# Во власти Грейхарта

Таня Кель, Ханна Леншер

На свой двадцать седьмой день рождения я загадала довольно простое желание, чтобы мне перестали приходить угрозы от таинственного абонента.

И тут же пожалела, потому что вместо сообщений он появился в моей жизни сам.

Как итог: разорванная помолвка, люди с автоматами, похищение средь бела дня и... страстное желание отдаться врагу.

## Внимание!

Книга содержит откровенные сцены, совершение сексуальных действий между героями без наличия явного согласия, преследование и похищение людей.

Герои – не образец поведения.

## Глава 1

Оливия

Ненавижу свой день рождения.

Так было не всегда, но последние пять лет точно.

Через несколько минут наступит полночь и появится сообщение на телефоне.

Обязательно придёт. Даже если сменить номер, уехать в другую страну или отключить смартфон.

Пугающая эсэмэска, из-за которой я не сплю ночами. Она напоминает мне о событии, изменившем мою жизнь.

Экран засветился от полученного послания. Я специально поставила беззвучный режим, хотела проспать, но не смогла.

Слёзы сами навернулись, а губы задрожали. Я взяла телефон. Надо один раз прочитать и можно забыть на целый год.

«С днём рождения, Оливка! Будь хорошей девочкой и помни о своём обещании».

Я свернулась калачиком, тело пробил озноб, словно у меня температура под сорок.

Простое сообщение, но оно от человека, который разрушил мою жизнь и появляется во снах.

Это произошло пять лет назад. Иногда кажется, что мне приснилось и всё нереально, но потом приходит сообщение с напоминанием.

Свои двадцать два года я собиралась праздновать с друзьями и близкими в небольшом отеле на озере. Несколько отдельно стоящих домиков с зонами общего отдыха. Приехала туда на день раньше, хотела немного побыть в одиночестве, сходить в спа и на массаж, а уик-энд как раз бы провели вместе. Но всё пошло не по плану.

Ночью снаружи раздался шум. Я подумала, что друзья решили поздравить в полночь, и, накинув халат, открыла дверь. В мгновение меня запихнул внутрь и впечатал в стену крупный мужчина. Ладонью он зажал мне рот. Дверь захлопнулась, и мы замерли, глядя друг на друга.

В воздухе разлился железный запах. А я в ужасе понимала, что рубашка мужчины пропитана кровью и вряд ли он зашёл за спичками.

– Так, я сейчас отпущу, а ты не будешь кричать.

Его хриплый шёпот прозвучал бы даже сексуально, если бы он не держал меня силой и не являлся убийцей или маньяком.

Я закивала, смотря в его глаза. Как кролик замерла перед удавом. Он цепко меня оглядел, уделив повышенное внимание откровенной пижаме, но всё же отпустил. И я сразу же отбежала, запахнув потуже халат.

– Пожалуйста, вы, наверное, ошиблись… – В голове был сумбур.

– Тихо! – прошипел он.

– Я отдам вам деньги!

– Просто замолчи, а то я помогу.

Пока мужчина стоял, прислушиваясь у входной двери, я попятилась назад. Можно же выйти через чёрный вход.

Но он же от кого-то убегал? Этот кто-то хороший или плохой?

Видимо, не только я подумала о другой двери.

Мужчина обернулся, в свете луны я рассмотрела даже цвет его глаз. Зелёно-голубой, как море после шторма. А потом я почувствовала холод у виска. Сзади стоял ещё один человек.

– Сдавайся, или вынесу мозги девчонке!

– Плевать, я её первый раз вижу.

Тоненький всхлип вырвался из моего горла, и это отвлекло обоих мужчин.

Стоявший напротив бросился вперёд, и вскоре они сцепились и покатились по полу.

Я пыталась спрятаться, но ком из незнакомцев разрушал всё вокруг, невозможно было убежать в другую комнату.

Раздалось несколько хлопков, и один из преступников повалился на ковёр. Под ним быстро росло тёмное кровавое пятно, а глаза смотрели в потолок. Мертвец, только недавно пытавшийся меня убить, не вызывал сожалений, но тот факт, что его застрелили на моих глазах, отпечатался теперь навсегда.

Воздух наполнил лёгкие, и я почти завизжала, но мне опять зажали рот.

– Не ори.

И отпустил он, только увидев, что я согласна молчать.

– Пожалуйста, не убивайте меня.

Я умоляла мужчину, готова была на колени встать.

– Как тебя зовут?

– Оливия…

– Так вот, Оливка, если хочешь жить и чтобы твои близкие тоже, то ты меня не запомнила, не увидела в темноте.

Я закивала, как китайский болванчик.

Убийца надвинулся, пристально разглядывая моё лицо, а потом смахнул слёзы с ресниц и поцеловал.

Я стояла, боясь пошевелиться, пока его язык был внутри.

– Вкусная Оливка. Всё ясно? Будешь хорошей девочкой?

– Да, пожалуйста, не убивайте, я обещаю.

– Буду за тобой присматривать.

Он отошёл и, подмигнув напоследок, вышел из домика. Больше я его не видела, а вскоре приехала полиция.

Рассказала что могла, не обманывала, но убийцу в темноте не разглядела, как и покойного.

Даже на приёме у психотерапевта я не говорила всё. Может, именно поэтому он не смог мне помочь.

За пять лет я перестала бояться мёртвых и спать с включённым светом, но раз в год, получая сообщение, я понимала, что тот мужчина продолжает следить, и это меня жутко пугало.

Моё главное желание, чтобы эсэмэски от убийцы перестали приходить.

Я всегда загадывала это, когда задувала свечи на праздничном торте.

И сегодняшний вечер не стал исключением.

– По-здра-вля-ем! По-здра-вля-ем! – скандировали друзья и родные, а официант поставил передо мной торт.

Я загадала желание и дунула на свечи. Искрящиеся блёстки разлетелись вокруг, украсив окружающих.

– Лив, что ты загадала? – спросила лучшая подруга Сандра, хитро косясь на моего парня. – Может, это желание исполнится сегодня?

Никто не знал о моей мечте, а Сандра тоже думала о другом.

А вот Томас закатил глаза: он понял намёк Сандры. Мы встречались всего три месяца, но я уверена, что он тот самый и скоро сделает мне предложение. Ведь завтра я приглашена на ужин к его родителям, а они не последние люди в городе, и просто так знакомить бы он нас не стал.

– Ну вот, половина третьего десятка прошла! Чувствуешь дыхание старости? – Мой младший брат Дейв протянул небольшую коробочку с бантом.

– Мне исполнилось всего лишь двадцать семь! И вообще, тебе самому в этом году стукнет двадцать пять, так что мы в одной лодке, старик.

Я обняла брата, а потом открыла подарок. На бархатной подушечке лежала брошка – миниатюрный стетоскоп.

– О!

– Это же врачебная штука? Я правильно выбрал? – забеспокоился Дейв.

– Самая врачебная! Ты лучший младший брат!

– У меня тоже есть подарок для тебя, – влез между нами Том и протянул бархатный футляр.

Мы с Сандрой переглянулись: вроде не предложение, значит, серёжки или кулон? Точно что-то из ювелирного салона. А судя по надписи на футляре, очень дорогого салона.

Я открыла в предвкушении сюрприза и ахнула.

– Нравится? – самодовольно спросил Томас, но в голосе звучал не вопрос, а утверждение.

Я кивнула, не найдя слов. Внутри лежал кулон в виде сердца, усыпанный драгоценными камнями. Такой большой и вызывающий, что подошёл бы цыганскому барону или реперу. Но главным украшением этого великолепия была надпись «Томми».

– Это моё сердце, и я дарю его тебе!

Томас светился от счастья и жаждал восхваления. А я натянуто улыбнулась, совершенно не зная, как на это реагировать. Он явно старался и не экономил… но…

Сандра, заглянувшая через моё плечо, хмыкнула, но попыталась меня подбодрить:

– Впечатляюще. Лив, ты должна носить его постоянно, пусть все знают, что ты любишь Томми.

Том не заметил сарказма и благосклонно кивнул.

Я закрыла коробочку, ведь меня ожидало ещё множество подарков, поздравлений и пожеланий. Может, загаданное исполнится и в следующем году больше не будет полуночной СМС.


## Глава 2

Габриэль

Мой день всегда начинался с суеты. Дом наполняли люди, и каждый будто бы выдавал мне поручения.

– У вас сегодня встреча с министром сельского хозяйства в два часа.

– Этот галстук не подойдёт для фотосессии.

– Посмотрите, нужно подписать бумаги.

Всё это началось с того самого момента, как почил от инфаркта мой начальник, Дэн Бишоп. Он был сенатором.

Если честно, думал, что его скорее пристрелят, но смерть посмеялась над ним. И в сорок восемь лет он преспокойно отбыл на тот свет.

Я же был его правой рукой, его заместителем, мне пророчили большое будущее. И я не собирался отдавать вакантное место конкурентам. Штату требовался новый сенатор, и я как раз планировал им стать. Должность выборная, поэтому мои подчинённые готовились к избирательной кампании, которая должна была проходить в течение нескольких недель.

Зазвонил телефон. Это мой советник – Генри Харпер.

– Послушай… – он на секунду замолчал. – Я знаю, что ты человек дела и твои шансы стать сенатором высоки.

– Хороший заход. Есть какое-то «но»?

– Кхм. Избиратели уважают традиции.

Кажется, я начал понимать, к чему он ведёт.

– Семья… – продолжил он, после небольшой паузы.

– Не начина-а-ай опять. Мне некогда.

– Габриэль! Это серьёзно. Тебя может с лёгкостью обскакать сраный Стивен Уолт. И только потому, что у него есть штампик в паспорте. Женатый человек вызывает больше доверия. Люди видят в нём стабильность. А тебе надо показать, что ты можешь управлять не только финансами, но и своей жизнью…

Генри что-то говорил, но я уже не слушал. Отодвинул телефон от уха и общался со своим секретарём.

– Ещё Лайтвуды приглашают вас на приём в воскресенье. Это не обязательно. Можем отменить.

– Нет! – слишком резко ответил я и тут же смягчился. – К ним заскочу на час. Их поддержка мне сейчас крайне необходима.

Хоть помощь мэра косвенна, у него неплохие отношения с другими чиновниками, а те, в свою очередь, могут повлиять на мнение избирателей.

– Хорошо! Внесу в график.

Тем временем говорящий телефон не замолкал, и я прислонил его обратно к уху.

– Мне некогда, Генри. Встретимся в офисе.

Сбросив звонок, представил злую морду Харпера. Он хуже моей покойной матери. Если бы та была жива, то они бы обязательно спелись.

Лайтвуды. На секунду я замер.

Помимо светлой стороны, открытой всем, у меня имелась тёмная. И кровь на руках тоже была.

После той злополучной ночи, где меня чуть не грохнули, я с какой-то невероятной одержимостью продолжал следить за девчонкой – Оливией Старглейд. Одно её слово могло похоронить меня как политика, да и как свободного человека. Я достаточно запугал её, чтобы она не проболталась. Установил слежку. И все эти пять лет прекрасный ротик молчал.

Но теперь она стала встречаться с Томасом Лайтвудом – подрастающим сынишкой мэра нашего города. И может вывалить ему в постели какие угодно скелеты. Чем сильнее они будут сближаться, тем хуже для меня. А судя по отчётам, дело стремительно движется к свадьбе.

Чёрт! Я просто обязан быть на этом приёме. Надо напомнить малышке о своём существовании. Сейчас ставки возросли. Я не мог рисковать.

Все дни до выходных закрутились в какую-то бешеную карусель. Встречи, переговоры, совещания.

И вот наступило воскресенье. Мой единственный выходной, который я тоже посвящал работе. Сегодня большой приём в доме мэра. Наверняка сыночек объявит о помолвке. А мне надо как можно быстрее её остановить. Был бы у Оливии другой хахаль, я бы ещё подумал. Вероятно, оставил бы девчонку в покое. Но Томас…

Я надел самый лучший костюм от «Армани», застегнул дорогие часы. Из зеркала смотрел уверенный в себе мужчина с цепким взглядом.

Внизу меня уже ждал водитель. Даже не верится, что каких-то пять лет назад я сам бегал на побегушках у своего начальника. Делал всю грязную работёнку. Подставлялся и рисковал жизнью. И всё ради этого момента. Проклятый Бишоп сдох, так и оставшись трусом. Теперь я займу его место. Пять лет назад у меня получилось довести дело до конца, в то время как Дэн зассал, испугался за свою жопу. И как бы я его ни уговаривал, этот ублюдок врубил заднюю. Но мне бояться нечего. Я с любыми врагами расправлюсь влёгкую.

Автомобиль подъехал к шикарному особняку. Туда уже стекались гости.

Я вышел из машины, одёрнул пиджак и последовал за всеми.

Музыканты играли где-то внутри, потому что до слуха доносилась лёгкая мелодия. А нас встречали хозяева.

В общем, всё как всегда. Скучно и неинтересно. Зато пафосно. Повсюду столы, без стульев. Это фуршет. Приглашено много народу, и в доме становилось душновато. У пробегающего официанта я схватил бокал шампанского, но выпить мне его не давали. Всё время кто-то подходил, знакомил с друзьями или пытался поговорить о работе.

Наконец подошёл сам мэр, оттеснив какую-то надоедливую мадам.

– Не скучаешь? – улыбнулся он.

– Да не особо.

– Хочу тебя кое с кем познакомить.

Мы пошли сквозь толпу к небольшой группе молодёжи.

– Вот. Это мой сын. Томас, – с гордостью произнёс он, хлопая высокого, светловолосого парня по спине. – А это… его девушка Оливия. Работает в кардиохирургии.

Я перевёл взгляд и столкнулся с синими озёрами. Как и тогда, они были полны ужаса. Улыбка на лице девушки застыла, и, казалось, она с усилием натягивает её на себя.

– Очень приятно. Габриэль Грейхарт. – Я взял холоднющую руку Оливии, наклонился и оставил лёгкий поцелуй.

Снова пересёкся с ней взглядом.

Да, малышка. Ты определённо узнала меня. Но что ты будешь делать?

– Габриэль, надеюсь, скоро станет сенатором, – продолжал как ни в чём не бывало Эрик. – И если так и случится, то отправлю тебя, Томас, к нему работать.

– Ну пока всё вилами на воде. У меня сильные соперники.

Я говорил это, а сам всем естеством ощущал, как трясётся девушка. У неё была белая кожа, но сейчас, кажется, она стала ещё бледнее.

– Простите, мне… мне надо… в д-дамскую комнату, – запинаясь, пробормотала она и тут же проскользнула между нами.

А вот мне срочно надо за тобой.

Перекинувшись несколькими стандартными фразами, я тоже мягко удалился.

На нижнем этаже в туалете её не было, и я поднялся наверх.

Конечно. Ей нужно время, поэтому она не будет занимать проходное место внизу.

Я несколько минут тихо стоял у запертой двери в темноте. Даже прислонился к стене, ожидая, когда она выйдет. И лишь щёлкнул замок, я мгновенно ворвался внутрь, заталкивая девушку обратно. Прижал к стене.

– Что вы?.. – почти взвизгнула она, но я закрыл ей рот рукой, второй запер нас.

Теперь мы некоторое время стояли молча и рассматривали друг друга. Оливия – с ужасом, а я – с интересом.

А она миленькая. Даже красивая. В тот раз мне не удалось её хорошенько рассмотреть. Тёмные волосы, яркие сапфировые глаза и почти алые пухлые губы. Она не была худенькой, но формы имела крайне аппетитные. Особое внимание к себе привлекали две круглые дыньки, затянутые в корсет тёмно-синего платья.

Я всё ещё закрывал ей рот ладонью, но теперь лишь формально. Мы стояли достаточно близко, чтобы я почувствовал аромат кокоса от её волос.

– Отмени помолвку! – начал я с ходу.

Она быстро мотнула головой.

– Н-е-е-ет? Хочешь со мной поиграть?

Оливия убрала мою руку и злобно, но тихо затараторила:

– Что вам надо? Я никому ничего не сказала! Оставьте меня уже в покое!

А голосок-то дрожал. И я улыбнулся. Настолько хищно, насколько мог.

– Только не за Томаса, малышка. Выберешь себе в женихи другого.

– Кого? Вас?

Я на мгновение замер. Наклонил голову вбок, раздумывая. А эта мысль мне совсем не приходила. Неплохой ход.

– Ты подаёшь мне идеи.

– Боже!

Она попыталась выскользнуть, но я резко впечатал руки по обе стороны от неё. Видел, как часто стала вздыматься прекрасная грудь. Оливия на меня не смотрела, упёрла взгляд куда-то в область моей шеи.

– Послушай. Ты же не хочешь повторения той ночи. – Мой голос приобрёл стальной оттенок. – Хотя мне стоит просто щёлкнуть пальцами, и я сразу же смогу уничтожить твою семью, а вместе с ней и тебя, для этого не надо никого убивать.

– Я не могу… бросить Томаса. – Она сглотнула, нервно облизала губы. – Мы… мы любим друг друга.

– Полюбишь другого!

– Да вы! – Она снова ошпарила меня взглядом. – Кто вы такой? Как вы смеете…

Но договорить не успела. В дверь постучали.

– Оливия, детка. Ты там? – услышал я голос её жениха и приставил палец к своему рту.

Девушка несколько секунд смотрела на меня, а потом громко крикнула:

– Живот крутит! Что-то не то съела. Ты иди. Я скоро!

– Тебе принести чего?

Она снова посмотрела на меня, сглотнула.

– Нет… Нет, Томас. Иди.

Я наклонился прямо к её уху и прошептал:

– Хорошая девочка. Послушная. Оставайся такой же.

По её коже побежали мурашки. И мне это, чёрт возьми, понравилось! Я подул на хрупкую шею, вызывая ещё одну волну. Почувствовал, как маленькие ручки упираются мне в торс.

– Пожалуйста… не надо, – прерывисто дышала она.

И я отступил.

– Мы обо всём договорились, Оливка.

Последний взгляд на девушку – и я быстро вышел из туалета.

Внизу меня снова поймал Эрик.

– Надо поговорить!

Он всучил мне в руки бокал шампанского и утащил в кабинет. Неужели заметил? У старого лиса глаз острый. И это подтвердилось.

– Слушай. Тебе же приглянулась девчонка моего сына? Я видел, как ты на неё смотрел.

– К чему ты ведёшь? – отпил я глоток, внимательно наблюдая за движением серых волчьих глаз.

– М-м-м… Скажу прямо. Не нужна мне эта помолвка. Есть другая отличная кандидатка. Дочь сенатора. А эта… Ну… ни рыба ни мясо.

– Ты для этого нас познакомил?

– План родился спонтанно.

– Что ты предлагаешь? – Я вальяжно раскинулся на кресле, Эрик же прислонился к столу, скрестив руки.

– Сделку! Я болтаю с разными интересными и нужными тебе людьми, а ты быстренько охмуряешь невесту сына.

– А мне, думаешь, не нужна дочь сенатора?

Я откровенно радовался такой фортуне. Пока всё складывалось как нельзя лучше. Но поторговаться стоило.

– Га-а-абриэль. Ты же знатный сердцеед. К тому же… тебе не помешает быстренько жениться. Не сказать, что это сильно повлияет на решение избирателей, но…

– Но почему-то мне из каждого утюга об этом в последнее время говорят, – вздохнул я.

– Значит… верно говорят. Тебе уже сколько. Тридцать пять?

– Тридцать семь.

– Во-о-от.

– А что, Эрик, врачи уже не в почёте?

– Ну не-е-ет. – Он скривился. – Сам понимаешь. Связи-связи. Сын мой не сказать чтобы со звездой в башке, как ты. Далеко не уедет на своих мозгах. А вот если жена будет хорошая, то и шансы есть, что не пропадёт.

– И как ты мне это предлагаешь сделать? Ты моё расписание видел? Мне не до свиданок!

– Видел, видел. Я всё устрою. Ты только не теряйся. А я уж тебе помогу, чем смогу. В благодарность на ушко нужным людям шепну что надо.

Я отпил глоток, смотря, как он ждёт от меня хоть слова. Всегда любил это. Мгновение надежды. Когда ты ещё ничего не ответил, а в глазах собеседника жажда.

– По рукам. – Я посмотрел на часы. – Мне пора. Надеюсь, я тебя не обижу, если сейчас уйду?

– Нет, конечно. Сам бы смылся отсюда, да некуда.

Мы попрощались, и я снова сел в свой мерседес. Интересный вечер получился. Неожиданный. Все дороги вели меня к Оливии.


## Глава 3

Оливия

– Давай, я вызову врача? – Томас смотрел на меня с тревогой.

– Нет, спасибо, приеду домой, и станет лучше.

Видимо, моя вымученная улыбка его не успокоила, и, посадив меня в машину, он собирался провожать до самого дома.

– Томас, ты уезжаешь? – раздался голос его отца.

Я осторожно глянула через тонированное стекло на мэра. Он оказался совсем не таким, как показывали в передачах.

– Да, Оливии нехорошо.

– Томас, если ты хочешь достичь высот, то тебе необходимо прилагать усилия и заводить нужные знакомства.

– Но…

– Я думаю, твоя девушка справится самостоятельно.

Ещё минуту назад я и сама не хотела сопровождения от Тома, но после слов мэра стало обидно.

Томми вздохнул и, открыв дверцу, обратился ко мне:

– Ничего страшного, если ты поедешь одна?

– Конечно, у вас же приём, – улыбнулась я расстроенному Тому, мне хотелось его успокоить.

Вскоре чёрная и жутко дорогая машина с водителем увезла меня от особняка политической элиты.

Я знала, что родители Тома – непростые люди, но сегодня почувствовала эту разницу в реальности.

Моя квартира, в сравнении с тем, где я только что побывала, была на несколько уровней ниже. Хотя я из довольно обеспеченной семьи: у моих родителей сеть частных клиник. И я многое могу себе позволить: квартиру в хорошем районе, несколько путешествий в год, отличное образование. Я стала врачом. И до сегодняшнего вечера не думала о разности нашего социального статуса, но мне показалась, что родители Томаса совсем не рады такому мезальянсу.

Пока я ехала, то размышляла обо всём подряд, о по-настоящему незначительных вещах. Ведь главное я гнала от себя прочь.

Но оно меня преследовало.

Вчерашнее желание исполнилось: сообщений, может, и не будет, но от этого не лучше.

Теперь я знала имя моего ночного кошмара – Габриэль Грейхарт.

Дома я загуглила его биографию.

Политик с хорошей репутацией и завидный жених. С фотографий на меня смотрел довольно красивый мужчина, не смазливый парень, а уверенный в себе, взрослый мужик. С той ночи я его реально плохо помнила, но глаза сразу узнала и, скорее всего, никогда бы не поверила, что это он. Но этот Грейхарт сам себя выдал в ванной.

И что делать дальше, я просто не знала.

Раньше я боялась убийцу. А теперь его стоит бояться ещё больше: у него много способов меня уничтожить.

Звонок телефона заставил подскочить на месте.

В трубке раздался голос Сандры:

– Лив, у тебя всё хорошо? Ты дома?

– Да и да.

Хорошо не было, но не говорить же об этом подруге.

– А с Томом?

– Что? – Я начала нервничать. – Мы были вместе, но несколько часов назад я уехала домой.

– Сейчас скину, но, пожалуйста, не переживай.

В чат пришла ссылка в соцсеть. Сторис какой-то девушки из новомодного бара. Я бездумно смотрела, не понимая, что должна увидеть. А потом увидела и поняла. В баре был Том, он мило общался с красивой девушкой.

– Лив? Ты ещё здесь?

– Да, – тихо ответила я. – Мне надо ему позвонить.

Я сбросила звонок и набрала номер, а потом ещё пять раз. Томми не брал трубку.

В его измену мне не верилось, явно есть объяснение. Но время шло, и нехорошие мысли проникали в голову, поэтому я решила удостовериться.

– Сандра, – написала я подруге. – Ты знаешь адрес?

– Сейчас узнаем.

И через несколько минут я уже одевалась.

– Лив, только оденься не как на лекции ходишь, а то нас не пропустят внутрь.

Она как будущее предсказала: нас не хотели пропускать, пока я не сняла пиджак. Мини-платье их устроило.

Незнакомый бар встретил громкой музыкой и сладкими запахами.

Мне было некомфортно в столь откровенном наряде, это стало моей жертвой. Том всё ещё проводил время с той блондинкой и очень удивился моему появлению, засуетился, увидев меня.

– Лив, это Саманта, она дочь папиного коллеги. Недавно в городе и попросила ей всё показать. А это Лив, мы встречаемся.

– Можно просто Сэм! – Девушка искренне улыбнулась. – Прости, я не знала, что у Томми есть возлюбленная, так бы точно не потянула его в бар.

Врёт и не краснеет, все уже об этом говорят.

Но ответила я по-другому:

– Ничего, он же не в рабстве.

А на душе неприятно заскребло: Томас не рассказал обо мне.

Диалог не клеился, Томас пытался поддерживать беседу, но получалось плохо. Я постоянно отвлекалась на мысли о Грейхарте.

– Лив!

– А?

– Я спрашиваю уже во второй раз, как ты здесь оказалась? Думал, что тебе плохо, – раздражённо спросил Томас, придвинувшись ближе и взяв меня за руку.

Вынырнув из своих мыслей, я огляделась: Саманта отошла, а Сандра танцевала недалеко от нашего столика. Это на сколько минут я выпала из реальности?

– Лив!

– Мне стало лучше, увидела тебя в сторис и решила приехать. А то бросила на приёме.

– Понятно. Но мне кажется, что ты не со мной, – обиженно протянул Томми.

– Прости, наверное, я переоценила свои силы. Лучше поехать домой.

Он кивнул, но как раз вернулась Саманта и весело защебетала, увлекая Томаса в беседу. Оказалось, что у них много общих увлечений и знакомых.

Я же опять открыла поисковик, Габриэль Грейхарт не выходил у меня из головы. А если подать свидетельство против него? Рассказать Томасу? Сможет ли мэр помочь?

– О, ты знакома с Габриэлем? Мой старший брат работает вместе с ним.

Я подняла глаза на Саманту и столкнулась с ревнивым взглядом Томаса. Все вокруг видели фотографии Грейхарта на моём телефоне.

– Сегодня познакомились… – промямлила я.

В это время подошла Сандра и тоже заглянула через плечо.

– Ой, а познакомь меня с ним!

– Сомневаюсь, ты не в его вкусе, – процедил сквозь зубы Том.

Моему парню явно всё не нравилось. Боюсь, если расскажу правду, то он не поверит. Да и его отец дружит с Грейхартом. Получается, дальше молчать? Но он хочет, чтобы я рассталась с Томасом!

Я обернулась к своему парню и не нашла его рядом, он уже танцевал с Сэм.

– Томми тебя приглашал на танец, но ты сама сказала, чтобы шёл с Самантой, – хихикнула Сандра.

– А я не заметила…

– Конечно, ведь ты пялилась на красавчика в телефоне.

– Грейхарт не красавчик… И я его боюсь.

– В смысле?

– Он меня пугает. – Я оглянулась и прошептала на ухо подруге: – Мне кажется, он за мной следит.

Рассказать про убийство я не могла, но так плохо нести это бремя одной.

– Следит? Может, он ухаживает? – с восторгом закричала Сандра. – О чём вы говорили?

– Нет! Он издевается, и против моих отношений с Томми.

– Кто? – раздался сзади голос Томаса.

Я растерянно подняла глаза, надо срочно придумать ответ. Но не говорить же о Грейхарте.

Надеясь, что Сандра меня не выдаст, я быстро сказала:

– Дейв.

И даже не соврала: брат и правда не в восторге и не скрывал своего отношения. Томми закатил глаза и спокойно сел рядом.

Сандра промолчала, а я впервые подумала, что наша с Томасом любовь дала трещину. Тайны моего прошлого, а теперь и настоящего уничтожают нас.

На экране телефона высветилось сообщение от незнакомого контакта.

«Малыш Томми тебе совсем не подходит, бросай его сама, пока он это не сделал первым».

Сердце бешено застучало, я догадалась, кто это написал.

Выходит, вместо одного сообщения в год я теперь буду получать их ежедневно?

«Мы любим друг друга!»

«И поэтому он танцует с другой?»

Я опять пропустила момент, как осталась одна за столом, а все ушли на танцпол.

Телефон завибрировал от звонка, в трубке раздался голос Габриэля:

– Оливка, у тебя есть три дня для расставания. Будь послушной девочкой…

Я сбросила звонок, не желая подчиняться Грейхарту. Но мне хотелось забиться в угол и спрятаться.

А Томас танцевал с Сэм, и я не знала, как ему рассказать и стоит ли.


## Глава 4

Габриэль

«Идите к чёрту! – пришёл мне ответ, а спустя несколько секунд ещё один: – Я вас не боюсь. – И снова сообщение. – Я тоже могу вас шантажировать. Расскажу всю правду о той ночи! Поэтому оставьте меня в покое!»

А ручки-то дрожали, пока она набирала. Буквы в некоторых словах пропущены, много злых смайликов, а последний с поцелуйчиком. Явно соскользнул палец.

Я ухмыльнулся, растянулся на диване. Малышка с зубками. Но быстро обломает их. Меня так просто не прокусить. А своего я привык добиваться.

Через три дня открытие новой травматологии в той больнице, где она работала. Как раз и встретимся. Если не захочет по-хорошему, у меня есть способы сделать всё по-плохому.

Уже через два дня мне пришло сообщение от мэра. Он приглашал в загородный дом на уик-энд. Старый лис тоже что-то задумал. И откладывать это не хотел. Помолвка Томаса и Оливии стояла всем поперёк горла. И хотя официально парень ещё не сделал предложение Оливии, все уже говорили об этом как о свершившемся факте, только что прессой не осветили.

Младшего Лайтвуда я не знал. Он попал в моё поле зрения лишь из-за Оливии. Ничего не имел против него, но и отдавать девчонку не желал. Кажется, я уже совсем на ней помешался.

Утро четверга вышло пасмурным. Если пойдёт дождь, то придётся организаторам переносить открытие внутрь.

Как всегда, надел костюм. На этот раз синий. Мне шли такие вещи. В них я выглядел солиднее, в другой одежде больше походил на бандита. Рубашки хотя бы скрывали все мои татуировки на спине и груди: развлекался по молодости, бунтовал.

На всякий случай захватил с собой комплект сухой одежды. Если всё же ливанёт, не хотел мокрым попасть домой.

Уже на месте меня тут же окунули в суматоху. Репортёры суетились, как бешеные пчёлы: набрасывались на каждого прибывшего чиновника роем и закидывали вопросами. Вот кто ничего не знает о личных границах.

Под набирающий силу ветер началась торжественная часть. Долгая речь главврача, после него – заведующего новым отделением, дальше должен был выступать я, после меня – представители благотворительных фондов и частные инвесторы, но нас моментально накрыло стихией.

Всем пришлось срочно перемещаться внутрь нового отделения. И уже там я встретил её глаза. Чистая синева будто потемнела при виде меня и стала как горизонт вечернего неба.

Боялась, но не показывала своего страха. Оделась она скромно, как и все врачи: голубая медицинская униформа и белый халат поверх.

А ей идёт.

Я подошёл к главврачу.

– Где у вас можно переодеться? Не хочу выступать в мокром.

Дождь успел вымочить пиджак и рубашку. Всё же не зря взял сменную одежду.

– Любой кабинет в вашем распоряжении, – улыбнулся он, кивнув на первую попавшуюся дверь.

И пока все суетились и заново расставляли оборудование в огромном холле, я проскользнул в одну из комнат.

«Время вышло», – написал я, оставшись в одиночестве.

Водитель принёс мне вещи, и едва за ним закрылась дверь, как тут же снова открылась. Влетела разъярённая Оливия.

Да. Моя ловушка захлопнулась. Малышка попала в неё, и сама пока не подозревала об этом.

– Да кто вы такой?! – захлёбывалась она. – Совсем ненормальный? Если ещё не поняли, то скажу вам, смотря в глаза. Отвалите от меня!

Я медленно подошёл к окну и улыбнулся, заметив там мелькнувшую тень. Всё шло, как и предполагалось.

Пока девушка возмущалась, размахивая руками, я снял пиджак и рубашку.

– Думаете, смутили меня? Пф. Да я голых пациентов каждый день вижу. Я к вам обращаюсь. Эй…

Но договорить она не успела. Я в мгновение оказался рядом, притянул её и впился в алые губки. Немного наклонился, чтобы девушка потеряла равновесие и обхватила руками мои плечи.

Из-за такой неожиданности Оливия несколько секунд не сопротивлялась, впуская мой язык внутрь. Я сразу же почувствовал её жар. Щёчки вспыхнули огнём, а в глазах читалось недоумение.

Да, мы смотрели друг на друга, не отрывались, жадно поглощали все эмоции.

Периферическое зрение выхватило человека за окном. Оливия тоже его заметила, хотела повернуть голову, но я не дал. Жёстко схватил пальцами её за затылок, не давая даже пошевелиться.

Её дыхание всё учащалось, заставляя задыхаться, а тело начало извиваться. Она пыталась выпутаться из моих лап, но это было не так-то просто. И получалось, что Оливия скользила ладонями по моему голому телу.

Долго. Бесконечно долго длился наш поцелуй. Я успел изучить милого доктора, и мне до безумия понравилась её сладость. Моя щетина царапала нежную кожу, а лёгкая дрожь, охватившая девушку, чертовски заводила. Наверное, я ненормальный, раз меня возбуждает страх и непокорность.

В какой-то момент Оливия со стоном обвисла на моих руках, всхлипнула и опустила глаза. Вся её спесь испарилась. А я наконец отстранился, но так, что наши носы почти касались друг друга. Девушка глубоко дышала, весь её блеск размазался вокруг губ. Захотелось слизать его целиком.

– Время. Вышло.

Она удивлённо посмотрела на меня, а я тихо продолжил, растягивая слова:

– Совсем скоро тебе придётся сделать выбор: либо замараешь себя и жениха, либо выйдешь чистой, не зацепив при этом никого.

– Я… Я не понимаю.

– Поймёшь. Уже завтра.

Я выпрямился и выпустил девушку. Она сразу же отошла от меня на несколько шагов. Смотрела волчонком. Потом мазнула взглядом по зеркалу и тут же в него уставилась, поспешно стала приводить себя в порядок.

– Я молчала. Ничего не говорила. Но этого вам оказалось мало. Вы залезли целиком в мою жизнь, пришли, что-то указываете, угрожаете. Вы – мой кошмар!

Оливия развернулась, и снова в её взгляде заплясали чёртики. А я уже успел накинуть новую рубашку и застёгивал последнюю пуговицу.

– Ты ещё не знаешь, что такое кошмар. Не поможешь с галстуком?

– Катитесь в ад! – Она распустила растрепавшийся хвостик и яростно переделывала причёску. – И не подходите больше ко мне никогда. Это моё последнее предупреждение. Дальше я пойду в полицию…

Я засмеялся в голос, а она замерла. На мгновение у неё в глазах промелькнул страх.

– Что? Что смешного? – сквозь зубы прошипела девушка.

– Просто дождись завтрашнего дня. Он очень многое поменяет. Ты сама ко мне прибежишь.

– Никогда в жизни к вам больше не подойду!

И под мой взрывной хохот Оливия выскочила из кабинета.

Оставшийся день прошёл спокойно. Больше я её не видел и сразу же после церемонии отправился в офис. Дела завалили, и на несколько часов я погрузился в работу.

А утром меня разбудили бесконечные трели телефона.

– Да! – сонно ответил я.

– Ты газеты читал?! – ворвался в утро вопль Харпера.

– Ещё нет.

Я провёл по лицу ладонью, снимая остатки сна. То, что там будет, я уже знал. Вопрос, что с этим сделает девушка.

– Перезвони мне срочно, как прочтёшь!

Спустившись, я взял со стола газету, которую уже принесли мне сотрудники.

«Тайный роман или тщательно спланированная интрига?

На фоне слухов о скорой помолвке Томаса Лайтвуда появились шокирующие сведения о возможных связях его предполагаемой невесты Оливии Старглейд с другим мужчиной. Инсайдеры утверждают, что это может быть не просто случайность, а часть сложной игры за влияние и статус. Чем обернётся эта история? Триумфом или крахом? Или же девушка просто думала усидеть на двух стульях сразу?»

И дальше – наша фотография.

А я неплохо вышел. Мне понравился ракурс. И Оливия. По снимку даже казалось, что она получает удовольствие от поцелуя. Если не знать всей истории, можно было смело называть нас любовниками.

Новость разлетелась на несколько газет. А мой телефон не умолкал.

– Нам нужно что-то ответить прессе! – орал в трубку Харпер.

– Пока молчим.

– Но…

– Без но. Делай, как я сказал.

– Мэр тебя убьёт!

Я усмехнулся, вспомнив наш разговор.

– Всё будет хорошо, Генри. Выпей что-то успокоительное. Что-то нервы у тебя в последнее время… ни к чёрту.

Сразу после того, как я положил трубку, мне пришли сообщения. Одно от Эрика с единственным смайликом – пальчиком вверх и одно от Оливии.

«Если вы срочно не опровергнете эти слухи, то сгорите в аду! Я прокляну вас!»

«Как мило. Так мне ещё никто не мстил».

«Козёл!»

«Выбирай: утащишь своего жениха в скандал или же… станешь невестой сенатора».

«Ни за что не стану вашей невестой!»

«Это твой выбор. Но мы его ещё обсудим. В выходные».

Молчание. Набор текста. Потом снова молчание. Блокировка.

Я расхохотался. А эта девчонка всё больше и больше меня интересовала. Забавная. Будет весело с ней поиграть.


## Глава 5

Оливия

Меня трясло от ненависти к Грейхарту.

Родители, друзья, коллеги. В это утро мне позвонили всевозможные знакомые.

Я даже не знала, что стольким людям интересна политика. Хотя по-настоящему им просто нравилось копаться в грязном белье. А я стала мишенью номер один.

И ведь этот мудак всё подстроил! Он знал, что нас снимают, и специально поцеловал.

Томас наконец-то взял трубку, и я быстро зашептала:

– Я не виновата! Пожалуйста, выслушай меня!

Он вздохнул, а потом всё-таки ответил:

– Я вечером заеду за тобой после работы, поговорим.

Это успокоило: я объясню Томми, даже расскажу обо всём! И он мне поверит, а вместе мы придумаем, как бороться с Грейхартом.

Затем я ответила на звонок Сандры, а она без приветствия спросила:

– А без рубашки он ещё лучше! И как оно?

– Сандра! – возмутилась я. – Он силой меня поцеловал, мне не понравилось!

– Да ладно, а на фото ты его обнимаешь.

– Пыталась вырваться! Грейхарт ужасен.

Я врала. Целовался мой ночной кошмар превосходно, но эту тайну я точно никому не раскрою. Ещё не хватало заводиться от поцелуев убийцы!

– Если он тебе не нужен, то отдавай мне: у него такая спина сексуальная с татуировками.

– Забирай, дарю! Вместе с татуировками!

На работу я приехала морально разбитая, за спиной шептались все. А в обед вызвал главврач.

– Оливия, я ценю вас как профессионала, не зря взял на работу, так как верю, что будет толк.

Звучало очень приторно, и я с ужасом ожидала его следующих слов.

– И думаю, что вы тоже можете отблагодарить нашу больницу.

– Как? – устало спросила я.

Вряд ли я услышу что-то хорошее.

– Знаете, ваш будущий муж может многое. Всё-таки не последний человек в городе и в штате.

– Томас всего лишь сын мэра…

– Сын мэра? – недоумённо переспросил главврач. – Я про Габриэля Грейхарта.

– Это недопонимание. Журналисты ошиблись.

– Зря. Оливия, мой вам совет как взрослого человека. Приглядитесь к Грейхарту.

– Спасибо.

Я вышла из кабинета на ватных ногах, но одновременно в сердце поднималась волна ярости.

СМС от мамы сделало только хуже: они с папой хотели познакомиться с Габриэлем, когда вернутся с островов. Они так и написали – Габриэлем. Ужас.

Почему всем так приглянулся Грейхарт?!

Я уже готова была расцарапать ему лицо, останавливало только осознание, что если это опять заснимут, то уже не смогу обелиться.

Одно хорошо, он перестал быть ночным страхом, хладнокровным убийцей, следящим за мной. Теперь я видела мужчину, наглого и идущего по головам, добивающегося своих целей, несмотря ни на что. Он человек, который приносит неприятности, но я больше не думаю, что он маньяк.

После работы я спустилась на парковку, там стояла дорогая чёрная машина.

Водитель вышел и открыл дверцу:

– Добрый вечер, мне поручено отвезти вас на ужин в ресторан.

Жаль, конечно, что Томас не приехал сам, но это не первый раз, когда отправляет водителя. Да и главное сегодня – мы сможем поговорить.

Я спокойно села на заднее сиденье, а потом так же спокойно зашла в ресторан. Мы здесь были несколько раз, но только в общем зале. А сегодня меня повели наверх, на обзорную площадку, там стояло штук пять шатров в отдалении друг от друга. Получался уединённый столик с прекрасным видом на закат.

Томас решил сделать предложение?

Потому что если да, то это идеальное место.

Значит, Томми мне верит?

Я села за столик, устроившись на мягком диванчике, но Том задерживался. Зато мне принесли вкусное вино и сырную тарелку, живая музыка ненавязчиво создавала хорошее настроение. Впервые за день я расслабилась и выдохнула.

Может, всё обойдётся? Мы с Томом справимся.

Я взяла телефон, чтобы написать сообщение и узнать, где мой парень.

А увидела, что Сандра прислала фотографии газеты. Только уже новой, посвящённой не мне, а Томми, на снимках папарацци он мило общался с Сэм. В статье журналист предполагал, что невестой сына мэра является дочка сенатора Саманта Блурсток.

Я выпила залпом бокал вина. А потом ещё один.

Том мне изменяет? Или это тоже случайность? А может, это всё план Грейхарта? Стоп! Хватит думать о плохом!

Томми приедет, и мы поговорим. Сейчас надо успокоиться и не натворить лишнего.

На голодный желудок алкоголь сразу подействовал, и я заставила себя съесть кусочек сыра. Но помогло мало.

Я прикрыла глаза и постаралась размышлять логически. Если бы Том мне не верил или начал изменять, то он бы не пригласил сюда, так ведь? Значит, всё хорошо. А может, он хочет меня бросить? И тогда план этого чёртового Грейхарта сработал. Но нет! Мы с Томми любим друг друга, и у него ничего не получится!

– Добрый вечер, Оливия, – раздался голос Грейхарта на входе.

Он спокойно зашёл в шатёр и сел напротив.

– Что вы здесь делаете?!

– Ужинаю в компании невесты, полагаю.

Я открыла рот и в ужасе поняла, что даже не поинтересовалась, чей был водитель. Ведь ждала Томми и не подумала о том, что кто-то другой может отправить за мной машину.

Закрыв лицо руками, я всхлипнула. Всё. Теперь ничего не исправить. Какие могут быть объяснения? С чего Том должен мне верить?

Я достала из кошелька купюру и бросила на стол.

– Это за вино, надеюсь, хватит. Поздравляю, вы своего добились, помолвки не будет, но, – я посмотрела прямо ему в глаза, – за вас я замуж не пойду.

Встала и не оборачиваясь пошла к выходу.

Сзади завибрировал мобильник.

– Оливка, ты забыла телефон на столе.

Всё так же, не смотря на Грейхарта, вернулась.

Сообщение от Томми: «Прости, не получится сегодня, с отцом на мероприятии».

И следом статья от Сандры: на фотографиях Том опять стоял рядом с Самантой.

– Ещё вина? – участливо поинтересовался Грейхарт.

Я взяла бокал у этого змея-искусителя и плюхнулась обратно на своё место.

– Зачем всё это? – зло спросила я, обводя руками и стол, и телефон с сегодняшними новостями. – Это вы подстроили?

– Нет, но твоя кандидатура не устраивает родителей Томаса, поэтому до свадьбы дело не дойдёт. И чем ты быстрее выйдешь из игры, тем меньше пострадаешь.

– Но мы любим друг друга! – возмутилась я.

– Поэтому он милуется с этой блондинкой? – На губах Грейхарта расцвела саркастичная улыбка, я аж засмотрелась.

Официанты внесли блюда и поставили перед нами, пахло одуряюще вкусно.

– Заказал на свой вкус, но если что-то хочешь другое, то можешь выбрать сама.

Я вздохнула и взяла вилку. Борясь с желанием воткнуть её в шею Грейхарту, я занялась рыбой. Очень вкусной рыбой, между прочим.

Ели в молчании, но я постоянно ловила его внимательный взгляд на себе.

Вино добавило храбрости, и я спросила:

– Почему я? Что вам так неймётся?

– У нас есть общая тайна.

– Я и так её храню! – возмущённо толкнула его ногой под столиком, целясь в коленную чашечку, чтобы побольнее было.

– Но рано или поздно захочешь кому-нибудь рассказать. – Он поймал рукой мою ногу и, сняв туфельку, нежно провёл пальцами по стопе.

По телу побежали мурашки. Почувствовав, как загорелись щёки, я задёргалась, пытаясь освободиться.

– Хотите, расписку напишу? Мамой поклянусь? Разрушать мою личную жизнь-то зачем?

– Согласен с Эриком: Томми тебе не подходит, – неожиданно сказал он, а я выразительно фыркнула, но Габриэль не дал мне перебить, продолжил: – Томас, сыночка-корзиночка и будет слушаться родителей, ты достойна большего.

– Вас?! Думаете, вы лучше?!

– Да. Брак со мной даст тебе больше преимуществ. Всего четыре года договорного брака. И мы оба получим то, что нам надо: безопасность и свободу.

– Шикарное предложение. Очень по-деловому.

– Хочешь, чтобы я встал на одно колено и подарил бриллиантовое колечко?

– А что, – ехидно уточнила я, – вам возраст позволит? Спина не заболит? Могу прописать капельницы с витаминами.

Его глаза сузились, он демонстративно меня оглядел. Мне аж жарко стало от такого взгляда.

– Любишь ролевые игры в доктора и пациента, Оливия?

Зазвонивший телефон позволил мне не отвечать ему, я схватила трубку как спасительную соломинку.

– Лив, сегодня не получится увидеться.

Томас перекрикивал шум двигателя.

– Том, всё хорошо? Ты мне веришь?

Я пыталась расслышать эмоции в его голосе, а в это время Грейхарт пересел ко мне и, подхватив мои ноги, положил их себе на колени. Я дёрнулась, но чуть не завалилась от этого на спину. А назвать его по имени, когда говорю с Томом, точно не могла.

– Мне надо срочно улететь, не переживай! – прокричал Том в трубку, пока я боролась с неожиданными ласками.

Мои туфли уже оказались на полу, а стопы приятно массировали сильными руками.

– Томми! – Я пыталась дозваться своего парня.

– Поговорим в выходные, на приёме. Пока!

Он ещё не положил трубку, а я уже услышала рядом с ним голос Саманты.

– Лив не рассердится, что ты летишь со мной?

– Конечно, нет. Она без памяти в меня влюблена и всё стерпит.

И связь оборвалась. Я уставилась на смартфон, а потом швырнула его в подушки.

– Оливка, просто брось его первой.

– Не называйте меня так! – рявкнула я и вывернулась из мощных рук. – Это всё из-за вас! Ненавижу!

Хотелось что-то добавить, вылить на него вино или запустить тарелкой. Хотя бы пощёчину дать. Но не поможет же.

– Хочешь, отомстим?

– А вы сможете сбить их самолёт?

Он ухмыльнулся:

– Какая ты кровожадная, Оливка.

– Кто бы говорил, – насупилась я.

– И может, всё-таки на ты? Я не настолько тебя старше.

– Не могу. Я так воспитана, старость надо уважать, – зло бросила я, очень хотелось его зацепить.

В следующий момент он навис надо мной, а я вжалась в спинку дивана и упёрлась ладонями в его грудь.

– Прекрати…те, пожалуйста, – прошептала я, а он послушно отодвинулся и даже пересел на своё место.

– Хорошо, – отпил вина из бокала Габриэль. – С этого момента любая твоя просьба будет приниматься только через поцелуй.

– И не надейтесь, – прошипела я, чувствуя, как краска заливает щёки.

Самый странный ужин в моей жизни. Невозможный мужчина.


## Глава 6

Габриэль

Оливия отказалась ехать со мной в машине, вызвала себе такси. Она была задумчивая и грустная, когда садилась в него. И как же это бесило. Страдать по какому-то сопляку, который, наверное, только научился себе ботинки завязывать.

Я тоже не понимал своих чувств. От девчонки мне нужно было одно: женитьба. Всё остальное – лирика. Но раздражение присутствовало. Оно неприятно щекотало где-то внизу живота.

До выходных мы не списывались. Если честно, меня так завалило работой, что я не успевал думать ни о чём постороннем. Бесконечные фотосессии, интервью, отчёты – им не было конца. Однако небольшой отпуск на два дня я себе всё-таки выбил. Собрал чемоданы и поехал в резиденцию мэра.

Путешествие заняло часа четыре. Эрик далеко забрался от города. Да и особняк находился вдали от цивилизации. Зато место крайне романтичное. На берегу небольшого озера. Площадь владений впечатляла. На огромной поляне, окружённой лесом, располагалось не только основное здание из белого кирпича, но ещё и небольшой дом для слуг, разумеется, бассейн, баня и всё, что бывает у богатых людей.

– А ты небедно живёшь, – улыбнулся я, выходя из машины.

Моего водителя сразу же увели туда, где живёт персонал, а Эрик проводил меня до огромной светлой комнаты.

– Всё на свои… скопленные, – хвастался Лайтвуд.

– Неплохо мэры зарабатывают. Видимо, ты не только городом управляешь, но и парочкой офшоров.

– А ты думал, зачем нам столько лент для перерезания? Ладно. Ты располагайся, я распоряжусь насчёт ужина. И пока молодёжь будет играть в бассейне, сходим с тобой на прогулку, покажу свою гордость. Конюшню.

– И даже это у тебя есть?

– Лошади – это моя страсть.

Он похлопал меня по плечу и удалился.

Я же пошёл в душ. Несколько часов в дороге вымотали. Холодные струи взбодрили.

Уже надев спортивные штаны и лёгкий джемпер, я вышел на балкон. И не успел полюбоваться шикарными видами, как услышал тихие стоны.

Они шли из соседней комнаты, а поскольку все двери были открыты, то я их различал вполне отчётливо.

Какой-то знакомый тембр. Я перелез через декоративную загородку, разделяющую балконы, и заглянул.

Что я творю? Но голосок отзывался где-то в груди неприятным молоточком.

Верхом на Томасе восседала голая Оливия.

Блядь!

Я сжал кулаки, а в глазах заплясали огоньки. Значит, так? Воссоединилась со своим опарышем?

С трудом сдержав рык, я вернулся в комнату. Картина не выходила у меня из головы: чёрные волосы, рассыпанные по белой коже, и сама она, такая податливая и плавная. Её стоны сводили с ума.

Дьявол! Я свихнулся, раз какая-то девица может вывести меня из себя.

«Кончила?» – быстро написал я сообщение.

Но ответа не получил. Да и она сейчас явно не будет ничего читать. Поэтому я стремительно покинул апартаменты. До конюшни шёл злой и, кажется, с каждым шагом закипал всё сильнее.

Эрик уже был внутри.

– Что-то невесел ты, мой друг, – усмехнулся он, завидя меня.

– Какой твой план? – подходя к чёрному жеребцу, спросил я.

– Ты про Томаса? Ах. Кажется, я догадываюсь, что тебя разозлило. Ха-ха. Дай время. Уже почти всё готово. Вопрос только к тебе… Перехватишь вовремя девчонку, и она твоя. Вижу… сердечко-то зацепи-и-ила.

– Не пори чушь! – Я взял себя в руки, нельзя показывать, что это мне выгодно, иначе он потом найдёт и на меня управу. – Ты обещал за неё пошептаться кое с кем. Как видишь, свою часть сделки я делаю. А ты? Я пока не увидел подвижек. Нужные люди молчат, и обо мне ни слова.

– Будет-будет! – успокоил Эрик. – Я своё слово держу.

Лошадей вывели, и мы их без труда оседлали. Дальше просто ехали рядом, обсуждали политиков и их решения.

В кармане завибрировал телефон.

«Рада, что вы всё услышали, – писала Оливия. – Как видите, у нас всё хорошо. Обломитесь! И да. Кончила. Не один раз».

Мы ещё посмотрим, кто кого. Я сдаваться не привык. Нигде.

Когда наступил вечер, все спустились к ужину, уселись за длиннющий стол, на который без перерыва что-то приносили слуги.

Оливия с Томасом расположились напротив. По другую сторону от парня села Саманта.

Было ещё несколько чиновников и молодёжь. У нас получился такой кулуарный вечер. Только друзья и родственники.

То, что происходило дальше, больше напоминало какую-то комедию. И я едва сдерживал себя, чтобы не расхохотаться в голос. Эрик действительно держал своё слово. Видимо, поговорил с сынулей, и тот просто завалил Саманту вниманием.

Каждый раз, когда он только хотел повернуться к Оливии, со стороны Эрика слышался лёгкий кашель, и Томас тут же переключался на вторую спутницу, отчего лицо моей куколки мрачнело всё сильнее. В какой-то момент даже стало непонятно, кто чья невеста.

Оливия уже сидела как кипящий чайник, готовый засвистеть. Скрестила руки на груди и просто смотрела перед собой. На меня ни взгляда. Будто я пустое место.

Добило её то, что Саманта неожиданно пролила на себя вино и побежала в ванную.

Под кряхтение Эрика Томас ломанулся следом.

Интересно, чем старый хрен пригрозил своему отпрыску? Лишить наследства? Или достаточно было отобрать ключики от тачки?

Но ситуация забавляла неимоверно. Особенно недовольное лицо Оливии.

«И так будет всегда, – набрал я быстро под столом. – В постели – с тобой, на публике – с другой».

У неё дзинькнул телефон. Она бегло пробежалась по строчкам и положила его лицом вниз. Откинулась на спинку стула. А потом снова взяла и вышла из-за стола, сославшись на головную боль.

Через несколько минут и я покинул гостей под предлогом важного телефонного разговора. Мы с Эриком заговорщически переглянулись.

Нашёл я её у озера. Оливия стояла на пирсе и стучала каблучком по деревянной поверхности.

– Ну что… – начал было я, но от неожиданности она вскрикнула, обернулась и в это мгновение потеряла координацию.

Руки замахали по воздуху, но я не успел подскочить. Оливия рухнула прямиком в воду.

Наконец-то я расхохотался в голос.

– Ну кто ж так в отношения ныряет с головой? Ты б хоть предупреждение дала.

– Помогите! – барахталась она внизу, то погружаясь в воду, то снова выплывая. – Я не умею… Плавать! Габ… Габриэль.

Улыбка быстро сошла с моего лица. Не думая, я скользнул в воду. Подхватил девушку.

Она так трепыхалась, что пришлось крикнуть:

– Успокойся! Твою мать! Ты нас обоих утопишь!

Видимо, у неё началась паника, и Оливия всеми конечностями попыталась за меня схватиться.

Решение пришло быстро. Я дотянул нас до столба пирса и вцепился в него. Девушка руками и ногами обвила моё тело. Мы пытались отдышаться.

– Ты можешь мне довериться? Здесь плыть секунду, просто не топи меня, я тебя вытащу.

– Нет! Нет! Не отпускай!

Она так прижалась, что я чувствовал, как сильно бьётся её сердце. Кажется, с водой у неё какие-то плохие воспоминания, раз она вызывает такой неконтролируемый ужас.

– Оливка. Девочка. Ты со мной. Я никуда не денусь.

Сейчас я говорил тихо и спокойно. Отпустил одну руку и гладил девушку по голове и спине.

– Ты не должна бояться. С нами ничего не произойдёт. Посмотри на меня.

Я чувствовал, как она трясёт головой, не соглашаясь.

– Мне, конечно, приятно, что ты вдруг перешла на ты и так крепко меня обнимаешь, хотя знаешь… давай останемся здесь. К чёрту. Мне нравится.

Оливия тут же отлипла от меня и посмотрела со всей злостью. Но её руки и ноги по-прежнему оплетали моё тело.

– Ты такой мерзкий!

– Антигерой? – хохотнул я.

– Противно. Перестань смеяться!

– Почему? Только ты способна утонуть в луже. Разве это не смешно?

– Бесишь!

Я придвинулся ближе к столбу, вжимая нас. Почти коснулся её губ.

– Ты сейчас… такая беззащитная. Я могу делать с тобой всё что захочу.

Мой хриплый шёпот едва был слышен за плеском воды. Но она не отстранялась. Кажется, эти слова возбуждали и её.

– Говоришь, кончала сегодня с ним? Но очевидно… – Я оставил невесомый поцелуй. – Ты врёшь. – Ещё один. – Я не слышал криков.

Её взгляд не отрывался от моих губ, она не сопротивлялась. Как зачарованная наблюдала за моими действиями.

Это был какой-то волшебный момент, когда она находилась в моей власти.

И этот момент, разумеется, нарушили голоса на пирсе. Мужской, а следом за ним женский.

– Да где же она?

Говорил явно Томас.

– Надо им крикнуть! – набрала в грудь воздуха Оливия, но я резко закрыл ей рот рукой, приблизился к уху.

– Из этой лужи я и сам тебя вытащу. Зато сейчас можно подслушать интересное.

Мы застыли в этом положении. А сверху продолжался разговор.

– Томас! Дорогой! Ну что ты за ней бегаешь? Она небось с Габриэлем. Нашли кустики и там вовсю тебе изменяют, – пропела Саманта.

– Она не такая! Лив…

– Да брось! – Голос стал почти мурлыкающим. – Что в ней такого, чего нет у меня?

– Надо её найти!

Удаляющиеся шаги.

– Смотри! Смотри!

– Что? Где? – снова прибежал Томас.

– Какие сверчки.

– Чёрт, Сэм!

– Томас! Это не смешно! Бегаешь за ней как тряпка. Вот она тебя ни во что и не ставит! Будь уже мужиком!

– А это как?

Несколько секунд молчания.

Оливия пошевелилась, пытаясь разглядеть что-то сверху. Но там была темнота.

Я же убрал руку от её рта и теперь просто держался за столб. От холодной воды тело стало потихоньку остывать. Девушка уже слегка вздрагивала.