AnaVi
Настоящему от будущего

Пролог. Баг-Лаг.

«Беспощадная сука, стерва! Беспрестанно мне треплет нервы…».

– Дебилизм какой-то!.. – Рыкнула шатенка, в который раз извлекая телефон из кармана дутой чёрной куртки, чтобы посмотреть: кто же звонит. А кто ещё может звонить до исступления и побелени-синения указательного пальца, тыкающего в экран и на иконку нерадивой овцы-дочери? – Ты опять прервала мне песню!.. Сколько можно, а?!

И, «снова» же дождавшись затухания экрана гаджета, как и воспроизведения той же композиции, продолжила идти к переходу на светофоре. Куда идёт? Фиг знает. Зачем идёт? Туда же! Да просто идёт и… слава богу, как сказала бы ещё бабушка, да и всё же «матери мать», мать-и-мачеха, тоже… ей. Так что!.. Да… уж. Сбежала из этого здания, которого даже «домом» не назовёшь, и ладно. Уже: неплохо! Ведь и… Куча требований. Куча обязательств! Куча «долгов»… А перед кем? Перед теми, кто ежедневно и ежечасно тыкают в её ошибки и лажи? Кто примет любую её вину, но и только не свою? А ещё и свою-их на неё навесят – и… будут ждать признаний. Вот и фиг «дождутся» – в этот раз!..

А поправив чёрные большие наушники и синюю тёплую шапку-бини, поверх которой они и были ещё взгромождены, она и подошла уже к самому переходу. Два часа ночи! Тишь да гладь… Никто тебе не нужен. И ты никому не нужна!.. И почему вот ещё нельзя отключить функцию звонков и смс (в т.ч. голосовых, да: ведь и, боже упаси, но и «после звукового сигнала» – орать ещё что-то в трубку; и кто, блин, их ещё слушает?!) – и оставить только музыку? Да, для таких, определённых, вещей – есть плеер! Но и… ничто не вечно под луной. И техника тоже имеет особенность – разряжаться и уходить, «отходить ко сну». Не в то время… И не в том месте! И валяется же ещё где-то сейчас, в рюкзаке за спиной, и «просит еды». Самой бы – что поесть! Но «тратить»? Коне-е-ечно. Бежит и тапочки теряет! Вот заснёт эта истеричка или уйдёт уж и в литургический сон, кому и «зимнюю спячку», и тогда поест. Придёт на кухню – и поест!.. Как белый человек.

Телефон, между прочим, тоже не спешил радовать свою хозяйку долговременной «музыковой изоляцией» от мира. Ещё пара-тройка песен – и «аля-улю»! И надо ж ещё было так… Закатить скандал, когда и вся почти что техника, именно её, и дышала-то уж на ладан. А переносную зарядку – взять никто не удосужился! Теперь – ходи вот и броди, пока последний друг и ни оказался вдруг… и придётся, как ни крути, а, да, возвращаться.

Да-к и перевалило ж уже – за три часа гулянок… А шатенка даже и не думала останавливаться, выбрав маршрут – только вперёд, – она следовала ему неукоснительно и, собственно, вижу цель – не вижу препятствий-трудностей. В эти трудности, кстати, могли входить: открытые люки, заборы, парковки, машины, мусорки, лавки, дома… Но руфером побыть не удалось, с паркуром та же тема, а по крышам машин – она ещё ходить не такая рисковая, так что приходилось обходить и добавлять к шагомеру пару не лишних.., но потом всё равно возвращаться на «путь истинный» и… идти дальше. Движение – жизнь!

– А чего, собственно, я стою? «Красный». – Проверила. – Машин – нет! Людей – тоже… – Пере-проверила. – Ну и пусть: красный. Может, я люблю – красный. А зелёный, как раз таки, не… «Нет»! Да, так и скажу дяденькам в полицейской форме, что у меня фобия такая – боязнь зелёных цветов. Всех! В том числе: на их форме. И ка-а-ак драпану!

Но и стоило ей только сделать шаг на проезжую часть, как… рядом присела разноцветно-счастливая собака и… стала ждать «зелёный», чтобы адекватно перейти.

– Да чёрт!.. Не говори только, что и ты – зелёный ждёшь. – Взмолилась шатенка. Собака же лишь одарила её спокойным взглядом своих тёмных глаз и вновь взглянула на циферблат в одной из секций светофора, где и оставались-то уже, кстати, считай, считанные же секунды. Но!.. – Да и будто ты что-то там видишь… А если и «видишь» – то не понимаешь. Цветов ж – не разбираешь!.. Пошли на «красный», а? Вместе – веселее.

Собака опять взглянула на «лишний источник шума» и… снова отвела глаза.

– Говорю с собакой!.. Крыша – съехала: где мои санитарчики с рубашечками? Где и белая машинка с крестом? Не-т. Значит, не до конца «съехала». Но и уже близка к этому. Я ж говорю – сама с собой… Ла-а-адно. Постою – с тобой. «За компанию». И без музыки!

И, отключив наушники, как и блютус на телефоне… со «звуком», уже задолбавший своим «тупым рингтоном» перебивать качественную музыку, она убрала, наконец, всю технику в рюкзак и… уставилась в ту же самую точку, куда смотрела собака. Правду говорят!.. Хочешь избавиться от прилипалы-песни – поставь её на звонок. А ещё на смс, ммс, оповещения в соц. сетях и… будильник. Последнее – как нельзя лучше отучит, разучит и заставит просто ненавидеть эту чёртову песню! Но ещё помпезней – поставить на мать и… при «ссоре». Вот там-то – она вынесет всё, что было в черепной коробчонке!

Оставались последние секунды, когда таки появилась единственная белая машина и… затормозила у перехода. «Зажёгся зелёный»!.. И девушка пошла вслед за собакой, которая уже и скрылась из глаз, перебежав всё же да и быстрей неё самой и этот «кусок».

– Больная!.. Разговаривающая сама с собой… и собакой. Которая и нормально ответить не может. Так и «черепаха»! Знала бы та, как общаться, уже бы ославила меня по подворотням и на полстраны, если не мира. – Усмехнулась она, таки преодолевая переход.

И надо было ей только покинуть «зону видимости» одной машины, как она увидела другую, так и явно же её ещё не заметившую и не замечавшую на всём пути – из-за той, первой машины. Скорость, к слову, она тоже так и не сбавила!.. И шатенке оставалось – разве что мысленно попрощаться и увидеть свою жизнь в «быстрой прокрутке»: если бы не поток ветра, буквально подхвативший её и унёсший… «человеческими руками».

Не поверив сразу и своим глазам, даже развернулась, но увидела лишь нечёткий силуэт… темноволосого парня, который вынес её с проезжей части. А дальше – пустота!..

–

Прогуливаясь не спеша по тёмному парку, брюнет уже собирался возвращаться, так и не найдя ничего интересного или того, что требовало его внимания-вмешательства. И он уже было хотел покинуть это место, как увидел девушку, переходившую по зебре.

И всё бы ничего, да только следом последовал скрип шин и рёв мотора машины, которая явно как ещё, так и уже не собиралась сбавлять скорости и неслась прямо на неё.

– Вот же ж.., недотёпа! – Закатил глаза он и ринулся к ней: на всех и своих парах.

В секунду, буквально, преодолев расстояние до неё, а затем и до другого тротуара – он ещё пару раз «лестно» обозвал незнакомку, дурного водителя и… испарился.

А очутившись уже и на подходе к дому, только тогда осознал и, главное, ощутил… ту тяжесть, что до сих пор была на нём… и в его же собственных руках.

Та девушка!

Он что, так её не опустил и не отпустил-оставил «там»?!

– Блять!..

*

– Короче, ты его «валишь» – на чём только свет стоит и тьма лежит: по всем фронтам!.. – Хохотнул темноволосый, попивая виски и слушая своих друзей: являясь, к тому же, самым старшим и опытным… в их сборище – он прямо любил устраивать такие «летучки» и подведения итогов по вечерам, где и сам любил, не без этого, отличиться. Этакие ещё «пижамные вечеринки», не выбивающиеся из общего полумрака гостиной на первом этаже, прерываемого разве светом от и достаточно большого настоящего камина.

– А что делать, физик-ядерщик, конечно, прекрасная и жизнеутверждающая профессия, но… не в масштабах Земли и её последующих катаклизмов! – Развела руками брюнетка, подливая ему виски, а и младшему из них – яблочный сок.., типа ещё «в цвет».

– Молодец, Жень!.. Как и Никита. Прекрасно справились! Если б ты так ещё Бузову от микрофона отвадил, как делаешь это со своей «жертвой» – мы бы вообще горя и забот не знали. А то одни обузевшие, другие охреневшие… «Дисбаланс»! – Хохотнул тот.

– Если бы да кабы… – Фыркнул шатен. – Что «дали» – то и делаю! Как могу и… получается. Да и история ведь не любит, типа, сослагательных наклонений…

– Ну да. Ну да… – Улыбнулись ребята. – Не скажи!.. Не, и не говори…

– И как же прекрасно быть: исключением из правил. – Сыто хмыкнул Ник. – За нас?

– «За нас»! – Взметнулись бокалы, плюс ещё и с вишнёвым соком, да и только всё чокнуться не успели… «Бокалами» же!

Открылось дверь – и в дом вошёл… тот самый брюнет. Так и не один! С ношей же и ещё… на руках. Правда, и не понятно же только пока – «ценной» ли. Хотя…

– Матерь божья!.. – Раскрыл глаза старший, так и насколько это ещё-уже было возможно, без и всякого же нацизма-расизма, по факту, и, поставив свой бокал на стол, так и не выпив, рванул прямо с места и в карьер, то есть к другу. – Эт-то как?.. Это что?!

– Это «аллергия»! – Выкинул руку вверх Никита и… замер под и почти всеми хмурыми взглядами сразу, устремившимися на и в него. – Ну, реклама ж ещё такая была… Не помните? Да ла-а-адно вам!.. Обстановку… просто… уже пытался разрядить.

– Она ещё – не «заряжена»… – Покачала головой Женя, не сводя своего серьёзного карего взгляда с явившегося-не-запылившегося. – Но – будет. Какого чёрта, Тём?!

– Лажанул… – Признался брюнет. – Спас – «на автомате» и… перенёс-принёс, вот, тоже на нём. Хотя помню, что опускал… ещё там, как и отпустил… вроде. Правда, Толь!

– Куда?.. На наши плечи… и уже здесь? И-ли «шеи»?!

– Ладно.., Жек, спокойно. Давай: разбираться! – Вмешался в перепалку Анатолий.

– Давайте без «давайте» – и вначале куда-нибудь её всё же денем… – Предложил Никита, забирая, с виду, уже и задремавшую девушку на свои руки и унося её на второй этаж. – Например, на чердак!.. Или «в кладовку»… Но – и не в подвал же всё её, верно?

– Ник! – Крикнул ему снизу темноволосый.

– Да шучу я. Шу-чу! Шутка… такая. – Покривлялся шатен, после чего, спустя и каких-то несколько минут, снова показался на лестнице. – «В гостевой» она, ну, если что.

– Надо её вернуть обратно… – Прищурился Артём, уже обдумывая план возврата.

– Класс! Прекрасная идея. А главное – своевременная. – Взглянула на свои, а после настенные и напольные часы Женя, убедившись, что «доступное время» ушло. – Дерзай!

– Как ты хоть так? – Нахмурился Толик, решив хоть в одного быть в нейтралитете.

– Да блин.., ринулся спасать её – из-под колёс! Перенёс на тротуар и… всё. Поставил её… Или не поставил. Не помню уж! Как отшибло…

– О-о!.. А можно я – предположу? – Начал прыгать с поднятой рукой Никита. И вновь все глянули на него. Впрочем, проще же «поддаться», чем… – Не «поставил».

– Только у двери ощутил – вес, «тяжесть» и понял, что… она ещё со мной. – Никак не отреагировал брюнет и на того реплику, следя за реакцией Жени. – Я – не специально!

– Ещё бы: ты и «специально»! – Зыркнула на него девушка и тут же опустила взгляд, продолжая-выцеживая. – Есть… Были уже такие: не-специальные. Ага… Хватило!

– Да, братцы-сестрицы-тунеядцы, по головке нас с вами – не погладят…

– Нам её снимут, Толь! Какое «поглаживание»? – Истерично хохотнула девушка. – Он её – вырвал из «потока»… Забрал из событий! Всё. Её там – нет. Она есть – здесь! Но и здесь – вряд ли задержится, если… когда узнают верхи. А они ведь – узнают! И…

– Будем прятать… – Развёл руками Артём. И, казалось, впервые, да и так ещё противно, проскрипела кожа его чёрной кожанки, и звякнули металлические вставки. Не говоря уж и за дырки в чёрных джинсах – так и хотелось ж сыграть с и ними: «в крючки»!

– И как долго ты собираешься её «прятать»? Всю жизнь? Чью, хочу спросить, тут же? Они же – ведут архивы. Ведут: людей! Каждый… Каждый – у них на карандаше и… в зоне видимости-контроля. Стоит одному элементу выпасть – и это всё… всё рухнет, как карточный домик. Ещё нужны примеры? Или хватит последнего: про «Эффект бабочки»?

– Что ты от меня-то и уже – хочешь?! Что случилось – то случилось…

– Чтобы ты башкой своей думал, хотя бы иногда, хотя бы и изредка… И не приносил нам ещё большего геморроя на задницы!.. Хотя и куда уж… «больше-то».

– Я устал, ладно?! Да, мы тоже можем выматываться, рвя и разрывая эту самую задницу – в угоду тем придуркам и этим, что так и норовят свести концы с концами и… жизнью! Не я первый – не я последний… «Шарики за ролики» – могут заехать у любого!

– Но почему-то заехали – именно у тебя. Именно – на и с ней! И… Именно: сейчас. «Устал»? Де-ле-ги-руй! Дели работу на всех – и не загоняйся… лишний раз. Поверь и мне, ты конкретно облегчишь и нам самим ещё задачу и ту самую жизнь, если не будешь «перерабатывать» и, таким ещё образом, приносить невесть кого в наш дом!

– Ребята… Ре-бя-та! – Буквально ещё «втиснулся» между ними старший. – Ладно. Всё уже, и правда, сделано. Обратно мы это уже и сами – не вернём. Во всех… смыслах! Будем плясать – от этой стенки: и разбирать проблемы – по мере поступления, окей?

– Зря ты их остановил – могли бы и на ставках… сыграть! – Вставил и свои пять копеек вновь Никита. – Типа ещё: «кто кого». И… Не казино же, ну. А? А?!

– Нам и одного игруна – достаточно… было. – Фыркнул Артём, запоздало осознавая, что и так же снова схватил «за живое». И, закусив губу, собирался уже бросить всё на тормоза, как и холод, и извиниться, но процесс уже был запущен и… не остановим.

На мгновение, лишь и на долю секунды, но в её глазах напротив отразилась такая боль и прямо непередаваемая мука, что их хватило всем. Чтобы и все же, без исключения, осознали и ощутили их, как ощущает до сих пор сама девушка!.. Она же – только и успела: проклясть момент, когда дала волю эмоциям и позволила выйти им за броню… на показ.

– Жень…

– Толик – прав! Но завтра – кому-то из нас всё равно, всё же придётся поговорить с ней и… объяснить ситуацию, суть случившегося, как и процессы, за сим последующие.

И, развернувшись на пятках, направилась на второй этаж… К себе в комнату!

– То есть, мы её – оставляем? – Решился-таки уточнить и это тоже Артём.

– Заметь, не самая худшая твоя идея – за сегодняшний день… – Горестно усмехнулась девушка, продолжая ход наверх. – Сразу после: «вернём её обратно»!

– Не задался и как-то всё денёк, да? – Поджал губы Никита. – «Под конец»! Кхм…

Глава 1. Демка.

«Избавь нас, Боже, от тех, кто думает, что исполняет его волю».

– Доброе утро! – Поприветствовала троица парней входящую на кухню девушку.

– Ага. – Кивнула брюнетка, долив кофе из турки и облокотившись на мраморную столешницу. – Мне такой ужасный сон приснился!.. Надеюсь, сегодня – не пятница?

– Нет, «четверг». А что?.. – Изогнул свою тёмную бровь Толик.

В то время, как и за их спиной раздались тихие шаги и, сидящие же так до, на них и развернулись, чтобы встретить «гостью». На что и Женя же – лишь спрятала глаза в свою белую кружку с котом Гошкой, раз сто закатив их и проматерив всё: на этом свете-тьме.

– Значит, со среды – тоже вещие! – Фыркнула затем она. – Не «приснилось».

– Эм.., а что случилось? – Потёрла глаза шатенка. К слову, Никита её так и не переодел, как и не раздел! И ведь как ещё не запарилось-то – в синем свитере с оленями и чёрных тёплых лосинах? Хотя… – Вы кто и что здесь делаете?.. И что здесь делаю – я?!

– М-мм… Удачки! – Подмигнула всем троим же Женя и ушла в гостиную.

– А ты?.. – Не понял Никита, крича уже и в удаляющуюся от них всех спину.

– Ну, вопросов три – и вас трое. Вперёд!.. Потом всё дружно же и расскажете… – Помахала ручкой девушка, поиграв ещё и пальцами в воздухе, так и не развернувшись.

–

– Эх, всё хорошее – когда-нибудь заканчивается… – Надула губки Женя, откладывая средней толщины бумажную книгу и допивая остатки кофе перед камином. Ночь, не «ночь», день, да, день, но и эстетика – на то и эстетика, шоб быть: в принципе!

– Вы – «MBAND»!

– НЕТ!

– «Девятнадцать»! – Откинула голову на спинку бордового кресла девушка и залилась тихим… похрюкивающим смехом. – А это, действительно, ве-се-ло…

– Женя, спасай! – Влетел в гостиную Толик и почти упал рядом с ней и у её ног.

– Я люблю – чётные числа! – Смерила его ехидным взглядом девушка.

– «MBA-A-AND»!

– НЕ-Е-ЕТ!

– Господи, Толь, ты куда слился-то?! Мы что, «одни» должны – это терпеть?

– Да! – Подняла руку с чашкой в победном жесте брюнетка, между делом, но и не вслух, отвечая сразу же и всем. – Что, кашевары-поварята, не справляетесь? А и точнее – один, главный повар и… «варитель»! Заварил так, что расхлебать и сам теперь не может?

– Ладно тебе… Давай жить дружно, м? Как и всегда! Да и если вдруг в следующий раз «лажанёшь» ты – мы уже и мимо ушей это пропустим, м?.. Договорились?

И «позариться» бы ей, сказав да, и на эти же всё оголённые торсы с накаченными спинами и кубиками, так ещё и сплошь и рядом в татуировках, над трениками, не говоря уж за руки и ноги: да, вот, и был уже такой один… и сплыл. А ведь и ей хватало-хватило – и тех же всё его блядских, и буквально, серых… «линз». Да-да! Даже «зеркала души» его – были искусственны, а что уж говорить и за… Да и стоит ли уже и… в самом-то деле?

– «Если» здесь – главное слово… А в ответ: никогда! – Покачала головой Женя и тут же пожалела о сказанных словах – ведь и Толик накинулся на неё, обнимая и щекоча.

– Ну, войди ты ещё и в наше сейчашнее положение!.. Последний-предпоследний раз. То есть, «пре-последний», да. Первый… и последний! Просим-просим-про-о-осим…

– Ох, знаю я вас. И нас. «Последний», ну да!.. Ладно уж, только слезь уже с меня! – Крутилась под ним брюнетка – не в силах избавиться от его рук, своими же держа ещё и длинную серую футболку у колен, чтобы не задралась: будучи ещё и без шорт под. Не говоря уж за кружку и… И да, сегодня она была почти и тотал-парный-лук с Тёмой! Ну а что? Во-первых, живя с парнями – чуть ли и ни сам бог, опять же, велел вещей подтырить. А и во-вторых, будет, будет ещё и на других улицах этот… своеобразный праздник, и «белый Никитос», и «чёрный Анатолий», и тут тоже – без всяких доньев: нагонит… ещё.

– Спаси-и-ибо!.. Спасибо-спасибо… Преспасибо.

– Не за что… пока. – Поправила всклокоченные «покатушками» волосы Женя и встала с кресла. – Капец, блин!.. Он – натворил, а я и исправляй. Я б поняла, если б девушкой его была, невестой, женой.., любовницей, в конце концов, но и я-то ему – кто?

– Друг! Лучший… друг. А лучшие друзья – ещё больше заступаются друг за друга!

– Ну-ну… – Фыркнула брюнетка и вошла в кухню… под восхищённые и молящие глаза двоих из трио. – Это не одолжение и не услуга! Своим ором – вы вынесли мне мозг.

И, убрав кружку в посудомоечную машину, развернулась вновь к выходу, добавив:

– На пару слов… За мной!

– Эм.., это она – мне? – Уточнила шатенка.

– Не им-то точно!.. – Крикнула ей уже и из глубины гостиной Женя. – Их рожи – я каждый день вижу… Хватает и хватило, знаешь ли. Впрочем, ещё и сама узнаешь!

–

– Можно? – Постучалась в дверь гостья, благо и Никита помог сориентироваться.

– Заходи!.. – Махнула рукой Женя, как только в небольшом и всё же проёме между тёмной створкой и не более светлой стеной появилась курчавая голова шатенки. – Как говорится ещё: «…не бойся, уходи – не плачь». Садись, да, разговор будет… «тяжёлым»!

И, кивнув, девушка прикрыла за собой дверь, присев на кровать, заправленную шоколадным пледом-покрывалом, напротив брюнетки, «оценивающей» и по-своему ту.

– Саша. – Решила уже и хоть с чего-то начать с той шатенка, спустя время.

– Женя.., как ты и сама, может, слышала. – Кивнула ей девушка, ухмыльнувшись.

И вновь – повисла пауза.

– Эм.., а они?

– Нет. Они, и правда, не… «MBAND». – Улыбнулась брюнетка, слабо уже и сама представляя – кто это, но… и не отрицая «возможного сходства». – Но… похожи?

– Не то слово! Одно лицо. Не говоря уж и за дом – в стиле… братьев Сальваторе!.. – Начала было и распаляться-то Саша, но была остановлена серьёзным взглядом Жени, хотя и скорее вдумчивым. – А ещё прям: «Русский, казах и украинец зашли в бар и…».

– Почему нет!.. Каждому – свой рай. Для меня ж они – те самые старушки из Геркулеса, что «ткут судьбы». Но и об этом – позже! Если я свалю весь пласт информации на твою голову сейчас – она взорвётся. А тело – придавит грузом плеч, оставив ошмётки: из костных останков, мяса и крови. Будет… некрасиво. Но – эпично! Ты любишь: «эпик»?

– Не… очень, если честно. – Сморщилась та.

– Жаль… – Прикусила губу Женя. – А я – люблю! Но – и не люблю особо убирать, так что… Мы с тобой, считай, уже: на одной волне! Чисто, по твоим вопросам, заданным ещё ранее и не мне: тебя перенесли, перенёс Артём, «случайно»… насколько мы уже поняли, ты у нас дома и… Добро пожаловать! «Кто мы»? Мы – путешественники во времени! И как бы топорно и пошло уже ни звучало… «Из будущего» – чтобы и ещё проще. На данный момент, волею же всё и того же Артёма, ты тоже, вот, в будущем. И… Как бы смешно всё, опять же, ни звучало – просто прошу не перебивать пока. Да! Мы – обычные люди, как и вы: за исключением того, что не стареем и не умираем; а так, выполняем, как и вы, свою работу. Так как мы знаем, что и где случится – мы способны повлиять на это, либо оставить всё, как есть: зависит от процессов, последующих или нет за этим. Если всё идёт положительно – мы не вмешиваемся: если прям отрицательно – мы тут, как тут. Всё просто! Если ты нужный элемент в этой системе – ты живёшь и мы тебя спасаем: если не особо – мы не влияем. Ни-как! В том же ключе, если ты, как мой прошлый «клиент», собираешься капнуть в ядерную физику и взорвать к чертям пол Земли и неугодные континенты – ты дальше школы и-ли университета не пройдёшь. На работу тебя не возьмут. Ты провалишь все возможные собеседования… И устроишься в какую-нибудь кафешку, где принесёшь куда меньше вреда. Вопросы? Истерики?! Слёзы?

– Я… слышала об этом. – Задумалась шатенка. – Даже и читала нечто… что-то подобное! Но и думала, что именно научную фантастику: по факту – чушь несусветную.

– Как видишь уже и сама – нет! В противном случае, я бы перед тобой тут сейчас не сидела и не распиналась… ещё и об этом. А и изначально – Артём бы не принёс к нам тебя: на содержание-передержку. Но и ты – здесь! Мы – с тобой. Я – перед тобой! И… «Шутка» была бы – знатно короче, коль и смеха было бы чуть больше… правды, нда.

– «Пе-ре-нёс»… Что значит: перенёс?

– То и значит! Забрал тебя из «того» мира и принёс в этот – на десяток-другой лет вперёд… «Дословными исчислениями» – мы не занимаемся! Эта работа – высшего каста. Но то, что ты и там, возможно, уже бы «выросла» и даже, может, умерла – да, такое…

– «Высший каст»?.. Типа: вселенная, судьба и… карма?

– Это… синонимы. И нас же, в том числе! Люди перевирают – на свой лад. Играют и в «сломанный телефон»… по жизни. Но и «чем бы дитя ни тешилось…», собственно.

– Что, как ещё и… масоны?

– Со второй попытки. Молодец! А ты – соображаешь… Хоть и долго запрягаешь!

– То есть, я правильно понимаю, что меня там, несколько же десятков лет назад, не нашли сбитой и на дороге. В принципе: не нашли! И могли похоронить уж… пустой гроб?

– Я предположила, Саш. Не цепляйся к словам! Могло случиться – не значит, случилось: и тебя черви едят… духовно. Слушай! Ты же знаешь и про: рай и ад, тьму и свет.., Инь и Ян? Вот и представь, что эти две параллели – проистекают в человеке. Ангел и демон. Свет и тень… И тебя просто… раздвоило! Одна часть осталась там, другая – здесь. Будто появился, наконец, брат-близнец или сестра, которых и так каждый из нас ещё хотел, вместо себя и… которая так же легко и просто заменила тебя. Как вариант, опять же! Типа, добрая здесь, а злая там… Ну и… как-то так! Не все и не у всех, да. Но…

– А!.. И с тобой – так же.., получается.

– Да. Может, и с тобой… «Проверим»! Но я-мы – и не единственные, если что… Так-то, знаешь, мир – огромный. И нас… четверых – не хватило бы: на каждого и в нём!

– Э-то-то, да.., поня-я-ятно.

– Ну и отлично! И пока – достаточно. Пор-ци-он-но!.. Теперь мне – не понятно. Рассказывай, что ты делала на дороге одна, в столь поздний час и… где были твои глаза?

– Так вы же – всё про всё и всех же, вся знаете и ведаете! – Изогнула бровь Саша.

– «Издеваешься», да? Мы знаем – за тех, кто нам достаётся. И я тебе ещё раз напоминаю – про размеры планеты, в общем, и мира, жизни, в частности. Ты – не была в нашем поле зрения: до этого самого момента. Бывают в жизни – и не такие… огорчения!

– С матерью поругалась… в очередной раз. – Сразу же как-то и осунулась девушка, опустив взгляд своих зелёных глаз и на покрывало, играясь и до этого пальцами с ним. – Ушла и из дома… Включила музыка погромче – и пошла, куда глаза глядели и… глядят!

– И куда они, не «прости меня», глядят, точнее и именно уж «глядели»?

– Да блин.., не увидела вторую машину, как и та меня! Первая – закрыла весь обзор и… Когда я её преодолела, собственно, и увидела ту! И водитель её – меня.., наверное.

– Вряд ли Артём докинул тебя до тротуара – за секунду, как и за столько же «перенёс»… Мы хоть и быстрые, но и не настолько! Впрочем, да, если тот что-то и смог заметить, то пятно, вихрь, не больше, да и спустил это: на какой-нибудь мусор или птицу.

– Но и если он меня всё же перенёс, как и забрал, может, я нужна для чего-то тут?

– А фиг знает, что ему и в голову-то всё вдарило – в тот момент, действительно. Сказал, что устал и… на автомате скрылся с тобой на руках, забыв тебя скинуть. Собственно, мы это и делаем: скидываем!.. Оставляем на пусть и почти, но и том же самом месте и… «исчезаем». Но он решил поменять правила игры и… вот: ты – здесь! Может… А может, завтра нам прилетит весточка о правильности его поступка и ты в будущем – какая-нибудь известная и неприкасаемая, но и деспотично-властная личность… Но это – не оправдает его перенос тебя и сюда! Никоим образом… Придётся «отвечать»!

– Его… будут ругать?

– Ребёнок, здесь никого не ругают! Здесь – голову снимают, линчуют, растлевают, разрывают на части.., но не «ругают». Вообще, знаешь, я не обращаю внимания на твоё странное поведение, всё-таки до тебя ещё туго доходит – я поняла это и, может, тебя завтра накроет: но вот беспокойство – за него, а не себя? Ты понимаешь, что не вернёшься? Что мы тебя обратно – не «скинем» и… Отвечая на твой незаданный, но и такой долгожданный вопрос: три минуты – порог для возвращения. Артём их – преодолел. И… Обрёк тебя – на и вот это вот всё! Не знаю… Жизнь? Существование? Как угодно-удобно назови, а всё – одно. Ты, вообще, как – относительно этого? Я так же поняла, что семейная ситуация – не ахти какая и тебе без разницы где: лишь бы подальше и от неё, но… Всё же! Это и не повод-довод – так спокойно реагировать и всё принимать.

– А что ещё мне остаётся? Ты же и сама сказала, что: не вернусь! Да и вы меня сами – отправить назад не сможете. Только и остаётся, что… понять, принять и…

– …похоронить. И ты… не злишься – на него?.. На «нас»?

– Немного, но и скорее – не из-за эгоизма и «безответственности», а из-за того, что… передо мной сейчас и здесь сидишь именно ты, а не он, как и это всё, вот, говоришь.

– Хочешь… «поквитаться»?

– В глаза посмотреть. Причину узнать!.. «Отношение» – и к этому, в конце концов.

– У тебя будет – такая возможность.., но завтра, хорошо? Попытайся ещё хоть немного поспать и… прийти, наконец, хоть и всё немного, но и в себя. Перевари – всё это. Пойми и… Прими уж прям: до конца. А и уже «завтра» – обсудим или обсуди-те, вот, с ним же: вдвоём и, возможно, так же… не «наедине», так и тет-а-тет. А вдруг: и повезёт!

А закрыв уже и сама дверь за своей гостьей, Женя тяжко выдохнула, искреннее соболезнуя и сопереживая Саше, но сбрасывать и совсем маску холода и отрешённости не собиралась: жалость её никому не сдалась, тем более и сейчас, когда, по факту, всё уже, и впрямь, сделано – и нужно теперь, как сказал ранее Толик, «…плясать – от этой стенки».

–

Перевернувшись на другой бок, брюнетка чуть приоткрыла глаза в полудрёме-полусне, что-то услышав вне их, и резко дёрнулась, заметив тёмный силуэт перед собой.

– Прости! Я… – Защебетала шатенка, вытягивая руки в примирительном жесте.

– Твою ж!.. Нельзя же ещё и так пугать. – Прошипела Женя, прижимая одну руку к груди, а вторую – ко лбу. После чего – рухнула на спину и… стала следить за передвижениями вставшей гостьи. – Я ж и вырубить тебя могла! Ты… лунатишь, что ли?

– Нет, я… заснуть не могу: на новом месте. Тяжко… спится – на нём! Ну, может, знаешь… И это – не за и про «жениха»! Просто… Прости ещё раз, в общем! Я… Я больше и «так» не буду. – И, опустив взгляд в пол, собралась было уже вновь удалиться, как: – Стой!.. Куда ты и сейчас пойдёшь? Хочешь и весь дом ещё поднять? Оставайся… уж!

И, хоть и слабо кивнув, девушка всё же присела на ближне-дальний край кровати.

– Я – не кусаюсь.

– Прости-и, пожалуйста!.. Тебе ж ещё, наверное, и сон какой-то снился, а я тут…

– Во-первых, прекращай уже извиняться – ты истратила и свой лимит совершенно, а во-вторых, нам ничего особо не снится. Да и не такая это необходимость, как для вас… и сам сон! Скорее – для «галочки». Порой, нас и ночью срывают. Ну, ты знаешь!.. Так что…

– Да уж.., надо ж было и так ещё… погулять.

– На самом деле… – Усмехнулась Женя и села в кровати, опираясь на резную спинку из тёмного дерева и оправляя подпрыгнувшую чёрную футболку на себе под тёмно-бежевым хлопковым пододеяльником «облачка»: шёлк простыни и наволочки – она тоже не переносила. – Мы должны тебе, как в принципе, так и были с Толиком и Ником «Спасибо» сказать: ты оказала нам огромную услугу!.. Благодаря тебе – эта «гора мышц с наскальными рисунками» проштрафился и мы все сравняли счёт. А то тоже нам.., ангелок!

– То есть, до этого – он не косячил? – Округлила глаза Саша, подсаживаясь ближе и обнимая ноги перед собой руками: не особо, впрочем, уже и сама заботясь о «своей» же белой футболке – среди своих же ещё; и пусть больше «как бы».., но и чего стеснять-то?

– Не-а. – Хихикнула брюнетка, пусть всё и не до конца, но и приоткрываясь ей.

– Подожди! Но… Чего ж вы тогда его игнорите и прям «грязью-то» поливаете: за спиной и… иногда и в глаза?.. Ты же всё, кстати, и в основном! – Нахмурилась шатенка.

– Подслушивала, когда поставили подглядывать и наоборот? – Ухмыльнулась та.

– Снова. Да. Но и!.. «Немного». – И ещё показала это, сократив расстояние между указательным и большим пальцами правой своей руки Саша. – Не для «компромата», а… скорее и для понимания ситуации, в целом, и вас, в том числе и в ней же, в частности.

– Чтоб… неповадно было. На будущее ещё, так сказать! Это ж только кажется, что мы – куда ответственней и организованней, а на деле: только дай повод, «руки развяжи»… – и ад заледенеет, как и небеса развернутся, быстрее, чем и можно было лишь подумать.

И гостья задумалась… на мгновение! Впрочем, как и хозяйка опочивальни.

– Можно было, конечно, сразу же замять, войти и в его положение тоже, всё-таки мы и сами ещё – небезгрешны и «косяк на косяке», но… Нужно понимать – градус ответственности: за свои поступки! И… Что эта «безнаказанность» – рано или поздно приведёт к хаосу. Если он вымотался и устал – он, конкретно же всё и здесь, должен был поделиться с нами: и мы бы поделили работу на всех поровну. «Работоспособность», да, тогда бы снизилась, но и зато – не было бы подобных «казусов».., вроде тебя. Ничего личного! И не в обиду. Но это может плохо кончиться: как для нас, так и для тебя. Если… Когда узнают, что у нас, мало того, что «на иждивении» человек, так ещё и «нагло вырван из событий» – это будет ор и… разбираловка конкретная. А если ещё докажут – твою важность в том мире и что мы её прям зарубили на корню – «живым» вряд ли кто выйдет.

– Такое уже было, то есть «бывало»? – Сглотнула Саша, лишь и представив, как…

– Ни разу! Но и, как говорится, ещё: «Никогда не говори “никогда”»! И ты – тому пример и прям… подтверждение. Не исключение! Хоть и не «правило»… тоже, да.

– А что… что они сделают и со мной?

– Без понятия! Но и ясно пока одно, что ты тут – на птичьих правах: до первой явки кого-то сверху. А там… Обратно тебя – не вернёшь! Во времени: не перенесёшь. Разве что – они! Но и… будут ли они сами связываться с тем, от чего и, так уж вышло, что проще массово запретить, взять и избавиться, чем и?.. Да! Есть, конечно, и всегда – «крохотный шанс», что тебя оставят под нашу «опеку», при условии обучения тебя и под нас, но…

– Да.

– Что: «Да»? Ты толком-то и сейчас – ничего не знаешь: поверхностные факты о ситуации и нас, в целом, но не в частности. Как мы работаем! Что мы делаем. Как это всё происходит!.. А уже: соглашаешься. Но… Твой энтузиазм – похвален: по крайней мере – в рамках мыслительных процессов. Ты соображаешь – уже что-то!.. Впрочем, выбора-то у тебя особого и нет: либо к нам, либо… в небытие. Ну, если я правильно представляю и помню ещё со слов «учителей»: отказавшись от предназначения – мы окажемся… там же!..

– Когда начинаем? – Загорелась прям и с утроенной силой идеей шатенка.

– Вот она!.. Который час, юная леди? Я – не джентльмен. И ты пока – не дама. Так что… Да и вообще! Вам на боковую – не пора?.. Как и нам! «Мне». И уже! Завтра – поговорим с парнями и… придём к обоюдному решению. Как и всегда! Завт-ра. «Всё».

– А м-можно мне – и с тобой?.. – Попросила-сь та. И тут же добавила! – Я могу – и на полу.., если что! У двери… там и на коврике даже, если уж и «тем более»: не у кровати.

– «Может» она… Ложись рядом, но – без фокусов. Если я вдруг так же неожиданно открою глаза, а ты на меня смотришь – я тебе их зашью и-ли выколю.., дай только повод!

– Так вот, что случилось – с твоими мишками и кук… Понял, не дурак! – Отрапортовала Саша и упала подле брюнетки, сразу же крепко-накрепко закрывая глаза, что и, глядишь, веки треснут!.. Так и не увидев улыбки напротив и как та показала язык тёмному углу с компьютерным столом и полкой с книгами и… игрушками. И пока никто не спросил: «Зачем и почти тридцатилетней – это всё?». А чё. Они. Вот. Смотрят?! Всё.

Глава 2. Имба.

«Не Бог делает мир таким, а мы – люди!».

– Доброе утро! – Поприветствовали ребята спускающуюся и потирающую ещё сонные глаза девушку: вот уж, и впрямь, не «подняли», так и разбудили же… хором.

– А-га. – Зевнула Женя и ушла на кухню, провожаемая взглядами троих в гостиной. А вернувшись уже и с кружкой кофе, как и отхлебнув напиток, изогнула бровь. – Что?

– Помнится, мы пошли-таки однажды на компромисс… – Начал Артём. – Мы – разрешаем тебе ходить в том, в чём тебе самой заблагорассудится, хоть и в чём мать родила, «ни в чём», несмотря на реакцию, которая последует, может последовать у трёх, пусть и фактически-физиологически не живых, но и всё же парней, а ты, в свою очередь, отвечаешь хотя бы и толикой интереса к нашей персоне!.. Хоть и тем же: «Доброе утро!».

– А чего это ты с утра пораньше и такой ещё «добрый-то», а? Уже похитил кого-то? – Фыркнула брюнетка, на что парень и в ответ ей лишь скрипнул зубами. – А, не-е-ет… «Было» же! А и ты – не повторяешься. Да. Тогда-а… Хм!.. «Убил»… кого-то, а?!

– Да хватит вам!.. – Закатил глаза Толик, привлекая внимание к себе и листам с рукописным текстом в своих руках. – А Тёма-то у нас – и прошаренным парнем оказался.

– Это в том смысле, что: шарики за ролики? – Подсела на подлокотник бордового дивана и к Артёму же Женя, не обращая на того никакого внимания, но и обращая на парней, сидевших по обе стороны от них, во всё тех же креслах «семейки». – Тогда – да…

– Нет!.. – Рыкнул брюнет. И сразу же был перебит: – Тогда и я вся – во внимании! – Развела руками девушка, но и всё же следя, чтобы ни капли не расплескать. Тёмный ламинат – дорогой… Анатолию. Пёстрые ковры – тоже не из дешёвых… для Никиты. Но и ближе всё и её уже именно сердцу – напиток: ради которого можно и убить с утра… ещё парочку бежевых обоев и… достать-таки уж до чёрного натяжного потолка Артёма!

– Девушку, которую он забрал… случайно, оказывается, ждала карьера не хуже «правителя мира». А и если всё быть точнее: самого Президента! «Страна», видать, ещё в процессе… выбора. Но и… Ты тоже прикинь?.. Вот, что значит: опыт! Спас, считай, что ещё и на автомате – и не зря. Молоток… Ещё чуть подрастёшь – и наковальней будешь!

– Ага, да, и атаманом станешь, «казак»! Умница какая. – Заулюлюкала приторно Женя, ещё и улыбаясь «герою». – Возьми с полки пирожок. Над камином… А я – толкну!

– Что тебе опять не нравится? – Сжал свой подлокотник и подушку руками Артём.

– Даже… и не знаю. – Задумалась та. – То, что ты её спас? Или то, что ты её спас… и перенёс из того мира, лишив её карьеры и будущего, а граждан – своего, в том же самом будущем, Президента?! Тако-о-ой выбор. Не знаю, за что хвататься! Отпразднуем?

Секунда – и она вжата в диван телом парня и рукой, зафиксированной на горле.

– А вот и «реакция», собственно! Не ждали, не гадали… А вы, с ней же, взяли и припёрлися. – И, отставив кружку на стеклянный столик, где и всегда ещё стояла небольшая янтарная ваза со свежесорва-собранными полевыми цветами, опять-таки, не пролив ни капли, глянула в его тёмные глаза. – Ну, двуглавый и дракон, что же дальше?..

– Ты назло мне это делаешь? – Прошипел брюнет и дёрнулся к её уху, жалея, что не вампир и не может разодрать ей глотку и вырвать-таки ядовитый язык. – Провоцируешь!

– Заметь, «подумал» бы, в принципе, и ещё немного до – и ничего бы этого не было. Не «случилось»! Но мы – лёгких путей и с тобой не ищем, верно, поэтому… Саня!..

– Да? Начинаем урок?! – Вошла в гостиную тут же девушка, до этого чуть постояв, а после и посидев на лестнице, взглядом и кивками приветствуя и всех уже собравшихся здесь. Впрочем, это был её выбор – взять немного времени на адаптацию и себя, не Жени!

– Начина-ет. Он. Не «я»! В полку «обучения» – прибыло. Дер-зай! – И, подмигнув ему, скинула ошарашенного парня с себя и через спинку же дивана. – И ни пуха.., ребёнок.

– Это… в каком таком смысле? – Задал вопрос уже и за самого Артёма, пока тот восстанавливал дыхание и приходил-таки в себя, Никита, переглядываясь и с Толиком.

– А в каком ещё – может быть? В одном… Это-м! До и личного уже прибытия кого-то с верхов – девчонка под нашей крышей и… нашим же крылом-контролем. Чтобы зря и свои ещё штаны не просиживала – будет рвать их, как и зад, вместе с ним. Не переусердствуйте! Мы тут не «сидоровых коз» – выращиваем. – Крикнула уже и вновь из кухни брюнетка, решив таки добрать ещё кипяточку.., ну и взять уж что-то на «клычок».

– Нашёл проблем – на свою же голову… – Фыркнул брюнет, встречаясь с весёлыми огоньками в зелёных глазах шатенки: ещё б рыжих волос и… цены «ведьме» бы не было.

– А на чью ж и ещё, не стесняюсь спросить? Вчера вы мне её все – благополучно скинули… Сегодня уж и сами – не отвертитесь. Не отверти-шься! – Исправилась девушка, прикрутив уже таки и крышку чёрной термокружки с цветастым львом, честно, ещё и с утра, просто устав устраивать эквилибристику под куполом цирка, да и решив пройтись-поесть… на свежем воздухе и в тишине, обувая после на ходу ещё и всегда же завязанные изнутри кроссовки. К слову, да, она уже была в джинсовых шортах, «утопив» где-то между, кухней и прихожей, переднюю часть длинной футболки в них – тёмно-синие же кроссовки дополнили образ. – Она, кстати, тоже жаждет беседы с тобой и разборки, так что: по взаимности прошу – к вашему новому шалашу. Толик, Ник.., вам никуда не надо?

– Идём! – В один голос тут же ответили ребята и встали рядом с ней: один в сером спортивном костюме, другой в белом – два весёлых гуся… с красными кроссами-лапами.

– И оставьте дом, пожалуйста, в целости: ну и себя – по возможности. Саш.., ты видела – он любит «жёстко»: будь готова ко всему, если что – нас позовёшь. Но, думаю, до этого – не дойдёт… А то не только – «погон» лишится, но и жизни. В любом случае – удачи! И… В качестве ещё одного последнего пожелания: без стокгольмского синдрома.

*

– Круто!.. Как же круто – мы её… И их. И… В принципе! Ух!..

– «Десять». Десять раз – за последние и лишь пять минут. Хватит! – Смерил её спокойным взглядом Артём, хоть и скорее, а там и именно – напускным. Опустив ещё и козырёк чёрной джинсовой кепки, в тон же ещё и всего своего деним-прикида, на лицо и ещё чуть поглубже-ниже, чтобы и пока вокруг него крутилась-юлила, и буквально, радужная фея Винкс, таки и найдя хоть что-то, и пусть всё более-менее подходящее по размеру, как и цветное, да и в гардеробе одной единственной здесь девчонки Жени, но и всё же, его и ещё к чему не привлекли: ведь и ладно хмурый вид и почти уж и игнор, но…

– Нет! Кру-то… Серьёзно! Прям так взяли и… ох, подтасовали.

– Я бы попросил! Стасовали. То, что ты произнесла, скорее фальсификация, чем…

– То есть, наше влияние на внесение оригинальной работы только лишь, но и в лонг-лист, как и на результат литературного конкурса – это добро… и «добродетель», а?..

– А то – зло. Да, всё верно. Уравновесили и сбалансировали… Гармония!

– А ведь и не пришлось бы этого уже делать – не было бы сделано ещё то: уму непостижимо, тоже мне, секретутка-яжматерь, взяла и… всю жизнь своему чаду загадила. И мне – нервную систему подпортила: была б телесной – зелёный чай бы с ромашкой затребовала, да погорячее, чтоб затем и в лицо ей выплеснуть… эту горечь несусветную, «сними блаженство с лица», ага, да, после и твоего же ещё, как и для всех клиентов-гостей, от неё, растворимого говнокофе, успокаивает, ха, ну-ну, лучше уж яда её же слов, во всяком случае, впрочем, и его же желчь моя переварит, как и твоя природная кислота!

– Мерси. А ведь и хотела, как лучше… Не оправдываю: «по фактам» же!

– Впрочем, как и всегда. Собственно, что, и опять же, вышло! И ведь не первый такой случай, когда эти… собою же названные и новоявленные ангелы-хранители – продыху просто не дают, так и не страдают же… сами: страдают «другие» – их же дети. Что вокальный конкурс, что и… вот теперь. Была бы я матерью – не вмешалась бы.., да!

– Да ну… Прямо и «совсем-совсем»? Не пойми меня превратно и неправильно опять. Хотя!.. Я дольше тебя «живу» и те ещё экивоки повидал, но и… А вдруг! Своё же…

– Совсем-совсем-совсем!.. Поддерживала бы и «теоретически»? Да. Но и уже прям практически – вообще бы не лезла: буквально – не «мешая». Тоже мне… Помогаторы. Самим-то, да, недолго уже осталось, а мелкие? Им ещё жить да жить – во всём этом! А и хорошо-то устроились, да, ты посмотри… Помрут – и вроде: взятки гладки. Но и – вроде! Ведь и да, пусть и почти, но и всё-таки – их-то дети и «здесь» же всё остались-остаются!..

– Память и на плохое – куда лучше, чем на хорошее! Ничего не… «попишешь».

– Да и как раз таки – попишешь. У этой-то, уже не абортыша, но и ещё выкинтоша, память – хоть куда и… «отбавляй». Всё, блин, запомнила: до имён, описаний и… знаков! И наша, блин, хороша – доверчивая… спасу нет: «Дашь прочесть? Конечно». Хренешно! И да, мы в психушку, конечно, не собираемся, и весь мир «злодеями» объявив. И всё же!..

– Но и что ту уже и погубило-сгубило: а «синонимы» – на что, спрашивается?

– Скорее: нах… Кхм! Так и сообразительная же – тут же вкурила, что своей россказнёй не вывезет и побежала перенабирать-печатывать… к маменьке же в уголок. А это, вообще, разве не регламентировано правилами о… «невмешательстве и сторонних»? Не говоря уж за итоговые сроки подачи: да, может, ещё весь день, но и метаться – поздно.

– Ну, мать – не сторонняя! Даже ведь и в резюме…

– Вот и пусть теперь уже и сама заполняет эту графу… снова: по поиску работы!

– Вот это… «праведный гнев»! Хоть – и справедливый.

– Вот-вот… Кстати, а почему и сразу же, ещё и сами мы – не уничтожили копию: бросили бы в шредер – и дело с концом. По итогу – всё равно ж… измельчили: при всех!

– Нужна была фиксация ещё кого-то и этого момента, пусть даже и взглядом. Тем более… Не говоря уж и за то, что и первую работу они видели и, наверняка, запомнили: не все, так и… та же всё матерь, что ещё и предъявила бы за дочу – Где. Наша-Её. Работа?!

– Хорошо, но и почему время-то печати выбрал – ровно? Да, «угадал»! Но и…

– Между десятью тридцатью и двенадцатью? Одиннадцать – самое то. И да, это мы уже и потом узнали… Но и всё же! Чем меньше деталей – тем верится лучше и больше. Вроде ещё и того, как в роддомах записывают время!.. Не как же всё и «время смерти», м.

– Типа, ещё побыстрее – надо. Да и ребёнок – орёт! А и во втором…

– …спешить уже не надо? Впрочем, да, не лишено смысла.

– А с электричеством-то и чего игрались? Я! Бегая до щитка на первом и обратно… И ладно – на первом. Но и мы же – не фанаты… полумер. Ещё б на крыше, ага, восседали. Или на «последнем» этаже. Нет, блин-малина, на крайнем… севере-плоти-и-случае сразу!

– А летающие бумажки и печать с ручкой по воздуху – тебя не смутили? А их бы – смутили. В том числе и тех, кто бы пусть всё и потом, но и записи бы с камер смотрели! Опять же, вдруг мамашка взбеленится? А они хоп – всё чётко и чисто, никто в кабинет не заходил и не выходил.., ребёнок чуть в приёмной задержался, ну и что, может живот крутило-вертело, вот и… Да и мало ли что там! Ушла же потом и с парнем? Ушли. Всё! Ну а свет помигал… и бог с ним – скримаков замечено не было, девушки с чёрными волосами тоже… Хоть и какая ты была, когда и прям в мыле была, сошла бы – только так!

– Спасибо! Сам-то ещё – сухим… и не из воды, но и тоже вышел. Поставил время, бахнул печать… девушки из комиссии-жюри же, что ещё и сама помочь вызывалась, да и эта не горделивой и гордой оказалась, а стеснительной и не верящей ещё в себя, в нагрузку, расписался… под копирку, сделал и «копию», подсунул в стопку других; скажем спасибо ещё руководителю и помолимся уже за его перфекционизм в разрезе укладывания и складывания работ не по-фамильно, а… ко времени же; и всё. Оригинал как ушёл спокойно, почти что и из-под рук, так и вернулся. И всё это уложилось – в секунды! Да и чего там – вообще «ни во что»: ведь ты… умеешь… останавливать… время. Так что мой вопрос ещё актуален-легитимен: «А с электричеством-то и чего игралась?». Я!.. Зачем?

– Так же всё и с моим ответом – камеры. Может, и для тебя это всё, опять же, пустой звук, а и для тех, кто всегда ищет и так же находит – лишний-не-лишний кусок записи, что и будет виден всё по тем же секундам, как пропавший: важен до усрачки. Ведь и подлог, м. Та же и подтасовка! Сговор… Мятеж. Чем меньше нестыковок – тем лучше для всех. Это и к времени смерти тоже относится – порок и грех на душу редко кто и прям изъявит желание взять: а вот за рождение и новую жизнь – так и цифр таких нет, чтоб сосчитать и столько же рук. А уж и когда по несколько раз за день – к чему и дотошность: вытащили, хлопнули, задышал – следующий. И да, может, я и тяжелее, в этом плане, «на подъём», в отличие и от остальных ребят. Но и вот… Почему и ты её-их – не проводила?

– Он же и её тоже – ГГ.

– Типа: всё?

– Типа: ещё. Главный герой! От хрени – можно только второстепенных забацать, а тут… надо прям верить и доверять человеку, чтоб прям и с оригинала того снять. Опять же – фоторобот! Когда пройдут первый и второй круг, цапунув ещё знакомых и друзей…

– То есть, можно сказать, что пусть верит и доверяет, но и «проверить» – стоит.

– Да. Ну а после и полиция скажет – удалась ли шалость. Спойлер: удалась! Даже: если не выиграет. Тем более: когда участвует. Нулевой результат – тоже результат. А уж и «минусовый»… Без опыта проигрышей – не заиметь побед!.. А песочница с реакцией на каждое падение и такой же плач – может длиться «вечно»: там ж – и свой песок подъедет. И… «Кру-у-уто». Да. Кру-то-о!.. – Так и не унялась шатенка, теперь и вышагивая-прыгая по дорожке к их дому с ним. – О!.. А у Артёма из MBAND: 13 – любимое число. А у тебя?

– «Угадай»! – Хохотнул брюнет: от перевода темы, но больше, и истерично, от того, что пытка крутостью закончилась. – Тебе же Женя, и наверняка ещё, рассказала – и о двойственном нахождении: по ту и эту сторону «баррикад»? Как и том, что то, что ты видела и слышала там – только то, что ты видишь и слышишь уже «здесь»? Ну и… вот.

– «Рассказала». Но и вдруг!.. Прикинь, если не сойдётся… Тогда можно уже будет смело и прям утверждать, что когда вы ещё были «одним целым» – вы друг с другом спорили: и у Артёма полноценного – было, и есть вот, буквально, «раздвоение личности»!

– Как бы там ни было, есть и, может, будет – мне всё равно не нравится обращение: в каком-то и ином

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.