Ирма Гринёва
Если бы… Раньше бы…

ПРЕДИСЛОВИЕ

…Голубые глаза встречаются примерно у 20% населения Земли.

Голубые глаза означают холодность натуры, отстраненность и обособленность от окружающего мира. Чем чище цвет глаз, тем сдержаннее в проявлении своих чувств их обладатель. Часто такие глаза встречаются у талантливых, оригинальных, одаренных людей с неординарным подходом к действительности. Голубоглазые люди – это творцы. Их интеллект выше, чем у представителей с другим цветом глаз.

Голубоглазые молниеносно, без тени сомнений принимают решения, а при изменении обстоятельств не теряются, быстро адаптируясь к ним. Они довольно требовательны, строги по отношению к себе и окружающим. Для достижения цели они готовы на все. И дело не только в упрямстве, которое, несомненно, им присуще. Голубоглазые люди не получают, да и не ждут подарков судьбы. Они не выигрывают в лотерее, у них нет нужных влиятельных знакомых. Они всего достигают сами.

Под внешней отстраненностью может скрываться сентиментальность, романтичность, однако не всем удается пробиться к ней, поэтому часто голубоглазые остаются непонятыми, одинокими. Таким людям свойственна обидчивость, даже по пустякам, ранимость, повышенная чувствительность, которые они тщательно пытаются от всех скрывать.

Мифы утверждают, что голубая палитра радужки глаза была у богов. Но самый удивительный и поразительный факт (и тому есть доказательства), что первые фараоны были все как на подбор, высокими, белокожими с длинными бородами и,,, голубыми глазами. Древнекитайские легенды повествуют, что китайские императоры ведут свою родословную от богов с голубыми глазами и светлыми волосами. В «Рамаяне» – важнейшей священной книге индуизма, в описании облика Кришны назван цвет его глаз – голубой.

Не пора ли решиться? (продолжение рассказа «Куда смотрят мужики?» из сборника «Зеленые глаза»)

А сколько ещё неизведанного! или Игра в кошки-мышки

Настоящая итальянская жена

Найду! Обниму! Не отдам никому!

Любовь стоит того, чтобы ждать

Чистой воды блеф

Всё, возможно, будет не так уж и плохо!

Ты ворвалась в мою жизнь непрошено…

А если это любовь, то…

Наш неоконченный роман

Так вот она какая – любовь! (продолжение рассказов «…И мы станем единым целым» из сборника «Зелёные глаза» и «Благодаря и вопреки» из сборника «Карие глаза»)

Пять слов на букву «Л»

Все цветы в твоих руках

Кто бы мог подумать?

Молчун ты мой любимый!

Она сказала: «Нет!»

Приди в такое время…

Встретимся во снах

Помощь и защита равняется любовь?

Если бы… Раньше бы…

Если бы… Раньше бы…

Если бы ты знал, как я люблю тебя,

Как хочу вновь оказаться в твоих объятиях.

Если бы ты знал, как я ненавижу себя

За то, что таю в твоих объятиях.

Если бы ты знал, как я люблю тебя,

Как хочу вновь чувствовать твой сладкий поцелуй на своих губах.

Если бы ты знал, как я презираю себя

За то, что терплю грубые слова, слетающие с твоих сладких губ.

1

Да, с погодкой им сегодня явно не повезло. К вечеру похолодало, поднялся злой колючий ветер, накрапывал дождь. Джессика¹ посматривала на надутые губы сестры и молилась, чтобы они с сестрой побыстрее зашли в тёплое помещение пиццерии.

Длиннющая очередь на вход поначалу Джессику не смутила. Она и не такую очередь сюда отстаивала. Подумаешь, номер 169! У неё и побольше номера были! Но сначала очередь двигалась довольно бойко, и Патрисия² не выказывала недовольства, с любопытством рассматривая людей в очереди. А здесь вперемежку стояли и люди в возрасте, и молодёжь. Одетые вполне презентабельно и нарочито небрежно. В дорогой брендовой обуви и повидавшей виды, изрядно поношенной.

А потом очередь застряла. Как назло, в двух шагах от вожделенной двери, за которой начиналось тепло. Развернуться и уйти было как-то обидно. Да и куда бы они сейчас могли попасть? В приличные рестораны столик на вечер надо было заказывать заранее. Это тебе не пиццерия «ComeBackAgain!» («Возвращайтесь снова!»), где вполне демократичным ценам соответствует демократичное отношение к клиентам – все они равны, потому и стоят в общей очереди. И одеты они с сестрой не для посещения ресторана – джинсы, кроссовки, толстовки. Кто их туда пустит в таком виде? А есть хотелось, жуть как! Особенно, когда подобрались к двери так близко, что при каждом входящем внутрь и выходящем оттуда, нос щекотали острые, пряные соблазнительные запахи, от чего кушать хотелось ещё больше.

Джессика ещё раз покосилась на нахохлившуюся от холода Патрисию и в порыве раскаяния обняла её, стараясь передать ей частичку своего тепла.

– Пат, потерпи ещё не много. Скоро зайдем.

– Ну, смотри, если твоя «бомба» окажется пшиком, я тебе такое устрою! – пригрозила сестра.

Джессика и сама уже не была уверена, что её бомба такая, уж, бомба, чтобы ради неё мёрзнуть в эту мерзкую погоду на улице. Просто она любила иногда подшутить над Пат. Дело в том, что её двоюродная сестра была снобом, но категорически не хотела этого признавать. Поэтому Джессика периодически устраивала ей небольшие приключения, подвергающие снобизм Патрисии испытаниям. В детстве и на рыбалку её таскала, и в походы с ночевкой в палатке. Однажды даже на путешествие автостопом уговорила. Патрисия морщила носик, но стоически переносила трудности, желая доказать сестре, что никакой она не сноб.

Когда их, наконец, запустили в зал, плотно уставленный маленькими столиками, между которыми пришлось лавировать полубоком, чтобы добраться до своего места, Пат возмущенно прошипела:

– И ради этой забегаловки ты заставила меня мёрзнуть целый час в очереди?!?

– Подожди, вот сейчас принесут пиццу, и ты не только пальчики оближешь, но и захочешь их съесть! – добродушно ответила ей Джессика.

– Ну, конечно! – фыркнула Патрисия, уже начиная оттаивать в тепле и телом, и душой, но продолжая держать фасон.

Вообще-то, она обожала вылазки с сестрой. Сама бы на них ни за что не решилась. Потому что была… трусихой, а не снобом, как считала Джессика. Ещё долго потом, когда очередное приключение благополучно заканчивалось, она лежала в своей мягкой постельке в полной безопасности и перебирала в уме драгоценные моменты. Над какими-то хихикала. От каких-то обмирала от страха, представляя себе, как плачевно они могли закончиться. Особенно когда бесстрашная Джессика тащила её в горы и обманывала, ставя на краю обрыва. Глядя потом на фото, у Патрисии останавливалось сердце.

– А меню в этой забегаловке не предусмотрено? – продолжила она ворчать.

– Я уже сделала заказ, – широко улыбнулась Джессика.

Джессика тоже согрелась, и к ней вернулось прекрасное настроение, так соответствующее её заводной, неунывающей натуре. Кроме того, им повезло – их усадили в центральном ряду столиков, где каждый был отгорожен от соседних невысокой перегородкой. Хоть и невелико препятствие, но у сидящих за таким столом создавалась впечатление, что они находятся в отдельном кабинете, этакая иллюзия интимности. Маленькая компенсация Патрисии за страдания в очереди и уступка её снобизму.

– Даже выбрать мне не дала! – возмутилась Пат.

– Тут меню небольшое. Я его наизусть знаю, – поспешила успокоить сестру Джессика, – В следующий раз другое попробуешь. У них всё вкусное.

– Ещё чего! Второй раз я сюда ни за что не приду! Вечно я на твою удочку попадаюсь! Больше такого не случится!

Джессика опустила голову, скрывая улыбку. Пат так грозилась после каждого их приключения, но потом неизменно опять с головой окуналась в очередное вместе с сестрой.

– Давай уже, рассказывай! – ворчливо приказала, между тем, Патрисия и ехидно добавила, – А то потом у тебя рот будет занят облизыванием пальцев.

Джессика не стала отвечать на колкость сестры, приступила к рассказу, начав с вопроса:

– Помнишь, к кому ты отправила меня на свидание вслепую вместо себя три года назад?

Патрисия подняла на сестру недоумённый взгляд и пожала плечами.

– Ну, куда тебе помнить! Ты столько раз просила тебя заменить! То ты влюблена в своего сокурсника, то в диджея, то в гонщика. В тот год, кажется, это был твой препод по истории искусства…

Патрисия, действительно, при всей своей внешней холодности, была натурой тонкой, увлекающейся, а потому – влюбчивой. Влюблялась исключительно в тех, кто, по мнению её отца, не имел права подходить к ней и на пушечный выстрел. Будто и в этом вопросе доказывала сестре, что она не сноб.

Впрочем, также быстро, как влюблялась, она и остывала. Только потому дядя Джо³ закрывал глаза на увлечения своей единственной дочери. Но в то время, 3 года назад, он предпринял первую попытку составить Пат «правильную» партию, о чём Джессика решила ей напомнить:

– Ну же, вспоминай: ты влюблена в преподавателя в колледже, а твой отец озабочен своим бизнесом. И он отправляет тебя на свидание к кому… К кому?

– Вспомнила! – радостно воскликнула Пат, – К Альберту⁴ Муру из «Электроник Пасифик»!

– Умничка! – похвалила сестру Джессика (в их тандеме с двоюродной сестрой Джессика хоть и была младше на два года, но чувствовала и вела себя, соответственно, как старшая, а потому частенько позволяла себе снисходительный тон в разговорах с Пат) и добавила как бы между прочим, – А теперь он мой начальник.

– Но как? – изумилась Патрисия, отвиснув после паузы, во время которой переваривала последнюю фразу сестры, – Ты же сказала, что пошла туда на стажировку только потому что там сменился гендиректор!

– Сменился-то он сменился, только оказался тем же, с кем я была на свидании. И звать его на самом деле Фрэнсис⁵, а не Альберт.

– Они братья-близнецы?

– Они братья, но не близнецы. Я проверила. Альберт старше Френсиса на пять лет. Помнишь, я тебе ещё тогда сказала, сразу после свидания, что гендиректор «Электроник Пасифик» выглядит как молокосос в пиджаке с чужого плеча? Да, и фамилия у него другая – Бернет, а не Мур, видимо, он записан на фамилию матери. Из-за фамилии мне в голову не пришло тщательно проверить его связь с семьёй Мур.

– Как же так вышло, что он был на свидании вместо брата?

– Да также как и у нас с тобой. Я пошла вместо тебя, он пошёл вместо брата.

– Джес! Что ты будешь делать? А вдруг он тебя узнает и зарубит твою стажировку? Как же твоя мечта об Англии?

– Да как он меня узнает?! Я же тогда рокершей прикинулась – лицо под слоем макияжа, на голове огненный парик, юбка по «не балуйся», чулки в сеточку. Я когда в зеркало посмотрелась – сама себя не узнала! Кроме того, я проверила – он страшный бабник. Знаешь, сколько у него связей было за эти три года?! О! Не сосчитать! Он меня и не вспомнит. Я даже думаю, – лукаво поглядывая на сестру, продолжила Джессика, – не замутить ли мне с ним сейчас? Только не знаю – в том своём обличье или в натуральном виде? Как думаешь, весело будет?

– Да ну тебя! Вечно ты такая – ничего не принимаешь всерьёз. Наше с тобой будущее под угрозой, а ты очередное приключение задумала…

– Да ладно тебе, успокойся, моя влюбчивая, но серьёзная сестра! Когда увижу угрозу, тогда и буду думать… А! Вот и наша пицца! Приступим?

* * *

Фрэнк уже облизывал пальцы, когда за перегородкой поменялись соседи. Сначала, когда трескотня то ли китайцев, то ли корейцев сменилась щебетаньем девушек, он особо не вслушивался. Так, отметил краешком сознания, что его первая реакция на «ComeBackAgain!», когда его затащил сюда брат, была такая же, как и у гномихи-Ворчуньи. Её подругу Фрэнк определил как гномиха-Весельчак. Не потому что подруги были маленького роста (он их не видел, только слышал), а потому, что одна их них всё время ворчала, а вторая над ней посмеивалась, и у него поневоле в голове возникла ассоциация с гномами Ворчун и Весельчак из знакомой с детства сказки «Белоснежка и семь гномов».

(По идее, всё должно было быть наоборот – тогда, 3 года назад, образу жизни Фрэнка пиццерия больше соответствовала, чем гендиректору «Электроник Пасифик» Альберту Муру, но так уж случилось, что серьёзный и сосредоточенный на бизнесе, представитель высшего слоя общества до кончиков ногтей – старший брат влюбился в обыкновенную девушку, «простушку», как называл её отец. И пустился «во все тяжкие», опять же по выражению отца. Но брат был так влюблён и так счастлив, что ему было всё равно, где бы он ни находился, лишь бы вместе с ней – хоть в пафосном ресторане, хоть в забегаловке; хоть на пятизвёздочном курорте, хоть в палатке с комарами; хоть в смокинге, хоть в обносках; хоть с миллионом долларов, хоть с дырой в кармане.

Когда Айлин⁶ умерла, Альберт впал в глубокую депрессию. Забросил бизнес, съехал из дома. Перестал общаться с отцом, который не оставлял попыток вернуть сына к жизни. К той жизни, которую считал правильной, единственно правильной. К жизни до Айлин.

В отчаянии отец разыскал заграницей своего младшего, непутёвого сына и начал бомбардировать его требованием вернуться в Австралию. Поскольку на угрозы Фрэнк не реагировал, требовательный тон сменился на просительный. И только, когда в письмах отец сослался не на бедственное положение их бизнеса, а на удручающее состояние Альберта, младший брат внял отцу и вернулся.

Старшего брата он нашёл в каком-то странном, необычном для того состоянии. Будто он был не здесь, а в каком-то параллельном мире. Полуулыбка, застывшая на его бледном лице, не на шутку испугала Фрэнка.

В отличие от отца, младший брат не стал надоедать старшему. Просто следовал за ним как тень. И Альберт почувствовал тепло родного, любящего человека, который ничего от него не требовал, ничего не ждал. Был рядом и всё. Вот тогда-то Альберт и повёл Фрэнка в пиццерию «ComeBackAgain!». И в другие, не соответствующие облику гендиректора «Электроник Пасифик», места. Ничего не объяснял, вёл молча. Только позже Фрэнк догадался, что они посещают те места, в которые когда-то Альберт ходил вместе с Айлин…)

Гномиха-Весельчак упомянула про пиццу, от которой «пальчики оближешь», когда Фрэнк реально облизывал последний палец, и он чуть не рассмеялся в голос. Но когда услышал из-за перегородки имя старшего брата и название их компании, ему стало не до смеха. Он весь превратился в слух.

Дослушать до конца разговор гномих Фрэнку не удалось. Официант вежливо, но настойчиво попросил его освободить стол для следующих посетителей. Но главное Фрэнк услышал: гномиха-Весельчак была с ним на свидании три года назад вместо своей сестры, как выяснилось, а не подруги. Кажется, зовут её Джес, если он правильно расслышал (Джеси? Джессика?) А, если не правильно, то вариантов ещё больше: Дженис, Дженна, Дженни, Дженифер и самое распространённое – Джейн. (Ещё бы не мешало вспомнить, под каким именем она была в тот раз!) Сейчас она стажёр на его фирме и планирует знатно повеселиться на его счет. Ну, это мы ещё посмотрим, кто на чей счёт повеселится! Как там она про него сказала – «молокосос»? Ничего! Как говорится, дольше всех смеётся тот, кто смеётся последним!

Фрэнк попытался заглянуть за перегородку, когда встал из-за стола, но сёстры были так увлечены поеданием пиццы, что он увидел только их затылки. Цвет их волос и близко не напоминал огненно-рыжие волосы девушки со свидания. Был обычным, среднестатистическим⁷ для австралийцев, как потомков англичан после смешения с аборигенами Австралии – тёмно-коричневым. И как ему найти такую обычную девушку среди своих сотрудниц?

¹ – значение имени Джессика – «богиня вечной молодости и красоты»

² – значение имени Патрисия – «благородство, изысканность, спокойствие и гармония»

³ – Джо (полное имя Джозеф) в переводе – «преумножающий»

⁴ – значение имени Альберт – «благородство, просветлённость, ум, талант»

⁵ – значение имени Фрэнсис (уменьшительная форма – Фрэнк) – «свобода, независимость»

⁶ – Айлин в переводе – «дыхание, светоч, луна, вдохновение»

⁷ – статистика утверждает, что меньше всего в мире натурально рыжих волос – их не более 1% от общего числа живущих. Второе место занимают блондины, их насчитывается приблизительно 2%.

2

Чтобы попасть в штат сотрудников «Электроник Пасифик», надо было пройти несколько этапов отбора. Сначала отдел кадров фирмы отсеивал тех, кто по документам не соответствовал полному перечню требуемых критериев. Потом, с оставшимися, начальники отделов, куда открывались вакансии, проводили жёсткое собеседование. Дальше в каждый отдел нанимались по три стажёра, из которых к концу срока стажировки оставался только один. Он и зачислялся в штат. Или не зачислялся…

Из двенадцати стажёров фирмы, нанятых в этом году, девушек было только две. Но, как назло, одну звали Джейн, а другую Джессика. Они и внешне оказались похожи. Примерно одного роста и комплекции. С тёмно-коричневыми волосами ниже плеч.

Родная сестра была у Джейн, это Фрэнк узнал из их личных дел, которые запросил сразу, как только появился на работе в понедельник. Но ясности, кто является гномихой-Весельчаком, это не внесло. Только ещё больше запутало, потому что ему казалось, почему-то, что та, кого он ищет, это Джессика, а не Джейн.

Фотография девушки со свидания, каким-то чудом сохранившаяся в телефоне Альберта, (Фрэнк пересылал ему фото тех, с кем встречался на свиданиях вслепую вместо него, чтобы он мог отчитаться перед отцом) тоже ничем не помогла. На ней в равной степени могла быть и Джейн, и Джессика. Разве можно было что-то разобрать под таким слоем косметики?

И тогда Фрэнк вызвал девушек к себе в кабинет и заставил отчитываться о проделанной работе в его фирме за прошедшие три месяца. Доклады выслушал молча, с закрытыми глазами. Убедился, что интуиция его в очередной раз не подвела – гномихой-Весельчаком определённо была Джессика. Выпроводил девушек из кабинета жестом руки, так и не сказав – доволен ли он, как начальник, их работой. И только когда остался один, позволил себе улыбнуться. Но, если бы кто-то увидел его в этот момент, сразу бы понял, что ничего хорошего эта улыбка не сулит тому, кто её вызвал…

Вскоре Фрэнк получил ещё одно подтверждение правильности своего вывода насчёт Джессики. Альберт вспомнил имя и фамилию девушки, которая должна была прийти на свидание с ним – Патрисия Вестерн.

Фрэнк, никогда не бывший ни с одной представительницей прекрасного пола в серьёзных отношениях, подобной ерундой, как запоминание имен и фамилий девушек, не заморачивался. Он и внешность девушки вспомнил только, когда услышал её описание. Тогда, на свидании, его поразило несоответствие ожидаемого облика наследницы крупной фирмы – брендовый костюм, зализанные волосы, строгие манеры, одним словом – скучища, (тот облик, в котором явился сам, постаравшись стать похожим на старшего брата) с вульгарной девицей, подсевшей за его стол. В первый момент он даже хотел прогнать эту… эту особь, одетую как кукла Барби с размалёванным под ведьму на Хэллуин лицом.

Соединив в поисковике оба имени – Патрисия Вестерн и Джессика Паркер Фрэнк нарыл на сестер, как выяснилось, двоюродных, кучу полезной информации. Девушки и внешне были похожи, что, впрочем, легко объяснялось – их матери были близняшками, и сёстры взяли основные черты лица от них, включая и цвет глаз – голубые.

Но самое главное, что понял Фрэнк, выяснив личности гномих-сестричек, это, что ни свидание вслепую Альберта и Патрисии, ни стажировка Джессики в «Электроник Пасифик» не были ни случайностью, ни провидением судьбы, а чистым бизнесом и ничем больше. Патрисия Вестерн – единственная дочь и, следовательно, наследница Джозефа Вестерна, владельца компании «Электроник Компани». Три года назад между «Электроник Компани» и «Электроник Пасифик» шли переговоры о слиянии компаний. А это значит, что свидание было организовано отцом Альберта и Фрэнка, Гарваном⁸ Муром и родителями Патрисии, как одним из элементов, закрепляющих это слияние.

То ли неудачное свидание отпрысков так негативно повлияло, то ли какие-то другие причины, но сделка не состоялась. Через год «Электроник Компани» и «Электроник Пасифик» стали главными конкурентами на рынке IT-контента. Судя по тому, что Патрисия закончила Австралийский международный колледж искусств и приступила к работе в филиале Аукционного дома Сотбис, а Джессика учится в Мельбурнском королевском технологическом университете, глава «Электроник Компани» Джозеф Вестерн сделал ставку на племянницу, а не на дочь. В данный момент племянница, Джессика Паркер, проходит стажировку в его, Фрэнка, фирме, а это уже смахивает на промышленный шпионаж. Вот почему гномиха-Ворчунья говорила про угрозу для будущего гномихи-Весельчака, если её личность будет им раскрыта!

* * *

Самым простым и очевидным способом избавиться от шпиона, было прервать стажировку Джессики Партер, да и дело с концом, но… Черт побери, это «но»! И этих «но» было не одно.

Первое «но» – контракт. Первые три месяца контракта Джессики недавно истекли, и Фрэнк, тогда ничего не подозревающий о её шпионской миссии, подмахнул следующие три месяца. Теперь либо надо было ждать их окончания, чтобы была возможность уволить её без объяснения причин, либо расторгать контракт немедленно, предоставив неоспоримые доводы правомерности увольнения Комиссии Департамента труда и занятости. Связываться с комиссией, которая по статистике чаще становилась на сторону работников, чем работодателей, не хотелось.

Служба безопасности тщательно собрала и проанализировала связи семей Вестерн и Паркер. Их, практически, не было. Областью бизнеса семьи Паркер был туризм, никаким боком не связанный с деятельностью семьи Вестерн. Даже их сайт и страницы в соцсетях разрабатывались и поддерживались фирмами, никак не связанными с «Электроник Компани», хотя, казалось бы, чего легче было обратиться к родне, а не нанимать чужаков. Единственными членами семей, кто плотно общался между собой, были двоюродные сестры – Джессика и Патрисия. Даже их матери, сестры-близнецы, не виделись друг с другом уже больше десятка лет. Какая чёрная кошка между ними

пробежала, служба пока не выяснила, но Фрэнк и не ставил перед ними задачу копать так глубоко.

Сам Фрэнк тоже никак не мог логически связать усилия, предпринятые обеими сестрами, чтобы брак между наследниками «Электроник Пасифик» и «Электроник Компани» не состоялся, с последующей через три года шпионской деятельностью Джессики в его фирме.

Но самым трудно преодолимым «но» было мнение о Джессике начальницы и руководителя её стажировки госпожи Бернайс⁹ Триджелл. Начальница отдела программирования была одной из самых опытных и ценных сотрудников «Электроник Пасифик». Несмотря на свой преклонный возраст, обладала острым и светлым умом, не менее острым языком и весьма скверным характером. За работу не держалась. Наоборот, «Электроник Пасифик» держался за неё, как за профессионала, обеспечившего успешное восхождение бизнеса на вершину славы в прошлом, продолжающего высоко держать планку в настоящем, и, как надеялся Фрэнк, в будущем, хоть и не столь продолжительном. Как там с ней в своё время ладил отец, Фрэнк не знал, но Альберту потребовался год, чтобы она признала в нём начальника. Фрэнку удалось наладить с ней отношения только сейчас, по прошествии двух лет, и он не собирался ссориться со своим ведущим специалистом из-за какого-то там стажёра.

На предложение Фрэнка заполнить рабочее время стажёра Джессики Паркер простыми обязанностями, типа, принеси-подай-убери, отстранив от непосредственного изучения подходов «Электроник Пасифик» к программированию, госпожа Бернайс не удосужилась даже поинтересоваться причинами такой просьбы начальника. Лицо её посуровело, бесцветные от старости глаза зло сощурились, а голос, которым она высказала своё мнение, был холоднее, чем льды Антарктиды. Она безаппеляционно заявила, встав и уперевшись кулаками о стол:

– В моём отделе не предусмотрена должность секретаря, который приносит бумаги, подаёт кофе и убирает крошки со стола. У меня все заняты работой, а не угождением начальству. Госпожа Паркер определённо главный кандидат в штат сотрудников моего отдела после стажировки. И точка!

Развернулась и ушла. Фрэнка пробрал мороз по коже – «Вот ведь, королева Гримхильда¹⁰!»

Но, сама того не желая, госпожа Бернайс подкинула Фрэнку идею, как оставить Джессику на работе и одновременно лишить её практики по основной специализации. Он сделает её своим секретарём! Временно, конечно. Отправив госпожу Ли в отпуск, скажем так, недели на три… а то и четыре. Тогда у него будет возможность изучить её лично. А ещё появится куча возможностей повеселиться за её счёт!

⁸ – Гарван в переводе – «немного грубый»

⁹ – Бернайс в переводе – «приносящая победу»

¹⁰ – королева Гримхильда – злая мачеха Белоснежки

3

Госпожа Ви, секретарь гендиректора Фрэнка Бернета, была обескуражена скоростью, с которой её отправили в отпуск. Немало озадачена настоятельной «просьбой» босса не передавать дела и даже не отвечать на звонки Джессики Паркер, которая будет временно её замещать. И сильно встревожена мыслью – а не турнут ли её с такой же скоростью вскоре на пенсию?

Госпожа Бернайс была взбешена решением «этого мальчишки», как она называла про себя гендиректора, перевести Джессику в секретари. Но поделать ничего не могла, он имел на это право. Успокаивала и подбадривала себя и свою подопечную, что ссылка временная, и она обязательно что-нибудь придумает, чтобы вернуть Джессику в отдел. И чего он до неё так докапывается?

Этим же вопросом задавалась и Джессика. За первые три месяца стажировки она не имела никаких прямых контактов с боссом. Увидела один раз, узнала (хотя он так изменился, будто прошло не три года, как они встретились, а все десять. И костюм на нём смотрелся не с чужого плеча, а словно влитой, как вторая кожа. И открытое, подвижное мальчишеское выражение лица сменилось холодной, высокомерной маской) и дальше старалась на глаза не попадаться. Может, босса девушка бросила? Поэтому он решил выместить злобу на девушках-стажёрах, а потом основной «грушей для битья» выбрал её?

Оптимистка по натуре, Джессика дала себе установку не переживать, выдержать с честью этот месяц – не боги горшки обжигают, не велика сложность быть секретарём. И положиться на госпожу Бернайс, которая пообещала «что-нибудь придумать».

* * *

В первый же день работы секретарём все благие намерения Джессики развеялись в прах. Босс прошёл мимо неё в свой кабинет, как будто она невидимка. А через полчаса позвонил и громовым голосом спросил:

– И долго я ещё буду ждать свой кофе и скролл¹¹?

Джессика мухой метнулась к кофемашине, горячо благодаря судьбу, что у неё с начальником оказались схожие вкусы, и коробочку со скроллами она себе на перекус перед работой купила.

Увидев перед собой чашку ароматного капучино, босс поднял на Джессику тяжёлый взгляд:

– Что за бурду ты мне принесла?

– Простите, господин Бернет, я не знала, что Вы пьёте, – пробормотала Джессика и сделала попытку забрать кофе со стола, – Я переделаю…

– Оставь! – сморщился босс, – Иди!

«Эспрессо», – услышала себе вдогонку Джессика уже в дверях.

Прокол с кофе оказался не единственным в этот день. Расстроенная случившимся, Джессика, не спросив, кто звонит, и не заглянув в список нежелательных контактов, соединила звонившего с боссом. Вылетевший из кабинета после разговора начальник так дымился от возмущения, что ему даже ничего не надо было говорить проштрафившейся подчинённой. И так всё было ясно. Джессика встала из-за стола и с понурой головой покаянно пробормотала:

– Простите!

Словно в компенсацию за кучу ляпов, которые допустила Джессика, остаток рабочего дня прошёл для неё спокойно, и то только потому, что гендиректор уехал после обеда. Своего новоиспечённого секретаря с собой не взял. Но и когда вернётся, не сказал. Джессика просидела за рабочим столом пока охранники не начали выключать свет на этаже. Просидела не бесполезно – изучала блокнот, оставленный госпожой Ви в одном из ящиков стола.

Сначала Джессика не решилась в него заглянуть, поскольку посчитала его чем-то личным для госпожи Ви, забытым в девственно пустых ящиках стола в спешке сборов для отбытия в отпуск. Но, когда получила хмурые взгляды начальника за промахи, совершённые по незнанию, всё-таки, решила взглянуть (после того, как босс уехал, конечно).

Блокнот оказался кладезем бесценных сведений о гендиректоре, его привычках и предпочтениях. Оказывается, это целая наука – угождать начальнику. И Джессика поняла, что блокнот лежал в дальнем углу нижнего ящика стола не случайно, что госпожа Ви не забыла его там, а оставила специально, пожалев свою молодую коллегу.

* * *

На следующий день всё, что касается перекуса, Джессика сделала идеально – ровно в 9.00 на подносе перед начальником над чашкой горячего двойного эспрессо поднимался дымок, а скролл благоухал сырным ароматом, смешанным с мясным солёным запахом начинки. Но босс и тут нашёл к чему придраться:

– Ты имеешь понятие о дресс-коде?

Джессика в недоумении оглядела себя – строгая блузка, модные брюки, туфли на высоком каблуке. Насколько она помнила, с её причёской (аккуратно собранные в пучок волосы) и неброским макияжем с утра было всё в порядке. Видя растерянность подчинённой, босс криво усмехнулся:

– Иди и подумай, как должен выглядеть секретарь гендиректора!

Когда Джессика вышла из кабинета, лицо Фрэнка расплылось в улыбке. Ему нравилось придираться к шпионке-стажёру, нравилась её растерянность и её попытки ему угодить. «То-то ещё будет! – подумал он, – Это ещё начало, детка! Ты у меня взвоешь через пару недель и сама уволишься!»

А Джессика в это время ругала саму себя. Стоило ей вспомнить облик госпожи Ви, как она тут же поняла свою ошибку в дресс-коде – разве она когда-нибудь видела чопорную секретаршу гендиректора в брюках?! Исключительно в костюме – кипельно-белая блузка, строгий пиджак и юбка до середины икры. Про дресс-код не было ничего написано в её блокноте, но Джессика и сама могла об этом догадаться!

¹¹ – скролл – традиционная австралийская сырная булочка с начинкой веджимайт  (густая паста на основе пивного сусла)

4

Джессика вызубрила наизусть содержимое блокнота, но сколько бы ни старалась чётко ему следовать, не проходило дня, чтобы босс не находил повод остаться ею недовольным.

* * *

Он устроил ей головомойку и заставил дважды переделывать протокол заседания из-за… шрифта.

– Почему вот здесь и здесь шрифт такой гигантский, а у остального текста хоть под лупой рассматривай?

– Но вы мне сами сказали выделить шрифтом главное…

– И это главное по твоему разумению? Не знал, что ты такая непроходимая дура! Переделай!

– Слушаюсь, господин Бернет.

И в итоге принял, хоть и с недовольной миной, первоначальный вариант протокола.

* * *

Джессика боялась лишнюю минуту говорить по телефону, потому что однажды он сделал ей замечание: «Почему болтаешь по телефону в рабочее время? Разве ты уже закончила работу?»

* * *

– Господин Бернет, я сходила в Аутсортинговую¹² компанию, попросила у них документы, но они мне отказали, поскольку я – стажёр.

– Это то, чем нужно хвастаться? Если что-то идёт не так, это из-за того, что ты стажёр?

– Они не будут говорить со стажёром. Что я ещё могу сделать?

– Сделать ничего не можешь, а ведёшь себя так, будто разбираешься во всём на свете, сама же ни черта ни в чём не смыслишь. Почему ты всё ещё здесь? Иди, думай, как справиться с заданием.

* * *

– Я ещё несколько дней назад поручил тебе подготовить новый договор с Агентством по маркетинговым исследованиям, где он?

Джессика промолчала, что поручение было выдано только вчера, а не «несколько дней назад». Наученная горьким опытом, что сделать что-нибудь «не срочное», означает выполнить «вчера», она уже перерыла папку с договорами по маркетинговым исследованиям, поняла, с какой компанией обычно работает «Электроник Пасифик» и по какой схеме, и потому со спокойной душой ответила:

– Я подготовила договор. Он лежит в этой пачке документов.

– Не уходи. Я посмотрю при тебе, – буркнул босс и углубился в чтение.

Дочитал, кинул бумаги пренебрежительно на стол и насмешливо произнёс:

– И на это у тебя ушло три дня? На то, чтобы вписать новую дату и сумму договора хватило бы и трёх минут, а ты возилась с этим три дня?!? Ладно, фиг с ним, со временем! Я не вижу никаких изменений! Почему, по-твоему, мы должны заключить договор с тем же Агентством, что и в прошлом году?

– Мы работаем с этой компанией много лет. Они хорошо работают.

– Допустим. Но они повысили сумму контракта на десять процентов. Почему?

– Я посмотрела договора с ними за несколько лет. Они каждый год повышают ставку. Я думаю… Я решила… что так положено…

– Кем «положено»? Почему? Я спрашиваю тебя о причине! Ты её знаешь? Ты в этом разобралась?

– Нет… – смущённо пробормотала Джессика, прикусив от досады нижнюю губу.

– То, что ты ещё стажёр, не значит, что можешь быть такой безответственной! Иди! Не работник, а сплошное разочарование.

Джессика тоже была в себе разочарована, ей было так стыдно, что она едва сдерживала себя, чтобы не расплакаться. Ей даже в голову не приходило, что в обязанности секретаря не может входить подготовка каких бы то ни было договоров.

Кто об этом прекрасно знал, так это Фрэнк. Но если эта дурочка готова выполнять любую работу и ей нравится получать за это на орехи, так он с удовольствием будет этим продолжать пользоваться. Лично ему очень нравится, когда её голубые глазищи наполняются слезами, и как в попытке сдержать их, она прикусывает нижнюю губу.

* * *

В одном из протоколов собрания начальников отделов по поводу стратегии продвижения нового продукта Джессика перепутала фамилии руководителей с принципиально противоположными подходами к проблеме. Фрэнк заметил это сразу, но ничего не сказал. Выждал некоторое время, когда процессы уже были запущены, но ещё не нанесли вред фирме. Вызвал обоих начальников отделов к себе, устроил между ними разбирательство, потом присоединил к ним Джессику, как главного виновника недоразумения. И с удовольствием наблюдал, как эти двое нападают на его секретаря. А когда начальники ушли, с ехидством произнёс:

– А ты впечатляешь! Каждый день создаешь новые проблемы. За день умудрилась вляпаться в неприятности с двумя руководителями.

– Если бы Вы учили меня, а не ставили в положение слепого котёнка, поручая мне то, что не входит в обязанности секретаря и, тем более, стажёра отдела программирования, я бы смогла хорошо работать, – неожиданно для босса огрызнулась стажёр.

– Уходи, если не можешь делать элементарные вещи. Я легко смогу тебя заменить.

– Я с удовольствием вернусь к своей специализации!

– Твоё будущее в моей компании будет мрачным и бесперспективным, на какой бы позиции ты не находилась. Я не дам тебе спуску ни в чём и нигде. И я заставлю тебя заплатить за любую ошибку. Всё ещё хочешь остаться?

– Да, я так просто не уйду! И не надейтесь!

Джессике очень полегчало, когда она выпустила пар. И будь, что будет! Ей так надоело ощущать себя триединым первопроходцем, осваивающим континент Австралия в XVIII-XIXвв: заключённым-каторжником, солдатом-воином и несчастным ребёнком из семьи бедных переселенцев. Каторжно трудиться, будучи заключённой в секретарском кресле. Чувствовать себя одиноким воином, сражающимся с самодурством начальника. И с тем большим нетерпением ожидающей возвращения в дружную семью отдела программирования под крыло строгой, но справедливой госпожи Бернайс. Пусть для кого-то она и была злой мачехой, королевой Гримхильдой, а для них, её подопечных – доброй матушкой.

Памятник Первопроходцам Австралии в Сиднее

А Фрэнк в это время размышлял над тем, сама Джессика додумалась до неправомерности его действий или ей это королева Гримхильда подсказала? Да, нелегко будет выпереть эту Паркер с фирмы, а время её секретарства стремительно приближается к концу, и надо что-то придумывать новое, чтобы не допустить её возвращения в отдел программирования, но так, чтобы госпожа Триджелл не возбухла.

Думал обо всём этом Фрэнк с улыбкой на лице. Поневоле, где-то глубоко в душе, у него начала теплиться искорка уважения к этой несгибаемой девушке, Джессике Паркер, пусть и допускающей ошибки, но быстро их исправляющей. Прямолинейно и смело высказывающей ему всё в лицо. Ну, никак не похожей на шпионку!

¹² – аутсорсинг – это передача части функций, операций или бизнес-процессов компании внешним подрядчикам.

5

– Фрэнсис, дружище! Столько времени тебя не видел! Какими судьбами?

– Привет, Элдин¹³! Слышал, у тебя скоро будет презентация новой игры «Электроник Компани»? Хочу взглянуть на игроков.

– А сам не хочешь принять участие? Тряхнуть стариной? – с хитрецой улыбнулся Элдин.

– Ты чего это меня в старикашки записал? – шутливо обиделся Фрэнсис, – Просто не хочу делать результат игры заранее предсказуемым, – добавил он, намекая, что однозначно одержит победу, если будет участвовать, – Не хочу лишать тебя прибыли от ставок на победителя.

Элдин намёк понял и рассмеялся:

– Твоя самовлюблённость с годами не исчезла! Узнаю своего старого друга! Только, знаешь ли, мой дорогой и слишком самоуверенный друг, как бы тебе в этот раз не облажаться, – хитро добавил Элдин, обнимая Фрэнсиса за плечи, и мягко подталкивая к стойке бара, – У нас тут недавно появилась такая клёвая девчонка. Сражается, как тигрица! Пофиг – стрелялки, бродилки, гонки, всех обыгрывает! Парни с ума сходят!

– По её внешности или игре?

– Пока по игре. Её никто не видел. Знают только по нику – Слепой Котёнок. Все надеются, что она дойдёт до финала, вот тогда и посмотрят. Так что у меня ажиотаж с записью и в участники, и в

зрители, но тебя, как дружбана, могу завести со служебного входа.

– Так на отборочных все будут под никами?

– Да! Хочешь, сражайся из дома, хочешь – приходи сюда. А вот в финале придётся расчехлиться.

– Знаешь, я, пожалуй, тряхну стариной, – согласился Фрэнсис, – Хочу посмотреть, чего она стоит. И в плане игры, и в плане внешности.

– Бабник с молодости, к старости – большой бабник! – опять рассмеялся Элдин, переиначив поговорку «Маленькая собачка до старости щенок».

¹³ – Элдин в переводе – «старый друг»

6

Джессика пребывала в наипрекраснейшем настроении. У неё явно продолжалась белая полоса в жизни. И она надеялась, что она ещё долго будет длиться и длиться.

Началась полоса с окончанием её работы секретарём и переводом в… архив. Нет, поначалу-то Джессика ужасно расстроилась, что  начальник не позволил ей вернуться в отдел программирования, но потом поняла своё счастье. Работа была не пыльная, хоть и среди кучи старых документов. Дай бог, чтобы один раз в день кто-нибудь спускался в архив или звал её к себе, чтобы передать уже не нужные для работы документы. Её задачей было найти им место и завести на них карточку. Для этого в архиве стоял компьютер. А если есть компьютер и куча свободного времени, что ей может помешать заниматься любимым делом? Да ничего! Ребята быстренько подключили её комп к сети отдела, и она начала работать удалённо. А когда надо было провести общее собрание, чтобы не подставлять Джессику под гнев босса, если он обнаружит её отсутствие в архиве, спускались к ней. И всё чаще приходили, чтобы и пообедать вместе, и просто попить чайку.

Ещё один плюс архива, помимо того, конечно, что ей не надо было каждый день лицезреть недовольное лицо босса, было чёткое расписание работы. Наконец-то Джессика могла распоряжаться своим временем и что-то планировать. Она  пересмотрела кучу пропущенных фильмов. Возобновила встречи с сестрой. Сходила в свою любимую пиццерию «ComeBackAgain!». С Патрисией, конечно! (Ага, «Второй раз я сюда ни за что не приду!» Не пойдёт, как же! Первым делом туда с Джессикой побежала, едва сестру отпустили с галеры).

Неожиданно полезным оказалась работа в архиве и с точки зрения знакомства с документами по управлению бизнесом. Ведь когда-то они с Пат начнут свой собственный бизнес. На создание большой фирмы они не претендовали, но и с небольшим количеством сотрудников знания по управлению необходимы. Так что – спасибо и низкий поклон злобному боссу, сославшему Джессику в архив!

А ещё Джессика гораздо больше смогла уделять времени компьютерным играм, к которым пристрастилась, когда стала стажёром «Электроник Пасифик». К играм у неё, прямо-таки, талант обнаружился. Она схватывала суть игры на лету и интуитивно чувствовала, как надо поступать, когда попадала в трудную или незнакомую ситуацию. Плюс быстрота реакции, и дело у Джессики не просто пошло, а поскакало. Они с Патрисией даже свою мечту изменили. Вместо мультипликационных комиксов решили заниматься компьютерными играми. Патрисии было всё равно, что рисовать, ведь игры тоже строились вокруг какой-то интересной истории, а Джессике

приятно будет в будущем заниматься любимым делом.

Игры вывели Джессику на игровые клубы. Она познакомилась с кучей таких же игроманов, как она сама. Познакомилась виртуально. Играли, общались, не видя друг друга, представляясь никами, а не именами. Джессику инкогнито устраивало. Так же как и в первый месяц стажировки, она чувствовала себя поначалу в играх потеряшкой, ничего не понимала, переживала, сомневалась в себе. А, спрятавшись за ником, это было не так стыдно. И только когда обрела уверенность в себе, когда победы стали сыпаться на неё, как из рога изобилия, она решилась выйти из тени.

Выйти удалось удачно, даже супер удачно – выиграв в презентационной игре «Электроник Компани». Прикольно было, выиграв в финале у представителя «Электроник Компани», получить существенный денежный приз от фирмы дяди, который всегда с презрением относился и относится к её семье.

Правда, из-за выигрыша был и один негативный момент. Теперь в баре парни ей прохода не давали. Подкатывали постоянно, чтобы познакомиться. Джессика отвечала всем вежливо, но на более близкий контакт не шла. Стоически ждала, когда поток желающих с ней сойтись поближе иссякнет. Как-то не хотелось опять уходить в тень и играть только из дома. Рубиться на соседних компьютерах, когда вокруг полно людей одной с тобой крови, болеющих за тебя или твоего соперника, оказалось очень весело!

* * *

Френсис не хотел раствориться в толпе парней, жаждущих приударить за Джессикой, а потому наблюдал со стороны. Подошёл, когда основная масса парней получила вежливый, но твёрдый отлуп.

– Привет! Ты классно играешь! Позволь тебя угостить?

Слова раздались неожиданно, поскольку Джессика уже решила, что пляски парней вокруг неё закончились. И оригинальностью слова не отличались – вариаций с таким же смыслом она наслушалась за последние дни ого-го сколько. Подняла глаза на говорившего с нейтрально-вежливым выражением лица. Картинка ей понравилась. Высокий парень с буйной светлой шевелюрой смотрел на неё ярко-голубыми глазами, доброжелательно, но не заискивающе. И улыбался так открыто, что у Джессики поневоле губы растянулись в улыбку.

– Тебя же Джессикой зовут? – продолжил незнакомец и представился, – А я Фрэнсис.

При имени шефа по лицу Джессики пробежала тень. Возможно, парень заметил это, поскольку поспешил добавить:

– Можешь звать меня по нику – Танцующий Кит, или просто – Кит.

– Постой, – удивилась Джессика, – так ты тот самый Танцующий Кит, который…

– Тот самый, – перебил, вздохнув Фрэнсис, – который позорно продул в полуфинале.

– Ты так классно играл! Я следила за твоей игрой. Думала, будем биться с тобой в финале. Что с тобой случилось? Мне показалось, прости… что ты специально слился.

Фрэнсис наклонился к Джессике и заговорщицки произнёс:

– Обещаешь сохранить мой секрет?

– Клянусь! – торжественно произнесла Джессика со смешинками в глазах, потому что точно такие же смешинки плясали и в глазах парня. Она даже руку с тремя пальцами вверх подняла для

подтверждения клятвы.

– Руку свело, – погрустнел Фрэнсис.

– Жаль! – серьёзно и искренне посочувствовала Джессика (заболевание рук было частой бедой игроков компьютерных игр, особенно среди профессионалов) и повторила, – Я бы с тобой с удовольствием сразилась.

– Так в чём дело? Пошли сейчас! – широко заулыбался Фрэнсис.

– А как же твоя рука?

– Ну, сейчас же она не болит! – легкомысленно отмахнулся соперник, – На что играть будем?

– Ужин? – предложила Джессика первое, что ей пришло в голову.

– Замётано! Ужин за счёт проигравшего в любимом ресторане победителя.

Фрэнсису было всё равно – обыграет он девушку или нет. Он уже чувствовал себя победителем. Она не отвергла его сходу, как остальных. Сама предложила пойти на ужин, что было равнозначно свиданию, и оно состоится при любом исходе игры. Свою ладонь из его руки не выдернула, когда он вёл её через весь бар к свободным мониторам.

7

Следующим вечером Фрэнсис лихо подвёз Джессику на байке к… пиццерии «ComeBackAgain!»

– Это твой любимый ресторан?! – воскликнула Джессика, – Мой тоже!

– Уф! Ты просто огромный камень сняла с моей души. Боялся, подумаешь, что я жмот какой-то. Привёл девушку в забегаловку вместо ресторана. Но договор есть договор.

Джессика рассмеялась:

– Все в первый раз говорят, что забегаловка, а потом становятся постоянными посетителями, – и добавила лукаво, – Угадаешь по компонентам мою любимую пиццу?

– А давай так, – предложил Фрэнсис, – ты компонент, я компонент, и вместе угадаем наши любимые блюда?

– А, давай! – поддержала Джессика, – Я начинаю: моцарелла.

– Пармезан.

– Салат айсберг.

– Сливочный соус.

– Филе куриное…

– Тандури¹⁴, – закончил за Джессику Фрэнсис.

Оба замерли на мгновение и вместе произнесли:

– Чикен-крем!

– Прикольно совпали! Интересно, а в следующей совпадём?

– Давай, на раз-два-три? Раз… два…три!

– Блю чиз пиа¹⁵! – произнесла Джессика.

– Альфредо¹⁶! – одновременно с ней произнёс Фрэнсис.

– Ну, вот, не совпали! – разочарованно протянула Джессика.

– В чём-то мы будем совпадать, а в чём-то дополнять друг друга, – беря девушку за плечи и заглядывая ей в глаза, произнёс Фрэнсис.

И хорошо, что в этот момент подошла их очередь заходить в зал, потому что дальше, по закону жанра, должен был произойти поцелуй. Между ними уже возникла тонкая ниточка взаимного притяжения. Сближения, контакта хотелось обоим. Но было ещё слишком рано…

* * *

Первый голод был уже утолён половиной съеденной на двоих пиццей, в желудке разлилось приятное тепло, и Фрэнсиса потянуло на разговоры:

– Джес, открой мне один твой секрет…

– Хочешь дашь-на-дашь? – мягко улыбнулась девушка, намекая на секрет о руке, который он раскрыл ей в баре.

– Мне просто любопытно, – произнёс Фрэнсис, накрывая её руку своей рукой, – Если это что-то болезненное… если не захочешь сказать, я не обижусь…

– Да ладно тебе! Нет у меня ничего такого в жизни. Спрашивай!

– Что у тебя связано с моим именем? Почему оно тебе так не нравится?

– Заметил, да? Ничего особенного! Обычное дело. Фрэнсис – так зовут моего начальника, – Правда он предпочитает, чтобы к нему обращались Фрэнк.

– Он тебя достаёт?

– Редкостный зануда. Чем-то я его раздражаю. Устроил мне развесёлую жизнь на работе. Спит и видит, чтобы я сама прервала стажировку и ушла из «Электроник Пасифик».

– А ты не хочешь? Зачем мучиться? Вы же можете каждые три месяца разбежаться «по обоюдному согласию», насколько я знаю. Не хочешь уйти в схожую по направлению фирму, в ту же «Электроник Компани», например?

– Ещё чего! – возразила Джессика, запуская в рот очередной кусок ароматной пиццы, поскольку ей показалось, что, съеденное ранее уже утрамбовалось в её желудке, – Я с таким трудом попала в «Электроник Пасифик» и не собираюсь уходить оттуда добровольно. Есть только одна Бернайс Триджелл, и, пока она там, плевать я хотела на все его придирки.

– А кто она?

– О! Это же легенда программирования! Ты о ней не слышал? Без неё «Электроник Пасифик» не стал бы той компанией, какой является сейчас. Я только из-за неё туда рвалась на стажировку.

– Я далёк от программирования. Моя область деятельности финансы. Компьютерные игры – моя страсть, но как там всё устроено интересует меня только с точки зрения результата, а не процесса их создания.

– А я наоборот. Меня заинтересовал результат с точки зрения процесса создания. Но это оказалось так весело, что я увлеклась. А ещё прибыльно, что тоже немаловажно.

– Возвращаясь к твоему начальнику. Я переживаю за тебя.

– Не стоит. Сейчас уже всё в порядке. Это когда он меня в секретари выдернул, вот тогда поиздевался вволю. Орал, унижал, однажды даже «дурой» обозвал. А сейчас я в архиве сижу. Он думает, что в ссылку меня отправил, а на самом деле на курорт. Никто не дёргает, работа – не бей лежачего, допоздна сидеть не надо. Лафа, да и только!

– После того, что ты мне рассказала, я ещё больше возненавидел имя Фрэнк. Я его никогда не любил, поэтому всем представляюсь полным именем Фрэнсис. Почему-то все думают, что я американец, когда слышат Фрэнк…

– А ты разве нет? Я тоже сразу подумала, что ты из Америки.

– Я – англичанин.

– Из самого Лондона?

– Из самого что ни на есть. Неужели по мне не видно?

– Светлые волосы, голубые глаза, голливудская улыбка, – начала говорить Джессика с самым серьёзным и вдумчивым видом рассматривая своего визави, – Нет ни котелка, ни трости, ни лайковых перчаток, ни белого шарфа. Нет, ты совершенно не похож на английского джентльмена, – вынесла она вердикт и не выдержала, хихикнула, – Разве что именем Фрэнсис…

– Я обиделся! – надул губы Фрэнсис, сложил руки в замок и демонстративно отвернулся, а сам косил взглядом на Джессику.

– Да ладно тебе, я же пошутила! Не обижайся!

– Чем будешь компенсировать? – мгновенно отреагировал он.

– А что ты хочешь?

– Кино, попкорн, пиво, танцы при луне, звёзды на небе, море, песок…

– Стоп-стоп-стоп! Притормози! А то я всё не запомню! – рассмеялась Джессика, – Давай пока остановимся на первом пункте.

– Ключевое слово – «пока». И на первых трёх пунктах. Доки?

– O`кей!

* * *

Домой Фрэнсис возвращался таким счастливым! Хотелось отпустить руль, вскинуть руки вверх и орать на весь мир. Он так много сегодня узнал о Джес (она сама разрешила называть её этим домашним именем). Узнал, почему она хотела прийти на работу в «Электроник Пасифик». Узнал, почему она так сморщилась, когда услышала его имя. Узнал о её чувстве юмора. И о том, что он ей нравится, иначе смог бы он так легко выторговать следующее свидание? Фрэнсису ещё очень о многом хотелось узнать, но он побоялся расспрашивать дальше. Всему своё время…

Джессика никак не могла заснуть от счастья. Даже первое поражение в игре не могло испортить этого ощущения. И даже то, что парня, который ей понравился впервые со времён её школьной влюблённости, зовут также как и ненавистного начальника, она воспринимала не как досадное совпадение, а как компенсацию мироздания за месяц каторжных работ в должности секретаря. Зато, какими сладкими были другие совпадения – любимый ресторан, любимая пицца, любовь к компьютерным играм. Их взаимное желание побольше узнать друг о друге. Полное отсутствие неловкости, которое обычно возникает при первом знакомстве. Общение было таким лёгким, будто они знакомы тысячу лет. А каким милым было его беспокойство о ней! И как мастерски он назначил ей следующее свидание! Как явно показал свою заинтересованность в ней.

¹⁴ – курица «тандури» – филе маринуется в йогурте с многокомпонентной смесью приправ «тандури-масала». Запекается в глиняной жаровне «тандури» на большом огне. Курица получается с ароматом дымка, сочной, с выраженным острым вкусом и умопомрачительным пряным ароматом.

¹⁵ – нежная пицца со сладкой грушей, ароматным сыром с голубой плесенью, сливочным сыром и хрустящим миндалем.

¹⁶ – пицца со сливочно-шпинатным соусом, моцареллой, ветчиной, ароматным беконом, шампиньонами и сочными томатами.

8

Из зала их с позором выгнали. Не дали досмотреть фильм до конца, хотя большинство зрителей их поддерживали дружным смехом. Но нашёлся кто-то, кто нажаловался. Злыдни! Где она, наша хвалёная демократия?!

А началось всё с пива, которое протащил в зал Фрэнсис в банках из-под колы. Джессика хлебнула и закашлялась, не ожидая пенное хмельное вместо сладкой газировки.

– Как?! – спросила удивлённо Фрэнсиса.

– Парень обещал – парень сделал! – с хитроватой улыбкой ответил тот и секрет подмены не открыл.

Продолжение фильма «Джокер» – «Джокер: безумие на двоих» оказалось полным отстоем. Надо же было такое намешать – мультики, мюзикл, поджог, изнасилование и всё это под вывеской психологического триллера. Главный герой, Артур Флек, прозванный Джокером из-за неврологического расстройства, которое заставляет его смеяться в напряжённых ситуациях, находится под стражей в психиатрической лечебнице Аркхем в ожидании суда за серию убийств (о них рассказывалось в первой части дилогии). В лечебнице Джокер встречает девушку Ли, с которой у него завязываются романтические отношения (секс и беременность). Потом выясняется, что Ли не пациентка, а студентка-психиатр из состоятельной семьи и добровольно оказалась в Аркхеме. Её беременность – тоже ложь.

Фрэнсис почти сразу заметил, что Джес фильм скучен, а когда тот докатился до отвратительной сцены унижения и изнасилования Джокера охранниками, он понял, что надо спасать положение, и принялся комментировать его в юмористическом ключе. Лечебница у него превратилось в некое тридесятое царство, Ли и Артур в сестру и брата. Между ними всё было токсично, как в банке, где заперты умственно отсталые пауки. Но однажды в эту банку ворвались грабители, под наркозом удалили у брата и сестры все зубы, а самих их связали шея к шее шипастым чокером¹⁷. Таким образом, вторая часть «Джокера» превратилась в устах Фрэнсиса в «Чокер: беззубие на двоих».

До финальной сцены фильма, где некий молодой человек убивает Артура ножом, а потом вырезает им улыбку на своём лице (заявка на превращение дилогии в трилогию), досидеть Фрэнсису и Джессике не дали – выгнали. И отлично!

– Джес, клянусь, больше я так не облажаюсь, – заверил Фрэнсис девушку, под шутовским тоном скрывая неловкость от того, что потащил её на такой тягомотный фильм.

– Да, уж! – строго произнесла Джессика, а в глазах её плясали смешинки, – Что у нас там по расписанию? Танцы при луне? Надеюсь, романтика не обернётся хоррором¹⁸?

¹⁷ – чокер – петля из троса, которой стягивают брёвна при лесозаготовке. В древности чокером назывался ошейник с медальоном, который являлся признаком раба.

¹⁸ – хоррор – жанр в кино и литературе, который стремится напугать зрителей и читателей. Этот термин происходит от латинского слова horror – «ужас, оцепенение». Как правило, произведения этого жанра посвящены чудовищам, потусторонним силам и различным жутким событиям.

9

Как ни странно, но белая полоса удачи Джессики начала сужаться и блёкнуть с возвращением её в отдел программирования. А всё из-за гендиректора Фрэнка Бернета! Как она ни пыталась избегать встреч с ним, всё равно приходилось сталкиваться. То в дверях, то в лифте, то в кафе во время обеденного перерыва. Он будто специально подкарауливал её, выныривал прямо перед носом. Бред, конечно, но так Джессика ощущала. А ещё чувствовала унижение и из-за этого раздражение, потому что приходилось останавливаться, кланяться, приветствовать, а он проходил мимо, не замечая. Так может и не стоило кланяться и приветствовать? Всё равно же не видит. Но трусость и опасение, что она не завершит из-за такого пустяка стажировку, брали своё.

Джессика так гордилась, что госпожа Бернайс позволила ей, ещё стажёру, участвовать в разработке отдельного самостоятельного участка программы нового продукта, но на первом же собрании с гендиректором получила от него нагоняй. Причём, абсолютно не справедливый. За ошибку, которую совершила не она.

Гендиректор оборвал на полуслове её бодрый доклад и велел вернуться по программе на несколько шагов назад.

– Вот здесь, остановись, – приказал он, когда Джессика прокрутила изображение на экране до нужного момента, – Здесь в коде ошибка. После того, как код будет внедрён, кража данных займёт всего несколько часов. На поиск подобных лазеек уходит несколько месяцев усилий кучи специалистов. Что ты будешь делать с утечкой информации, которая произойдёт за это время? Если бы ты была моим штатным сотрудником, а не стажёром, я бы запретил тебе показываться на работе уже с завтрашнего дня. Но в данном случае пусть решает твоя наставница, кто будет нести ответственность за эту ошибку. Все свободны!

Ни ответить не дал, ни оправдаться. Ни Джессике, ни Стиву, который допустил ошибку в коде, ни госпоже Триджелл. Стив и Джессика сделали попытку открыть рот, но руководитель отдела так на них зыркнула (вот уж и впрямь, королева Гримхильда!), что они тут же заткнулись и потрусили из кабинета босса. А вот госпожа Триджелл осталась.

– Вас что-то беспокоит, госпожа Бернайс? – подчёркнуто любезно спросил начальник.

– Ни в коем случае, господин Бернет. Так, несколько мелких вопросов, – таким же елейным тоном ответила подчинённая, – Вы позволите мне отнять несколько минут Вашего драгоценного времени?

Фрэнка не мог обмануть тон госпожи Триджелл, он понял, что она едва сдерживается от гнева, и посчитал за благо промолчать, лишь жестом показав ей продолжать.

– Вы приказали мне не контролировать команду программистов на этом этапе. И я выполнила Ваше распоряжение. Вы заметили ошибку в программе, что на начальном этапе нового продукта вполне допустимо, но сделали из неё далеко идущие выводы. Кроме того, заметив ошибку, Вы не могли не заметить, кто был ответственным за ту часть программы, где она была допущена, но ответственность повесили на другого человека. Вы запретили мне высказывать своё мнение на собрании при всех, и я промолчала. Но теперь, после собрания, я могу говорить и хочу спросить Вас: Вы недовольны моим руководством отдела программирования? Скажите прямо – мне уволиться?

Фрэнк понял, что перегнул палку, и испугался, но имидж босса надо было поддержать, поэтому ответил сдержанно:

– Госпожа Бернайс, у меня нет к Вам претензий, как к руководителю отдела. Мои выводы касались сотрудников Вашего…

Королева Гримхильда не дала договорить начальнику, перебила:

– Раз ко мне нет претензий, как к руководителю отдела, то со своими сотрудниками я разберусь сама. Как Вы и сказали – мне решать, кому нести ответственность, – добавила она со змеиной улыбкой. И вышла из зала, не спросив у гендиректора разрешения удалиться.

«Вот ведь, истинная королева!», – невольно подумал Фрэнк.

* * *

У Джессики на душе было так паршиво после собрания, хотя её вины в произошедшем не было ни на вот столечко. Схожие чувства испытывали и остальные сотрудники отдела. В офисе стояла напряжённая тишина. И не потому что они все старались расслышать, что творится за дверями кабинета их руководителя. И так всё было ясно – взбешённая госпожа Триджелл, лишь на 5 минут задержавшаяся с боссом в зале для собраний, песочила Стива, допустившего ошибку. Не было ни единого человека в отделе, кто бы не испытал на собственной шкуре как она мастерски умеет это делать! Её острый язык режет как бритва, но при этом она не опускается до личного, только по работе, всё справедливо. После разговора с ней хочется тут же всё исправить, в отличие от босса, который унижает, говорит через губу. После разговора с ним, хочется пойти и умыться. Она – стимулирует, он опускает.

Трель телефона заставила Джессику вздрогнуть. Она с опаской посмотрела на экран, боясь обнаружить там звонок от босса, но увидела, что звонит Фрэнсис, и на душе у неё потеплело. Как же хорошо, что он позвонил! Будто почувствовал, как ей плохо. Но свободно разговаривать не могла, ответила приглушённо и односложно:

– Да.

– Тебе неудобно говорить? – сразу догадался Фрэнсис.

– Да.

– Ты на собрании? Извини, что не вовремя.

– Нет.

– Мне перезвонить позже?

– Нет. Говори.

– Ты расстроена? – понял Фрэнсис.

– Есть немного.

– Опять начальник?

– Ага.

– Хочешь, я подъеду к тебе прямо сейчас?

– Не получится.

– А после работы?

– Хорошо.

* * *

Фрэнсис и Джессика встретились в Уестгейт парке на берегу озера. Закатные лучи солнца, пробивающиеся сквозь облака, окрасили небо в розовый цвет. Но вода в озере была розовой не из-за отражения в ней небесной красоты. Осень стояла тёплой, и озеро ещё не поменяло свой цвет с розового¹⁹ на голубой, привлекая туристов, влюблённые парочки и просто праздно шатающуюся публику.

Джессика сидела рядом, но была погружена в свои мысли. Фрэнсиса это не устраивало, и он

попытался растормошить девушку:

– Пойдём, поедим вкусняшек?

– Не хочу пока есть…

– Может, в кино?

– Нет настроения…

– А в клуб? Зарядим стрелялки, убьёшь своего шефа пару раз – и на душе полегчает!

Джессика прислушалась к себе и покачала головой:

– Не тянет…

– Неужели всё так плохо? Хочешь, я приеду и наваляю ему по первое число?

Джессика, видимо, представила себе, как её парень колотит своего тёзку, и издала звук, отдаленно похожий на смешок, а потом, вздохнув, произнесла:

– Спасибо, конечно, но не стоит.

– Что мне тогда сделать, чтобы ты повеселела? Скажи!

– Ты прав – не всё так плохо. Я просто размышляю над словами госпожи Триджелл. А она сказала, что отрицательный опыт не менее важен, чем положительный, просто надо научиться извлекать уроки и из него. Я тут подумала, – оживилась Джессика, – а ведь она права. Я считала месяц моего секретарства потерянным временем. Но на самом деле там был один урок. Босс поручил мне подготовить один договор, а я отнеслась к заданию поверхностно, в суть договора не вникла, не изучила материал глубоко, ну, и получила головомойку. Вполне справедливо. Сегодня не было справедливо, но и здесь можно извлечь урок: если хочешь быть успешным, должен быть на голову выше своих подчинённых, хоть на уровне босса, хоть сошкой поменьше. Это мне всё пригодится, когда мы с Пат создадим свою фирму…

– А кто такая Пат? – вклинился в монолог Джессики Фрэнсис, услышав незнакомое имя.

– Пат – это Патрисия, моя сестра. Она классно рисует. Сначала мы хотели заниматься мультипликационной рекламой, но потом я увлеклась играми. Не хочется их бросать, поэтому сейчас нахожусь в раздумьях.

– Хочешь составить конкуренцию своему боссу?

– Куда нам! – махнула рукой Джес, – «Электроник Пасифик» это гигант. А есть ещё «Электроник Компани», «Интел ин». Не пробиться ближайшие лет десять. Посмотрим, может, после Лондона придут в голову какие-то классные идеи…

– Ты в Лондон собираешься?

– Да, после стажировки. Поэтому не могу позволить боссу выгнать меня с фирмы. Буду терпеть, – обречённо вздохнула Джессика, – Буду брать с него пример, только наоборот.

– Это как?

– Как делать нельзя. Буду боссом справедливым, уважительным к сотрудникам и… И что-нибудь ещё найду в нём отрицательного, и сделаю наоборот. Ну, его! Давай поедим? Что-то я проголодалась!

* * *

Перекусили они на крытом продовольственном рынке Грейзленд на берегу реки Ярра жареными мясными шашлычками паксой – восхитительно сладкое и пикантное блюдо, сочетающее свиной фарш и сосиски, завернутые в маслянистый блинчик толщиной с бумагу.

На байке, прижимаясь к надёжной спине Френсиса и обхватив его руками для надёжности, Джессика думала о том, что так неудачно начавшийся день, заканчивается столь восхитительно. И всё благодаря Фрэнсису! Они ещё даже за руки не держались, но, когда он её встречает и провожает, у неё есть законное основание прикоснуться к нему и почувствовать тепло его тела. И никто при этом не посмеет усомниться в её девичьей скромности!

¹⁹ – розовый цвет озера в Уестгейт (Westgate) парке не является результатом загрязнения. Впервые озеро поменяло цвет в 2012г и связано это было с повышением концентрации соли в воде из-за высокой температуры, большого количества солнечного света и отсутствием осадков, что, в свою очередь, привело к повышенному выделению бета-каротина водорослями озера.

10

Провести выходные в Сиднее Джес отказалась, сославшись на какие-то мифические семейные дела из-за которых её могут дёрнуть, а вернуться в Мельбурн будет проблематично.

А Фрэнсис так всё тщательно распланировал! Обед во вращающемся ресторане²⁰ Сиднейской телебашни (суп из хвоста кунгуру, барбекю из маринованных рёбер крокодила, филе мяса акулы в кляре, стейк из рыбы-меч). Подъем по боковой арке моста Харбор-Бридж, прозванный в народе «Вешалка» за его форму, на его вершину (134м над уровнем моря, между прочим), откуда открывается захватывающая дух панорама города. Леденящий душу хоррор, жуткий и красивый одновременно, как утверждает реклама, «Пикник у Висячей скалы» в Сиднейском оперном театре. И, наконец, ужин на крыше отеля Шангри-Ла. Тут тебе и луна, и звезды, и прекрасные виды на Сиднейский залив. Хочешь – отдыхай в мягких креслах, хочешь – топчись или скачи на танцевальной площадке, хочешь – потягивай коктейль, не выходя из бассейна. Романтика! Плавно перетекающая в ночь. В одном или в двух номерах? Как пойдёт! Фрэнсис надеялся, что в одном…

Сиднейская опера и Харбор-Бридж

Покорители моста, дошедшие до вершины

Сидней отпал, но у Фрэнсиса был запасной план, совмещающий луну, звезды, море и песок – палаточный кемпинг «Доброе утро» на берегу залива Порт Филлип. Добраться туда можно было и на байке, а, значит, и вернуться в любой момент.

Джес возражать не стала. Но согласилась только на день. Без ночёвки.

* * *

Кемпинг был забит до отказа. Влюблёнными парочками, компаниями друзей, молодыми семьями с маленькими детьми. Фрэнсис и Джессика прибились к компании из трех парней и одной девушки, тоже добравшихся сюда на байках. Играли в волейбол, резвились, как дети, в догонялки («нечаянный» повод пообниматься), и «пали» ещё ниже, строя из песка сказочные замки. Обед приготовили на костре, сложив в общую кучу припасы, привезённые из дома.

После обеда Фрэнсис и Джессика решили прокатиться на лодке к небольшому островку. Делать там было нечего, только прогуляться по кругу, да взобраться на невысокую скалу. Что они и сделали. Брели по песку, взявшись за руки. Вечером их ждал костёр, песни под гитару, как пообещали новые знакомые, горячие игры, типа «правда или действие», «бутылочка», луна и звёзды. Но сейчас им обоим хотелось уединения.

Только вот наслаждаться друг другом и прекрасными видами моря с вершины скалы долго не удалось. Вдруг подул холодный ветер, и небо стало затягиваться тучами. Пока не поздно, надо было убираться с острова. Прятаться тут было негде, а непогода могла растянуться на несколько дней. И Фрэнсис налёг на вёсла.

Сначала справиться с лодкой не удавалось. Ветер поднял волны, и они настойчиво швыряли лодку обратно к острову. Но, когда пошёл дождь, ветер стих, и до берега они добрались благополучно. Только промокли насквозь. Хорошо, что Фрэнсис благоразумно арендовал палатку на сутки, а не на один день. Им хотя бы было, где переждать непогоду и обсушиться. О том, чтобы возвращаться в город под дождём на байке, и речи не было.

Так что так прекрасно начавшийся день, закончился столь плачевно. Море и песок были, но ни звезд, ни луны не было и в помине. Эх! Что такое «не везёт» и как с ним бороться. Хотя… Это с какой стороны посмотреть.

Конечно, то, что погода испортилась, это в чистом виде невезение. Но ведь им удалось вырваться с острова. И что это, как не везение?! Пусть он стёр до крови ладони, упираясь на веслах, но зато как нежно потом Джес за ним ухаживала – промыла ссадины, смазала йодом, дула, чтобы ему было не больно. А потом нежно пела ему колыбельную под шум дождя.

Конечно, спать на тёплой, мягкой постели дома куда как комфортней, чем в палатке, но… Но в палатке тоже было тепло. Администрация кемпинга расстаралась, выдала бедолагам, что застряли здесь в непогоду, дополнительные одеяла. А ещё в палатке было очень уютно. По брезенту мерно стучат капли дождя, выбивая успокаивающую, почти  медитативную мелодию. Рядом тихонько сопит Джес.

Так быстро заснула? А вот он никак не может… Так хочется прижаться к ней, обнять, почувствовать её горячее тело, ощутить её дыхание на своей коже… Но какое там, если он даже взять её за руку ещё не решился. На острове, пока гуляли, было так естественно держаться за руки. А когда остались наедине в палатке – оробел. И это он, который с лёгкостью завязывал знакомства, вступал в отношения, и также легко расставался. Что за наваждение? Что за барьер между ними?

* * *

Проснулась Джессика на груди у Фрэнсиса. Он спал на спине, раскинув руки, а она пристроилась не то что рядом, а прямо на нём, да ещё и обнимала. От представленной мысленно картины Джессику бросило в жар. Она осторожно сползла с Фрэнсиса. Отодвинулась на самый край матраса, стараясь создать между ними максимальное расстояние.

Что это с ней? Что за наваждение? Ни девственницей, ни застенчивой скромницей Джессика не была. Но и  моралисткой-затворницей тоже. Нет, парней не коллекционировала,  но и от отношений с тем, кто нравился, не отказывалась. Только Фрэнсис в этой иерархии занимал особое место. Недаром они с Пат  вспомнили Хэвена²¹

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.