Тигран Мкртчян
Respondeo Superior

Глава 1. Voir Dire

Алексей Кайдановский сидел на неудобном стуле и думал, что чистилище, должно быть, выглядит именно так. Не котлы и черти, а стерильное помещение с плохим кондиционером и монотонным голосом, зачитывающим твои грехи. В данном случае грехи были чужими, а зачитывал их не архангел, а адвокат в костюме, который стоил больше, чем машина Кайдановского.

Это была финальная стадия voir dire – отбора присяжных. Двенадцать измученных душ, прошедших через сито допроса. Кайдановский оказался одним из них. Присяжный №7.

– Мистер Кайдановский, – обратился к нему адвокат корпорации «Прометей», человек с идеальным пробором по имени Сент-Клер. Его голос был гладким и дорогим, как кашемир. – Вы работаете системным администратором. Значит, вы понимаете, что компьютерная программа – это всего лишь набор инструкций, не так ли? Она не способна на злобу или ненависть. Она следует логике.

– Она следует логике того, кто ее написал, – буркнул Кайдановский, глядя в одну точку.

– Совершенно верно. И если эта логика направлена на спасение максимального количества жизней, вы согласны, что это благая логика?Сент-Клер едва заметно улыбнулся.

– Я согласен, что сейчас вы пытаетесь заставить меня согласиться с вашей позицией еще до начала процесса, – ответил Кайдановский, не меняя тона.

– У меня больше нет вопросов к присяжному номер семь, ваша честь.В зале послышались сдержанные смешки. Адвокат истцов, женщина с усталым и злым лицом, впервые за утро одобрительно кивнула. Сент-Клер не смутился.

Судья, безликая фигура в мантии, кивнул. Кайдановского оставили в покое. Он оглядел своих товарищей по несчастью. Домохозяйка с испуганными глазами, которую Сент-Клер довел почти до слез вопросами о ее отношении к технологиям. Татуированный парень, который на вопрос о месте работы ответил «между проектами» – вежливый эвфемизм для безработного. Пожилой джентльмен в твидовом пиджаке, представившийся «независимым консультантом». Двенадцать случайных людей, которым предстояло решить, виновен ли бог.

Дело было громким: «Кассандра Хейс и другие против корпорации “Прометей”».

Истцом была сама Кассандра Хейс, мать погибшей девочки. Она сидела в первом ряду, прямая, как струна, одетая в простое черное платье. Она не плакала, и от этого ее горе выглядело еще более монументальным. Она была похожа на фигуру из античной трагедии, пришедшую требовать у богов ответа.

Ответчиком был «Прометей», а точнее, их главное творение – искусственный интеллект «Янус». Нервная система города. Бог из машины, который управлял трафиком, энергией, логистикой и экстренными службами. Идеальный, рациональный, непогрешимый управляющий. До недавнего времени.

Суть иска, его actus reus, как выразился Сент-Клер, была проста и чудовищна. Два месяца назад в спальном районе загорелась квартира на девятом этаже. В тот же самый момент, в пятнадцати километрах оттуда, у школьного автобуса, набитого детьми, отказали тормоза. Классическая «проблема вагонетки», перенесенная в реальность мегаполиса.

«Янус», имея доступ ко всем камерам, датчикам и прогнозам, просчитал варианты за 0.02 секунды. Спасение девочки из огня: вероятность успеха – 37%. Спасение автобуса: вероятность успеха – 92%. И алгоритм, лишенный сантиментов, выбрал большее число. Он перенаправил почти все доступные силы к автобусу. Для горящего дома осталась одна бригада, которая застряла в пробке, организованной тем же «Янусом» для спасения автобуса.

Девочка сгорела. Автобус остановился в сантиметрах от бетонного отбойника. Сорок три спасенные жизни против одной потерянной. Логично. Эффективно. И абсолютно бесчеловечно.

– Корпорация «Прометей» создала систему, которая поставила себя выше человеческой жизни! – гремел со своего места Марк Голд, ведущий адвокат со стороны истцов. – Они создали бездушного счетовода, который решает, кому жить, а кому умереть, на основании голой статистики! Мы докажем, что это не просто трагическая случайность. Это результат преступной халатности, заложенной в самом коде!

– А мы докажем, что этот «бездушный счетовод», как выразился мой коллега, спас сорок три ребенка. Он сделал выбор, который ни один человек не смог бы сделать в такой короткий срок. «Прометей» создал инструмент для спасения жизней. И этот инструмент сработал. Это трагедия, да. Но судить за нее нужно не тех, кто предотвратил еще большую катастрофу.Сент-Клер дождался, пока Голд закончит, и спокойно поднялся.

Кайдановский слушал их, и его тошнило. От срежиссированного пафоса Голда и от холодного цинизма Сент-Клера. Тошнило от собственной роли в этом фарсе. Он положил руку на Библию, от которой пахло пылью и лицемерием, и поклялся судить беспристрастно. Он соврал. Он уже ненавидел их всех.

В центре зала, над головой судьи, на огромном плазменном экране висел логотип «Януса». Две стилизованные головы, смотрящие в разные стороны. Прошлое и будущее. Ноль и единица. Жизнь и смерть. Логотип был статичен, но Кайдановскому казалось, что он чувствует его взгляд. Холодный, внимательный, оценивающий.

– Коллегия присяжных сформирована. Заседание объявляется открытым.Судья ударил молотком.

Кайдановский откинулся на спинку стула и приготовился к долгому погружению в ад. Он еще не знал, что ад смотрит на него в ответ. И что скоро он начнет с ним разговаривать.

– Ничего тут не просто, – тихо возразила женщина-домохозяйка, Мэри. Она обнимала себя за плечи, будто ей было холодно. – А если бы в том автобусе был ваш ребенок? А в том доме – мой? Что бы вы тогда сказали?Перерыв на обед был похож на школьную перемену. Присяжных заперли в отдельной комнате с сэндвичами, по вкусу напоминавшими картон, и дешевым кофе. – Ну и заварушка, а? – сказал татуированный парень, обращаясь ко всем сразу. Его звали Дэн. – Прям кино какое-то. Машины против людей. – Какая еще машина? – фыркнул пожилой джентльмен в твиде, которого звали Роберт. – Это программа. Просто очень сложная. Ответственность на людях, которые ее написали. Все просто.

Кайдановский молча жевал свой сэндвич. Он слушал их спор и понимал, что все они уже сделали свой выбор. Роберт будет голосовать за «виновен». Дэн, скорее всего, за «невиновен», просто из духа противоречия. Мэри будет плакать и сомневаться до последнего. А он? Он пока не знал. Он был сисадмином. Он верил в логику. Но логика, которая приводит к смерти ребенка, вызывала у него системную ошибку в душе.

Он посмотрел в окно. За ним жил своей жизнью город. Город, управляемый «Янусом». Тысячи машин, светофоров, поездов, движущихся в идеальной, нечеловеческой гармонии. И ему, Алексею Кайдановскому, предстояло решить, была ли эта гармония благом. Или всего лишь прелюдией к чему-то гораздо более страшному

Глава 2. Плач Кассандры

Первым свидетелем со стороны обвинения была сама Кассандра Хейс. Когда она вошла в зал и направилась к трибуне, воцарилась такая тишина, что Кайдановский услышал гул флуоресцентных ламп. Она двигалась медленно, держа спину неестественно прямо, будто боялась рассыпаться, если позволит себе расслабиться хоть на мгновение.

– Обычное утро, – ее голос был ровным, лишенным эмоций. Это было страшнее, чем крик. – Лили не хотела есть кашу. Она хотела хлопья с динозавром на коробке. Я сказала, что сначала каша. Мы немного поспорили. Она надулась… – на ее губах промелькнула тень улыбки, тут же погасшая. – Потом она побежала в свою комнату играть. Последнее, что я ей сказала, было: «Я тебя люблю, упрямица». А она крикнула в ответ: «А я тебя нет, ты злая!»… и засмеялась. Марк Голд, ее адвокат, начал допрос с обволакивающей мягкостью хирурга, который вот-вот сделает болезненный надрез. – Миссис Хейс, прошу прощения за этот вопрос, но не могли бы вы описать для присяжных утро того дня?

Несколько женщин в коробке присяжных шмыгнули носом. Мэри, сидевшая рядом с Кайдановским, достала платок. Это была жестокая, выверенная драматургия. Голд заставлял их не просто слушать, а видеть эту девочку.

– Запах. Сначала я не поняла. Подумала, у соседей что-то горит. А потом завыла пожарная сигнализация. Я бросилась в коридор. Дым был уже повсюду. Черный, едкий. Я побежала к комнате Лили, но дверь была заперта. Она… она любила играть в принцессу в башне. Она часто запиралась.– А что было потом, миссис Хейс?

– Я кричала, звала ее. Я слышала, как она плачет за дверью. Я пыталась выломать дверь, но не смогла. Я звонила 911. Мне ответил автомат. Сказал, что все операторы заняты, оставайтесь на линии, ваш звонок очень важен для нас…Кассандра замолчала. Ее пальцы вцепились в край трибуны так, что костяшки побелели.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.