Стася Лежина
Главное верить

Глава 1: Всё, что происходит впервые, навсегда остаётся в памяти

Капли дождя стекали по его лицу. Он не замечал, что давно промок насквозь, но возвращаться домой совсем не хотелось. Родители начнут задавать вопросы: как прошёл выпускной, как провели время, как квест и так далее. Конечно, будут правы, ведь именно они оплатили кафе, лимузин, фотоальбом и прочие мелочи. Кирилл лёг на траву рядом с футбольными воротами, закрыл глаза, не замечая, что там лужа.

Только утром он, подставляя лицо первым лучам солнца, бежал свой марафон по этому же стадиону. Он делал это каждое утро на протяжении уже двух лет. Пробежки помогали ему собраться с мыслями и подготовиться к предстоящему дню. Он был настолько воодушевлен, что решил именно сегодня признаться однокласснице в своей симпатии. Маша Макарова. Маруся. Кирилл вздохнул и погрузился в воспоминания.

В конце февраля Ирина Викторовна, классный руководитель, объявила, что пора начинать репетировать вальс на последний звонок. Предложила ребятам остаться после уроков и разбиться на пары. Встреча была назначена в актовом зале. Кирилл стоял напротив неё, чувствуя, как потеют руки, а сердце отдается в ушах тяжелыми ударами. Кир набрал побольше воздуха в грудь.

– Это тебе не через козла прыгать, да, Лопухин? – усмехнулась Маша.

– Кирилл, – хриплым голосом сказал он, переминаясь с ноги на ногу. – Меня зовут Кирилл.

– Ну что, Ки-ри-лл, – Маша выделила его имя голосом и взяла его за руку, – только не отдави мне ноги.

Теплота её ладони, дыхание, мягкий аромат ванили и еще чего-то очень знакомого вновь заставило его сердце биться быстрее. Он осторожно положил руку на её талию и начал считать: раз, два, три, раз, два, три… Зазвучала музыка.

Восьмое марта. Они с парнями долго думали, как оригинально поздравить своих одноклассниц. Им хотелось превзойти девчонок в креативности. Однако в итоге споры ни к чему не привели. Тогда Ваня предложил смонтировать ролик из их общих фотографий и написать красивые пожелания.

Ребята закупились розами и торжественно вошли в класс, чтобы вручить цветы девочкам. Второй раз за этот год парни надели белые рубашки и деловые костюмы. Кириллу казалось, что с розой в руках он выглядел как крутой мачо. Он протянул цветок Маше, чувствуя, как краска заливает его щеки.

– Тебе, – тихо сказал он и поцеловал девушку в щёку.

– Блин, Лопухин! – смутилась Маша, услышав за спиной одобрительные возгласы, и с шумом села за парту. С растерянностью взглянув на подарок, она заметила привязанную к стеблю ленточку с картой в «Золотое яблоко» и совсем забыла о том, что на доске уже транслировался поздравительный ролик.

«Ничего не выйдет», – отправила она послание в мессенджере своему партнеру по вальсу. «Я все равно попытаюсь», – прочитала Маша в ответ и, подняв глаза. Он подмигнул ей и широко улыбнулся. А у самого бешено билось сердце от поцелуя в щеку напоказ.

Он понимал, что Маша – не просто партнёрша по вальсу, и что его чувства к ней гораздо глубже, чем он мог себе представить. Но он также знал, что сейчас не время и не место для разговоров о чувствах. Поэтому он решил сосредоточиться на танце и постараться забыть о своих эмоциях хотя бы на время. Пока.

У Кирилла было много обязательств. Конечно, на первом месте стояла учёба. Кроме нее, он занимался общественными делами в школе, подрабатывал в Яндекс-доставке и был волонтёром в приюте для животных.

– Ты зря тратишь время, – как-то раз сказал Ваня, сидя у Кирилла на кухне. – Мы закончим школу, ты поступишь в колледж, она, быть может, куда-то уедет учиться. И…

– Давай не будем загадывать так далеко. В нашем городе достаточно колледжей и вузов, чтобы остаться здесь, – прервал друга Кирилл. Он не хотел больше слушать. С громким шуршанием распечатав пачку чипсов, он разложил хрустящие кружочки по мискам и направился в комнату.

– Пошли! Судя по названию, нас ждет море крови, мешок костей! – крикнул Кир и включил ужастик, который они с Ваней давно планировали посмотреть.

– Я знал, что ты шибанутый на голову! – вздохнул Иван.

– У меня сотряса не было! – улыбнулся Кир. – Потому что сотрясаться нечему.

– Смотри, чтоб не было так, как в младшей группе садика с Алисой. После того как она уехала жить в другой город, ты лежал с температурой целую неделю, – напомнил другу Иван про первую любовь Кирилла.

Свидание всё же произошло. И не одно, а несколько. Но самым ярким и запоминающимся стало первое. Всё, что происходит в жизни впервые, оставляет глубокий след в памяти: первое сентября в первом классе, первая золотая медаль на городских соревнованиях по лёгкой атлетике, первая любовь и даже первый шрам.

Он сидел в зале кафе, наматывал шнурок спортивной худи на палец и не знал с чего начать. Маша протянула руку и поправила челку Кирилла.

– Откуда у тебя шрам на лбу? – спросила она.

Кир вздрогнул от неожиданного прикосновения и на мгновение замер, не зная, как реагировать. Потом он медленно поднял глаза на Машу и начал рассказ.

Ему было семь лет. Это был последний месяц перед тем, как он пошёл в первый класс. Весь август Кирилл отдыхал с родителями в Гурзуфе, недалеко от Артека. Дорожки в городе были крутыми и извилистыми, кипарисы высокими, а солнце обжигающим. Мама была против того, чтобы ездить на пляж на велосипедах, а папа видел в этом прекрасную возможность для небольших семейных путешествий. Однажды Кир не заметил, как, несясь с горы, набрал слишком большую скорость. Педали крутились быстрее, ноги не успевали за ними, поэтому, пытаясь удержать равновесие, он вытянул их в разные стороны. Руль дребезжал, колёса налетали то на шишки, то на кочки. В какой-то момент велосипед резко вильнул в сторону и врезался в дерево. Первой слетела кепка, потом Кирилл.

Несмотря на анестезию, он всё равно чувствовал, как протыкают его кожу на лбу. Он ощущал силиконовые перчатки на своей голове и дыхание врача на своём лице. Даже через защитную маску. Он старался не плакать, набирая побольше воздуха в грудь, но там тоже болело. Больше всего он боялся напугать маму, поэтому лишь слегка кряхтел и шипел. В голове вертелись слова отца: «Мужик всегда должен оставаться мужиком».

– «Голова обвязана, кровь на рукаве. След кровавый тянется по сырой траве», – протянул батя, разглядывая сына уже в больничной палате. – Теперь ты похож на Чапая!

– Всё, хватит! Вообще не смешно, Саша, – сердито оборвала отца мать. – Больше никаких велосипедов.

– Не усложняй, Аня. Всё обошлось. Он же пацан!

– А как мой любимый велик? – поинтересовался Кир.

– Вещами надо пользоваться, а людей любить, сынок, – проговорил свою любимую присказку Александр Иванович, присаживаясь на край кровати ребенка. – Купим новый.

– А кто такой Чапай? – заваливал вопросами отца Кирилл. – Шрам останется навсегда? Я теперь буду как Гарри Поттер? Тогда мне надо купить еще и очки.

– А почему у тебя на правом виске белая прядь? – спросила одноклассница, когда они сидели в кафе, ели пиццу и пытались узнать друг о друге что-то новое. Она приблизила руку к его лицу и нежно провела пальцем по седой пряди. Сердце Кира замерло. Он, не моргая, смотрел в её зелёные глаза и понимал, что его чувства к ней лишь усиливаются. Маша была самой красивой девочкой в классе. Её грациозная походка, плавные движения и огненно-рыжие волосы всегда его завораживали.

– П-п-папа в-в-всегда г-г-говорил, – начал Кир, пытаясь выровнять дыхание, – что мы происходим из древнего знатного рода, и эта седая прядь передаётся от отца к сыну. – Но мой папа – журналист, – улыбнулся он, собравшись с мыслями, и, заметив удивление и интерес на лице подруги, добавил – а не всем журналистам стоит верить.

Через месяц мелодия вальса прочно засела в голове Кира.

– Мама, ты же умеешь танцевать вальс! – уже неделю Кирилл уговаривал Анну Сергеевну порепетировать с ним.

– Я боюсь отдавить ноги Маше. Ты можешь потанцевать со мной. Пожалуйста! – не унимался сын.

– Ладно, включай колонку. Но ты готовишь ужин – сказала Анна Сергеевна, решив напугать сына.

– Уже. Сварил пельмени, – улыбнулся Кирилл.

Музыка из диснеевского мультфильма «Анастасия» понравилась Анне Сергеевне. Она ещё долго её напевала себе под нос во время ужина. И когда пришёл отец, заставила его вспомнить несколько па из юности. А позже, распечатав бутылку красного вина, отец снял с крюка на стене гитару, зажег свечи, и простой ужин родителей превратился в романтический вечер. Кирилл часто наблюдал такие посиделки на кухне. «Вот что значит любить и быть любимым», – думал Кирилл. Он мечтал о том, чтобы в его жизни появилась такая же настоящая любовь. Чтобы кто-то разделял с ним радости и печали, поддерживал в трудные моменты и радовался успехам.

Белые блузки, воротнички, юбочки в складку и элегантные костюмы – Кир чувствовал себя чересчур взрослым. Он не был к этому готов. Совсем. Он не ожидал, что последний звонок получится таким трогательным. В какой-то момент у него даже защипало в носу. Он сморщил его несколько раз, чтобы прогнать неприятные ощущения, но глаза всё равно увлажнились.

– Дорогие ребята! – начала свою речь Ирина Викторовна.

Кирилла вдруг осенило, что следующее первое сентября уже встретит в колледже, Он посмотрел на свои руки, сомкнул их и понял, что ладони мокрые. В этот момент Машина рука оказалась сверху.

– Все будет хорошо, – улыбнулась она.

– Пусть звонок, – продолжала Ирина Викторовна со сцены, – который мы услышим сегодня, станет для вас не только символом окончания школы, но и началом нового увлекательного путешествия. Идите вперёд с уверенностью, не бойтесь трудностей и всегда помните, что у вас есть крылья за спиной – это крылья знаний, дружбы и любви.

Вальс на «Последнем звонке» произвел фурор. Родители достали платочки, а учителя удивлялись синхронным и красивым движениям ребят.

А дальше началось самое сложное – экзамены.

Первым был русский. Паспорт, бутылка воды, серьезные лица учителей – вот что отличает экзамен от обычного урока. А чтобы попасть на него, надо пройти металлоискатель, найти свою фамилию в списке на двери. Настроение испортилось еще до начала экзамена. Ваня и Маша не попали в кабинет вместе с Кириллом. Он сидел в классе в окружении незнакомых людей. В аудитории царила напряжённая атмосфера. Солнечные лучи пробивались сквозь жалюзи, рисуя на партах тонкие золотистые полосы. Тишина, изредка прерываемая шелестом бумаг и тиканьем часов, создавала ощущение, будто время замедлило свой бег.

Выйдя после испытания на улицу, Кирилл подумал, что у него был самый сложный вариант.

Он был опустошен. Руки уже не тряслись, сердце упало в пятки, ведь изменить уже ничего было нельзя. Лишь объятия Маши, которая дожидалась его выхода из школы, помогли Кириллу немного успокоиться.

– Всё, хватит, – прервал Иван их объятия. – Не могу на это смотреть. Пошли посидим где-нибудь, выпустим пар, так сказать.

Выпустить пар необходимо было всем. Ребята быстро определились с кафешкой и почти всем классом направились в нужном направлении. Кирилл взял Машу за руку и почувствовал, как она нежно сжала его ладонь в ответ. Они шли рядом и улыбались.

– Спасибо, – тихо сказал Кир по дороге.

– За что? – искренне удивилась Маша.

– За поддержку, – пожав плечами, предположил Кир, – за то, что ты рядом.

Когда ребята вошли в кафе, их встретил приятный полумрак и уютный аромат кофе. Они выбрали большой стол, чтобы всем хватило места, и заказали пиццу и напитки.

– Боже, я думал, что не выдержу! – воскликнул Иван. – До сих пор чувствую напряжение.

– А у меня под правой пяткой были шпаргалки, но я не смог ими воспользоваться, – вздохнул Михаил, который обычно сидел за одной партой с Ваней.

– Зато я нашёл в туалете шпоры и всё списал. Надеюсь, правильно, – сказал Андрей, скрестив указательный и средний пальцы на обеих руках.

– Не стоит списывать, нужно думать своей головой, – заметила Ольга, подруга Маши.

– А если её нет, – усмехнулся Ваня. – Или у тебя в детстве был сотряс, и тебе уже ничего не поможет.

Кирилл не обратил внимания на шутку друга. Он держал Машу за руку, и их пальцы словно вели свой разговор, понятный только им. Кир улыбался. Иван, спустя время, снова посмотрел на друга и осознал, что потерял его навсегда.

Выпускной вечер был назначен на пятнадцатое июня. В этот день в школе должна была состояться торжественная часть, а затем всех ожидал прекрасный вечер в ресторане на городской набережной с праздничной программой и фейерверком.

Школа преобразилась до неузнаваемости. Каждый уголок был украшен цветами и яркими гирляндами, а учителя и родители словно сошли с красной дорожки. Галантные кавалеры и очаровательные дамы светились счастливыми улыбками. Родители с гордостью смотрели на своих детей, которые всего несколько минут назад были школьниками, а теперь готовились вступить во взрослую жизнь. Учителя, которые столько лет вкладывали в них знания и мудрость, не могли скрыть радости за своих учеников.

Кирилл стоял у входа в школу и ждал Машу. Она опаздывала. Ему казалось, что часовой циферблат на его мобильном бежит вперед, а Маши все нет. Ходьба из стороны в сторону никак не успокаивала его нервы. Такого Кир не любил, считал пунктуальность важной чертой, которая помогает во всём добиваться успеха. Наконец вдалеке появилась она. На Маше было изумрудное платье, струящееся по ее фигуре мягкими волнами. Волосы были украшены цветами. Кирилл забыл о своем беспокойстве и протянул руку.

– Пойдём. Ваня уже занял нам лучшие места, – сказал он. Улыбка Маши угасла. Она так надеялась услышать множество комплиментов в свой адрес, а почувствовала лёгкий укол разочарования. Она с особым трепетом готовилась к этому дню, выбирая наряд и волнуясь, как Кирилл оценит её внешний вид. В будущем она мечтала стать актрисой, и уже сейчас осознавала, как её красота влияет на окружающих, придает ей больше уверенности в себе.

Один за другим выпускники поднимались на сцену, чтобы получить свои аттестаты. Прозвучало имя Маши. Она легко вспорхнула на сцену, приняла документ из рук директора и улыбнулась, глядя в зал. Затем настал черёд Кирилла. Поднимаясь, он чувствовал, как его переполняет гордость. Получив аттестат, он обернулся к Маше, и они подмигнули друг другу.

Уже в ресторане взрослые просили детей выступить с вальсом на бис. Их танец был так восхитителен, что все требовали повтора. После танца Кир взял Машу за руку и вывел её из зала на улицу. Они прошли несколько шагов и оказались на набережной.

– Мне нужно тебе кое-что сказать, – произнёс Кир и опустился на скамейку. Девушка присела рядом. Он попытался убрать выбившуюся прядь волос ей за ухо, но Маша отстранилась.

– Мне тоже есть что тебе сказать, – вздохнула она. – Ты помнишь, как я недавно ездила в Москву на прослушивание? Сегодня сообщили, что меня взяли. Уже в сентябре я буду жить в столице, Кир. Я так счастлива!

Маша говорила быстро, и Киру показалось, что она выпалила всё на одном дыхании. – Мне кажется, наши отношения не продержатся долго на расстоянии. У тебя будет учеба здесь, у меня там. Предлагаю расстаться.

«Предлагаю расстаться. Предлагаю расстаться», – звучал голос Маши у Кирилла в голове. Он сжал траву и землю под ладонями в кулаки.

– Ты что, мазохист! – услышал он голос друга. Открыл глаза и увидел силуэт Ивана под зонтом. – Хочешь заработать неделю отдыха с температурой под сорок!

Глава 2: Случайности не случайны

Телефон трезвонил снова и снова. Кир наконец-то дотянулся до гаджета, выключил звук и уставился в экран. Буквы расплывались, Кирилл проморгался, сфокусировал взгляд и посчитал пропущенные. Двенадцать от Ваньки, два от Маши, пять из приюта – и это только за несколько часов воскресного утра. Как назло, родители были дома.

– Нам нужно поговорить, – сказала мать, входя в комнату и присаживаясь на край кровати. – Как тебе помочь? Ты уже второй день не выходишь из комнаты.

– Не трогай меня, – ответил Кирилл, натягивая на себя одеяло. Он лежал неподвижно, пока не почувствовал резкий удар по спине. Не успев охнуть, он оказался на полу.

– Ма! – воскликнул Кирилл, переворачиваясь на спину и замечая над собой Ваню.

– Никитин, офонарел?! – простонал он, вставая на ноги и снова падая на кровать.

– У нас перезагрузка. Едем в тир, – констатировал факт Иван.

Через полчаса ребята стояли на площадке, опустошая магазины. Каждый выстрел отдавался в сердце острой болью. Ему казалось, что теперь он точно знает, где находится у человека душа. В его груди находился большой колючий комок и не давал дышать. С каждым вздохом его иголки впивались всё глубже и глубже.

– Пошли напьемся, – предложил Кирилл после стрельбы.

– Кто нам продаст алкоголь, нам нет еще восемнадцати, – усмехнулся Иван.

– Попросим твоего старшего брата. Когда-то же он должен пригодиться и быть настоящим старшим братом! – Кирилл вытащил из кармана друга телефон, открыл мессенджер и написал: «Эй, Бро, купи бухла». Ответ не заставил себя долго ждать. «Приезжай», – прочитал Кир и запихнул телефон на место.

Они сидели у стойки и опустошали шоты уже без энтузиазма. Настойки в Никитинском баре были самыми вкусными. Клюковка, рябина на коньяке, настойка горькая, перцовая, на сирени. Дегустируй – не хочу.

– М-медовая, по мне, самая в-в-вкусная, – похвалил ассортимент бара Кирилл. Алексей уже давно был бородатым и длинноволосым викингом в косухе, и только голубые глаза выдавали того беззаботного из детства старшего брата Ивана. Его бар находился в полуподвальном помещении и не имел вывески. О нем знали многие в городе, но только не Следственный комитет, находящийся в соседнем здании. Сотрудники государственной службы просто не знали, что происходит у них под носом. Спускаясь в бар, каждый попадал в уютное пространство. По стенам были развешаны старые советские шерстяные ковры с разными узорами, напоминая дом Советского союза. Люди за столами не только пили и закусывали, но и играли в настольные игры.

– Карты, деньги, два ствола… – хмыкнул Ваня, обводя взглядом зал. – Лёха, организуй нам такси. А то Анна Сергеевна скоро нагрянет сюда с МЧС, и тебе придется прикрыть лавочку.

– Н-н-нет. Не хочу домой, – простонал Кир и уронил голову на барную стойку.

Следующее утро начиналось совсем не бодро. Голова раскалывалась, в ушах шумело, а во рту мешал привкус горечи. С закрытыми глазами, собирая косяки, Кирилл добрел до ванной комнаты. Утренние пробежки Кир пропускал уже целую неделю. Вдохновения совсем не было.

Когда он открыл глаза перед зеркалом, увидел на своём плече медицинскую повязку. Отдирать лейкопластырь было не очень приятно, но любопытство взяло верх.

– Попойка, татуха – всё в один день. Бьешь рекорды, – заглянул в ванную отец. – А пооригинальней ничего не смог придумать, – хохотнул он, услышав стон сына.

Изучать смайлик-какашку на плече Кир остался в гордом одиночестве.

– Я на работу, а ты иди круги понаматывай, может, мозги на место встанут, – крикнул отец и хлопнул дверью.

Кирилл надел спортивный костюм и впервые после выпускного вышел на беговую дорожку. Шум ветра и птиц сегодня слушать не хотелось, он надел наушники и врубил на полную громкость «Арию».

«Как ты мог это допустить?» – написал Кир другу. «Это перманентный фломастер», – ответил Иван и послал десяток какашек следующим сообщением. Кирилл ускорил бег, направив улыбку летнему солнцу. А в ушах звучало: «Этот парень был из тех, кто просто любит жизнь. Любит праздники и громкий смех, пыль дорог и ветра свист…»

Ролики долго не пришлось искать. Натянув их и закинув рюкзак доставщика на плечи, Кир активизировал нужное приложение и тут же получил свой первый на сегодня заказ. Доставка еды ему не доставляла большой радости, скорее это была необходимость, посредством которой он реализовывал свои задуманные цели.

А цели у Кирилла были совсем простые. Сдать аттестат на ветеринарный факультет Аграрного колледжа, заработать деньги на еду и лекарства приюту для животных и научиться оказывать животным первую помощь у Игоря, внештатного ветеринара-альтруиста. Этот высокий крепкий кудрявый парень по первому звонку всегда мчится к своим питомцам ставить капельницы, делать перевязки и назначать лекарства.

Ноги на роликах рассекали асфальт, футболка была уже мокрая, и лишь тяжесть за спиной напоминала о том, что рабочий день еще не закончен. В голове строились планы. «Еще пару заказов», – размышлял Кирилл, – «и пора будет гнать в гости к Кнопке». Он не видел ее неделю. Она уже окрепла и повеселела, а ведь совсем недавно было совершенно не так.

– Держи крепче, – вспоминал слова Игоря Кир.

– Так у нее и так нет сил сопротивляться, – возражал он.

– Не важно. Капельница должна стоять надежно, – резко ответил Игорь, а сам тем временем уже проверял позвоночник собаки. Спорить с ним было бесполезно. – Похоже, перелом, – добавил он и пробормотал что-то себе под нос. Рентген все-таки подтвердил диагноз.

– Все будет хорошо, – гладил за ухом собаку перед операцией Кирилл, – будешь Кнопкой. Мы обязательно поставим тебя на ноги.

Чтобы лишний раз собака не вставала, Кир находился всё свое свободное время рядом. Как только Кнопка начала вставать, они стали выходить на прогулки. Сначала на пять минут, потом дольше. К концу года реабилитации их прогулки уже длились больше часа. Кирилл научил Кнопку подавать лапу, сидеть, лежать. Она смотрела такими преданными глазами на хозяина, что Кирилл каждый раз наклонялся к своему питомцу, касался своим лбом ее лба, а потом звонко чмокал в нос.

Кирилл мчался с такой скоростью, как-будто пытался от кого-то убежать. Его волосы развевались, а ветер свистел в ушах. В моменте представив самые родные глаза четвероногого друга, Кир не заметил, как столкнулся с чем-то.

Просто он на роликах и случайная девушка неожиданно оказались на одной траектории. Пытаясь затормозить, Кирилл налетел на незнакомку. Оба потеряли равновесие, и в следующее мгновение они уже сидели на асфальте, удивлённо глядя друг на друга. Вокруг растянувшихся на земле тут же образовалась толпа зевак.

– Под ноги смотреть не учили? Совсем офигел! – закричала девушка.

– Сама смотри, когда тормозишь! Нечего в наушниках ходить и в телефон пялиться, – поднимаясь, парировал Кирилл.

– Это ты на роликах. Под ноги смотреть не учили, – не унималась девушка. Ее телефон валялся на тротуаре экраном вниз.

Их взгляды одновременно упали на гаджет. Кирилл потянулся за ним, но получил шлепок по руке.

– И телефон разбил, – поднимая мобильник, простонала девушка.

– Это ты сама разбила свой телефон. Он был у тебя в руках, – возмутился Кир, отряхнул шорты и решил продолжить свой путь. Больше ругаться он не собирался.

– Дурак, – услышал он вслед.

– Сама дура, – крикнул он.

Со злости он разогнался так, что ветер начал вновь свистеть в его ушах, заглушая самые грустные мысли. Навигатор подсказывал, что до места доставки осталось всего пара кварталов. Сегодня он рассчитал время так, что должен был успеть попасть еще в аграрный колледж и подать документы на ветеринарный факультет.

– Кир, – услышал он веселый голос друга в трубке, – ну что? Когда едем?

– Сначала с тобой, потом со мной? – уточнил Кирилл.

– Ну до радиотехнического далековато ехать, давай сначала с тобой. Твой колледж в центре.

Они всё успели сделать до закрытия приёмной комиссии. И сидели уже в закусочной и разглядывали бумаги, которые им выдали взрослые строгие люди.

– А расписка эта зачем? – жуя гамбургер, интересовался Ваня.

– Это если ты передумаешь и придешь забирать документы, по этой расписке получишь их обратно.

– Так я всё решил уже. Так бы не поехал в такую даль, – недовольно фыркнул парень.

Кнопка ждала Кирилла уже неделю. Всё это время у работников приюта не хватало времени погулять с ней, поэтому она просто грустила в своей клетке. Услышав знакомые шаги, она навострила уши, соскочила с места, встала на задние лапы, а передними уперлась в дверь. Дверца у клетки обычно сделана из таких же прочных прутьев, что и сама клетка. Она надёжно закрывалась на защёлку, чтобы обеспечить безопасность собаки. Сейчас Кнопка перебирала лапами, и дверь от этого громыхала.

– Ты скучала? Кнопка! Кнопочка моя. Гулять, пойдём гулять, – пытался выговорить Кирилл.

Он стоял на корточках, а рыжая лохматая бестия, положив передние лапы на плечи Кира, облизывала ему нос, уши и пыталась залезть к нему на коленки.

– Как я по тебе соскучился, – он зарылся лицом в морду четвероногого друга, надел поводок и отправился в парк.

Здесь собирались самые заядлые собачники. Это не просто участок земли, обнесённый забором, а настоящий рай для четвероногих друзей и их хозяев.

Территория парка была разделена на зоны, каждая из которых имела своё очарование. Площадка для выгула и игр – это раздолье для собак, где они могли бегать, прыгать и веселиться без ограничений.

Тренажёры и снаряды для дрессировки – это не просто преграды, а настоящие испытания для ума и тела. Барьеры, горки, туннели – всё это помогало развивать физические способности собак и укреплять их связь с хозяевами. Именно сюда год назад Кир привёл Кнопку на реабилитацию, так они здесь и остались сначала желанными гостями, а потом и полноценными хозяевами клуба.

Кнопка бегала и резвилась на лужайке, Кир сидел под деревом и наблюдал. Вдруг к лохматой бестии подбежал новошотландский ретривер. Он игриво начал обнюхивать Кнопку.

– Пират, фу! – вдруг услышал Кир знакомый голос, поднял глаза и увидел свою утреннюю знакомую.

– Ты, – удивился Кир и встал. – Ты меня преследуешь? – широко улыбнулся он.

– Еще чего! Я с родителями недавно сюда переехала, это единственная площадка для собак, которая находится недалеко от моего дома. Поэтому мы с Пиратом и здесь.

Кирилл внимательно посмотрел на гостью и всё пытался понять, врет она или нет.

– Как телефон? – пытался завязать разговор он.

– Я теперь свободный человек, без соцсетей и связи. Чувствую себя отлично, синяки уже не так болят. Представляешь, я даже не злюсь на тебя за то, что ты разбил телефон. Что сломано, уже не починить. Мама обычно говорит: «Не стоит расстраиваться из-за случившегося, просто нужно найти решение», – пожала плечами девушка.

– Да ты философ, – всплеснул руками Кирилл. – Кнопка, пойдём. Тебе пора возвращаться в приют.

– В приют? – удивилась девушка и остановилась, дожидаясь разъяснений.

– Да, Кнопка из приюта, – вдруг начал Кир и остановился. – Зачем я это всё рассказываю, тебе не должно быть это интересно. Мы с тобой даже не знакомы, – вдруг сказал он и внимательно посмотрел на девушку.

Светлые волосы струились по её плечам. Лучи садящегося за горизонт солнца застревали в ее локонах. В её глазах отражались деревья парка, где они гуляли, а на губах играла лёгкая улыбка. Девушка казалась частью этого умиротворяющего пейзажа, полного гармонии и безмятежности.

– Алиса, – протянула она руку для знакомства и снова улыбнулась. Кирилл не мог отвести взгляд, поражённый её искренностью и естественностью.

– Кирилл, – представился он, – извини, что налетел на тебя утром, – сказал он и улыбнулся.

Они присели на лавочку, не упуская из виду своих собак.

– Ты знаешь, я даже не знаю, что за порода у Кнопки, – вдруг признался Кирилл.

– Она очень похожа на ирландского сеттера, но не чистокровная. Ты мне верь, я разбираюсь в породах, – просто сказала Алиса.

– Знаешь, до Кнопки у меня был кот, – вздохнул Кир.

– И что с ним случилось? – просто спросила девушка.

– Я приехал домой чуть раньше обычного в тот день. Он был такой веселый. Выбежал меня встречать. Терся об мои ноги. Вдруг закашлялся. Упал. Я испугался. Дома никого не было. Мама вызвала мне такси до ветклиники. Мы быстро приехали, но было поздно. – Кир замолчал. Алиса не перебивала, а лишь смотрела на поводок в своих руках и перебирала кожаный ремешок пальцами.

– Он не подавился. У него был инфаркт. Он появился в нашей семье раньше меня. Был взрослым котом. Потом я долго очень грустил. До сих пор тоскую.

– Мне жаль. Это жизнь, – тихо сказала Алиса и положила свою ладонь на его руку.

– Опять твоя философия? – с горечью улыбнулся Кир.

– Знаешь, есть замечательная фраза: «Что не убивает, то делает нас сильнее». Стараюсь всегда следовать ей, – сказала Алиса. – А у тебя есть какой-нибудь девиз по жизни или любимая цитата?

– До недавних пор мне очень нравилась фраза, которую любит повторять мой отец: «Вещами надо пользоваться, а людей любить». А вчера прочёл: «Чем больше узнаю людей, тем больше нравятся собаки». Прям про меня теперешнего.

Вечером за ужином Кирилл поделился с мамой историей о своей новой знакомой Алисе. Анна Сергеевна с вниманием слушала рассказ сына, а затем встала из-за стола и направилась в комнату.

В это время Кир переписывался с Иваном и не сразу заметил, что мама положила перед ним на стол. Это был альбом с фотографиями, на которых он был запечатлён с рождения и до семи лет.

– Похожа? – спросила Анна Сергеевна, указывая на фотографии маленькой девочки с бантиками. На последней из них Кирилл был вместе с ней на детской площадке, играя в песочнице.

Сын долго рассматривал снимки, а затем поднял на маму удивлённый взгляд.

Глава 3: Когда мы вместе – мы команда

Впервые после разрыва с Машей утро Кирилла играло яркими красками. Сегодня он вновь слышал птичий щебет. Пробежка по стадиону принесла удовольствие, листья на деревьях казались Киру зеленее, небо голубее, а ветер нес ароматы свежести и запах скошенной травы. Вчера он был готов убить дворника за шум газонокосилки, от которой никуда нельзя было спрятаться. Сегодня легкие нотки скошенных цветов и других растений навеяли Кириллу воспоминания о вчерашнем вечере. В голове возник образ Алисы. Он закрыл глаза и подставил лицо июньскому солнцу.

Светлые волосы ниже плеч, глаза, как сегодняшнее ясное небо. Веснушки, всего лишь несколько штук, только на переносице были еле заметны. А вот родинка над верхней губой справа сразу привлекала внимание. Ее шея была изящной, утонченной, как у танцовщицы. Вчера Алиса была в укороченной футболке с большим вырезом, а рядом с ключицей виднелась часть тату. Эта была какая-то надпись, набитая красивыми прописными буквами. Но вот что эта была за надпись, он не знал, Кирилл видел лишь три первые буквы.

«Н… не… потом пробел… потом “б” или не “б”», – шевеля губами, уже направлялся к дому Кирилл. Эта надпись не давала ему покоя всё время, пока он находился в душе после пробежки. Стоя перед запотевшим зеркалом, он пытался рисовать пальцем закорючки. Подбирал линии по памяти, но не был уверен. Потом он вспомнил про свою псевдо-татуху, которую никак не мог оттереть с плеча. Она уже почти сошла. Но высунутый язык и округлые глазки никак не давали ему покоя.

Переключив внимание на свое отражение, он провел по мокрым черным волосам расческой, зачесав челку набок, пытаясь прикрыть седую прядь. У него вновь это не получилось. Шрам на лбу после мытья немного покраснел, но это пройдет через пару минут. Он это уже знал по опыту. Присмотревшись к своим голубым глазам, он вспомнил глаза Алисы и понял, что заблуждался. Кирилл всегда считал, что у него голубые глаза. Но это было лишь до вчерашнего дня. В парке вечером он встретил по-настоящему голубые глаза. А вот теперь глаза Кира казались ему больше серыми. А голубыми в них были лишь маленькие крапинки. Цвет его глаз всегда зависел от одежды, которую он носил.

Через полчаса ему уже пора было выходить на маршрут доставки. Собираясь, Кирилл подошел к письменному столу и достал из альбома фотографию, на которой были изображены он и Алиса в песочнице. Снимок небольшого размера был обрезан со всех сторон, поэтому с легкостью поместился под чехлом телефона. Он ловко застегнул на ногах ролики и отправился по первому адресу.

К двенадцати часам дня солнце уже сияло, футболка была мокрой, питьевая вода заканчивалась. Он взял последний заказ и отправился по адресу. В термосумке находилось две коробки с роллами. Оплата должна была состояться по факту получения. Кирилл долго набирал номер телефона заказчика, но никто не отвечал. Аня из техподдержки посоветовала ждать минут пятнадцать. Время вышло, и Кирилл не знал, что делать. Такого в его практике еще не было.

– Аня, что делать? – Кирилл вновь связался с диспетчером.

– Заказ оплачен? – интересовались из технической поддержки.

– Нет. И трубку не берут, – томился от ожидания Кир.

– Я связалась с рестораном. Они не будут забирать роллы обратно. Поставь коробку рядом с помойкой, сфотографируй. Товар должен быть утилизирован.

– А потом я могу забрать еду? Стремно как-то выкидывать. Бабушка бы мне этого не простила, – сказал Кир.

Он был рад, ему впервые так фартило. Кир достал телефон и начал строчить сообщение: «Еду к тебе. Будем чавкать роллы. Мне сегодня перепало. Потом в книжный».

Ребята встретились у подъезда. Вани всё утро не было дома.

– Мама меня снова отправляет на месяц к бабушке, – поднимаясь по лестнице, объяснял Ваня, неся в руках большие сумки с моющими, губками, хозяйственными щетками, замками, лампочками и другими необходимыми вещами.

Вставив ключ в замочную скважину, ребята услышали грохот. Распахнув дверь, они сначала услышали мяуканье, потом Кирилл увидел кровавые отпечатки на полу из комнаты Ивана и показал пальцем другу направление следов. Ваня выронил сумки из рук.

– Аквариум! Варя меня прибьет, – простонал друг.

– Иди ищи свою Мусю, – сказал Кир и направился в комнату Ваниной сестры.

– Она еще жива! – крикнул Кирилл из комнаты. Иван слышал, как Кир быстрыми шагами протопал до ванны, потом раздался шум воды, и он зашел в комнату, держа в руках банку с золотой рыбкой Вари.

– Нашел? – Кирилл нервничал. Он испугался, что опять теряет время и может не успеть помочь. Он осторожно поставил банку с рыбкой на подоконник и лег на пол рядом с Иваном. Они лежали на ковре и смотрели в разные стороны под диваном, под столом и под кроватью.

– Она беременна и вот-вот должна родить. Я читал в интернете, что кошки вынашивают своих деток где-то шестьдесят три дня. Мои подсчеты говорят, что роды должны начаться со дня на день, – беспокоился о Мусе Иван.

– Значит, скорее всего, она испугана и залезла в темное и тихое место. Надо смотреть в диване или в шкафу. – предположил Кирилл.

И, заглянув в открытый шкаф, заметил в темноте два зелёных огонька. Он посветил туда фонариком своего телефона и увидел кошку, которая лежала на стопке одеял. Заметив его, она мяукнула. Кир понял, что не стоит пока беспокоить кошку.

– Ваня, не нервничай, – набрав воздуха в грудь, выдохнул Кирилл.

– Я не нервничаю. Ты нервничаешь. – сидя на кровати, шепотом сказал Иван. Кирилл посмотрел на друга. Он, уже уткнувшись в телефон, что-то искал в интернете, постукивая пяткой по полу.

– Ищу инструкцию по принятию родов у кошки на дому. Я не готов к этому. Не сейчас. – сказал Ваня, не отрывая глаз от экрана телефона.

– Успокойся, – присел Кирилл на корточки рядом с другом. – Она умная, справится. Главное – не мешать. Позже заглянем в шкаф, проверим обстановку, проверим и обработаем порезы на лапах. А сейчас давай пойдем соберем осколки аквариума из комнаты. Надо отвлечься. Просто ждать невыносимо.

Кирилл говорил и сам не верил своим словам. Он слышал как будто со стороны свой спокойный голос и не верил себе. Сейчас главное – успокоить Ивана и не показывать виду, что ему тоже страшно.

Они отправились в комнату Вари, вооружившись тряпками, совком и веником. В мусорный мешок складывалось не только стекло, но и мокрые бумажки.

– Хорошо, что у нас аквариум на пять литров, а не на сто, – искал плюсы в происшествии Иван.

– Да, если было сто, вы бы затопили соседей, – улыбнулся Кирилл, постоянно прислушиваясь к звукам из соседней комнаты. Но их не было. Тишина настораживала и даже пугала.

Когда всё было убрано, ребята расположились на кухне и наконец-то распечатали роллы.

– Как думаешь? Может сходить? – предложил Иван.

– Давай позже. Еще надо найти коробку и оборудовать загончик для котят. – обрадовал друга Кирилл.

– Их еще к лотку приучать. А если их много? Мы с мамой хотели котят отвезти к бабушке в деревню. Там их быстро разберут. В эти выходные все равно едем туда.

– Мне кажется, рано это делать. Они еще маленькие. – предположил Кирилл.

– Так меня отправят в ссылку к бабушке вместе с Мусей. Буду за всеми приглядывать разом. С огородом помогать. – делился планами Иван. Он никак не мог расслабиться. К роллам он не притронулся. Всё сидел, уткнувшись в телефон. Так он всегда справлялся с ожиданием. Телефон отлично мог отвлекать от тревожных мыслей и засорять мозг разной ерундой, когда это необходимо.

– Реклама вылезла. Твоя любимая «Ария» выступает в следующие выходные у нас. Интересно, сколько стоят билеты… А если два… Ой! – он поднял глаза на Кирилла. У него был растерянный вид. Кирилл перестал жевать и вопросительно посмотрел на друга.

– Прикинь, ткнул сюда. Хотел посмотреть стоимость. Потом сюда. Неохота было считать на калькуляторе стоимость двух билетов. Купил нечаянно. Деньги уже списались. Сейчас позвонит офигевшая мать и будет орать в трубку, – что и произошло в следующую минуту. Иван молчал и слушал долгую речь мамы. Лишь редко вставляя короткое «извини». Друга пора было спасать.

– Ирина Ивановна, – забрал мобильник у Вани Кирилл. – Это я попросил Ваню купить билеты. С его телефона это было удобнее сделать. Я сейчас уже перевожу ему деньги. Я очень давно мечтал сходить на этот концерт. Да, я понимаю, что с Ваней сходить не получится. Я найду себе компанию. Спасибо. – Иван с благодарностью смотрел на друга.

– Тебе повезло, Вань. Я в этом месяце еще не переводил деньги на счет приюта. Скопилось. Ну что ж. Схожу, оторвусь за двоих, – подмигнул Кирилл другу и нажал на кнопку «Отправить» в приложении банка.

Котята оказались очень крохотные. Сбегав до ближайшего продуктового, Иван нашел достаточно большую коробку, положил туда одеяло, на котором буквально пару часов назад лежала Муся. Кирилл осмотрел ее лапы. Он светил фонариком и искал осколки стекла в подушечках. Не найдя ничего, протер перекисью ранки, хотя этого можно было и не делать. Кошка сама уже вылизала порезы. Он аккуратно переложил ее в коробку, а потом по одному перенес туда котят. Они были меньше ладошки, пытались ползти, но это у них плохо получалось. Ребята присели на корточках и с замиранием сердца наблюдали, как Муся вылизывает маленькие серые комочки.

– Надо сделать фоточку и послать маме, – хмыкнул Иван. Теперь можно было расслабиться и съесть всё, что оставалось на кухне. – Я дико голодный. У нас еще что-то осталось?

После обеда ребята отправились в книжный. Где-то в седьмом классе это стало традицией. Тогда друзей в магазин загнал проливной дождь. От нечего делать, пережидая непогоду, они начали изучать новинки, обсуждать иллюстрации. Да так пристрастились, что со временем у них на полках дома стали появляться сначала комиксы, манги, а потом и более серьезная литература.

В просторном зале магазина, где стеллажи с книгами уходили вдаль, словно улицы в незнакомом городе, Ваня и Кирилл погрузились в атмосферу знаний и спокойствия. Они медленно прогуливались между полками, иногда останавливаясь, чтобы взглянуть на заинтересовавший том.

– Знаешь, может, купить книгу «Как приучить котенка к лотку»? – предложил Иван.

– Ты же вроде решил их в деревню везти, – удивился Кирилл.

– Там интернет работает с перебоями, а книжка как раз пригодится. Я вот про Алису так ничегошеньки и не понял, – решил сменить тему Иван. Они расположились за столиком недалеко от входа, набрав для изучения по стопке книг.

– Это Алиса. Моя Алиса. Из садика. Представляешь, я сбил ее с ног. Разбил телефон. Не узнал. А потом мы случайно встретились в парке. Поболтали и разошлись, как в море корабли, – делился Кирилл.

– Почему? – Ваня уже не листал книги, а внимательно слушал друга.

– Она верит в нумерологию, знаки… – хмыкнул недовольно Кир. – Сказала, если это судьба – мы встретимся снова. А если нет – значит, нет. Даже не знаю, что и думать. Глупо как-то… Прошерстил с утра все социальные сети, пока не нашел.

– Знаешь, Кир, – сказал он, отложив книгу в сторону, – может быть, в этом есть своя логика. Может быть, судьба действительно существует. И мы просто должны следовать ей. Вот ты сегодня как планировал провести день? Спасать рыбку, разбираться с родами чужой кошки…

Кирилл пожал плечами, не совсем понимая, как относиться к словам друга.

– Может быть, ты и прав, – ответил он. – Но мне всё равно кажется, что это слишком просто – списывать всё на судьбу. Мы сами должны строить свою жизнь и…

Не успел Кирилл договорить, раздался звон колокольчика, дверь распахнулась, и вошла она. У Кирилла дух перехватило. Судьба? К черту эту судьбу. Знакомый силуэт вошел в помещение. Уже знакомый аромат парфюма наполнил небольшой магазин.

Алиса, не замечая никого вокруг, направилась к полкам с книгами. Её движения были плавными и уверенными. Кирилл почувствовал, как его сердце забилось быстрее. Спрятавшись за книжку, он быстро поправил чёлку, футболку, незаметно проверил, не пахнет ли от него потом. Всё это он делал с таким серьёзным видом, будто готовился к важному экзамену. Бросив взгляд на друга, Кир увидел, как Ванька с трудом сдерживает смех.

– Алиса, ты за мной все-таки следишь, – подойдя, отвлек от книги девушку Кирилл.

– Кто за кем следит, – улыбнулась девушка. Кирилл понял, что она рада его видеть.

Он с восхищением смотрел на девушку, сверяя ее образ в своей памяти с реальностью. На ней сегодня был небесного цвета легкий сарафан, волосы были убраны в хвост, косметики на лице совсем не было. От этого она казалась Кириллу еще младше. Такой утонченной и ранимой. И лишь тату на ее ключице не вписывалась в этот образ.

“Не боится только мертвый”, – прочитал он. Его рука непроизвольно потянулась к надписи. Алиса сделала шаг назад. Кир тут же обратил внимание на книгу, которую она держала.

– Кто нравится больше всех? Моя любимая книга, а герой – Македонский. Знаешь, в ВК есть сообщество, где фанаты произведения поясняют всё, что непонятно, – сказал Кирилл.

– Начала читать онлайн, и меня затянуло. Вот пришла купить бумажный вариант. Не ожидала, что она такая толстая, – сказала девушка.

– Почему такая надпись? – вдруг спросил он про тату. Алиса внимательно посмотрела на него, думая рассказывать или нет.

– Мы еще не настолько знакомы, чтобы я открывала тебе свои тайны, – просто сказала она. В этот момент Кирилл снял чехол со своего телефона, достал фотографию и молча протянул ей.

Алиса долго разглядывала фото, периодически поднимая взгляд на Кирилла.

– Так вот ты какой, цветочек аленький, – широко улыбнулась Алиса.

– Не понял, – удивился Кир, не зная, как реагировать на ее слова.

– Вот кто строил для меня такие офигенные замки, – сказала она, возвращая снимок.

– Я был не один. Мне папа помогал. Мы с ним отличная команда. С Ваней мы тоже отличная команда, – сказал он и махнул в сторону друга. Алиса помахала парню рукой в знак приветствия.

– Предлагаю нам с тобой тоже стать командой, – предложил Кирилл. Алиса выдернула из его рук мобильник, подставила экран к его лицу, открыла телефонную книгу и вбила свой номер.

Ваня не слышал их диалога, но обрадовался, когда тот возвращался уже не один.

– Теперь у меня есть ее номер, прикинь! – Кирилл широко улыбался. – А еще я позвал Алису на концерт «Арии», и она согласилась.

– Значит, судьба, – подметил Иван.

– Ну что. Пошли глянем, как поживают твои котята. Опасно оставлять их надолго. – сказал Кирилл.

– Они же с мамой. Что может случиться? – удивилась Алиса.

– О! Я уже начитался. Мне страшно, – воскликнул Ваня, тряся книгой о кошках.

Глава 4: «Не боится только мёртвый»

Чуть больше десяти лет назад Алиса уехала из родного города. И вот она снова здесь.

– Ма, я с Пиратом вышла! – крикнула Алиса, хлопнув дверью. И побежала по лестнице вниз за собакой. Они жили на девятом этаже, но она никогда не пользовалась лифтом. Страх замкнутых пространств у нее с детства. Когда-то в садике ее мальчишки закрыли в шкафчике. Она до сих пор помнила ощущение паники, беспомощности и нехватки воздуха. Слышала стук в деревянную дверцу и хохот за ней. Тогда ее спас Кирилл. Так ей казалось, ведь она не знала, что происходило за закрытой дверью. Но первое, что она увидела после освобождения, было лицо Кирюхи. С этого началась их дружба. Они всегда ходили вместе. Вместе играли на детской площадке, гуляли после садика. Прогулки она уже плохо помнила.

Выйдя в парк с собакой, Алиса собрала волосы в хвост. Она всегда носила на руке резинку вместо браслета. Нашла глазами подходящую палку, запустила ее вдаль.

– Пират, апорт! – крикнула она и стала ждать собаку. Пират как будто ее не услышал. Он принюхивался к новым запахам и совсем не обращал внимания на свою хозяйку.

Алиса вздохнула и поняла, что уже не научит непослушного пса простым командам. Ей казалось, что солнце сегодня светило ярче обычного. Она присела на лавочку и подставила лицо теплым утренним лучам.

– Я знал, что найду тебя здесь, – услышала она уже знакомый голос. Открыла глаза и увидела Кирилла с Кнопкой. В руках он держал букетик из ромашек, клевера и одуванчика.

– Увидел тебя. Понял, что вечером идем на свидание, а букет я тебе не подарю. Неудобно будет с ним на танцполе “Арию” слушать. – Он протянул цветы Алисе. В этот момент Пират подбежал к хозяйке, зубами вырвал букет из ее рук и положил на колени палку, которую она запускала недавно вдаль.

– Ух ты! У меня конкурент, – усмехнулся Кирилл.

– Извини, Кирюха. Пират – невоспитанный кавалер, – собирая цветы обратно в букет, призналась она.

– Так непривычно слышать свое имя по-другому. Так меня только в садике называли, – сказал Кирилл и задумался.

– Как ты жил все эти годы? – прищурившись от ярких лучей, спросила Алиса.

– Как все, – пожал плечами Кир.

– Шрам откуда появился? – подметила Алиса.

– У тебя тоже раньше тату не было, – возразил Кирилл.

– Что ж она тебе покоя не дает, – усмехнулась она и засобиралась уходить.

– Танцуешь? – вдруг спросил Кирилл. Алиса внимательно посмотрела на него. Оказывается, он помнит.

– Конечно, поступила в хореографическое, поэтому мы с мамой и вернулись домой. Не думала, что сюда поступлю. Видимо, судьба здесь учиться, – развела руками Алиса.

– Пират, ко мне! – крикнула она и направилась в сторону дома. В телефоне брякнуло смс. Она открыла сообщение: «Будь готова ровно в шесть. Я за тобой зайду». Алиса отправила ему адрес, повернулась и помахала букетом, то есть тем, что от него осталось.

Ваня с утра слал фотки котят. Их в галерее Кира уже было больше ста штук. Вот они в бабушкиной комнате, уже в деревне. Вот они на кровати. Теперь они были уже похожи не на комочки. Они были почти настоящими котятами. Только имена им дала Варя, и Иван по этому поводу постоянно ворчал по телефону.

– У нее в детстве любимая книга была Сутеева про котят. Их там звали Белый, Серый и Черный. Вот она их так и назвала, – повторял он.

– Они нисколечко не похожи на Белого, Серого и Черного. Они все черно-бело-серые. Только в одном больше черного, в другом – белого, в третьем – серого. И теперь Варя не хочет их никому отдавать. А вот бабушка ходит и ругается, говоря, что мы привезли ей «обузу».

Кирилл сидел и пересматривал фотографии в телефоне за обедом. В какой-то момент у него сердце сжалось, он подошел к маме и обнял ее.

– Ма, давай Кнопку возьмем к себе, – сказал он.

– Мне после Васьки никто не нужен, – все еще была категорична Анна Сергеевна.

А ему так не хватало четвероногого друга. Он вздохнул и отошел от мамы. Зайдя в комнату, он упал на кровать и снова открыл галерею с фотографиями.

До прихода Кирилла оставалось пятнадцать минут. Она перемерила уже пять платьев и пару костюмов. Психанула и натянула джинсы.

– Если это мой человек, то он меня будет любить и в джинсах, – стоя перед зеркалом в прихожей, произнесла Алиса. Краситься она тоже не собиралась.

– Надо выглядеть сногсшибательно. Какие джинсы? Совсем без ухажеров останешься, – сказала мама, выйдя в коридор. Она у Алисы была эффектной женщиной. Всегда с макияжем, прической и маникюром. Она даже мусор не выносила без боевого раскраса и любила повторять: «Не знаешь, где встретишь свою судьбу. Всегда надо быть во всеоружии».

– Значит, я пойду так, – решительно ответила Алиса.

Она не любила, когда ей указывали. Если мама ей навязывала свое мнение, она всегда делала наоборот. Кто-то называл это вредностью, Алиса же – своей точкой зрения.

– И так кожа да кости. Так еще джинсы натянула. Надо подчеркивать свои достоинства и скрывать свои недостатки. Вот я, например…

От дальнейших рассуждений мамы ее спас звонок в дверь. На пороге стоял Кирилл с огромным букетом белых хризантем.

– Возьми зонт. Дождь вечером обещали. – крикнула вслед мама. Кирилл только успел поздороваться. Как Алиса сняла уже с крючка легкую кофточку, накинула на плечи, выпорхнув за порог.

Кирилл не успевал за ней. Она так быстро спускалась по лестнице, что в какой-то момент ему понадобилась передышка.

– Почему нельзя было поехать на лифте? – он стоял, держась за перила и старался дышать ровнее.

– Лифт – это скучно, – слукавила Алиса. – Люблю ощущать каждый шаг, каждую ступеньку под ногами. Это как танец. Каждый раз можно исполнять по-новому.

У подъезда Кир вызвал такси. Галантно открыл Алисе дверь и, обойдя машину, сел рядом с ней на заднее сидение. Оказавшись в замкнутом пространстве, Алиса поняла, что осталась с Кириллом почти наедине.

Заиграла песня: «Двое убегают из подъезда прочь. Пустые зажигалки не сожгут рассветы…». Кир услышал слова, осторожно коснулся пальцами пальцев Алисы. Почувствовав холод ее руки, он взял ее в свою ладонь. В этот момент Женя Трофимов пел уже припев: «Первый поцелуй у подъезда вечером. Первая любовь – это что-то на “вечном”, но…». Он начал подпевать, повернувшись к Алисе. Она тоже подхватила.

– В следующий раз пойдем на Женю и «Комнату культуры», – сказала она и положила голову ему на плечо. Он лишь крепче сжал ее руку.

Концерт начался с легендарной песни «Возьми мое сердце». Кирилл сразу же пригласил Алису на танец.

– Я могу отдавить тебе ногу, – на ухо Алисе сказал Кир.

– Ничего страшного. Главное – танцевать, – посмотрела, улыбаясь, она в глаза Киру, утопая в его серо-голубых глазах. Он прижал ее ближе к себе, она казалась ему такой маленькой и хрупкой, что ему все время хотелось оградить ее от всех окружающих.

Для Кирилла эта мелодия была уже родной. Ему казалось, что музыка окутывает их своей нежностью, заставляя сердца биться в унисон.

Последней песней артисты исполнили «Беспечного Ангела». В этот момент весь зал засветился фонариками от телефонов. Кирилл стоял сзади Алисы и обнимал ее за талию. Он был на голову выше ее и всем своим телом закрывал ее ото всех. Находясь в кольце его рук и пропуская любимые мелодии через свое сердце, она ощущала трепет, который раньше не был ей знаком. Это чувство сидело где-то в животе и растекалось по всему телу, наполняя каждую клеточку незнакомым жаром. Она закрыла глаза и позволила себе раствориться в мелодии и объятиях, ощущая, как её сердце наполняется нежностью. В этот момент весь мир перестал существовать, остались только они и музыка.

После концерта толпа фанатов вынесла их на улицу. Теплый ночной воздух освежил их после душного зала. Им не хотелось идти домой.

– Пошли пешком, – предложил Кирилл.

– А как же комендантский час? – испугалась Алиса.

– Успеем. До него еще полтора часа, – уверенно сказал Кир. Взял девушку за руку и вывел на центральную улицу. Алиса достала из кармана наушники, включила песни, которые только что слушали на концерте, и поделилась одним из них с Киром. Они шли не торопясь, держась за руки. Зайдя в парк, Алиса посмотрела на ясное небо и остановилась. В темноте аллей можно было разглядеть яркие звезды. Они присели на скамейку и подняли головы в поиске знакомых созвездий.

– Видишь, там Малая Медведица. – протянула руку Алиса. Кирилл не смог удержаться, подтянул ее ближе к себе и поцеловал. Почувствовал, как ее спина выпрямилась и напряглась. Он отстранился, не выпуская ее из своих объятий.

– Прости, – хриплым шепотом сказал он.

– Не поняла? – тихо спросила она.

– Так внезапно… – начал он. Алиса теперь сама его поцеловала. Он стянул резинку с ее волос и распустил локоны по плечам. Провел пальцем по ее губам и почувствовал, как она задрожала. Снял пиджак и накинул Алисе на плечи. Она вновь прижалась к нему, и они снова посмотрели на звезды.

– Не хочу расставаться, – сказал Кирилл, уткнувшись в волосы Алисы.

– И я… начала книгу читать, которую купила. Сфинкс. Он мне понравился, – сказала она.

– Интересный выбор, – удивился Кирилл.

– Моя тату – это символ удачи. Мы как-то коллективом должны были выйти на сцену. Готовились танцевать на конкурсе. Стояли за кулисами, ждали выхода. И тут я поднимаю глаза на стену напротив кулис и вижу надпись «Не боится только мертвый»… Я поняла, что любой, кто готовится к выступлению, испытывает волнение. Мне тогда стало легче. Не так коленки тряслись. Мы тогда гран-при привезли с выступления. Спустя два года я набила тату. Эти слова вселяют в меня уверенность. Страх – это естественная здоровая реакция любого человека. Даже сейчас я боюсь. Боюсь влюбиться, довериться, а потом разочароваться.

– А мне уже поздно бояться. Я уже влюбился. Мне даже кажется, что то, что было до тебя, – это был сон. А теперь, рядом с тобой, я живу и могу свернуть горы и стать победителем в любом деле. Главное, ты будь рядом, – тихим голосом сказал Кирилл и поцеловал Алису снова.

В этот момент листва зашумела, первые капли дождя упали на нос Алисе. Она вскрикнула от неожиданности. Начался ливень. Они засмеялись и побежали в ближайшее укрытие. Им оказалось летнее кафе, которое до сих пор было открыто для посетителей.

– Мама оказалась права. Надо было брать зонт, – веселилась Алиса.

– Как будем добираться до дома? Давай я вызову такси на два адреса. – предложил Кирилл.

– Вызови мне такси. И себе. Разъедемся по домам, а то так и не расстанемся, – сказала Алиса и, встав на цыпочки, чмокнула Кира в нос.

Алиса вернулась домой поздно. Мама ходила из стороны в сторону и никак не могла успокоиться.

– Позвонить нельзя? Написать, что всё нормально, нельзя? Почему я должна ходить и нервничать? Год жизни у меня сегодня украла. Почему ты у меня такая безответственная! – Она всё говорила и говорила.

– Не заканчивается! Нормально же всё! Видишь, живая! – Старалась спокойно разговаривать Алиса. У нее было такое хорошее настроение, но сейчас оно уже ухудшалось со скоростью света.

Кирилл подходил к дому, насвистывая любимую мелодию. Достав телефон, он увидел десять смс-ок от мамы и пропущенный от отца. Чтобы как-то смягчить бурю, отправил два голосовых сообщения: «Всё отлично. Скоро буду» и открыл дверь подъезда. В квартиру Кирилл крался на цыпочках. Ему казалось, что все легли спать. Зайдя на кухню и включив свет, вздрогнул. Отец сидел за столом, на котором одиноко стоял стакан молока.

– Пей молоко и спать. Разбираться будем завтра, – строго сказал он и вышел в коридор.

Утром Кирилла разбудили солнечные зайчики на лице. Папа сидел на кровати и с помощью часов пускал яркие кружочки на лицо сына.

– Срочно договариваемся, Кир, – спокойно начал Александр Иванович. – Я не внедряю в твой телефон шпионские программки, а ты всегда берешь трубку и отвечаешь на все сообщения. Мы взрослые люди и будем уважать друг друга.

– Так точно. Принято-понято, – сказал Кирилл, приложив по-военному руку к голове, и достал телефон из-под подушки.

«Доброе утро». «Уже скучаю». «С утра работаю». «Потом увидимся?» – настрочил он и соскочил с кровати, собираясь на пробежку.

Глава 5: Уроки судьбы

Кирилл открыл глаза. Белый потолок. Щелк. Щелк. Щелк. Трудно дышать. Он моргнул, попытался осмотреться, увидел у дальней стены кресло, а в нем спящую Алису. Моргнул. Снова кресло. Пустое. Попытался поднять руку. Тяжело. Другая поднялась. Он протянул ее к лицу.

Маска. Он снял то, что, казалось, мешало ему дышать. Это был респиратор от аппарата ИВЛ. В этот момент в палату вошла медсестра, и Кирилл наконец-то осознал, что находится в больнице. Разволновался и по привычке дотронулся до цепочки с крестиком, но, коснувшись пальцами того места, где обычно он был, испытал резкую боль. На месте креста был ожог.

– Пришел в себя? – спросила девушка и окончательно отключила его от аппарата искусственного дыхания.

– Спи, позже еще зайду, – сказала медсестра и вышла из палаты.

Он закрыл глаза и начал восстанавливать в памяти последние события.

Кирилл уже подходил к дому. Болтал с Алисой по телефону. Подробностей он не помнил. Вроде бы они договаривались о встрече вечером в парке. Планировали погулять с собаками.

Его дорога к подъезду всегда шла рядом с садиком, далее находилась трансформаторная будка, а от нее уже тянулся забор, за которым среди деревьев скрывался его любимый школьный стадион. Именно там он часто начинал каждое свое утро, особенно летом.

В этот момент он заметил собаку, застрявшую между железными прутьями. Псина жалобно скулила, пыталась высвободиться, но у нее ничего не получалось.

– Собака, – говорил Кир по телефону. – Пошел спасать.

– Что случилось? – голос Алисы в трубке был взволнован. – Я сейчас прибегу. Подожди меня, – и она отключилась.

Собака рычала, огрызалась.

– Ш-ш-ш, – он пытался успокоить животное. Пошарил по карманам и нашел кириешку с запахом бекона. Кирилл подтянулся на заборе, перемахнул ногой и в два прыжка очутился на другой стороне. Протянул ладонь собаке и дал понюхать сухарик. Она не обратила внимания на руку человека.

– Что ты там делаешь? – услышал Кир голос отца. Вздрогнув от неожиданности, он открыл глаза.

Снова оказавшись в палате, он увидел Алису, которая сидела в кресле, поджав ноги к подбородоку. Девушка спала.

– Алиса, – позвал он. Силуэт девушки начал мигать, как помеха в телевизоре. Кирилл зажмурился и снова попытался сфокусировать взгляд. Алиса опять исчезла.

В палату зашел отец.

– Господи, я так рад, что с тобой всё в порядке, – говорил Александр Иванович, присаживаясь на край кровати.

– Мы ее вытащили? – спросил Кирилл.

– Да, у нас получилось. Ты перелез через забор обратно, схватился за железный прут, торчащий из земли. Ты думал, что с его помощью получится раздвинуть прутья в заборе. Пока ты до нее тянулся, я схватился за прутья забора. Со всей силы тянул их в разные стороны. Я думал, у меня не получится. Наконец, с громким скрежетом один из прутьев поддался. Собака освободилась. Она выскочила из ловушки и дала деру. Я только хвост ее и видел. Повернул голову к тебе, а ты лежал на земле, держась за палку. В тот момент я ничего не понял. Пока сам не схватился за палку. Меня пробило. Сердце зашлось. Я смахнул твою руку. А потом мы оказались здесь.

– Спасли, – вздохнул Кир.

– Конечно. Ты молодец. Всегда приходишь на помощь. Я рад, что у меня такой сын. Счастлив, что именно я твой отец. Хорошо, что ты родился. Хорошо, что ты есть. Помни это всегда, – сказал он. В этот момент в комнату зашла медсестра.

– Не спишь. Надо поспать, набраться сил. Завтра возьмем анализы, и если всё хорошо, отпустим домой, – она ввела какой-то препарат в трубку капельницы и вышла. Веки Кирилла начали тяжелеть, он не заметил, как закрыл глаза.

Сквозь сон он слышал разговор.

– Это какой-то кошмарный сон. Я сейчас проснусь, и всё будет по-прежнему, – говорила мама.

– Успокойся. Надо как-то это пережить. Я буду рядом, – услышал он голос бабушки. «Если бабушка приехала, значит, случилось что-то страшное. Но я живой, – размышлял Кир, – что же случилось тогда?»

Он открыл глаза. Бабушка сидела в кресле. Мама примостилась рядом с ней на подлокотнике. Отец стоял рядом и смотрел в окно.

– Послезавтра… То, что нельзя отменить, – голос мамы дрожал.

– Всё будет хорошо. Я всегда рядом, – сказал отец.

– Да, но мы всегда будем ощущать Сашину поддержку, – вздохнула бабушка.

Кирилл смотрел на спину отца и не понимал сути разговора.

– Кто ж знал, что у него проблемы с сердцем, – вздохнула бабушка.

– Как мы теперь справимся, – прошептала мама.

Кирилл переводил взгляд с мамы на бабушку и обратно.

– Всем занимается Сашин брат. Прощание состоится, – начала Анна Сергеевна.

– С кем прощание? Кто уезжает? – начал волноваться Кирилл.

– Кирюша проснулся. Милый, как ты себя чувствуешь? – соскочила с места бабушка. – Я так соскучилась по тебе. Вот надо было раньше приехать. Собираемся только, когда какие-то события в семье происходят.

– Ма, где мой телефон? Алисе надо позвонить. Она приходила. Ты ее не видела? – нервничал Кир. Анна Сергеевна рассеянно пожала плечами. Она смотрела на сына, глаза ее были полны слез.

– Завтра принесу тебе мобильник, – сказала бабушка. – Мама сейчас такая рассеянная.

В комнате был полумрак, лишь ночник отбрасывал мягкий свет на окружающие предметы, создавая ощущение уюта и спокойствия. Стены палаты, окрашенные в светлые тона, казались почти неразличимыми в темноте, а контуры мебели терялись во мраке.

Сквозь сон Кир чувствовал легкое дуновение ветра. Он открыл глаза и нос к носу столкнулся с Алисой. Ее пушистые ресницы бросали тень на щёки. Волосы, обрамляющие лицо, отливали золотом в свете ночника. Он не мог поверить своим глазам. Она снова сложила губы в трубочку и осторожно подула на него. Он закрыл глаза и сквозь запах медикаментов почувствовал уже знакомый аромат. Зажмурился. Вновь распахнул веки. Она улыбнулась так искренне, что Кирилл увидел в ее глазах не только свое отражение, но еще и безграничную нежность и заботу. Колючий комок вновь проснулся в его животе. Иголки внутреннего ежика воткнулись во всё его существо. Чувство тревоги смешивалась с нежным трепетом. Ее присутствие вызывало в нем неописуемую бурю эмоций.

– Ты меня напугала, – прошептал Кирилл. Ему так хотелось до нее дотронуться, но он даже боялся пошевелиться. Старался не дышать. Боялся спугнуть. Киру казалось, что всё это ему снится.

– Как ты здесь оказалась? – спросил он, а в ответ получил лишь еще одну улыбку. Алиса лишь поднесла к своим губам указательный палец.

– Хорошо. Помолчим, – согласился Кир и вздохнул полной грудью.

Он старался не закрывать глаза, опасаясь, что если уснёт, Алиса уйдет. Так и случилось. Утром он проснулся один. Медсестра разбудила его, и он поплелся сдавать анализы. Через два часа все его анализы, медицинская карта и выписка были готовы.

Кирилл сидел в больничном фойе и ждал родителей. Он не сводил глаз с двери, мечтая, чтобы вот сейчас вошёл отец и сказал: «Поехали».

Но вошла мама Алисы. Кирилл от неожиданности вскочил с места, уронил документы и подлетел к женщине. Он ее видел как-то с Алисой издалека.

– Здравствуйте! Алиса дома? У меня телефона нет. Если я… – начал он тараторить. Анжела Викторовна посмотрела на него таким холодным взглядом, так, что Кириллу стало не по себе. Его даже передернуло.

– Алиса уже несколько дней в коме! Ее сбила машина прямо во дворе. Надо быть в курсе! Если вы пара! Она, как угорелая, вылетела из подъезда прямо у меня на глазах. Сосед въезжал во двор на скорости. Мне сказали, что ее состояние вроде бы улучшилось. Вот к врачу иду… – Кирилл слышал слова женщины, но их смысл до него никак не мог дойти. Она развернулась резко на каблуках и пошла в сторону кабинета главного врача. Кир так и остался стоять в центре зала.

– Кирюша, такси ждет, – бабушка стояла в дверях больницы. Кир подошел к стульям, собрал все свои бумаги и вышел на улицу.

В машине бабушка протянула Кириллу его телефон. Он включил мобильник и открыл переписку с Ваней. От друга, как обычно, было сорок с лишним сообщений и столько же пропущенных звонков.

«Ты где?» «Что случилось?» «Кир, ответь!» «??????» Он листал вниз и наконец дошел до последнего. «Соболезную, Кирилл. Твой отец был крутым мужиком». «Держись, брат. Приехать не могу. Бабушка плохо себя чувствует. Но мыслями я с тобой».

– Бабушка, объясни! Что происходит! – шепотом сказал Кирилл, боясь услышать ответ. Не замечая, он начал трясти ногой, а сердце набирало обороты.

– Горе пришло в нашу семью, Кирюшенька. Твоего папы больше нет. Когда вас ударило током, у тебя сердце выдержало. Его нет. Не довезли до больницы. Ты потерял сознание, а у него случился инфаркт, – дрожащим голосом говорила бабушка.

– Я тебе не верю, – прошептал он.

– Все уже на кладбище. Мы тоже туда едем, – сказала бабушка.

– Я с папой разговаривал. Он меня навещал в больнице, – тряс головой Кир.

– Кирюша, я не буду таким шутить, – вздохнула пожилая женщина.

Через полчаса он уже шел между могил по кладбищу. Где-то вдалеке приглядывался к толпе. Чем ближе он подходил, тем медленнее становился его шаг. Первой он увидел маму. Вся в черном. Рядом дядя Андрей, папин брат. С другой стороны стоял отец. Кирилл остановился. Он видел его пронзительный взгляд. Кир вновь пошел по направлению к родственникам. Бабушка уже была там.

Подойдя к людям, Кирилл увидел закрытый гроб, у соседки по дому – фотографию отца с черной ленточкой в углу. У него было ощущение, что он смотрит фильм. Почему он видит отца? Что происходит вокруг? Ему казалось, что всё происходящее – какой-то «сюр».

Он сделал несколько шагов назад, развернулся и пошел по аллее к выходу с кладбища. Его трясло, бил озноб, как будто на улице не июль, а заснеженный октябрь. У ворот он остановился и посмотрел на золотые купола часовни. Ноги сами понесли его туда. Он не заметил, как оказался внутри. Запах воска и горящих свечей ударил в нос. Кир огляделся, сел на лавочку и посмотрел вверх. Столько святых. Куда ни посмотри, отовсюду на тебя глядят добрые, искренние лица.

Рядом кто-то присел. Одежда у человека была старая, но чистая. Лохматая борода, волосы, забранные в хвост, футболка, штаны и сланцы, надетые на носки. Он ничего не спрашивал.

– Надо верить. Надо просто верить. Вера нас спасёт. Верить в то, что всё, что ни делается, всё происходит для чего-то. Бог дает тебе урок. Значит, именно сейчас пришла пора научиться терять близких. Это всегда происходит неожиданно, неважно, в каком возрасте. К этому ты не будешь готов никогда. Надо смириться. В смирении сила и мудрость наша.

– Спасибо, – сказал Кирилл, встал и пошел к выходу. Всё в его душе противилось словам старичка. Он не понимал, как можно смириться. Что значит верить. И кому теперь верить.

Выйдя на воздух, Кириллу показало, что до этого он не дышал. Он набрал в легкие кислорода и задержал выдох. Сел в машину к дяде Андрею с мамой на заднее сидение и взял ее за руку.

– Прости, ма. Это я во всем виноват. Папа из-за меня погиб, – сказал Кирилл и заплакал. Он не мог сдержаться. Слезы лились по его лицу и капали с подбородка.

Анна Сергеевна не могла успокоить его всю дорогу. В какой-то момент она даже испугалась за его состояние и попросила Андрея везти их в больницу. Кирилл отказался.

Он вновь лежал на траве стадиона. Дождя в этот день не было. Он лежал и вспоминал, как папа впервые посадил его на велосипед. Как на юге они вместе катались на великах на море. Как отец танцевал с мамой на кухне. Как будил его с утра.

– Что разлегся. Давай вспоминай, что ты мужик. Бери на себя все функции главы семейства. Я в тебя верю. У тебя все получится. – Кирилл опять слышал голос своего отца и не мог поверить в то, что видит. Папа сидел на лавочке. Кир вскочил с травы и присел рядом.

– Я схожу с ума? – спросил он.

– Вряд ли, – пожал плечами отец. – Выдвигаю гипотезу: когда ты получил мощный разряд электричества, у тебя открылись сверхъестественные способности. Такое же может быть? Сколько таких историй показывали по телику. Возможно? Но если это не так, то мы сейчас попрощаемся. Я уйду. И ты больше меня не увидишь.

– Куда? Я не готов тебя отпустить, – с грустью сказал Кирилл.

– Так вот, возвращаемся к нашей гипотезе! Если у тебя все-таки способности, то дома тебя ждет сюрприз. И тебе придется с ним разобраться, – усмехнулся отец.

Анна Сергеевна волновалась, она не могла дозвониться до сына, но всегда знала где его искать. Кирилл издалека увидел маму, идущую к нему.

– Прости меня, пап. Все из-за меня, – сказал Кир.

– Да брось. Никогда не узнаешь, что с тобой может произойти в следующую минуту, – сказал отец и подмигнул сыну.

– И обещай мне, что это последний раз, когда мать волнуется, – сказал Александр Иванович и растворился в воздухе.

Глава 6: Главное, во что-то верить

Кирилл еще раз выключил будильник, но никак не мог понять, откуда все еще раздается эта противная песня. Он точно не ставил её и уж тем более на повтор. Она не должна была звучать снова. Голос умолк, а потом возобновился вновь: «Наверх, о товарищи, все по местам. Последний парад наступает. Врагу не сдаётся наш гордый «Варяг», пощады никто не желает!»

Кирилл открыл глаза. На него смотрел молодой парень в простой белой рубашке и прямых брюках. Это было неожиданно. Кирилл заорал. На внезапный крик сына в комнату вбежала мама.

– С тобой всё хорошо? – она присела рядом с ним на кровать и обняла сына. Он посмотрел сначала на маму, потом на человека, уже сидящего на стуле за его письменным столом.

– Вроде. Мам, а ты не замечаешь ничего необычного у нас дома? – спросил Кир.

– У нас теперь всё необычно. Пусто. Тоскливо. Хоть волком вой. Я на работу. Отвлекусь. Забудусь. Ты чем собираешься сегодня заниматься? – поинтересовалась Анна Сергеевна.

– Не знаю, мам. Хочу в больницу. К Алисе. Я должен быть там, – сказал спокойно Кирилл. – А бабушка где?

– Уже на кухне готовит тебе твои любимые оладушки, – сказала мама и пошла собираться. В дверях остановилась, повернулась и посмотрела на сына.

– Запомни, Кир. Твоей вины нет. Я тебя не виню. Никто тебя не винит, – тихо сказала она.

– Никто никогда ни в чем не виноват. Мне тоже просто не повезло, – вдруг Кирилл вновь услышал голос в комнате. За столом сидел всё тот же парень.

– Мне просто не повезло родиться не в то время. Я знаю, ты меня видишь и слышишь. И уже задаешься вопросом, кто я, – он сел рядом с Кириллом на кровать.

– Кирюша, смотри, что я нашла, – бабушка зашла в комнату с большим альбомом в руках и примостилась рядом с другой стороны. – Какой у тебя папа был молодец. Как настоящий журналист очень правильно собирал архивные данные. Здесь фотографии выстроены как семейное древо. Правда, некоторых снимков не хватает. Так тоже интересно посмотреть историю.

Бабушка открыла на последней странице, и Кирилл рассмотрел своего отца. Рядом были наклеены фотографии Александра Ивановича со своим отцом Иваном Александровичем. Вот они на рыбалке. Вот они в лесу с грибами. Рядом с палаткой. Дальше бабушка перелистнула страницу, и Кирилл увидел еще несколько фотографий. Они уже были черно-белые. На снимках стояли прадед и дед, а внизу было подписано: «Александр Иванович с Иваном».

– Что-то в нашей семье тухло было с фантазией. Почему меня тогда так назвали? – улыбнулся Кирилл.

– Не знаю. Ты ведь в курсе, какая у тебя мама впечатлительная. А еще она учитель русского и литературы. Герой где-то в книжке такой был. Поэтому ты Кирилл. Она сказала тогда, что пора ломать стереотипы, – усмехнулась бабушка.

– А это кто? – показал пальцем Кир на совсем пожелтевший снимок. Человек с фото очень был похож на того, кто сейчас сидел рядом. Он также уткнулся в альбом и сидел молча. Это Кирилла очень радовало. Он не готов был снова слушать песню про Варяга.

– Это твой прапрадед. По семейным рассказам, он еще школьником ушел на фронт. Или сразу же после школы.

– Сразу после школы ушел. Сбежал. Мне тогда шестнадцать лет было, – вздохнул Иван.

– А как же на свет появился мой прадед, если дед Иван сбежал на фронт? – уточнил Кирилл у бабушки.

– Я про это не очень знаю. Существует легенда, что у него была большая любовь, еще со школы. И когда он сбежал, он даже не знал, что его любимая ждет ребенка.

– Эту историю я послушаю позже, – сказал Кирилл громко, – а сейчас мне очень надо сгонять до больницы. Я должен узнать, как Алиса.

На роликах он быстро добрался до медицинского городка. Переобувшись в кроссовки, уже спокойно вошел в здание. В регистратуре уточнил, где можно узнать о состоянии больных, и направился в сторону реанимации. Поднявшись на нужный этаж, он из-за поворота услышал уже знакомый голос мамы Алисы. Прижавшись к стене, чтобы его не заметили, превратился в слух.

– Нужно время, Анжела Викторовна, – говорил мужской голос. – Были же улучшения. Сейчас не всё так однозначно. Но помните, у Алисы сильный организм. Она справится.

– Я могу на нее посмотреть? – поинтересовалась мать.

– Не нужно. Не рекомендую расстраивать себя. Она вас всё равно не слышит. Идите домой. Займитесь обычными делами. Если будут изменения, я обязательно наберу, – мужской голос замолчал. Кир выглянул из-за угла и увидел, как Анжела Викторовна направилась в конец коридора в сторону другой лестницы. Врач развернулся в сторону реанимации.

Кирилл нырнул в дверную арку, где был устроен проход в кабинет. Весь коридор до реанимации состоял из таких арок, поэтому короткими перебежками он быстро догнал врача. Киру повезло, что в этот момент никого на этаже не оказалось. Когда дверь реанимации уже почти захлопнулась, Кир был рядом. Он рукой придержал ее, а потом тихонько проскользнул внутрь.

Палаты в этом отделении находились за стеклянными стенами. Здесь было больше обзора, и помещения со всех сторон просматривались, правда, не до конца. Метр от пола вверх по всему периметру пространство было обшито пластиковыми панелями. Кирилл присел на корточки и пополз, по ходу движения заглядывая во все стеклянные просветы.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.