Табачников Юрий
Эмигрантское танго

«ЭМИГРАНТСКОЕ ТАНГО»

Эмигрантское танго. Ветер дует нам в спину.

Шепчут палые листья что- то там под ногой.

Кружит чайка над морем и кричит сиротливо.

Эту чайку, быть может, называют судьбой.

Тёплый дождь на прощание чуть минорно по крыше.

И мелодия танго из тридцатых годов.

Неизвестности тайна, жаль ответ не напишет.

Что нас ждёт за порогом. Хоть бы несколько слов.

Кто и в чём виноваты. Или вовсе безвинны.

Кто- то может напишет повесть или роман.

Вот и двери закрыты. Слишком проводы длинны.

А прощальное танго, это самообман.

К сожалению, танго это словно граница.

Между тем, что ушло, но забыть не дано.

Такт последний, мой друг. Надо нам торопиться.

В недопитом бокале оставляя вино.

Эмигрантское танго. В спину ветер колючий.

И сгущаются тучи. И гремит где- то гром.

Уходя- уходи. Свою душу не мучай.

То, что будет, то будет. Разберёмся потом.

………………………………………………………………………………………………………………………………………

ЧАСТЬ ПЕРВАЯ

МНОГОТОЧИЕ…

Белым воронам

……………………………….

Меня не раз пытались поломать и белою вороной называли.

Ведь слепо не хотел я доверять, а догмы недоверье порождали.

Свои ошибки опытом признав и общий знаменатель отрицая,

Я сам сужу в чём прав был и не прав. Диктат толпы на личность отвергая.

Мне музыка негромкая близка и дождь осенний за окном скользящий.

И человек без «измов», настоящий, который не похож на двойника.

Пусть белым разбавляет чёрный тон, которого так много к сожаленью.

Толпу, в которой разум обречён, а человек ноль по определенью.

Пусть будет каждый, как особый мир. И даже если ты не всё приемлешь,

Порочное явление=кумир, на слово ЧЕЛОВЕК в душе изменишь.

Не важны стая, лозунги и строй, а только человек в своей основе.

И небо без беды над головой. И… белый ворон в помыслах и слове.

Слова

………………………………

Когда слова смешав, как краски, художник создаёт сюжет,

Он в сочетании едином и композитор, и поэт.

В картине музыка и в слове, когда душевный камертон,

Как луч рассветный на ладони затем, в творении отражён.

Без эстетической бравады и, без упаднеческих нот,

В сомнении, сквозь баррикады вдруг замысел свой обретёт.

Не для банального признания, которое всегда мираж.

Есть просто слово- созидание. Всё остальное, антураж.

Живопись света

…………………………………….

Из неба крошева смешать

Немного света и лазури,

Чтобы разбавить псевдо-гладь

Нелепости в архитектуре.

Не замечая кривизны

За фешенебельным фасадом

Мы создавая себе сны

Порой вне жизни той, что рядом.

И, попадая в жернова,

Выскальзывая из иллюзий,

Пытаемся найти слова

Молитв забытых, свитых в узел.

Когда патетика сползёт,

То, остаётся дым и сера.

И только пульсом слабым вера

Ещё жива. Ещё- живёт.

Пусть лишь на этом полотне.

Из боли, из шипов терновых

Воспрянет снова в красках новых,

Как луч предутренний в окне.

Хоть слабый, но прорыв во тьме.

Нам рано…

............... ...........................

Нам рано зализывать раны.

Ещё слишком много вражды.

Зло ищет в нас точку изъяна.

Ему, наши души важны.

Чтоб идолы злобные скалясь

Вели к окончанию дней.

Туда, где как в стадо сбиваясь,

В рабов превращают людей.

Нам рано зализывать раны

И слепо идти на убой.

Кровавый, но ведь не проигран

Добра окончательный бой.

Иллюзии, если не верить

Склонивши чело пред судьбой.

Не время зализывать раны.

Ещё не проигран наш бой.

Полу- минор

…………………………………………

На сердце слякоть и ливень льёт.

Тумана мякоть с небес сползёт.

Ведь даже свечка едва чадит.

И только кошка в углу сопит.

На тёмном фоне размытый свет.

Сквозь окна слабый звёзд силуэт.

Мы часто бродим в себе самих.

Не замечая проблем иных.

Что там за гранью огней ночных?

И мы ведь искра, одна из них.

Минор немного. Уныния нет.

Ведь переменчив судьбы сюжет.

Сиюминутность, тяжёлый труд.

Ждать, пока тени со стен сойдут.

Но всё проходит. И тень уйдёт.

Жаль то, что сердце так долго ждёт.

НОЧНОЙ БЛЮЗ

Лунный свет стекает акварелью.

Город стал загадочным немного.

Вот звучат в ночи сверчки свирелью.

Звёздами усыпана дорога.

И когда на улицах пустынно.

Среди декораций словно бродишь.

Несмотря на то, что чуть картинно.

Искренность ты в городе находишь.

Вот он. не суетный и безлюдный

Ветром только тяжело вздыхает.

День грядёт крикливый и абсурдный.

По – иному, впрочем, не бывает.

И хоть он устал, но каждый должен.

Для чего- то быть, а не казаться.

Каждый дом душою камня сложен.

Чтобы в нас созвучьем отзываться.

Лунные деревья и аллеи.

Мысли тоже в отражении лунном.

Логике в противовес посмели,

Окунуться в мир теней безумный.

Где всё будто в фильмах у Феллини.

Ирреально, но лишь до рассвета.

Город замыкая хаос линий,

Усмехнётся лишь в ответ на это.

А пока пусть до утра продлится.

Эта ночь. Под блюз мурлычет кошка.

И надеждам тоже ведь не спится.

Там, где не погашено окошко.

Пусть продлится ночь ещё немножко…

Осенний сон

……………………………..

Эта женщина в тумане, чуть расплывчаты черты.

Образ чист, в небесной гамме, тихой осени холсты.

Может быть воображенье в заколдованности снов?

Или признак возрожденья всех утерянных основ.

На души полотнах =краски, приглушённые чуть=чуть.

Может это Мельпомена к нам решилась заглянуть.

Заглянуть и задержаться. Выпив кофе слушать блюз.

Ведь такое может статься, если сбросить грусти груз.

Мелкий дождь туман рассеет, разливая акварель.

Эта женщина в тумане стала музою теперь.

За окном в фонарном свете кружит в танце листопад.

Сны за нас друзья в ответе. В них надежы смысл таят.

Вот и женщина из света. За окном всё дождь и дождь.

Даже если нет ответа. Верь, что этот сон не ложь.

Стекает время

Развалины античных городов.

Цивилизаций призрачные тени.

Что помним мы из прошлых достижений?

В чём разница реальности и снов?

Не веря в Апокалипсис, живём.

Беспечно, разрушая связь с Заветом.

Но прошлое не служит нам ответом.

Пример печальный не находим в нём.

Антагонизм, как идол наших дней.

Где места нет любви и благородству.

Где зеркала кривые дань уродству.

Псевдо- морали и псевдо- идей.

Пророков, сумасшедших, бунтарей

Всегда казнили. На кострах сжигали.

Что изменилось? Разве лучше стали?

Пожалуй, только способы хитрей.

Стекает время в бездну всё быстрей.

Мелодия нежности

Опалённую душу, только нежность спасёт.

Но она к сожаленью здесь давно не живёт.

Ведь её изгоняли из умов и сердец.

Мы с собой воевали, окунаясь в свинец.

Нежность бродит в изгнании, у порогов чужих.

Чувства, как изваяния, из болванок стальных.

Приучали нас истово, " слюни" не распускать.

Приручая, внушали нам, что порок- рассуждать.

Только нежность преградам всем, пробивает бетон.

И тогда понимаем мы, что слабее нас он.

Руки как не выкручивай, свет, всегда будет свет.

И уж точно без нежности, нас ведь, в сущности, нет.

Пусть мелодии нежности, а не марш в нас гремит.

Так как нет неизбежности, если сердце не спит.

Шестидесятым

А запах ландышей в квартире,

Такой знакомый и родной.

Нет ничего, пожалуй, в мире,

Чтобы затмило образ твой.

Пусть в лужах ноты утопают,

Чтобы дождинками звучать.

Болоньи яркие мелькают,

Попробуй их не замечать.

На тридцать три звучит пластинка.

Полуподпольный рок-эн- рол.

Под Марелен, гляди, блондинка.

И, хмурит брови комсомол.

Взлетают так бесстыдно юбки.

Ну, а штаны сплошной кошмар.

А новый век нам скалит зубки

И вовлекает в интеграл.

И запах ландышей пьянящий,

Как и твои глаза, друг мой.

Пусть кто- то хмуро проходящий,

Нам в след качает головой.

На танцплощадках и в квартирах.

Под ливень, зной и даже снег.

Из быта коммуналок сирых,

Рождался новый человек.

Портрет

……………………….

Писал студент художник мой портрет.

Он молод был, и я пока что тоже.

И фон, на поздней осени похожий.

Предчувствие вдаль уходящих лет.

Художник был подвыпивший чуть=чуть.

И что=то там покуривал, быть может.

Вложив в портрет мой что его тревожит,

Пытаясь кистью, время обмануть.

Но, я не Грей, портрет мой не старел.

На нём не отражались испытанья.

И только осень, словно в наказанье,

Подкрадывалась ближе, чем хотел.

Осталась часть меня на полотне.

Но я другой. Не лучше и не хуже.

Как тот пиджак, что с возрастом став уже,

Теперь на антресолях, в глубине.

Смотрю в себя сквозь призму прошлых дней.

Ещё судьба мечты не потрепала.

Там мой двойник твердит; =начни с начала.

А осень, ты, забудь пока о ней.

Всему свой срок. И красок, и людей.

НОСТАЛЬГИИ СЛЕД

………………………………………….

Лёгкой дымкой затянуло ностальгии след.

Вот уже и помянуло то, чего уж нет.

Но откуда-то всё так же музыка звучит.

И тот запах из далёка память теребит.

Пусть твердят, что всё проходит и возврата нет.

Что же это так тревожит через уйму лет?

Запахи неубиенны. В чём же тут секрет?

В нашей замкнутой вселенной им преграды нет.

Помнят детство, помнят юность. Счастье и разлад.

Вкус побед и пораженья. Жизни аромат.

Годы многое стирают, но как искра вдруг,

Запах логику ломает, разрывая круг.

Не уходит безвозвратно, просто ждёт свой час.

От того, что жизнь прекрасна и мудрее нас.

Всяких жизненных коллизий запах-каталог,

Где душа ведёт интимный с нами диалог.

Вот и музыка похоже запахам подстать.

Словно дождиком прохожих станет орошать.

Всё имеет назначенье. Спорить тут о чём?

Запах тайны отраженье в зеркале твоём.

Коридоры

Коридоры, коридоры. Бесконечные пути.

То направо, то, – налево. Жаль, что выход, не найти.

Но идём упорно к цели, даже если и тупик.

По дороге поседели. Путь зигзагов многолик.

Иллюзорность в повороте. А там новый и опять.

Коридоры, дверь, засовы. Может это жизнь, как знать?

Или там, куда стремимся, ничего давно уж нет.

Только ветер гулко злится, заметая старый след.

Вот и музыка слезою, а быть может и капель.

Страстно тянет за собою ангел счастья и потерь.

Заблудиться, оступиться, чтоб затем опять идти.

Не всегда, куда желаем. А куда ведут пути.

Но и в замкнутом пространстве, уверяю, выход есть.

Даже если коридоров на твоём пути не счесть.

Забвению альтернатива

……………………………………………..

Напрасно ждать слепого фарта от переменчивой судьбы.

Она, проделывая сальто встаёт всё время на дыбы.

И я давно уже надеюсь не на неё, а на себя.

И, если в этом разуверюсь, примерю платье короля.

Того, из Андерсена сказок. Что право для души конфуз.

Оставив в памяти осадок среди чужих холодных муз.

Пусть нота прозвучит пиано, едва заметной для других,

Но в ней не прозвучит обмана на нотном стане, средь иных.

Звучим. Дай Бог, чтоб не фальшиво.

А громче, тише, суть не в том.

Забвению есть альтернатива,

когда за совестью идём.

Одиночество

Лампа слабая в прихожей.

Тени на стене.

Карты на судьбу разложит.

Тортик на столе.

У соседей видно гости.

Музыка и смех.

Одиночество так страшно.

И так сладок грех.

То, что карты напророчат,

Сбудется едва.

Все удачи, не удачи,

Делятся на два.

Разбрелись по миру принцы.

Нечего ей ждать.

Карты, чай и этот тортик.

Стылая кровать.

Всё, что было, так незримо.

Утекло, и нет.

Всё казалось, поправимо,

Только счастья нет.

Для себя пожить хотелось,

Что теперь пенять?

Отчего так тонки стены,

Слышать и страдать?

Одиночество нелепо.

Вряд ли кто зайдёт.

И лишь глаз зелёный слепо,

Щурит старый кот.

Вот и всё, одни в квартире.

Вечер на двоих.

Словно в параллельном мире,

Бродят тени их.

Дождь

………………………..

Мне хоть и грустно оттого, что дождь по крыше,

Но я давно сроднился с ним. Так, как- то вышло.

Я, видно человек дождя. Его мелодий.

Парадоксально, но люблю минор полотен.

Тех, что он пишет за окном, как акварели.

Когда в вечерних фонарях играют тени.

А одиночество души бредёт куда- то.

Там, за завесою дождя был Рай когда- то.

Есть то, что сложно объяснить, да и не надо.

Погода каждому дана созвучием лада.

Ты лишь прислушайся к тому, что не обманет.

Ведь дождь общается с тобой и не лукавит.

Есть где- то истина твердят. Но что- же это?

Она наверно скрылась там, средь тьмы и света.

И остаётся только дождь всё очищая.

Со мною рядом старый пёс, всё понимает.

Ведь у него собачий рай есть так же где- то.

Но мы лишь смотрим и молчим о знании этом.

Ночной блюз

Лунный свет стекает акварелью.

Город стал загадочным немного.

Вот звучат в ночи сверчки свирелью.

Звёздами усыпана дорога.

И когда на улицах пустынно.

Среди декораций словно бродишь.

Несмотря на то, что чуть картинно.

Искренность ты в городе находишь.

Вот он, не суетный и безлюдный.

Ветром только тяжело вздыхает.

День грядёт крикливый и абсурдный.

По -иному, впрочем, не бывает.

И хоть он устал, но каждый должен.

Для чего- то быть, а не казаться.

Каждый дом душою камня сложен.

Чтобы в нас созвучьем отзываться.

Лунные деревья и аллеи.

Мысли тоже в отражении лунном.

Логике в противовес посмели,

Окунуться в мир теней безумный.

Где всё будто в фильмах у Феллини.

Ирреально, но лишь до рассвета.

Город замыкая хаос линий,

Усмехнётся лишь в ответ на это.

А пока пусть до утра продлится

Эта ночь. Под блюз мурлычет кошка.

И надеждам до утра не спится.

Там, где не погашено окошко.

Пусть продлится ночь ещё немножко…

Тишина

Как страшно затеряться в тишине.

Когда в ней нет ни шороха, ни звука.

Жизнь умирает, кажется во тьме.

Как на века решённая разлука.

Ну, вот и всё. Лишь тихо стонет дверь.

Незапертая прошлым, уходящим.

Таким абсурдным и ненастоящим.

Что кажется, все сироты теперь.

Сиротство, это то, что всех роднит.

Оно приходит поздно или рано.

Как та, что не даёт забыться рана.

Которая по -прежнему болит.

Уход друзей. Любимых и родных.

Их силуэт на дальнем полустанке.

Мы держимся. Хотя ведь как подранки.

Пытаясь, их черты найти в иных.

Нет, мы не в силах это изменить.

Смирились даже где- то, не смирившись.

И тишиною до краёв напившись.

Всему на зло, мы продолжаем жить.

Чтобы за них и верить, и любить.

К народам

Когда, как жернова, эпохи

Давили мощью всей своей.

Мы, собирали в силы крохи

И возрождались в смуте дней.

Через костры. В разрез навету

В себе сумели сохранить.

Стремление к любви и свету.

А это, не легко сломить.

Но ворон чёрный всё же кружит.

Ей, глупой птице не понять

Тех, кто народам правдой служит,

Во мрак так просто не загнать.

Завет один для всех народов.

Ты лишь прислушайся к нему.

Чтоб из враждебных, мрачных сводов

Мы, вышли позабыв про тьму.

Туда, где вороны не кружат.

Где нет бессмысленной вражды.

А зайчик солнечный по лужам,

Как свет утерянной звезды.

Мой народ

––

Я тоже задыхаюсь погребённый.

Живым во рву, средь обнажённых тел.

Я среди тех, кто газом удушённый,

В печах, как факел истины горел.

Я в гетто, смерть ищу на баррикадах.

В разрушенных кварталах городов.

Пусть тот, кто говорит, что шли, как стадо.

Во лжи своей пред Богом предстаёт.

Я – пал в бою, Сапун-гору обнявший,

Как мамин брат, как деда два моих.

Анафема, народ мой оболгавшим.

Но, не хочу я говорить о них.

Мы, как и все сражались и страдали.

Но отчего -то спрос к нам был в двойне.

Как будто нас по "блату" убивали.

И не стоял " пункт пятый " на судьбе.

И я за всех, ушедших и живущих

Несу в себе и древний мой народ.

И всех иных, мне близких, свет несущих.

В которых совесть и любовь живёт.

Памяти жертвам Холокоста

Реквием пустому полустанку

…………………………………………………….

На полустанке нет людей.

Распахнутые чемоданы,

Как незатянутые раны

Идущих в никуда путей.

Игрушки детские в пыли.

А вороны кружат всё ниже.

И, глуше голоса. Всё тише

Там, где -то, на краю земли.

Так тихо. Лишь облезлый пёс

Печально воет, словно плачет.

Жизнь перед смертью взгляд свой прячет

Избавившись, увы, от грёз.

Мелодия вдали звучит.

А может, это ветер просто

В печальной музыке погоста

Над местом брошенном скорбит?

Кто, где в забвении лежит?

Земля хранит ещё дыхание.

А может в пепле воссоздание

Невинных, души воскресит?

Быть может, там был Бог убит

С одним из этих увезённых.

Он был среди в печах сожжённых

Или в одном из рвов лежит?

Как нам, живущим, осознать

В своём безверии и вере,

В какой пропорции и мере

Зла и Добра на нас печать?

Не надо, впрочем, отвечать.

Слова, увы, так мало значат.

Пустой перрон. Дождь мелкий плачет

Вслед тем, кого нам не встречать.

………………………………………………………………..

Ведь нет у жизни слова =вспять.

Эшелоны идут.

…………………………………………………..

Растрепало деревья. Почерневшие кроны.

Где- то там эшелоны прорываются в Ад.

Провожает в путь дождь. Слёзы льёт на погоны.

А свинцовые тучи вниз печально глядят.

Но ведь ангелы смерти уже тризну справляют.

Что- же ангелы жизни отстранились от вас?

Кровь и слёзы вокруг, а любви не хватает.

С нами что- то не так, кто ответит сейчас?

Все солдаты всегда подневольные жертвы.

Те, кто шлёт на убой не считают потерь.

Скорбной стаей летят по погибшим конверты.

Им не видно конца. Зла не заперта дверь.

Страшно вдруг осознать, человечество- пешки.

Генетический код заложил в нас порок.

От прекрасных идей тлеют лишь головешки.

Или в бездну ведёт всех давно лжепророк?

Эшелоны стоят, крепко к рельсам прижавшись.

Не хотят отъезжать, словно чуя беду.

Слёзы горько льёт дождь с теми, кто, не дождавшись,

Через боль разглядят свет души через тьму.

Храмы все «на крови». На любви кто построит?

Сколько стоим, что нас так несложно продать?

Эшелоны пошли. В след бездомный пёс воет.

И не знаю к кому уже надо взывать…

Возраст

Я возраст свой не принимаю.

Нелепым кажется он мне.

Иду, путей не разбирая,

К какой- то призрачной мечте.

Когда приходит осознание,

Что не солидно, возраст мол.

Души надежду на заклание,

Задвинуть не пытайся «в стол».

Что возраст? Летоисчисление.

Событий прожитых и дат.

Стареть душою – преступление.

В котором, сам ты виноват.

Любите жизни проявление.

В погоде, творчестве, любви.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.