Юлия Узун
Слёзы молодости. Из памяти. Из сердца. Из жизни

Глава 1

Город Орландо

Штат Флорида, США

Май, 2004 год

Джулия

Наступил май. Теплый безоблачный день после грозы, который должен вызывать настроение для совершения чего-то нового. Но в доме Кевина Рикерсона все оставалось по-прежнему – безудержная тоска, тяжким грузом упавшая на душу, ярость и отчаяние. Казалось, все было как и раньше. Никто не уехал, все работали и были заняты своими делами. Не было только Брайана. При одной мысли о нем у Джулии болело сердце.

В те мгновения, когда Джулии было совсем плохо, на помощь приходил ее муж Ричи. Он и Кевин уговорили ее начать ремонт детской, после трех недель проведенных в комнате Брайана. После приговора у Джулии случился нервный срыв. Ричи это предвидел, поэтому договорился с доктором заранее. Ей вкололи успокоительное, и несколько дней Джулия передвигалась по дому, словно зомби. А однажды вошла в комнату брата и заперлась там. Три недели она жила у него в спальне. Плакала, перебирала его вещи, книги, вспоминала много хороших моментов… и плохих. Джулия не понимала, для чего она терзает себе душу, но так было легче пережить печаль.

Ремонт, однако, стал ее спасением. Джулия вышла из депрессии. Она позволила ребятам разговаривать о ее проблеме. Ричи, Дункан, Кевин, Скотт, Хоуи и даже Ник каждый день говорили ей о том, что это не навсегда. Брайан не умер, он всего лишь в тюрьме. И он вернется.

После ремонта много вещей осталось в гостиной. И сегодня Джулия решила их разобрать. Кое-что выбросить, а остальное временно поставить в комнату малыша. После родов можно будет решить, куда их деть.

Джулии было тяжело передвигаться. Живот был невероятных размеров, ребенок постоянно давил на мочевой пузырь. Ноги отекали и казались ей надувными шариками, наполненными водой – дотронься и лопнет! Но они не лопались, сколько не трогай. Постоянная изжога, бессонница нервировали ее. А спина, о-о-о… это отдельная история. Никакой бандаж не справлялся с ее проблемой. Ричи купил ей специальную подушку для беременных, и только благодаря этой вещи Джулии удавалось отдыхать от диких болей в спине. Именно в эти жуткие моменты, когда все болело, Джулия проклинала отца своего ребенка.

В гостиной играла «The black eyed peas». Под их веселые ноты Джулия даже умудрялась двигать попой, пританцовывая. Она так увлеклась делом, что не заметила, как вошел Ланс. Сделав вид, что не замечает его, она продолжила перетаскивать коробки к лестнице.

– Джулия, коробки тяжелые. А ты их таскаешь, – сказал Ланс, наблюдая, как она несёт очередную коробку.

– Еще скажи, что тебя это заботит!

– Джулия…

– Они вовсе не тяжелые. Здесь мои эскизы и зарисовки. Я решила на время их убрать. Все равно в течение лета, я не буду посещать академию. А осенью разберусь, что с ними делать.

Ланс пожал плечами.

– Дома никого нет?

– Нет, – кряхтя, произнесла Джулия. – Все, знаешь ли, работают.

– А Ричи?

– На интервью.

– Дункан?

– В командировке, забыл? – и тут же подумала: «Откуда ему помнить, если у него мозг не просыхает в последние дни».

Обливаясь потом от жары, Джулия взяла очередную коробку и понесла присоединиться к остальным.

– Ты уверена, что тебе не нужна помощь?

Джулию разозлил этот вопрос. «Возьми да молча помоги, осёл!»

Она бросила коробку на пол. Нет, она выронила ее и схватилась за живот, согнувшись.

Ланс выпучил глаза и ринулся к ней.

– Что с тобой?

– Ничего. – Отпустило. Она выгнула спину и взялась за перила лестницы. – Сегодня с утра хватает живот. Потом проходит. Я в полном порядке. И потом, в доме очень жарко. Кевин до сих пор не установил кондиционеры… а!

– Я же говорил, не таскай тяжести! – упрекал ее Ланс, не зная как реагировать на эти вскрики.

Джулия боролась с резко подступившей болью, стягивающей живот.

– Да кто ты вообще такой, чтобы указывать мне?

– Мне кажется, сейчас не время спорить. Надо позвонить врачу. Где номер?

– Там. В… записной книжке, – Джулия работала с дыханием, вдыхала и выдыхала воздух, как её учили на курсах.

– Где телефон?

– Сзади тебя! – раздраженно крикнула Джулия.

Пока Ланс набирал номер её врача акушера-гинеколога, Джулия опять закричала. Появилась отдышка.

В трубке послышались частые гудки.

– Линия занята! – сказал он и увидел, как между ног Джулии льется прозрачная жидкость. Его лицо посинело.

Джулия медленно подняла глаза на него и проговорила:

– Время.

– Время? Какое время? – Ланс запаниковал. – Джулия, скажи, что это такое?

– Черт! Мать твою, Ланс! Это воды! У меня отошли ВО-ДЫ!

– Что?!

Ланс побледнел. Хорошо, если он не грохнется в обморок.

– Джулия, т-ты…

Она кивнула.

– Да, Ланс. Я рожаю.

– О нет! Нет, нет, нет. Джулия, – он сглотнул, – только не здесь. Не сейчас. – Он схватился за голову. На ум ничего не приходило. В панике он ни черта не соображал. А перед глазами стояла лишь одна картина – рожающая Джулия.

Она кричала снова и снова. Интервал между схватками сокращался. Она держалась за спинку дивана, согнувшись пополам, потому что так легче было терпеть. Малыш брыкался, ему не хватало воздуха.

Ланс взял телефон.

– Что ты делаешь?

– Звоню в «скорую».

– Нет, Ланс.

– Нет? – у него дрожали руки, и даже нижняя губа.

– Послушай меня, – Джулия старалась держать голос ровно, – давай вместе успокоимся. Если будешь нервничать ты, я тоже буду нервничать. И тогда я точно вынуждена буду родить на этом долбаном полу.

– Не-е-ет. Нет, – слова «рожать здесь» приводили его к истерике. – Джулия, милая, потерпи. Я сейчас помогу тебе. Он вновь бросился к телефону.

– Так помоги же! – от боли на глазах выступали слезы. – Брось трубку и слушай сюда! «Скорая» пока приедет, пока отвезет меня в роддом, мы потеряем время.

– И что ты предлагаешь? – в голосе Ланса было возмущение.

– Отвези меня сам.

Ланс подумал, затем бросил телефон и побежал к двери. Затем остановился и прежде, чем выйти, сказал:

– Так. Я за машиной. Я быстро. Не рожай, хорошо? Рожать не нужно, – медленно по слогам договорил он и испарился.

Через пять минут машина стояла около главных ворот.

Ланс влетел, как ошпаренный.

– Ты еще не родила? Замечательно! Все хорошо.

Он обошёл ее кругом, не зная, с какой стороны подойти, затем все же взял ее за плечи и потихонечку вывел из дома. Он помог ей сесть в машину.

– Только не запачкай мне салон, – шутливым тоном сказал он, садясь за руль.

Он потянулся к зажиганию и тут посмотрел в зеркало заднего вида. В этот момент Ланс почувствовал спокойствие, глядя на ее лицо, обливающееся потом и выражающим страдание; на её глаза, которые, несмотря на все это, блестели от счастья; на её губы, которые растянулись в легкой искренней улыбке. Она откинула голову на спинку сиденья и еле слышно шепнула:

– Спасибо, Ланс.

***

Брайан

Томная, наполненная мраком камера не вызывала никаких эмоций, кроме того, что нельзя было понять, какое сейчас время суток. Если бы не строгий режим, то Брайан бы навсегда потерялся во времени. Иногда ему этого хотелось.

ДЕСЯТЬ ЛЕТ.

Это же целая жизнь!

Кроме Брайана, в камере было еще девять человек. Повезло. Никто не относился к нему с призрением. С соседом по койке он даже мог поговорить. Но основную часть времени Брайан проводил в раздумьях, вспоминал Джулию, и всё произошедшее. Много анализировал. И как бы он ни старался, но и Юнесу он не мог забыть. Она являлась к нему во снах такая, какой он привык видеть ее в самом начале их отношений. Красивая и гордая, раскрепощенная и дерзкая. В суде он видел другую Юнесу – чужую, совсем чужую.

Обычно днем, когда особенно делать было нечего, он то и дело вырисовывал что-то на стене. Это были непонятные какие-то узоры, и имена сестры и Юнесы. А еще лицо. Контур губ, изгиб бровей, уши и нос были схожи с внешними признаками Юнесы. Брайан рисовал по памяти, но получалось красиво.

Сегодня к нему пришел Ник. Это происходит не часто, раз или два в неделю навещает. И всегда в основном говорил Ник. Брайан слушал, не задавая никаких вопросов.

– Зря ты не хочешь, чтобы Джулия приходила к тебе, – говорил Ник через стекло в телефонную трубку. – Она рвется к тебе.

– Я уже говорил и повторю еще раз. До родов ей в этом месте делать нечего.

– Она страдает.

– Да? Ты только что говорил, что она месяц занималась ремонтом и даже улыбается. Что будет, если она придет сюда? – Брайан потер лысину. – Она опять впадет в уныние. Не дай Бог еще с ребенком что-нибудь случиться, а я буду винить себя потом.

– Эй, ты чего? Успокойся! – Ник помолчал, затем криво улыбнулся. – Бороду отпустил?

– Нет нормальной бритвы.

– Хочешь, принесу?

– Окей, неси. Но Джулию сюда не пускай.

– Ладно.

– Что на счет апелляции?

– Отказ, – вздохнул Ник. – Они требуют представить новые факты, и тогда дело рассмотрят заново. В нашем случае, ничего нового. Но апелляцию подавал другой адвокат. Я не имею права этим сейчас заниматься. Однако через год я окончу учебу, получу диплом и начну действовать.

– Через год, – скептически буркнул Брайан.

– У нас впереди десять лет, – шутливым тоном ответил Ник. А потом их отвлек телефонный звонок. Это был сотовый Ника. – Алло? Да, Эйбс… – внезапно он вскинул глаза на Брайана. – Когда?.. Хорошо. Спасибо, Эйбс.

Он засунул телефон во внутренний карман и лукаво улыбнулся.

– Что такое?

– Сиди только. Джулия в роддоме.

На лице Брайана появилась радость, а руки не знали, куда себя деть от волнения.

– Сообщишь потом, как все прошло?

Ник заметил грусть в глазах Брайана.

– Я завтра приду и все расскажу, дружище. Ты только не грусти.

– Да, – Брайан хлопнул себя по коленям. Охранник уже стоял, держа наготове наручники. – Мне пора, Ник.

– До завтра, Брайан-безпятиминутдятька.

– До завтра, будущий преуспевающий адвокат.

Брайан вернулся в свою тёмную тюремную камеру, где все было мёртвым. Но лицо Брайана ожило. За все эти четыре месяца, Брайан впервые был счастлив. Ведь на свет вот-вот появится маленький человечек, его кровинка – его племянник, которого он сможет увидеть только через десять лет…

***

Ричи

Покинув душную студию, Ричи немедленно закурил. Так он снимал напряжение.

– Для меня не найдется сигаретки? – спросил Энтони, вытянув руку. Ричи молча протянул свою пачку, затем помог подкурить.

Джей Си и Джей так же составили им компанию. А Шон редко баловался этим делом, поэтому остался стоять в сторонке. И пока парни радовались, обсуждая их дебютное интервью на радио, Шон говорил с кем-то по телефону. Никто не обращал на него внимания.

– Я в вас верю! Всё прошло лучше, чем я ожидал, – весело говорил Джей. Он не участник группы, но решил прийти и поддержать друзей, за что Ричи был ему благодарен.

– Выступление на радио – это шаг к успеху, – сказал Энтони. – Кто знает…

– Энт, вы талантливы. Я уверен, что вы пробьетесь на большую сцену.

– Да, только деньжат бы подкопить, – сердито подметил Джей Си, вечный скептик. Ему всегда трудно принять информацию на веру. – Вы же сами слышали, народ хочет увидеть наш клип.

– Если нам удастся заключить контракт со звукозаписывающей компанией, то будет нам и клип и спонсоры, – сказал Ричи, затушив сигарету. Он присутствовал при разговоре частично. Одна половина его мыслей была рядом с Джулией. Ему побыстрее хотелось сбежать домой и остаток дня обниматься и целоваться.

А Энтони и Джей Си продолжали тему.

– Вы слышали о Lone Pine Recordings или TrapHouse?

– Средненькие студии звукозаписи.

– А тебе сразу корону и жезл подавай! – ворчал Энтони.

– Я высказал свое мнение. Это не значит, что я не буду там записываться.

Ричи бросил окурок и стукнул ребят по плечам, приобняв их.

– Не спорьте о том, чего еще нет. Поехали домой.

Энтони повернулся, чтобы позвать Шона.

– А где он?

– Был тут, – удивился Джей Си.

Джей тоже затушил сигарету.

– Он ушел.

– Ушел? – в один голос переспросили Ричи, Энтони и Джей Си.

– Да. Пока вы тут спорили. – Джей пошел вперед. – И вот, что я вам скажу. Найдите, наконец, менеджера или продюсера. Сами вы вряд ли сдвинетесь с места, тем более, имея такие разные характеры.

Ричи закивал головой, соглашаясь.

– Как будто это так просто, – буркнул себе под нос Джей Си.

– Просто, друг, – Джей похлопал Джея Си по плечу, – ничего не бывает в жизни. Терпение и труд все перетрут. Я убегаю, ведь я отпросился с работы.

Джей Си тоже уехал, сказав, что у него дела в городе. У Энтони не было «колес», поэтому он поехал с Ричи.

– Как ты думаешь, – начал Энтони, когда они выехали на дорогу, – мы сможем просуществовать долго, если в барабанщиках будет этот жлоб и ворчун Джей Си?

Ричи рассмеялся.

– Обычно в команде всегда держат одного такого, чтобы дурь выбивать или возвращать с небес на землю. Понимай, как хочешь. Энт, Джей Си нужен нам не только как первоклассный ударник – с чем не поспоришь – но и как здравомыслящий пессимист.

– Ха! Мне нравится, как ты его назвал. Но еще Джей Си крохоборка. Нам с ним будет трудно копейки делить.

– Если мы установим правила, то их будут выполнять все. А иначе… – Ричи замолчал, чтобы аккуратно объехать барьер.

– А иначе?

– Вон из группы, – легко сказал Ричи и достал телефон, который завибрировал у него в кармане. Он не сразу ответил на звонок. Несколько секунд он смотрел на экран и пытался понять, что Лансу от него нужно. Хорошо, что горел красный свет на перекрёстке, и Ричи не нужно было следить за дорогой.

– Кто там? Почему не отвечаешь? – полюбопытствовал Энтони, а потом взял и выхватил телефон из рук Ричи. – Ланс? – Энтони гоготнул и ответил на звонок. – Ты номером не ошибся?

Ричи молча следил за разговором Энтони. Сначала он шутил и подкалывал Ланса, а потом вдруг уставился на него – на Ричи – каким-то уж больно подозрительным взглядом. Когда Энтони вернул Ричи телефон, то был серьёзен, и вдруг зачесалось у него то тут, то там.

– Что хотел Ланс?

– Э…

– Что «э»? Говори, как есть! – Ричи злился и это понятно. Ланс не стал бы звонить без особо важной на то причины. А Энтони своим «э» только нервировал его еще больше.

– Ланс в больнице, – издалека начал Энтони.

– А мне какое дело до этого? Или он думает, что пока Джастин катается по Америке с Юнесой, я буду вытаскивать его из переделок? Так что ли?

– Э… не совсем.

– Он что-то себе сломал?

– Он в роддоме.

В первые секунды Ричи представил Ланса с пузом на каталке, но вдруг опомнился – «роддом»? Джулия рожает! Больше не задавая вопросов, он вжал педаль газа в пол и летел к жене по объездной дороге.

Энтони молился, чтобы они доехали живыми.

***

Ланс

Эйбс уже битый час наблюдал за Ричи, который не мог усидеть на месте. Он ходил по коридору взад и вперёд, заламывая пальцы так, что они хрустели. Он нервничал, словно это его ребёнок должен вот-вот появиться на свет.

Ланс при этом стоял в дальнем углу, обратив ожидающий взгляд в окно. Ему не было дела до этого мира. Он вообще не понимал, что делает в этом месте. Иногда крики новорождённых детей заставляли его вздрагивать. Потому что не верил в происходящее, не верил, что он в роддоме из-за своего ребёнка.

– Слушай, Рич, – обратился к нему Эйбс, – может, сядешь уже. Когда она родит, нам сообщат.

Ричи остановился, кинув на Эйбса жёсткий, критикующий взгляд.

– Моя жена рожает. Я не могу быть спокоен, зная это.

Энтони поднялся на ноги и обратился к Скотту и Эйбсу:

– Пойдёмте в буфет, хотя бы кофе попьем. Я лично устал. Слышал, что схватки могут и по двенадцать-восемнадцать часов длиться.

– Бедная Джулия! – воскликнул Скотт.

– Женщины на то и женщины, чтобы все это терпеть, – пошутил Эйбс и тут же был смерен яростным взглядом Ричи.

– Тебе бы тоже не помешал кофе, Ритч, – спокойно сказал Энтони.

– Какое кофе?! Я ни о чем даже думать не могу! – затем Ричи умерил пыл. – Вы идите. Я здесь останусь.

Энтони, однако, не сдвинулся с места, глядя то на Скотта, то на Эйбса. А они непонимающе уставились на него. Энтони еле заметно кивнул в сторону окна. Там стоял ещё один человек, но к нему никто не обращался, будто боялся, что Ланс может испепелить каждого, кто с ним заговорит.

Эйбс помотал головой, что не станет спрашивать Ланса.

Тогда осмелился Скотт:

– Эй, Ланс! Кофе с нами выпьешь?

Но не так страшен чёрт. Ланс лишь отрицательно помотал головой.

Когда ребята удалились пить кофе этажом ниже, через пять минут появилась Стейси.

Ланс сразу понял, кто она, хотя никогда раньше её в лицо не видел.

Стейси бросилась к сыну, стараясь перекрыть волнение улыбкой.

– Ну как, сынок? Есть новости?

– Нет ещё. Что-то она долго рожает.

– Так и должно быть, – успокаивала его мать. – С тобой у меня схватки восемь часов длились. А на утро появился ты.

Ланс невольно поднял уголки губ. Его мать вряд ли помнит этот момент. Её ведь пьяную привезли в роддом. Многие удивляются, как это у Ланса никаких отклонений не было после такого.

– Ты здесь один? – после молчания спросила Стейси.

– Энтони и ещё пара друзей в буфете и… – Ричи посмотрел в сторону Ланса. Стейси тоже обратила свои голубые глаза, в точности как у сына, на светловолосого парня. – Это отец ребёнка.

Стейси кивнула. Затем отвернулась.

Ланс и не ожидал, что с ним будет здороваться свекровь Джулии, тем более, его поступок не мог быть оправданным. Так и хотелось встать и уйти, но какая-то сила удерживала его. И он остался ждать, вернув взгляд в окно.

Шёл час за часом. Энтони уехал, а на его место приехал Кевин. Позже приехали Эй Джей и Джей поддержать друга. Стейси охотно беседовала с Эйбсом в сторонке. Скотт вышел покурить. Ланс так и сидел у окна.

Внезапно Ричи и Ланс подорвались со своих мест к только что появившейся медсестре.

– Родила? – в один голос спросили они.

Застигнутая врасплох молодая женщина удивлённо разглядывала их.

– Простите, господа, – вежливо начала она, – кто из вас отец?

– Я!!! – как один крикнули Ланс и Ричи. Но очухавшись и поняв, что ляпнули не то, тут же перестроились и, указав друг на друга пальцами, выпалили: – Он!!!

Медсестра выглядела обескураженной.

Ричи умудрился, наконец, объяснить, смерив Ланса суровым взглядом:

– В общем, я – муж, а он – отец.

– Э… э… ну тогда я могу вас поздравить. Миссис Ньюил родила чудесного здорового мальчика весом семь фунтов три унции. И сама она чувствует себя великолепно. Роды прошли легко и без разрывов.

Все слова, сказанные медсестрой, казались Лансу заоблачными, но это же было неважно. Главное, все с ними хорошо. Он с облегчением вздохнул и отошел в сторону. На него никто не обратил внимания. Все принялись поздравлять Ричи.

***

Ланс

– Извините!

Медсестра откликнулась на голос Ланса и остановилась. Ланс нагнал ее и спросил:

– Как я могу увидеть миссис Ньюил?

– Идите за мной.

Медсестра провела его к палате Джулии и ушла по своим делам. Ланс не зашел сразу. Для этого ему нужно было набраться храбрости. Он встал у приоткрытой двери, чтобы немного понаблюдать за тем, что происходит внутри. Он сразу увидел Джулию. Она сидела на кровати, до пояса накрытая одеялом и смотрела на того, кто лежал в специальной детской кроватке на колесиках. К сожалению, рассмотреть было трудно, так как Ричи закрывал вид своей спиной. Джулия улыбалась. Она была счастлива.

– Тебе что-нибудь нужно, милая? – спросил Ричи, собираясь уходить.

– Только то, что в списке. Думаю, я ничего не забыла.

Ричи склонился над ней, и Лансу не нужно было видеть, чтобы понять – Ричи ее целует. Поцелуй продлился дольше, чем обычный, который делается на прощание. Ланс занервничал. Сначала он хотел уйти, но понял, что его какая-то сила так и толкает в палату и, сделав шаг, он вошёл. Грудь Ричи уперлась прямо в его грудь. Голубые глаза против зелёных. Они готовы были растерзать друг друга взглядами. Ричи явно не хотелось уходить, однако, он не мог пойти на попятную и выглядеть перед Джулией дураком. Пришлось оставить их наедине.

Оставшись у двери, Ланс непрерывно смотрел на Джулию, на минуту растерявшись.

Джулия ему улыбнулась и рукой дотронулась до своего живота.

– Хм. Так легко стало.

Только после этих слов Ланс прошёл ближе и увидел ЕГО – своего сына. Крохотный розовый комочек в голубых одежках тихонько сопел в кроватке, сжимая кулачки. На глаза вдруг навернулись слезы. Ланс подумал, что это осознание счастья, но Джулии свою слабость демонстрировать он не собирался, поэтому отвернулся от ребенка.

Наступила тишина. Оба смотрели в разные стороны, и ни один из них не решался что-либо произнести. Да и собственно, о чём им говорить? Ланс уже жалел, что пришёл.

– Я… – начал было Ланс, чтобы покончить с молчанием, но Джулия его опередила.

– Спасибо, Ланс. Нет, правда… ты не бросил меня в трудную минуту, а мог бы. Для меня это важно.

Ланс смутился и опустил глаза.

– Не стоит благодарности. Я растерялся… не знаю даже, что мною управляло в тот момент.

– Хм…оправдываешься.

Глаза его забегали. Ланс был неисправим и всегда поступал не так, как нужно. И сейчас он должен был сказать совсем не это.

Таков уж он – Ланс Бассет.

– Окей. Раз у вас всё хорошо, думаю, я могу идти. На работу надо ехать.

– Я не держу тебя, – с обидой произнесла Джулия, глядя на свои руки. – Тебе не обязательно было быть здесь.

Ланс крепко сжал губы, махнул рукой и поспешно покинул палату, оставив Джулию наедине с сыном. С их общим сыном.

***

Джулия

После ухода Ланса к Джулии пришла Стейси.

Джулия с улыбкой наблюдала, как Стейси обращается с младенцем, меняет ему подгузник, ходит по палате, поставив малыша столбиком после кормления, чтобы у него вышли газики. Джулии предстояло всему этому научиться. Такое счастье, что у неё была Стейси. Потому что мама далеко. Потому что она не знает, что у неё сегодня родился внук. Джулия всё думала, как бы сейчас Джоана была счастлива взять родной комочек в руки. Несмотря на свой тяжелый характер, мама любила детей, и Джулия прекрасно об этом знала.

Стейси пообещала приходить каждый день, пока Джулия не окрепнет и не станет уверенней. Сегодня она успела показать, как правильно прикладывать ребёнка к груди. Все её советы были бесценны.

– Ричи говорил, что вы лучшая мама на свете, – радостно сообщила Джулия. – Теперь я в этом убедилась.

Стейси засмеялась, принимая похвалу.

– Вы ведь не обязаны…

– Джулия, ты – жена моего сына, и он хочет усыновить эту кроху. Так почему я должна быть в стороне от этого события? – резонно объяснила Стейси. С чем нельзя было не согласиться.

Сердце Джулии наполнилось теплом, когда Стейси сжала её руку. У неё сегодня самый счастливый день. И он стал ещё радостнее, когда в дверях появился Дункан с огромным букетом в руках.

Стейси с подозрением воззрилась на него. И чтобы избежать недопонимания, Джулия принялась объяснять, кто же этот заботливый молодой человек.

– Стейси, это Дункан – мой брат.

– Брат? – удивилась женщина. – Но Ричи сказал, что он в тюрьме.

– Э… настоящий брат в тюрьме. А Дункан названный брат. Мы с ним очень близки в этом плане.

– Добрый вечер! – поздоровался Дункан, понимая, кто перед ним.

Стейси взяла у него цветы:

– Поставлю их в вазу.

Движения Дункана были скромными. В присутствии Стейси он не знал, как себя вести. Он вошёл в палату и остановился недалеко от кровати Джулии, но так, чтобы было видно малыша.

– Какой кроха, – улыбнулся Дункан.

Джулия молча смотрела на него, а глаза её блестели.

– Я только вернулся из поездки, и мне сразу сообщили новость. Я не стал ждать утра.

– Я очень рада, что ты приехал.

Стейси поставила вазу с пышными цветами на прикроватный столик у окна.

– Пожалуй, я поеду, – сказала она, хватая сумку. – Завтра утром я вновь у тебя, девочка.

Стейси нагнулась поцеловать Джулию в щеку, но дотянулась до лба. Получился поцелуй матери. Затем она попрощалась с малышом, бросив молчаливые слова, и покинула палату.

– Свекровь?

– Она мне очень помогает.

Наконец Дункан расслабился и взял Джулию за руку, она обхватила его пальцы в ответ. Его не было всего неделю, а она уже скучала так, словно не видела месяц. Но, к своему стыду, не стала об этом говорить.

– Мне сказали, что в роддом тебя привёз Ланс.

– О, да. Просто кроме него дома никого не было. Но он справился. Я могла ожидать худшего.

Дункан долго смотрел на младенца.

– Он его видел?

– Видел.

– И… – Дункан не знал, как поставить вопрос, но Джулия специально не помогала, хотя догадывалась, о чем Дункан собирается спросить. Он поджал губы. – Как он отреагировал?

– Разве ты не знаешь Ланса? Отмазался тем, что хотел удостовериться, всё ли у нас хорошо. Дункан, он даже не подошёл к ребёнку!

– Ты ожидала, что в нём проснутся отцовские чувства?

– Нет, но…

– Но…

– Да, ожидала! – сдалась Джулия. Дункан всё равно умел её раскусить и отпираться бессмысленно. – Ожидала, – повторила она. Её внезапно охватило чувство бессилия. Столько месяцев она выстраивала между ними стену, но как оказалось, напрасно. Стоило Лансу проявить немного заботы, и стена рухнула, как карточный домик. Не такой прочной она оказалась. – Я не понимаю, как человек может быть таким равнодушным к собственному ребёнку. Я жизнь отдам за этот комочек, а он…

Джулия заплакала, и Дункан притянул ее к себе, чтобы обнять. Преодолевая боль, она подползала к Дункану и прижалась к его груди. От него пахло кондиционером для белья. Перед тем, как ехать сюда, он надел чистую рубашку. Она зарылась носом в свежую ткань и тихо всхлипывала.

– Вот и живи ради этого комочка, – утешал её Дункан. – У тебя хороший муж. Мне кажется, без Ланса будет намного лучше. Ты будешь счастливее без него.

– Конечно, ты прав, – закивала она, отодвигаясь. Матка продолжала сокращаться, и было больно. Ей хотелось лежать. – Я больше не буду думать о нём.

– Правильно. Думай о сыне и о том, как его воспитаешь.

Джулия согласилась. Но стоило Дункану уйти, Джулия тут же нарушила все свои обещания. Она не могла не думать о Лансе, не могла забыть его. Особенно теперь, когда он дал понять, что надежда еще есть.

***

Ланс

Денёк выдался не самый лучший. И это вместо того, чтобы достойно провести заслуженный выходной. Исбитт не часто делает такие подарки. Чёрт дёрнул его заехать домой, чтобы переодеться. Ланс оглядел себя в зеркало у входа в «Айсбар»: рубашка в серую полоску с закатанными до локтя рукавами, серые брюки и ботинки. Вполне деловой вид. Но Ланс привык цеплять девочек в стильной одежде. Да и чёрт с ним! Он приехал в этот бар не девочек цеплять, а праздновать.

Он стал отцом!

Никто не знал, как он счастлив. Никто и не узнает.

***

Ли

Кто-то, может быть, скажет, что он снова взялся за старое, если узнает. Но ему плевать. Последние два месяца удача прямо-таки плыла ему в руки. Его энергия вела вперёд, его захлестывал азарт, а внутри что-то шептало: давай, Ли, давай! От всех автоматов пахло «зелененькими», они насквозь пропитались запахом огромных денег. И знание этого лишь усиливало желание ИГРАТЬ.

Сегодня Ли выиграл всего двести баксов. Настроение было приподнятым. Он позвонил Дункану, чтобы угостить его выпивкой, а узнав, что Джулия родила, сказал, что платит за ужин.

Они встретились в Даунтауне. Дункан выбрался из своей машины и с уставшим видом побрёл к ресторану. Ли уже стоял у входа.

– Есть пара свободных столиков. Так что пойдём, пока не заняли, – закидывая руку другу на плечо, сказал Ли.

– С чего это ты решил расщедриться? Или в парикмахерской удвоили процент?

– Ну да… удвоили процент. – Отличная ложь. Его же никто не собирается проверять. – Твоя обожаемая подруга родила, надо отметить.

– Она ведь не мне ребёнка родила, так что отмечать мне нечего.

Ли вздохнул.

– Ох, Дункан. Ты всё никак не смиришься.

– С чем? – Дункан нахмурил брови.

Официант принёс вино и хлеб, затем быстро испарился.

– С тем, что Джулия всё-таки родила.

– «Всё-таки» тут ни при чём. Меня Ланс раздражает. Если уж он решил её бросить и прямо заявил, что ребёнок ему не нужен, тогда зачем весь этот спектакль?

Ли не был в курсе, что происходило дома за последние сутки, поэтому вопросительно воззрился на друга.

– Он, мало того, что привёз её в роддом, – принялся объяснять Дункан, – так нет, эта благодетель там остался, дождался рождения. По словам Скотта, он выкрикивал медсестре, что приходится младенцу отцом, поставив Ричи, тем самым, в неловкое положение, так ещё имел смелость к ним зайти.

– Не думаю, что Джулия слишком расстроена.

– Она плачет из-за него, ясно? Он просто расковыривает, покрытые коркой раны. Я не хочу, чтобы она надеялась.

До Джулии Ли не было дела, но он знал о чувствах Дункана, поэтому ему казалось, что так всё продолжаться не может.

– Поговори с Лансом ты.

Дункан взял бокал вина и сделал глоток, оно разлилось весёлостью по всему телу.

– Мне ни к чему разговаривать с Лансом. Я не собираюсь выполнять работу Ричи. Джулия – его жена и он обязан устранять соперников сам.

Сказал, как отрезал. Ли понял ход его мыслей. Друг должен оставаться другом и, пока его не просят, не лезть в чужие дела. Да, Дункан умел быть другом. А ещё он мог предвидеть события. И говоря о том, что должен делать Ричи, как будто знал, что Ричи и в самом деле настроен взъерошить Чеширскому коту шёрстку…

***

Ричи

Шёл первый час ночи. Ричи и Шон сидели в студии. Ричи перебирал струны, а Шон подбирал ритм к новой мелодии. Оба молчали. Шон много не разговаривал последние месяцы, а Ричи и не хотелось. Иногда он даже уставал от постоянных споров между Джей Си и Энтони, от наставлений Джея и от безмерной болтовни Эйбса. К счастью, все они спали.

У Ричи появилось вдохновение, и он попросил Шона помочь.

– Кажется, песня выйдет эмоциональная, – сделал вывод Шон, из того что слышал.

– В последнее время, дни слишком эмоциональные.

И то было правдой. Ричи женился на девушке, которую любит всем сердцем и он поклялся себе сделать всё, чтобы она была счастлива. Но её беременность утомила его настолько, что это стало пароксизмом. Месяцы воздержания. Для мужчины это равносильно смерти. Иногда они целовались, как одержимые, и Ричи надеялся, что она вот-вот сдастся и впустит его в себя. Но итог был всегда одинаковым: «Прости, но я хочу, чтобы всё было по-настоящему, без живота». И что оставалось бедному Ричи? Смирение – лучший способ не будить зверя в беременной женщине. На измену Ричи бы не решился.

Теперь ребёнок родился. Живота нет. Но Ричи знал, что возникнут новые отговорки. А ещё Ланс начал игру не по правилам, о чём Ричи собирался ему напомнить.

Отдал женщину, значит забудь.

Через некоторое время у Шона зазвонил телефон, и он поспешно распрощавшись, куда-то уехал. Ричи остался один. В спальню ему идти не хотелось. Без Джулии там было слишком пусто. Ричи не хотелось скучать, хотя это всего на несколько дней.

Решив прогуляться до озера, он закрыл студию и направился в обход дома, когда услышал громкую музыку. К их дому подъехал автомобиль. Через высокий забор не было видно, кто прощается, пытаясь перекричать мощные динамики. Но голос уже казался пьяным. Через минуту звуки музыки и мотора стихли, а в калитку вошёл Ланс.

Ричи вернулся к крыльцу и преградил новоиспечённому папаше путь.

– О! Муженёк! А ты почему не празднуешь? – заплетающимся языком говорил Ланс. Рожа была довольная, Ричи так и хотелось её смять бульдозером.

– Только не говори, что ты праздновал.

– А почему нет? – Ланс начал подниматься по ступенькам, шоркая подошвой и качаясь из стороны в сторону.

Ричи пошёл за ним.

– Давай договоримся, – сказал Ричи, – ты больше не будешь принимать в их жизни участие. Даже случайно.

Ланс остановился. Их глаза были на уровне друг друга, точно так же, как и в роддоме, когда они столкнулись в палате. От Ланса сильно несло перегаром. Но Ричи стойко ждал ответа.

– Боишься?

– Мне нечего бояться. Но ты можешь подать Джулии пустые надежды. Я не хочу, чтобы она страдала.

Ланс продолжил путь. Он вошёл в дом, включил свет и поплелся к бару.

– Так и скажи, Ричи, – громко воскликнул Ланс, – ты боишься! У вас это было с ней?

– Что – это?

– Ну, ты же не наивный дурачок и прекрасно понял, что я имею в виду секс. – Ланс пил вино бокал за бокалом. Он не ведал, что говорил. Наутро он, скорее всего, пожалеет о своих словах, но сейчас он получал истинное удовольствие, втаптывая Ричи в грязь.

– А спорим, – Ланс не дал Ричи рта открыть и вновь заговорил, – что если я решу трахнуть её, то сделаю это без труда? И она мне не откажет. А знаешь почему? Потому что Джулия хочет меня!

Терпеть гнусные издевки в свой адрес Ричи ещё мог, но последние слова Ланса вывели его из равновесия. Его кулаки сжались, и он почувствовал, как на лице проступила краска гнева. Следующее мгновение Ричи плохо помнил. Он размахнулся, и вот Ланс лежит на полу. Он был пьян и плохо держался на ногах. Недолго думая, Ричи поднял его за ворот футболки и ударил вновь.

Кажется, Ланс закричал от боли, потому что через минуту из комнат повыскакивали Дункан, Саймон – с первого этажа, а Джей, Ник, Джой и Кевин – со второго. Дункан немедленно встал между Ричи и Лансом.

– Мать вашу, другого времени не нашли бить друг другу морды?! – ворчал Джой, собирая разбившееся стекло с пола.

Ричи истошно кричал, что не позволит Лансу приближаться к Джулии даже на дюйм.

– Да? И что ты сделаешь? Охрану приставишь к ней или телохранителей?

Ник безнадёжно покачал головой.

– Ричи, не отвечай ему. Уймись, – просил Джей, оттаскивая друга к лестнице.

– Я выживу тебя отсюда, гад!

Ланс хотел ответить, но грохот кулака по столу заставил заткнуться даже часы на стене. Это был Кевин. Ему осточертели все разборки в этом доме. Хватило и того, что его кузен теперь в тюрьме. Пора было ужесточить правила.

– Если это будет продолжаться здесь, в этом доме, – рычал Кевин, не разжимая кулака, – то я приму меры. Я не буду разбираться кто прав, а кто виноват. Вы просто покинете этот дом. Я ясно выражаюсь? – Он оглядел встревоженные лица, затем добавил: – И отныне это касается всех.

Глава 2

Юнеса

Июнь, 2004 год

Послышался стук в дверь.

Было ещё рано. Кому пришло в голову ломиться в такую рань?

Юнеса приоткрыла глаза, и перед ней нарисовался не кто иной, как Джастин – любовь всей её жизни. Она снова уткнулась лицом в подушку и накрылась одеялом.

– Юнеса, вставай! – серьёзно сказал он и сдернул тонкое одеяло обнажив её ноги.

– Нет, – мотая головой, говорила она.

– Вставай, говорю.

– Зачем? Ещё так рано, – простонала она. Но в мыслях проскользнула одна вещь: обычно Джастин будит её более ласково. За несколько месяцев, которые они провели только вдвоем, Юнеса успела привыкнуть к особенному вниманию Джастина. После скандала, который случился в зале суда, он принял решение, что на время они с ней должны уехать. Джулия буквально чуть не выдрала Юнесе волосы, как только Брайана увели из зала в камеру. К счастью, Ричи позаботился о том, чтобы в зале присутствовал врач. Джулии вкололи успокоительное. А потом с ними беседовал Ник, утверждая, что присутствие Юнесы будет провоцировать новые скандалы. Джулии нужно было родить. Джастина это могло бы не заботить, не будь это ребёнок Ланса. Юнеса дала согласие, не догадываясь, что Джастин повезёт ее в Техас и познакомит со своими родителями. Счастью Юнесы, вопреки всем обстоятельствам, не было конца.

Но вот уже несколько дней они дома. Юнеса ещё не встречалась с Джулией. Они друг друга избегали. И всех это устраивало. Только в это воскресенье Джой решил устроить всеобщий завтрак, о котором Юнеса забыла.

И не волновал её никакой завтрак. Она смотрела в лицо своему парню, выражение которого начало беспокоить.

– Ты что, Джастин?

– Все уже собираются. От Джулии вечно прятаться ты всё равно не сможешь. Вставай.

– А твоё настроение?

– А что не так с моим настроением? – также холодно, но сдержанно и спокойно продолжал говорить Джастин.

Юнеса приподнялась в постели.

– Где ты был ночью?

Внезапно, услышав этот вопрос, Джастин начал складывать разбросанные вещи Юнесы, чего никогда не делал. Было отчётливо видно, что он нервничает.

– С чего ты решила, что я где-то был ночью?

– На тебе вчерашняя одежда, – грубо ответила она и встала с кровати.

– Просто уснул в ней. Я вчера очень устал. У меня ведь были экзамены, ты не забыла? Я должен нагнать пропущенную программу до осени.

Юнеса приняла отмазку, но не поверила.

«Здесь что-то неладное, – думала Юнеса, надевая на себя тонкое белое платье. – Он меня за дурочку держит? Я выясню, что происходит. Сегодня же!»

Одевшись, Юнеса повернулась к Джастину и улыбнулась.

– Ты со мной ещё не поздоровался.

Джастин расслабился.

– Извини. – Он подошёл к ней и, мгновенно чмокнув в губы, вышел из комнаты.

Юнеса застыла на месте, ошарашенная его поведением.

«Теперь нет сомнений, что он что-то скрывает».

К завтраку она спустилась одна.

Все уже сидели за их обычным большим овальным столом, включая Джулию. Кевин – во главе у окна с газетой. Эйбс что-то громко обсуждал с Сайманом и Скоттом. Ланс и Джастин сели по разные стороны стола, что удивило Юнесу. Она бросила взгляд на Джулию, которая кокетничала со своим мужем. Она выглядела вполне счастливой, словно ничего не случилось. Неужели правду говорят, что гормоны во время беременности полностью меняют характер женщины. Хотя не исключено, что всё это маска.

Юнеса села рядом с Джастином и сосредоточилась на еде. За столом начался живой разговор. И в основном все говорили о новорождённом сынишке Джулии.

– Кстати, Джулия, – выкрикнул Эйбс, – а как ты сына назвала?

Улыбка Джулии моментально исчезла. Они с Ричи переглянулись.

– Мы еще не оформили документы. Поэтому с именем не определились, – вкрадчиво сказал Ричи.

– Малышу уже месяц, и вы его называете просто «ребёнком»? – удивился Скотт.

– Нет! – воскликнула Джулия. – Я хочу назвать его Томас. Том.

– О, это же второе имя Брайана, – заметил Кевин.

– Томас? – послышался голос Ланса. За столом наступило молчанье. – Это имя встречается на каждом повороте. Том – Боже мой! Этим именем даже котов называют. Неужели нет ничего более оригинального?

Для всех, включая и саму Джулию, такое выступление было непонятно. Никто не стал комментировать. А Джулия, озадаченная сказанным, всё-таки ответила:

– Да… я подумаю, обещаю.

***

Джулия

Щедрое июньское солнце изливало обжигающее тепло, как обдаёт жаром пламя от костра. Джулия шла через рощу к озеру. В руках она несла полотенце. Её босые бледные ноги ступали смело на раскалённую каменную дорожку, а потом и на песок. Её это не смущало. Несколько минут свободы – какое же это счастье! Озёрная вода была прохладнее, чем в бассейне, поэтому Джулия непременно изъявила желание окунуться, да и подальше от посторонних глаз.

На краю каменистого утёса Джулия заприметила Дункана. Он сидел чуть ниже от того места, откуда она когда-то свалилась. Таинственная тетрадь в кожаном переплёте лежала на его коленях, а сам Дункан сосредоточенно в него что-то записывал. Тёмные волосы были зачёсаны аккуратно назад с помощью геля, но некоторые длинные пряди всё равно выбивались и падали на лоб. Он нашёл идеальное место для ведения романтичных дневников, ведь Джулия была уверена, что в тех строках, что льются в его тетрадь, он дарил кому-то свою нежность – той девушке, которую любил безответно. Неужели у него нет никакого шанса на взаимность?

Увидев Джулию, он помахал ей рукой, не выпуская ручки. Джулия махнула в ответ.

– Бросай все дела и иди сюда! – крикнула Джулия, зайдя по пояс в воду. По коже пробежали мурашки от неожиданного холода.

Дункан согласился и быстро спустился вниз.

– А как же сын? – спросил он, снимая футболку и шорты.

– Стейси с ним. Она меня с большим трудом прогнала. – Джулия водила по воде руками, рисуя круги. А сама краем глаза наблюдала, как Дункан бережно кладёт свою драгоценную тетрадку на одну сторону футболки, а потом накрывает другой. «Смешной», – подумала она.

Всплеск! Дункан нырнул и скрылся под водой. Джулия боролась с резко подступившим холодом. Он выплыл далеко от неё.

– Плыви сюда! Здесь вода теплее! – зазывал её Дункан.

– Нет. Ты же знаешь, что я боюсь глубины.

– Ты не можешь бояться её вечно. Давай попробуем?

– Нет, – она усилено замотала головой. – После того, как я упала с обрыва и чуть не утонула, я боюсь не почувствовать дно.

– Ну, – Дункан подплыл ближе. – Начнём с того, что ты не упала, а спрыгнула.

– Я упала, – спорила Джулия.

– Не забывай, что ты говоришь с очевидцем. А я отчётливо видел, как ты спрыгнула.

Джулия посмеялась.

– Сходи к окулисту.

– У меня стопроцентное зрение. Давай. Плыви ко мне. – Он встал на футов пять дальше. Джулия видела, что его ноги касаются дна, хотя вода ему была выше груди. – Не бойся. Я же рядом. Со мной тебе нечего бояться. – Он вытянул руки вперёд.

Джулия сделала шаг-другой, затем схватила его за руки, подплыла и крепко вцепилась, обвив его шею руками.

– Черт! Я боюсь.

– Аккуратно опусти ноги. Ты почувствуешь песок. – Он старался не обращать внимания на то, что её губы в миллиметре от его. А от волос, несмотря на озёрную воду, еще исходил запах шампуня. – Вот так. Теперь пробуем ещё раз. Отойди на пару шагов и плыви ко мне снова.

Джулия повиновалась. Они повторяли это упражнение вновь и вновь, и каждый раз Дункан отходил на шаг. Но вот её ноги не нащупали дна, и у Джулии начался приступ паники. Участилось дыхание, судороги впились в её тело так, что она не могла шевелить конечностями. Перед глазами всплыли обрывки из памяти, когда глубина поглощала её в себя, а она всё опускалась и опускалась.

– Дыши ровно! – услышала она, и её руки сделали взмах. Она глотнула воздух, осознавая, что всё ещё на поверхности. Её держал Дункан. Обхватив обеими руками её талию, он помогал оставаться на плаву. – Вот умничка. А теперь я тебя отпускаю, медленно… плыви!

Джулия умела плавать, и она стала грести руками. Одно единственное желание – выбраться на берег.

– Ты сумасшедший, – сказала Джулия довольным тоном, когда они оба свалились на тёплый песок под жаркое солнце. – Спасибо. Надеюсь, после такой терапии я быстро привыкну к глубине.

– Попроси Стейси приезжать каждый день и увидишь, мы добьёмся того, что твой страх отступит.

Дункан был серьёзен, а Джулия смеялась.

– Дурак! Так нас начнут подозревать не Бог весть в чем.

Ему хотелось взять её за руку и осуществить любое подозрение. Он хотел утопиться в омуте её каре-зелёных глаз. Но более безумное желание – это чувствовать, как трепещет её тело под ним. Её поцелуй станет слаще любого десерта. Она самая замечательная, самая красивая девушка на планете, других таких нет.

– Как поживает Ким? – спросила Джулия, нарушив молчание.

– У неё всё хорошо.

– Знаешь, о чём думаю?

– Гм? – Дункан закрыл глаза, чтобы представить лицо Джулии над ним. Руки он убрал под голову.

– Надо как-нибудь собраться нам вчетвером и сходить повеселиться. Я прям-таки мечтаю дружить семьями. – Джулия мечтательно хихикнула. – Это же круто, когда две супружеские пары вместе путешествуют, проводят время на барбекю, посещают интересные места. Как думаешь, у нас такое возможно?

– Вполне.

– Ну, так как насчёт вылазки вчетвером?

– Сейчас не получится. – Дункан сел, хватая свою одежду. – Ким у родителей.

– О! – Джулия приподнялась на локте и стала смахивать со спины Дункана песок. Её нежные тонкие пальцы выплясывали невообразимо приятные пируэты. По его спине пробежала видимая дрожь, и Джулия выдала на лице подобие улыбки. – Нравится? Хочешь, ложись на живот, а я сделаю тебе приятный массаж?

Сначала он думал отказаться, но, черт возьми, от такого шанса нельзя отказываться. Джулия не принадлежит ему, но она рядом и может доставить ему хотя бы малое удовольствие. Он лёг на живот и закрыл глаза.

Джулия молча водила пальцами по его спине, вырисовывая непонятные узоры. Её мысли были далеко. Она не придавала значения тому, что около неё Дункан. Ей просто хотелось подумать. О Лансе. О том, что однажды на месте Дункана будет он. Джулия верила в это будущее, потому, как Ланс проявляет себя.

Позже, после душа, Джулия спустилась вниз выпить минералки. После каждого кормления она просто умирала от жажды. В холодильнике она нашла холодную бутылку содовой и жадно к ней припала.

Скотт вырос ниоткуда. Джулия ахнула.

– Напугал?

– Да.

– Я, если честно, поджидал тебя.

– Правда? – безразлично бросила Джулия, закручивая крышечку на бутылке.

Скотт висел на дверце холодильника с обратной стороны, а когда Джулия вернула бутылку на место, он помог ей захлопнуть дверцу.

– Я лишь хочу предупредить тебя. В общем, лучше это буду я, нежели Ричи.

– О чём ты?

– О тебе и Дункане. Я понимаю, что вы хорошие друзья. И все это знают. Но у вас бывают слишком интимные отношения.

– Что?!

Это бред! Джулия раздражённо взмахнула рукой:

– Скотт, ты понимаешь, что говоришь?

– Похоже, это ты не понимаешь, что если Ричи увидит тебя и Дункана полуголыми на пляже, он придёт в бешенство. Ну а про то, что ты ласкала Дункану спину, я не стану упоминать. Со стороны это выглядит… эротично.

– Эротично?

Скотт кивнул.

– Просто будь осторожна. Я беспокоюсь о тебе, пойми.

Скотт ушёл. Джулия пожала плечами: «Я, Дункан и эротика – невероятно сложная композиция. А главное, невозможная».

***

Юнеса

Идея пойти на ланч вместе принадлежала Фионе. Если бы подруга не позвонила, то Юнеса о ней бы не вспомнила. Они не виделись с тех пор, как Брайана посадили. Фиона была с самого начала возмущена тем, что Юнеса решила совершить правосудие. Только эта причина охладила их крепкие дружеские отношения.

– Техас?! – ахнула Фиона, услышав рассказ Юнесы. – Представляю, сколько эмоций ты получила. Особенно если учесть, в каком стрессовом состоянии ты была.

– Никаких эмоций, Фи, – был сухой ответ. Юнеса играла с трубочкой, но коктейль оставался нетронутым. – Просто мне было приятно узнать, что Джастин… Джастин относится ко мне серьёзно.

– Ты везучая, подруга. Сменила одного красавчика на другого. При этом оба познакомили тебя с родителями.

– Может быть.

Фиона хорошо знала Юнесу. Они дружили с первых дней в школе. И понять, что подруга чем-то обеспокоена, Фионе не составило большого труда. Слова из Юнесы вытягивались, как тугая резина. И глаза были грустные-грустные, словно она потеряла котёнка. Ах да, чего это она! Юнеса не любит пушистых гадких котиков. И всё равно, такое настроение Фионе не нравилось.

– Что у тебя стряслось? Я вижу, что ты чем-то озабочена, и я хочу знать – чем.

– Да ничего не стряслось. Все хорошо, – пыталась отвертеться Юнеса.

– Послушай. Один раз я позволила тебе совершить глупость. Вовремя не убедила тебя рассказать всё Брайану. Теперь я этого не допущу. Я вижу, что-то не так. Говори.

Что поделать. Фиона настойчиво стоит на своём. Юнеса не знала, стоит ли говорить об этом. Возможно, ей показалось и на самом деле всё хорошо. Или просто выговориться? Фиона – подруга, она даст совет или успокоит. Она съела лимон со стакана, выкинула кожуру, вытерла руки, затем сказала:

– Хорошо. Однако это всего лишь мои догадки, Фи.

– Какие? Говори.

– Сегодня утром Джастин пришёл меня будить. Но его голос, действия были равнодушными. Он был со мной холоден, не как всегда. И поцеловал, лишь бы я отстала.

– Угу. И тебя это задело, не так ли?

– А тебя бы не задело? И потом. На нем была вчерашняя одежда, глаза заплывшие, будто он не спал всю ночь. И я допускаю мысль, что… – Юнеса на минуту замолчала, затем набрала воздуха и снова заговорила, – что он вовсе не приходил домой ночью.

– Ясно. Считаешь, он принялся за старое? По стопам своего дружка Ланса?

– Однозначно, Ланс потащил его за собой.

– Так поговори с этим Лансом и узнай, куда они ездили.

– Он мне не скажет, – спорила Юнеса.

– А ты попробовала?

– Нет.

– Так сначала попробуй, подруга.

В эту минуту их прервал официант, подошедший с горячими блюдами. Фиона налетела на овощной салат, а Юнесе кусок в горло не лез. Если Джастин и совершил что-то нехорошее, то она сама виновата. Впервые она была в тупике. А всё из-за чего? Из-за собственной неосмотрительности.

***

Ланс

На потолке вроде бы ничего не написано, а Джастин не сводит с него глаз. Он лежал на кровати в комнате Ланса и обдумывал свой омерзительный поступок. Совесть не просто его мучала, она грызла его изнутри.

Ланс, в свою очередь, сидел рядом, подобрав ноги под себя в турецкой позе. Но на друга он не обращал внимания, так как был занят пересчётом своих денег.

– Для тебя так важно их количество? – нервно буркнул Джастин.

– Что?

– Я говорю: на кой черт ты их считаешь?

Ланс поднял брови. Он сбился со счета.

– Ты чего? Я всегда их считаю.

– Ну и дурак.

– Почему?

– Потому что я сижу, то есть лежу, и думаю, как уладить свою проблему, а ты занят этими дерьмовыми банкнотами, – возмущался Джастин.

– А что тут думать? – Ланс собрал деньги с кровати и отправил их в бумажник, который потом еле закрыл. – Повеселился и забыл.

– Легко сказать! Это тебе всю жизнь на все наплевать, но не мне. Ты хоть представляешь, что для меня значит изменить Юнесе? Нет. Потому что ты никогда никого не любил. Тебе на всех наплевать, кроме себя любимого. И на меня тоже.

– Мне не наплевать на тебя, Джастин, – возразил Ланс.

Что вообще Джастин хочет этим сказать? Разве они не занимались тем же самым до появления Юнесы? Подумаешь, какая беда! Никто за руку его не тянул. Джастин сам пошёл с той девкой. А теперь ломает комедию, якобы он предал Юнесу и гореть ему в огне. «Поезд ушёл, Джастин. Какой совет ты хочешь услышать от меня?»

– Заткнись! Если бы тебе было на меня не наплевать, то ты бы не повёл меня в тот дерьмовый клуб, не напоил, и я не оказался бы утром в постели какой-то там шлюшки.

Внезапно Джастин замолчал, так как в комнату вошел Джей Си, озадаченно изучая обстановку. И Джастин сразу понял, что переборщил.

– Вы так кричите, что у меня в комнате слышно. Думал, может, случилось что, – говорил Джей Си, не сводя глаз с Джастина.

– Это он орёт, а не я, – вставая с кровати, молвил Ланс, затем принялся выталкивать Джея Си из комнаты. – Мы так разговариваем. Всё в порядке.

– Ты уверен?

– Да. Абсолютно. Будь спокоен,– сказал Ланс и закрыл дверь.

– Думаешь, он слышал? – испуганно спросил Джастин.

Ланс повёл бровью и вернулся на своё место:

– Ну, судя по его ошарашенному лицу…

– Теперь мне конец.

– Тебя никто не заставлял повышать голос. Сам виноват. – Ланс был доволен происходящим. По крайней мере, он считал, что Джастину послужит это уроком, и он научится слушать его – Ланса. Это было очень важно, так как знал, что делает всё верно, хоть и плохо.

Оба замолчали. Тишину прервал тихий стук в дверь. Джастин тут же переполошился, ведь он знал, что так будет стучать только девушка.

– Это Юнеса. Готовь виселицу. Джей Си уже ей все разболтал. Мне конец. Ко-нец. – Он сжал крепко веки и накрыл голову руками.

– Да успокойся ты. Будь мужчиной. – Ланс подошёл к двери и распахнул её.

За ней стояла Джулия. Её пальцы нервно переминали друг друга. Глаза, как у дикой кошки, но испуганной. На ней было розовое платье с оборкой через плечо. Волосы перетянуты в хвост на затылке. У Ланса комок в горле застрял. Зачем она пришла? Такая красивая…

Он впустил её, несмотря на собственные противоречия.

Джулия медленно прошла в комнату и глянула на Джастина, чьё лицо выражало беспокойство и страх. И их не скрыть.

– Что это с ним? – обратилась она к окаменевшему Лансу.

– Со мной все в порядке, Джулия, – нервно обронил Джастин. – У нас с Лансом просто нелёгкий разговор состоялся. Это наше – личное.

Джулия понимающе кивнула.

– Вам поговорить надо? – и, не дождавшись ответа, добавил: – Ладно. Тогда я вас оставлю.

Джастин вышел.

Ланс топтался на месте.

– Может, сядешь?

– Нет. Не хочу.

– Выпьешь? – тогда спросил Ланс.

– Я не в гости пришла, – колко ответила Джулия.

Когда она прошла мимо, оставив дорожку приятного цветочного запаха, у Ланса по спине пробежала мелкая дрожь.

– Ну, ладно. В таком случае, что за дело?

– Твоё выступление. За завтраком… это…

– Еще не придумала нормальное имя? – поняв, о чем она, спросил Ланс.

– Нет.

– Посоветовать? Ты за этим пришла, не правда ли?

Это заставило Джулию насторожиться. Её глаза бегали из угла в угол, но Ланс знал, что делал. Это его игра и он будет водить.

– Попробуй.

– Назови его Стивен.

– Стивен? – а сама подумала: «Как же быстро он сообразил. Словно имя заранее было готово».

– Да. Томас может остаться вторым именем, если ты хочешь сделать Брайану приятное. Стивен Томас Б… Ньюил. Звучит красиво.

Бассет. Ну что за идиот? Чуть не ввёл девчонку в заблуждение. Давая имя своему ребёнку, Ланс не делал из этого чего-то триумфального. И это не значило, что он готов его принять. Все остаётся по-прежнему. А «Бассет» чуть не слетело с его губ по привычке. Именно. Так и есть.

– Я подумаю над твоим предложением, – ответила Джулия, после чего покинула его комнату, так ни в чем и не разобравшись.

***

Джулия

После обеда Джулия пошла к своему сынишке, который проснулся и преспокойно лежал в кроватке, изучая новый и непонятный ему мир. Такой крошечный, такой беззащитный уже подвергается проблемам взрослых. Хотя для Джулии это приятные проблемы.

Она дотронулась до хрупких ручек малыша и вслух произнесла:

– Стивен, ты так похож на папу.

И тут же услышала позади себя шаги. Вздрогнув, она обернулась и увидела Ричи.

«Интересно, он слышал?»

– Джулия, ты не забыла, что сегодня мы едем оформлять документы на Томаса? – говоря это, Ричи не смотрел на Джулию, он смотрел на младенца.

Джулия, до сих пор находясь в испуганном состоянии, кивнула. Затем попыталась не думать ни о чем и настроиться на предстоящее дело. Она снова повернулась к ребёнку.

– Сейчас, я его покормлю и мы поедем. Стейси уже приехала?

– Да, ждёт внизу. Её Эйбс развлекает историями.

Джулия улыбнулась, взяла малыша и, присев на край кровати, приступила к кормлению.

Ричи стоял как вкопанный. Как-то неловко было смотреть на Джулию, как на кормящую мать. Самым лучшим было просто уйти.

– Я подожду тебя внизу.

Но Джулия как будто его не слышала.

– Я теперь точно знаю, как его назвать.

Ричи притормозил у самой двери.

– И как? – спросил он.

Их глаза встретились. Джулия увидела в голубом зеркале его глаз тревогу, которая отражалась и в её глазах. Неужели Ричи чувствует, что это связано с Лансом? Или он всё-таки её слышал? Но как бы то ни было, она уже решила, а Ричи должен знать.

– Его будут звать Стивен Томас. Как тебе?

– Стивен?

– Да. Стив – сокращённо, – беззаботно ответила Джулия.

– Но, Джулия, ты же хотела назвать его Томас. Весь месяц мы привыкали к этому имени.

– Его и будут звать Томас, но это будет его второе имя, – с улыбкой ответила она и отвернулась.

Ричи понял намёк и не стал спорить, зная, что это бесполезно.

– Хорошо. Будь по-твоему. Это твой сын. Ты имеешь право называть его как угодно, – в его голосе звучала обида, но Джулия не обратила на это внимания. Она была занята сыном.

– Как ты думаешь? – снова начала она. – На кого он похож?

– На папу, – с жёсткостью в тоне выронил он и вышел, добавив: – Жду тебя внизу.

«Боже мой, какая же я дура», – подумала Джулия, когда наконец поняла, что этим вопросом причинила ему боль.

– Твоя мама бестолковая дура, сынок. Полная дура, – обратившись к малышу, сказала она, а он вместо ответа причмокивал сосок.

Когда в комнате появилась Стейси, Стивен уже спал. Джулия переложила его в кроватку, поцеловала свекровь в щеку и спустилась вниз, где её ждал Ричи. А кроме него Эйбс, Дункан, Джастин, Хоуи, Крис и Скотт. Появление Джулии прервало их бурную беседу. Они сделали вид, что заняты своими делами, как будто Джулия настолько глупа, чтобы не понять, кого они обсуждали. Она преодолела последние ступени и подошла к мужу.

– Мы можем ехать.

– Ричи сказал, что вы собираетесь оформлять документы, – обратился к Джулии Скотт. – Так… как всё-таки вы его назовёте? Ричи не захотел признаваться.

– Скотт, Джулия же сообщила нам, что малыша назовут Том, – весело сказал Эйбс. Но в ту же секунду его довольная улыбка испарилась, так как Джулия опровергла сказанное.

– Не совсем так.

Все хором обменялись взглядами. Дункан пожал плечами, так как все смотрели на него.

– Я решила его Стивеном назвать. Стивен Томас Ньюил.

– Стивен Томас Ньюил, – повторил Эйбс.

– А что, неплохо, – сказал Хоуи, махнув своими длинными волосами.

– Стивен? – удивлённо переспросил Джастин. И еще раз повторил:– Стивен?

– Да, – в один голос сказали Джулия и Ричи.

– Так, кажется, звали отца Ланса. Джулия, ты знала об этом? Стивен Бассет – отец Ланса.

Дункан и Ричи бросили на Джулию вопросительный и в тот же момент укоряющий взгляд.

Ей стало не по себе. Ведь она не знала этого. Да и откуда ей это знать? Ланс никогда не рассказывал о своей семье. Если подумать, то она ровным счётом ничего о нём не знает, кроме того, что он – Ланс Бассет.

Дёрнув Ричи за рукав, она повела его к выходу.

– Нам пора, иначе опоздаем.

Почти всю дорогу на пути к назначенному месту Ричи не проронил ни слова. И лицо было мрачным, как тёмная туча. Джулия не знала, что думать. Как оправдаться? И зачем она не спросила Ланса, почему он так быстро придумал имя? Всё очевидно и наконец встало на свои места.

Она долго смотрела на профиль своего мужа, уничтоженный и униженный одним только словом Джастина. Что чувствует этот человек? Ревность, ненависть или просто обиду? Он к ней так добр. Он столько делает для блага их семьи. А она причиняет ему боль. Это несправедливо – Джулия понимала свою неправоту и должна была что-то сделать. Должна, должна…

Внезапно машина подалась вперёд, и Джулия съехала с сиденья.

– Ты не ушиблась? Прости, я… – Ричи замолчал.

– Ты не можешь злиться на меня, Ричи. Я не знала. Правда, не знала.

– Не нужно. Не оправдывайся. Я все понимаю. Это ваш с ним сын. – Он аккуратно припарковался и вышел из машины.

Джулия последовала за ним, прихватив папку с документами и их копиями.

– Нет. Всё не так. Мы решили, что это твой сын. Мы же так решили? Ты дашь ему фамилию, ты относишься к нему, как к своему. Я это чувствую.

– Но моё мнение всё равно для тебя ничего не значит.

– Значит! – Она встала перед ним, преградив путь. На них озирались прохожие, но ей не было дела. – Если ты против, я не стану его так называть.

Они смотрели друг другу в глаза. Ричи видел, что она вовсе не шутит. Она на это способна? Он отошёл в сторону и немного погодя сказал:

– А как же Ланс?

– Ланс больше ничего для меня не значит, – говорила Джулия скрепя сердце. Она врала, глядя мужу в глаза, но так надо. – Он моё прошлое. А ты и наш сын, вы – моё настоящее и будущее. И если ты против имени, то выбери сам, какое хочешь. Ричи, ты мой муж и я должна считаться с тобой, я знаю это.

– Ну, все перестань, – смягчился Ричи и нежно обхватил её лицо руками. – Я люблю тебя и уважаю твоё мнение. Просто пойми, мне нелегко… я лишь прошу быть честной.

– Тихо, – закрыв своим пальчиком ему рот, шепнула она. – Ни слова больше. Просто поцелуй меня.

Ричи повиновался. Он приник к её губам в нежном поцелуе. А после он провёл по её щеке рукой и улыбка коснулась уголков его рта.

– Стивен, значит, Стивен.

Джулия расплылась в улыбке. Ричи обнял её за плечи, и они пошли к лестнице.

– А знаешь, это имя ему подходит.

– Да?

– Да, – ответил Ричи и еще раз чмокнул её в губы.

***

Эй Джей

Ох уж эти женщины! Не было печали! Битый час Эй Джей пытался достучаться до Рокси.

– Мне невыносимо знать, что так думаешь! – кричал он во весь голос.

Впервые в жизни Эй Джей влюбился так безнадёжно. Он не мог помыслить, что рано или поздно придётся демонстрировать своё умение просить прощение, стоять на коленях или унижаться, как последний дурак. Он не виноват и точка.

– Ты неправильно все поняла! Открой ты эту чёртову дверь! – Эй Джей был на грани того, что выбьет её, если Рокси не сдастся.

Рокси дома, сомнений не было. И её идиотка подружка с ней внутри. Эй Джей полагал, что именно она наболтала Рокси всяких небылиц. А иначе, откуда этот резкий всплеск эмоций?

«Между нами все кончено».

«Но почему? Что не так?»

«Просто ты оказался не тем, кого мне следует любить».

И весь их диалог.

А потом она ушла.

В чем причина? Так резко оборвать отношения, когда их романтический конфетно-букетный период был в самом разгаре. Черт, впервые Эй Джей не требовал от девушки близости. Он довольствовался поцелуями и объятиями. На протяжении всех этих месяцев он стабильно водил её в кино, рестораны, выдумывал нереальные развлечения. Любая позавидует ей. Ситуация оказалась не то, что сложной, а по-настоящему абсурдной.

За металлической дверью стояла гробовая тишина. Они просто молчали.

– Рокси, я хочу поговорить. Если ты не откроешь, я лягу прямо здесь на коврике и, клянусь Богом, останусь ночевать.

Щелчок и дверь распахнулась.

– Не смей вмешивать Бога. Ты – сатанист и… убирайся отсюда!

Эй Джей опомниться не успел, как дверь уже захлопнулась.

– Сатанист? – повторил он, не веря, что слышал это из её прекрасных уст.

Он сел прямо на лестничной площадке, свесив руки. Ему не давал покоя вопрос: с чего она это взяла?

***

Джулия

Гостиная была почти полностью покрыта мраком, и только где-то вдалеке, около лестницы, тускло светили бра, освещая миниатюрный силуэт Джулии. Она тихо сидела в кресле, подобрав к себе ноги. Руки обнимали колени. Круговорот неприятных мыслей и чувств приводили её в состояние уныния. Она сопоставила многие вещи и пришла к выводу, что ей никогда не понять поведения Ланса. То он был злым и жестоким, непримиримым с тем, что теперь отец; то вдруг становился участливым, любезным. Вот как разгадать, чего он в самом деле хочет? В день свадьбы прогнал её… неужели теперь жалеет?

Было уже очень поздно. Давно за полночь. А Джулии не спалось. И чтобы без толку не валяться в кровати, мешая Ричи, решила спуститься в пустую гостиную. Долгие полчаса она слушала тишину, которую лишь изредка перебивал ветер, раздувавший занавески у входа в сад. Рядом, на столике, стоял бокал вина. Она сама не знала, для чего налила его себе, так как до сих пор не притронулась к бокалу.

В гостиную вышел Дункан. «Ему, наверно, тоже не спится», – подумала Джулия. Он её не сразу заметил, так как она сидела в кресле, свернувшись почти калачиком. Тихо-тихо. Джулия наблюдала, как он обогнул диван и прошёл к бару. «Тоже будет пить?» И в эту же секунду он наполнил свой бокал вином из той же бутылки, что и она. Но не пил. Поставил бокал на гладкую поверхность бара и отрешённо смотрел в темноту.

– О чем думаешь? – тихо спросила Джулия. Но и этого хватает, чтобы напугать его. Дункан вздрогнул и рукой смахнул бокал.

– Дьявол!

– Ой, прости. – Джулия подорвалась с места, нашла тряпки и помогла собрать осколки. – Не хотела тебя напугать.

Дункан откинул чёлку со лба одним движением и присел рядом с ней на корточки.

– Я не видел тебя.

Они начали хохотать, стараясь быть не слишком шумными.

– Почему не спишь? – закончив с осколками, спросил Дункан.

– Да, думки лезут в голову, – возвращаясь в кресло, ответила она.

– Рассказывай. Кто тебя беспокоит? – Он не постеснялся взять её руки в свои.

– Все. Сын, Ричи, Ланс… все.

Глубокий вздох Дункана ворвался в тишину.

– Ланс. Я так и знал. Тебя заботит, что отца Ланса тоже зовут Стивен. Конечно, милая Джулия, это не совпадение.

– Дело в том, что он отказался от ребёнка. А теперь… он… мне даже мысль в голову пришла, что, может быть, наш сын ему небезразличен?

– Я в этом сомневаюсь, Джулия. Вряд ли в нем говорят отцовские чувства. Не строй иллюзий. Он воюет с Ричи. Хочет показать, что если захочет, то отберёт тебя у него. Когда ты была в больнице, они на этой почве пособачились.

– Да? – занервничала она. – Я тебе не верю. Он присутствовал при схватках. Поверь, он переживал. Я это видела! И произошло это до стычки. Я знаю, что он любит меня. Он признался э… Джастину. А Джастин сказал Юнесе. В день свадьбы с Ричи все могло бы быть иначе. Я была готова остановить церемонию, но он сказал, что не нужен мне. Он сказал, что мне… мне, понимаешь? Мне не нужен. – Глаза Джулии заблестели, она встала и начала расхаживать перед другом. – Он скрывает чувства. Но иногда слабеет…

– Ты действительно так думаешь?

– Я хочу так думать.

Дункан хмурился.

– Знаешь, что я тебе скажу? Ты никогда не забудешь Ланса. Он никогда не останется в твоём прошлом. Он был и будет твоим настоящим. Ты бредишь им. И тебе наплевать, что из-за этого страдают другие.

Странный это был момент. Взгляд его оставался холодным, а голос выливался с болью. Ей это отнюдь не показалось. Впервые он говорил с ней именно так.

– Дункан, что я слышу? Ты так говоришь, как будто я причиняю и тебе боль.

Немного погодя, после короткого молчания, Дункан заговорил:

– Джулия, ты многое не замечаешь. Может быть, и мне ты причиняешь боль, а я держу всё в себе. Просто дам тебе совет – присматривайся к людям повнимательнее. – После этих слов, он оставил её одну.

Еще никогда Джулия не чувствовала себя так растерянно. Она выпила вино до дна, поставила бокал на столик, где он стоял прежде, и вернулась в спальню, не желая больше ни о чем думать.

***

Брайан

– О чем ты думаешь, Брайан?

– А?

– Я же вижу, что ты не спишь. Думаешь о ней? – Сосед указал на незаконченный рисунок на стене.

Брайан молчал. Здесь, в тюрьме, он ещё никому не рассказывал о себе. Люди тут не очень-то разговорчивые. Ну, а если и случались разговоры, то шли они вовсе не о Брайане.

– Расскажи о ней, – попросил Сэм. – Она твоя возлюбленная? Жена?

Брайан обратил свой взор на портрет.

– Жертва. Я её изнасиловал.

– Тогда, зачем ты её рисуешь? – удивился сосед.

– Потому что любил её… да и сейчас…

– Можно вопрос?

– Угу.

– Почему ты это с ней сделал?

Брайан не колебался с ответом. Вернись он назад, поступил бы также.

– Она предала меня.

– Вот так всегда. – Сэм откликнулся на подушку, а взгляд устремил в потолок. – Женщины все такие. Они только этого и заслуживают.

– Может быть. Однако я не хотел… просто… алкоголь и… не знаю, обида что ли.

– Эх вы, богачи! – вздохнул Сэм. – Сами на себя навлекаете беду. А что тогда говорить о нас – бедняках?

Брайан безмолвно лежал и слушал. Спор этот смысла не имел всё равно. Наступила тишина. Сэм захрапел. Брайан ещё раз бросил взгляд на рисунок, затем отвернулся и закрыл глаза.

***

Юнеса

Шёл уже третий час ночи, когда в комнате Юнесы послышался настойчивый стук в дверь.

«Если это Джастин, то пусть идёт ко всем чертям!» – думала Юнеса, не двигаясь с места. Спать не хотелось. Она легла в одиннадцать, но только кровать измяла. В гостиной слышались голоса, поэтому она не могла спуститься взять снотворное, которое по неосторожности оставила в барной аптечке. Ещё устроят допрос. Ни к чему это.

В дверь застучали громче:

– Юнеса, это Джей Си, – услышала она его сдавленный шёпот и быстро впустила.

– Только ты, Джей Си, можешь заявиться посреди ночи, как тот Дед из сказки, который бродит по лесам и полям и заглядывает в окна.

Но её колкости не заботили Джея Си. Он поколебался малость, затем заговорил.

– Я думал целый день. Но потом понял, что не усну на хрен. Прости, что так поздно. Но лучше поздно, чем никогда. Ты должна кое-что знать.

Юнеса подняла вверх брови.

– Знать – о чём?

В эту минуту в её голове целая пурга мыслей пронеслась, но ни одной похожей на то, что собирался сказать ей Джей Си.

– Помни, что я твой друг и намерения мои только в твою пользу. Несправедливо, если я буду молчать…

– Да говори ты уже, мать твою!

– Да-да. Извини. В общем, сегодня я нечаянно услышал разговор между Джастином и Лансом. Не специально, а случайно, – пояснил он.

«Так-так. Жареным запахло». Юнесе срочно захотелось выпить. Если дело касалось Джастина, то без глотка «чего-покрепче» не обойтись. Для храбрости.

– Будешь? – спросила она у Джея Си, предлагая виски.

– Нет. Я не пью ночью.

– Это упрёк?

– Нет, что ты… у меня с утра репетиция.

– Ладно. Выкладывай, что ты там услышал.

– Хорошо. Джастин с Лансом уезжали потусить, правильно?

– Ну и что? Джастин имеет право выпить со своим другом, – успокаивала она себя, нежели оправдывала Джастина.

– Юнеса, он…

Она одним глотком опустошила бокал прежде, чем Джей Си закончил предложение.

– … переспал с девушкой в ту ночь.

Слов больше не последовало.

Только громкий звон стекла разрубил тишину на куски…

Глава 3

Юнеса

До сих пор Юнеса не могла поверить в то, что сказал ей Джей Си минувшей ночью. Нет, она подозревала, но не готова была услышать это и надеялась, что ошибается. А ведь не ошиблась же!

Голова раскалывалась так, будто по ней били молоточками. Сидя в кровати, она пыталась понять, чувствует сейчас своё тело или нет. Казалось, прошла целая вечность с тех пор, как Джей Си ушёл. Однако уже утро, а она не сомкнула глаз. Вокруг царил беспорядок – результат её вспыльчивости. На полу валялись осколки разбитого стакана, следом за ним в стену полетел графин. Все вещи разбросаны по углам, а столик, где стояла ваза с фруктами, был опрокинут. Яблоки раскатились по разным сторонам. Юнеса тяжело вздохнула, откидывая одеяло. В порыве ярости с кем не бывает, подумала она.

Осторожно, стараясь не наступать на осколки, Юнеса добралась до тапочек и шёлкового халата.

– Уборка отвлечёт меня от мысли задушить Джастина на весь день, – саркастически отметила она вслух и пошла в ванную. Но не дошла.

– Юнеса, можно? – Джей Си заглядывал в её комнату. Она решила не напоминать ему, что ненавидит, когда к ней заходят без стука. Джей Си скользнул взглядом по полу. – Я вижу, ты после моего ухода немного побушевала.

– Смутно помню

– Что теперь делать собираешься?

Юнеса затянула туго поясок на халате и закусила губу.

– Для начала наведу здесь порядок. А потом буду решать, какой смертью будет караться Джастин.

– Сурово не наказывай, а то, знаешь ли, убийство уголовно наказуемо.

– Вот и славно. Сяду рядом с Брайаном в тюрьму, и пускай Джастин локти кусает.

– Шутишь, – улыбнулся Джей Си. Он был ещё молод, но мимические морщинки в уголках глаз делали его старше. Волосы волнистые, до плеч. Под нижней губой толстая полоска волос, называемая бородкой. Его голубые глаза блестели, привлекая к себе внимание. И Юнеса вдруг поняла, что уставилась на него. Но Джей Си этого не заметил. – Мне нравится твоё настроение, – сказал он.

– Это временно. Знаешь, что бывает, когда солнце прячется за тучу?

– Дождь.

– Вот именно, с грозой и молнией. Но на Джастина я напущу ураган «Эндрю».

Джей Си присвистнул. Юнеса упомянула ураган 1992 года, третий по величине ураган. Джастина было жалко до глубины души.

– Ладно, только надеюсь, ты не станешь говорить, откуда дует этот ветер.

Юнеса подошла к нему. Под ногами хрустело стекло.

– Не волнуйся, – сказала она, поправляя полосатый воротник рубашки. – Я твоя должница.

– Гм-м, ловлю на слове.

Вот теперь обстановка накалялась, когда они стояли слишком близко друг к другу, глядя в глаза. Юнеса чувствовала себя довольно странно. Промелькнула гадкая мысль отомстить Джастину. Но нет. Тогда ураган накроет её саму. И не искушая судьбу, она отошла от него на два шага.

– Ладно, – сказал Джей Си, замешкавшись. Он машинально оглядел комнату и замолчал.

– Я бы хотела принять душ.

– Да, извини.

Он развернулся и открыл дверь, чтобы уйти, но на пороге их ждал сюрприз. Джастин оглядел Джея Си, а потом Юнесу в сексуальном халатике, растрёпанную. И сделал свои выводы.

– Что ты делаешь в комнате моей девушки, Джей Си?

***

Джой

– Эта псина меня достала! – ворчал Джой. – Где Джей Си? Пускай укротит своего пса.

– А по-моему, Джей Си ненавидит этого пса больше, чем ты, – гоготнул Эйбс. Он сидел на стуле, нагло закинув ноги на стол. Рубашка, как всегда, была нараспашку, а под ней грудь обтягивала нежно-голубого цвета футболка. В руках он держал несколько ягод клубники, а на столе, рядом с его ногами, стояла чашка с взбитыми сливками, в которые он макал ягодки, затем поедал их.

Джой стоял к нему спиной, умело работая с топориком. А пока он усердно шинковал мясо, пёс то и дело бросался под ноги, лаял, пускал слюни, а иногда вытягивался в рост, опираясь на столешницу.

– Я знаю, что он ненавидит его. Также, я прекрасно знаю, что это девочки без ума от этого волкодава. Ишь вымахал! Мясо ему подавай! Только знаешь ли ты, Эйбс, в чем заключается проблема?

– Ну и в чем?

– А в том, что они с ним играют, а я её должен кормить и выгуливать. А иногда убирать его экскременты.

– Фу! Джой! – Эйбс скривился.

– Да! Не веришь… – тут Джой обернулся к Эйбсу лицом и глубоко вздохнул. – И кому я все это говорю? Ведь ты такой же безалаберный, как и все остальные.

– Это почему?

– Кто кладёт ноги на обеденный стол? Гм?

Эйбс сию секунду опустил ноги на пол, понимая, что Джой действительно прав.

– И эта шерсть, – продолжал причитать Джой, – она повсюду. Собака линяет. А чесать его некому. В доме хренова туча людей!

– Но я сам видел, как Юнеса чесала его в саду.

– И когда это было? Заруби себе на носу, Эйбс, эта собака существует здесь, пока нет проблем.

Эйбс вытер руки салфеткой, пробурчав:

– Да уж, главное, чтобы я это знал.

– О каких проблемах идёт речь? – В кухню вошёл Ник. Он тут же присел погладить собачку. Как Эйбс, так и Джой отметили хорошее настроение Ника. Он съел клубничку, предварительно макнув её в сливки, а затем подошёл к Джою и хлопнул его по плечу. – А, Джой? Какие проблемы?

– Он всё на жизнь жалуется, – ответил за Джоя Эйбс. В рот пошла последняя клубничка.

– На жизнь? А что с ней не так?

Джой поднял брови и покачал головой, после чего глубоко вздохнул и повернулся к Эйбсу и Нику так, чтобы его лицо было хорошо видно.

– Идите отсюда. Оба! И пса прихватите. Вы мне ме-ша-е-те!

Когда все вышли, Джой швырнул топор в раковину, вытер руки и пошёл прочь. Все люди устают и он не исключение.

***

Юнеса

Юнеса ворвалась в кабинет, где работал Кевин, как перепуганная.

– Мне нужен компьютер!

– Зачем? – слегка ошарашенный Кевин отпрянул от стола.

– Нужен и всё, – нервно рявкнула Юнеса и согнала его с кресла.

Затем, заметив, что Кевин стоит над ней, как истукан, подняла голову и грубо сказала:

– Может, ты меня оставишь одну?

Вот так настроение.

Насколько Кевин знал Юнесу, она делала безумные вещи только в том случае, если её разозлили. Кто станет с ней спорить? Кевин не собирался портить себе день, поэтому тихонько вышел и прикрыл за собой дверь.

Быстро напечатав короткое сообщение Фионе, Юнеса отправила его и откинулась в кресле. Изо всех сил она пыталась успокоить себя. Разговор с Джастином был не из приятных. Он приревновал её к Джею Си, накричал на него, а потом на неё и ушёл.

Нахал!

А сам? Сам он не лучше. Тем более, Юнеса ему не изменяла. Она была не просто возмущена, она была оскорблена и унижена.

Фиона не ответила на сообщение. На звонки она тоже не отвечала. В конце концов, в голову стукнула мысль самой поговорить с Лансом. Ей нужны были подробности, и только Ланс их знал.

– Да! – Она вскочила с кресла. – Отличная идея!

И пулей вылетела из кабинета, вихрем пронеслась мимо Кевина и скрылась на втором этаже. Она догадывалась, какие мысли сейчас у Кевина, но как бы там ни было… все мы где-то чокнутые.

Ланс преспокойно себе лежал на кровати, листал эротический журнал, когда ворвалась Юнеса. Не медля, она вырвала из его рук глянец и выкинула в сторону.

– Эй, сумасшедшая!

– Слушай сюда. У меня к тебе вопросы посерьёзнее голых тёток.

Ланс не находил слов. От этого безумия у него скоро точно в голове помутится.

Юнеса, тем временем, смягчилась и постаралась вызвать у него жалость.

– Ланс, миленький… я умоляю тебя, скажи мне правду. – Она села рядом, сложив ладошки вместе, будто молится. И чтобы быть убедительней, выпустила фальшивую слезу. Сейчас она готова была пойти на что угодно, лишь бы выяснить всё, до мелких деталей.

– Какую правду? – робко вытянул Ланс.

– А то ты не знаешь, о чем я, – вновь занервничала Юнеса, но вмиг взяла себя в руки.

– Если честно, то не знаю.

– Ладно. – Теперь она набрала полные лёгкие воздуха, чтобы не закричать от злости. Ведь он прекрасно все понял. – Я догадываюсь, что Джастин мне изменил. Также я полагаю, что ты был с ним тогда. И я хочу услышать подтверждение от тебя.

– Я не мог быть с ним тогда. Прости, Юнеса, но я не сплю с мужчинами.

– Ланс! В клубе. В клубе ты был с ним и наверняка видел, как он уходит с девушкой. Пожалуйста! Я не хочу потом страдать. Лучше горькая правда… я никогда тебя ни о чем не просила.

Ланс заколебался. Она так просит…

А с другой стороны Джастин.

Что делать?

Влип. Серьёзно влип.

Как он сейчас жалел, что позвал Джастина с собой в клуб. Впервые в жизни он чувствовал себя виноватым.

Наконец он решил.

Тихонько отодвинув от себя Юнесу, он встал и прошёлся к окну, в котором случайно увидел Джей Си и Джастина. И беседа их ничуть не напоминала дружескую. Люди не тычут в грудь пальцем, если на то нет веских причин.

– Что ты там увидел? – разволновалась Юнеса.

– Так, ничего, – ответил он, и вдруг стукнула мысль: «Хороший шанс избавиться от Юнесы». Он повернулся к ней. – Меня просто беспокоят вон те двое. Пойду, проверю, что у них.

Как только Ланс покинул комнату, Юнеса поспешила к окну.

***

Ланс

Он очень быстро достиг крыльца. Джастин и Джей Си громко спорили. Ланс слышал о чем шла речь, но решил не влезать, а то выяснение на тему «кто прав, кто виноват» доведут до мордобоя. Тем более, только Лансу известно, что Юнеса наблюдает за ними из окна его комнаты.

– Джастин, я могу вас прервать? – тихонько подойдя, спросил Ланс.

– Ты не видишь? У меня серьёзный разговор, – быстро проговорил Джастин и вернулся к Джей Си.

Но Ланс не унимался:

– У меня разговор гораздо серьёзнее.

Догадавшись, что Ланс не шутит, Джастин обратился к Джей Си:

– Мы еще не закончили. Пока что можешь быть свободен.

– Как вы любезны, – с иронией бросил тот и скрылся в студии.

– Гад! Он мне напросится…

– Угомонись, Джастин и слушай сюда. – Ланс подошёл к Джастину на шаг. На его лицо набежала тень, всем видом заявляя, что ему не до детских шалостей. – Юнеса устроила мне допрос.

– Что?

– То! Она просила кое-что подтвердить. Догадываешься – что?

Джастин сглотнул. Рука взъерошила тугие кудряшки.

– Значит… вот что этот свин Джей Си делал в её комнате сегодня утром. А я-то приревновал! Я совсем забыл, что он нас тогда подслушал.

– У тебя вечно мозги набекрень, Джаст. Мог бы сразу догадаться, что Джей Си предан ей, как пёс, и разболтает при первой же возможности.

– Вот микроб… я его…

– Этот «микроб», – перебил Ланс, – её друг. Помнишь?

Джастин прислонился спиной к стене и запрокинул голову. Какое-то мгновение раздумывал, стоило ли выставлять себя ревнивым идиотом, когда у самого рыльце в пушку.

– И что… ты подтвердил?

– Она ясно дала понять, что знает. – Ланс повернул голову и взглянул на своё окно. Шторка колыхалась. Значит, она всё ещё там и наблюдает. – Я считаю, тебе стоит поговорить с ней, – предложил он, закуривая сигарету.

– Легко сказать, – сказал Джастин и отобрал сигарету. – Ты заварил все, а я должен расхлёбывать теперь?

– Это была последняя сигарета.

– Ты должен уяснить, Ланс, что как раньше уже не будет.

– Ты должен мне пачку.

– И тебе я советую одуматься, – Джастин сделал последнюю затяжку и затушил окурок.

– Эй, она почти целая!

– Ну и что? Это для тебя так важно?

– Да, важно!

– Ну и пошёл ты к черту!

Ланс проводил Джастина взглядом с мыслями «пусть делает, что хочет» и вошел в студию попросить пару сигарет.

***

Ли

У Ли было скудное настроение. За два дня проигрыш шестьсот баксов. В карманах пусто, а отыграться руки чесались. Занять он мог только у Дункана. Он уже придумал, как объяснит на что ему деньги, поэтому брёл по улице нацелено в ресторанчик, где Дункан обедал. На часах 12.40 – как раз время ланча. Не было смысла звонить и предупреждать, что хочет присоединиться.

Дункан сидел за столиком у окна, в одиночестве. Перед ним был аппетитный стейк с зажаристой корочкой. Ли сглотнул слюну.

– Привет! Угостишь ланчем? – Ли отодвинул стул и махнул рукой официанту.

– Как ты меня нашёл?

– На это много ума не надо.

Подошёл официант, и Ли заказал «то же самое, что и у этого господина», а также вино.

– У меня нет машины. Я могу позволить себе выпить.

Дункан технично проверил стоимость вина.

– Вчера нечаянно увидел, как ты разглядываешь то кольцо, которое якобы в озере плавает.

Дункан воззрился на Ли исподлобья.

– Когда?

– Ночью, – Ли взял вилку, которую принёс официант и принялся лопать салат. – Я вошёл, но ты меня так и не увидел. Музыка играла приятная, хотел узнать, что за лирическое настроение у тебя. А потом увидел кольцо и всё понял. Смотри, дружище, когда-нибудь ты спалишься. – Он энергично тряс вилкой.– Однажды вместо меня зайдёт Джулия. Как ты ей объяснишь?

– Никак, – Дункан с бесстрастным видом разрезал мясо на маленькие кусочки. Ли показалось, что он занервничал, хотя прекрасно держался.

– В смысле «никак»?

– Она не зайдёт ко мне без стука, – Дункан не лукавил, ведь Джулия не раз попадала в неловкие ситуации. Вспоминая те моменты, хотелось улыбаться, но, сохранив серьёзный вид, он добавил: – К тому же, у нас с ней вчера был неприятный разговор.

Ли был занят выпивкой, но услышав сказанное, тут же оторвался от бокала.

– Какой разговор?

– Я лишь хотел разъяснить, что Ланс не будет никогда таким, каким она хочет его видеть, – говоря это, Дункан смотрел в окно на многолюдную улицу, на главные двери банка, в которые он войдёт уже через несколько минут и погрузится с головой в работу. А пока на душе накипело, и Ли, хоть и не лучший собеседник для этого, оказался рядом. – Я догадываюсь, что все действия Ланса – это хитрый ход. Он играет в соперничество, однако в этой игре приз ему не нужен. Он просто работает на публику.

– Ты насчёт имени? Я слышал, что он посоветовал дать имя своего отца.

Дункан печально кивнул и выпил залпом вино из бокала Ли. Тот вытаращил глаза.

– Я боюсь за неё, – сказал Дункан. – Джулия может легко довериться ему и наступить на те же грабли. Потом ей уже никто не поможет… даже Ричи.

– И ты тоже?

– Что «я тоже»?

Ли разлил вино по бокалам.

– Ты ведь тоже её любишь.

– Ли…

– А почему бы тебе не отпустить ситуацию? Джулия ошибётся. Ланс снова бросит её. К Ричи она вернуться не сможет. И тут на сцену выйдет Дункан Джеймисон – верный друг, который ни на минуту не оставит бедную девушку одну. – Ли перевёл дыхание. – Как романтично.

– Нет, Ли. Она в мою сторону не посмотрит. А страданий её видеть я не желаю.

Дункан не сказал, что готов страдать сам, лишь бы Джулия была счастлива. Одна её улыбка будет стоить всех его страданий, одна лишь улыбка исцелит его боль. Пусть это дружба, но Джулия будет рядом, держать его за руки или приятно водить пальцами по спине. Дункану этого было достаточно. В борьбе не было нужды.

Дункан поднял руку, чтобы попросить счёт.

– Ты дурак, – с упрёком бросил Ли. Он разволновался, но не от того, что влез в это дело, а от желания помочь другу. Больше всего Ли было тяжело видеть, как Дункан маскирует свою любовь. А что бы сказала Джулия, если бы узнала? Что бы она сделала?

Дункан поднялся, вложив несколько купюр в кэшницу.

– Я должен вернуться на рабочее место. Ты ешь спокойно, я все оплатил, – сказал он и оставил Ли одного.

«Пора действовать!» – подумал Ли, наблюдая, как Дункан перебегает дорогу. А потом вдруг резко бахнул кулаком по столу:

– Я же пришёл денег занять!

***

Ник

Ник и Скотт сидели в гостиной и беседовали о всяких домашних пустяках, когда вошел Джей Си с суровой миной на лице. Его переполняла злость и смятение. Обвинения Джастина беспочвенны и он не имел права называть Джея Си «любовником Юнесы» и тем более запрещать общение с ней, при том, что сам не святой. Но, похоже, Джастин придумал себе нимб над головой. Джей Си заметил, что за всю их длинную беседу Джастин и словом не обмолвился о себе любимом.

Ник проследил за Джей Си, пока тот шёл к бару, сметая всё на своём пути.

– Всё хорошо? – как бы между прочим спросил Ник.

Чистый виски был уже в бокале, и Джей Си сделал глоток, затем выразительно посмотрел на подошедшего Ника.

– Да… наверно.

– Если есть проблемы…

– А что, если есть? – грубо выпалил Джей Си. – Ты поможешь мне, что ли? Ты даже с Брайаном разобраться не смог. «Я его вытащу, я его вытащу»… но я что-то не вижу его. Где Брайан? – Он демонстративно заглянул за барную стойку, затем под диван. – Нет! Так что, дружище, не лезь ко мне. Твоей помощи я точно не пожелаю.

Ник смотрел на Джея Си с горькой обидой. Он сбросил руку Джея Си с плеча и вернулся к Скотту. Тот молча кивал: «Точно есть проблемы».

В эту минуту вошёл Джастин, кинул на Джея Си быстрый ненавистный взгляд и скрылся наверху.

– Свинья! – негромко проговорил Джей Си.

Скотт поднял на него глаза.

– Джастин – «свинья»?

– Да – он.

– Почему?

– Потому, Скотт, что он каким был, таким и остался. Ревнует Юнесу, а сам гуляет направо и налево. Будь он неладен!

– Понятно, – сказал Скотт, переводя взгляд на Ника. Больше они не разговаривали. Через минуту Джей Си вышел из-за бара.

Проходя мимо Ника остановился и, положив руку ему на плечо, сказал:

– Прости, Ник. Я не хотел тебя обидеть. Просто я зол и нечаянно сорвался. – Он помолчал. – Извини…

После чего ушёл, так и не услышав от Ник и слова.

Скотт, который наблюдал за всем искоса, притворяясь, что читает газету, вдруг воскликнул:

– О! Тут о бизнесе Кевина пишут.

– По-моему, пора поговорить с Юнесой, – не отрывая глаз от выбранной точки, размышлял вслух Ник.

– Она же с тобой не разговаривает с того дня, как ты начал защищать Брайана.

– Да, верно. Но ей придётся выслушать меня. Я должен узнать, что здесь происходит. Потому что мне не очень-то хочется, чтобы меня лишали хорошего настроения из-за того, что у кого-то там проблемы! – возмущался Ник. – Она – моя сестра, в конце концов. Пусть и сводная. Я просто обязан знать о её проблемах.

Внезапный лай оглушил Ника со всех сторон. Это Чау пришёл с прогулки. Собаке так и не смогли придумать нормальное имя, поэтому остался Чау (коротко от названия породы чау-чау). За ним шла Джулия. Ник обернулся, и в глаза бросилась её улыбка. Присутствие этой девушки всегда успокаивало, и буря, бушевавшая внутри еще минуту назад, улеглась. Джулия, как солнышко ранним утром, несущее своё тепло и свет в дом после долгой ночи.

– Почему такие хмурые? – снимая поводок с шеи Чау, спросила она.

– Ты пришла, и сразу настроение поднялось, – сказал Ник, помогая с ошейником. – Почаще улыбайся, Джулия. В нашем доме не хватает счастья.

Скотт заметил блеск в глазах Ника и улыбнулся.

– Вспомнил, что обещал помочь Джою с коробками, – сказал он и оставил их наедине, взяв с собой собаку.

Ник проводил собаку взглядом и пригласил Джулию присесть. Она не возражала.

– Как хорошо, что мы с тобой наконец одни. Я давно хотела с тобой поговорить.

– Да, конечно. Я к твоим услугам.

– Я хочу повидать Брайана.

– О! Как раз об этом я тоже хотел тебе сказать. Может быть, выйдем в сад?

– Гм… я только с улицы…

– Ну, как хочешь. В общем… – начал было Ник, но не успел договорить. Из кухни послышался крик Эйбса, сильный грохот, вопли Джоя, лай Чау и смех Скотта.

Джулия и Ник поспешили туда. Пока они направлялись к кухне, в дом вошел Ланс. Джулия успела поймать его взгляд прежде, чем скрылась из вида.

***

Джулия

Да уж, вполне смешная история. Джулия посмеялась от души.

– Эйбс, до сих пор не могу понять, как ты так умудрился достать кастрюлю, что на тебя повалились все разом, – держась за живот, говорила она.

Скотт бился в истерике от смеха.

– Вам смешно. А у меня шишка будет, – в ответ ворчал Эйбс. Он терпеливо ждал, пока Джой прикладывал лёд. Джоя самого перекосило от смеха, когда увидел, как на бедного парня валятся все эти тяжёлые кастрюли. Но кульминация пришла в тот момент, когда на голову упала сама большая сковородка.

Джой до сих пор улыбался. Наконец он ткнул лёд Эйбсу и сказал:

– На! До свадьбы заживёт. А мне нужно собрать тут все.

– Только складывай все так, чтобы эти кастрюли не проломили кому-нибудь голову однажды. А то набросает вечно… поел макароны блин!

– Бедняга, Эйбс, – пожалела его Джулия и дотронулась губами до того места, где проявился маленький синяк, затем нежно улыбнулась. – Теперь все пройдёт.

– Уже прошло, – сказал довольный Эйбс.

– Ну, раз все хорошо… Ник? – обратилась к нему Джулия и, взяв за руку, потащила за собой. – Так что ты там говорил насчёт Брайана?

Ник был в замешательстве какое-то время, от спонтанного прикосновения Джулии по спине пробежала дрожь. Он не хотел, чтобы она отпускала его руку, поэтому сжал её пальцы в ответ.

Они вышли в гостиную, и Ник заговорил.

– Просто хотел сообщить, что Брайан ждёт тебя, и на следующей неделе мы вместе можем отправиться повидать его.

– Правда? – радостно вскрикнула Джулия и бросилась к нему на шею. Она не задумывалась в тот момент, что обнимает человека, который по-прежнему испытывает к ней чувства. – Ник, ты лучший!

– Я ведь ничего не сделал, – смущённо ответил он. – Но должен предупредить, что Брайан не очень горит желанием видеть тебя.

– Он упрям, как всегда. Но он же должен увидеть племянника. Завтра же сфотографирую Стивена и куплю рамочку. Надеюсь, это будет лучший подарок. Ах! – внезапно вскрикнула Джулия.

– Что такое?

– Стивен. Он наверно давно проснулся и ждёт мамочку с молочком. Я ведь не планировала задерживаться. Ой, что я за мать!

– Ты прекрасная мама, Джулия. На всем земном шаре…

– Льстец! – шутливо толкнув его, воскликнула Джулия.

Ник засмеялся.

После того, как Джулия убежала наверх кормить сына, Ник сел в кресло и взял газету – ту самую, что читал Скотт немного раньше. Но не успел и строчки прочитать, как услышал крик. Голос принадлежал Джулии. Она выкрикивала имя сына: «Стивен! Стивен!»

Из кухни выбежал Скотт, а за ним Джой и Эйбс.

– Ник, это Джулия? – испуганно спрашивал Скотт, направляясь к лестнице.

Ник в недоумении кивнул и рванул следом за Скоттом и Джоем на второй этаж. Все четверо ворвались к Джулии в комнату и застали её белую, как полотно. Девушку сковал страх и ужас. Мысли шли в голову только самые скверные, потому что Стивена не было в кроватке.

– В чем дело? – обратился Джой к Ричи, который вместе с Юнесой и Джастином вбежал на крик своей жены. – Мы услышали крики и…

– Мы тоже. Стивен исчез, – объяснил Ричи, обнимая Джулию.

Юнеса налила воды и протянула Джулии.

– Успокойся. Мы найдём его. Не думаю, что он за пределами этого дома. Просто кто-то решил жестоко подшутить над тобой. Я уверена.

Джулия смотрела в лицо Юнесы и не видела в нем ни призрения, ни лицемерия. Она говорила искренне, и в голосе слышалось сочувствие. Юнеса была бы первая, кого Джулия начала бы подозревать, не будь она здесь.

– Странно. И кому понадобилось так безжалостно шутить? – вслух размышлял Скотт.

– Да что тут думать, искать надо! – громко сказал Ник и, схватив Эйбса за рукав футболки, повёл за собой. – Ты со мной.

– Вы тоже все идите. Я с ней останусь, – сказала Юнеса, выпроводив всех из комнаты. – Я ничего не понимаю, – сев рядом с Джулией, заговорила она. – Лично я ничего не слышала, хотя моя спальня совсем близко и к тому же дверь была открыта. Я как раз хотела впустить сквозняк и нормально проветрить комнату. Обычно я слышу плач ребёнка, а в этот раз…

«Может быть, и в этот раз слышала, но тебе нужно было, чтобы это сделали», – с горечью подумала Джулия, понимая, что не верит в непричастность Юнесы. Сама она здесь, да, но есть Джей Си, которого она могла попросить выкрасть ребёнка.

– Кто-то же его взял! – сквозь слезы сказала Джулия. Она почти кричала.

– Посуди сама: на нашу территорию чужому человеку не проникнуть никак. Он будет замечен. Единственный способ добраться до территории – по озеру. Но в дом попасть… нет, это кто-то из своих.

– Кто бы это ни был, Юнеса, безнаказанным он не останется. Я готова глаза выцарапать тому козлу, который посмел так надо мной пошутить. И не важно, свой он или нет.

***

Джастин

– Ребята, вы видели здесь Стивена? – спросил Джой у сидящих около бассейна Джея, Шона и Криса.

– Ты что, Джой? – рассмеялся Джей. – Стивен еще маленький, чтобы ходить здесь.

– Что-то случилось? – спросил следом Крис, заподозрив неладное.

– Нет, – уходя, крикнул Джой.

В гостиной он столкнулся с Ричи и Джастином.

– Ну что, есть результаты? – расспрашивал Джоя Ричи.

– Нет.

– А где Эйбс с Ником?

– Обыскивают территорию.

– В доме ребёнка точно нет. Мы в каждый уголок заглянули, – отчитался Джастин.

– Рано ведь бить тревогу, да? – голос Джоя звучал нетвёрдо. Он обернулся на шум за спиной. Кевин вышел из библиотеки.

– Может, позвонить в полицию?

– Подожди, Кевин, – сказал Ричи, – сначала нужно убедиться, что ребёнка в доме нет.

– Ладно, – подал свой голос Джастин, – вы тут разбирайтесь, а я к Лансу зайду. Он, по-моему, дома. Может быть, слышал что-нибудь…

Ричи кивнул, и Джастин поднялся к Лансу. На его лице изумление смешалось с торжеством, когда он открыл дверь в комнату. Джастин не мог скрыть эмоций.

– Ланс, ты с ума сошёл?!

***

Джулия

Джулию никто не мог успокоить. Стивен как сквозь землю провалился, и ей казалось, что всё безнадёжно. Уже неважно, кто его взял, она просто хотела найти его и вновь взять на руки. Пусть он капризничает и требует, чтобы его днями и ночами носили столбиком. Пусть он вновь окажется в кроватке и разглядывает красочный мобиль. Пусть он дёргает её за волосы и лишает её сна ночами. Это её ребёнок, и Джулия знала, что не переживёт потерю. Слезы помимо желания катились из глаз и крупными каплями стекали с подбородка на белое платье и на оголённую кожу рук.

У Ника сердце кровью обливалось, видя, как ей плохо. Ему очень хотелось помочь, но все, что он мог – это поддержать и быть рядом. В тот же момент понимая, что лишний здесь. Что для этого есть Ричи, который ни на шаг не отходил от неё.

Юнеса ходила по комнате, нервничала и дёргалась. У неё своих проблем было достаточно, а тут ещё и это. Она не боялась назвать пропажу ребёнка эвфемизмом. Вечно всё не в подходящий момент. День у неё совсем не задался: утром накричал Джастин, ночью она узнала плохую новость, а теперь ребёнка похитили, и Джулия на неё косо смотрит.

Внезапно в комнату ворвался Эйбс. Все подняли головы в надежде на хорошую новость, но лицо Эйбса было беспомощно уставшим.

Когда Ник заговорил, голос его звучал очень тихо – то ли от отчаяния, то ли от тревоги.

– Ничего?

Эйбс огорчённо покачал головой, как бы отвечая «ничего» и сел рядом с Джулией и Ричи.

– А чьи машины отсутствуют? – решил спросить Ричи.

– Дункана нет и Джея Си. Ли без машины, но его тоже дома нет.

– Джея Си нет?

Все посмотрели на Джулию, а потом на Юнесу. В комнате воцарилась тишина, и только мобиль издавал слабый звон от того, что Ник опирался на бортик кроватки. Через некоторое время появился Джастин, подошёл к Джулии, молча взял за руку, а потом вывел из комнаты.

Из любопытства все ринулись вслед за ними. А впереди всех шёл Эйбс – самый любознательный.

– Куда ты меня ведёшь? – спросила Джулия, но продолжала идти, не вырывая руки.

– Тихо. Ты только молчи.

Она кивнула головой, решив, что Джастин взбрендил. А когда они остановились около спальни Ланса, Джулия не на шутку разозлилась.

– Зачем ты меня сюда привёл? Я не собираюсь просить у него помощи! – Она хотела уйти, но Джастин схватил её и вернул на место.

– Стой, – приказал он и тихонько приоткрыл дверь.

Большие глаза Джулии округлились от удивления. Она стояла, как парализованная, глядя на Ланса.

– Что? Что ты там увидела? – не терпелось Эйбсу.

– Молчи! – фыркнул Ричи, оттягивая Эйбса назад.

– Но мне интересно…

– Заткнись!

Джастин улыбнулся:

– Хорошо смотрятся, правда?

Джулия улыбалась в ответ доброй и нежной улыбкой, а слезы, скатившиеся по щеке, были признаком счастья. Она смотрела на спящего Ланса, рядом с которым бормоча бессвязные звуки, лежал Стивен. Рука Ланса покоилась у края, создавая малышу защиту, чтобы он не упал. Стивен играл со своими пяточками, пробовал дотянуться до них своими крохотными пухлыми ручонками и самое главное – не плакал.

Она прошла в комнату и аккуратно взяла сына на руки, от чего Ланс сразу проснулся. Увидев Джулию и всю свору ребят, он забеспокоился и вскочил с кровати так, что его к стенке прибило.

– Джулия?

К этому моменту она пришла в себя, и на лице уже не было той нежности, с которой она наблюдала за ними. На лице словно выступила маска каменной суровости и… усталости. Ну зачем он это делает? – только и спрашивала себя Джулия.

Ланс стоял, не двигаясь. Он пытался восстановить в памяти события: он собирался спуститься вниз, выпить кофе, так как глаза слипались, хоть спичку вставляй. Ребёнок плакал в детской. Ланс не смог уйти, не заглянув. Не обнаружив матери, он взял малыша и решил походить с ним, пока Джулия не придёт. Стивен быстро успокоился и удобно примостился у него на плече. Ланс обошёл коридор и не заметил, как дошёл до собственной спальни. Потом звонок по мобильному. Малыша он для удобства положил на свою кровать, и некоторое время разговаривал по работе. А когда закончил, Стивен уже спал. Ланс лёг рядом. А потом? Потом он уснул, но… как?

Ричи стоял в проёме двери. Что творилось у него в душе в ту минуту, не описать словами.

– Что это значит, Ланс?

– Мне тоже хочется узнать, – с иронией добавила Джулия. – Я места себе не находила!

– Извини, Джулия. Это получилось случайно. Малыш плакал… а так как в комнате никого не было, я вошел. Чтобы успокоить ребёнка, мне пришлось прогуляться по коридору.

– Ты должен был позвать меня! Я ведь не на луну улетела, а всего лишь вышла подышать воздухом.

– Я не опытен в этих делах, – вдруг повысил голос Ланс. – Все, что смог, я сделал. Мы ходили по коридору, мне позвонили и я положил его на кровать. Он уснул, что я мог сделать? Лёг рядом и… я не собирался спать.

– Трогательнее истории я еще не слышал, – с сарказмом проговорил Ричи и вышел.

– Ладно. Слава Богу, что все обошлось. Но впредь, я прошу, в таких ситуациях зови меня, – сказала Джулия и покинула комнату сразу после Ричи.

Ланс расслабился и глянул на стоящих у порога Джастина, Ника, Эйбса и Скотта.

– Ну что уставились? Бесплатное шоу?

***

Юнеса

Когда через полчаса после нахождения ребёнка Юнеса очутилась в своей комнате, настроение было скверное. Она чувствовала себя морально истощённой. Ей осточертело думать о проблемах, переживать, нервничать. Вряд ли удастся выдержать такой ритм на данный момент, никому это не по силам. Голова разрывалась от боли. Ощутив внезапную слабость, она свалилась на кровать и закрыла глаза.

Не думать.

Ни о чем не думать.

Через какое-то время послышался стук.

– Кто там? – не двигаясь, спросила Юнеса.

– Это я, детка. Можно?

Юнеса сделала глубокий вздох и скатилась с кровати. Видеть Джастина хотелось меньше всего на свете. Она знала, что сейчас наговорит лишнего, потому что зла на него, потому что ревнует… да, даже к безобидному прикосновению до руки Джулии.

Лениво покачиваясь, Юнеса зашаркала к закрытой двери.

– Ну, входи.

Джастин помедлил, затем прошёл к кожаному креслу, но не сел. Вопрос Юнесы застал его врасплох.

– Что тебе нужно? – злобно спросила она, даже не думая закрывать дверь.

– То есть? Я пришёл к тебе, любимая.

– Я поражаюсь тебе, Джастин. Утром кричишь на меня, готовый убить… а потом, приходишь вот так и говоришь словно ничего не случилось. Ты всегда такой забывчивый, или сегодня особый случай?

– Прости…

– Что мне с твоего «прости»? Знаешь, я устала, Джастин, – повысив тон, произнесла она. – Мне надоело! Надоело, что ты ревнуешь беспочвенно. Устала и от лжи… устала от того, что от меня постоянно что-то скрывают.

– Но я…

– Ты, Джастин! – Юнеса приблизилась к нему, и красный длинный ноготь уперся в его грудь. Лицо искажённое отвращением и злостью. Вот-вот готовая пробуравить пальцем дырку. – Скажи мне, только честно. Где ты был позапрошлой ночью? Молчишь? Что теперь? Ты теряешь моё доверие, понимаешь? А это плохо.

– Я собирался сказать… просто, не знал – как…

– Хм. «Не знал».

Юнеса прошла к бару, где стояли две бутылки вина и не начатая бутылка с мартини, наполнила бокал вином и сделала длинный глоток. Джастин с укором наблюдал. Пусть спасибо скажет, что не расколотила бутылку об его череп. Первый бокал был опустошён в считанные секунды. Юнеса намеревалась пить еще.

– Дай сюда, бутылку, Юнеса!

Но она отшатнулась от него, спрятав бутылку у себя за спиной.

– Нет! Отныне я сама буду решать, что мне делать, потому что между нами все кончено!

Она сказала это. Сама своим ушам не поверила. Сказала и тут же усомнилась: разрушить то, что так долго строила в одно мгновение, не слишком ли? Сейчас он развернётся и уйдёт и вернуть его будет почти невозможно. За эту любовь Юнеса боролась не на жизнь, а на смерть. Пострадал очень хороший человек… но теперь, когда все позади, она гонит его. Гонит, не узнав, что он раскаялся. Горькие слезы пеленой застилали ей глаза.

Он любит её. А как любит его она!

Юнеса села на пол, подогнув под себя ноги, и завыла от обиды, как раненая волчица.

Джастин упал на колени перед ней, боясь дотронуться, чтобы не причинить еще большую боль. Она сказала это сгоряча, от негодования, но пыл прошёл и на красивом лице появилась маска сожаления.

– Юнеса, – шептал он, осторожно протягивая руки, – родная моя, прости меня. Я был пьян. Я так люблю тебя. Я не могу потерять тебя сейчас, когда только-только обрёл. Мне никто больше не нужен на этом свете. Прости! Прости! Прости!

Юнеса была в его объятиях. Она вытерла слёзы, но они опять потекли.

– Откуда я знаю, что это не повторится?

– Никогда. Верь мне.

Искренность его слов не убедила Юнесу, и она с силой оттолкнула его.

– Однажды я уже поверила!

– Поверила однажды, поверь и сейчас. Дай мне ещё один шанс.

– Нет, – прозвучал твёрдый ответ. Она схватилась за ручку двери, давая ему понять, что пора уходить.

Он сказал, что все сделает, все отдаст, чтобы быть с ней вместе навсегда. Но своё слово сдержать не смог. За свои ошибки придётся расплачиваться, так или иначе. Перед тем, как уйти, Джастин бросил на неё последний взгляд, склонил голову, как бы подчёркивая своё раскаяние, и еще раз произнёс «прости».

Юнеса хлопнула дверью, что было сил. Больно и обидно, да, но она должна была наказать его. Настоящая любовь не угаснет, стерпит многое и пройдёт через года. А раз так, то пусть это будет неким испытанием. И если это конец, значит, она всё себе придумала и любви не существует.

***

Джей

Вечерело. По залитому яркими красками саду Джей спешил сообщить прекрасную новость группе. Он специально обогнул дом слева, чтобы остаться незамеченным. Подходя к дверям студии, он сделал глубокий вдох, затем медленный выдох и вошел.

Ребята бездельничали и ничего не играли. Джей привык к тому, что приходилось останавливать их на середине песни, поэтому странно было услышать тишину. Джей Си бил палочками наугад по коленям, а сам витал где-то в облаках. Шон с Энтони о чем-то тихо спорили, стоя у синтезатора. А Ричи вытянулся во весь рост на диване, руки за голову, глаза закрыты.

Тогда как у Джея лицо было счастливое, а энергия так и била из него вулканом.

– Ребята, – крикнул возбуждённо Джей, – у меня хорошая новость!

Шон и Энтони замолкли. Ричи открыл глаза и выпрямился. А Джей Си отбросил палочки и встал.

– Женишься, что ли? – гоготнул Энтони.

– Холодно.

– Выиграл партию в сквош у Джоя?

– Энтони, перестань гадать. Все равно не угадаешь. – Джей схватил стул из угла и сел, как на лошадь. – Вы ни за что не поверите, с кем я сегодня разговаривал.

– С кем? – спросили все трое.

– С менеджером одного потрясного клуба – Мистером Клэйдом.

– Что-то не слышал о таком, – хмурится Энтони.

– Клуб «Пульс». Слышали? – он взволнованно размахивал руками. – Там тусуется вся музыкальная индустрия: продюсеры, звукачи, шоумены и знаменитости на любой вкус. Туда простому смертному не попасть.

Он оглядел ребят. Выражения их лиц не менялось.

– Да что с вами? Каши объелись? Или накурились? Я говорю вам, что есть шанс сдвинуться с места, а вы смотрите на меня, как будто я все выдумал.

– Ты объяснись поточнее, Джей, – меряя шагами пол, сказал Джей Си. – Клуб знаменитый. Знаю его. Только… если ты нас туда протолкнуть решил, то спешу напомнить: мы и есть «простые смертные».

– Теперь нет. Эй, очнитесь же! Я на вашу группу такую характеристику дал, что Клэйд хочет вас прослушать. Завтра. И если ему понравится, то дело в шляпе. Вы сможете выступать в его клубе и ждать сладеньких конфет.

Но все равно, никто не спешил радоваться.

– Как тебе это удалось? – в голосе Ричи звучало беспокойство. Он не верил или новость пришла слишком неожиданно.

– Важно ли это? Я работаю в музыкальном магазине, и ты, Рич, как никто другой знаешь, что к нам иногда захаживают нужные людишки. – Джей потух. Вот и старайся потом ради кислых лиц. Он встал и пошёл к выходу, бросив напоследок: – Завтра утром в десять Клэйд будет ждать вас у себя в клубе. Инструменты там имеются. Надеюсь, вы меня не подведёте. – Не очень бодро на этот раз.

***

Юнеса

Правильно ли она поступила, расставшись с Джастином? Она сделала это, несмотря на свою любовь, несмотря на его мольбу… Конечно, как и любой женщине на её месте, было нестерпимо трудно предать собственные чувства, однако, этот урок он должен усвоить.

С того самого момента, когда Юнеса закрыла за Джастином дверь, она терзала себя сомнениями. Думала обо всем, что произошло между ними за последние месяцы, о его измене… и успокаивала себя тем, что их любовь сильнее и разлука только укрепит узлы.

Она села на скамью возле фонтана и почувствовала, как её ногам стало щекотно.

Юнеса нагнулась. Это Чау! Он нюхал её ноги, а пушистая шёрстка и мокрый нос щекотали нежную кожу. Она улыбнулась.

– Чау, это ты? – Пёс гордо поставил лапы рядом с ней на скамью и открыл рот, свесив язык. – Тебе жарко? Боже, как ты вырос за эти несколько месяцев! Просто поразительно!

Она снова погрузилась в раздумья, глядя на щенка. Да, щенка! Потому что ему еще года не было. Но вдруг вздрогнула от его звонкого лая.

Это неспроста.

Сюда кто-то идёт!

Поднявшись со скамейки, она направилась в сторону озера, надеясь, что никто её не увидит. Ох, как не хотелось сейчас с кем-либо разговаривать!

– Ты это куда? – услышала она за спиной. Чау довольно скулил. Она медленно обернулась. – Сбежать решила? – спросил Ник.

Юнеса молчала.

– Слушай. Я не понимаю, почему ты меня избегаешь все эти месяцы. Что я тебе сделал?

Она снова проигнорировала его слова.

– Хорошо! Не хочешь, не отвечай. Просто, я хотел поговорить с тобой, как с сестрой… но если ты не желаешь, я не буду настаивать.

Он уже развернулся и позвал с собой Чау, как…

– А что ты хотел? Когда ты защищал Брайана, то не вспоминал, что я твоя отчасти сестра. В чем дело, Ник? Что изменилось? – в её голосе звучал металл.

Ник обернулся.

Юнеса смотрела на него, и в её взгляде было что-то такое, чего Ник никак не мог понять.

– Брайан за решёткой, как бы я его ни защищал, – начал он. – Я вижу, что в доме что-то творится и это как-то связано с тобой.

– И ты, конечно же, хочешь знать – что, – усмехнулась Юнеса. – Тебе не кажется это глупым?

– Глупым? А по-твоему не глупо, когда на тебя ни с того ни с сего срывается человек, обвиняет во всех смертных грехах из-за того, что у самого проблемы?

– Ты о ком?

– А ты не догадалась? Джей Си. Они с Джастином повздорили, и я знаю, какова тому причина. Дело ведь в тебе, так?

– Да, так, – жёстко отозвалась Юнеса. От этого вопроса девушка заметно занервничала. В этом доме была одна отрицательная черта у всех – надо вечно всё знать. Ей это надоело. – И что? Тебя это сильно волнует?

– Конечно…

– Нет. Ни черта тебя это не волнует. Все вы думаете только о себе. Тебе бы и в голову не пришло разговаривать со мной, если бы Джей Си каким-то там образом не задел тебя. Ведь те, кто ходит спокойно, не допрашивают меня. А всё почему? Потому что их никто не трогал. Здесь никто не способен понять… тем более – ты!

– Ты не права. Я действительно хочу помочь, но ты слишком упряма, чтобы обуздать свои обиды и посмотреть на всю ситуацию с другой стороны.

– Однажды ты мне помог…

– Тот случай – другое. – Ник присел на каменный выступ фонтана и сплёл пальцы перед собой. – Я не мог бросить ни беременную Джулию, ни Брайана. Но это не означает, что я забыл о тебе. – Он сделал паузу, затем произнёс: – Ну, прости меня.

Юнеса провела рукой по щекам, вытирая слёзы.

– Скажи, что случилось. Может быть, я смогу тебе помочь, – обнимая сестру, говорил Ник. – Хочешь, я поговорю с Джастином?

Услышав последние слова, Юнеса резко отстранилась от него и с грустью произнесла:

– Поздно, Ник. Мы с ним расстались, – она села и заплакала.

Ник протянул ей свой платок, который по счастливой случайности оказался в кармане. И Чау подскочил, облизывать её лицо.

– Чау уйди, – согнав собаку со скамьи, приказал Ник и сел рядом с Юнесой. – Почему? Из-за Джея Си?

– Нет. Джей Си тут вовсе ни при чем.

– Тогда объясни мне. Я ничего не понимаю.

И Юнеса рассказала Нику все, что произошло между ней и Джастином. После чего Ник прижал её к себе, как бы жалея.

– Маленькая моя, это же пустяки. Если он сказал, что любит тебя, значит, раскаивается. Ланс никогда о других не думает – рушит жизни людей, считая, что это проделки господни. Джастин был его единственным другом, но у него появилась ты, а Ланс остался один. Отсюда все его беды, а за ними и наши. Сначала он поит твоего возлюбленного до такой степени, что тот необдуманно берет на ночь шлюху. Не исключаю, что Джастин и ночи-то не помнит. Нет. Не верю я, что Джастин пошёл на это осознанно. Не отчаивайся.

Как же Юнесе не хватало этих слов. После них на душе стало легче. Ушла печаль, и уголки её губ приподнялись в зарождающейся улыбке. Ник подал ей руку, и они медленно зашагали по тропинке к озеру. А Чау плелся за ними, обнюхивая всё на своём пути.

***

Джулия

Очередной стресс привёл к полной потере лактации. У Джулии и до того почти не было молока. Расстроилась ли Джулия? Нет, потому что теперь, когда введена молочная смесь, Стивен спал крепче и дольше.

Отставив пустую бутылочку, она опустила малыша в кроватку и улыбнулась, глядя на его пухлые розовые щёчки. «Только мой сыночек», – подумала она.

В детскую вошел Скотт. В руках он держал книгу.

– Как и обещал. Я посижу с ним, а ты иди, погуляй немного, – шёпотом сказал он, усаживаясь в мягкое кресло.

Джулия так обрадовалась, что не пожалела для милого друга поцелуя в щёчку и, прихватив шаль, спустилась вниз. Передышка – это время, когда она могла привести мысли в порядок. Стивена она больше не оставляла одного. Пока они с Ричи не нашли няню, для таких передышек будет просить желающих посидеть с малышом. Сегодня это Скотт, завтра еще кто-нибудь.

Вот только в сад идти не хотелось. Джулия слышала голоса и лай собаки. Но ей не хотелось находиться среди шума. Откуда-то из глубины коридора послышался грохот падающих предметов. Интересно, Дункан уже пришёл?

Недолго думая, она оставила шаль на кресле и направилась к его спальне и в приоткрытую щель увидела, как он собирает книги с пола.

– Помочь? – с улыбкой спросила она и присела, не дожидаясь ответа.

– Я уже почти всё собрал. Давно пора навести на столе порядок.

– Если хочешь, я могу выделить время среди дня и навести, – Джулия оглядела быстрым взглядом стол и захламлённые полки, – здесь порядок, – закончила она.

– Думаю, не стоит. Только зря потратишь время, – он смущённо посмеялся и сел на край кровати. – Не думал, что ты придёшь. Здесь беспорядок…

Звонкий смех заполнил комнату. Что это с Дунканом? Он извиняется так, словно она никогда не попадала в неубранную комнату.

– Это все неважно. Я хотела поболтать с тобой, пока за Стивеном приглядывает Скотт.

– Няньку ещё не нашли?

– Мне трудно угодить, – пожала плечами Джулия и облокотилась на стол. – Завтра Стейси приедет на весь день, чтобы я могла уладить некоторые свои дела в городе. Как только найму няню, сразу вернусь в академию.

– Стейси – понимающая мать. Тебе повезло со свекровью, – говорил Дункан, стараясь не смотреть на то, как Джулия дёргает шнурки на круглом вырезе своей блузки. Если они развяжутся, то на обозрение выйдет привлекательная ложбинка. Гнать эти мысли! – приказал он себе и встал, чтобы расправить покрывало.

– Я могу понять эту женщину. – Джулия пристроилась с другой стороны кровати, чтобы помочь, а не сидеть сиднем, как в гостях. – Ричи – её единственный сын и он женился на мне. Она приняла Стивена, как внука. Присутствовала на родах, многому меня научила и ещё продолжает учить.

Они встали друг против друга, и преградой была лишь двуспальная кровать.

– Ты выбрала лучшую семью.

Джулия не хотела верить, что Дункан произнёс это с грустью. Поэтому опустила глаза и разгладила смятое место.

– Да. Теперь, когда Брайан сидит, я могу находить утешение лишь в тех людях, которые стали мне ближе. Но и ты, дорогой мой друг, не списан со счетов. Так что, давай, пока у меня есть то немногое время, помогу тебе здесь убраться.

– Не смей!

– А то что? – она обожгла его ироничным взглядом.

Дункан схватил подушку.

– Запущу в тебя этим. Это моя комната, и я буду в ней наводить порядок сам.

– О, да! – она уже начала перекладывать стопки книг. – Если не в этом году, тогда в следующем.

– Не дразни меня, – сказал он, обращая её внимание на лукавый жест.

– Бросишь подушку, и она разнесёт все твои книги, как кегли в боулинге.

– Да, при условии, что я не попаду в тебя.

Дункан бросил подушку, Джулия ловко её поймала и теперь сама держала друга на прицеле. Такие дурачества она помнила в своей жизни только с Брайаном. Она своим упрямством доводила брата даже до того, что он пускал в неё не мягкие подушки, а всё, что попадалось под руку. Да и Джулия не скупилась на жестокости, швыряя в него тяжёлые мячи, ракетки для большого тенниса, металлические пеналы, набитые карандашами. А однажды он её разозлил настолько, что Джулия огрела его спину лопатой.

Те бои были жестокими. С Дунканом же они просто шутили. Дошло уже до того, что Джулия убегала от него, забравшись босыми ступнями на кровать. Дункан, недолго думая, потянул покрывало и она, не сумев удержаться на ногах, упала на спину.

– Поймаю, защекочу! – крикнул он, подбираясь ближе.

Джулия с визгом и хохотом начала отбиваться, ведь она до чёртиков боялась щекоток, и Дункан знал об этой слабости.

– Ни за что не поймаешь. – Она отползла к краю, волосы растрепались и падали на лицо, щеки пылали ярким румянцем. Дункан двигался быстро и чтобы не быть пойманной, она отпрянула еще назад, но её ждала пропасть. С грохотом она свалилась на пол, потянув за собой остаток покрывала. Так что Дункан не нарочно оказался сверху.

Их глаза встретились.

А затем и губы.

Джулия не поняла, кто кого первый поцеловал. Но возложила вину на себя и быстро отпрянула. Поцелуй продлился всего секунду, поэтому понять никто ничего не успел, кроме того, что сейчас произошло что-то такое, чего быть не должно.

– Слезь с меня, – смущённо попросила Джулия. Игнорировать реакцию Дункана она не могла. Лицо залило краской, сердце бешено колотилось, в ушах звенело.

Дункан быстро встал и замер, глядя на неё. Он мог бы извиниться, но не понимал за что. Случайность. Досадная случайность.

Джулия встала на ноги, поправила одежду, завязала верёвочки на блузке, пальцами зачесала волосы. И, не отрывая широких глаз от Дункана, произнесла:

– Друзья? Да! – совсем смутилась Джулия, когда он медленно кивнул.

Она пятилась к двери спиной, пока не врезалась.

– Да простят нас Ричи и Ким, – сказала она про себя и вышла.

До чего же неловкая ситуация. Как она теперь будет смотреть ему в глаза, не вспоминая то мимолётное прикосновение? Краска гнева и стыда заливало её лицо, пока она шла к лестнице. Хотелось плакать. Что же она наделала? Джулия винила себя и только себя. Она потянулась к его губам, она к ним прикоснулась. Слишком велик был соблазн. Но Дункан всего лишь друг.

Друг.

Друг.

Друг.

Повторяла она себе снова и снова.

Тут еще и Ланс возник откуда-то. Он видел, как она выходила из комнаты Дункана?

Она остановилась, чтобы попробовать считать это с его лица. Они не проронили ни слова. Ланс молча усмехнулся.

И Джулии всё стало ясно.

Вот влипла!

Глава 4

Джулия

Вечер в понедельник выдался скверным, но дождь уже сходил на нет, тихо потрескивая за окном, как весёлые угольки в костре. На улице было пасмурно так, что пришлось включить светильники. Знойная жара продержалась всего три дня, после чего дни сменились неприятным холодом. Вот почему Джулия не любила июнь. Часы показывали пять, а уже клонило в сон.

Джулия сидела в гостиной и листала газеты с объявлениями, а Ричи устроившись рядом в турецкой позе, только нажимал на кнопки телефона.

– Чем занимаетесь? – спросил Дункан, проходя мимо них.

– Ищем няню для Стивена, – ответила Джулия, не поднимая глаз. Щеки вспыхнули от стыда. Джулия до сих пор избегала встречи с Дунканом, хотя он делал вид, будто того мимолётного поцелуя не было и вёл себя обычно. Он мог бы повести себя неблагородно, заявив свои права на борьбу, но воспитание не позволяло демонстрировать своё отношение к женщине, которая глубоко замужем.

– До сих пор нет результатов?

– У Джулии слишком завышены требования, – объяснял Ричи. – Она должна быть не слишком молодой, но и не слишком старой. Няня должна быть положительным элементом в семье, а не отрицательным, то есть быть на работе в любое время суток. Другими словами – стать заменой маме, когда Джулия будет в этом нуждаться. Она должна быть доброй, – Ричи принялся загибать пальцы, – разумной, заботливой, спокойной, аккуратной… гм… что там еще?

– Любить детей и быть уверенной в себе, – закончила Джулия и обвела маркером еще одно объявление.

– Ого! – Дункан лаконично посмеялся. – Ну, желаю вам удачи!

Джулия напряглась всем телом, когда он дотронулся её плеча.

– А ты куда? – спросил Ричи, заметив, что Дункан направился к двери, ведущую в сад. – Там так сыро.

– Дождь вроде закончился. Есть дела в городе. Ещё Ким звонила, попросила куда-то там её отвезти.

– Осторожно. Дороги скользкие.

В эту секунду сердце бахнуло в груди Джулии, и она увидела, как Дункан открывает дверь, чтобы уйти. Но уйти он не успел. С улицы в дом, словно обезумевший, влетел Эйбс. Он взволнованно двигался, тряс Дункана за куртку, метался из угла в угол и кричал при этом:

– Ребята, Ричи, Дункан… прошу вас… помогите!

– Что случилось?

– Эй Джей мертвецки пьян, не ведает, что творит. И теперь… – он пытался отдышаться.

– Что «теперь», Эйбс? – встревожилась Джулия.

– Он с ума сошёл! Всё крушит. Меня ударил, представляете? Там Ланс, но он не справляется…

– В смысле, не может его успокоить? – решил уточнить Дункан.

– Эй Джей рвётся за руль. Говорит, что устроит ЕЙ… кому «ей», я не знаю. Если он куда-то поедет, то считайте, что он покойник. Он в таком состоянии врежется в первый же столб. Скорее! Ну же!

Выслушав Эйбса, все трое и даже Джулия поспешно выбежали из дома. Первыми на помощь прибежали парни, Джулия слегка отстала. Когда они достигли места, то застали только Ланса, безнадёжно стоявшего на одном месте и только ветер раздувал его рубашку, которую он надел поверх футболки.

– Где он? – спросил Ричи.

– Пошёл к машине. Я сделал всё, что мог.

– Скорее! За ним! А то натворит глупостей, – крикнул Дункан и побежал на стоянку.

Все побежали за ним. Джулия тоже дёрнулась с места, но Ричи её остановил.

– Иди домой. На улице холодно, простудишься.

– Но я…

– Всё будет хорошо.

Она не стала спорить и сделала вид, что согласна с мужем. Но сломить её врождённое упрямство не увенчалось успехом, поэтому, как только Ричи скрылся за деревьями, она побежала по его следам.

Зарядил мелкий дождь, который – ясно было – собирался моросить всю ночь.

Эй Джей к тому времени, как его настигли друзья, уже сидел в машине и запер все двери.

Ричи дёргал за ручку, требуя открыть дверь.

– Эй Джей, ты что, обезумел?

– Вылезай из машины. Ты можешь разбиться! – подхватил Ланс, пиная шины.

Все было бесполезно. Эй Джей никого не слушал, включил зажигание и с визгом тронулся с места. Дункан хотел помешать и преградил собой путь к воротам, но в этот момент глаза Эй Джею застлала невидимая пелена. Он вжал педаль газа в пол. В глазах двоилось, он попытался объехать Дункана, но вопреки стараниям задел его бампером так, что Дункан перелетел через всю машину и, упав на землю, больше не подавал признаков жизни. Мелкий дождь смывал кровь с его лица.

Время будто остановилось. И стихло всё вокруг. Стих и мотор жёлтой «Хонды» Эй Джея.

Воздух разрезал пронзительный крик Джулии…

***

Ланс

– Он жив? – тихо спросил Ричи.

– Уведи её, – строго приказал Ланс, не поднимая головы.

Джулия билась в истерике и рвалась к Дункану. Ричи поспешно взял её за плечи и увёл со стоянки. Дождь усилился, заливая всё вокруг потоками воды. Эйбс достал телефон из кармана и набрал «911».

Эй Джей медленно выбрался из машины и замер, глядя на неподвижное тело Дункана. Очевидно, он находился в шоковом состоянии и еще не понял, что произошло.

– «Скорая» едет, – подбегая к ним, сказал Эйбс. Он и сам был близок к истерике. – Я как чувствовал, Ланс. Скажи, он жив?

Ланс присел на одно колено перед Дунканом и нащупал пульс на шее.

– Предупреди остальных. Возможно, понадобится помощь, – приказал он Эйбсу.

– Сначала скажи, он жив? – чуть не плача, спросил Эйбс.

– Да! Жив! Беги, черт побери! – вспылил Ланс, а когда повернул голову, то Эйбса уже и след простыл. Ланс перевёл взгляд на Эй Джея. – Сукин сын! Видишь, что ты натворил? – крикнул он и резко поднявшись на ноги со всей силы ударил Эй Джея по лицу. Удовлетворив свой воинственный пыл, Ланс вернулся к Дункану. – Терпи, друг. «Скорая» уже едет.

Эй Джей вытер кровь, которая текла из разбитой губы, упал на колени и заплакал.

***

Юнеса

– В чем дело? Что за слезы? – Юнеса только что вышла из комнаты. Услышав истошный крик Джулии, она поспешила вниз узнать, что стало тому причиной. Обстановка в гостиной явилась пугающей. Джулия ревела навзрыд, принимая успокоительное лекарство от Кевина.

Рядом сидел Ричи, одной рукой он придерживал ей затылок, другую положил на плечо и при этом утешал:

– Ш-ш-ш…

– Кто-нибудь может мне хоть что-нибудь объяснить? – вновь спросила Юнеса, разглядывая их.

Кевин отдал стакан Ричи и отвёл Юнесу в сторонку.

– У нас произошёл несчастный случай, – вполголоса сообщил он, кинув взгляд в угол, где нервно ходил Эй Джей взад и вперёд.

Её сердце забилось с бешеной скоростью, чувствуя, что сейчас услышит что-то серьёзное.

– Не пугай меня.

– Дункана сбил… – он снова бросил взгляд на Эй Джея. Юнеса тоже посмотрела в ту сторону. – Его сбила машина.

– Что ты такое говоришь! Но как это произошло?

– Тридцать минут назад. Эй Джей перебрал и хотел куда-то ехать. Ричи сказал, что они только хотели помешать ему, но… Дункан… преградил путь к воротам и… – Кевину тяжело было пересказывать. Он сам во все это верил с трудом.

– И что, как он теперь? Где он? Надеюсь, не…

– Нет. «Скорая» увезла его в больницу. С ним поехали Ланс, Крис и Эйбс. Они должны позвонить и сообщить новости.

Джулия плакала, покачиваясь на месте.

– Поехали туда. Поехали, – умоляла она Ричи.

– Боже, несчастье за несчастьем, – сказала Юнеса и села рядом с Джулией, при этом обняв её за плечи. Сделав глубокий вздох, она положила голову Джулии себе на грудь и сцепила руки. Каковы бы ни были их разногласия, Джулия нуждалась в утешении.

Раздался долгожданный звонок. Кевин снял трубку.

– Алло? Ланс?..

Джулия подняла голову и выжидающе молчала.

– Хорошо, – сказал Кевин. – Держите нас в курсе.

– Ну что?

Он положил трубку на стол и посмотрел на Юнесу.

– Еще ничего не известно. Дункану сделали рентген и увезли в операционную.

– Я хочу туда! Я должна быть там! – закричала Джулия, вырываясь из рук Ричи. – Отвезите меня в больницу!

Юнеса резко встала на ноги.

– Поехали! Я сама тебя отвезу.

– Но что она сможет сделать, если будет там? – возмутился Ричи.

– А ты не видишь, в каком она состоянии? Поехали! – Юнеса взяла Джулию за руку и повела к выходу.

Кевин предложил ехать всем вместе. Когда они выходили, Юнеса на минуту задержалась, глядя на Эй Джея.

– Надеюсь, это послужит тебе уроком. Дай Бог, чтобы с Дунканом все было хорошо. Иначе я тебе очень сочувствую.

Больше она ничего не добавила.

В больницу они приехали быстро. К счастью, дороги в вечернее время пустые.

Часы показывали половину восьмого. На улице быстро темнело, дождь лил без остановки. Где-то в холле работал телевизор, медсестры сновали туда-сюда, выполняя поручения докторов. В воздухе пахло антисептиком, дезинфицирующим средством и спиртом. В коридоре на мягких стульях в один ряд сидели Ланс, Крис и Эйбс.

Юнеса и Джулия бежали впереди. Эйбс вышел им навстречу.

– Есть новости? – спросила Юнеса.

– Мы ждём. Он получил серьёзную травму головы. Э… Ланс, как доктор это назвал?

– Острое сдавление головного мозга.

Джулия громко ахнула, прикрыв рот руками. Чтобы она удержалась на ногах, Ричи придержал её за талию.

Эйбс сочувственно покачал головой.

– Не представляю, каково это – увидеть, как друг летит через машину.

– Не представляешь? – удивилась Юнеса. – А ты? Разве ты не видел это своими глазами?

– Да. Но это другое, – пояснил Эйбс, наблюдая вместе с Юнесой, как Джулия садится на сидение рядом с Лансом. – Они с Дунканом очень близки.

Джулия вновь заплакала и уткнулась носом в шею Ричи. Ланс ритмично задёргал ногой. Ему вдруг вспомнился вечер, когда Джулия выбежала из комнаты Дункана, охваченная сильным волнением.

– Всем он нам дорог. А ты говоришь так, словно они были любовниками, – сказал Ланс, обращаясь к Эйбсу. И тут же получил хлёсткую пощёчину, и от кого – от Джулии!

***

Ли

Последние сорок минут в коридоре было тихо. Юнеса, Джулия, Ланс и Ричи молча сидели на синих креслах, думая каждый о своём. Крис вызвался принести кофе. Кевин ждал в главном холле остальных ребят. Эй Джей тоже приехал. Стоял у окна, глядя на дождь, постепенно трезвел и молился про себя за Дункана. Никто пока не стал говорить о случившемся. Докторам сказали, что это нелепый несчастный случай. Ланс и Эйбс немного перевернули историю, соврав, что водитель был трезв и сдавал назад, когда внезапно появился Дункан. Звучало не очень правдоподобно, но, к счастью, никто не стал задавать других вопросов. На кону – жизнь человека. А это куда важнее.

Эйбс ходил туда-сюда, тем самым, маячил перед носом у девушек и Ланса. До Ричи он не доходил.

Ожидание убивало. Время шло очень медленно: прошло всего ничего, а ощущение, что пролетела вечность. Каждый раз, бросая взгляд на часы, они понимали, что стрелки не сдвинулись ни на секунду.

Они бросались к каждой медсестре, которая выходила из операционной, но те в спешке пролетали мимо, ничего не объясняя.

Наконец, появился Крис с кофе. Но зря он его принёс, потому что, кроме него и Эйбса, никто не прикоснулся к горячему напитку. Обидно конечно, но вполне объяснимо. Переживания за друга настолько глубоки, что ни о каком кофе даже думать не хотелось.

Джулия перестала плакать. Найдя защиту в крепкой руке своего мужа, она тихо сидела и ждала. Больше ничего не оставалось. Только ждать и молиться… молиться и ждать. Её душила обида. Почему хорошие люди страдают сильнее тех, кто этого больше заслуживал? Чем Дункан мог провиниться перед Богом? Он ведь в жизни и мухи не обидел. Её верный друг, который поддерживал и заботился о ней не меньше, чем собственный брат. За что это наказание, спрашивала она вновь и вновь. Почему именно он сейчас лежит в этой чёртовой операционной?

Она глубоко вздохнула, глаза печально смотрели вниз. Но внезапно её осенило: она сидела между Ричи и Лансом. Лучшей поддержки ей не найти. Ланс не ушёл даже после оплеухи, которую она влепила ему сгоряча. Он до сих пор рядом и она чувствовала, что ему тяжело видеть её печаль и боль. Время от времени она ощущала на себе проницательный взгляд его зелёных глаз, но не решалась поднять голову и убедиться, так ли это на самом деле.

Вскоре послышался гул приближающихся шагов. По их количеству стало ясно – это еще ребята. Ланс, Джулия, Ричи и Юнеса повставали со своих мест. Эйбс притормозил в центре коридора. Вдалеке появились силуэты Хоуи – его длинный хвост ни с кем не спутать, Джастина, Джея Си, Саймона и Ли.

Эй Джей продолжал стоять у окна, не оборачиваясь на приближающихся друзей. Он боялся повернуть голову и увидеть в их глазах укор и презрение. Решил, что при его нынешнем положении, лучше оставаться в тени. Тело горело от напряжения. Эй Джей знал, что сможет успокоиться только тогда, когда будет уверен, что жизни Дункана ничего не угрожает. В противном случае, он сам себя не простит.

Ли шёл впереди всех. И не просто шёл, а почти бежал. Первым делом он спросил, как дела у Дункана.

Ланс коротко объяснил ситуацию.

– Не падай духом, Ли, – сказал Крис, положив руку на плечо. – Все будет хорошо.

Ли кивнул. Внезапно его взгляд пал на спину Эй Джея. Все заметили, как лицо Ли резко исказилось, словно он озверел.

– А он что здесь делает?

Эй Джей обернулся.

– Как «что», Ли? Он так же беспокоится, как и все мы, – сказала Юнеса. Её настораживало настроение Ли. Этот человек никогда не мог скрывать своих намерений, уж кому, как не ей это знать. Попахивало жареным, и Юнеса пихнула Ричи в бок, как бы предупреждая, чтобы был начеку.

– Значит, беспокоится? – Ли сделал шаг в сторону Эй Джея. – А почему же ты, идиот, не побеспокоился раньше? Гм?

– Ли, ты же не… – Хоуи не успел договорить. Ли и не стал бы его слушать, он упрямо двигался к Эй Джею.

– Неужели ты его не видел? – кричал он так громко, что из кабинетов стали выходить люди. – Неужели ты так набрался, что не мог увидеть человека? Неужели так трудно было нажать на тормоз? Хотел покалечить себя, а вышло по-другому? Почему, мать твою, ты припёрся сюда? – Ли схватил Эй Джея за ворот и повалил на подоконник. – Что тебе сделал Дункан? Что? Что, черт тебя подери? Отвечай!

Эй Джей молчал и не пытался вырваться. Он терпел. Ждал, пока Ли выльет всю свою злость на него и успокоится. Он знал, что это необходимо.

На крик Ли сбежалось пол больницы. Главврач требовал вывести или успокоить нарушителей порядка. Лансу наконец удалось оттолкнуть Ли от Эй Джея.

– Давай ты будешь выяснять отношения дома. А здесь больница!

– Пусть он уйдёт! Пусть проваливает отсюда, а не то я его убью! – не утешался Ли.

– Успокойся, черт возьми! – Ланс тоже начал терять терпение.

– Я не хочу его здесь видеть! Пусть убирается!

– Эй Джей, уходи. Кев, Хоуи, идите с ним вниз. – Ланс дождался, пока Хоуи, Эй Джей и Кевин уйдут, затем повернулся к Ли. – Послушай, сядь. Я был там. Он не хотел, чтобы так получилось. Дункан сам отчасти виноват. Он бросился под колеса, и даже если бы Эй Джей успел нажать на тормоз, Дункана это вряд ли спасло от удара.

– Ты просто пытаешься защитить его.

– Нет! Ты знаешь лишь то, что тебе рассказали. А я сам, вот этими глазами, видел, как все произошло. И хватит об этом. Надоели!

Ланс был так разозлён, что у него руки затряслись. Он переживал стресс от потрясения, и Ли напомнил эти ужасные минуты снова. Джастин хотел его успокоить, но тот отпихнул его от злости в сторону и вовсе удалился.

Наступило молчание.

***

Джулия

Наконец, приехал Ричи. Час назад он отвёз Эй Джея домой. С ним был Скотт, а также Энтони и Шон.

Все были обеспокоены здоровьем Дункана и с нетерпением ждали новостей. А их все не было.

Джулия сидела в стороне ото всех, забившись где-то в углу. Она не могла думать ни о чем другом, кроме как о благополучном исходе операции. Только заприметив мужа в компании Скотта, она вспомнила, что оставила сына дома. Скотт должен был приглядывать за малышом, но он здесь. Обеспокоенная, она подбежала к мужу.

– Ричи, а Стивен? Скотт, с кем ты его оставил?

Ричи ласково улыбнулся Джулии.

– Не волнуйся, любовь моя. С ребёнком моя мама. Я позвонил ей еще, когда мы все ехали сюда. Она его покормила и читает сказки. Стивен в надёжных руках.

Джулия с облегчением вздохнула и прижалась к его груди, крепко обвив руками его талию. Иногда она обходилась с Ричи не самым лучшим образом и сейчас особенно остро ощущала свою вину перед ним. Если бы хоть кто-то, хотя бы один человек на земле, знал, как он ей нужен.

А может… и не он…

***

Эйбс

После аперитива Джастин и Эйбс вышли покурить на улицу. Эйбс не понимал, зачем Джастин его позвал за компанию, если за все четыре минуты, что они находились на улице и терпели мерзкую погоду, он не проронил ни слова.

Докурив сигарету, Эйбс бросил окурок на землю, затем растоптал небрежно подошвой кроссовка. Джастин сосредоточенно втягивал дым, затем медленно выпускал его лёгкими облачками. Эйбс потуже закутался в свою тонкую кофту от холодного ветра, решив, что пора начать разговор, иначе они здесь окоченеют в молчании.

– Я слышал о вас с Юнесой.

Джастин, наконец, обратил на него внимание.

– Правда?

– Вы с ней расстались?

– Мы с ней – нет. Это она рассталась со мной.

– Юнеса в своём репертуаре, – сказал Эйбс, покосившись на то, как Джастина доставал из пачки еще одну сигарету. Шмыгнул носом и завопил: – Ты рехнулся?! Считаешь, что если набьёшь свои лёгкие туевой кучей никотина, станет легче справиться с болью расставания?

– А тебе, Эйбс, когда-нибудь в своей жизни приходилось терять любимую женщину? Я звал тебя не для того, чтобы ты мне нотации читал, – огрызнулся Джастин и подкурил сигарету.

Эйбс глубоко вздохнул.

– Много ли вы обо мне знаете? Мир катится к черту, – с грустью произнёс он, шмыгнул носом и посмотрел вверх, где предположительно сидели ребята и ждали исхода операции. – Эй Джея тоже бросила девушка. Он очень сильно влюбился в неё. Хм… даже о свадьбе заговорил. Не так давно разоткровенничался. – Эйбс даже улыбнулся. Пока говорил, смотрел под ноги: на ошмётки скорлупок от семечек и множество окурков, чувствуя на себе вопросительный взгляд Джаста. – Что? Не знал? Никто не знал. Только я, Хоуи и Скотт. Эй Джей сказал, что не хочет знакомить её с нами, пока не женится. Но…

– Это из-за неё он так…

– Из-за неё. Хотел ехать к ней и молить вернуться, потом грозился убить её и себя…

– Ромео, – улыбнулся Джастин, соглашаясь с тем, что не единственный чокнутый влюблённый на этом свете.

– Да уж. Это прозвище теперь надолго закрепится за ним. Жаль Дункана, но и Эй Джея мне жаль не меньше.

Джастин притупил взгляд.

– А если Дункан умрёт?

Эйбс промолчал. Ни к чему сейчас эти мрачные мысли. Даже идея возникла пойти в церковь и помолиться за Дункана и Эй Джея. Ведь если с Дунканом случится непоправимое, то Эй Джея осудят. А этого никто не хотел, как и смерти Дункана.

– Все беды из-за любви, – сделал печальный вывод Джастин.

– Говорят, любовь – это болезнь, но вот упомянули бы, как она называется.

На этой ноте Эйбс вошёл в здание больницы, больше не желая мёрзнуть рядом с Джастином. А то, так можно простуду подхватить.

***

Ли

Еще никогда в своей жизни Ли не приходилось видеть столь печальный взгляд. Может, потому, что никогда не удавалось заметить его? Или потому, что такие несчастья обходили их стороной? А теперь, когда беда коснулась его друга, жизнь которого не безразлична Ли, все виделось в ином свете? Как бы оно ни было, сейчас Ли видел, как ей тяжело. И что это? Просто дружеские чувства? Непохоже. Между ними существует нечто большее, чем просто дружба. И Ли очень хотелось верить, что в скором времени они поймут это.

Джулия умело прятала свои истинные чувства. Красивое слово «дружба» лишь маскировало правду, считал Ли. Джулия объясняла свою привязанность к Дункану тем, что недавно её любимый брат, который всегда был рядом, сел в тюрьму, и у неё остался один человек, кому она могла полностью и безоговорочно доверять. И тот находился на грани жизни и смерти.

В коридоре, кроме них, никого больше не было. Многие вернулись домой, а те, кто остался, спустились в кафетерий, не находя причин скопом сидеть около операционной.

Джулия маялась, и чтобы отвлечь себя от скверных мыслей, заговорила:

– Как долго.

– Да… – вздохнул Ли.

– Я так устала.

– Почему бы тебе вместе с Ричи не поехать домой? Я позвоню и сообщу новости, как только все станет известно.

– Нет, нет. Я буду здесь до конца.

Они печально улыбнулись друг другу и заметили в собственных движениях скованность.

– Дункану будет приятно узнать, как ты переживала за него.

– Хм… он и так это знает, – сказала Джулия, потупив взгляд. – Это же так естественно.

– Джулия, – Ли нервно облизал губы и постарался убедить себя, что ни о чем потом не пожалеет, – я один знаю, что у Дункана на душе. Уверен, он убьёт меня, но я должен сказать…

– Что сказать?

– Помнишь то кольцо, что Ник пытался подарить тебе на свадьбу?

– Кольцо?

– Да. Ну, то, которое он собирался еще подарить на день рождения.

– А-а… ну-ну, помню. И что?

– Дункан не выбросил его в озеро.

– Как это? Но он сказал…

– Он хотел иметь у себя что-то твоё, потому что…

Но Ли не успел договорить, так как из операционной вышел доктор, и они оба вмиг подорвались со своих мест.

– Доктор, он жив? – первым делом спросил Ли.

– Как он? Где он? – следом забрасывала вопросами Джулия.

– Спокойно, спокойно, – прервал их нетерпение хирург. Его угловатые черты выдавали напряжение от долгих часов работы. – Парень жив. Думаю, опасность позади. Сейчас он находится в реанимации под присмотром.

Из груди Джулии вырвался вздох облегчения, с души словно спали оковы и глаза наполнились слезами счастья.

– Можно к нему? – дрожащим голосом спросила она.

– К сожалению, пока нельзя, – извиняющимся тоном произнёс доктор.

– А… когда будет можно?

– Как только Дункан Джеймисон придёт в себя и его переведут в палату. Мы будем держать вас в курсе, – добавил он на прощанье и ушёл.

С минуту Ли и Джулия стояли неподвижно, не верили ушам своим и не знали, куда себя деть. Но первая сдалась Джулия.

– Господи! – прошептала она и обняла Ли.

***

Юнеса

Все разъехались по домам, когда стало известно о состоянии Дункана. Операция прошла успешно, но ребята больше ничего не могли сделать для своего друга, только ждать. В больнице остался Ли, который вызвался переночевать – мало ли что может понадобиться.

Юнеса тоже не поехала домой. Сама не понимала – почему. Либо для того, чтобы избежать Джастина, либо для чего-то еще, и она явно знала, для чего, только вот духу не хватало признаться себе.

Уже около часа она бродила по коридорам больницы, прислушиваясь каждый раз, когда в отделении открывались двери, надеясь не столкнуться с Ли. Он находился в зале ожидания, в другом крыле и не знал, что она тоже осталась.

– Вы что-то ищете? – спросила мимо проходящая медсестра.

– Нет, спасибо, – вежливо ответила Юнеса, и её хрипловатый голос эхом отдался от стен. – Я уже нашла, – добавила она и свернула в другое крыло.

В зале ожидания было тихо. Неяркий свет ламп отбрасывал причудливые блики на диваны и стены, на цветочные горшки в углу. Внутри находился только один человек, и Юнеса распознала в нем фигуру Ли. Он дремал, положив на ладонь подбородок, или же просто сидел с закрытыми глазами. Понаблюдав за ним минуту-другую, Юнеса прошла между рядами и села напротив. Ли – не лучшая кандидатура в компанию, однако, «лучше худой мир, чем добрая ссора» – так часто говорил её папочка. Если постараться не ругаться с Ли, то возможно, у них получится разговор. Её вздох оказался громче, чем она того желала, и Ли открыл глаза.

– Почему ты не дома? – спросил он, моргая.

Юнеса не шевелилась. Впервые за эти несколько месяцев после суда, они с Ли остались наедине. Юнеса сама себе удивлялась, но не чувствовала к Ли ни обиды, ни злости. Что случилось с ней? Может быть такое, что размолвка с Джастином повлияли на неё? Так оно или нет, сложно сказать, но пока это загадка даже для неё.

– Как Дункан? – спросила она первое, что пришло в голову.

– Он под действием лекарств. Спит.

– Сегодня ты показал себя с лучшей стороны. Я даже удивлена. Не думала, что Дункан так не безразличен тебе.

– По-прежнему считаешь меня эгоистичным? А ты сможешь хоть на минуту поверить, что человек может измениться? А Дункан – мой лучший друг, мой единственный друг, раз уж на то пошло. Меня охватила ярость, потому что я не готов его потерять.

– Хм… Заботили бы тебя так все.

– Юнеса, – Ли подался чуть вперёд, и слабый свет осветил его точёное лицо, – отбрось свои глупые амбиции. У тебя были все шансы почувствовать мою заботу.

Разговор напрягал, но Юнеса изо всех сил старалась не напрягаться. Не ссориться с Ли. Не ссориться с Ли. Откинувшись на спинку дивана, она сложила руки на груди.

– Ты вёл себя по-свински.

– Да, согласен. Мои методы оказались не совсем удачными. Мне многому нужно поучиться у него, – Ли указал в ту сторону, где находилась реанимация. – Например, любить.

– Любить? Сомневаюсь, что он любит эту свою – как её? – Ким, кажется. Кстати, кто-нибудь сообщил ей?

– Ким тут ни при чем. Дункан любит другую девушку и, к несчастью, безответной любовью. Но это какой силой воли нужно обладать, чтобы находясь рядом с ней, скрывать свои чувства. Я же полная противоположность.

– Хорошо, что ты это понимаешь, – тихо сказала Юнеса. – Только я сейчас хочу уточнить одну деталь: кого это Дункан любит безответно?

– Не догадываешься?

– Я её знаю, да?

Ли бросил взгляд в сторону реанимации, затем на Юнесу и сказал:

– Это Джулия.

***

Юнеса

Юнеса вернулась из больницы поздно обеспокоенная и взволнованная. В голове не укладывались слова Ли. Дункан любит Джулию? Его силе воли можно было позавидовать, подумала Юнеса. Неужели в человеке может найтись столько мужества, чтобы скрыть чувства так глубоко, что никому не взбредёт на ум копаться в них? А с другой стороны, ей было жаль парня. Когда-то Юнеса на собственной шкуре познала невыносимые муки безответной любови. Не самое приятное чувство, особенно, когда объект этой неразделённой любви живёт под одной крышей.

Выйдя из такси, она вошла во двор. Ночь уже вступила в свои права, небо усыпали фонарики-звезды. Свет жёлтой луны разливался по саду, а на тёмном полотне – миллиарды ярких точек, образующие замысловатые узоры. Если поднять голову, то можно представить, как падаешь в эту мерцающую бездну. Засмотревшись, Юнеса едва не споткнулась.

Довольно быстро она пересекла просторный дворик и тихо прокралась в дом, чтобы никого не потревожить. В гостиной было темно, значит, ребята все спят. Сняв туфли, Юнеса на цыпочках направлялась в свою комнату, но добравшись до лестницы заметила тусклый свет лампы в библиотеке. Наверное, Кевин до сих пор работает, предположила она и хотела было идти дальше, но любопытство одержало верх. Стараясь не шуметь, она мягко подкралась к приоткрытой двери.

Нет. Это вовсе не Кевин.

Джастин.

Он сидел спиной и стряхивал пепел в пепельницу, а мысли его блуждали и запутывались всё сильнее. Юнеса стояла у порога и успела обратить внимание, что в пепельнице лежало уже несколько окурков. Внезапно она почувствовала жалость к этому курчавому пареньку. Жалость и нежность. Джастин много курил, когда ему действительно плохо. И Юнеса видела… нет, она не просто видела, она чувствовала на себе его безнадёжность, муки и переживания. Сердце сжалось в тугой комок, и появились сомнения: а правильно ли она сделала, когда порвала с ним?

Докурив сигарету, Джастин затушил окурок в пепельнице. После чего встал, чтобы направиться спать и даже потянулся к светильнику. И тут он заметил её.

– Когда ты вернулась? – этот вопрос вылетел у Джастина случайно, хотя позже он ничуть не пожалел об этом.

– Только что, – равнодушно ответила Юнеса, затем прошла внутрь. – А что?

– Просто спросил. Как Дункан?

– Ты много куришь, – проигнорировав вопрос о Дункане, сказала она.

– Это тебя беспокоит?

– Нет. Я просто спросила.

Комичность ситуации свела к тому, что они улыбнулись друг другу. Кто бы мог подумать, что они смогут еще так стоять лицом к лицу, не обвиняя и не упрекая. Юнеса машинально перевела взгляд на стол и теперь заметила то, что крайне удивило её – фотографии, где они с Джастином в Техасе счастливые и беззаботные, на барбекю вместе с его родителями. Где-то глубоко в душе она даже порадовалась. Интересно, а Джастин догадывается, что у него появился шанс? Сейчас они одни, и он просто обязан не упустить его.

– Это ты их сюда принёс?

– Нет. То есть… да.

– Хм. То были самые лучшие дни в моей жизни, – Юнеса помолчала, затем добавила: – И самые спокойные.

Уголки губ Джастина дрогнули в подобие улыбки. Напряжение спало, и ему на смену пришло облегчение.

– Мне вот эта фотография очень нравится, – он вытащил из всей стопки снимок, где они у костра. Он нежно обнимает обеими руками её талию, а Юнеса, в свою очередь, светится счастьем.

Разглядев фото, Юнеса рассмеялась.

– Тебе правда нравится эта фотография?

– Да.

– Нет, – Юнеса капризно вытянула губы в гримасу и с сердито нахмуренными бровями сказала: – Я здесь просто ужасно вышла. Смотри, какой кривой рот!

– А по-моему, ты вышла здесь очаровательной. Вот посмотри, – он нагнулся так, чтобы им обоим была видна фотография. – Ты улыбаешься и эта улыбка непринуждённая, как и сейчас. У тебя открытые плечи и это очень тебе идёт. – Джастин забрал фотографию и медленно положил её на стол. Юнеса хлопала ресницам, безуспешно пытаясь сообразить, куда их занесло. А Джастин продолжал: – Ты очень притягиваешь к себе и даже когда ты далеко, я чувствую аромат твоих духов, твоей молочной кожи… чувствую сладковатый вкус твоих губ… а если ты рядом, то непременно хочется вновь вкусить всю эту благодать.

Он прикоснулся к её губам, затем прикоснулся к ним вновь, а когда убедился, что Юнеса не сопротивляется, прильнул к ним в опьяняющем поцелуе.

Юнеса понимала, что поддалась слабости и дала волю чувствам. Но зачем? Неожиданно внутренний голос прошептал ей: «Юнеса, будь сильной. Не позволяй обмануть себя, иначе это приведёт только к страданиям».

И она оттолкнула его.

– Нет, Джастин.

– Но почему?

– Это в прошлом. Я больше не хочу попасть в твой капкан. Не хочу быть обманутой. Прости. Я лучше пойду спать.

– Да! – вспыхнул Джастин с досады. – Иди! А наутро не забудь поплакаться в жилетку своему Джею Си.

Юнеса остановилась в дверях, затем развернулась на одних пятках и, прищурив глаза, как это обычно делает Ник, выпалила:

– В таком случае, ты иди и целуй своих шлюх! – и гордо вздёрнув подбородок, вышла из библиотеки. Но у лестницы Джастин поймал её за руку и резко развернул к себе. Юнеса едва могла справиться с паникой, но брыкания только осилили хватку.

– Так я и буду делать, – с ненавистью сказал он и грубо впился в её губы, за что получил хорошую пощёчину. А всё так прекрасно начиналось.

Юнеса подобрала сумку, туфли и убежала наверх.

«Зря, Джастин. Очень зря».

***

Джулия

Еще никогда в своей жизни Джулия не чувствовала себя такой подавленной. Она стояла, крепко сжимая лямки кожаной сумки, и смотрела на друга, не моргая, сожалеющим взглядом.

Дункан лежал перед ней на больничной койке большой, сильный и в то же время такой беспомощный, беззащитный. Голова перебинтована, веки неподвижны, бледные губы, почти белые, были закрыты. Губы, к которым она случайно успела прикоснуться. В уголках век набухли слезы – она быстро заморгала, стараясь втянуть их обратно. Он жив, убеждала себя Джулия, сглатывая отчаяние. Врачи сказали, что вскоре он очнётся, на что, возможно, потребуется время… А если нет? Если он не очнётся?

Джулия вдруг вспомнила, как ударилась о тёмную воду. Тогда она была на краю пропасти, но никто не толкал её вниз. Как же все-таки не справедлива жизнь. Дункан оказался на грани не по собственной воле. Его организм боролся, но сам он не в силах себе помочь. Джулия чувствовала, что он нуждался в ней так же, как и она в нем в моменты, о которых вспоминать не хотелось. Так грустно было осознавать, что она не может прыгнуть за ним в эту тёмную бездну и вытащить так же, как он её когда-то.

– Но я здесь, – еле слышно прошептала она, и на миг показалось, что он отреагировал на её голос. Дрогнули уголки губ, и щеки словно обрели слабый румянец. – Ты меня слышишь, Дункан? – продолжала она. – Я знаю, что слышишь. Я здесь, чтобы сказать тебе – борись. Ты такой сильный и ты выдержишь, я верю в тебя. Мы еще так много должны сказать друг другу… – её голос дрогнул. Она посмотрела на приборы, которые помогали следить за его жизнедеятельностью. Пикающие сигналы свидетельствовали о том, что с пациентом все в порядке. – Без тебя я сломаюсь, – вновь сказала она. – Никто не сможет проникнуть так глубоко в суть моих душевных переживаний, никто не поймёт так, как ты. Да, и даже Брайан. У меня есть муж, но и он не способен видеть мои слабости. Ты нужен мне…

Джулия понимала, что слова бессмысленны и всеми своими надуманными значениями рассыпались в никуда. Но от того, что она могла их произносить, становилось легче. Не зря же она оставила Стивена со Скоттом, воспользовавшись моментом, когда Ричи уехал по делам. Взяла такси и, никому ничего не сказав, приехала в больницу. Просто, чтобы сказать все это, надеясь, что хоть как-то поможет.

– Наверное, для этого и нужны друзья, – вслух произнесла она, затем замолчала, склонилась над его лицом и тихонько коснулась губами лба.

Рядом стоял стул, и Джулия присела на него, не в силах больше держаться на ногах.

«Скоро он проснётся», – сказала она себе и положила голову на локоть, опершись о край койки. В палате было тихо. Сигналы не нервировали, а наоборот, придавали сил. Джулия не заметила, как задумавшись, начала поглаживать каждый палец Дункана поочерёдно – от большого к мизинцу и обратно. Она так долго сидела, что стала засыпать.

Внезапно Джулия очутилась на озере. Мягкий тёплый ветер ласкал кожу лица, раздувал в стороны непослушные волосы. На самой вершине скалы сидел Дункан. Он писал, и Джулия не сомневалась, что в руках у него та сама тетрадь в кожаном переплёте. Изредка он бросал взгляд вдаль, на уходившее в бесконечность небо.

– Дункан! – позвала его Джулия.

Он услышал и махнул ей рукой. Джулия почувствовала неискромётный прилив энергии, и счастье заполнило её изнутри. Вот же он – жив и здоров! Быстрым движением Джулия сняла босоножки и ступила на холодный песок, чувствуя, как в нежную кожу врезаются мелкие острые камушки. Она побежала к скале, чтобы поскорее оказаться с ним рядом, чтобы попросить больше не пугать её так.

БЫТЬ РЯДОМ. БЫТЬ ОПОРОЙ.

Именно это их объединяло, связывало, не отпускало. И было ясно, что оба нуждались друг в друге. Дункан ждал её на том самом месте, откуда она упала, и предчувствие опасности внезапно остановило её. Резко свернув, она побежала в воду. Он упадёт, и она спасёт его! Спасёт! На озеро упала тень от силуэта, стоящего на вершине Дункана. Он развёл руки в стороны, словно готовясь к полёту. Неизвестно откуда появился страх, но она должна была побороть его. Она умела плавать. Умела… Она должна спасти его. Должна!

СПАСТИ!

СЕЙЧАС!

ПОКА НЕ ПОЗДНО!

Джулия открыла глаза. Ничего не изменилось, аппараты продолжали монотонную работу, в палате стоял запах антисептика. Только разжав пальцы, Джулия поняла, как крепко сжимала руку Дункана во время сна. Ладошка стала влажной.

Джулия покачала головой и подумала, приснится же такое. Взгляд застыл на спящем Дункане. А снится ли что-нибудь ему?

Джулия слишком расслабилась, сон отпустил не до конца, поэтому она не сразу услышала за спиной движение. Это был шорох подошвы, от которого она вздрогнула и обернулась. На неё смотрели глаза женщины. Взгляд, как у разъярённой дикой кошки – Ким. Как давно она здесь?

– Проснулась наконец-то, – сказала Ким и вальяжно прошагала к койке, где лежал Дункан. – Ты словно мамочка его, так уютно пристроилась…

Джулия молчала.

– Мне никто не сообщил, – вновь заговорила Ким. Джулия чётко различила в голосе обиду, хотя Ким хорошо маскировала её. И девушку можно было понять. Дункан – её молодой человек и ей обязаны были сообщить.

– Прости, – вставая, сказала Джулия. – Всё произошло так… быстро. Мы вчера были слишком потрясены, чтобы думать.

– Если бы Ли мне не позвонил, то никто бы этого не сделал. Ты должна была это сделать, я так полагаю, раз Дункан твой близкий друг. Ещё вчера!

Открыв рот, Джулия на несколько секунд замерла, не в силах вздохнуть или пошевелиться. Эти слова прозвучали, как упрёк. Именно так Джулия расценила твёрдый тон Ким.

– Ты права, – сказала Джулия, – я не позвонила, потому что всё произошло у меня на глазах и… – взгляд метнулся к Дункану, затем вернулся к Ким. – Это шок.

– Ладно. Иди! Тебя ждёт муж и ребёнок. Я останусь здесь.

И эта девушка называет себя невестой Дункана? Джулия никак не могла взять в толк, что Ким больше волновали в этот момент совсем иные вещи. Ни слезинки в глазах, ни намёка на боль. В то время, как душу Джулии разрывала пустота и плач, готовый вырваться наружу горькими слезами. А что чувствовала Ким?

Ничего не ответив, Джулия взяла сумку и почти уже вышла из палаты, когда Ким крикнула в спину:

– Странная у вас дружба!

Джулия повернулась на месте.

Ким смотрела на Дункана, но слова были явно обращены ей.

– Странная?

– Да, – она пожала плечами и повернула голову к Джулии. Их глаза встретились. – После знакомства с тобой стала замечать, что в наших с Дунканом разговорах слишком часто всплывает твоё имя.

– Ты всё неправильно…

– Между вами что-то есть?

У Джулии дар речи пропал. Это ещё к чему? На миг она вспомнила о том мимолётном поцелуе, но он ведь ничего не значил. Да и не поцелуй то вовсе! Дурачились и врезались губами. А зная Дункана, Джулия была уверена, что он уже забыл о том происшествии. Ким вряд ли в курсе об этих вещах.

– Нет. Между нами ничего нет, Ким. Мы всего лишь друзья, – ответила она и хотела уйти, но последнее слово останется за ней. – На твоём месте, я бы молилась, чтобы Дункан жил. Здесь не место для ревности, – с чувством произнесла она, гордо подняла голову и покинула палату.

Слёзы настигли её позже.

***

Брайан

– Локстон, к тебе пришли! – раздался голос из глубины пустого коридора.

– Наконец-то, – обрадовался Брайан. – Я уже думал, что Ник обо мне забыл.

– Это твой адвокатишка опять пришёл?

Брайан остановился и угрюмо посмотрел на соседа.

– За что ты так ненавидишь адвокатов?

– А ты как думаешь? – бросил Сэм, отведя глаза в сторону.

– Это мой лучший друг, и он должен сообщить мне новости. Моя сестра родила пару месяцев назад.

– Локстон, ты идёшь? Или я отменю тебе свидание!

– Иду, иду! Развопился, – чуть тише сказал Брайан, накинул рубашку и вышел.

В наручниках его повели по тёмным тюремным коридорам, мимо камер, куда попадают неблагоразумные люди, как считал Брайан. Но он уже привык к этому месту. Пришлось привыкнуть, ведь деваться всё равно некуда.

Но что это? Его ведут вовсе не туда, где обычно проходят свидания. В голове собрался рой мыслей. А что, если никто к нему не пришёл? Что, если это какое-то наказание, и чтобы он не сопротивлялся, придумали такой вот предлог? Однако за что его наказывать? За все дни, что Брайан провёл в тюрьме, его поведение оставалось хорошим.

Они поднялись по лестнице и дошли до фанерной двери, перед которой ему сняли наручники, затем пихнули внутрь.

Брайан остановился посреди комнаты, в недоумении оглядывая пустое помещение. В углу стоял маленький продавленный диван, а рядом стол. Брайан нахмурил брови, уставившись на три кружки и чайник, в котором, судя по выходящему пару, был кипяток. Кто же эти люди, раз для них чай не пожалели? Помня, где находится, Брайан старался не удивляться ничему и вести себя пристойно.

Через пару минут вошел Ник – через другую дверь, ведущую в соседнюю комнату.

– Ник? Что происходит? Я не понимаю…

– Успокойся, Брайан. Я приготовил для тебя сюрприз, а для этого необходимо было уединение, – он покачал головой туда-обратно, быстро моргая. – Пришлось заплатить кое-кому. Не тебе ли знать, как это делается!

Брайан вздохнул и сел.

– Обещал прийти сразу после родов Джулии.

– Прости, но, к сожалению, было не до тебя.

– Конечно!

– Пойми, все так непросто…

Но Брайан не стал слушать и перешёл прямо к мучавшему вопросу.

– Как там Джулия? Как племянник?

– С ними все хорошо. Парня Стивеном назвали.

– Стивеном?

– Да, – грустно улыбнулся Ник. – Там целая история. Но, – он надул щеки, чтобы выдохнуть огромный поток воздуха, затем хлопнул в ладоши. Пора переходить к главному! – Джулия сама тебе все расскажет.

– Да уж… и когда это будет?

– Сейчас!

– Что?

– Сейчас! – Ник открыл дверь, через которую он сам вошел, и оттуда возникла Джулия. Яркая, чуть похудевшая после родов, в красивом летнем платье. Каштановые локоны игриво ниспадали на плечи. А рот переливался алмазным блеском, благодаря помаде.

Брайан не знал, плакать ему или смеяться. На его лице появилось выражение растерянности.

– Вот, значит, для чего здесь три кружки, – буркнул он.

Джулия долго на него смотрела, не веря своим глазам.

– Брайан, – выдавила она его имя. В глазах блестели слезы. Она сделала шаг, и он раскрыл навстречу руки.

Брайан держал её в объятиях и рыдал, рыдал, как беззащитный ребёнок, понимая, какую утрату нёс в этом мире. И пока сестра прижималась к груди, ощущение покоя не покидало его. Заботливая женская рука поглаживала его отраставший на голове «ёжик», согревала душу своим терпением. Брайан посмотрел на довольную физиономию Ника. Он – настоящий друг, и Брайану грех в этом сомневаться.

– Джулия, тебе не стоило приходить в это ужасное место, – мягко сказал он, стараясь заглянуть ей прямо в глаза.

– Ужаснее – не видеть тебя все эти месяцы. Не знать о тебе ничего, быть в неведении.

– Ну, тихо, не плачь, – успокаивал её Брайан и сам еле сдерживался от очередных рыданий. – Ты здесь. Со мной.

– У нас не очень много времени, – втиснулся между ними Ник. – Чай остынет!

Все трое сели за небольшой квадратный стол. Джулия не отрывала глаз от брата. В нем было что-то странно притягательное, несмотря на усталость и серую тюремную одежду.

– Как же я соскучилась.

Брайан скромно потупил взгляд.

– Значит, моего племянника зовут Стивен?

– Да, – Джулия оживилась, затем встала и достала из сумочки свой подарок, упакованный в неброскую обёрточную бумагу. Вручая, её лицо сохраняло каменную невозмутимость, хотя внутри всё дрожало, нервы звенели, как струна в предвкушении реакции.

– Что это?

– Открой! – Джулия перевела дух и улыбнулась.

Брайан, как можно быстрее избавившись от бумаги, взглянул на подарок. Это была рамка с фотографией двухмесячного малыша в смешном голубом комбинезончике с аппликацией мишки, обнимающем бочонок мёда. Так мило и трогательно с её стороны. Чёрт, вновь эти сентиментальные слёзы навернулись на глаза. Пришлось зажать веки пальцами.

– Мне приятно, Джулия. Очень…

И Ник отвернулся, так как к горлу ком подступил.

– Это Стивен Томас Ньюил, – гордо произнесла Джулия.

– Очень приятно, – и Брайан обнял сестру. – Я повешу эту рамку у себя над кроватью и, засыпая, буду думать о том… – он сглотнул слезы, шмыгнул и отошёл от Джулии. – О том, что однажды возьму его на руки, – закончил он.

– Брайан, у нас несчастье в доме, – прискорбно сообщил Ник, когда комнату поглотило молчание.

– Что ещё?

– Дункан… – хотела начать Джулия, но из горла вырвались рыдания, и она не смогла продолжить.

Ник привлёк её к себе и сам рассказал всё, что произошло с Дунканом и Эй Джеем.

– Дункану сделали операцию, – говорил он, поглаживая шёлковые локоны Джулии и чувствуя под своей рукой её трепет и боль. – Но он еще без сознания. Врачи говорят, что это действие лекарств и вскоре, когда минует опасность, ему позволят проснуться.

Брайан стоял, раскрыв рот.

– О, Господи…

– Да. Травма головы. Из-за этого мы не могли приехать. Джулия практически не отходит от него.

Брайан смотрел, как Ник с нежностью обращается с Джулией. В кольце его рук она прижималась к его груди, как хрупкая, дрожащая, всхлипывающая маленькая девчушка, требующая заботы. Внезапная грусть и сожаление охватили Брайана. Какой красивой парой они могли бы быть! Поймёт ли Джулия когда-нибудь, какого парня лишилась на самом деле?

– Ладно, – утирая слезы, сказала Джулия и отстранилась от Ника. – Давайте больше не будем о грустном. Скажи лучше, Брайан, хорошо ли здесь с тобой обращаются?

Брайан усмехнулся, прошёлся к окну и глянул через кованую решётку на ясное безоблачное небо.

– Обращаются, как в тюрьме.

Джулия уловила его тоскливый холодок в голосе, и стало не по себе.

Ник бросил взгляд на часы. Времени оставалось предостаточно, и нужно было разрядить обстановку.

– Ну, – сказал он, – что тебе еще рассказать, Брайан?

Тот пожал плечами.

– Кстати, – вспомнил Ник, – Юнеса с Джастином разбежались. – Но почувствовав суровый взгляд Джулии, приосанился и добавил: – Ну… если это тебе вообще интересно.

***

Ричи

Вот уже около четырёх часов ребята репетировали в студии. Менеджер клуба «Пульс» дал добро, и теперь у группы появилась постоянная работа. А также шанс, который ни в коем случае нельзя «профукать», как говорил Джей. Ричи взял на себя обязанности главного и отныне донимал своих коллег день и ночь, чтобы не подвести такого важного человека, как Клэйд.

Этим утром он поднял ребят ни свет ни заря, но, как оказалось, зря, потому что ничего из этого не получалось. В отличие от всех, Ричи проявлял больше рвения заниматься, петь, играть и поскорее начать выступать в «Пульсе». У остальных отсутствовал интерес к работе и терпение Ричи заканчивалось. Шон, например, едва бил по клавишам. В основном, он витал в облаках и не слушал, что ему говорили.

Джей Си думал о Юнесе – об их разрыве с Джастином. А ещё, она рассказала ему о недавней стычке между ними, и это озаботило его вдвойне. Последние дни он не чувствовал себя в настроении играть.

А Энтони?.. Он то ли не выспался, то ли устал, поэтому просто подражал им.

Ричи психовал. Он ходил по студии, как дикий зверь по клетке, и то и дело орал, причитал, поучал их, только всё было бесполезно. Всё равно, что со стенами разговаривать.

Наконец, добившись хоть малейшего внимания, он смог объяснить, что ребята делали неправильно, и все как будто бы поняли. Но когда вновь заиграла музыка…

– Стоп, стоп, стоп. Я так больше не могу. Выбирайте – одно из трёх, – Ричи приступил демонстративно загибать пальцы, – либо вы соберётесь и начнёте играть, либо вы объясните, что с вами такое творится, либо мы вообще бросаем это дело и разбегаемся.

– Но зачем? – спросил Энтони.

– А затем! Мы уже третий или четвёртый день долбим одну и ту же мелодию и никак не можем добиться результатов. Спрашивается, почему?

– Почему? – тупо переспросил Энтони.

– Да потому, что вы летаете где-то, но не здесь. Нет, я не против – летайте! Но от музыки, а не от ваших проблем. Вот, Шон, что с тобой? – Ричи подошёл к другу и тот воззрился на него. – Ты всегда был самым трезвым в нашей команде, а теперь, получается, стал самым пьяным, что ли? Тебя совсем не видно!

Энтони громко загоготал, но Ричи быстро смерил его гневным взглядом.

– Не вижу ничего смешного.

– Слушай, Рич, надоел, – устало сказал Джей Си. – Если у тебя всё хорошо, это не значит, что все обязаны под тебя равняться.

У Ричи адреналин в крови поднялся.

– «Хорошо», значит… – нервно повторил он. – Ты в этом уверен?

Вокруг воцарилась тишина, тяжёлая, плотная. Все смотрели на него и не понимали, какой посыл нёс его вопрос. Он женат на любимой девушке, они не ссорились, не скандалили. Джулия очень старательно проявляла к нему заботу. Разве тут есть проблемы?.. Внешне, конечно, так оно и было. Но что же до внутреннего душевного состояния, то тут Ричи хорошо скрывал свои чувства и мысли.

Он сел на край дивана и отложил гитару в сторону.

– Жить рядом с девушкой и знать, что она любит другого – нелегко. Это постоянная тревога и страх. Иногда мне кажется, что она ускользает от меня. Именно в те моменты, когда Ланс начинает действовать. И если в один ужасный момент он скажет ей, что любит, вот тогда я потеряю её. – Ричи вновь встал и прошёлся по старому потрёпанному линолеуму, затем вновь заговорил, заглядывая в лица каждому. – Постоянная конкуренция, борьба за право быть единственным. Но ведь есть не только Ланс. Не забыли? Есть дорогой и сердечный друг – Дункан, ради которого она бросает ребёнка и несётся в больницу, льёт слезы и ни о ком, кроме как о Дункане, она говорить не может. И я все это терплю, хотя меня душит ревность. Эти мысли всегда со мной и этот страх. Хм… – он немного подумал и с еще большей грустью сказал: – Было бы все не так плохо, если бы не Стивен. Это их ребёнок, а в первую очередь – это ребёнок Ланса, хотя он и носит мою фамилию. Но я не удивлюсь, если Ланс однажды предъявит свои права и Джулия пойдёт у него на поводу. Я это знаю. И знаю, что наш брак не навечно. От этого становится просто невыносимо страшно. Страх. Это слово я готов повторять без конца. Но кто-нибудь из вас видит его во мне? Наоборот, я стараюсь подавлять эти мысли, и в этом мне помогает музыка. Только она заставляет меня забыть о них, поскольку я полностью отдаюсь ей, и у меня не остаётся времени думать о чем-то еще. А вы говорите – «хорошо».

Энтони, Джей Си и Шон молчали.

Джей Си опустил глаза. Ему стало обидно за Ричи и стыдно за свои слова. У всех есть проблемы. Но не все их демонстрируют.

Все боятся. Но некоторые умеют скрыть свой страх.

***

Джулия

На лице Джулии играла улыбка.

– Стейси, вы меня уже в который раз выручаете! – она мягко дотронулась до руки женщины. – Все никак не можем найти няню.

– Мне только в радость, – Стейси перевела взгляд на карапуза, и в глазах появился огонёк любви. – Мне очень нравится с ним возиться.

Джулии было приятно видеть в этой женщине союзницу. Стейси беспрекословно манила своей добротой, открытостью и мудростью. Джоана не стала бы помогать Джулии настолько рьяно, и в этом она была уверена на все сто. Первое, что Джулия бы услышала: «Ты мать, так занимайся ребёнком!» Не говоря уже о взаимных упрёках.

Джулия обняла свекровь, коснулась губами её щеки, затем подошла к кроватке сына и, поцеловав его, поправила одеяло, после чего вышла из детской.

Спускаясь по лестнице, она проверяла сумку. Все ли взяла, ничего не забыла? Поэтому не видела, что происходило в гостиной, и кто там находился. Так бы и прошла мимо, если бы её не окликнул Ричи.

– Куда собралась?

Джулия остановилась и растерянно заметала глазами по гостиной. Теперь она увидела Хоуи и Джей Си у бара, а также Энтони, развалившегося в кресле. Ричи подошёл ближе.

– Я задал вопрос.

– В больницу. К Дункану, – ответила Джулия, переминаясь с ноги на ногу. Она знала, что её уже ждало такси.

– Джулия, у Дункана есть девушка, которая должна мотаться к нему в больницу и сидеть рядом с его койкой, – зло сказал Ричи и был категоричен.

– Но Ким сейчас в университете, а у Ли срочное дело и…

– Хорошо, – перебил её Ричи. – Если Дункан побудет один, то ничего с ним не случится. В больнице хороший уход.

Джулия смотрела на мужа и ничего не понимала. Неужели он пытался повлиять на неё сейчас? Или это демонстрация предназначена для его друзей? Просто из вредности характера Джулия могла бы развернуться и выйти, но она не могла не спросить Ричи, что происходило.

– Ты прекрасно понимаешь, Джулия, что у тебя есть ребёнок и много других обязанностей, – начал оправдываться он.

– Ребёнок с твоей мамой, и я ей доверяю! – вредничала Джулия.

– Но он еще слишком мал, чтобы оставаться с…

– Да он ревнует! – вырвалось у Джея Си.

Фраза, брошенная в пустоту, угрожающе повисла в тишине. С минуту Джулия смотрела на Джея Си, словно он сказал это на иностранном языке. Она видела, как переглянулись Хоуи и Энтони. А когда до сознания дошёл смысл, она вспылила:

– Да как ты можешь, Ричи! У меня и в мыслях не… Я никогда… – Она сложила ладошки, закрыла глаза. Сделав пару глубоких вдохов и выдохов, она всё же успокоилась и продолжила. – Большой грех так думать. Тем более, сейчас, когда он на грани жизни и смерти, Ричи. Послушай меня внимательно, и ты и вы все, – она по очереди указала пальцем на Хоуи, Джея Си и Энтони. – Слушайте и зарубите себе на носу, что Дункан – мой друг и брат. Именно! Он мне, как брат. Он, можно сказать, заполнил ту пустоту, которую я в себе чувствовала, когда Брайана посадили в тюрьму. И ревность – последнее дело. Ты, Ричи, мой муж и я уважаю твою любовь и привязанность ко мне, но изменить сейчас ничего не могу. Я переживаю за него и буду переживать так за каждого из вас! – её голос срывался едва ли не в плач. – Я просто хочу быть уверенной, что с ним все будет хорошо!

В следующую секунду Ричи крепко сжимал её в объятиях и шептал слова прощения.

– Я был не прав. Черт, какой я идиот! – он поцеловал её в макушку и прижал еще крепче. – Мог бы просто предложить съездить вместе.

Теперь все видели, как страх управлял Ричи. Он не мог её потерять и может быть от части, Джулия этим пользовалась. Ведь только она знала, что ревность Ричи не беспочвенна.

– Ладно, – она подтёрла глаза и поправила одежду. – Меня ждёт такси. Я могу его отпустить, и мы поедем вместе.

Энтони захлопал в ладоши.

– Вот он – настоящий пример взаимопонимания супругов!

Никто не удержался от улыбки.

Ричи ушёл за ключом от машины, а Джулия присела на диван. В это время зазвонил её мобильный телефон. Увидев на экране имя Ли, она задёргалась. Он ведь ждёт её, а она еще из дома не выехала. Ответив на звонок, она уже приготовилась рассыпаться в извинениях, но услышала отличную новость.

Ричи уже спустился, когда она сообщила:

– Дункан пришёл в себя. Теперь все у него будет хорошо.

Глава 5

Джулия

То, что Дункан пришёл в себя, для всех было большим облегчением. Всю дорогу Джулия не могла спрятать улыбки – так не терпелось увидеть своего дорогого друга, поговорить с ним и убедиться, что у них по-прежнему все отлично.

Ричи молча вёл автомобиль. Он уже боялся что-либо ей говорить, и изо всех сил старался скрыть возмущение. Его успокаивало лишь то, что Джулия всерьёз назвала Дункана «братом». «Он мне, как брат», – сказала она. Так стоило ли беспокоиться и портить из-за таких пустяков отношения с женой?

– Приехали, – сказал он, выключая зажигание. Больше он ничего не успел добавить, так как Джулия уже выпорхнула из машины и нетерпеливо ждала его снаружи.

В коридоре отделения их встретил Ли.

– Решил дождаться тебя, – целуя её в обе щёчки, молвил он. – Ричи? – после сказал, удивляясь.

– Решил сопроводить жену, – бросил Рич, чётко выделив последнее слово. – Как Дункан?

– В сознании. Доктор сказал заходить по одному, чтобы сильно не волновать пациента.

Джулия и Ричи уставились друг на друга. Нравилось, не нравилось – пустить её туда пришлось.

– Я быстро, – радостно сказала Джулия и юркнула за дверь в палату.

Когда она вошла, то первым делом заметила, что все эти жуткие аппараты молчали. У койки стояла капельница, но она бездействовала в данный момент. Дункан полусидел, облокотившись на гору из подушек, еще бледный, но уже не такой безнадёжный. На голове бинтовая повязка, кровь нигде не проступала. В уголках глаз собрались знакомые мимические морщинки. Те самые, что приводили женщин в отчаяние, а мужчинам придавали значительность. По ним Джулия всегда понимала, что Дункан улыбался.

– Привет, – её захватили эмоции, и такое простое слово было произнесено слишком возбуждённо.

– Привет… очень рад видеть тебя, – хриплым голосом отвечал Дункан.

Она подошла ближе и не постеснялась взять его руку в свою ладонь.

– Как ты себя чувствуешь?

– Хорошо. Доктора обещают убрать эту «шапку» уже завтра.

Джулия весело хихикнула. Ему не нравилась повязка на голове.

– Ты выглядишь забавно в этом тюрбане, но это не главное. Важно, что ты жив и теперь почти здоров. Вот увидишь, я хорошо буду за тобой ухаживать дома.

– Правда? – он скромно улыбнулся. Губы были сухими и потрескавшимися.

– Конечно – не хуже медсестёр!

И Джулия не обманывала. Она спала и видела, как будет следить за питанием и приёмом лекарств, как будет обрабатывать его ранки, и как они вместе будут соблюдать режим. Джулия верила, что могла бы стать ему не хуже матери или названной сестры. Ким не шибко проявляла себя в плане заботливой невесты. Джулия сомневалась, что она вообще покажется в их доме. Хотя… возможно, Дункан, как и Эй Джей, запретил своей девушке приезжать в этот дом, что было вполне справедливо.

– Ли рассказал, как ты сидела около моей койки часами и плакала, – он сохранял серьёзный тон.

Джулия уставилась на руку, которую держала и начала нервно перебирать его пальцы. Дункан не возражал.

– Я боялась тебя потерять.

– Ты видела, как это случилось?

– Да.

– Прости.

– О Господи! За что?

– За то, что заставил тебя страдать.

У Джулии на глаза навернулись слезы.

– В чем же ты виноват? Все это нелепая случайность. Я видела, как Эй Джей отчаянно пытался остановить машину. Он просто не успел. Он тоже страдал… И я счастлива, что ты в порядке и теперь ему тоже ничего не угрожает.

– Да… – уныло произнёс Дункан. – И я рад.

– Мне пора бежать. Дома Стивен, а в коридоре Ричи ждёт, – она смахнула непрошенную слезу и улыбнулась. – Он и так ревнует.

Дункан кивнул. А что ему было сказать? Тогда Джулия склонилась и поцеловала его щетинистую щеку.

– Увидимся дома.

После чего оставила Дункана одного, но как оказалось ненадолго.

***

Дункан

Поцелуи.

Никогда за всю свою сознательную жизнь Дункан и представить не мог, насколько болезненными могут стать поцелуи. Рана на голове – ничто по сравнению с тем, что он ощущал, когда губы Джулии касались его лица. И не важно, щека это, лоб или губы.

Как же больно любить человека, который не сможет ответить на эти чувства. Иногда ему хотелось сбежать от неё, но это не выход. Да, Джулия замужем. Да, она любила другого. Но ведь он ни на что и не претендовал! Можно было бы исчезнуть навсегда из этого дома, из этого города, из этой страны… и не думать больше о ней. Но как же он бросит её одну? Дункан понимал, что, несмотря на то, что Джулия вышла замуж, она по-прежнему находилась на распутье. А Дункан именно тот проводник, указывающий правильный путь. Но почему-то он отказывался вести её к своему сердцу. А тот нежный мимолётный поцелуй, простое прикосновение губ, казался лишь шалостью на фоне всех событий. Нет… Дункан не питал надежд. Но он мечтал…

Дверь в палату открылась, оторвав Дункана от суровых мыслей. Ему никого не хотелось видеть. В воздухе витал приятный ванильный запах, который Джулия оставила после себя. Он не желал с ним расставаться.

Эй Джей замер на пороге, не решаясь пройти ближе.

– Как ты? – несмело спросил он.

– Заходи, – холодно, но мягко произнёс Дункан.

В углу стоял стул, и Эй Джей, взяв его, устроился недалеко от койки. Им было видно друг друга, а главное, слышно.

– Как себя чувствуешь?

– Сносно.

– Я тут фруктов тебе принёс.

Дункан поджал губы, ничего не ответив.

Эй Джей поставил пакет на тумбочку и вернулся на место. Дункан видел, что тот мучается, но помогать ему не собирался.

– Я ведь не просто так пришёл… – он сложил ладошки и, нервничая, ударялся об них губами. – Даже не знаю, как выразить своё сожаление… Я не хотел, правда. В моей жизни все резко встало с ног на голову и я… я не ведал, что творил.

– Не вини себя, не надо. Я прекрасно понимаю, каково тебе в данный момент. Но я тоже отчасти виноват во всем, что случилось. Не нужно было лезть под колеса, зная…

– Что за рулём пьяный водитель, – с иронией добавил Эй Джей и с грустью улыбнулся.

– Извини…

– Нет, это я должен извиняться.

– Давай, просто забудем?

– Дункан, ты сможешь это забыть. А я – нет. Меня каждый день будут преследовать воспоминания того жуткого дня. Ведь это не ты, а я сбил тебя. И меня мучают угрызения совести.

– Но я ведь остался жив.

– И слава Богу! Но этот случай останется у меня вот здесь, – и Эй Джей указал пальцем на висок, – навсегда.

Дункан вдруг вспомнил слова Джулии и решил спросить:

– Скажи, что случилось в тот день? Почему ты напился?

Эй Джей нахмурил лоб. Взгляд его затуманился. Из чего Дункан понял, что тот не готов делиться с ним.

– Слишком личное? Девушка?

Эй Джей кивнул, но молчал

– Мне кажется, я знаю, кто сможет тебе помочь. – И как только Дункан поймал взгляд Эй Джея, сказал: – Джулия. Она очень мягко рассказывала о несчастном случае и нисколько не винила тебя. – «В отличие от Ли», подумалось ему. Потому что тот рвал и метал, даже невзирая на состояние друга. – Доверься ей, и увидишь результат.

– Вряд ли мне кто-то поможет, Данк, – и, не сказав больше ни слова, вышел прочь.

Только теперь Дункану стало понятно, насколько всё серьёзно.

***

Юнеса

Чёрный автомобиль подкатил к воротам частного пляжа. Песок и мелкие камешки щелкали под тяжестью колёс. Послышался слабый скрип тормозов. Эйбс заглушил двигатель.

– И зачем ты меня сюда привёз? – спросила Юнеса, не понимая, к чему вела вся эта таинственность. Ничего не объясняя, Эйбс просто взял её за руку, усадил в машину и привёз на какой-то пляж. Все это выглядело странно.

Эйбс игнорировал вопросы и старался как можно меньше смотреть в сторону Юнесы. Выйдя из машины, он проверил шины на колёсах, затем вытащил что-то с заднего сиденья и сунул Юнесе, когда та выбиралась из автомобиля.

– Что это?

– Откроешь и посмотришь позже… когда я уеду.

– Когда ты что сделаешь? – распахнув глаза, спросила Юнеса. Сердце заколотилось в груди так, что дышать стало трудно.

Эйбс снова проигнорировал вопрос, сел в машину и поправил боковые зеркала.

– Ты правда собираешься уехать и бросить меня здесь одну? Да что происходит? – нервно вопрошала Юнеса.

– Не спрашивай меня ни о чем. Все равно не отвечу. Наберись терпения и сама узнаешь, – сказал Эйбс и повернул ключ в зажигании. – Увидимся дома!

– Дома?! – Юнеса растерялась. Он же сейчас уедет! – Эйбс, подожди! Эйбс! Эйбс! – кричала она вдогонку удаляющемуся транспорту, но все было бесполезно. Со злости она пнула песок и пошла к открытым воротам. – И как это понимать?

На пляже никого не было. Зеркальное озеро отражало синее небо. К обеду солнце нещадно обжигало тело, а она не намазалась кремом. Теперь нежная кожа покраснеет и есть риск, что обгорит. Этого еще не хватало! Поблизости, при всем при этом, не было видно теней. Обессиленная, Юнеса рухнула на песок, наплевав на дорогое платье. Как же жарко! Если она останется здесь еще немного, то точно расплавится!

Вспомнив о пакете, что вручил Эйбс, Юнеса решила проверить его содержимое. Недолго обследовала его, достала бутылку воды и… что?! Купальник! Апельсинового цвета купальник имел при себе этикетку. Совсем новый. Отыскав раздевалку, она быстро переоделась. Платье аккуратно сложила в пакет и отправилась к озеру. Хоть какое-то спасение.

Ноги были уже по щиколотку в воде, как вдруг что-то заставило её повернуть голову. Взгляд застыл на приближающемся автомобиле. И Юнеса прекрасно знала, кто сидел за рулём.

***

Ричи

– Где Джулия? – нервно спросил Ричи, спускаясь по лестнице в гостиную. Его беспокоило, что жены давно нет дома. Уехала с утра, не объяснив куда. Сказала, быстро. А еще малыш, за которым остался присматривать, напрочь отказывался есть из бутылочки. Юнеса тоже исчезла и помощи просить не у кого. Единственный человек, до кого он смог дозвониться – мама. И она констатировала, что у ребёнка колики. Как будто Ричи понимал, что это за хрень такая. За пару часов Стивен вытрепал все нервы, поэтому в данный момент вид у Ричи был, как у разъярённого быка.

Вопрос остался без ответа. Ричи остановился на предпоследней ступеньке и посмотрел на ребят, на одного за другим: Ли, который стоял возле барной стойки. Он хотел выпить виски, но бокал так и не донёс до рта. Кевин читал газету и головы не поднял. Хоуи и Джой продолжали болтать о своём. А Эйбс развалился в кресле и поедал китайскую лапшу из полосатого картонного стакана, и как только почувствовал на себе недобрый взгляд Ричи, понял, что пора уносить отсюда ноги.

– Куда собрался? – окликнул его Рич, стоило дойти до выхода. – Ты что-то знаешь?

Эйбс медленно развернулся на пятках и состряпал невинную мину на лице.

– Нет. Ничего не знаю.

– Ричи, ты выглядишь замученным, – бросил Джой, перебив беседу с Эйбсом.

– Наверху разрывается от крика Стивен. Он хочет есть, а Джулия как сквозь землю провалилась.

– А что, вы еще не нашли няню? – поинтересовался Хоуи.

– Няня, – усмехнулся Ричи. Он был так вымотан, что забыл про поиски няни. – Мы искали, но потом Дункан в больницу попал, и мы перестали искать. Поговорю с мамой. Возможно, она что-нибудь предложит. Сейчас узнать бы, куда наша мамочка подевалась.

– Да в больнице она, – подал голос Ли, выходя из-за бара. Бокал с виски он оставил на стойке. – У Дункана.

Ричи стоял в замешательстве. Трудно было признать, что он такой лопух и не догадался, куда она испарилась, еще и телефон отключила.

– Ричи! – позвал его Энтони, только что влетевший в дом, оставив входную дверь открытой. – Ты должен послушать! Это хит! Где Джей Си?

– Какой еще, к черту, хит? – Ричи окончательно разнервничался.

– Ты не понимаешь! Сейчас объясню, – улыбка Энтони превзошла себя. – Шон написал чудесную песню, посвящённую подруге. Тебе непременно нужно её услышать. Тебе ведь её исполнять. Я просто уверен, что с неё начнётся наша карьера. – Он был так возбуждён, что не заметил напряжённые лица. Его никогда не волновали чужие проблемы. Эмоциональный, темпераментный, но всегда только ради своей выгоды.

– Давай не сейчас? – рявкнул Ричи.

– Но…

– Не сейчас!

– Успокойся, Рич, – Хоуи усадил парня на диван. – Она всего лишь в больнице у друга. Тем более, уехала на такси. Пробки в это время на дороге – не сюрприз.

Внезапно, из-за угла второго этажа нарисовался Скотт:

– Вы действительно не слышите, что ребёнок надрывается от крика?

– Черт! – выругался Ричи и побежал наверх, дёрнув за собой Скотта.

А Ли тихо себе ухмылялся, радуясь, что у Ричи и Джулии намечался скандальчик. Она должна быть рядом с Дунканом, думал он. И она будет. Разумеется, Ли собирался приложить к этому свои силы.

***

Джулия

Джулия никак не ожидала застать в больнице Эй Джея. Они столкнулись прямо в дверях палаты Дункана. Поприветствовав друг друга, сразу разошлись. Однако Дункан советовал Джулии поговорить с ним. Буквально пару минут назад они затронули эту тему, а потому она сочла их столкновение за знак свыше.

К счастью, Эй Джей пробыл у Дункана меньше десяти минут. Джулия ждала в главном фойе больницы и как раз стояла у кофейного аппарата, когда он спускался по лестнице.

– Эй Джей! – крикнула она и подняла руку, жестом зовя его к себе.

Эй Джей замедлил ход, удивлённо уставившись в её сторону.

– Я думал, ты уехала, – приблизившись, проговорил Эй Джей и потянулся за своими очками, заткнутых дужкой за ворот белоснежной майки.

– Да вот… Подумала, что ты мог бы меня довезти до дома, – сказала она, не сдерживая неотразимой улыбки. – У тебя же нет других дел в городе? Или я зря надеялась…

– Все хорошо. Поехали, – он отобрал у Джулии стакан с кофе и бросил в мусорный бак. – Не пей эту гадость. Если хочешь, заедем в хорошую кофейню.

Что они и сделали. Джулия нервничала насчёт Стивена, и зарядка на телефоне, как назло, села. Но отступать было нельзя. С Эй Джеем что-то происходило, и Дункан волновался, а значит она должна выяснить, что творилось в душе у их общего друга.

– На самом деле, я ждала тебя совсем по другой причине, – уже более серьёзно заговорила Джулия, когда они расположились в уютной кофейне и получили свой кофе.

– Стоило догадаться.

– Не я одна, но и Дункан волнуется за твоё душевное состояние.

– Откуда ему знать…

– Где твоя девушка, Эй Джей? Еще несколько недель назад ты был счастлив и рассказывал всем вокруг, как тебе с ней повезло. – Она чуть подалась вперёд, словно хотела поймать его взгляд. – Я не дура и прекрасно все вижу.

Эй Джей вздохнул.

– Какая теперь разница, что творится у меня в душе?

– Не забывай, что из-за этого чуть не погиб человек. – Джулия старалась быть мягкой. Хотя внутри кипело и бурлило возмущение. – Просто поговори со мной.

С минуту Эй Джей молчал, наверное, решая можно ли доверять Джулии. Но потом сдался и заговорил.

– Она решила, что я – сатанист.

Одна бровь Джулии заметно приподнялась.

– Да. Бросила меня и не хочет видеть. Сменила номер телефона.

– Но с чего она взяла, что ты – сатанист?

– Если бы я только знал, – в голосе Эй Джея слышалось разочарование, отчего у Джулии сжималось сердце. – Может быть, её напугала моя куртка с черепом на спине или музыка… она ведь ничего не объяснила мне. Джулия, видела бы ты, сколько раз я пытался достучаться до моей Рокси. Я валялся у неё в ногах, умоляя объяснить. Но она неумолимо стояла на своём. Я убит. И не знаю, как еще подобраться к ней. Возможно, я не создан для неё. – Он крепко сжал веки двумя пальцами, и стало ясно, что он готов расплакаться. Джулия накрыла его руку, что покоилась на столе, своей.

– Ты любишь Рокси? – спросила и увидела, как в глазах парня заблестели слезы.

– Очень люблю. И никакая другая женщина мне не нужна.

Теперь и Джулии хотелось плакать.

– Но я не сатанист. Ты ведь знаешь, Джулия.

– Знаю, – она задумалась, глядя в свою кружку. – Я тебя хорошо знаю.

В голове уже родилась идея, как помочь Эй Джею, когда он вдруг заговорил о том злосчастном дне.

– В день, когда я напился и… Дункан оказался в операционной, она написала мне эсэмэску. Длинную. – Он смахнул напросившуюся слезу и уставился в окно на проезжающие мимо машины. – Но содержание можно передать одним словом. Она просила меня оставить её в покое. И вновь упомянула сатанистов и музыкантов. Я и напился со злости… Я – Бог свидетель – хотел её убить.

– Почему ты не рассказал раньше?

– А что, собственно, ты можешь сделать, Джулия?

– Поговорить с Рокси, – уверенно бросила она. И ведь не шутила. Эй Джей недолго сопротивлялся. В конце концов, он сказал, как найти Рокси. А что он терял? Рокси его бросила, и выхода у него иного не было, кроме как положиться на женский ум. Джулия пообещала, что приложит все свои усилия к тому, чтобы Рокси хотя бы согласилась поговорить с ним. Ну а с Эй Джея взяла клятву, что он не приложится к бутылке без особого повода.

По возвращении домой, их встречал недовольной Ричи. Джулия чувствовала, что разговор будет малоприятным, поэтому готовилась к нему и боялась. Как только они вошли, Эй Джей скрылся на втором этаже, оставив супругов наедине.

Несколько мгновений они смотрели друг на друга, не мигая. Джулия никогда не умела играть в гляделки, поэтому первая отвела глаза.

– Ну и как это понимать?

– Я ведь приехала, – безуспешно защищалась Джулия.

– Да что ты! Уехала утром, ничего не объяснив, бросила голодного ребёнка на меня – неопытного! – Ричи рвал и метал, хотя понимал, что это не в его пользу. – До тебя было не дозвониться!

– Батарея села, – её голос чуть дрогнул, но она вздёрнула подбородок. – Я была в больнице, у Дункана, потом…

– Ради Дункана ты готова бросить своего ребёнка?

– Ричи!

В подобных ситуациях, Джулию раздражал тон мужа. Но здравый смысл говорил, что именно он, а не она, поступал правильно. Волной накатил стыд, от чего было жарко дышать. Разве Ричи не пытался объяснить, что она за мать? Они молчали, не зная, что сказать. Ричи, с его вспыльчивым характером и ревностью, не редко заносило. Джулия не хотела портить с ним отношения, а поэтому, получив ответ на вопрос «Где Стивен?», поднялась наверх. И остаток дня провела с ребёнком.

***

Юнеса

Перед Юнесой стоял мужчина её мечты. Мужчина всей её жизни. Вокруг – пустынный пляж, засыпанный бледно-золотым, чистейшим песком; и озеро, вода в котором скорее всего очень тёплая. Но вот загвоздка: этот мужчина со смазливым личиком, прекрасным телом, обаятельный, неотразимый, умеющий опьянять словами, такими красивыми, что каждая поверит ему и оступится. С ним легко упасть в пропасть и никогда не выбраться оттуда. Этот мужчина мог впутать в свои сети, а они такие прочные, что выбраться можно только разрезав острым ножом, но рука не поднималась сделать это.

Отличный ход! Джастин продумал всё, кроме одной маленькой детали – Юнеса не собиралась мириться! И как только Джастин попытался приблизиться, она задрала носик и встала в позу.

Солнце нещадно жарило, и Юнеса подошла к воде, чтобы ноги намочить. Она чувствовала немой взгляд Джастина, отчего хотелось убежать.

– Эйбс не сказал, что у меня свидание, – начал Джастин. Это было первое, что пришло ему в голову. Он хотел продолжить, но увидев в лице Юнесы усмешку, почувствовал себя глупо и решил, что это была неуместная фраза. Он снова замолчал.

Юнеса тоже молчала, водя ступней по поверхности воды, и старалась не смотреть на него. Хотя очень хотелось. Но она старалась предостеречь себя от этого, чтобы не разбудить жалость. Поэтому запустила взгляд куда-то вдаль и сощурилась.

– Хочу домой, – еле слышно произнесла.

– Юнеса… – Джастин цеплялся за шанс. – Прости меня. За всё.

Ответа не последовало, и он продолжил:

– Прости за тот вечер в библиотеке, за измену. Прости, что не думал о тебе. Прости, умоляю!

Это было невыносимо. Ну зачем он это делал? Как же хотелось броситься к нему в объятия и целовать до головокружения. Нужно было бы просто простить и всё. Но гордость и обида продолжали изводить душу. Вспомнив оскорбления в свой адрес, пропали все чувства. Она подняла пакет с вещами и отправилась в противоположную от него сторону.

– Если это твой ответ, – услышала за собой Юнеса, – значит, я уеду. Уеду из дома Кевина. Может быть даже из города. Потому что без тебя жизнь в Орландо не имеет смысла. Не могу видеть тебя каждый день и не иметь возможности касаться. Я уеду. Уеду, потому что люблю.

Юнеса словно вросла в песок от такого заявления. Резко развернулась и пошла на него.

– Это угроза? – грубо бросила вопрос, но всё вдруг оборвалось. Она глазам своим не верила. Джастин стоял на коленях. Вернувшись на прежнее место, хотела дотронуться до милых и любимых кудряшек, но это было труднее, чем казалось. Она словно преодолевала магнитное поле, пытаясь прикоснуться к голове Джастина.

– Бежать – не выход, – тихо произнесла Юнеса, и Джастин поднял глаза.

– Ты этого не хочешь?

– Джастин…

– Ты не хочешь этого. Тебе трудно осмыслить то, что я только что тебе сказал? Тебе невыносима даже мысль об этом, – в его глазах блестели слезы. – Ты не хочешь, чтобы я уезжал. Ты любишь меня. Юнеса, ты любишь меня. Прошу… – вырвался шёпот.

– Заткнись, Джастин! – дрожащим голосом воскликнула она.

– Но почему? Разве я не прав? – Он встал на ноги и попытался повернуть Юнесу к себе лицом. Она сопротивлялась, но не долго. Джастин знал. Он точно был уверен, что сказал всё правильно.

Их лица были так близки, что сердце Юнесы не выдерживало пытки. В руках Джастина она размякла, стала нежной и податливой. Самая дикая мысль, промелькнувшая в тот момент: «Я могла бы умереть в этих объятиях и обрести покой».

– Я люблю тебя, а ты меня. И это никто и никогда не сможет разрушить, – сказал ей в губы Джастин и поцеловал.

***

Рокси

– Рокс?

– Что?

– К тебе тут какая-то девушка пришла!

На минуту задумавшись, Рокси молчала. Она не ждала гостей. Из родственников никто вроде не собирался приезжать. Тем не менее, отложив журнал по туризму и карандаш, вышла из комнаты. Подруга подсказала, что гостья ждёт на кухне.

Незнакомка оказалась очень утончённой, ухоженной и милой. Девушка благоухала, как цветочный магазин. Её волосы темно-русые ниспадали лёгкими волнами на плечи. И одета она была очень элегантно в брючный костюм василькового цвета. В руке сжимала лакированный клатч. Рокси точно её не знала, впервые видела. Ей еще не доводилось водить дружбу с богатыми особами. Да в её присутствии Рокси чувствовала себя неспелым орехом. Она быстро расправила клетчатую шотландскую юбку, будто та вообще могла помяться, и прошла вперёд.

– Добрый день. Вы ко мне?

– К тебе, Рокси, – улыбнулась девушка и протянула руку. – Меня зовут Джулия. Я пришла поговорить с тобой, если не возражаешь.

Рокси очень быстро перебирала варианты в голове. Эта девушка наверняка из какого-нибудь туристического агентства и хочет предложить практику. Или нет. Тогда зачем ей приходить прямо домой?

– Вы садитесь, – Рокси указала на стул.

– Тебе, наверняка, интересно узнать о чем? – с прежней вежливостью спросила Джулия, осторожно разглядывая Рокси.

– И… о чем?

– О твоём необдуманном поступке. Я бы назвала его глупым.

– Что, простите?

– Я пришла поговорить об Эй Джее, Рокси.

Вот оно что! Щеки Рокси запылали от злости.

– Если бы я знала, то не пустила вас за порог.

– Нет уж, дорогая моя, пришлось бы. У тебя нет причин меня выгонять, – и Джулия положила клатч на стол, а сама села, давая понять, что не сдвинется с места, не поговорив. – Если бы ты видела, как страдает Эй Джей. Если бы ты знала…

– Ничего я не хочу знать! Между мной и Эй Джеем все кончено.

– Не кончено. По крайней мере, до тех пор, пока ты не объяснишься с ним. – Рокси хотела возразить, но Джулия не позволила. – Ты не умрёшь, если дашь ему шанс объясниться. Ты его совсем не знаешь. Эй Джей светлый человек и то, как он любит тебя… на это не каждый способен, поверь. Он не музыкант и тем более не сатанист. Откуда ты взяла этот бред?

– А вам откуда известно, что он не сатанист?

Джулия встала. Рокси была маленького роста, поэтому, когда Джулия приблизилась к ней, то возвышалась над её головой. От этого молодая девушка скукожилась.

– Мы живём в одном доме, под одной крышей, – объясняла Джулия. – И нет у нас сатанистов. Или я похожа на женщину, превозносящую сатану? Я католичка, как и все те, кто живёт в том доме. Включая Эй Джея.

– Ну, это вам он, может, демонстрирует праведного католика, а…

– Нет, нет и нет. Откуда ты это взяла?

Рокси молчала. Но настойчивый взгляд Джулии все же одержал победу и та призналась:

– Мне сказали.

– Кто? Его имя? Как он выглядел?

Но у Рокси не было ответов.

– Он сказал, что друг…

И Джулия вновь перебила девушку:

– Господи, да его могли оклеветать. Не думала об этом?

Рокси виновато опустила глаза.

– Угостишь чаем?

Рокси подняла взгляд и увидела добрые улыбчивые глаза. Эта девушка, похоже, говорила правду. Через пять минут на столе стоял чай и печенье. Джулия и Рокси разговорились. Так необычно для молодой девушки встретить такого лёгкого в общении человека. Джулия рассказывала о том, как познакомилась с Эй Джеем, о его любимом занятии читать Шекспира. «Эй Джей знает миллион цитат из его поэм», – заявляла Джулия. А потом они перешли на личности. Джулия поведала о своей непростой жизни, и Рокси не осталась в долгу, рассказав о своём прошлом и тех страхах, явившихся причиной разрыва с Эй Джеем.

– И помни, – сказала Джулия, уже у дверей, – найти настоящую любовь в этой жизни трудно. Цени хотя бы того, кто пытается.

– Как ты? – с улыбкой молвила Рокси.

– Как я, – после паузы ответила Джулия, затем открыла клатч и извлекла оттуда мини блокнот с ручкой. – И вот что еще, – она быстро написала цифры и протянула листок девушке, – это мой номер телефона. В трудные моменты можешь звонить мне.

И Рокси приняла листок, согласно кивнув.

***

Джулия

Через две недели, когда Дункан чувствовал себя вполне удовлетворительно, Джулия устроила встречу в кафе. Ненароком решила, что она с Ричи и Дункан с Ким непременно должны сплотиться в одну команду. Джулия верила, что однажды Дункан женится на Ким, и их семьи будут крепко дружить, как показывают в фильмах про отношения и про детей. И кто знает, возможно, их дети полюбят друг друга и… Джулия тряхнула головой, отгоняя мысли о будущем. Не слишком ли рано она размечталась?

Они с Ричи приехали раньше, ведь Дункану предстояло дождаться свою невесту с лекций, завезти её переодеться, а потом уже присоединиться к паре Джулии и Ричи.

– Здесь есть живая музыка? – удивился Ричи, глядя на музыкантов, готовящихся к вечернему выступлению.

– Да, – Джулия махнула рукой, как бы невзначай. – Дункан предпочитает латиноамериканскую музыку, и я нашла это заведение.

Ричи проглотил обиду и не стал комментировать.

Но Джулия все же посчитала нужным добавить:

– Этот вечер посвящён Дункану, помнишь?

– Конечно, – Ричи вымучил улыбку.

Но Джулия не обращала внимания на кислую мину мужа. Её настроение было великолепное и об этом кричало все, даже её платье – ярко красное с игривой оборкой внизу, которое она профессионально подогнала и сделала конфетку. Лиф идеально облегал грудь, а ожерелье не задевало ткань и переливалось на свету. Копна ломаных локонов весело переливалась нежными оттенками, делая Джулию неподражаемой. Она чувствовала на себе взгляды мужчин, поэтому крепче вцепилась в локоть Ричи, когда они шли к столику.

Джулия приложила руку и к наряду Ричи, предложив ему яркую шёлковую рубашку, и заставила зачесать назад волосы с помощью специального геля. На фоне Дункана и Ким, которые явились, словно по договорённости в чёрном, Ричи с Джулией выглядели пёстро. Но никого из них это не смущало.

Весь вечер говорила Джулия. Ричи лишь изредка вставлял слово. А когда парни уходили покурить в специально отведённую для этого комнату, Джулия и Ким молчали. Джулия не могла найти для Ким ни одной подходящей темы, чтобы хоть как-то разрядить обстановку. Вспомнилась Рокси – живая и общительная. Если бы не Эй Джей, то Джулия, не задумываясь, выдвинула бы кандидатуру Дункана.

– Дункан, ты хорошо себя чувствуешь? – в какой-то момент забеспокоилась Джулия. – Или тебе здесь не нравится?

– Нет, что ты! – улыбнулся он. – Великолепный вечер и место очень… экзотическое.

– Если ты устал, то скажи…

– Я в порядке, – перебил Дункан. – Джулия, я очень благодарен тебе за твою заботу.

– Я волнуюсь, ведь мы тебя едва не потеряли, – с грустью вспоминала она.

Ричи припал к бокалу с вином. Его примеру последовала и Ким.

– Джулия, – мягко произнёс Дункан. – Я здесь, с вами. Жив и здоров.

Так, кажется, на этом месте Дункан должен взять руку Ким и посмотреть на неё любящим взглядом. Джулия за этим внимательно следила, но, черт возьми, между ними нет искры. «Холодные отношения» – так она называла то, что видела.

Подали десерт. Ким ковыряла пирожное вилкой, но лишь иногда клала кусочек в рот. Ричи и Дункан пока совсем не трогали лакомство. А на Джулию накатила скука. Она не понимала, что шло не так.

На сцене пела латиноамериканка какую-то весёлую песню, но ни у одного из них не дёргался даже мускул под ритмичную мелодию. Хотя нет, Дункан отбивал ритм по коленке. Джулия не сразу заметила, ведь он сидел напротив по диагонали. А Ричи, противник подобной попсы, кажется, начинал нервничать.

Закончилась песня, певица что-то сказала в микрофон, и заиграло вступление другой песни.

– Это танго! – воскликнула Джулия, поймав взгляд Дункана. И вдруг заметила в его глазах огонёк, как будто он прочитал её мысли. Их безмолвный разговор никто не заметил. А потом он поднялся и протянул Джулии руку.

– Вспомним старое?

– Ты уверен?

– А почему нет? Или ты боишься? Твоё тело должно помнить движения.

Джулия перевела взгляд на Ричи, словно спрашивая разрешение. Он не возражал, потому что знал, что бесполезно, и она выбежала к Дункану. Люди немедленно обратили на них внимание. Джулия и Дункан словно готовились к этому выступлению. Их красно-черные одежды гармонировали, и как раз подходили для страстного танца любви. Тонкий мотив вызывал волны, пробегавшие по неуловимым граням сознания. За этой мелодией хотелось следовать, она была близка, но одновременно манила куда-то в дальние закоулки вселенной.

Джулию восхищало танго!

Потому что оно начинается именно в тот момент, когда обнимая партнёра, женщина обнимает не только мужчину. В его лице она обнимает и любит целый мир. Все сакадос, волкадос, ганчос и молинетес проделываются, не выпуская мир из своих объятий, любя его, доверяя и благодаря.

Сначала Джулия немного испугалась – вдруг забыла шаги и сейчас напортачит у всех на глазах. Они давно не тренировались, а последняя их репетиция на озере была задолго до рождения Стивена. Но Дункан исправил положение, взбодрив: «Я буду вести».

Их сплетённые тела слились воедино и наполнили друг друга безудержной энергией.

– Смотри мне в глаза, – приказал Дункан, и от звучания его голоса Джулии стало жарко. – Покажи все, на что способна. Дай мне свою любовь в этом танце.

Пока он говорил, Джулия обнаружила их в движении и, судя по восторженным крикам, зрителям нравилось. Тело помнило всё и покорялось ритму. Джулия была счастлива и не потому, что танцевала, а потому, что Дункан вновь мог наслаждаться жизнью, что все плохое для него осталось позади.

Тёмная чёлка упала на лоб, делая его сексуальным и поистине страстным. Какой-то мальчишка протянул розу и Дункан, не раздумывая, зажал стебель губами, затем повёл Джулию по кругу.

«Только мои глаза. Глаза – это точка, от которой ты не должна отрываться ни при каких условиях», – слышала она наставления, чётко закрепившиеся в голове, и старалась следовать всему, чему учил Дункан. Она буквально утонула в глубине его темно-карих глаз. Эти двое были настолько красивы, настолько безупречны, что никто не смог бы усомниться в том, что их связывают сильные запредельные чувства.

Джулия даже не подозревала, что изображая кокетливую и игривую натуру, которую и требовал танец, она подвергала своего мужа страданиям, то же самое происходило и с Ким. Они стойко смотрели на пару со своих мест, а когда терпению пришёл конец, они решили сбежать.

– Ты как хочешь, Ричи, а я ухожу, – заявила Ким, поднимаясь с места. – Это невыносимо. Посмотри на них!

– Это же танец такой…

– Если бы только танец! – перебивая музыку, кричала Ким. Её переполняла злость. – Ричи, я не знаю, как ты это видишь, но для меня встречи с ним – это ад, потому что все темы сходятся к одной только Джулии.

В этот момент Дункан отклонился чуть назад, позволив Джулии крепче прижаться к его груди своей, при этом их лица были опасно близки. Затем несколько незначительных шагов и в одно мгновение бедро Джулии ласкала похотливая ладонь Дункана. Эти объятия были чересчур интимны, однако именно эти позы и яркие движения сразили публику наповал.

Ким покачала головой.

– Она ночевала в палате Дункана. Как ты только мог это терпеть? – вновь заговорила она, хватая свой пиджак и сумку, затем еще раз бросила на своего парня взгляд. Он влюблён в Джулию, как она могла не заметить! – Этот вечер – последняя капля. И тебе не советую здесь оставаться. Если у тебя есть хоть капля мужского достоинства, – добавила Ким и сделала шаг, чтобы уйти, но затем вернулась. – Можешь, кстати, сделать доброе дело и довезти меня до дома.

И Ричи не стал возражать. Они ушли, не дождавшись окончания танца.

А Джулия и Дункан были увлечены раскалёнными до предела чувствами. И вот последний аккорд. Джулия обвила шею Дункана, тяжело дыша. Со слипшихся прядей у Дункана стекали капельки пота. Он выложился на сто процентов. А Джулию переполняли разнообразные эмоции, которые так и рвались наружу, но рано их выражать. Рано выходить из этой роли. Его ладони скользнули вверх по рукам и она задрожала, чувствуя ласковые касания его пальцев до обнажённых плеч. Дункан приблизил лицо, чтобы передать розу и в этот момент их губы слегка соприкоснулись. Её сердце дрогнуло. В ноздри ударил опьяняющий запах его одеколона. И голова закружилась. Но она убедила себя, что это просто от полученных впечатлений.

Им еще долго хлопали вслед. Они смеялись и спешили рассказать об ощущениях своим пассиям, но за столиком никого не оказалось. Джулия бросила на Дункана удивлённый взгляд, он пожал плечами. Официант сообщил, что мужчина и девушка покинули ресторан. Ничего не оставалось, как расплатиться и ехать домой.

По дороге они успели вдоволь нахохотаться, а оказавшись дома, разошлись по комнатам. Джулия ожидала увидеть там мужа, она догадалась. Поэтому, когда включила светильник, не удивилась застать его лежащим на кровати в выжидательной позе.

– Ты ушёл? – спросила она, скидывая туфли.

– Вам и без нас было хорошо, – в ответ съязвил Ричи.

Джулия нервно усмехнулась:

– Только не говори, что ты опять ревнуешь!

– Да! Ревную! – крикнул он, встав с кровати. Он не сводил своих красивых глаз с её лица. – Потому что, черт возьми, я не тряпка! Я мужчина! Мужчина, который любит тебя и терпит все. Все! Даже унижения!

–-Но что я…

– Этот танец был унижением для меня!

Джулия сглотнула ком. Появился стыд и уже не было ни наглости, ни смелости, чтобы ответить ему, как требовал того её характер.

– Джулия, ты ведь дала слово, что попробуешь полюбить меня. И я верил, что ты правда стараешься… но после свадьбы, после рождения ребёнка ты стала далёкой. А я терплю, жду… – он рывком бросил её на кровать и навис над её телом, приблизив свои губы так, что они почти касались её рта. – Я бы мог взять тебя силой. Мог ведь?

Она едва дышала, не в силах сказать и слова. Ричи провёл рукой по её телу, обтянутому красной тканью, и завёл её под спину. В Джулии проснулось резкое желание, и тело выгнулось дугой. Однако Ричи не спешил ласкать девушку.

– Ты мучаешь меня, издеваешься, не понимая, что для любого мужчины это пытка. – Он принялся дразнить её, чувствуя, что Джулия на грани. И был рад, когда она закрыла глаза от наслаждения. – Если ты действительно хочешь построить жизнь со мной, или хотя бы попытаться, то это должно происходить не здесь, не в этом доме.

Джулия открыла глаза и уставилась на мужа в недоумении.

– Подумай над моими словами, – шептал Ричи, понижая голос, что несомненно возбуждало. – Мы должны переехать. – Его палец исследовал её шею, плечи, потом угодил в ложбинку между грудями. – Пока мы в этом доме, ничего у нас не получится.

Джулия была готова сдаться и нырнуть в его могучие, тёплые объятия и уже потянулась, чтобы поцеловать мужа, но он вдруг встал, зацепив за собой подушку.

– Вы с Дунканом слишком открыто флиртуете, – с упрёком сказал он, – и не думай, что люди вокруг вас слепые. Не держи меня за дурака, любимая. Моё терпение не вечно. Я буду спать на диване, в гостиной. Спокойной ночи. – С этими словами он покинул их общую спальню, оставив Джулию разгорячённую и оскорблённую.

Она долго лежала на кровати, обдумывая своё поведение. После такого разговорчика, Джулия была как оплёванная. Надо признать, что Ричи умел преподать урок – ничего не скажешь!

***

Дункан

Он смотрел. Молча сидел, сцепив пальцы рук перед собой, а взгляд был направлен прямо на Ким, острый, проницательный.

– Значит, всё?

– Пойми, я так больше не могу, – оправдывалась Ким. – Я не смогу встречаться с человеком, который любит другую женщину.

Дункан пытался осмыслить только что произнесённые слова его уже бывшей девушкой.

– Ты любишь её, – тем временем продолжала Ким, – и это ясно.

– Ким, неужели какой-то танец навёл тебя на все эти бредовые мысли?

– Танец, разговоры о ней – вечные и нескончаемые, а также чрезмерная забота друг о друге. Я не дура и все прекрасно вижу. – После паузы она улыбнулась и смягчилась. – Мне было хорошо с тобой, но дальше это продолжаться не может.

Еще пару минут Дункан сидел в раздумьях. Если судить со стороны Ким, то она делала все правильно. Он не сможет дать ей то, что мог бы дать Джулии. Он никогда не полюбит её, никогда не будет предан. Оказалось, что более верного решения было трудно придумать.

Однако на всякий случай, уходя, осмелился спросить:

– Ким, ты уверена? Хорошо подумала? Я не из тех мужчин, кто возвращается.

Но девушка не сомневалась.

– Да, Дункан. У нас с тобой, по-видимому, разные дороги.

И он ушёл. Навсегда и безвозвратно. Может, оно и к лучшему. Пока что Дункан этого не знал.

***

Джулия

Недавно Джулия размышляла, копаясь в прошлом, чтобы понять: что же она делала не так, где оступилась, где допустила ошибку… С тех пор, как она узнала о любви Ланса, прошло очень много времени. В тот день, перед свадьбой с Ричи, они все решили раз и навсегда. Ланс ясно дал понять, что не видит их вместе. А Джулия, после этого, решила выкинуть его из головы. Из головы, конечно же, можно выкинуть человека, а вот какими палками гнать его из сердца?

Её жизнь мало изменилась с тех самых пор.

Они продолжали жить под одной крышей, и избежать встреч было практически невозможно. Обида долго не забывалась, а эти редкие и мимолётные встречи тревожили душу. Джулия едва справлялась с этим недугом. Велела сердцу молчать и отдавала себя полностью их общему сыну.

И только своему маленькому мальчику рассказывала по секрету свои сны о папе. А Ланс снился ей почти каждую ночь. Иногда они были настолько реальными, что просыпаясь, Джулия обнаруживала, как целует и ласкает Ричи. А он, бедняга, заводился. Давно пора было отдаться ему, но Джулия все оттягивала и объяснений не находила даже для самой себя. А вчера, когда она горела этим желанием, Ричи ушёл ночевать вниз.

«Возможно, еще не время», – подумала она и вылезла из душевой кабинки, выпуская пар.

Очень часто Джулия становилась перед зеркалом, как сейчас, и произносила вслух собственную мантру: Ланс остался лишь в мечтах. Ныне всё обстоит совсем иначе. Я замужем за прекрасным музыкантом, за человеком, который искренне любит меня. И главное, у меня есть Стивен – частичка Ланса.

Она приблизилась к запотевшему стеклу, провела по нему ладошкой и посмотрела себе в глаза.

– Уехать из этого дома. Ричи прав. Прав, – схватила зубную щётку и еще несколько раз повторила: – Прав, прав, прав.

Хорошенько почистив зубы, она не спеша расчесала мокрые волосы, затем обернулась в толстое бледно-розовое полотенце и вышла в спальню. Комната встретила девушку прохладой, поэтому быстренько шмыгнула к гардеробной. Она уже развернула полотенце и собиралась откинуть его на кровать, когда дверь в комнату открылась.

Джулия решила, что это Ричи, ведь она стояла к двери спиной и не видела вошедшего. Оттого и не спешила. Но стоило повернуть голову, и её как током прошибло. Ударилась локтем об открытую дверцу шкафчика, искры полетели из глаз от боли.

– Что ты здесь забыл? – злобно выпалила Джулия, заматываясь потуже в полотенце.

Ланс прошёл вглубь комнаты и остановился от неё в нескольких шагах, откровенно разглядывая и ухмыляясь.

– Ричи в саду, не волнуйся ты так. – Его глаза скользнули вниз. Джулия стояла босиком, соблазнительно топчась на месте. Полотенце едва прикрывало прелести женского тела. – Не ожидал такого приятного сюрприза.

– Поверь, я тоже, – фыркнула она в ответ.

– Может, это судьба?

– Что надо? Тебе здесь нельзя находиться!

– Меня арестуют?

Джулия яростно сжала губы. Он издевается!

– На расстрел отведут, – съязвила она, затем отступила на шаг и упёрлась в стенку шкафа. Ланс приблизился, как можно ближе. Их глаза встретились, и Джулии показалось, что пол уходит из-под ног. Что он делает? Перед ним она слишком беззащитна, чтобы сопротивляться.

– Смотрю на тебя и понимаю, как соскучился по этому телу, – абсолютно серьёзно произнёс он и пальцем провёл по линии декольте.

В этих зелёных глазах – как у колдунов с цветом яда – можно утонуть. На мгновение Джулия забыла, где находится, и что на ней всего лишь несчастный кусок махровой тряпки.

– А что, если мы займёмся этим прямо здесь? – прошептал Ланс, иронично улыбаясь. – Знаю, ты не откажешь. Хм? Какой драйв!

– У тебя явно повышен тестостерон, красавчик. Пей побольше кофе. А еще лучше – ешь яйца!

«Свои», – так и порывалась добавить, но замолчала.

– Ну, не будь недотрогой. Здесь ни для кого не секрет, что с Ричи у вас нет секса. А вот меня ты хочешь, я же вижу.

– Да пошёл ты! – Джулия толкнула его в грудь, но Ланс лишь пошатнулся. Она вцепилась в ненадёжный узелок, чтобы удержать полотенце, затем, чуть ли не шипя, проговорила: – Ричи может войти в любую минуту. Уходи, прошу!

– А если не уйду? – он привлёк её к себе так, что их лица почти соприкасались.

Джулия громко дышала, а когда он прижался плотнее, и она почувствовала опасность, то начала вырываться, брыкаться и толкать его.

– Я не позволю тебе! Отпусти и уходи прочь!

В коридоре послышались голоса, и Джулия узнала в одном из них голос мужа. В этот момент Ланс смог прочитать в её широких глазах бурю эмоций. Сейчас происходящее вызывало у неё чувство тревоги и безумный страх. Она посмотрела на Ланса жалостливым взглядом.

– Уходи. Не усложняй мне жизнь еще больше, прошу, – умоляла Джулия и даже ладошки сложила.

– Встретишься со мной наедине? – поступил неожиданный вопрос.

Джулия уже толкала его к двери в детскую – самый простой способ, чтобы Ричи ничего не заподозрил. К счастью голоса по-прежнему слышались далеко от спальни.

Ланс уперся руками о косяк.

– Встретишься?

Если она скажет «нет», он не уйдёт.

– Хорошо. Встречусь. А теперь иди и не разбуди ребёнка.

Голоса стихли, шаги приближались.

Джулия торопила Ланса:

– Иди же!

– Сегодня в одиннадцать жду тебя в «Старбаре», – сказал он, захватил её губы, а затем быстро отпустил.

Едва Джулия успела закрыть за ним дверь, как в комнате появился Ричи. Она испуганно уставилась на мужа и пыталась выдавить улыбку, но не смогла.

– Что с тобой? – удивлённо спросил Рич, проходя к кровати и ничего не подозревая. Он стянул потную футболку и достал из шкафа чистую.

А Джулия так и стояла, глядя на его неторопливые движения. Её только что поцеловал Ланс. Он позвал её на свидание. Мозг отказывался всё это воспринимать трезво.

– Да что с тобой? – Ричи сделал ещё попытку. – Ты из душа?

– Да, – наконец ответила она, как можно естественнее. – Вышла из душа, и показалось, что Стивен плачет. Но я ошиблась.

– Даже хорошо, что ты не одета.

– Хорошо? – переспросила она, а сердце в груди забухало, как барабан.

– Да, собирайся. Пойдёшь со мной на концерт.

– Что? Сейчас?

– Сейчас, – улыбнулся Ричи и, вооружившись расчёской, принялся за свою голову. – Мы выступаем на благотворительном рок-концерте в защиту бездомных животных. – Он окинул Джулию внимательным взглядом, она поёжилась. – Какой-никакой шанс показать себя.

– А моё присутствие обязательно? – осторожно спросила девушка, по шажочку приближаясь к гардеробу.

– Переживаешь за Стива? Так Скотт присмотрит до приезда моей матери. – Затем он подошёл ближе и повис на дверце открытого шкафа, глядя на жену с укором. – Или ты планировала провести вечер со своим драгоценным другом?

А вот эта ирония была лишней. Джулия чувствовала жар на щеках, но постаралась «съесть» обидные слова мужа и улыбнуться.

– Я с радостью пойду. Ты прав, дело только в сыне. Но если твоя мама приедет, то… я спокойна.

– Отлично! – и Ричи, чмокнув Джулию в губки, вышел из комнаты, сообщив, что будет ждать внизу.

А Джулия рухнула на кровать, не в силах шевелиться. С Лансом она всё равно не собиралась встречаться. Не собиралась ведь? Или собиралась? Закрыла лицо ладошками и уткнулась в подушку, начиная понимать, в какую историю влипла.

***

Ланс

В этот час людей в кабаках полно, но Ланса это не волновало. Он сидел за барной стойкой с очередным бокалом бурбона «Jim Beam» и ждал Джастина. К счастью, тот приехал довольно быстро.

И первое, чему удивился Джастин – внешнему виду Ланса. На вид он был просто неузнаваем! Начисто выбрит. Причёска, уложенная лаками и пенками для волос. Деловой костюм с синим галстуком выделял Ланса из толпы и приковывал к себе внимание женщин, к которым, по какой-то несвойственной причине, он не проявлял ни грамма интереса. Такое преображение насторожило Джастина.

– Тебя Исбитт повысил? – поинтересовался он, когда присел рядом с Лансом.

– Исбитт спит и видит, как бы меня уволить. О повышении я могу только мечтать, – ответил Ланс с грустной ухмылкой.

– Тогда к чему этот маскарад?

– Несостоявшееся свидание.

– О! – Джастин махнул бармену. – Пиво!

– Позвал Джулию. – Взгляд Ланса был рассеянным и грустным. Он смотрел в свой бокал, словно мог найти в коричневатой жидкости какие-то подсказки. – Не знаю, что на меня нашло, но я очень хотел её видеть. Не просто видеть, а поговорить. А сейчас чувствую себя клоуном во всем этом.

– Она не пришла… – сделал умозаключение Джастин и вновь махнул бармену. – Пиво отменяется. Мне тоже бурбон!

– Я другого не ожидал. Если бы пришла, то мнение о ней у меня бы в корне изменилось.

– Так чего же ты хотел?

Ланс хотел эту девушку. Хотел безумно, как никто и никогда. Он до сих пор не мог забыть её практически обнажённое тело, мокрые волосы и вкус сладких и прохладных губ. Всего его, всё его тело, безумно влекло к ней. В мозгу совершенно чётко отпечатался её испуганный взгляд в момент, когда Джулия увидела его. В ту секунду он был готов сорвать ненужное полотенце и владеть телом, которое по праву принадлежало ему одному. Вот чего он хотел.

Поэтому Джастину ответил:

– Хотел секса.

– Ты в своём репертуаре, – разочарованно покачал головой Джастин и глубоко вздохнул.

– Я – это я. Примите меня таким, каков я есть.

– Ты любишь её, черт возьми! – казалось, Джастин разозлился. Хотя тон его по-прежнему оставался ровным, вежливо-отстранённым, без теплоты в голосе и улыбки на лице.

– Пройдёт. Любовь не вечна.

– Если она настоящая, то вечна.

– Правда? И как? У тебя получается?

– О чем ты?

– Кажется, вы с Юнесой разбежались, потом помирились… Не удивлюсь, если это повторится.

– У тебя и этого нет, – обиженно буркнул Джастин, отвернувшись от Ланса в сторону.

«Нет и не надо», – подумал Ланс.

Мало ему проблем, что ли? И вообще, вся эта задумка со свиданием казалась глупостью. Хорошо, что Джулия не пришла.

***

Ричи

Казалось бы, какой повод есть у Ричи что-то подозревать? Однако он не глуп и догадывался, что между ним и Джулией есть недосказанность. Её отстранённость отнюдь не по причине того, что произошло вчера вечером. Он даже был уверен, что её не расстроила его ночёвка в гостиной. Хотела бы вернуть, спустилась и вернула бы. Но нет, она предпочла спать одна.

Предложение переехать осталось без ответа. Но он не станет давить и умолять. Один раз предложил, а она пускай думает. Все-таки он выполнил своё обещание и старался оберегать её и ребёнка, он любил их и делал всё, что она только пожелала.

Все ради неё одной – ради Джулии.

Приятно было хотя бы то, что она покорно выстояла за кулисами, пока группа выступала и громко аплодировала их успеху.

– Публике понравилось! – воскликнула она с весёлостью, к которой умела прибегать, когда нужно рассеять мрачное настроение.

– Спасибо, родная. – Рич поцеловал её в лоб. – Ты меня вдохновляешь.

– Это правда! – вмешался Энтони. – Ричи пел сердцем, а это не каждому дано.

Джулия улыбнулась мужу.

– Я буду твоей музой.

Как же приятно слышать эти слова из уст любимой. Не так часто Джулия балует его любезностями. Особенно в последнее время.

Шон быстро попрощался со всеми и ушёл. Ричи и Энтони проводили его озадаченным взглядом.

– Мне показалось, или Шон в последнее время стал очень отстранённым? – с улыбкой поинтересовалась Джулия. – Он мне в последнее время привидение напоминает: то его видно, то исчезает без следа.

– Возможно, у Шона появилась тайна, – с загадочностью произнёс Ричи, беря жену за руку. – Энт, мы уходим. Пока моя мама не начала надрывать телефоны, – добавил он в шутку.

– Перестань! – не смогла сдержаться Джулия. – Твоя мама никогда этого не сделает. Мне иногда кажется, что если Стейси предложить жить у нас, то она раздумывать не станет. – Она говорила это, когда они шли к машине.

– Возможно. Но не забывай, что есть еще папа, которого она не бросит… даже ради нас, – сказал он и открыл для Джулии дверцу.

– Я очень часто думаю о твоей маме, – серьёзно заговорила Джулия, наблюдая за движениями Ричи. Он настраивал боковые зеркала. – Наверное, нужно быть сильной женщиной, чтобы выдержать такого мужчину, как твой отец.

– Мой отец строг, но он не сложный человек.

– То есть… – В этот момент её телефон просигналил о новом сообщении. Ричи замер, глядя на сумочку в руках жены. У Джулии заколотилось сердце, ведь она догадывалась, от кого могло прийти сообщение.

– Почему не смотришь? Вдруг это мама.

– Не думаю, но я проверю. А ты езжай, – она натянула улыбку и, как только Рич тронулся с места, извлекла телефон и открыла сообщение.

ТАК НЕХОРОШО ПОСТУПАТЬ.

Вот все, что она прочитала. Но и этими незамысловатыми словами Ланс передал весь смысл своего негодования.

Ричи не смог прочитать эсэмэску. Да и нужно ли, когда примерно догадывался, что там явно не мама. Джулия изменилась в лице, и весёлость стёрлась, словно и не было. Самое худшее в этой ситуации то, что если он начнёт напирать или выяснять причины, то добьётся только скандала. А терять её он пока не собирался.

Сегодня он решил дать ей шанс подумать обо всем. И для этого оставил её дома, а сам поехал с Джеем в клуб. Вернулся к четырём часам утра. Каким же было его удивление, когда обнаружил, что Джулия не спит.

***

Юнеса

Юнеса встала ни свет ни заря. До сих пор не могла поверить, что они с Джастином снова вместе. Эйбс очень хорошо придумал с примирением. Его нужно отблагодарить, но сделает это позже. А пока, она вышла на террасу в сад. Вокруг тишина, птицы завели утреннюю трель, а на траве еще проглядывались капельки росы. Солнце только начало подниматься, поэтому утро казалось серым и промозглым.

Юнеса села за столик, поставив перед собой кофе, который приготовила заранее на кухне. Хотелось насладиться тихими минутами на свежем воздухе. Но разве в этом доме бывает тихо? Не успела она поднести кружку ко рту, как перед ней нарисовался Скотт – сонный, с заплывшими глазами, в одной пижаме и что самое примечательное – босиком. Юнеса проследила, как он шлёпает по сырой траве и внезапно почувствовала, как у самой стопы от холода свело.

– Скотт, а ты не боишься простудиться?

Они оба смотрели на его ноги.

– Нет. Я закалённый, – пожал он плечами, затем сел за стол. – Вы с Джастином помирились, да?

– Быстро новости расходятся, – молвила Юнеса, приподняв одну бровь.

– Ну, у нас есть свой «почтовый голубок».

Юнеса усмехнулась.

– Да уж… Эйбс ничего не может держать в себе. Особенно, когда очень надо, – с ноткой иронии добавила она. – Да и ладно. Это правда и скрывать бессмысленно.

– Рад за вас.

– Я тоже рад за нас, – послышался неподалёку голос Джастина. Оба – Юнеса и Скотт – вздрогнули от неожиданности. Джастин появился из глубины сада с большим букетом цветов. Приблизившись к их столику, он на коленях преподнёс букет, а после получил благодарный поцелуй.

– Где ты нашёл цветочный магазин в такой ранний час? – с подозрением поинтересовался Скотт. Он уже догадался, что его святая святых – а это не что иное, как драгоценный сад – подверглась вторжению.

– Есть тут один, – шутливо ответил Джастин, при этом не сводя глаз с лица Юнесы, – работает круглосуточно.

– Имей в виду, эти цветы не предназначены для продаж, – продолжал бурчать Скотт.

– Не мешай, дружище. Не порти мне романтику.

Юнеса хихикнула от удовольствия. На душе было так легко, что казалось, будто еще немного, и она взлетит, поднимаясь высоко в бездонное небо к солнцу. Вот что значит для Юнесы быть счастливой.

Когда Скотт с ворчливой миной удалился с террасы, Джастин присел на его место и взял руку Юнесы в свою.

– Милая моя, то, что я собираюсь тебе сказать, станет событием века, имей в виду. И надеюсь… – Джастин подмигнул. – Очень надеюсь, что ты примешь правильное решение.

– Заинтриговал.

Больше слов не последовало. Дальше Юнеса видела, как её любимый мужчина извлёк что-то из кармана рубашки. Это была бархатная красная коробочка, в которой могут храниться только кольца. И от избытка чувств, она готова была заплакать.

Видно было, как Джастин волновался, преподнося кольцо к её пальцу.

– Почему я выбрал именно это утро? – начал он. – Возможно, это не самое романтичное время для такого предложения. Но как бы все это ни выглядело странно, хочу, чтобы у тебя остались хорошие впечатления. Ведь что может быть лучше, чем проснуться утром, вступить в новый день уже в другом статусе – в статусе моей невесты. В статусе моей будущей жены. – Джастин посмотрел на Юнесу своими синими глазами так пристально, что она, от смущения, вынуждена была отвести взгляд. И тогда он произнёс: – Ты ведь станешь моей женой?

У Юнесы не было слов, она раскрыла рот, но ничего не смогла сказать. Она давно была готова соединить свой путь с его путём, связать их жизни клятвами, обязуясь любить вечно. Это же её мечта! И вот настал этот день. Нежные слова заставили девушку прерывисто вздохнуть, прежде чем она ответила «да» и кольцо скользнуло ей на пальчик. Потом последовали долгие объятия, поцелуи. Ну, а завершили они счастливое утро в постели, обнажённые в сплетении рук и ног. И считали себя самыми счастливыми людьми на планете.

***

Ричи

За столом сидели четверо: Ланс, Джастин, Шон и Джой.

Они весело смеялись, обсуждая какую-то шутку. Ричи не смог уловить, потому что зашёл в последний момент, а потом все умолкли, сверля его глазами. Стараясь игнорировать цепкие взгляды, он прошёл к холодильнику, достал пачку фруктового сока, наполнил стакан, а потом поместил его на маленький поднос.

– Ты спать? – спросил Шон.

– Да. Хочу лечь пораньше, – без особого желания ответил Ричи. День был напряжённым и в особенности от того, что думал о Джулии, её поступках и их браке. Не так он представлял их совместную жизнь, не так… Однако все присутствующие догадались, что он как верный муж несёт своей любимой стакан сока и не задумывается о том, что для неё этот жест ничего не значит.

– Шон, это все отговорки, – усмехнулся Джой. – Просто в постели его ждёт красавица жена. Видишь, он ей и сок приготовил.

Послышались тихие насмешки, и Ланс – чего собственно боялся Ричи – вставил свои «две копейки»:

– Сомневаюсь, что жена выполняет свой супружеский долг.

Джастин прикрыл рот рукой, но Ричи ясно видел, что тот смеялся.

– А тебе откуда это известно? – пришёл на помощь Джой.

– Брось! Я что, думаешь, не могу отличить людей, которые трахаются день и ночь от тех, кто притворяется? Если сомневаешься, Джой, то ты плохо меня знаешь. Люди, у которых секс случается хотя бы раз в неделю уже выглядят по-другому. Поэтому не пытайтесь мне втереть, что Ричи идёт в спальню покувыркаться с женой. Он идёт спать, ибо Джулия ему НЕ ДАЁТ.

Все четверо загоготали, и даже Шон – предатель. Сначала Ричи хотел оспорить этот факт, но был ли в этом смысл? Скорее они воспримут это как признание. Ланс всё верно сказал, пусть и грубо. Он женат на девушке, к которой нельзя прикасаться, пока она сама этого не захочет. А она не хочет, и Ричи жалел, что когда-то позволил ей взять паузу.

«Ты должен настаивать на этом, друг, – раскидывался советами Джей, когда Ричи однажды поделился своей проблемой. – Иначе придётся тебя в монастырь определять. С этим не шутят! Ты же мужчина!»

Ланс выкинул еще пару шуток по этому поводу, и новая волна смеха нахлынула на них.

Ричи хотел молча уйти, развернулся, а в дверях стояла Джулия, глазея на смеющуюся компашку. Увидев её угрюмый вид, они, конечно же, умолкли. Она зло просверлила каждого взглядом, а потом взяла Ричи за руку и сказала:

– Я заждалась тебя. Пойдём уже. – А увидев сок радостно воскликнула: – Это мне? Как мило с твоей стороны, милый.

Уходя, Ричи еще раз бросил на Ланса неприязненный взгляд и был доволен, потому что Ланс ревновал и отчётливо это продемонстрировал, когда пнул соседний стул.

Убедившись, что Стивен сладко сопит в своей кроватке, Джулия вернулась в спальню. Ричи уже лежал в постели. Время для сна было в самом деле раннее и он боялся, что опять ничего не получится. Он старался вести себя как можно спокойнее, хотя дрожал всем нутром. Тогда, перед уходом в гостиную с подушкой, Ричи понимал, что упустил свой шанс, но зато теперь надеялся, что Джулия станет более покладистой и не откажет в любви. А надежда умирает последней.

– Ты еще дуешься на меня? – спросила Джулия. Она отвернулась лицом к комоду, позволяя любоваться ровной белой спиной, пока переодевалась в ночную сорочку.

– Я на тебя и не дулся, хотя… – Он заложил руки за голову. – Мне кажется, ты скрываешь что-то от меня.

Джулия надела белую шёлковую сорочку на бретелях, затем прошлась к кровати и села на половине Ричи, совсем рядом. Темные локоны рассыпались по обнажённым плечам, делая её тело еще соблазнительнее. Лёгкий шёлк сорочки едва прикрывал грудь. Ричи открыто разглядывал её так, что Джулии стало неловко.

– Да. Мне надо кое в чём тебе признаться, – произнесла она, стараясь не смотреть на него.

– Это очень важно? – Ричи развернулся, уперевшись на правую руку.

– Да не очень. Просто хочу, чтобы ты знал. Я слышала, о чем говорили на кухне, и понимаю, каково тебе. Ланс ведёт себя очень гнусно, даже по-детски. И я ничуть не собираюсь поддаваться этим его выпадам и… выходкам, как вчера днём, например. – Она потупила взгляд, а Ричи насторожился.

– Что он на этот раз выкинул?

– Пробрался в комнату… э… сюда.

Ричи старался держать себя в руках и не делать поспешных выводов. Он уже догадался, когда это случилось, поэтому боролся с ураганом негативных эмоций. Кричать на Джулию нет смысла. Не сейчас, когда она так близко.

– Ты его прогнала? Ничего ведь не было?

– Конечно, нет! – она всплеснула руками и встала. – За кого ты меня принимаешь? Как бы я его… в общем, я не стану поддаваться бессмысленным провокациям и тем более…

«Как бы я его…»

Ни любила? Это она хотела сказать? Ричи кипел от злости и ревности. Ему даже показалось, что на глаза пробились слезы. Он тоже встал и приблизился к жене, такой красивой в свете ночника, что при мысли о своём желании, сердце забилось чаще. Он терял голову от любви к ней и постарался призвать к тому, что он тоже человек и не может ждать вечно.

– Я верю, – произнёс он совсем тихо. – Просто пойми меня. Знаю, как ты к нему относишься и мысль о том, что однажды он украдёт тебя, приводит меня в отчаяние. И эти все насмешки… Мне нечего ответить, потому что все, что они сказали на кухне – правда. Куда мне деться от этого, Джулия? Я люблю тебя и терпеливо…

– Тс-с, – она приложила свой тонкий пальчик к его губам. – Молчи, – шептала Джулия. – Ланс – моё прошлое. А ты – настоящее и будущее. Ты не имеешь права так говорить. Я твоя, Ричи.

– Нет, Джулия, ты не моя. Ещё не моя.

Джулия смотрела в его глаза.

– Я могу стать твоей. Прямо сейчас.

В эту секунду Ричи готов был забыть все обиды. Она коснулась его волос, пропустив сквозь них свои тонкие пальчики, и прильнула к его губам.

Он провёл руками по коже снизу вверх к её плечам, задел бретельки и шёлковая ткань соскользнула с тела Джулии к её ногам, после чего она крепче прижалась к его груди и поцеловала, жадно исследуя его рот. Ричи старался подчинить себе её тело, пока еще такое неумелое, и чувствовал ответные вибрации, как под её кожей, в таинственной глубине плоти, зарождалась волна желания. Ричи не мог остановиться. Он целовал её всю беспрерывно, отдаваясь во власть безумной страсти.

– Ты прекрасна, Джулия, – шептал он в тишине, упиваясь медлительностью, осознанностью движений. Наслаждался вкусом блаженства, когда её мягкие ладошки ласкали его спину. Не хотелось даже дышать. – Ты немыслимо прекрасна, любовь моя.

И когда Ричи подхватил её за бедра и приподнял, она с готовностью обвила ногами его торс. Ричи с жадностью впился губами в её шею, чтобы насытиться вкусом кожи и запомнить навсегда.

Со стоном они упали на кровать, целуя и лаская друг друга. Ричи мысленно молил всех Богов, чтобы в этот момент не заплакал ребёнок. Потому что он безумно хотел свою жену, и, если этого не случится сейчас, он не переживёт.

– Я научу тебя любить. Любить по-настоящему, – говорил он, практически не отрывая губ от её лица. – Я твой муж и никогда не причиню тебе боли.

Через мгновение Джулия задохнулась от наслаждения, когда он вошел в неё. Прижал девушку к подушкам и уткнулся лицом ей в горло, потому что готов был плакать от счастья.

Джулия учащённо дышала, стискивая его в объятиях, пока он плавно двигался вверх и вниз. Глаза девушки были закрыты, и Ричи мог предположить, что сейчас для неё всё, словно в первый раз, и она, возможно, стыдится. Волосы рассыпались по подушке, что сводило с ума. Аккуратный круглый подбородок слегка приподнялся, и стон вырвался из её горла.

– Ланс… – выдохнула она.

В ту же секунду для Ричи рухнул мир. Тело размякло, давая возможность нормально двигаться и он, перекатившись на спину, некоторое время смотрел в потолок, потрясённый услышанным.

Ланс.

Она не забывает о нем даже в такой момент. И, похоже, этого даже не заметила, ибо спросила:

– Все хорошо, Ричи? Я что-то сделала не так?

Не так. Она еще спрашивает! Самое прекрасное мгновение разрушила одним только словом. Но ей он в этом не признался.

– Все нормально, – шепнул и полез за сигаретами. – Мне нужно покурить. А ты спи, ладно? – через силу улыбнулся он, затем надел халат, нежно коснулся её губ и вышел из спальни.

Ричи долго просидел на балконе, поэтому больше они не разговаривали. До самого утра.

Глава 6

Ричи

Он смотрел на её обнажённое тело, которое освещали первые лучи утреннего солнца. Наблюдал за плавными движениями своей жены, пока она одевалась, а потом расчёсывала длинные блестящие волосы. Джулия божественна, и в это утро была особенно прекрасна. Он бы был вполне счастлив тому, что между ними было, если бы не мрачное обстоятельство.

Джулия не просто назвала его другим именем. Она словно прошлась острой бритвой по его сердцу, и теперь рана кровоточила так сильно, что никакой лекарь её не излечит. Джулия думала о Лансе во время занятия любовью с ним. То есть, она представляла Ланса. Вот почему её глаза были закрыты. Любить одного, а наслаждаться ласками другого. Как оригинально!

«Ланс – прошлое…» – так она сказала? Правда ли это? Ричи не знал.

Джулия заметила в отражении зеркала, как Ричи смотрит на неё, и от этого еще больше нервничала, потому что никак не могла взять в толк, почему он смотрит на неё и молчит. За всё утро, что они провели вместе, Ричи словом не обмолвился, просто некоторое время безмолвно ласкал её нежными поцелуями.

Не выдержав, она развернулась к нему лицом, отбросив расчёску.

– Слушай, может ты наконец скажешь хоть что-нибудь? Или мы играем в молчанку?

Ричи отрицательно покачал головой и откинулся на подушку.

– Тогда что?

Она подошла ближе и села перед ним.

– Объясни.

– Мама звонила.

– Мама звонила? – Брови Джулии удивлённо взлетели вверх. О чем он?

– Да. Она нашла Стивену няню. Скоро приедут, поэтому одевайся и будь готова их встречать.

– Хорошо, – Джулия нервно задёргала ногой. – Да что с тобой? Вчера всё было так хорошо, а сегодня ты ведёшь себя так, словно…

Её глаза наполнились слезами, и это растопило сердце Ричи.

– Ты на самом деле ничего не помнишь? – на всякий случай спросил он.

– Нет, – уверенно ответила она.

Ричи сел в кровати и посмотрел с нежностью в её карие глаза, которые лишь отдалённо отливали зеленоватым оттенком.

– Ночью, когда мы занимались любовью… даже в тот момент ты не можешь забыть о нем.

– С чего ты… – она замолчала и стала потирать виски, словно болела голова, но дело вовсе не в этом. Джулия ничего не понимала.

– Ты произнесла его имя во время секса.

Ричи встал. Джулия осталась сидеть на месте.

– Ты бредишь.

– Можешь говорить, что хочешь. Я слышал и… огорчён, – с грустью добавил он.

С ужасом понимая, что натворила, Джулия закрыла глаза, словно таким образом можно скрыть стыд от несовершенной себя. Надо же быть такой глупой дурой!

– Прости, – вырвался глухой стон.

– Тут одного «прости» мало, Джулия.

– Но что еще мне сделать, чтобы искупить свою вину?

Ричи смотрел на неё. У Джулии такой печальный вид. Она сейчас похожа на маленького заплутавшего котёнка, которому нужна забота. Кажется, она испытывала сожаление из-за нелепой оплошности, и хотя душу Ричи разрывала боль, он смягчился и сел, обняв её со спины.

– Хорошо. Я сделаю вид, что ничего не слышал. Ну, а ты, – он слегка стукнул указательным пальцем по кончику её носа, – впредь пообещай, что больше этого не повторится. Докажи, что твои слова – не пустое звучание. Ланс – прошлое, вот и оставь его там. А я – настоящее и будущее. Я покажу тебе истинную любовь. Ты будешь счастлива.

Джулия чуть откинула голову, и они поцеловались. Затем она ласково прошептала:

– Мне было очень хорошо с тобой сегодня.

– Я люблю тебя.

В ответ Джулия лишь натянула улыбку и еле заметно кивнула.

– Пойду, посмотрю, приехала ли Стейси с няней. Не терпится на неё взглянуть.

– Надеюсь, ты не будешь разочарована.

Вдоволь насладившись поцелуями мужа, Джулия покинула спальню, а Ричи рухнул на кровать, весь в мечтах, романтике и переживаниях.

***

Ланс

Ланс вошел на кухню еще сонный.

За столом собрались почти все, что в последнее время являлось большой редкостью.

Сегодня его всё раздражало: каждое сказанное слово, любое движение, и, особенно, лай паршивой неугомонной псины. Поэтому он старался избегать взглядов, низко опустив голову.

Что он чувствовал?

Злость на самого себя. Джастин правильно его всегда и во всём упрекает, правильно называет его «упёртым бараном с ледяным сердцем». Лансу самому с собой справиться было не под силу. В очередной раз выпал шанс, но надо было все извратить и испортить.

Тяжёлая рука легла ему на плечо, в глаза бросилась беспечная улыбка Криса.

– Дружище, ты чего такой?

– Отвали, – еще непроснувшимся хриплым голосом бросил Ланс, и пихнул Криса в сторону, чтобы освободить дорогу к холодильнику.

– Он еще не проснулся. Оставь его, Крис, – сказал Джастин, не отводя глаз от тарелки.

– А он завтракать будет? – шёпотом спросил Джой.

– Не знаю. Спроси его сам.

Нехотя Джой посмотрел на злую физиономию Ланса и повторил вопрос.

– Джой, – нервно рявкнул Ланс, – если бы я хотел есть, то давно бы уже сел за стол! – После этого извлёк из холодильника бутылку пива и подошёл к кухонному столу за открывалкой. Пиво с утра, может, и не самая удачная идея, но нервишки оно успокоит.

– Сказал же, не трогайте его, – победным тоном ответил Джастин на вопросительные взгляды ребят.

– Кстати, а где наши влюблённые? – вдруг поинтересовался Эйбс. В это время он старательно выуживал из фриттаты подгоревший лук.

– Здесь… если ты о Юнесе и Джастине, – бросил Скотт, подмигнув парочке. – Ведь, насколько мне известно, Ричи и Джулия вчера поругались.

– Они не ругались, – опротестовал Шон, глотая хлеб. – По крайней мере, нам это в глаза не бросилось.

Ланс продолжал стоять около стола, медленно ковыряя открывалкой бутылку, и настороженно слушал.

– Милые бранятся – только тешатся. Я бы не стал уважать Ричи, если бы он не смог укротить свою жёнушку.

– Ты о чем? – Скотт поднял брови.

– Их спальня соседствует с моей. А, Скотт? Не догадался? Стены не настолько толстые, чтобы я не сумел расслышать их нетерпеливые вздохи. На моем месте, вы бы тоже не уснули. Ричи вчера дал жару, похоже. – И Эйбс громко загоготал. Кто-то из ребят подхватил смех.

От того, что только что услышал Ланс, из рук разом всё полетело: рука дрогнула и открывалка соскользнула, крышка улетела в стену и отрикошетила на стол, прямо Эйбсу в кофе; из бутылки начала выходить пена, заливая все вокруг, затем бутылка выскользнула и… разбилась.

Все глаза уставились на Ланса, который стоял как вкопанный, поглядывая то на ребят, то на разбитое стекло в ногах.

Но его волновало не это. Из головы не выходила Джулия. В конце концов, она устала его ждать, подумал Ланс, и переспала с Ричи. Почему-то он был уверен, что виной всему вчерашний вечер. Она явно слышала их насмешки и решила так это не оставлять. Да, успокаивал себя Ланс, Джулия просто пожалела беднягу Ричи.

Только сердце почему-то против такого расклада.

***

Джулия

– Джулия, скажи, правда то, что Эйбс сегодня наболтал нам за завтраком? – спросила Юнеса, подловив девушку почти у самого выхода. Джулия держала ключи от машины и лёгкий пиджачок.

– Сказал о чём? – ничего не подозревая, вернула вопрос Джулия. Она не выходила к завтраку после неудачного утра с Ричи. И хотя они во всем разобрались, она до сих пор испытывала невероятные мучения при мысли о том, что вытворила ночью.

– Да так… ничего особенного. – Юнеса прищурила глаза. – Просто он демонстративно обсуждал за столом вашу с Ричи… эм… половую жизнь.

Джулия окаменела, не в силах даже рта открыть.

– Что? – но тут же взяла себя в руки и выпрямилась, сказав: – Юнеса, мы с ним женаты. Что в этом такого? Не вижу причин обсуждать наши отношения. Это супружеские обязанности!

Но даже после этих слов Юнеса продолжала загадочно улыбаться.

– И не смотри на меня так. Я не стану этого стыдиться, и пусть…

– Это слышал Ланс, – резко перебила Юнеса. – Ну? Разве тебя это не волнует? Не чувствуешь удовлетворение? Он выронил бутылку пива, стоило Эйбсу намекнуть…

– Нет. Нет, – протестовала Джулия, подавляя в себе желание улыбнуться. – Меня мало волнует, что подумал Ланс. И вообще, разберусь с этим позже. Сейчас меня ждёт Дункан. Везу его на процедуры в больницу.

– А как же его девушка?

– Ким? Они расстались.

– Ну надо же, – равнодушно бросила Юнеса. Как же иногда она раздражала Джулию.

– Они все равно не подходили друг другу, – выронила Джулия. – Ким не его судьба. Найдёт кого-нибудь намного лучше. А пока о нем есть кому позаботиться.

– Тебе?

– Мне или Ли, не так важно. Вчера Ли, кстати, ездил с ним к врачу, а сегодня у него какие-то дела, поэтому я вызвалась. Друзья познаются в беде, не так ли? – сказала Джулия, глядя Юнесе прямо в глаза. Затем надела пиджак и собралась открыть дверь, когда Юнеса негромко заговорила:

– Вот же жизнь: кто-то расстаётся, а кто-то женится.

Джулия развернулась.

– А кто женится?

– Мы с Джастином. – И она продемонстрировала колечко с камушком на том самом пальце.

Может, Юнеса об этом не подумала и это объяснимо. Девушка, ослеплённая любовью, дальше своего носа не видит. Однако, с другой стороны, это могло быть сказано специально, чтобы Джулия не слишком была шокирована новостью, если бы услышала от кого-нибудь другого. Только что Юнеса хотела услышать от неё? Поздравления? «Мой брат сидит в тюрьме по твоей милости, но вам я желаю счастья до гроба!» – так что ли это должно прозвучать? В голове не укладывалось… Джулия представить не могла, как реагировать.

– Джулия, я понимаю каково тебе, извини, – в голосе Юнесы слышались нотки сожаления, смешанные с иронией. – Но мы любим друг друга. Я не могу отменить свадьбу только из-за тебя. Я так долго этого ждала.

– Я ничего такого не прошу, – сказала Джулия и даже улыбку выдавила. Потом подошла ближе и провела рукой по русым волосам Юнесы. – Если ты с ним счастлива, то никто не вправе осуждать ваш поступок. Однако из уважения к брату, я не стану в этом участвовать. Брайан отдал свою свободу ради вашей любви… наслаждайтесь!

Лицо Юнесы побагровело, но ей удалось сдержать эмоции. Джулия по-своему права.

– Мне пора ехать.

Но Джулия не успела выйти, как в дом вбежал Энтони – весёлый и в хорошем настроении.

– Что с вами, девочки? Вы обе хмурые какие-то.

– С нами все хорошо, – через силу улыбнувшись, ответила Юнеса.

– Мне надо ехать, – Джулия погремела ключами и сделала шаг в сторону, чтобы открыть дверь, но, похоже опять не судьба.

– Ты ездишь на машине? – в голосе Энтони прозвучало удивление.

– Да. Пока пользуюсь машиной Брайана, хотя и не самый лучший вариант, но какие-никакие, а колёса.

Энтони принялся рассказывать какую-то историю, связанную с автомобилем Брайана, которую внезапно вспомнил, но у Джулии не было времени слушать. Она молча вынырнула во двор.

Её ждёт Дункан.

***

Эй Джей

Работа в тату салоне шла полным ходом. В приёмной сидели три клиента, выжидая очередь. Эй Джей работал в паре с другим парнишкой, который занимался женщинами. Они нежнее и подход нужен особенный, а Эй Джей не жалел девиц, поэтому ему поручили делать татуировки только мужчинам.

Хозяин салона курил на крыльце. Эй Джей видел его в большое окно. Также он видел, как к его боссу подошла девушка, очень знакомая девушка. Сердце в ту же минуту забарабанило, он чуть вытянул спину.

– Ай! – завопил мужчина, которого он нечаянно уколол иглой.

– Извините…

– За работой следи! Нечего на баб всяких заглядываться!

Нервный мужичок. Только Эй Джею одно слово не понравилось, поэтому он вежливо улыбнулся и приблизил иглу прямо к глазу мужика.

– Как ты её назвал?

– Твоя девчонка, что ли? – промямлил испуганный клиент.

– Д.Е.В.У.Ш.К.А, – по буквам произнёс Эй Джей, затем попросил, чтобы напарник закончил вместо него, а то чего доброго, и в самом деле выведет тату над глазом в виде нецензурной брани.

Оказавшись на крыльце, у него уже не было сомнений. Это Рокси – его любимая Рокси! Только в первые секунды он не знал, как реагировать: радоваться или плакать. Да и в присутствии начальника не очень удобно проявлять эмоции.

– Привет, – спокойно сказала Рокси и улыбнулась. – Мы можем поговорить?

– Почему нет? Босс? – он перевёл взгляд на грозного бородатого мужчину, тот недовольно кивнул, бросил сигарету и вошел в салон.

– Ко мне приходила Джулия, – начала девушка, когда они присели на каменный парапет крыльца. – Она мне все объяснила…

– Рокси, я…

– Нет! – Она прикрыла ему рот рукой. – Дай сказать. Я ошибалась и повела себя глупо, бессознательно. Не позволила тебе объясниться, а это неправильно. Прости меня. Прости…

В следующую секунду Эй Джей целовал Рокси, а остальное неважно. Он коснулся мягких губ девушки с мыслью, что будет благодарен Джулии по гроб жизни. Она вернула ему Рокси и, возможно, с нового листа начнутся гораздо сильные отношения. Теперь он её не отпустит. Никогда.

Вечером они гуляли по городу, держась за руки. Однако они не тратили драгоценные минуты на просмотр приевшихся достопримечательностей. Они смотрели друг на друга, наслаждались друг другом, восполняя упущенное время.

Они так скучали, что не заметили, как оказались на постели, лаская и целуя друг друга в танце безудержной любви. Всего один звонок подруге, чтобы та задержалась на пару часов, и все было решено. Эй Джей не впервые вкушал удовольствие чувствовать тело Рокси, он знал каждую родинку на её теле. Но это не препятствовало познанию новых границ, новых запредельных ощущений.

Рокси была на высоте. Страсть, вспыхнувшая в одно мгновение, вернула ему жизнь. А без Рокси Эй Джей не жил, он существовал. Теперь он счастлив.

– Ты для меня всё, Рокси, – сказал он, тепло прижимая её головку к своей груди.

– Ты правда любишь Шекспира? – кокетливо вертя уголок простыни, спросила девушка.

– В этом есть какой-то грех? – с опаской, но шутливо произнёс Эй Джей.

– Нет, просто я не думала…

– Я образован, любовь моя. И я тебе рассказывал, если забыла.

Девушка захихикала.

– Джулия сказала, что тебя дома называют «Ромео».

– Джулия… – задумчиво произнёс он. Глаза сверкнули счастьем в полумраке. – Она сделала невозможное.

– Я бы подружилась с ней. Она, кажется, хорошая.

– О, да! Джулия – сама доброта.

Рокси поцеловала его, а потом легла на спину и мечтательно посмотрела в потолок.

– Вот бы побывать в вашем большом доме!

У Эй Джея в ту же секунду изменилось лицо. И Рокси, заметив это, спрятала улыбку.

– Рокс, если ты хочешь дружить с Джулией, я не против. Но встречаться вам придётся где угодно, но только не там, где мы живём.

– Почему?

– Почему… – он вздохнул и взял круглое милое лицо своей девушки в ладони. – Вот подружись с Джулией и спроси у неё об этом. Она расскажет, и ты сама все поймёшь. – Слово за словом он касался её губ, вызывая дикое желание всё повторить. – Я просто не хочу тебя потерять, понимаешь?

Она не понимала, но кивнула в знак согласия, лишь бы поскорее оказаться за пределами реальности. Её тело выгнулось дугой, крепче прижимаясь к Эй Джею. Разговор был забыт. Они думали только о том, как доставить друг другу больше удовольствия.

***

Ричи

Ричи вошёл в детскую. Он видел, как няня, которую Джулия наняла с помощью его матери, выходила из дома, и понял, что со Стивеном была его неотразимая жена. Он оказался прав. Джулия стояла у окна, качая на руках ребёнка. Мысли её уносились куда-то далеко-далеко в иные мира, но всё же Ричи решил рискнуть, и вернуть её к действительности.

– Устало выглядишь, – шёпотом проговорил он. Руки положил ей на плечи.

Она только недавно вернулась с Дунканом из больницы. Он предположил, что девушку утомила дорога. На машине Брайана ездить мог только сам Брайан, а неопытной девчонке и вовсе не справиться с его несносными тормозными колодками и рычагом переключения передач, который то и дело заклинивало. Ричи уже отвозил машину к механикам, но проблема всё равно возвращалась.

Джулия повернулась к мужу лицом, позволив ему поцеловать себя, затем уложила ребёнка в кроватку и увлекла в их общую спальню, которая так удобно находилась за соседней дверью.

– Хочу поговорить с тобой, – сказала она, после того как плотно закрыла дверь в детскую и присела на кровать. – Говоришь, я устала? Да, устала. И в частности от того, что в нашу жизнь постоянно лезут другие. Устала от того, что все здесь только прикидываются дружными, а сами спят и видят, как бы посильнее уколоть. Ты был прав, Ричи. Как же ты был прав.

Её поведение очень беспокоило Ричи, но чувство было такое, будто она собирается сказать что-то хорошее. Он взял её за руку и крепко сжал.

– Я тебя не понимаю, родная.

– Ричи, о нашей интимной жизни болтают то тут, то там. И это при том, что мы с тобой женаты.

– Ты имеешь в виду тот разговор на кухне?

– Нет! То всё – только цветочки! – вспыхнула Джулия. Её злила только одна мысль о том, что кто-то мог обсуждать её поведение в сексе. – Наш с тобой сосед Эйбс всем «по секрету» поведал, чем мы с тобой ночью занимаемся.

Ричи улыбнулся.

– Ну, любимая моя, почему тебя это так беспокоит? Пусть болтают, что хотят. Говорить о сексе не стыдно. Они просто завидуют нашему с тобой счастью. Бьюсь об заклад, что нет в этом доме человека, кто верит в наш брак. Поэтому нам нужно доказать обратное. – Ричи хотел взять её за руку, но Джулия с психом отмахнулась и встала.

– Я не хочу, чтобы весь дом галдел о том, как я веду себя в постели, понимаешь?

– Давай я поговорю с Эйбсом? Что скажешь?

– Нет.

– Нет? – переспросил Ричи. Джулия совсем сбила его с толку. – Ты же только что…

– Я знаю, что говорю. Твои беседы, по-хорошему или по-плохому, ни к чему не приведут. – Джулия прижалась спиной к груди Ричи, когда он обнял её сзади и, казалось, стало легче. – Ты как-то упомянул, что хочешь увезти меня и Стивена из этого дома. Я очень долго думала. – Она закрыла глаза, чувствуя горячие губы Ричи на своей шее. В его объятиях стало так тепло, и все тревоги унеслись прочь. – На самом деле, – продолжала она, – меня ничто здесь не держит. Брайан в тюрьме. Моя семья – это ты и Стивен. Что нам мешает уехать отсюда? В действительности, ничто.

Ричи пребывал в замешательстве, не зная верить или нет. Но непохоже на то, чтобы Джулия шутила. Если они уедут, то все проблемы решатся разом. Джулия со временем перестанет думать о Лансе. Возможно, им удастся сделать общего ребёнка, и тогда Джулия будет связана с ним навсегда.

Громкий плач Стивена заставил Ричи встрепенуться. Джулия взяла бутылочку и ушла в детскую. Чуть позже он нашёл Джулию в библиотеке. Она сидела неподвижно, словно её загипнотизировали. Ричи вошел и закрыл за собой дверь.

– Я звонил отцу, – сказал он, сев перед ней на корточки и взяв руки в свои ладони.

– Зачем?

– У меня есть квартира. Отец купил её к моему совершеннолетию. Но… – он облизал губы и опустил голову. – После ссоры отец отобрал квартиру. Так вот, я поговорил с ним. Завтра заберу ключи. Она наша.

– Правда? – Джулия искренне улыбнулась, а в следующую секунду обвила его шею руками и мягко поцеловала. – Это лучшая новость за последние несколько часов.

– А были еще какие-то новости?

От безнадёжности всего происходящего у Джулии навернулись слезы. Тёплая рука Ричи дотронулась до её щеки.

– Что случилось? Скажи мне, пожалуйста.

– Сегодня я узнала, что Юнеса и Джастин скоро поженятся. Она лично мне это сообщила, – голос Джулии задрожал, и едва не сорвался. – Иногда мне кажется, что Юнеса наслаждается моим горем. Нагло заявляет, как счастлива с Джастином, когда мой брат по её инициативе сидит за решёткой.

Ричи привлёк её к себе. Джулия, уронив голову ему на грудь, тихо плакала.

Поглаживая жену по спине, и утешая, Ричи мысленно соглашался, что Юнеса поступила несправедливо. Но, увы, такова жизнь, в ней нет места справедливости. То, о чем так мечтал Брайан, то, чего он был лишён, так легко досталось Джастину. Лишь на секунду Ричи представил себя на месте Джастина, и если бы вместо Брайана был Ланс, он, скорее всего, поступил бы также. Всё ради любви.

– Мы уедем из этого дома, родная, – проговорил он, зарываясь в её волосы. – Мы начнём новую жизнь, вдали от наших псевдо друзей.

Это всё что он мог сделать для их общего блага.

***

Джастин

После обеда Джастин и Джой решили поиграть в мини-гольф. Фетровая площадка была установлена в западной части сада. Чтобы соорудить себе такое развлечение, пришлось вырубить немало деревьев. Кевин не противился этой идее, ибо считал спортивные увлечения куда полезнее, чем безделье или вечеринки с большим количеством алкоголя.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.