# Ради тебя я похороню 13 миллиардов людей

Станислав Мартынов

Она не представляет без него свою жизнь, а вот он мечтает лишь о том, чтобы она оставила его в покое. Чем чаще она говорит "я тебя люблю", тем сильнее она начинает его раздражать. Однако все изменится, когда ее внезапно не станет...

## Глава 1

– Любимый мой, родной!..

Мечтательно пропев эти слова в третий раз за последние двадцать секунд, она покружилась на месте и взяла с сушилки очередное летнее платье. Я продолжил молча листать ленту спортивных новостей и бросил на нее взгляд лишь в тот момент, когда она оказалась в одном нижнем белье и начала расстегивать лифчик. Прижав его к груди, она повернула ко мне голову и со смехом воскликнула:

– Ну не смотри!

Я молча усмехнулся и снова уставился в телефон, едва заметно покачав головой. Она встречается со мной уже три года, но до сих пор стыдливо прикрывается каждый раз, когда хочет переодеться. В каком-то смысле мне это даже нравится – такая легкая недоступность делает близость с ней более желанной, и с годами это наверняка будет становиться все важнее. Но прикрывается она не ради этого, а из-за того, что стесняется своих нескольких килограммов лишнего веса – и никакие мои заверения о том, что у нее отличная фигура, эффекта не имеют. Впрочем, так даже лучше – пусть остается немного недовольной собой и иногда занимается спортом, иначе лет через пять она и правда начнет толстеть.

Надев желтое платье с ромашками, Аня покрутилась перед зеркалом и повернулась ко мне:

– Ну как?

– Классно, – машинально ответил я, бросив на нее быстрый взгляд и тут же вернувшись к обзору результатов матчей плей-офф НХЛ. Добравшись до игры Тампы с Коламбусом, я стал искать в списке авторов шайб фамилию Кучерова, пока внезапно не ощутил на своей шее чужую руку, а на правой щеке – горячие губы, оставляющие влажные следы по всему периметру моего лица.

– Господи, как же я по тебе скучала… – прошептала она.

Я что-то неопределенно промычал и похлопал ее по локтю, а затем чмокнул в щеку. Она меня обняла и наклонилась, чтобы поцеловать меня в губы; я чуть было не увернулся, но тут же мысленно одернул себя и поцеловал ее в ответ, успев подумать о том, что в пяти забитых голах Кучеров наверняка поучаствовал как минимум в двух. Наконец я смог отстраниться от Ани, нетерпеливо погладил ее по спине и нащупал на диване телефон.

– Да ну тебя, – обиженно произнесла она и вновь направилась к зеркалу.

– Извини, нечем было дышать… – пробормотал я и стал вновь прокручивать страницу с результатами матчей, которую только что случайно обновил. Наконец я добрался до нужной игры – и победно сжал руку в кулак, увидев, что игрок с 86 номером сделал три голевых передачи. Настроение тут же стало чуть лучше, хотя его несколько омрачал тот факт, что в следующий раз спокойно позаниматься своими делами я теперь смогу в лучшем случае через полтора дня.

Открыв Google Keep, я нажал на закрепленную сверху заметку «GRIND» и набросал план на ближайшие три часа, хотя и понимал, что список задач можно сразу делить на два. В обычных условиях из 180 минут с пользой можно было провести примерно 120, традиционно выделив треть на «пописать» и «посмотреть в окно», но сейчас повезет, если я смогу выжать хотя бы 80 минут. На вечер придется искать какой-нибудь сериал, да и почитать за ужином удастся вряд ли. По крайней мере, часов в девять в заметку можно будет добавить пункт «потрахаться», после чего моя работоспособность резко упадет – зато усну я наверняка гораздо быстрее.

Пока я об этом размышлял, Аня уронила на пол какую-то фиолетовую мини-сумку, и почти в ту же секунду что-то упало на кухне. Наклонившаяся за сумкой Аня резко повернулась ко мне и испуганно сказала:

– Есть такая примета – если все падает, значит, скоро придут гости. Ты кого-нибудь сегодня ждешь?

– Не переживай, – тихо вздохнул я и направился на кухню, где увидел на полу банку Доширака, которая упала с подоконника из-за поднявшегося за окном ветра. До понедельника она мне наверняка не понадобится – когда Аня остается у меня на ночь, она обычно готовит, так что сегодня хотя бы удастся нормально поесть. Я поставил Доширак обратно и прикрыл окно, а затем оперся на подоконник и посмотрел с высоты девятого этажа во двор.

Несмотря на сгустившиеся черные тучи, детская площадка была забита родителями с детьми, а на тренажерах сидели подростки с телефонами. Я попытался вспомнить, чем в этом возрасте занимался сам – примерно в это время у меня появился компьютер, и вскоре я начал пропадать в болотах Морровинда, а затем наизусть выучил все 16 карт в мультиплеере Call of Duty: Modern Warfare 2. Бессмысленно, но сейчас я был бы не прочь хоть ненадолго туда вернуться…

Встряхнув головой, я взял в руки телефон и открыл приложение для чтения. У Рассела и Норвига я застрял уже на втором разделе, но решил продираться через каждую главу до тех пор, пока не пойму все. Алгоритм Дейкстры казался относительно несложным, а вот Поиск A* мне пока не давался… В этом случае остается только одно – садиться за компьютер и пытаться реализовать его в виде кода до тех пор, пока каждый шаг не станет совершенно очевидным.

Я вернулся к началу главы и стал внимательно вчитываться в каждую фразу, но уже через пару секунд поток моих мыслей был прерван обеспокоенным голосом:

– Коть!

Я прикрыл глаза и вздохнул, а затем пробормотал что-то вроде “ща” и начал читать предложение заново, однако надолго мне сосредоточиться не удалось.

– Коть, ты где? – донеслось из комнаты во второй раз.

– Здесь! – крикнул я и выключил телефон, а затем заставил себя принять безмятежное выражение лица и направился в комнату. Аня уже переоделась в домашнюю футболку и шорты, и я по привычке посмотрел на ее ноги, но тут же сказал себе, что нужно потерпеть хотя бы до вечера. Увидев меня, она тут же кинулась мне на шею и начала безостановочно целовать меня в губы и в щеки, пока я пытался поймать носом воздух. Обнимая Аню, я начал двигаться в сторону компьютера, похлопывая ее по попе и спине, а она бормотала «как мне тебя не хватало» и «как же хорошо, что я с тобой». Наконец освободившись, я нажал большим пальцем ноги на кнопку включения на системном блоке и осторожно спросил:

– Не обидишься, если я немного посижу за компом?

– Ну ладно… – разочарованно протянула она. – Во сколько освободишься?

– Примерно через 1 час 45 минут, – ответил я.

– Поняла. Я тогда пока порисую на кухне, хорошо?

Я кивнул и снова погрузился в чтение, решив во что бы то ни стало разобраться с этим алгоритмом именно сегодня. Аня копалась в стоящем рядом шкафчике, где лежал ее хлам: блокнотики с ламами, краски, бесконечные резинки для волос и мини-альбом с нашими совместными фотографиями. Наконец она собрала в охапку все нужные принадлежности для рисования и направилась на кухню, оставив меня одного.

– Милый! – позвала она напоследок и с нежной улыбкой послала мне воздушный поцелуй: – Я тебя люблю…

– И я тебя.

Как же ты меня заебала…