Дмитрий Хозей
На грани увольнения

Как-то раз приблизительно в тринадцатом веке за лет десять до Ледового побоище в больнице в Москве номер семьдесят пять произошла запара.

Стоит сказать работало в этой больнице всего четыре медсестры и все были девушки и женщины мужчин кроме Николая Ивановича в ней не было.

Запара эта была вызвана изобилием клиентов, клиентов с разными проблемами и всем им нужна была помощь одного человека.

Этим человеком являлся и был никто иной как Яковлев Николай Иванович.

Хирург высшего класса и высшего статуса. Самый возрастной врач.

Занимает пост заведующего больницы на протяжении тридцати двух лет.

Николай Иванович один сделал свыше десяти тысяч операций.

Седоволосый, с лёгкой востренькой бородкой и седыми усами, зеленоглаз.

Среднего роста и стройного телосложения. Голос хриплый, но при этом ласковый. На вид лет– семьдесят пять.

Уже на протяжении двадцати пяти лет страдает алкоголизмом пьёт как на работе, так и вне неё также курит сигареты, сигары не прочь побаловаться и кальяном. Испытывает страсть к спайсу, снюсу и насваю.

Также любит курить вейпы и айкосы, когда курит пьёт алкоголь.

Стоял жаркий летний день, солнце согревало землю и просачивалось сквозь окна, а в это время в кабинете у Николая Ивановича никого не было, а сам он спал, откинувшись на своё кресло ни о чём не думая и ни о чём не переживая.

О запаре как вы понимаете он даже и не знал и даже не догадывался.

Сложно было сказать, что, по правде говоря, было с Николаем Ивановичем было ли это похмелье после вчерашней пьянки либо же это было опьянение.

Лицо его было в отёках, и он совершенно не понимал, где он находится?

– Николай Иванович у нас клиенты все ждут чтобы вы их приняли возмущённо проговорила медсестра, войдя в кабинет.

Эта была медсестра Румянцева Софья Павловна.

Темноволосая, зеленоглазая, высокого роста и полноватого телосложения.

Губы и брови прямые. На вид лет– шестьдесят. Голос низкий.

– Да, да пускай заходят, сопя и храпя, не подняв глаза, посапывая ответил Николай Иванович.

– Николай Иванович вы что пьяный что ли? Опять? Или у вас похмелье после вчерашней пьянки? Возмущённо спросила Софья.

Услышав вопросы у Николая Ивановича что-то йокнуло в груди, он будто протрезвел, открыл глаза, наклонился и спросил, выпучив их:

– А что случилось?

– У нас запара клиенты ломятся мы чисто физически не успеем всех прооперировать нужна ваша помощь. Что делать? Гневно спросила Софья.

Николай Иванович закурил сигару и покуривая достал из сейфа бутылку виски Джемесон и с морозилки стакан для виски и лёд.

Положив лёд, налив виски в стакан и закурив сигару он ответил:

– Веди их ко мне. Я им помогу.

– Николай Иванович как я к вам их приведу? Вы же пьяный! Недоумевая, спросила Софья.

– Я не пьяный, а просто с похмелья объяснившись ответил Николай Иванович и выпил первый стакан холодного виски со льдом.

– Ну ещё лучше, да от вас же перегаром несёт как от коня говном! Возмущённо ответила Софья.

– А что я всегда знал, что пахну, прекрасно, рассмеявшись ответил Николай Иванович и затянулся сигарой.

Затянувшись, он посмаковал её губами и выдохнув дым сплюнул на пол.

– Да ну вас! Возмущённо ответила Софья и выйдя из кабинета хлопнула дверью.

– А что разве я не прекрасен? По-моему, очень даже прекрасен.

Я мужчина хоть куда. Сказал себе Николай Иванович и выпил ещё один стакан виски и сильнее затянулся сигарой.

Покуривая сигару, Николай пил виски и доставал следующий напиток из своего бара чтобы как допьёт виски продолжить пить дальше.

Прошёл час, и Николай Иванович уже был пьяный и накуренный.

Напившись и накурившись, Николай Иванович сложил руки в замок и откинувшись на своё кресло задремал.

Спя, Николай Иванович храпел и причмокивал бывало даже что-то бормотал.

Покинув кабинет Николая Ивановича, Софья обратилась к коллегам и сказала:

– Мы не сможем принять всех надо поделиться и кого-то по любому направить к Николай Ивановичу.

– Надо, надо беспокойно переживая кивая ответили ей медсёстры.

Четыре медсестры включая Софью Павловну стояли в коридоре и звали их следующим образом:

Марина Юрьева Чернова светловолосая, кареглазая высокого роста и стройного телосложения, брови прямые, а губы ровные. Голос мягкий.

На вид лет – двадцать шесть.

Юлия Николаевна Черкасова темноволосая, голубоглазая, среднего роста и худощавого телосложения. Брови и губы маленькие. Голос звонкий. На вид лет– тридцать.

Надежда Игоревна Михайленко светловолосая, кареглазая низкого роста и стройного телосложения. Брови и губы ровные. Голос ласковый. На вид лет– сорок.

Екатерина Петровна Тарасова светловолосая, зеленоглазая высокого роста и худощавого телосложения. Брови и губы ровные. Голос грубый.На вид лет– сорок пять.

– Но как мы кого-то отправим если он пьяный и накуренный? Гневно спросила Софья.

– В смысле пьяный и накуренный? Дерзко спросила Екатерина.

– А вот так я была у него час назад он пил и покуривал сигару беспокойно ответила Софья.

Медсёстры услышали это и их лицо с удивлённого превратилось в возмущённое и одна из них сказала:

– Я к Николаю Ивановичу! Это не дело!

– Стой! Ты уверена, что он тебя услышит? Пытаясь остановить, взвыла Софья.

– Уверена, уверена кого, кого, а меня он точно услышит и послушает не то, что вас мямли! Язвительно ответила Екатерина и развернувшись направилась к Николай Ивановичу.

Добравшись до кабинета, она открыла дверь и открыв дверь закрыла её, хлопнув так что могло показаться стёкла полетят в разные стороны.

Войдя, Екатерина встала перед Николаем Ивановичем, который в это время спал.

– Николай Иванович! Громко вскричала она.

Вздохнул и спит, посапывая старик ещё при этом так причмокивает что аж слюнка выделяется из его рта и стекает прямо по губам и по лицу.

Екатерина была на взводе и смотрела на Николая Ивановича исподлобья, ладони превратились в кулаки и казалось, что она будет готова вот, вот на него накинуться.

Не прошло и пяти минут, и Николай Иванович начал просыпаться, глаза его стали открываться хотя открыть ему их было тяжело.

Открыв глаза, он опрокинулся на кресло и сказал надменно:

– Ну что вам от меня надо?

– У нас запара в больнице мы чисто физически не успеем всех прооперировать нужна ваша помощь горько ответила Екатерина.

Николай Иванович изменился в лице, выпучил глаза и сказал пьяным голосом:

– Да, а вы что сами не справитесь? Николая Ивановича всё нет? Немощи?

– Нет Николай Иванович их очень много беспокойно ответила Екатерина.

Договорив, Екатерина и Николай Иванович услышали, как из коридора донёсся недовольный мужской голос:

– Глав врача можно позвать? Вы что хотите чтобы мы все тут поумирали?

– Вот Николай Иванович вас спрашивают я же говорила. Идите. Сказала Екатерина.

Николай Иванович продолжал сверлить взглядом на Екатерину будто говоря ей:

– Сама справиться не может ещё меня приплетает и зовёт.

Закончив сверлить взглядом, Николай Иванович, не отводя глаз сказал:

– Ну ладно схожу.

Встав, его начало болтать из стороны в сторону дойдя до двери он дёрнул за ручку и дёрнул так сильно что она оторвалась.

– Ой оторвалась! Ха-ха! Рассмеявшись, сказал Николай Иванович.

– Николай Иванович вы что сделали? Вы же ручку отломали! Возмущённо сказала Екатерина.

– Я могу и дверь сломать, посмотрев исподлобья сказал Николай Иванович и пробил ногой точно в дверь.

Дверь выпала и упала на пол, а Екатерина окончательно пришла в бешенство и сказала:

– Николай Иванович успокойтесь вы так нам всю больницу сломаете!

Николай Иванович промолчал, болтаясь вышел из кабинета и сказал:

– Ну кому тут нужна помощь?

Опомнившись что это третий этаж, а не первый он хлопнул себя по лбу и сказал:

– А это же третий этаж, а пациенты ждут на первом. Ну всё понятно.

Екатерина вышла из кабинета и посмотрев на Николая Ивановича сказала:

– Да ну вас! Я пошла их успокаивать.

Покинув, Екатерина побежала, не жалея ног, а Николай Иванович, развернувшись, качаясь из стороны в сторону направился обратно к себе в кабинет.

– Товарищи пациенты пожалуйста подождите немного наш заведующий пьяный сейчас он протрезвеет и всем вам поможет беспокойно сказала Екатерина.

– Да не когда нам ждать! У нас тут у всех ЧП у меня вот жена рожает, и нога сломана в двух местах негодующе сказал первый мужчина.

– У меня вообще аппендицит кряхтя сказал второй мужчина и схватившись за живот чуть было не упал на пол, но был сдержан тем мужчиной, который говорил до этого.

– А и я рожаю! О боже мой! Вскричала женщина на весь коридор, хватаясь за живот.

– Девушка сделайте что-нибудь, а иначе я останусь без руки! Грозно сказал парень.

– А что у вас с рукой? Серьёзно спросила Екатерина.

– Девушка у меня гангрена, а ещё я сломал руку в трёх местах и если мне ваш доктор не поможет, то я лишусь руки проговорил парень и правой рукой схватился за левую.

Левая рука была сломана и каждое касание парню причиняло страшную боль, казалось, что у него внутри хрустели кости.

Правая рука была покрыта гангреной и зачищать её было бесполезно лишь ампутация в данном случае было решением проблемы.

– И у нас всех проблемы! Громко крикнули голоса из толпы.

– А у вас что? Серьёзно спросила Екатерина.

– Я тоже рожаю призналась первая девушка.

– А я милок ногу сломала надо кости срастить сказала бабушка.

– А у меня рука сломана сказал парень.

– У меня рак желудка лишь операция меня спасёт, держась за живот ответил один из мужчин.

– А у меня рак кишечника меня тоже лишь операция спасёт, также держась за живот ответил мужчина, стоявший рядом с больным раком желудка.

Услышав это, Екатерина повернулась ко всем пациентам и сказала:

– Я к Николаю Ивановичу ждите вам скоро помогут.

Договорив, она направилась к нему, а пациенты махали и гудели ей вслед так как гудят болельщики, когда их любимая команда проигрывает.

– Хоть бы он помог негодующе сказал мужчина из толпы.

– Если не поможет в Полицию и в Роспотребнадзор пожалуемся на него! Разъярённо сказал мужчина, у которого жена рожала.

– Да! Хором разъярённо подтвердила толпа и продолжила ждать Николая Ивановича.

Зайдя к Николаю Ивановичу, она застала того спящим откинувшимся на кресле.

В кабинете стоял довольно резкий и неприятный запах алкоголя, который смешивался с алкоголем сигарет и сигар.

Находится в кабинете было душно могла заболеть голова и само собой никто и никогда этот кабинет не проветривал.

Посмотрев на пол, Екатерина поняла почему так пахнет всё дело в том, что Николай Иванович пил и по пьяни как он это любит делать выливал алкоголь и бил бутылки, а также кидал мятые банки на пол.

Также на полу были окурки, сигары, насвай и снюс.

– Николай Иванович любезно произнесла Екатерина, а в ответ вместо голоса Николая Ивановича услышала его сопение.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.