стену. Миша ещё не практиковался в искусстве отбирания интервью у очевидцев, но учиться ведь никогда не поздно. К тому же, она наверное, даже не поймёт, что её пишут.

– Вот, обрати внимание на эти два дома на снимке, – Миша решил начать с самого главного, а потом постепенно переходить к сути, ему даже стало интересно посмотреть на реакцию этого милого, почти воздушного создания в конце рассказа. – На их месте двести лет назад находилось сельское кладбище…

Маша слушала этого странного парня, затаив дыхание. Её подружки, попрощавшись, ушли из библиотеки, а она всё сидела, слушала и одновременно рассматривала старые газеты. Прошло около получаса, прежде чем девушка начала понимать, к чему клонит Миша со своими историями.

Она не верит, что её родной папочка вопреки всем уговорам воткнул очередную высотку на месте старого кладбища. Она всегда считала своего папулю святым, а маму особенной, потому что в ней текла кровь тех самых селян. Она бы не позволила своему мужу сделать такое с родным краем.

Самой Маше всегда было стыдно за своё происхождение. Ей не приятно было осознавать тот факт, что её дальние родственники жили в халупах посреди этих самых лесов, питались всем подряд и верили в сказки.

Резко вскочив на ноги, девушка бросила в лицо Мише эти старые газеты, назвала идиотом и, громко стуча каблуками, выбежала из библиотеки. Не такой реакции ожидал от неё парень, собирая с пола своё сокровище под грозным взглядом библиотекаря.

Возвращаясь домой, Маша всё никак не могла выкинуть из головы этого странного парня и его уродские записи. Ведь если он прав, её родной отец виновен во всех последних несчастьях посёлка. И скольких он ещё готов погубить из-за своей жадности?

Девушке не хотелось об этом думать, и она, чтобы отвлечься, решила с головой погрузиться в заботы. К концу недели в их загородном доме состоится бал-маскарад по случаю её совершеннолетия. В эту субботу Машенька станет совсем взрослой, и к этому событию непременно нужно хорошенько подготовиться. Всё организовать, собрать друзей, украсить зал, подготовить закуски, выбрать платье, туфли, и наконец, кавалера.

IV. Бал кошмарной твари

К своему удивлению, в пятницу на одном из последних занятий хохочущие подружки передали Мише приглашение на вечеринку в особняке Маши. В начале парень подумал, что всё это розыгрыш. Но записка была нацарапана тоненьким Машиным почерком, он видел точно такие же каракули в её тетрадях, пару раз помогая с домашкой. Сомнения отпали сами собой, ведь его действительно пригласили в особняк Кузнецовых.

На самом деле идти туда Мише не очень хотелось. Он вовсе никакой не тусовщик, ни пьёт и ни курит в отличие от большинства своих сверстников. Уже предвкушая, как над ним потешаются Машины подружки, парень к вечеру и вовсе поник.

Спасла его мама. Она где-то раздобыла старый, отцовский костюм, и, приведя его в более-менее порядочный вид, велела Мише не заниматься ерундой и сходить немного развлечься.

– У тебя впереди экзамены, небольшая передышка от книг не повредит, – ворковала она, разложив на столе брюки и доставая утюг. – Только будь аккуратен, не кури и смотри, что тебе наливают. Сейчас всякой дряни навалом, мешают одну отраву с другой. Оглянуться не успеешь, как будешь кричать в унитаз.

– Ма, спасибо, я понял, – продолжая посмеиваться, Миша натягивает рубашку.

Напряжение, возникшее получением столь внезапного приглашения на какой-то момент, уходит. Страх отступает, но где-то в глубине подсознания у Миши остаётся ощущение, что идти на бал ему всё же не стоит.

***

Гости постепенно начали собираться. Как и планировал хитрый меценат, в его доме сегодня собрались самые богатые и влиятельные жители области. За исключением, конечно, нескольких друзей Маши, но и эти детишки будут сегодня нужны. Они создают контраст. Невооружённым глазом видно, как посреди его гостиной толпится человеческое разделение.

Богатых он замечает сразу, по вычурным манерам, вульгарному смеху и непринуждённому тону. Беднякам среди этой массы в данный момент гораздо сложнее. Эти несчастные дети сбились в клубок в дальнем углу и явно чувствуют себя неуютно. Все, кроме одного. Молодой парень в потёртом пиджаке и мятой, белой рубашке выглядит совершенно спокойным.

Оставив свой подарок рядом с другими, он берёт с подноса официанта порцию томатного сока и, встав у стены, хмурым взглядом с нескрываемым интересом наблюдает за странными ему движениями богатых. Он ведёт себя так, будто стоит выше других и задирает нос едва ли не до потолка. Сергей в два счёта раскусывает вечно сующихся к нему журналюг, и если охрана проглядела этого парня, то придётся его выводить самому.

Время уже почти полночь, скоро нужно объявлять главный подарок для Маши, но вначале необходимо избавиться от журналюги. Интересно, как они прознали о его планах, и хитрые черти подсунули самого молодого, чтоб был похож на одного из друзей Маши. Наверняка у этого парня в пиджаке диктофон, а в кармане видеокамера.

Миша спокойно стоит у стены, наблюдает за игрищами богатых, они кажутся ему смешными, он ухмыляется и изредка даже посмеивается над их бахвальством и глупостью. Краем глаза парень замечает, что на него смотрит хозяин дома и мысленно готовится к возможной атаке с его стороны.

– Вам здесь не место, юноша, – подойдя к парню, очень тихо произносит Сергей.

Он старается быть вежливым, ведь скандалы ему сейчас не нужны. Они могут помешать его грандиозным планам. К тому же, доподлинно зная все грязные игры газетчиков, Сергей за столько лет усвоил важный урок. Если устроить этому парню выволочку прямо сейчас при всех, он завтра же из местного героя превратится в тупого богача и скверного хозяина.

– Я понимаю, – сделав небольшой глоток сока, спокойно отвечает Миша. – Но я здесь по приглашению вашей дочери и уйду только тогда, когда она этого пожелает.

– Я журналюг вижу издалека, – приблизившись ещё, шёпотом говорит Кузнецов. – Прекращай вынюхивать и убирайся, не то позову охрану.

– Вы меня с кем-то спутали, я не журналист, я всего лишь шко…

– Ах ты наглый паршивец, да я тебя, – не дав договорить, Сергей резко хватает Мишу за локоть и тащит к выходу, парень со страху роняет стакан с соком, пролив большую часть на себя, и тут рядом ними возникает Маша.

– Папочка, что ты делаешь? – улыбка гаснет на ангельском личике его дочки. – Это мой одноклассник Миша. Я пригласила его сегодня к нам в гости.

– Одноклассник? – негромко хмыкнув, выдыхает Сергей, всё ещё удерживая за руку парня. – Не журналист?

Парень качает головой, Сергей его выпускает и, тяжело дыша удаляется в сторону своего кабинета.

– Ну вот, – грустно выдохнув, Миша смотрит на свой испачканный костюм.

– Пойдём со мной, – Маша, недолго думая, берёт его под руку и тянет за собой наверх в ванную.

– Снимай грязную одежду, – пока Миша, смущаясь, стягивает с себя пиджак и рубашку, девушка за его спиной включает стиралку. – Тут у папочки есть кое-что на подобные случаи.

Роясь в ящиках с вещами, Маша краем глаза поглядывает в сторону парня. Миша, сняв с себя пропитанную томатным соком рубашку, замечает её взгляд, но не подаёт виду. Выудив из горы старых шмоток папину толстовку, девушка поворачивается к Мише.

– Вот, должна подойти.

Наблюдая, как Миша надевает толстовку, девушка всё больше чувствует, как её тянет к этому странному, умному мальчику. Она всю неделю думала об их разговоре и поняла, что просто не может не пригласить его к себе. Папочка обошёлся с ним плохо, и ей нужно его как-то утешить.

– Итак, и что же ты мне подаришь? – негромко произносит Маша с нажимом на последнее слово, осторожно делая шаг вперёд.

– Ну подарок я оставил внизу, – облачившись в великоватую ему толстовку Миша замечает, что девушка стала чуть ближе к нему.

– Могу сходить за ним, если хоч…, – успевает произнести парень, прежде чем Маша затыкает его поцелуем.

Однако, миг блаженства длится недолго, уже через пару секунд девушка отлипает от него, услышав шум в зале.

V. Погребённые возвращаются

Подъехавших к дому парней девчонки уже ждали давно. Ребята, взяв старый пикап, должны были привести хороший алкоголь из соседнего городка. Оживить тем самым скучное, стариковское сборище. Собравшиеся внутри особняка гудели и крякали, точно это был утренник в доме престарелых. Веселием здесь и не пахло. Подруги Маши решили взять всё в свои руки и отправили кавалеров в ближайший магазин. Взявшийся буквально из ниоткуда алкоголь должен был всех немного расшевелить.

Такие были мысли у буйных подростков. Однако их желаниям закрутить славную вечеринку в огромном особняке не суждено было сбыться. Когда большие, старые часы на стене начали отбивать полночь, земля на старом сельском кладбище ожила и из её недр явились гонимые нечистой силой чудовища.

Из темноты один за другим появлялись длинные, чёрные тени. Озлобленные, жаждущие мести зомби. Их подняли из могил, насильно оторвав от насиженных мест. Жёлтый свет из пустых глазниц виднелся повсюду вдалеке. Они знали, куда идти и ничто не могло их остановить.

Окружив особняк со всех сторон, разорвав на части парней и перевернув машину, они подобрались к дому.

– Там… там… там, – Света, одна из подруг именинницы, заикаясь, не успела договорить, как входная дверь за её спиной слетела с петель и в прихожую с грозным рыком ворвался обглоданный червями и пожираемый мухами скелет.

Его собратья приближались со всех сторон, запахи гнили, земли и страха слились в один вихревой поток. В зале стало невозможно дышать, а затем кто-то закричал и началась давка.

Гости ринулись кто куда в рассыпную. Но зомби были повсюду, бежать было некуда.

Застывшую у порога Свету толпа сбила с ног, упав, она попыталась отползти в сторону. Заприметив её, скелет, проталкиваясь сквозь обезумевшую толпу, не спеша ковылял за ней.

Схватив за ногу, зомби подтянул к себе девушку и, взявшись за горло, несколько раз ударил её затылком о каменный пол. Затем, намотав её длинную косу на свою костлявую руку, медленно побрёл к выходу. Света больше не сопротивлялась, её разбитая голова болталась из стороны в сторону, лишь оставляя кровавый след на полу.

Скелеты тем временем разбивали окна, выбивали двери, толпой лезли внутрь, хватали живых и переламывали их одного за другим, ломая кости будто сухие ветки.

Кто-то из гостей пытался сопротивляться, старался дать отпор. Но как бороться с тем, кто уже, итак, давно умер?

Специально приглашённые гости – старый участковый Семёныч и два его помощника, всю жизнь перебиравшие в офисе в бумаги, так и не раскрывшие толком ни одного дела, в эту ночь решили наконец стать героями. Устроив в баре пожар, они принялись поджигать бутылки и швырять их в толпу скелетов.

В другом конце зала с ружьём наперевес объявился хозяин дома. Трусливый, но очевидно подготовленный Кузнецов распихал по всему дому оружие. Однако, управляться с ним так и не научился.

– Вот вам твари, получайте, – орал он как безумный, стреляя во всё без разбора.

Но мертвецам было всё нипочём. Вытаскивая людей на улицу, они складывали их пополам и уносили на своё кладбище. Армия мертвецов пополняла ряды, но добраться им всё же хотелось только до одного человека.

Не прошло и получаса, как окружившие особняк мертвецы отловили всех, кто был в доме и теперь бились в последнюю запертую дверь чердака, на котором сумело укрыться чудом уцелевшее семейство Кузнецовых и напуганный до полусмерти Миша.

– У меня пусто, – опустившись на пол, Сергей отбросил в сторону ружьё. – Мне кажется, это конец. Этих тварей ничто не остановит. Они разнесут особняк в щепки, лишь бы добраться до нас.

– Не до нас, – вдруг ко всеобщему удивлению, подала голос его жена – а до тебя.

– Как это понимать? – слегка приподнявшись, опираясь на стену, хмыкнул Сергей. Но запинающийся, охрипший голос выдавал его трусливую натуру. – На кой чёрт я им сдался?

– А на такой, – Вероника шагнула в его сторону. – Ведь это ты, идиот, построил высотку посреди кладбища!

– Отдадим мёртвым тебя, и проклятие уймётся, – она вынула из-за спины револьвер, в этот момент Миша заметил её сходство с селянами на старых, расписных портретах.

– Но-но, ты это, полегче, – Сергей, глядя на жену с нескрываемым ужасом, поднял руки.

– Встал и пошёл! Пошёл, я сказала!

Сергей было повернулся лицом к двери, но затем вдруг решил заговорить с дочерью.

– Машенька, ты ведь не считаешь, что папочку стоит отдать этим тварям?

– Они убили наших гостей, и моих друзей тоже. Столько людей погибло сегодня из-за тебя, – Маша дрожащей рукой подняла нож на тот случай, если отец решит драться.

Только Миша стоял безоружный. Он не смел шелохнуться, неотрывно наблюдая за развернувшейся перед ним семейной драмой. Похоже, сегодняшней ночью купеческий род Кузнецовых всё же прервётся.

– Ладно, я понял, я всё понял, – повернувшись, Сергей сделал вид, что пытается открыть дверь, но в следующую секунду он метнулся к жене, намереваясь выхватить пистолет.

Посреди чердака раздался выстрел. Получив пулю в грудь, меценат привалился к стене и, тяжело дыша, не смел больше пошевелиться. Бросив на него злой взгляд, Вероника на глазах у изумлённых школьников оттянула засов и распахнула дверь.

– Довольно! – скомандовала она, выходя к мертвецам. – Забирайте его и убирайтесь обратно в могилы!

Услышав приказ, мертвецы расступились. Из-за их спин, горбясь и опираясь на палку, вышел самый древнейший из трупов. Слегка приподняв грязный череп, он зыркнул пустыми глазницами в сторону женщины и двух детей, затем поднял руку, сжал вместе три пальца правой ладони, изобразил в воздухе крест и, повернувшись, поплёлся обратно.

Мертвецы, держа орущего во весь голос Кузнецова, понесли его к выходу и вскоре скрылись в тумане, что надвигался к дому с реки.

– Собирайся! – крикнула Вероника, повернувшись к дочери. – Мы уезжаем!

Спустя час Миша стоял на пороге разрушенного особняка и смотрел, как машина последних оставшихся в живых Кузнецовых набирает скорость, удаляясь всё дальше и дальше от Зверево.

Он не сомневался, что сегодняшнее событие никогда не попадёт в местные газеты. Прошедшая ночь стала вершиной, апогеем происходивших когда-то событий. Забрав правнука проклятого купца, мертвецы наконец успокоятся. И тот, кто снова разбудит Заговорённых, покоя на земле не найдёт.

Спустя неделю Миша вновь в библиотеке, и ему кажется, что он нашёл себе достойный сюжет.

Меня зовут Марина, мне 19 и я – зомби

Здравствуйте! Меня зовут Марина, мне 19 лет, и я медленно превращаюсь в зомби. Я буду вести этот дневник сколько смогу. Господи, как же мне страшно.

1 апреля 2035 года

Бабушка пришла из Пенсионки сама не своя. Постоянно молчит и пялится в стену. Поди опять решила поиграть со мной в свои дурацкие шуточки. Не даром сегодня день дурака.

2 апреля 2035 года

Когда я всё же решилась подойти к бабушке и спросить, что не так, она вдруг резко вскочила и укусила меня. Вцепилась вставной челюстью как собака. Я еле отбилась. Пришлось закрыть её в ванной. Теперь она живёт там постоянно, всё грызёт, скребётся и воет.

3 апреля 2035 года

Укус чешется страшно. Я уже перепробовала всё, что было в аптечке. Перекись, йод, зелёнку, даже уксус лила прямо в рану. Однако, боль не утихает. По телику ведущий новостей сказал, что превращение может занимать от нескольких часов – до нескольких дней. Он кстати тоже выглядел плохо, одна половина лица была залита кровью, левое ухо оторвано. Он постоянно кашлял и харкался кровью. Господи, спаси нас. Как же мне страшно…

4 апреля 2035 года

Проснулась сегодня от стука в дверь. Мародёры. Козлы, снова рыскали по квартирам. Искали чем поживиться. Грабёж в последнее время стал единственным источником дохода для людей. Всё, что было ценное, уже давным-давно из городов вывезли солдаты. Оставив людей умирать от голода и холода.

Они молотили так сильно, что мне показалось, не выдержит дверь. Но бабушка, проснувшись, зарычала и трусливые подонки ушли. Я опять осталась одна, а от места укуса на правом плече по коже медленно расползаются чёрные линии.

5 апреля 2035

Над городом снова кружат вертолёты. Но мародёры раз за разом дают им отпор. Не понятно, кто с кем воюет, да и мне уже всё равно. Правая рука отнялась, пишу – левой. Почерк едва различим. Мне сделалось в разы хуже, я еле стою на ногах. Кроме грязной воды из-под крана в доме ничего не осталось. Похоже, это конец.

6 апреля 2035 года

Проснулась от криков на улице. Маленький мальчик громко кричал и просил о помощи. Чтобы выманить из укрытий остатки выживших, мародёры сменили тактику. Теперь всю грязную работу за кусок хлеба делают дети. На крик отозвались мертвецы, поймали мальчишку и разорвали. Я смотрела на всё это из окна и смеялась. Увидев меня, мертвецы даже не дёрнулись. Видимо, не долго осталось.

7 апреля 2035 года

Последний мой день. Последняя моя неделя. Остатки разума ещё со мной, но голод одолевает. Страх прошёл, осталась лишь жажда. Я хочу есть. Пойду выпускать бабушку из ванной. Но вначале брошу в окно этот дневник с надеждой, что когда-нибудь его всё же найдут… Бабушка… есть… мясо… хрррр

Самовнушение

Дима Кружин – писатель. Кошмар, да и только. Кому скажи – не поверит, ведь он похож на сморщенный сгусток, недочеловека. На нём старая, местами рваная одежда, у него лохматые, длинные до самых плеч волосы, и мешки из мешков под глазами. Причём вид такой, как будто одну синюшную гадость завернули в другую, покрасневший от постоянного стресса и недосыпа алый глаз застрял где-то внутри этой мешковатой впадины. Бомж и тот на его месте выглядел бы солистом Большого театра.

В целом, странный малый, решивший вдруг, что он гений, который не может работать без энергетиков. Подпитка нужна всем, но и цена за неё может быть высока.

Недобитый текст странного рассказа издевается над ним уже вторую неделю. За это время Дима не написал ни строчки и потому всё усиление прибегал к помощи разных добавок. Убеждённый в силе энергетиков, Дима глотал их целыми контейнерами, запивая разные «Бады», улучшающие работу мозга.

На пороге дедлайна самого крутого конкурса, он скупает всё, что было на полках в районной «Семёрочке» и мчится домой изгонять бесов из странных, не поддающихся влиянию вордовских страниц.

Ещё на улице парень выпивает две банки и ему начинает казаться, что только он движется, а все остальные стоят на месте. Его начинает мутить, шатать, но Дима возвращается в свою маленькую квартирку на тринадцатом этаже и пытается продолжить работу, пока совсем не начинает сходить с ума.

В половине двенадцатого текст на вордовском листе начинает двигаться. Буквы пляшут из стороны в сторону, то превращаясь в китайские иероглифы, а то и вовсе пропадая с экрана. По итогу Диме приходится перезагружать компьютер, пожертвовав последним сохранением.

Пока умная машинка, кряхтя, пытается заново запуститься, Дима открывает ещё пару банок «Ред булла» и почти залпом закидывает одну за другой. Почувствовав жар во всём теле, он бредёт на лоджию и открывает окно. Распахнув его, Дима высовывает голову прямо в городскую прохладу и, немного отдышавшись, возвращается на своё загаженное рабочее место.

У него плывёт всё перед глазами так, что он не видит ни клавиатуру, ни экран компьютера. Попав мышкой с третьего раза, парень открывает файл со своим текстом. Файл пуст, выдаёт программа, показывая пустой листок, как будто бы высовывая свой похабного вида белый язык.

Дима не может поверить своим глазам, ему хочется закричать. Но чтобы не разбудить соседа за стенкой, парень суёт в рот кулак и что есть силы кусает до крови, от шока даже не почувствовав боли. Несколько капель не слышно падают на клавиатуру и текст на экране сам собой появляется. Дальше всё происходит быстро.

Буквы в тексте начинают двигаться и ползти на него. Восклицательный знак, спрыгнув с ноутбука, впивается остриём в ноготь незадачливого писаки, вопрос, выскользнув с текста укалывает его закрученным остриём в глаз. Закричав от боли, Дима вскакивает из-за стола, с силой захлопывает компьютер и, отскочив в сторону, пытается сбросить с себя осатанелые знаки препинания.

Другие буквы, последовав их примеру, сползают со стола, медленно окружают Диму и потихоньку организуют небольшую чёрную армию прямиком из его незаконченного текста. Дима крутится на месте, хватает пустые банки, швыряет их в эту чёрную массу, отчаявшись начинает бить ногами, от чего буквы только звереют и вцепляются своими маленькими зубками в пальчики автора.

Один за другим они забираются по его ногам и, разрезав кожу, лезут прямиком в раны. Буквы Д, И, М, и А, оказавшись проворнее остальных, забравшись под чумазую, пожелтевшую от времени футболку рвутся к носу и рту. Д и М ползут в ноздри и затыкают их, чтобы Дима не мог дышать, и открыл рот. Как только у них получается, И и А хватают этого липового писателя за язык и жрут его, отрывая кусочки.

Попытавшиеся запрыгнуть на голову точки путаются в его сальных, грязных волосах и прогрызая их, крадутся в уши, норовя попасть прямиком в мозг. По ногам Димы брызжет кровь, он пытается закричать, но уже нечем. Пятиться назад и, запнувшись за порог, вываливается на лоджию. Тем временем вопрос, вырезав левый глаз, лезет к правому. Восклицание, проткнув кожу, не спеша ползёт внутри руки, по пути разрезая вены.

Испытывая нестерпимую боль и ужас, парень всё же пытается подняться, поскальзывается на луже крови на полу и вываливается в открытое окно.

***

Через пару дней, когда тело Дмитрия Ивановича Кружина успешно соскребут от асфальта и увезут в ближайший морг, патологоанатом будет рассказывать его родителям о большом количестве энергетика в организме и больном сознании их сына.

Ёка-нать. Становление

Триста тридцать третьего ангела прибивали к кресту у дороги в Рай. Святоши то плакали, то ухмылялись, то извергали проклятия. Да такие, что не каждый священник и выучит.

– Где такого понабрались? – всё недоумевала священная канцелярия. – Землю – крестьянам, фабрики – рабочим, эдакие декабристы, чёрт их задери!

Однако, бунт против Единого Большого Креста подавлен был быстро. Всех Иуд, и живых, и мёртвых, было решено прибить вдоль дорог, ведущих к раю. Чтобы каждый ангел, и стар, и млад хорошенько запомнили, чем чревато выведение из себя Старших богов.

Как порой страшен гнев Старейших, должны были познать все. В назидание многим поколениям бессмертного люда, Чёрных ангелов, бунтовщиков снимать с крестов запрещалось. Так и висели они на потеху прохожим из числа райского населения. Те, поначалу, швыряли в них камни, гнилые фрукты и овощи. Детки «святых» лазали по измождённым на солнце телам, ковыряли глаза, вырезали губы и уши, забирая себе как трофеи. Когда полки в их домах стали полны, детишкам забава эта надоела.

Пришёл черёд райских птиц и зверей глумиться над чёрными ангелами-бунтовщиками. Поедая прибитую гвоздями плоть святых. На следующий день выклеванные глаза появлялись снова, мясо само собой нарастало на уставших костях, и только чёрная и тягучая как машинное масло кровь лилась на землю с крестов, собираясь в огромные лужи.

На шестьсот шестьдесят шестой день заточения Ангелы-бунтовщики попросили пощады. Хор их усталых, надорванных криками голосов тянулся с самых низов Пекла и до широких, позолоченных ворот Рая. Но никто, ни внизу, ни вверху не внял их молитвам и не откликнулся на их зов. И тогда измождённые постоянным глумлением, уже не чувствующие боли Чёрные ангелы возжаждали мести и каждый из них шептал: «Ëка-нать».

***

Владимир Матвейч. Однорукий, старый военный, одинокий и больной. Именно ему суждено было получить в своё владение чёрную кровь проклятых ангелов.

Устав от бесконечных командировок, старик вышел в отставку и, получив однушку на первом этаже старенького дома, завёл привычку кормить по утрам у мусорки птиц остатками хлебных крошек. Выбиравшимся из подвала диким котам он отдавал рыбьи головы и наливал молока.

В принципе, Матвейч был не злой, только уставший и слегка контуженый. И зимой, и летом по привычке постоянно ходил в одной и той же камуфляжной куртке, а вместо ругательств через слово выдавал своё известное на всю округу – «Ёка-нать».

Видать контузило старика серьёзно. Пока он в очередной раз поднимается по лестнице к соседям, на подходе к двери уже забывает, чего хотел попросить. Сосед с верхнего этажа слышит стук, открывает дверь, а за ней стоит Матвейч, репу чешет и выдает: – «Я это, ёк-нать, уже забыл, чего хотел у тебя спросить».

– Ну вспомнишь, заходи, – пожимая плечами всегда отвечает сосед.

Все в доме относятся к старику с пониманием и уважением. Именно это и сыграет с Заречинском злую шутку. Попав в этот город, чёрная кровь падших ангелов собирается в небольшую лужицу, из которой приспичит попить одному из бродячих котов, пригретых Матвейчем.

Только вот девяти кошачьих жизней этой чёрной гадости будет мало. Чувствуя, что умирает, огромный чёрный кот заберётся в квартиру Матвейча и издохнет. Вот тут-то чёрная как смоль, вечная жижа и найдёт себе нового хозяина.

***

Испив чёрную кровь кота и получив от него в подарок этот великий дар, Владимир почувствует себя лучше. Севшее зрение восстановится, мучивший его годами радикулит отступит. Он вновь почувствует себя как в молодые годы, только вот у каждого проклятия есть свой изъян.

После того, как чёрная кровь забурлит в стариковских жилах, бродячая живность, очевидно почуяв неладное, ходить к нему перестанет. Странный запашок, исходивший от старика, все вокруг примут за издержки возраста. Мол, зачем деду мыться каждый день, если он живёт один и из дома почти никуда не выходит. Да и тяжело ему, наверное, без руки.

Из людей только ребёнок живших над ним Самохиных постарается держаться подальше от диковатого, странного старика. Маленький Витя, явно чураясь безумного деда, при встрече с ним быстро здороваясь убегает всегда вверх по лестнице.

Остальные жители дома относятся к Матвейчу с пониманием и сочувствием. Этого старику хватит для того, чтобы обратить доверчивых бедолаг в веру «Ёка-нати». Будучи сильным духом и имея ещё с армии навыки командира, Матвейч очень быстро обойдёт соседей по дому и, поделившись с ними частичкой Чёрных ангельских слёз, велит пока не высовываться и выжидать своего часа.

Не знал тогда ещё наивный старик, что хитроумная жидкость уже присмотрела для себя новый, молодой сосуд и вскоре планировала избавиться от него. Чтобы не торопить события, в квартиру маленького Вити Самохина чёрная гадость старика не пускала.

***

Ощущая нестерпимую жажду и жар во всём теле, Матвейч начинает с тех, кто помельче. Подманивает прикормленных ранее птиц по утрам и впивается в них ожившими стариковскими зубами. Рвёт бедолаг на части, высасывает свою рюмку крови и остаётся доволен.

Со временем последователю Чёрных ангелов птиц становится мало, и приходит черёд бродячих котов и собак. Вот тут-то уже и призадумается старик о том, как бы по надёжнее прятать их порванные на части, изуродованные тельца. К счастью, потерянная было рука у него отрастет, сил появится больше, чем в молодые годы. И он начнёт копать.

Хромой

Митя Трофимов в свои тридцать три года не достиг каких-то особых высот. Он живёт с мамой, работает в сервисном центре и ему нравится копаться в железяках. Изо дня в день влезать в разную технику, разбирать её и смотреть как внутри всё устроено.

Похоже, больше в жизни ничего ему и не хочется, кроме как копошиться в электронных внутренностях. Ежедневно менять детали, переставлять их, заменять неисправные части исправными.

Будучи не очень общительным, Мите проще возиться со сломанной техникой, чем встречаться с живыми людьми. Люди жестокие, мелочные и жалкие, и парню искренне жаль, что он не может вскрыть их как какой-нибудь замшелый мобильник, и что-нибудь поменять в их внутреннем мире. Тогда быть может всё для него складывалось бы гораздо проще.

Обычно, приходя утром в сервис, парень запирается в своей коморке и работает там до поздней ночи, а иногда и до самого утра. Не потому что он хочет выслужиться перед начальством или заработать побольше денег. Нет, всё гораздо проще. Мите просто нравится его работа.

***

Придя, как обычно, на работу после новогодних праздников, Митя обнаружил, что сервис закрыт, а его напарник Васька Самойлов не снимает трубку. Стоя на улице он ощущает холод морозного январского ветра, который бьёт ему прямо в лицо, пока за спиной собирается разгневанная толпа клиентов. Искоса глядя на собравшихся людей, Митя достаёт мобильник и набирает шефа.

– Эдуард Николаевич, доброе утро, кажется Василий забыл прийти на работу, – слегка запинаясь, бубнит он в трубку.

– Да, я в курсе, этот говнюк написал, что болеет, – отозвался недовольный, сонный голос начальника. – Значит так. Ты сегодня один. Справляйся как хочешь, с меня прибавка. Справишься, считай Васькина премия у тебя в кармане. Вечером приеду проверить, всё ясно?

– Да, я-я понял, – всё также продолжая запинаться, отвечает Митя, но бос уже положил трубку.

Негромко матерясь себе под нос, парень достаёт запасные ключи и, открыв двери сервиса, включает свет и скинув куртку, тотчас начинает принимать у граждан сломанную технику.

Обычно, этот лентяй Васька, который по его же словам «вообще не шарит» в технике (но при этом довольно успешно работает в сервисе по её ремонту), стоит за кассой, получает и выдает технику, забирает у людей деньги, выдаёт квитанции и чеки. Освобождая тем самым от этой необходимой рутины напарника и давая ему свободу для творчества. В общем, чинит всё один, а зарплата делится на двоих. Нет, сегодня так не получится.

Находясь в необычном для себя положении, Мите в кое-то веки приходится очень много общаться с живыми людьми. Парень естественно нервничает, и чтобы хоть немного отвлечься, он начинает давать клички клиентам и записывать их карандашом прямо на своих экземплярах квитанций.

Спустя несколько часов работы у него появляется довольно солидная коллекция. Среди десятков людей ухмыляющийся, довольный собой Митя, с гордостью бы выделил нескольких очень колоритных персонажей: таких, как «Богатая кукушка», – блондинка представительной внешности, но с мозгами воробушка. С боку карандашом в скобочках подписано (жадная). Судя по внешнему виду денег курю не клюют, а на новый компьютер зажала; далее, на следующей квитанции подписано «Кривонос», – брутальный, носатый дядька родом из девяностых, с длинным носом и руками из задницы. Такому дай кирпич и тот, наверное, сломает. А уж телефон-то подавно; ближе к обеду в его коллекцию добавляется «Наглый карлик» – мужчина невысокого роста в очках, с тостером. Пока Митя заполнял бумаги, он постоянно ругался и поносил всех вокруг; позже, в сервис заявилась «Знойная училка», – девушка из соседнего офиса со сломанным принтером. Мите она показалась слишком уж раскрепощённой для обычного офисного планктона. Наверняка в её обязанности входит не только сломанный принтер шефа; одним из последних клиентов был «Трехпалубник», – женщина с тремя детьми и сломанной кофеваркой. Причём выглядела она так, что было очевидно – кофе у нее вместо крови. Она нуждается в нём как в солнце, и он нужен ей каждый день в неограниченных пропорциях.

Митя им всем обещал помочь в ближайшее время. Про себя думая, что никогда эти люди не узнают, как к ним относятся в этом сервисе. Да им это и неважно. Отдали за ремонт деньги и ушли себе восвояси. Мир сейчас крутится слишком быстро. Много чести запоминать всё и вся.

Но старика, появившегося перед закрытием, Митя запомнил надолго. То был самый обычный с виду дед, опирающийся на трость, с седой бородой, морщинами и нагловатой ухмылкой. Видимо, такую им выдают вместе с пенсией. В сморщенных, слегка трясущихся руках старикашка держал такой же старенький на вид ноутбук.

– Ну-с, рассказывайте, что приключилось с техникой? – как обычно, спросил Митя, уже думая про себя как бы поинтересней записать на квитанции сие персонажа. – Может «Капитан Крюк» или «Хромоножка», или просто «Хромой».

Парень начинает заполнять квитанцию и останавливается на слове «Хромой», как вдруг замечает, что старикан достаёт из кармана пальто «наличку». Митя, недолго думая, комкает свой экземпляр квитанции и кладёт его в карман так и не дописав. Явно не собираясь проводить его по бумагам.

Никакой старик не заходил и никакого ноутбука не приносил. Может же он, отработав сегодняшнюю смену в одиночку в конце концов позволить себе хоть что-то с неё получить. Обещаниями шефа о прибавке сыт не будешь. А видео с камер в офисе он потом подкорректирует. Митя несколько раз видел, как этот делал говнюк напарник.

«Если так можно делать Ваську, значит можно и мне», – думает про себя Митя, с улыбкой протягивая «Хромому» квитанцию и забирая деньги.

– Аппарат мне будет нужен завтра, – хрипит старик, и кладёт на стойку ещё пару купюр. – За срочность готов доплатить.

– Не вопрос, всё сделаем в лучшем виде – сгребая деньги и убирая их в задний карман джинс, с улыбкой отвечает Митя. – Можете прийти завтра прямо с утра.

– Хорошо, – кивнув, отозвался старик и собрался было уйти, но вдруг, остановившись, поднимает трость и с силой тычет ею в грудь парня. – Только не вздумайте лазать в нём, ясно? Узнаю, убью!

Грозно глянув на Митю, старик, негромко хмыкнув, убрал от него свою грязную трость, затем, повернувшись, толкнул костлявым плечом стеклянную дверь и скрылся на улице.

***

Изредка Мите нравилось копаться в грязном белье, восстанавливая данные с различных устройств по просьбам клиентов. Иногда это были фотографии с отпусков, дипломные работы студентов, схемы вязания или просто скачанное с интернета видео.

Порой ему попадались разные документы, заметки, записи, фотки с курортов, фильмы, музыка, игры, порнуха (такое парень обычно копировал себе на жёсткий), куча разных программ и, разумеется, прорва вирусов.

Зачем им понадобилось восстанавливать файлы, парень не спрашивал. А роясь в них обычно, не находил ничего для себя интересного. Но этот старик стал исключением.

Последующие часы на удивление страшно длинного рабочего дня прошли для Мити в томительном ожидании. Парень целый день мучился и ждал, когда, наконец, поток клиентов со сломанной техникой кончится и он уже сможет засесть за ремонт этого странного ноутбука.

Он целый день искоса поглядывал на этот старенький, потёртый пластик. Митя прекрасно помнит наказ старика. Но ему всё равно не терпелось как можно скорее начать уже ремонтировать, а главное посмотреть, что же скрывает в нём этот мерзкий старикашка.

В одиннадцать, закрыв дверь за последним клиентом, парень гасит свет и наскоро перекусив, удобно устраивается у себя в каморке. Успешно проведя очередное «вскрытие» с помощью крестовой отвертки и собственных рук, Митя чистит внутренности ноутбука от пыли, грязи и хлебных крошек. Затем вынимает его «мозги» и запускает программу восстановления данных.

К сожалению для парня, файлов внутри оказывается немного. На мониторе его рабочего компьютера высвечивается всего одна папка. Глянув наименование папки, Митя замер на месте уставившись округлившимися глазами в точное наименование своего сервиса. ООО «Починка или жизнь». Далее шёл идентификационный номер налогоплательщика, прямо как на официальных бумагах.

– Какого лешего?! – тупо уставившись в экран, шепчет Митя. И в следующую секунду раздается громкий стук в дверь.

Подпрыгнув от неожиданности, парень, вскочив со стула, плетётся её открывать. Думая про себя, что возможно это приехал начальник. Обещал же проверить.

Повернув ключ в двери, Митя выходит на заснеженную улицу и… никого. Матерясь про себя, парень закрывает офис и возвращается в каморку. Однако, подписанная названием сервиса папка никуда не делась. Протерев уставшие за день глаза, парень усаживается обратно в кресло и тыкает по ней курсором мыши.

Следом за ней, будто в матрёшке, появляется новая папка, на ней значится адрес. Точный, с индексом, как на почтовом конверте. Как только парень дочитывает наименование папки до конца, за его спиной раздаётся новый стук в дверь.

– Шо за нах… – вырывается у Мити, когда он вновь встаёт со стула и идёт открывать.

В этот раз, пройдя чуть дальше по улице, парень оглядывается по сторонам. Ни души. Только ветер, снег и зловещая тишина.

– Кажись заработался я сегодня, – бубнит себе под нос парень, возвращаясь к треклятому ноутбуку.

Осторожно, уже с опаской, Митя наводит мышь и щёлкает в третий раз. На экране снова появляется очередная папка. На ней парень читает своё полное имя, рост, вес и возраст. Вот тут-то ему становится дурно, а в дверь, как и прежде стучат. Причём в этот раз гораздо сильнее, чем в предыдущие.

Трясущимися от страха руками Митя находит в темноте на столе отвёртку и, вооружившись ею, снова идёт открывать. Резко распахнув дверь, парень выскакивает на улицу, целясь в невидимого врага острием своего крошечного копья. Но, как и в прошлые разы, за дверью никто от него не прячется.

– Фух, – выдыхает Митя, возвращаясь в офис. – У тебя паранойя приятель. Нужно заканчивать с этим пластиковым дерьмом и немедленно отправляться домой.

Негромко посмеиваясь, механик убирает отвёртку и открывает свою последнюю папку. За ней он видит фотографии, каждая из которых подписана определённым временем.

На первой из них Митя видит самого себя, как он вскакивает с кресла и что-то кричит. На следующей парень замечает у себя за спиной того самого «Хромого» старика. Далее старик заносит свою тяжеленную трость и с размаху бьёт ею по Митиному затылку. Получив удар, Митя падает лицом вперёд прямо на пол. А ещё дальше старик, улыбаясь, достаёт из кармана плаща ручную пилу. На последних фото кровь заливает стены и пол каморки. Старик улыбается.

Закончив смотреть, Митя в ужасе вскакивает на ноги, а позади него раздаётся хриплый шепоток:

– Говорил я тебе, не лазь в мои файлы.

А им всё мало

I. Его подадут на десерт

Одна частная клиника…

У Матвея денег не было от слова совсем. Их не было настолько долго, что он уже даже стал забывать хруст купюр в слегка вспотевшей ладони и бряканье монет в дырявом кармане.

На работу его не брали, платить за комнату было нечем. Проснувшись под утро в последний день месяца, он, как обычно, увидел на двери записку от владельца квартиры. Тот ждал оплаты или советовал выметаться ко всем чертям. Дождавшись, когда угрюмый старик скроется в ванной, парень тихонько выскочил на лестницу, прикрыв за собой дверь. Точно зная, что владелец будет ждать его возвращения и Матвею придётся объясняться за своё поведение. Но его это не очень-то и волновало, оказаться на улице летом было не так страшно, как зимой.

Спустившись вниз, он находит маленький ларёк на углу и на последние деньги покупает себе самую дешёвую шаурму. Она выглядит жуткой невкусной, но умереть с голоду та ещё перспектива. Удобно устроившись на ближайшей автобусной остановке, парень, делая вид, что ожидает транспорт, тем временем в несколько укусов проглатывает свой завтрак совершенно не почувствовав вкуса. Если хозяин вечером его выставит, идти ему будет некуда. Родители его умерли, когда парню не было ещё и пяти, а других родственников у него не было. Просто ещё один детдомовец, живущий на выручку от сдачи волос, крови и спермы. Для первого его короткие волосёхи ещё недостаточно отрасли, для второго прошло недостаточно времени, а про третье и говорить было нечего. Ведь чтобы выделять достаточное количество семени молодому человеку нужно очень много есть, а у него, как назло, громко урчало в полупустом желудке. И видимо этот факт разбудил спящего на соседней скамейке бездомного.

Мужчина в лохмотьях с красным как у рака лицом поднялся, сел на скамейке и, с трудом повернув голову, мутными, красными глазами взглянул на Матвея.

– Ждёшь автобус? – хрипло кашлянув, спросил он. – Или решил присоединиться ко мне?

Парень не ответил и почуяв аромат, исходивший от бездомного, поспешил отвернуться.

– В таком случае, тебе придётся искать другую остановку. Эта уже занята, и я не собираюсь делиться.

– Я жду 21 автобус, – ответил Матвей и, поднявшись со скамьи, отошёл в сторону.

– Ага, я тоже, только он тут не ходит, – негромко хмыкнув, отозвался мужчина. – За несколько уже наизусть выучил их расписание.

Отвернувшись, Матвей больше его не слушал, казалось, что этот человек разговаривает сам с собой. Но отделаться от него оказалось не так-то просто. Пошарив в карманах своих лохмотьев, он достаёт свернутый пополам листок и поднявшись со скамейки подходит к парню.

– На вот, это может тебе пригодиться, адрес ентот я и без бумаги запомню.

Немного поколебавшись, Матвей всё же берёт лист и разворачивает его.

– Что это?

– Одна частная клиника, берут кровь, платят много и не задают вопросов. Бери и уматывай.

На листке, что дал ему бездомный, не было ни названия клиники, ни реквизитов, ни номеров, только напечатанный на компьютере адрес, рисунок двери с красным крестом и надпись внизу – «Круглосуточно».

Всё это показалось ему подозрительным, за долгие годы безработного скитания он побывал во всех станциях крови в своём городке, но никогда не слышал об этой, к тому же не одна из тех, что он знал, не работала ночью.

Однако, других вариантов у него не было и, дождавшись, когда арендатор уляжется спать, Матвей прокрался в свою комнату, забрал документы и направился по указанному в листовке адресу.

Хорошо ориентируясь среди маленьких городских улочек и закоулков, нужное здание он нашёл быстро. Заметив на двери нужный знак, он заходит внутрь и начинает спускаться в подвал, где его, широко улыбаясь, за белоснежно чистой стойкой уже встречает администратор.

– Первый раз у нас? – спрашивает девушка, когда Матвей подаёт ей документы.

– Э, да.

– Тогда заполните, пожалуйста, нашу стандартную анкету и проходите в кабинет номер 4 на первичный анализ.

Коротко кивнув и точно зная всю эту процедуру, Матвей берёт стопку бумаг и садится за столиком в дальнем углу. Вопросы стандартные, про курение, алкоголь, наркотики, болезни и инфекции. Всё выглядит, как обычно, и закончив, парень сдаёт анкеты администратору и направляется в кабинет с табличкой 4.

Едва он успел постучать в дверь как его уже вызывают, усевшись в специальное кресло Матвей задирает правый рукав своей кофты. Медсестра, надев чистые перчатки, берёт иглу и несколько пробирок. Всё происходит быстро, и закончив, женщина, улыбаясь, просит его немного подождать прямо тут в кресле, а сама берёт его кровь и склоняется к микроскопу.

Но уже спустя секунду пробормотав что-то невнятное быстрым шагом выходит из кабинета, Матвей, пожимая плечами, остаётся ждать. Вскоре она возвращается с доктором, который также склоняется к микроскопу. Заметив его алчный взгляд, парень вдруг чувствует, что что-то не так, пока женщина у него за спиной готовит шприц.

– Что происходит? Что вы делаете? – вскочив с кресла, Матвей бросается к выходу, но врач одним рывком опережает его и, схватив сзади за шею, приподнимает над полом.

– На помощь… помогите… – хриплые крики Матвея отдаются эхом от мрачных стен подвала, и, почувствовав, как в его спину входит игла, он начинает терять сознание.

Последнее, что он видит, вновь оказавшись в кресле, это злорадные ухмылки врачей и их белые, длинные зубы.

– Подготовьте нашего гостя к инкубаторной процедуре, – тяжело дыша от волнения, произносит доктор. – А мне нужно кое-кому позвонить.

Когда медсестра, жадно косясь на пациента, увозит его вместе с креслом, врач возвращается к столу, берёт одну из пробирок и, отвинтив крышку, делает небольшой глоток. Да, так и есть, он не ошибся, это именно та редкая группа, очень редкая и очень вкусная. Вынув из кармана мобильник, он набирает номер.

– Слушаю, – отзывается негромкий, вкрадчивый голос с той стороны трубки.

– Мы нашли её, – без долгих предисловий, слегка запинаясь, говорит врач. – В теле молодого парня, не знаю кто он, похож на бродяжку. Пока усыпили, будем готовить к инкубатору.

– Выкачайте из него всё до последней капли. Хотя, нет, погоди, я думаю он будет хорошим угощением на дне рождения моей дочери. Его подадут на десерт.

Охотник или добыча

Евгений Семёныч, бомж с двадцатилетним стажем, хотя раньше преподавал историю в ВУЗе. О конторке с переливанием крови на окраине городка слыхал много дурного. Да и сам не раз к ним заглядывал. Нужда заставляла.

В тот самый день, когда он всучил парню их визитку, сам чёрт привёл его к ним опять на побывку. А шо делать? Денег нет, а живот урчит. Всяко лучше отдать пинту крови за шаурму с банкой пива, нежели побираться на остановке, мучаясь от жажды и голода.

Самое скверное было то, что слухи о той самой «переливашке» оказались правдивы. Да, Семёныч и сам кое-чего замечал странного в поведении докторов и сестричек. Порой смотрел на их алчные лица, возбуждающиеся от одной лишь капли крови, видел, как учащается их дыхание и зрачки под стёклами пластиковых очков окрашиваются в красный.

Старик списывал эти видения на временное помутнение, вызванное постоянным голоданием и распитием дешёвого пойла, вызывающего отвращение у большинства нормальных людей. Как обычно закончив процедуру, он получал деньги от улыбающейся фифы за стойкой и спокойно уходил, не вызывая ни у кого подозрений.

Врачи-кровососы, как могли старались не выдать себя, но от жажды им некуда было деться. А старик терпеливо ждал, когда вампирская котла всё же выдаст себя и тогда он будет готов.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.