Лада Родимич
Если ищешь, найдёшь

© Текст. Лада Родимич, 2025

© Т8 Издательские технологии, оформление, 2025

Пролог

Каждый пишет «Картину мира» по-своему. У одних это авторский проект с чередой взлётов и падений, не прекращающейся борьбой, выгоранием до пепла и возрождением, запускающим не видимый механизм внутренней эволюции, что делает их только сильней.

А у других есть тот, кто определяет цветовую палитру, расставляет приоритеты по шкале ценностей. Находясь в его тени получаемый опыт ничтожно мал, зато защищает от невзгод и принятия самостоятельных решений. Но при малейшей неудаче именно его обвинят во всех бедах.

«Квест» под названием ЖИЗНЬ, гарантирован каждому без исключения. Ни условия игры, ни степень сложности, ни собственная роль в нём изначально никому не известны. При запуске в «игру» все «спят». Бороться и чего-то добиваться, не зная истинной цели своего воплощения и предназначения в нём, с дремлющим сознанием, затруднительно. Но кнопка PLAY срабатывает без запроса на готовность игрока.

Те, что сильней, не ищут лёгких путей, продвигаясь вперёд шаг за шагом без опоры на чьё-то плечо, пока не спадёт чёрная повязка с глаз и не сотрутся путы. Набивая шишки, кровоточа ранами, они пробираются по лабиринту, преодолевая трудности в надежде на окончание испытаний. Но вместо знака «выход», следует новый уровень «игры», а потом ещё и ещё. С каждым этапом «игроки» легче держат удар, неукоснительно продвигаясь вперёд. Когда мозоли становятся бронёй и приходит чёткое понимание того, зачем даны испытания, наступает момент «пробуждения». Это случается у каждого в своё время.

Закрыть последний уровень редко кому удаётся, потому что выходом из игры является смена мерности. А дальше новое воплощение души и снова «игра».

Другая категория «игроков» с трудом делает шаг в неизвестное. Обстоятельства толкают их, заставляя принимать решения, действовать. Но пятясь назад и надеясь на чью-то поддержку, они пасуют перед страхом сделать что-то самостоятельно. Привычка получать результат с помощью кого-то сдерживает их продвижение по лабиринту.

Живя по принципу «как придётся и как получится», не понимая важности прохождения каждого этапа, они пропускают сложные задачи, словно когда-нибудь смогут вернуться и допройти начатый уровень, сделать работу над ошибками. Порой уходит вся жизнь, а то и её недостаточно, чтобы понять смысл всего «квеста».

Переходы с одного «игрового уровня» на другой в физической жизни проявляются через ментальное созревание. У психологов это явление называется популярным термином «трансформация». У коучей-теоретиков — «апгрейдом» или «тюнингом личности». Но как бы ни назывался этот не видимый глазу процесс, он зачастую сопровождается нестерпимой болью души. Её невозможно описать словами, к ней нельзя применить термина. Она изматывает и истощает. Она пронзительно и всецело подчиняет себе мысли и эмоции.

Задыхаясь от немого крика и невозможности унять эту боль, Душа мечется в поиске ответов на вопросы: «Кто она и зачем здесь». Но кричи, не кричи – никто не услышит. Крик души – это слёзы, терзания и поиск, поиск, поиск своего истинного пути и предназначения.

В этом случае приходящие «на помощь» психотерапевты пытаются нащупать у своего клиента триггерные точки в подсознании. В случае посложнее психиатры ставят диагноз и назначают лечение.

И те и другие бессильны, пока в «игре» не выжмется кнопка AUT и «игрок» не переключится на режим «осознания себя».

Полученный жизненный опыт «слепого», перемноженный на убеждения «незрячего», теряет актуальность с наступлением прозрения, тогда и мир вокруг меняется неизбежно.

Он не плохой и не хороший – он для каждого свой.

Землю на своих руках держат и продолжают эволюцию человечества истинно счастливые люди.

Даниил Андреев

Глава 1
Звездопад
Август 2024 года

Она лежала в источающей вечернюю свежесть траве, заворожённо разглядывая усыпанное звёздами небо. На первый взгляд оно было таким же, как семь лет назад – в «другой» жизни. Где первая упавшая звезда, услышав крик её Души, смело подхватила и бесповоротно развернула полотно судьбы.

Наблюдая за звёздами со счастливой улыбкой, она мысленно уносилась в далёкое босоногое деревенское детство. Где, засиживаясь допоздна на разогретой дневным зноем крыше сарая, маленькая мечтательница смотрела немигающим взглядом в ночное небо, подмечая, насколько разное оно бывает. То неожиданно низкое, с крупными мерцающими бриллиантами звёзд, то неизмеримо высокое, далёкое, выстланное призрачной серебряной пылью Млечного Пути.

В детстве загадочность ночного неба будоражила воображение, побуждая мечтать.

Как смело она умела мечтать! И все мечты казались исполнимыми, потому что верила в свою счастливую звезду. Почему же, став взрослой, та девочка перестала мечтать? А при мысли о будущем увязала в зыбком тумане необъяснимой тяжести?

Улыбка медленно сошла с её губ, и на мгновение меж бровей привычно пролегла задумчивая складка. Смахнув с лица набежавшую тень прошлого и выдохнув с облегчением, она снова вернулась к безмятежности. Больше ничто не отзывалось тяжестью на сердце и не причиняло страданий. Теперь она знала причину скопившейся за долгие годы душевной боли и невозможности избавиться от неё.

Много лет ей казалось, что живёт «не своей» жизнью, что светлая, счастливая любовь, о которой мечтала в юности, прошла мимо, уступив дорогу одиночеству. Всё было не то и не так, не там и не с теми, словно кто-то заменил её «настоящую» на заблудившегося и забывшего своё имя «двойника».

Чтобы понять, «кто она есть и зачем ей дана эта жизнь», надо было отыграть затяжной тайм, пройдя внутренний ад разрушений, испытав боль утрат и запомнив горький вкус поражений. А потом вопреки всему превратить чёрную полосу жизни во взлётную и навсегда вырваться из прошлого.

Разгадав замысел «игры», в которую оказалась вовлечённой, она поняла, почему и зачем произошло всё именно так, а не иначе, удивляясь, как меняется привычный мир вместе с сознанием.

Всматриваясь в звёздную бесконечность, Лена услышала собственный голос с нотками лёгкой иронии:

– Кто же так мастерски организовал мой заброс в эту бесконечную гонку без парашюта и страховки?

Вопрос прозвучал в пустоту, без ожидания ответа. Глядя на звёзды, как на посланников волеизъявления свыше, она продолжила размышления шёпотом:

– Как же мучительно долго я проходила эти уровни!

И, помолчав, завершила с усмешкой:

– Зато теперь могу быть хорошим инструктором!

А потом, не отрывая глаз от неба, погрузилась в воспоминания без жалости к себе и без сожаления о потерянном времени.

Несбывшиеся когда-то мечты и надежды с годами легли на её плечи разочарованием, заточив сознание в невидимую темницу. Она смирилась с тем, что имеет, словно узница, лишённая права выбора. Сквозь потускневшие глазницы окон своей душевной тюрьмы она разглядывала бурлящий суетой и волнительной радостью мир, наполненный ароматами и чарующими красками. Он от неё скрывался за непреодолимой стеной собственных убеждений.

Ей казалось, что она живёт не своей, а какой-то чужой навязанной ей жизнью. Хотелось вырваться из замкнутого круга, но по какой-то причине она продолжала оставаться пленницей, трепетно сохраняя хрупкую надежду на избавление.

Покорно отказываясь от собственных желаний, фанатично дорожа с трудом созданной и оберегаемой ею семьёй, она смирилась с неудачами, нелюбимой работой и маетой будней. Живя из года в год интересами и целями домочадцев, подчиняя собственную жизнь их правилам, исполняя их желания, растворяясь в заботах о них, она совсем разучилась мечтать, успокаивая себя, что «жизнь состоялась», ведь у неё «всё как у всех» – дом, муж, дети. Всё как у всех, и одиночество тоже.

Слушая тренинги, читая статьи и книги по развитию личности, она пыталась купировать неудовлетворённость собственной жизнью и пустоту внутри себя, заполняя каждый день «важными» делами, ставя ложные цели.

Это не наполняло её счастьем и покоем. Она понимала, что упускает что-то очень важное. Упорно испытывая себя на виражах судьбы, думала, что движется вперёд, но это был всего лишь бег по кругу. Неся гордый статус «лучшей в мире жены», самоотверженно воспитывая сыновей, терпеливо занимаясь переездами и ремонтами квартир, осваивая новые профессии в поиске реализации себя, она искала средство от мучительного одиночества, засевшего занозой глубоко под сердцем. Находя время на всех и на всё, она стабильно забывала о себе.

Жертвуя временем, отведённым на свой земной путь, она трепетно охраняла покой мужа от «суеты». Он же смотрел на её «искания» снисходительно, принимая как должное уют в доме и созданный для него комфорт. Её готовность к компромиссам и бесконечное терпение обесценивались им, оставаясь не замеченными.

Она не докучала просьбами, истериками, ультиматумами, требованиями, каждодневным нытьём, не обременяла мужа такими «мелочами», как быт. Её автономность и привычная самодостаточность служили ему гарантом спокойствия. Все проблемы и неурядицы решала сама, рассчитывая только на себя.

Он не спешил принять участие в повседневных заботах, бравируя коронной фразой: «Вдруг завтра война, а я устал?» Первые годы совместной жизни она воспринимала это как шутку, потом как аргумент бездействия. А спустя много лет смирилась с ультиматумом его природной лени. Её безграничное терпение годами позволяло ему забывать о своих обязанностях. А умилительное признание: «Ты лучшая в мире жена!» – окрыляло эйфорией исключительности не избалованную похвалой Лену.

– Таких, как ты, больше нет! – льстиво восхищался он.

И действительно, таких, как она, дурочек не много! Она была «удобной» женой, которой не надо дарить цветы, потому что они вянут. Не надо тратиться на украшения – она их не носит. А на день рождения и восьмое марта можно просто разрешить потратить на себя собственную зарплату, сказав: «Ты моя единственная любимая женщина, купи себе подарок сама – какой хочешь!» Но при этом общего бюджета у них не было, а денег на тот самый подарок он никогда не дарил. И странное дело, ей ничего не хотелось и ни о чём не мечталось, а годы шли, и она безвозвратно теряла время.

Не научившись жить легко, она жила как получалось. Довольствуясь самообманом, пыталась найти своё счастье в «стабильности», от которой погружалась в депрессию.

Накопившиеся вопросы: «Зачем я живу?»; «В чём моё предназначение?» утратили всякую надежду на ответ. Они не потеряли актуальности, просто «затёрлись», забылись. И всё чаще возникали другие: «Неужели моё счастье такое?»; «Можно ли назвать это счастьем?»; «Для чего она мне такая жизнь? И моя ли это жизнь?».

Странно то, что, цепляясь за пресловутую «стабильность», она ни разу не задалась вопросом: «А тот ли человек со мной рядом?»

Лавируя между бесконечными компромиссами, она медленно умирала, теряя жизненные силы, как срезанный цветок. Когда не осталось сил жертвовать собой во имя чужого эгоизма, и безграничный резервуар терпения переполнился, в сознание прозвучал сигнал SOS.

Точка невозврата возникла на исходе лета, в тот памятный звездопад, когда, устав от серости жизни, Лена терпеливо ожидала его начала. Ей до боли, до крика хотелось вырваться из замкнутого круга, в котором она задыхалась от одиночества вдвоём. В её сознании теплилась эфемерная надежда, что падающая звезда сможет в этом помочь.

Стрелки на часах приближали время «Х». Царила безмолвная, наполненная предвкушением волшебства ночь. Ожидание было чарующим. Ощущая пограничное состояние покоя и непокоя, она замерла перед гигантским экраном виртуального кинотеатра, созданного Творцом. Ночное небо распахнулось огромным порталом, мир затих, словно кто-то могущественный нажал на стоп-кадр!

Раскинувшись в сухой и ещё тёплой от дневного зноя траве, она почувствовала, как листочки, едва касаясь, щекочут мочку уха. Но, проведя рукой, обнаружила мокрую ладонь, по щеке просто стекали слёзы. Душа устала молчать.

Вдруг в тишине замершего совершенства, как искра от зажигаемой спички, чиркнула яркая вспышка. Нарисовав на полотне неба светящуюся траекторию, летящая звезда мгновенно утонула во мгле.

Боясь опоздать, Лена выдохнула свою боль:

– Я устала так жить!

Стоило произнести эти слова, как тут же пространство ожило. Едва успевая улавливать движение стремительных звёзд, непредсказуемо срывающихся с места и исчезающих в разных направлениях распахнутого безвременья, она провожала их взглядом, умоляя каждую гаснущую искру падающей звезды о счастье. Её переполняло жгучее желание, посылаемое в небо немым криком: «Я больше так жить не могу! Я хочу быть счастливой! Я хочу крылья!»

Наревевшись в голос, она затихла. Её тело стало невесомым и словно прозрачным, сквозь него струились потоки воздуха. Каким-то странным образом она уловила свечение рядом с собой. На расстоянии вытянутой руки парил Ангел. И её это не удивляло. Они парили рядом в полном молчании. И вдруг прозвучал её вопрос:

– Что такое счастье? Как его найти?

Фраза, обращённая к посланнику Небес, была совершенно обыкновенной, она звучала как очередной вопрос длительного диалога. Пространство тут же наполнилось голосом, лишённым интонаций. Она знала, что это голос Ангела:

– Счастье – это когда случается нечто хорошее. Но это чувство временно и, возникнув по причине чего-то, проходит.

– Ты прав, – вздохнула она, – после яркой вспышки эйфории действительно проблемы возвращаются, мы их решаем и надеемся, что когда-нибудь придёт покой.

Ангел продолжил:

– Счастье – это не награда, не мир в душе и не умиротворяющий покой от решённых проблем. Счастье поверхностно. Это состояние временное, а мир в душе нечто более глубокое, он состоит из противоречий и баланса между ними.

– А если отчаялся? И живёшь, не зная счастья и покоя много лет? Что делать тогда? – спросила она, ожидая ответа. – Как жить, когда чувствуешь себя опустошённым?

Ангел выдержал паузу.

– Мир в душе учит принимать жизнь такой, какая она есть. Спокойствие ничем не может быть нарушено, если есть осознание и принятие всего, что происходит вокруг.

Ей хотелось услышать в его словах инструкцию, и она задала следующий вопрос:

– Как прийти к состоянию гармонии и лёгкости?

Вместо ответа Ангел улыбнулся, окутав её миллиардом лучиков безусловной любви. Каждое последующее слово проникало в её сознание, пробуждая давно забытые ощущения:

– Счастье состоит из тончайших энергий, порождённых желаниями. Чем желание светлее и ярче, тем выше частота и мощь энергии, излучаемой им. Ты помнишь, какой счастливой была в детстве?

Она кивнула, вспоминая, как просыпалась с мечтой о предстоящем дне и засыпала, уже мечтая о завтрашнем. Ощутив подступившую грусть, Лена продолжила после короткой паузы:

– Как жаль, что счастье – величина непостоянная!

Ангел спросил:

– Когда ты в последний раз мечтала? Когда в последний раз ты воплотила в жизнь своё истинное желание, подчинённое только тебе?

Вопрос застал её врасплох, заставив задуматься. Не дождавшись ответа, ангел продолжил:

– Можешь не отвечать. Ты давно запретила себе думать о том, чего хочешь именно ты! Поэтому утратила радость жизни. Всё можно исправить.

Лена печально улыбнулась:

– Как? Я не знаю, как наполнить жизнь радостью. Как сделать её интересней, легче, ярче? Я не знаю, кто «я». Зачем живу? Где мой путь?

Соединив ладони на груди, Ангел тихо проговорил:

– Твоя Душа всё об этом знает. Каждый человек с рождения наделён звёздной памятью Души. Пока открыт родничок младенца, он разговаривает с нами – Ангелами – без слов. Он нас видит. Выйдя из «ангельского» возраста, у малыша остаётся символьная память. Он пытается рассказать миру о своём предназначении через рисунки, через увлечения. Слова, произносимые ребёнком по-особенному, и цветовая гамма рисунков не случайны.

Лена не сдержалась от вопроса:

– Что происходит потом со Звёздной памятью? Мы её теряем?

Ангел терпеливо пояснил:

– Взрослея, люди не утрачивают её. Просто затвердевает «родничок» – место на теменной части головы, где проходит канал общения с Богом. У большинства он претерпевает физические изменения, зарастая костной тканью. Но «тонкое тело» помнит проекцию канала, поэтому дальше всё зависит от частоты вибраций Души самого человека! Конечно, в подсознании остаются фрагменты того, что пришло из Вечности с рождением. Проявляется это через смутные предчувствия, что вот-вот вспомнится что-то очень важное, и всё встанет на свои места. Так можно объяснить взявшиеся ниоткуда знания, озарения, изобретения. Звёздную память можно «распечатать», научившись слышать Душу. Она знает всё о твоём предназначении в Земном мире, потому что владеет заархивированной информацией. Для этого необходимо шаг за шагом открывать себя настоящего – становиться осознанным, доверившись Высшему Я, научившись слышать Себя.

Лена кивнула:

– Мы действительно живём в ожидании чего-то день за днём, но понимая, что ничего не происходит, разочаровываемся. Наверно, где-то во Вселенной, живут ответы на наши вопросы? А что предопределяет цель нашей жизни? К чему надо стремиться?

Ангел не спешил отвечать, лучисто улыбаясь. И, помолчав, продолжил:

– Каждому человеку на Земле даётся его «золотое время», как кодовый ключ для входа в Божественный канал. Оно длится всего минуту. Хоть время в пространстве и не линейно, для человека та самая «золотая минута» наступает в строго определённый промежуток суток. Попав в этот временной коридор, каждое слово, каждая мысль мгновенно материализуются. Всё, что транслируется в потоке проявленного луча «золотого времени», непременно синхронизируется и идёт в исполнение.

Лена тут же спросила:

– А что это такое – «золотое время»?

Ангел немедля ответил:

– Оно определяется числом и месяцем рождения. К примеру: ты родилась тридцатого января, твоё золотое время на циферблате будет показывать один час тридцать минут – новых суток. В твоём случае месяц показывает часы, а дата (день) показывает минуты. Но Божественный канал открывается при одном условии: «золотая минута» ловится взглядом спонтанно. Вход туда невозможен, если его ждать.

Пытаясь понять, Лена уточнила:

– Неужели случайно брошенный взгляд на циферблат, открывает какой-то портал?

Ангел кивнул:

– Да. Божественный канал открывается, именно когда взгляд ловит «время» случайно. Но! – Ангел сделал паузу. – Случайных совпадений не бывает, всё предрешено.

Она задумалась:

– Вот это да! Загаданное в этот момент желание запускается в исполнение!

Ангел продолжил:

– При рождении человека закладывается его «астральный паспорт» – энергопакет Души, где в каждой числовом знаке запечатана информация. Ты, возможно, много раз об этом слышала. По Закону Творца числа имеют сакральное значение и энергию. У каждого человека «свой» индивидуальный код, состоящий из комбинации чисел. Прежде всего это часы и минуты рождения. Первая цифра кода говорит о цели и назначении Души (что ей предопределено делать).

Вторая цифра – с помощью чего делать, на что опираться.

И далее следует число, определяющее к какому состоянию внутреннего мира надо стремиться и через что это внутреннее ощущение можно воссоздать.

Существует великое множество комбинаций:

Ноль – точка начала.

Один – глубинная энергия, которая проявляется у всех по-разному. Кого-то наделяет лидерством, движением вверх, кого-то тщеславием.

Два – цифра, составляющая любой живой элемент – тело и Душа.

Три – нерушимая стабильность, основание – триединство. Иными словами – Душа одетая в тело.

Четыре – явление, имеющее четыре части, несущее изменения. Опора на внутренние знания при выборе правильного решения.

Пять – жизненная сила, внедряющаяся в любое явление или процесс – обновление и творческий потенциал.

Шесть – умение абстрагироваться от привязанностей. Способность быть наблюдателем, имеющим внутреннюю свободу.

Семь – семя, начало начал, порождающее духовное совершенство, чистоту намерения и щедрость ума. Умение вершить дела с самой высокой жизненной позиции.

Восемь – бесконечное взаимодействие между разными элементами, кармические весы.

Девять – Превосходство Духа над всем сущим, внутреннее ориентирование на то, чтобы было всё хорошо, завершение какого-то цикла. «Девять» – цифра, наделённая самой чистой и мощной энергией, это переход к следующему через действие – один и ноль – новый цикл.

Сделав паузу, Ангел кивнул в сторону. Проследив за его взглядом, Лена увидела проявляющиеся очертания подобия свитка. Спустя мгновение полупрозрачная 3D картинка стала вполне осязаемой. Свёрнутый рулон тронутого временем фолианта медленно разворачивался перед глазами, словно призывая прочесть густо исписанное рядами цифр и знаков полотно. На первый взгляд, всё выглядело как зашифрованное письмо. Между цифрами без какой-либо последовательности или системы светились знаки, похожие на математические символы.

Голографическое изображение свитка продолжало разворачиваться, числовых рядов становилось всё больше и больше. С любопытством протянув руку, она попыталась дотронуться. Голограмма завибрировала, словно имела некую плотность.

В голове возникла догадка, что это её собственная матрица. Но что обозначали символы и знаки, заполняющие промежутки между цифрами и сами цифры? Их было огромное множество. Отчаявшись понять глубокий матричный смысл, она обратилась к Ангелу:

– О чём говорят эти сочетания знаков? Если в них зашифрована моя судьба, то как прочитать нескончаемый поток, можешь мне объяснить?

Ангел слегка наклонил голову:

– Да, это твоя матрица от рождения до… Лена продолжила с замиранием сердца:

– До смерти?

Ангел отрицательно повёл головой, задав вопрос:

– А что ты называешь смертью?

Она, не задумываясь, ответила:

– Миг, когда меня не станет, когда я перестану жить, дышать.

Он покачал головой:

– Ты действительно наивно полагаешь, что всё заканчивается, когда перестаёшь дышать?

Этим вопросом он застал Лену врасплох. Нелепое и по-детски непосредственное суждение о конце жизни заставило её задуматься. Помедлив, она спросила:

– А действительно, что является смертью?

Не выражая эмоций, Ангел последовательно пояснил:

– Каждое воплощение Души – это всего лишь цикл, период приобретения необходимого опыта. Тело – смертная оболочка. Оно снашивается, отмеряя Душе данный для этого воплощения отрезок времени.

Душе надо следовать Божественному плану, ради которого воплотилась. Если она уходит с предначертанного пути, тело подвергается болезням. Для Души это самое благостное очищение. Если человек не осознаёт данную во спасение боль, она его поглощает. То, что люди называют смертью, является сменой мерности. Смерти нет – есть переход.

Вникая в глубину смысла его слов, Лена задала вопрос, возникший с момента проявления голограммы матрицы:

– Скажи, Ангел, что обозначает самый первый ряд цифр и знаков в матрице?

– Это эмоции и чувства отца и матери в момент, когда твоя Душа, сделав выбор заблаговременно, определила их земными родителями. Далее следует временной ряд от мгновения принятого решения – открытия пути вхождения для Души, до мгновения воплощения.

– Неужели в матрице прописывается всё вплоть до чувств и эмоций? – искренне удивилась она.

Ангел улыбнулся:

– Запечатлевается каждая деталь. Без неё не произойдёт дальнейшего расчёта. Каждая царапинка на физическом теле является результатом того, что происходит на тонком – Божественном плане.

Каждое принятое решение, каждое слово и каждая мысль, созданные рациональным умом, – всё переходит в числовой ряд. Там проходит согласование с Божественным планом Души и дальше в матрице производится «перерасчёт». Если продиктованные разумом мысли и действия человека не противоречат Божественному плану Души, тело находится в состоянии гармонии и здоровья. Если они вступают в противоречие, то ничего не остаётся, как пройти урок через понимание своей болезни, а иногда и перевоплощение, то есть смену мерности!

Читая и слыша об этом когда-то, Лена не понимала взаимосвязи между мыслительным процессом и телом, но в одно мгновение её озарило:

– Значит, я отклоняюсь от Божественного плана?

Ангел кивнул в знак согласия:

– Практически да! Ты уходишь от цели, не решая главной задачи. Тратишь время, проживая «чужую» жизнь. Я пришёл потому, что совокупность причин уже могла привести твоё тело к перевоплощению. Тебе трижды дали шанс выбрать свой путь. Я послан, чтобы напомнить об этом. Пришла пора делать выбор – больше шансов может не быть! Твой Род уповает на тебя, а ты уклоняешься от избранного пути, не реализовывая потенциал Души.

Помолчав, Ангел добавил:

– Понимание порядка чисел и символов матрицы живёт в «звёздной памяти» твоего подсознания. Ответы на вопросы не в абстрактной Вселенной, а именно там. Тебе надо всего лишь слышать и говорить с ним. Учись! Просыпайся! Когда ты услышишь своё «Высшее Я», для тебя многое станет очевидным!

Её рациональный ум пытался вникнуть в суть изложенной задачи. Она и предположить не могла, что в одном ангельском слове «учись» заключено постижение колоссального опыта, совершенно отличающегося от общепринятого порядка. И там будут сметены прежние жизненные наработки! Всё, что она уже усвоила, окажется ложным и будет обесценено, как прошлогодняя листва.

Задача усложнялась тем, что она не знала, как прочесть свой жизненный код, как применить его. Вопросов становилось ещё больше, чем раньше.

Лена с сожалением подумала: «Если бы люди могли читать свой жизненный код, они не совершали бы ошибок – продвигаясь по истинному пути! И всё было бы по-другому. Все жили бы вечно в любви и гармонии!»

Самое бесполезное занятие – размышлять в сослагательном и отрицательном наклонении. Вселенная игнорирует частицы речи «бы» и «не», помогая смелым и решительным.

Мысли проносились в её сознании молнией, вытесняя и опрокидывая все логически возможные доводы, порождая череду новых вопросов.

Выдержав паузу, она спросила:

– Скажи, Ангел, что надо понять, чтобы прийти к состоянию счастья? Почему встречаются абсолютно счастливые люди, имеющие в достатке всё, что пожелают, и при этом они не чувствуют чужую боль и не верят другим, что может быть иначе, нежели у них. Они никогда не задаются вопросами: «В чём смысл жизни?»; «Зачем я живу?»; «Кто Я?»; «В чём моя миссия на этой Земле?». Они живут, не терзаясь сомнениями и переживаниями. Всё им в жизни понятно – ставят цель и идут к ней! Они знают, чего хотят и как этого достичь. Может, они «особенные» люди?

Ангел прикрыл глаза и, немного помолчав, ответил:

– «Особенных» людей нет. Все люди – подобие Творца! Дело вовсе не в них самих. Тело человека, наделённое разумом, – всего лишь инструмент. Рождаясь «в комплекте» с Душой, оно постигает земные уроки. Когда приходит время разъединиться, Душа, покидая тело, переходит в другую мерность, ожидая нового воплощения, а тело истлевает. Не каждому дано знать истинное предназначение своей Души! Не каждый понимает, что уроки, проживаемые им, какими бы тяжёлыми они ни были, предназначены именно Душе – без них земное воплощение лишается смысла. Души тех людей, о которых ты спрашиваешь, также обретают земной опыт. Они живут в «своих» энергиях.

А подобные вопросы задаются теми, чья Душа воплотилась для серьёзной отработки. Для тебя этот приход на землю не приключение, а важный экзамен. Только от тебя зависит, как ты его сдашь. Поднимешься или, пройдя круг, останешься на прежнем уровне.

Лена ловила каждую фразу, произносимую Ангелом:

– Душа предварительно добровольно «принимает» условия, соглашаясь на воплощение, но никогда не приходит одна. Между Душами всегда есть договорённость. События в жизни каждого человека: хорошие ли, плохие ли – это спектакль, который играется без репетиций, роли в нём расписаны заранее, и с ними все ознакомлены. Но так просто и понятно всё выглядит только на тонком плане. В реальной, земной жизни это: трагедии, радости, боль разочарования, победы, потери, любовь, болезни, ненависть, утраты, ликование, зависть и триумф, страсти проживаемых эмоций, страхи, рождённые разумом. Их мощь зависит от частоты и чистоты Души. А главная интрига в том, что рациональный ум человека не знает о сценарии, предначертанном свыше. Пытаясь решать проблемы логическим путём, он совершает ошибки, создающие для Души «кармические долги». Разум не знает, что всё проходит по правосудию, согласно Божественному Плану и Вселенской справедливости. А Право судить есть только у Высших Сил.

Молчание Ангела длилось мгновение, после чего он продолжил:

– Тем людям, что проходят земное воплощение, «не зная горя», в любом случае когда-нибудь придётся задаться вопросом истинного предназначения Души! Лёгкость их жизненного пути может оказаться передышкой, отпуском, отдыхом между главными переходами!

Лена удивлённо вскинула брови, Ангел пожал плечами, разведя в стороны руки:

– Иногда Душа тоже бывает в «отпуске», воплощаясь чьим-то «компаньоном», чтобы помочь реализовать задачи другой Душе. Высшими Силами ей даётся «приятное путешествие на Землю».

В любом случае «хозяину» тела надо помнить, что его действия несут ответственность перед Душой. Находясь в «пикантной» ситуации под названием земная жизнь, необходимо соблюдать Кодекс Вселенной!

Улучив паузу в словах Ангела, Лена тихо спросила:

– О каком Кодексе ты говоришь?

Ангел пояснил:

– В мире людей существуют законодательные, регулирующие определённый порядок инструменты. Законы Вселенной, в отличие от земных, имеют глобальное значение и власть над сущим. Любые законы служат для урегулирования отношений внутри структуры, будь то микро- или макрокосмос. Всё существует согласно им, и несоблюдение их влечёт за собой последствия.

Согласно закону притяжения – притягивается то, о чём думаешь. А всё, что отдаёшь, получаешь преумноженным. Мысли – это своеобразная вибрирующая форма материи, наделённая качествами магнита. Как любые материальные объекты, рождаясь, они начинают жить своей жизнью. Никогда не позволяй им стать твоим хозяином, стремись к достижениям интеллектуального потенциала, который будет отвечать твоим интересам в полной мере.

Неумолимый закон соответствия всегда уравнивает то, что внутри тебя, и то, что снаружи. Внешний мир соответствует внутреннему мироощущению. Если тебя что-то не устраивает снаружи, меняй себя изнутри, своё отношение к тому, что вовне. Если хочешь изменить жизнь – измени сначала себя внутри.

Всё движется, всё вибрирует. Твоё настоящее и будущее зависит от тех вибраций, которые излучаются твоими мыслями, чувствами, эмоциями. Если ты здорова, значит, все вибрации внутри тебя в гармонии. Стресс и негативные чувства отравляют организм и приводят к болезни. Следи за чистотой мыслей. Вот это и объясняет закон вибрации.

Трёхмерный мир дуален – во всём неизбежно существуют противоположности. Шкала противоположностей имеет форму круга, где противостоящие полюса соприкасаются подобно змее, кусающей свой хвост. Любовь и ненависть – полярные чувства, они ближе всего друг к другу. Всё в этом мире двойственно и всё имеет два полюса – вот в чём закон полярности.

Всё в жизни подчинено ритму. Всё состоит из отливов и приливов, подчиняясь ритмическим колебаниям между двумя полюсами. Для всего существуют начало и конец, всякому действию есть противодействие. Повторяющиеся события в жизни подчинены волшебному закону ритма.

Во Вселенной нет случайностей, учись понимать причину того или иного события. Всеобъемлющее понятие «карма» – это философия, мудрость опыта и результат действий прошлых жизней. Закон причины и следствия для всех одинаков. То, что зовётся кармической памятью, является памятью прошлых воплощений Души.

Важно помнить: всё, в чём нуждаешься, чего желаешь, находится в некоем общем «фонде Вселенной». Чтобы это получить, надо что-то отдать, чем-то расплатиться. Вселенная не признаёт такую валюту, как деньги, для неё ценность в других ресурсах.

Хотим мы этого или нет, но во всём заложена жизненная сила, имеющая женское и мужское начало. Возникающее в жизни препятствие – это необходимый элемент движения, которому надо противопоставить положительно заряженный собственный импульс. Без борьбы противоположных сил не было бы эволюции – вот о чём гласит закон единства и борьбы противоположностей.

Соблюдая основные законы Вселенной, можно понять происходящее. А учитывая причины и следствия, привести жизнь к гармонии. Верь в себя и свои способности, привлекай позитивных людей и яркие события. Выбирай то, что будет менять тёмную сторону жизни на светлую!

Она читала об этом и много раз слышала, но по какой-то причине оставалась «спящей»! Словно пребывая в летаргическом сне, ходила по замкнутому кругу неудач, пока, придя в точку невозврата, не услышала в своей голове призыв SOS.

Стремительно произошедший переворот сознания заставил учащённо забиться сердце. От волнения реальность тонкого плана пришла в движение, подрагивая как мираж.

Потребовалось немалое усилие воли, чтобы вернуть прежний «покой». С возвратом равновесия подтянулась утерянная в эмоциональном смятении цепочка вопросов:

– Скажи, Ангел, в чём заключается предназначение Души? В чём смысл жизни?

Ангел ответил терпеливо, как ребёнку:

– Жизнь человека и предопределённость его «пути» начинаются с момента выбора, сделанного Душой, и её согласия со сценарием воплощения. Она приходит в тело избранной ею матери. После того, что называется рождением, начинается другой этап – обретение опыта. Каждая новая ступень, это осознание жизни на базе вновь полученных «уроков» – диалектика бытия! Если вибрации человеческого беспокойного разума резонируют с задачами Души, человек находится в гармонии. Но разум порождает и страх, который мешает Душе постичь истину и ощутить счастье. Счастье – вот что является истинным смыслом жизни! А предназначение у каждой Души своё.

Задаёт себе человек вопросы о смысле и предназначении или нет – зависит от уровня его сознания. А сознание зависит от согласованности парадигм суждений разума и частоты вибраций, соответствующих его Душе.

От того, что человек не задаётся вопросами смысла существования, его физическая жизнь не прекращается. Чаще всего в этих случаях он проживает на низких вибрациях, наслаждаясь радостью материального мира. Ему не нужны крылья, ему достаточно комфорта, денег, славы, достаточно прочно стоять на ногах. Это есть Земное понимание счастья, где нарушена связь с Душой.

Он посмотрел на Лену отеческим, всё понимающим взглядом:

– Твоя Душа наделена высокими вибрациями и многого в этом грубом мире не принимает. Проходя каждый экзамен, ты вступаешь в противоречие с миром. Спор отнимает силы! Перестань спорить, и ты убедишься, что к гармонии можно прийти легко.

Ясный свет Ангела, направленный прямо в её сердце, сопровождался словами:

– У тебя свой путь к счастью! Тебе придётся переродиться заново, и на это потребуется время. Рождение всегда проходит через неизбежную боль! Твоя Душа к ней готова, но разум это принимать не хочет.

Обведя глазами пространство вокруг себя, он добавил:

– В нашем эфирном мире все Души одинаково счастливы.

Искорка надежды блеснула в её сознании:

– Прошу тебя, поделись со мной малой долей того Света! Я устала и доведена до отчаяния настолько, что не хочется держаться за эту жизнь и за это тело! Но я хочу всё исправить! Хочу почувствовать настоящее счастье!

Ей казалось, что наступившая тишина длится вечность. Она не заметила, как наполнилась покоем лучистой энергии Вселенной, безграничной легкостью и безусловной радостью! И, уже паря в состоянии счастья и всеобъемлющей любви ко всему живому, она прошептала:

– Я благодарна тебе! Что мне сделать, чтобы остаться в этом состоянии счастья?

Он отвечал, и каждое его слово проникало глубоко в сердце:

– Любить себя! Помнить о себе! Заботиться о себе! Жить по велению своей Души согласно Законам Вселенной! Радоваться каждому дню и благодарить!

Ангел был уже далеко. Он удалялся, а вместе с ним таяло состояние её невесомости. Ощущая потерю чего-то очень ценного и дорогого сердцу, она снова вернулась в привычную жизнь.

Прерывисто всхлипывая и шмыгая носом, словно ребёнок, Лена возвращалась в земную реальность. Открыв глаза, она увидела ночное небо. Подмигивая мерцающими звёздочками, оно словно спрашивало: «Ты всё поняла?»

– Поняла… гм… – с оттенком грусти ответила она вполголоса и продолжила: – Ещё я поняла, что о себе забывала всю жизнь. Как можно было забыть, что я у себя есть?

Медленно присев, она обняла колени и положила на них голову. Уткнувшись мокрым от слёз лицом в ладони, тихо повторила слова Ангела: «Любить себя! Помнить о себе! Заботиться о себе! Благодарить!»

Провалившись на мгновение в тишину, она словно очнулась:

– Как же мне всё начать сначала? С чего начать? Ведь уже не двадцать лет! – Зажмурив глаза, она с усилием потёрла виски.

В свои сорок восемь она была легка, стройна и выглядела значительно моложе ровесниц.

Слёзы предательски пощипывали ранку на губе. Она и не помнила, когда прикусила её. Если бы она знала тогда, что ранка на прикушенной губе и соль слёз будут так ничтожно малы по сравнению с тем, что ожидало впереди, на пути к «истинной себе»!

* * *

Воспоминания семилетней давности вызвали на её лице снисходительную улыбку. Задумчиво посмотрев в ночное небо, Лена прошептала надтреснувшим голосом:

– Да-а-а, одному Богу известно, чего мне стоил этот квантовый скачок в сознании! И ведь это ещё не конец!

До начала очередного звездопада оставалось совсем мало времени. Она всегда знала, что однажды с ней произойдёт чудо. Но чтобы это чудо разворошило, перетряхнуло, перевернуло вверх дном привычную предсказуемую жизнь и разорило её? Этого она предположить никак не могла. Если бы о таком «перевороте», даже в порядке бреда, ей сообщил самый авторитетный в мире оракул, она ни за что не поверила бы в эту ахинею!

Её сознание не допускало даже намёка на то, что двадцатилетние семейные узы могут рухнуть, как карточный домик после осознания и переосмысления собственной жизни!

Видя только то, что хотела видеть, она не желала признавать истинную правду взаимоотношений с мужем. И стоило ей всего лишь принять никем не писанные, нигде не зарегистрированные справедливые «Законы Вселенной» и вспомнить о себе, как тут же мужчина, твердивший о «вечной» любви, проявился эгоистичным, мелочным и мстительным «слабаком»! Разве можно было предположить после отданных ею усилий, что все эти годы рядом был чужой и равнодушный к ней человек?

Насколько часто мы становимся заложниками собственной добродетели и обманываем себя, называя семейным счастьем нами же созданную иллюзорную картинку! Теперь она осознала, что крепким цементом существующего «семейного счастья» были её терпение и готовность к компромиссам.

Встряхнув копну волос, она прогнала прочь грустные мысли. Всё отболело вместе с разводом и осталось в далёком прошлом. Былой «её» не стало!

Ощущая телом влажное тепло августовской ночи, она запрокинула голову к небу, впечатляющему своей грандиозностью, и прошептала:

– Неужели всё случилось только потому, что семь лет назад на этом самом месте я искренне и очень сильно пожелала перемен? Тогда я добровольно согласилась на то, о чём даже подозревать не могла, призвав в свою жизнь самую мощную из существующих энергий – любовь! Господь, я благодарю Тебя за всё!

Облегчённо вздохнув, она улыбнулась воспоминаниям. В её Душе царил покой. Не заботясь о комфорте, приняв перемены в себе, она, как отважный пилигрим, готова была к новым квантовым перелётам. Земной возраст не останавливал. Ценность обретённого опыта отбросила в сторону шелуху сомнений, заблуждений и страхов. Обновлённая и обнуленная, она смело смотрела в своё завтра.

Сильная духом, маленькая, хрупкая, женщина на огромном Земном шаре смотрела в ночное небо и говорила со звёздами, не боясь затеряться песчинкой в бесконечности необъятной Вселенной!

Глава 2
Если б знать мы могли

Модель теории вероятностей, созданная Боксом Джеккинсом, говорит о том, что есть некий временной ряд, где события повторяются из раза в раз с математическим постоянством. Нам часто кажется, что жизнь движется по кругу и путь, по которому идём, становится проклятием с повторяющейся цикличностью неудач.

Вселенная даёт возможности быть счастливыми, но мы зачастую их отклоняем, считая не соответствующими нашим ценностям и требованиям. Почему происходит так? Вслепую, не слушая сердце и интуицию, а руководствуясь иными, не всегда верными установками, мы делаем «не тот» выбор. Не распознав бесценности предлагаемых даров, отказываемся от них, проходя мимо. Закрыв глаза и заткнув уши, сдерживаемые внутренними запретами, пытаемся уверенно и широко шагнуть в «не то» будущее, снова и снова попадая в иллюзии, полагая, что видим, слышим и контролируем происходящее. И продолжаем оставаться под манипуляцией страхов.

Нам посылаются люди, обстоятельства, чувства, неизбежно меняющие нашу реальность. Но вместо того чтобы принять, мы отвергаем их, упорно держась за привычный понятный мир, который нас же и не устраивает. Испытывая страх больших перемен, мы продолжаем сокрушаться над проблемами, настойчиво отвергая шансы изменить всё в лучшую сторону. И паникуем, когда привычная жизнь начинает рушиться. Взывая к тем же Высшим Силам, мы просим защиты и помощи, недоуменно спрашивая: «За что нам это испытание?» Хотя гораздо уместнее было бы спросить: «Зачем?»

Если настоятельные знаки и помощь свыше с завидным постоянством игнорируются нами, наступают неотвратимые «кармические санкции». Хотим мы этого или нет, по предписанию «Высшего Порядка» нас сталкивают лбами с судьбоносными переменами. И это экстренное столкновение происходит как молния, как разряд тока, оставляя шрамы и причиняя боль, заставляя многое переосмыслить в жизни.

Жалуясь на несправедливость судьбы, мы исключаем вероятность того, что это «экзамен» на зрелость Души. «Теорию вероятностей» не надо доказывать! Она бездоказательно очевидна! Согласно ей, всё происходит в свой срок!

Лишь пройдя подобную аттестацию с честью, мы выходим на «истинный путь» и движемся дальше, уже осознавая, зачем пришли в эту жизнь.

Глава 3
Конец июня 2018 года
Начало неизбежных перемен

Как Лена ни сопротивлялась, ей пришлось согласиться на командировку. До отправления поезда времени оставалось «вагон и малая тележка», часы показывали 5:15 начинающихся новых суток 21 июня 2018 года!

Оставив с вечера сборы на последний момент, проснувшись ранним утром, она без энтузиазма бросала вещи в чемодан, рационально прикидывая, что и для чего ей пригодится. Двух брюк и пары блузок, пожалуй, было достаточно, чтобы не ходить голой. Не ставя перед собой задачу кому-либо понравиться, она экономила время на подборе гардероба, рассуждая мысленно: «Перед кем дефилировать? Так сойдёт, мне замуж не выходить».

Деловито, наспех упаковав багаж, она пошла на кухню, чтобы сварить кофе. В запасе оставалось целых два часа. Мысли о бесполезности перемещений себя в пространстве затягивали сознание в воронку: «Куда ни езжай, от себя не убежишь». Ни поездки, ни смена обстановки ничего в её жизни не меняли, и кто б мог подсказать рецепт счастья? Каждый несчастливый человек, проживая свою боль, бессознательно ищет того, кто её вылечит, только не каждый знает, что спасение надо искать в себе. Одиночество вдвоём не ломает шапок перед статусом «замужем»!

Привычно тяжело выдохнув, она пробурчала:

– Дорогая моя, и в этот раз чудес на твоей улице не будет. Ты вернёшься через несколько дней домой, забыв, что куда-то уезжала.

Разговор с собой, неглубокий и печальный вздох, для неё стали привычной формой «ухода в себя». Она этого не замечала, свыкшись с размеренной и предсказуемой рутиной жизни так же, как с собственным отражением в зеркале.

Уже через пару часов поезд уносил её к событиям, которым суждено было кардинально поменять её привычную жизнь. О том, что через несколько дней она вернётся домой совсем иной, знали только Ангелы.

Лена оказалась на пороге перемен в тот момент, когда встретилась с ним глазами. Ей приветливо улыбался человек, имя которого было у неё, как и у многих, на слуху. Она представляла себе его совершенно другим – более солидным, что ли. Он же оказался моложавым, подтянутым, общительным и разбитным. Его внешность совершенно не соответствовала типу мужчин, который ей обычно нравился.

Общаясь, она держала в приоритете только профессиональный интерес, как всегда руководствуясь внутренней установкой «мне замуж не выходить». Это знакомство для неё ничем не ознаменовалось. Не обратив на него особого внимания, она сделала Алексею небольшой заказ в частном порядке, условившись, что через день за ним подойдёт.

Тот день настал. Настроение, как и погода, было солнечное. Заприметив его издалека, она направилась навстречу. Подойдя, приветливо улыбнулась:

– Ну вот я и пришла!

Алексей посмотрел на неё с такой же приветливой улыбкой и с лёгкой фамильярностью спросил:

– Ленчик, я, наверно, тебе что-то обещал?

Лена прыснула смешком, спонтанно выпалив:

– Жениться на мне!

Алексей принял шутку, как хороший игрок, – достойно отреагировав обаятельной улыбкой и внимательным взглядом.

Увидев его ответный пас, она продолжила:

– Два раза! – и опять беззаботно засмеялась.

Мотнув головой, он ответил с игривой улыбкой:

– Не-е-е, я уже женат.

Лена усмехнулась, не придавая своим словам значения:

– Да какая разница!

Для неё это была игра слов, и не более. Но стоящий рядом с Алексеем приятель, внимательно слушая их диалог, посчитал нужным прокомментировать. Тяжко вздохнув и отрицательно качнув головой, не отводя от Лены глаз, он произнёс с серьёзной обречённостью:

– Это невозможно! Он о-о-оч-ч-чень глубоко женат!

Ей дела не было до степени погружения Алексея в супружескую жизнь. Она не приняла всерьёз замечания его друга, будучи уверенной, что видится с Алексеем в последний раз. Через несколько дней всё закончится и каждый уедет в своём направлении. У неё есть семья, ей есть о чём думать, и он-то уж точно в её планы не входит. Но тем не менее продолжила с весёлой непринуждённостью:

– Ну и что! А мы её незаметно подвинем!

Приятель Алексея, не меняя прежней интонации, предупредительно возразил, закатив глаза:

– Она вряд ли это позволит! Там охраняются границы.

Лена не сдавалась. Скучать в этой командировке она не собиралась. Ей хотелось веселья и беззаботного общения. Не задумываясь о последствиях, она интригующе подмигнула Алексею и зачем-то опрометчиво бросила провоцирующую фразу «бывалой», словно принимая вызов:

– Да по фиг! Не с такими справлялись!

На лице Алексея мелькнула странная улыбка. Но в тот же момент он стал серьёзен. Уловив едва заметные нюансы его мимики, она поняла, что шутки зашли слишком далеко. Забрав заказ и поблагодарив его, она ушла восвояси.

В финальный день пребывания в командировке вместе с группой коллег Лена обсуждала варианты вечернего досуга, привычно войдя в роль «затевалы» и «запевалы» всех «корпоративов». Обладая качествами массовика-затейника, она ни за что не хотела мириться с унылыми посиделками в отеле, ей скуки хватало дома. Предметом обсуждения было хорошее спортивное кафе, где вечерами всегда собиралась публика и звучала музыка.

В тот момент, когда точка в обсуждении была поставлена, мимо проходил Алексей. Увидев Лену, он сменил направление, резко повернув в их сторону. Небрежно бросив остальным приветствие на ходу, не отводя от неё глаз, он заговорил только с ней, будто других рядом не существовало. Она кожей почувствовала внимание наблюдающих за ними притихших коллег. Кто-то из компании спросил:

– Лёха, а ты когда уезжаешь?

Не поворачивая головы, он небрежно бросил в сторону:

– Завтра, рано утром.

И, продолжая гипнотизировать её взглядом, нагло утвердительно спросил:

– Ты ж меня разбудишь?

Этот пикаперский ход, безусловно, был результатом неосторожной шутки, которую она позволила себе утром. Шесть пар глаз с неподдельным интересом наблюдали за её реакцией. Он настойчиво повторил тот же самый вопрос. Заметив его явно не трезвое состояние, она мягко включила «тормоз», решив не отвечать дерзостью на неприличное предложение:

– Телефон твой есть, если боишься проспать рейс, позвоню, разбужу.

Перед ней стоял не тот улыбчивый и приветливый парень-рубаха, а самоуверенный, привыкший добиваться своего ходок. На его загорелом лице была надета улыбка, но глаза смотрели серьёзно в упор. По непонятным пока для себя причинам, она не могла распознать их цвет. Он скорее был для неё неопределённым. С ней такое было впервые: глядя на человека, она совершенно не видела никаких цепляющих деталей внешности, словно в её внутреннем компьютере произошёл серьёзный сбой! Анализу поддавалось только что-то поведенческое, поверхностное, будто сам человек спрятался в невидимый кокон. Он для неё был без лица!

Она поймала себя на мысли, что ей импонируют его агрессивная напористость, наглость и самоуверенность. К тому же с удивлением почувствовала, как начинает испытывать тягу к его мощной мужской энергии и магнетизму, хотя внешне он ей совсем не нравился.

Она самонадеянно «приняла» предложенную им игру, правил которой не знала.

Не отводя пристального взгляда, он напыщенно спросил:

– Лен, а что ты обо мне знаешь?

В ответ она пожала плечами, не понимая цели вопроса. Он её совершенно не интересовал.

Не дожидаясь ответа, Алексей презентовался привычным для себя способом:

– Я восьмикратный Чемпион мира, заслуженный мастер спорта.

Пожав в ответ плечами, она невозмутимо ответила на его пафос:

– Я рада за тебя.

Она не понимала, зачем он распускает перед ней хвост. Слухами земля и без того полнилась, а в их общей среде его заслуги и звания ни для кого не были секретом.

Не дождавшись от неё ласкающей собственное эго реакции, Алексей неожиданно и как-то по-мальчишески спросил:

– А как ты думаешь, сколько мне лет?

Его вопрос позабавил Лену. Ей не было никакого дела до его возраста. Поэтому, едва улыбнувшись, она ответила:

– Не знаю, может, сорок или сорок пять. Да какая разница?

Ответ заметно удовлетворил его самолюбие. По всей видимости, для него очень важно было выглядеть в глазах людей моложе своих лет.

Довольно усмехнувшись, он подытожил:

– Мне через полгода полтинник исполнится.

Посмотрев на него внимательнее, она мысленно прикинула, какой месяц наступит через полгода, и уточнила:

– В январе?

Алексей кивнул:

– Да.

Невозмутимо хмыкнув в ответ, она парировала:

– Мне тоже в январе будет полтинник.

От её наблюдательного взгляда не скрылось едва уловимое удивление на его лице. Она прекрасно знала, что выглядит значительно моложе своих лет, так же как и он.

Их диалог «прощупывания друг друга» не привёл ни к чему. После недолгих колебаний Алексей под видимым предлогом отошёл от их компании, но как оказалось – ненадолго.

В кафе становилось шумно. Сквозь многоголосье пробивались первые аккорды мелодии, заставившие Лену испытать волнение. Её целиком поглотила песня Елены Север. Пробуждая что-то дремлющее, певица брала за душу: «С ума, свёл меня с ума, ты меня позвал…» Несмотря на прогретое зноем помещение летнего кафе, по её телу пробежал холодок.

Она «вынырнула» из оцепенения, когда увидела направляющегося к их столику Алексея. Прихватив по пути ловким движением свободный стул, он стремительно подошёл и решительно сел рядом с ней. Воспользовавшись тем, что из-за громкой музыки его не слышно остальным, придвинувшись поближе, он спросил с интимной ноткой в голосе:

– Лен, ты мне не ответила. Утром разбудишь меня?

Продолжая улыбаться, он смотрел серьёзными глазами.

Мягко уходя от ответа, она задала встречный вопрос:

– Ты же питерский?

Алексей расплылся в улыбке, отрицательно мотнув головой. Лена, удивлённо посмотрев на него, уточнила:

– Но ты ведь живёшь в Питере!

Посерьёзнев, он ответил московским говором:

– Нет, я «ма-а-асквич».

И, немного помедлив, как-то пренебрежительно добавил:

– Я женился на питерской.

Поддерживая беседу, она не намеревалась заходить дальше «шутейного разговора». Зная о предстоящем отпуске в Санкт-Петербурге, Лена с привычной простотой предложила:

– А давай в Питере встретимся, мне интересно посмотреть тренировки сильнейшего в мире спортсмена:

Мотнув головой, как упрямый бычок, Алексей с блудливой улыбкой на лице протянул:

– Не-е-ет, в Питере никак! – И поморщился: – Там всё по-другому.

На протяжении вечера он так и не отошёл от их столика. То ли из мужской солидарности, то ли из любопытства периодически к нему подтягивались приятели, интересуясь «как его дела?». Подавая глазами своеобразные знаки, они словно спрашивали: «Уломал?»

Своей беззаботной игривостью Лена разжигала в нём желание. Не таясь, он томно переводил взгляд с её груди на лицо, пытаясь периодически хотя бы дотронуться до руки.

Его откровенное поведение казалось ей забавным, а «животный» интерес, не оскорбляя, щекотал чувственное женское самолюбие. Лена кайфовала от мужского внимания Алексея. Поддразнивая его сексуальной манкостью, она тем временем соблюдала супружескую верность.

Этот невинный флирт для неё оставался игрой на один вечер. Понимая, что завтра поезд понесёт в прежнюю скучную жизнь, она не желала отказываться от безобидного развлечения. Дома её не завоёвывали, не «играли» с ней в подобные игры, не замечали её достоинств. Там она просто была удобной женой для любующегося собой мужа.

Кафе после полуночи закрылось. Каждый отправился в свою сторону. Весь оставшийся до отъезда день тридцатого июня, Лена совершенно по-дурацки ловила себя на мысли, что ей хочется продолжения того флирта. Незримо меняющаяся реальность не поддавалась определению. На первый взгляд всё оставалось прежним, но что-то было не так, словно неведомые Силы медленно наполняли пространство другими энергиями.

Первые симптомы неотвратимых перемен проявились в ночь с тридцатого июня на первое июля. Посадка в поезд прошла спешно, под струями проливного дождя. Оказавшись в купе насквозь промокшей, Лена, посмотрев на часы, обнаружила полночь.

Чувство, похожее на мистическое наваждение, стирающее границы реальности и сна, пришло к ней без предупреждения. Тщетно пытаясь уснуть, едва закрыв глаза, она оказывалась на качелях, которые раскачивали сознание до головокружения. В голове невнятно «шелестел» чей-то навязчивый шёпот. Ни «качели», ни шёпот, ни переполняющее грудь неведомо откуда взявшееся чувство эйфории в тот момент не настораживали её. Полагая, что это результат ярких эмоций, которые скоро пройдут, она повторила попытку уснуть, но мозг, словно находясь под воздействием галлюциногенных веществ, отказывался подчиняться.

Убедившись в невозможности сна, она лежала на спине с открытыми глазами, мерно покачиваясь под стук колёс и пытаясь собрать воедино события последних дней. Будучи в спящем купе единственным пассажиром, не сомкнувшим глаз, она бросила взгляд на дисплей телефона, заметив «3:03» ночи, и невольно выдохнула шёпотом: «Мистика, да и только!» Это сочетание цифр преследовало её на протяжении последнего времени, пробуждая по ночам.

За окном поезда светало. Промучившись без сна всю ночь, вконец измотав себя крайне возбуждённым состоянием, она решила выйти из купе, чтобы не разбудить соседей. Обуваясь, Лена почему-то вспомнила любимый с детства фильм и непроизвольно произнесла надтреснувшим шёпотом: «Прям какое-то „тридцать первое июня“!»

С какой стати ей так подумалось? И почему вдруг в сознании образовалась эта мистическая дата, рождённая литературным талантом Джона Пристли? Её нет в календаре, но тем не менее она проявилась и напомнила о своём существовании в её сознании именно в этот переход между тридцатым днём июня и первым днём июля! Подсознание управляет нашими мыслями, не отчитываясь в этом разуму. Почему ей вспомнилась экранизированная история любви средневековой принцессы Мелисенты и художника Сэма из XXI века, которая случилась на пересечении временной спирали бытности сказочного королевства Перадор в XII веке и современного Лондона в лунный день тридцать первого июня?

Ночь в поезде, как и ночь из книжного романа, оказалась порталом, обратного выхода из которого для неё уже не было. Дневной сон её тоже не спас. Стоило ненадолго провалиться в дрёму, как тут же возникали мелькания лиц, вперемешку с абстрактными событиями, и везде непременно ощущалось присутствие Алексея. Его имя прочно засело в её голове, навязчиво преследуемое неясными чертами лица, стоило только закрыть глаза. Вырываясь из бредового плена, она с трудом могла вспомнить сюжет сновидения, больше похожего на «выжимку» воспалённого сознания, мощного сексуального возбуждения и чувства «девичьей» эйфории.

Угасая и успокаиваясь, ощущения снова вспыхивали предчувствием волнительной встречи, будто тот, о ком были грёзы, должен был с минуты на минуту объявиться в купе. Понимая, что это полный бред, она не могла объяснить себе, что за «вирус счастья» поселился в ней.

По приезду домой Лена надеялась избавиться от странного «состояния», не догадываясь о его истинной природе. С таким явлением она никогда не сталкивалась, поэтому, отдав всё на откуп времени, физически растворилась в привычном потоке дел. Но глубоко внутри её сознания происходили изменения, нагнетаемые беспокойством бессонных ночей.

К счастью, наблюдать её ночные бдения было некому. Обстоятельства оставили в этой ситуации Лену одну, что освобождало от ненужных, обременительных объяснений. Муж был на вахте, сыновья уехали в Питер. День проходил за днём, и всё обретало цикличный характер.

Плотно задвинув шторы, чтобы не впускать свет полярной белой ночи, она каждый раз безрезультатно пыталась погрузиться в состояние покоя. Но стоило задремать, как тут же её бросало в пучину из обрывков фраз и размытых образов. Никакого сюжета в сновидениях не было, кроме постоянного присутствия Алексея – он был везде и во всём. И это «ВСЁ» превращалось в хаос клубком скатанных осязаемых волокон параллельной реальности. Периодически выходя из болезненной дрёмы мистического морока, она словно вырывала себя из чьих-то цепких лап, определённо, испытывая невероятное возбуждение и реально ощущая, производимые с её телом сексуальные действия. Что с ней происходило? Какая роль в этом бреду была у Алексея, с которым она едва знакома? Откуда эта страсть к нему? Ни его лица, ни голоса она не помнила, но медленно сходила с ума от возбуждения.

Попытка оправдать всё возрастными изменениями женского организма рушилась о стену голого факта: этот бред накрыл её одномоментно – в ночь с тридцатого июня на первое июля, стерев границы в сутках. С того времени ночь стала своего рода пунктиром, созданным из рваных фрагментов «больного» сна и вынужденного бодрствования. Смена времени суток вообще перестала иметь какую-либо определённую структуру. И если вначале новизна ощущений накрывала эйфорией её дремлющее желание страсти, приводя в состояние возбуждения, то спустя время уже не радовала, а мучила, заставляя серьёзно задуматься об угрозе надвигающейся психической катастрофы. Продолжаясь третью неделю, с ней происходила аномалия. Что это могло быть? Чертовщина, морок, магия? Чем бы это ни являлось, это уже было невыносимо.

В отсутствии здорового сна её мозг стал неожиданно выключаться. Стоило только найти точку покоя, как тут же проваливалась в бездну беспокойного сна на пять – десять минут. И опять её подхватывали огромные качели, раскачивая маятником до головокружения и выбрасывая на всём ходу из забытья.

Такое нервное перевозбуждение нельзя было объяснить логически. Ей словно сделали опасную инъекцию с носителем неопознанного штамма. Воздействие той прививки на тело и сознание оказалось невероятным! Что это могло быть? Она не находила ответа.

Помимо бреда, происходящего в её голове, очень заметными стали изменения в теле. Внимательно прислушиваясь к своему состоянию и придирчиво разглядывая отражение в зеркале, Лена рассуждала с долей иронии:

– Я меняюсь! Может, имя моим метаморфозам всё-таки «гормональный взрыв»?

Но, не находя аргументов, отрицательно мотала головой:

– Сомневаюсь! Ночами не сплю. Довела свой мозг до сумасшествия, а внешне никаких признаков измождённости – только преображение!

Её тело действительно, словно сбрасывая отжившую форму, приобретало стройность, гибкость, изящество и грациозность молодой женщины. Осунувшееся лицо, странным образом выглядело только моложе! Глаза светились топазами и возбуждённо искрились энергией!

Изменения внешние были всего лишь верхушкой айсберга, за завесой тайны оставалось то, что происходило с её сознанием. Наблюдая новую версию себя, она пыталась найти причину перемен и скрытого от посторонних глаз состояния. Всё чаще стала посещать мысль, что не иначе, как кто-то свыше взялся за её серьёзную «реконструкцию».

Непонимание происходящего заставляло её искать выход из создавшейся ситуации. Перебирая в памяти истории своей жизни, она не помнила ничего подобного.

Недостатка во внимании противоположного пола Лена не испытывала никогда. Она была достаточно яркой и обаятельной, что вызывало у большинства женщин непримиримую зависть и чувство соперничества. Ей часто говорили с нескрываемой завистью: «У кого-кого, а у тебя всегда выбор большой!»

Странно, но среди «очевидного большого выбора», выбора она не видела – её совершенно не интересовали мужчины «из толпы». Ей никогда не нравились «вьющиеся» вокруг её ног соискатели. Безусловно, внимание мужчин щекотало её самолюбие, поднимая самооценку, но она оставалась для них недоступной. Будучи женственной, весёлой, общительной и куражной, продолжая будить в них здоровый инстинкт «охотника», она в лучшем случае сохраняла с ними дружеские отношения, соблюдая дистанцию.

Она производила впечатление востребованной, желанной и всегда «кем-то занятой женщины». Досужие сплетни определяли ей в любовники мужчин при статусе и положении в обществе. «Приключений в светских пределах» хватало, но все они сходили на нет, заканчиваясь банальным разочарованием. Если и случался какой-то роман в её периодически «свободной от брака» жизни, то он происходил только по её собственной инициативе. Она была из тех женщин, которые выбирают сами.

В итоге, выбирая не тех мужей, не тех мужчин, она не становилась счастливой. Списывая досадную закономерность на то, что ей встречается один и тот же типаж, она не понимала главного – дело было в ней самой, в каком-то тайном чипе, вмонтированном в её сознание.

Подружившись с разочарованием, Лена перестала ожидать чуда. И когда много лет назад встретила Андрея, ставшего впоследствии мужем, решила завершить поиск. Ни о какой влюблённости в него не могло идти и речи. Ей хотелось банальной «как у всех нормальных людей» семьи. Вот и получилось, как в некогда популярной песенке «Я тебя слепила из того, что было, а потом что было, то и полюбила».

Настойчивое желание «свить гнездо» закрывало ей глаза на все «но», а этих «но» хватало! Создав «семью», она продолжала оставаться одинокой, не признаваясь в этом даже самой себе. Видел только Бог, как во имя крохотного, созданного большими усилиями «мирка» под брендовым названием «семья», жертвуя самым главным и ценным – собой, она не позволяла себе жить, своей жизнью. Словно натянув с чужого плеча «чужую», с годами привыкнув к мозолям от ношения этой «шкуры», она терпеливо тащила её, делая вид, что всё хорошо. Чтобы понять, что пальто – не то, ей понадобилось много лет.

Обладая яркой внешностью, её муж был вялым, безынициативным, довольно скучным и примитивным, зато избалованным женским вниманием партнёром. Он с большим трудом соглашался на какое-либо действие, не будучи замотивированным собственными амбициями. С таким «павлином» энергичной и фонтанирующей идеями Лене приходилось мириться ради эфемерного «семейного благополучия», имеющего для неё большую ценность. Она поднаторела в терпении и выдержке, а ревнивый, подозрительный и капризный муженёк, как полагается «нарциссу», предпочитал не баловать жену ни подарками, ни вниманием.

То ли от скуки и монотонности, то ли от недолюбленности и недополученного от мужа тепла, она периодически проигрывала в мыслях виртуально-страстный и красивый роман с несуществующим мужчиной, оставаясь целомудренной женой. И восполняла создавшийся дефицит вниманием посторонних мужчин в рамках дозволенного. Это помогало ей ненадолго проветрить «застоявшийся воздух» привычно-унылой семейной жизни. «Воздыхателей» она в неё не впускала, держа у порога и не позволяя им переступать черту.

Но разве может заменить искусственный поток воздуха, вызванный мельканием вентилятора, мощный порыв урагана? Алексей ворвался в её жизнь шквальным ветром перемен. И, судя по тому, как её подняло, бросило, расшвыряло, размотало, «торкнуло» со страшной силой, это можно было квалифицировать по максимальной десятибалльной шкале.

Она то и дело убеждала себя: «Ты ведь не юная, лишённая опыта девушка, ты зрелая женщина! Он женат, ты замужем, ничего не знаешь о нём, кроме его сферы деятельности и титулов. Лица его не помнишь, толком с ним не общалась. Не спишь ночами от наваждений и возбуждения. С чего бы? Это же бред!»

И тут же, грустно усмехаясь собственным мыслям, искала лояльные пути решения проблемы: «Да, это совершенный бред! И в этом необходимо разобраться, но с чего начать, пока не знаю. Надо хотя бы поговорить с ним. Может, что-то и прояснится. Вполне возможно, что посмеёмся вместе над нелепой ситуацией да и расстанемся друзьями?»

Постоянно прокручивая в памяти историю знакомства с ним, она всё ещё наивно полагала, что справится со случайно вторгшимся в её жизнь «недоразумением», хотя понимала, что таких «случайностей» не бывает. Борясь с угрожающим стабильности искушением, она была уверена, что сможет сохранить уклад прежней жизни. Убеждая себя в необходимости встретиться, она ждала как спасения запланированного год назад отпуска в Санкт-Петербург. Предстоящая поездка казалась ей прекрасной возможностью вернуть себе покой.

Она подгоняла время. Отъезд из дома в действительности для неё был побегом от близости с мужем, бессознательно она не желала его видеть и быть с ним, оправдывая всё усталостью. Не зная, что происходит на самом деле, и сопротивляясь тому, что потревожило «зыбкое болото» привычной жизни, она терзалась противоречиями, испытывая желание перемен. Но тем не менее ей хотелось привести всё в исполнение перманентным, безболезненным для всех способом.

Ей не свойственны были скандалы и «испанские страсти» с разборками. Благодаря умению «сгладить углы», провести «переговоры за круглым столом», она все двадцать лет плавно выводила на нужную орбиту «крейсер брака» с Андреем.

Будучи уверенной, что лёгкие сквозняки не перевернут «семейную лодку» и всё удастся удержать под контролем, она свято верила в незыблемость привычной жизни, но не могла даже предположить, что довольно скоро её мир рухнет и этого уже не избежать.

По приезду в Питер Лена несколько раз безуспешно пыталась по телефону договориться с Алексеем о встрече. К её удивлению, он вёл себя странно, как-то не по-мужски. Откровенно наслаждаясь превосходством и изворотливо жонглируя словами, он с неуместной шутовской игривостью и налётом садистского удовольствия бравировал крайней занятостью. Разговаривая с ней свысока, будто делая одолжение, он словно брал реванш за ранее проигранную партию, не соглашаясь на встречу под разными предлогами.

Полагая, что в предложении встретиться нет ничего предосудительного, Лена всего лишь надеялась вернуть душевный покой и найти выход из странной ситуации, вовсе не собираясь детально рассказывать ему обо всём, что с ней происходит на самом деле.

Время отпуска неумолимо истекало, а он не шёл на контакт, придумывая новые уловки. Поняв, что от него бесполезно ожидать откровенного ответа на прямой вопрос, она утратила надежду на разговор. Её психоэмоциональное состояние обострялось – к бессонным ночам добавился симбиоз чувств душевной тяжести и одиночества, накрывая сознание колпаком безысходности. Какие неведомые Силы объявили ей войну? Зачем они вторглись в её мир? Чего от них ждать дальше? Она не имела представления.

Надеясь справиться с проблемами самостоятельно, Лена использовала медитации, блокируя ими, как инъекцией, душевную боль. Но их хватало на короткое время, потом тягучая волна густой тоски душила с прежней силой. Под её воздействием мир вокруг становился чужим, живущим отдельной от неё жизнью. Миру не было никакого дела до всего, что происходило с её Душой. А ей что-то неведомое до физической боли сжимало изнутри грудь, заставляя испытывать беспросветную тяжесть. Это состояние становилось привычным. Справляясь с ним усилием воли, она скрывала от посторонних глаз приступы желания «выть на Луну».

В довесок к болезненному чувству, уже не во сне, а в моменты бодрствования её стало захватывать в плен буйное сексуальное возбуждение, настигающее в метро, в торговом центре, в маршрутке. Она физически испытывала его, доходя до едва скрываемого оргазма!

Её возбуждённое состояние крутящейся воронкой затягивало внимание незнакомых мужчин. В их глазах читался отклик самца на флюиды, источаемые «самочкой». Это было сумасшествием, ввергающим в эпатажный шок! В ответ на смелые предложения незнакомцев ей ничего не оставалось, кроме как убегать стремглав, по-дурацки смущённо улыбаясь. Но было не до смеха!

В надежде на встречу с Алексеем промчались ещё две недели. Целых две недели тщетных попыток поговорить с ним. Всегда у этого человека находились причины: то он уезжал из города, то недоступен. Общение с ним напоминало «игру в одни ворота». Ссылаясь на крайнюю занятость, он словно «плохой» герой из фильма открыто манипулировал ею, давая координаты, где якобы на минутку можно реально пересечься. Но в назначенном месте она его уже не заставала. А он, отвечая на телефонный звонок, только посмеивался, как неуловимый и коварный Джокер. Его веселила её настойчивость.

Её беспокойство и душевный дисбаланс набирали обороты. Движимая желанием прояснить для себя происходящее терпеливо и вежливо, подбирая веские аргументы, Лена настаивала на встрече, предпочитая телефонным разговорам прямое общение. Ей необходимо было глядеть в глаза собеседнику, чувствовать его. Алексей же словно бездушный манипулятор вёл с ней странную игру. Видно, «мальчика» когда-то обидели, и он взял за правило «наказывать».

Это раздражало и злило её, делая ещё настырнее. Ей непременно хотелось получить от него ответ на пару неудобных вопросов, крутящихся на языке. В своём бескомпромиссном стремлении она лишь усилила «хватку».

Взяв на себя инициативу водящего, Алексей недооценил «оппонента». Своими выходками он делал роскошный подарок её интеллекту, пробуждая в ней тактика и стратега. Затянувшаяся «игра» без правил запустила в каждом из них механизм азарта.

Хотела она этого или нет, но Алексей в определённом формате прочно вклинился в её «настоящее», не желая его покидать. Закрадывалось вполне обоснованное подозрение в применении им запретных способов воздействия на подсознание и управление её сексуальной энергией. Неспроста именно после знакомства с ним в её жизни всё перевернулось вверх тормашками.

Пытаясь вернуть прежний покой, в какой-то момент она поняла, что самостоятельно, без практических глубинных знаний не справится. Единственным близким человеком, способным реально помочь «раскодировать» эту заморочку, оказалась подруга Татьяна. Как наставник, обладающий необходимыми знаниями и опытом, она могла помочь разобраться в ситуации.

Убедившись в тщетности доморощенных «сеансов психотерапии», Лена решилась обратиться к подруге за помощью. Привычка не тревожить других своими проблемами заставляла её откладывать разговор до последнего.

Потратив немалые силы на очередное противостояние бессонной ночи, она сидела на смятой постели, запрокинув голову. Путаясь в рваных мыслях, разбитая и подавленная, она выжидала «удобное» время для звонка, чтобы рассказать Татьяне как душеприказчику всё, без утайки. Едва часы показали 8:30, нажав на вызов абонента, она услышала бархатный тембр Таниного голоса:

– Алло!

Собрав в кулачок «расклеенное» состояние, Лена произнесла:

– Танечка, привет! Извини, что звоню в такую рань. Ты мне очень нужна!

По оттенку в голосе Тани было слышно, что она улыбнулась:

– Привет, дорогая! Я всегда рада тебя слышать, тем более я ранняя птичка – ты же это знаешь.

После короткой паузы Таня спросила:

– Лен, у тебя что-то случилось?

Та без предисловий поделилась с подругой:

– Понимаешь…

Запнувшись на полуслове, она тщательно подбирала слова:

– Уже два месяца со мной происходит настоящая чертовщина! Я практически всё это время не сплю. Странное навязчивое сексуальное желание. Я на грани нервного расстройства.

Помолчав, Лена продолжила:

– Я всегда была уверена в своей психической стабильности, но сейчас у меня есть основания сомневаться в этом. Не понимаю, что со мной происходит! Всё дело в мужчине. Я его практически не знаю. После нашего знакомства даже не запомнила его лица, о влюблённости не может идти и речи. Однако он не выходит из моей головы. Пыталась с ним договориться по телефону о встрече, но он ведёт себя довольно странно. Я правда не знаю, что в этой ситуации делать.

Таня молчала. Выдержав паузу, Лена продолжила:

– Я пыталась войти с ним в ментальный контакт «Пересмотра отношений», руководствуясь видео С. И. Лосева с ютюба. Но это слабо помогает. Получается сумбурный клубок вместо нормальной визуализации: ветер, искры, метания – словом, сплошная белиберда. Не могу его образ удержать, он встаёт боком, спиной, крутится, гримасничает. Меня словно неведомая сила раскачивает на качелях – сна нет, отдыха нет, ещё это возбуждение, будь оно неладно!

Выслушав внимательно подругу, Татьяна не спешила «ставить диагноз», посоветовав:

– Лен, попробуй другой инструмент – «Выворотку». Это противоположное «Пересмотру отношений» направление энергий. Они закручены в обратную сторону благодаря перестановке: прося прощения – выдыхаешь, а прощая, делаешь вдох.

Надеясь услышать от старшей подруги ответ, Лена спросила:

– Тань, как ты думаешь, что это вообще может быть?

Сомневающимся голосом, немного помедлив, Таня ответила, глубоко вздохнув:

– Судя по твоему состоянию, это может быть современная магия. Хотя как тут однозначно скажешь? Случай неординарный.

И после паузы добавила:

– Лен, знаешь, есть очень ёмкое понятие – Карма. Вполне возможно, что ты вошла в отработку. Давай не будем спешить! Ты сначала выбери удобное время для «Выворотки», только не тяни.

Подруги поговорили ещё немного, условившись, что после «сеанса» Лена позвонит и расскажет о проделанной работе. Чтобы понять, как дальше действовать, необходимо было применить именно этот «инструмент».

Раннее утро следующих суток оказалось самым подходящим временем для работы с подсознанием. Дом спал, посторонние звуки отсутствовали. Сон, давно переставший быть для неё отдыхом, закончился неожиданно в 4:45 утра, заставив открыть глаза от еле уловимого прикосновения ко лбу. Ей показалось сквозь дрёму, будто кто-то поцеловал её в лоб. После полубредового сна, это прикосновение резко выбросило её в бодрствование, отдав беззвучную команду: «Пора».

Всего на сеанс отводилось времени не менее часа, но не более 1:15. Отметив «начало», она закрыла глаза, мысленно произнеся с расстановкой ключевые слова: «Я обращаюсь к своей Душе и призываю: Своё Золотое, Сияющее, Любящее, Божественное, Высшее „Я“…»

Проговорив обращение к Душе, она закончила словами: «…войти в каждую клеточку моего тела», – ощутив при этом проходящую сквозь её физическое тело плотным потоком волну энергии.

Затем, через обращение к Душе, она поставила перед внутренним взором образ Алексея, предложив пересмотреть с ней «отношения» – на вдохе прощая его, на выдохе прося у него прощения.

Всё происходящее дальше выходило за рамки разумных предположений! Метод работал самым невероятным образом. В созданной ею подсознательной визуализации Алексей яростно рассыпал электрические искры, словно его закоротило. Исходящая от него агрессия транслировала звуковую волну, наполненную густой неразберихой радиоэфира, в которой невозможно было различить отдельные звуки.

Прикладывая усилия воли, она продолжала удерживать его образ перед собой, не переставая на вдохе прощать за причиняемую ей боль и на выдохе просить у него прощения за то, что волей или неволей нарушила его ментальные пределы.

Физически же Лену знобило, не помогало даже одеяло, в которое она укуталась с головой. Зубы в прямом смысле стучали друг о друга. Пытка усугублялась пульсирующей ноющей ломотой в костях. Вытягивая из тела жилы, сжимая и скручивая в узел мышцы рук и ног, её корёжило судорогой так, что хрустели суставы.

Колоссальное нервное и физическое напряжение заставляло страдать. Плача от нестерпимой боли и изо всех сил удерживая образ мужчины перед собой, она мысленно выкрикнула вопрос: «За что ты со мной так? Я тебя чем-то обидела? Ответь!»

Он стоял к ней вполоборота, яростно выбрасывая искры. Настойчиво повторяя свой вопрос, сквозь не проходящую боль она накладывала на дыхание своё «прощаю» и «прости». Ей потребовалось время упорной ментальной работы, прежде чем отступили боль и неистовый озноб. С их уходом ушла какофония беззвучного информационного потока, неожиданно поменяв картинку визуализации. Алексей всё ещё источал агрессию, развернувшись к ней лицом. Скрестив на груди руки, он стоял в напряжённом ожидании, а позади него на развернутом огромном алом полотне горели живым пламенем крупные буквы: «Я тебя хочу».

Не отпуская его образ ни на мгновение, Лена продолжала размеренно повторять установку «прости» и «прощаю». И вдруг в её голове появилось следующее: «Ты слишком сильная. Я не могу пробиться в твою голову. Я возьму тебя снизу».

Не удержавшись от негодования, она мысленно выкрикнула: «Это не честно!» Продолжая произносить слова установки и накладывая «прощаю» и «прости» на своё дыхание, она не знала, как может дальше работать инструмент под названием «Выворотка». Изначально она вовсе не ожидала никакого диалога.

Нестерпимая боль через несколько мгновений исчезла, словно её и не было. Общение с Алексеем продолжалось посредством невербальной связи. Проговаривая установку «прощаю и прости», Лена снова прошептала:

– Это не честно!

Он не отводил взгляда. Она повторила:

– Это не честно!

На его лицо набежала туча:

– О честности нет речи. Я добьюсь тебя любыми средствами, чего бы мне это ни стоило.

Перед ней стоял образ, отдалённо напоминающий человека. Её бросило в холод при мысли, что это может быть Демон.

Она спросила, боясь услышать ответ:

– Кто ты? И зачем тебе это надо? За что ты мучаешь меня? Почему лишил сна ночью? Покоя днём?

«Образ Демона» приблизился к ней, «сверля» глазами. Она не видела отдельные черты – его облик воспринимался в целом, как вибрация, меняясь от человеческого к демоническому, не давая возможности разглядеть себя. Его взгляд был одновременно наполнен горечью, страданием и злобой.

Он транслировал:

– Ты у меня себя не заберёшь. Теперь я не оставлю шанса ни одному мужчине. Ты будешь только моя, потому что предназначена только мне.

От его слов шла мощная энергия, заставившая Лену «осесть» на постели. По её спине пробежал холод. Даже при хорошей фантазии интеллект не мог выдать ничего подобного. Происходящее в последнее время стало кошмарным сном, в котором пока ещё ей удавалось «держать лицо», не выдавая муку и боль душевного состояния. Но насколько ей хватит сил, чтобы продержаться?

Диалог с Демоном стал цикличным. Пройдя один виток вопроса и ответа, всё возвращалось на точку отсчёта. Многократные повторения заглушались помехами в информационном потоке. На тонком плане он пытался докричаться до неё одной и той же фразой: «Я тебя хочу, ты станешь только моей».

Набрав полную грудь воздуха, она с тяжестью медленно выдохнула шёпотом: «Зачем тебе это надо?»

В ответ на неё печально и трогательно сквозь демонический образ смотрели глаза Алексея: «Ты ничего не помнишь. Ты когда-то дала клятву любить только меня. Я тебя нашёл и пришёл за долгом».

После этих слов Лена почувствовала себя загнанной в тупик. Какие долги, какая клятва? Что она должна была помнить? Тяжёлый ком подступил к горлу. Ничего не понимая и еле сдерживая слёзы, неожиданно для себя она искренне прошептала: «Прости меня, Лёша. За всё прости. Я действительно ничего не помню».

Удерживая внутренним взором колышущийся образ Алексея, она тщетно пыталась унять поток слёз, навзрыд обращаясь к его Душе:

– Что я должна вспомнить, скажи, не уходи… В её голове возник ответ: «Всё сначала. Я тебя нашёл и никому не оставлю ни одного шанса. Ты всё равно будешь только моей. Я тебя люблю. Я тебя люблю. Пора, иди».

Приходя в себя, Лена долго не могла взять в толк, что в её сознании порождало подобные откровения? Как ей следовало это понимать? Всё произошедшее, включая физические реакции её тела, казалось сюрреалистичным.

Сражаясь с неведомыми ей силами и не догадываясь об истинной причине своего «недуга», она наивно пыталась прояснить что-то логическим путём. Но весь событийный ряд «конструировался» кем-то свыше, и с её стороны было нелепо оспаривать уже предначертанный Высшими Силами план, существующий в пространстве.

Стрелки часов показывали ровно шесть утра! Поглощённая событиями иной реальности, она не заметила, сколь стремительно прошло отведённое на медитацию время. Тело после болезненных конвульсий было точно выжатым. Эмоции иссякли. В то утро она приняла твёрдое решение покончить с загадками. Ей был необходим план действий, чтобы вывести себя из состояния «жертвы» и выяснить, кто или что воздействует на неё извне. Но для этого надо было съездить к Тане.

Глава 4
Сентябрь 2018 года

Растворяясь в гуще лесных «джунглей», две одинаковых и абсолютно схожих, как зеркальное отражение друг друга, ели были незаметны издалека. Их вековые массивные стволы раздваиваясь, устремлялись в небо двузубцами. Из-за густо проросшего молодняка и плотного лесного «подшёрстка» кустарника, оплетенного дикой ежевикой, эта часть леса была труднопроходимой. Остановившись напротив деревьев причудливой формы, Лена оглянулась на Татьяну.

Та легонько подтолкнула её в спину:

– Смелее. Ничему не удивляйся. Я отойду в сторону, дам знак закрыть глаза. Когда придёт время, по моему сигналу откроешь их.

Заданный импульс заставил Лену сделать шаг вперёд, через секунду она уже стояла между деревьями-близнецами. Взгляд непроизвольно скользнул вверх по стволу одного из них. Там на фоне густо голубого неба их раздвоенные вершины смыкались, образуя кольцо.

Несколько секунд она стояла с запрокинутой вверх головой, невольно подчиняясь неведомой силе, мерно раскачивающей её тело. Такие ощущения приходят, когда стоишь в море по плечи и соразмерно его дыханию движешься в ритм вместе с ним.

Высоко над головой прозрачным голубым желе колыхалось небо.

Напряжённо вслушиваясь в звенящую тишину, она уловила бархатный тембр Таниного шёпота:

– Закрой глаза.

Теплый, мягкий голос подруги сливался с шелестом листвы. Послушно прикрыв глаза и прислушавшись к собственным ощущениям, Лена поняла, что попала в энергетический портал. Её тело, спелёнутое в кокон чем-то не осязаемым, оказалось полностью во власти неведомого. Место, куда со знанием дела её привела Таня, являлось ничем иным, как Местом Силы.

Но с чего можно было начать?

Мысли метались, не желая формироваться в предложения. Наблюдая ситуацию внутренним взором, Лена вдруг явственно распознала звук, рождённый очень высокими вибрациями. Сквозь её голову зелёным лучом проходил нарастающий, слышимый только ей одной тончайший звук:

– Дзинь! – Луч замер и завис, подрагивая. Вопросы хаотично мелькали в сознании. Но чтобы получить на них ответы стоило попробовать адресовать их Высшим силам.

– Кто я? – неожиданно для самой себя мысленно спросила она пространство.

– Ты Родоначальница Великого Рода, – возникла фраза в её голове.

– Какого Рода? – совершенно ошарашенная ответом, Лена искренне недоумевала, как она, современная женщина, может стать родоначальницей Рода? С её точки зрения, зарождение Родового эгрегора могло брать начало только с незапамятных времён.

– Позже, – транслировал зелёный луч, – ты ещё не готова!

Выстраивая логические цепочки, перебирая возможные варианты, её разум пытался найти ответ на заданный вопрос. Но тут же последовало повторное утверждение:

– Время не пришло. Не спеши.

– Кто вы?

– Те, к кому ты пришла, – беспристрастно отозвался ответ в её сознании.

Мысли роились, как пчёлы. Чтобы выстроить вопрос, их надо было потянуть и нанизать на ниточку, но сделать это было невероятно трудно. Она не могла понять причины перемен в своей жизни и того, что происходит с её душевным состоянием. К тому же физически ощущался вес невидимой глазу «бетонной плиты», давящей на неё накопившейся усталостью и бессонницей. Подбирая мысленно соответствующие слова, боясь не успеть, она уже приготовилась спросить, как вдруг в голове прозвучало разрешение:

– Спрашивай.

Не минуты не медля, она выпалила:

– Кто мне Алексей? Что происходит со мной?

Вместо ответа перед её внутренним взором в мгновение ока пёстрой лентой побежала череда кадров, точно кто-то невидимый включил кинопроектор на быструю перемотку. Вдруг резкая остановка, и появился чёткий набор цифр 187(…). И лишь четвёртая, решающая цифра менялась с сумасшедшей скоростью, как на электронном табло. И вдруг она застыла на середине между «три» и «четыре». Лена поняла, что речь идёт о дате.

Далее, перед её внутренним взором, как немое кино, ожила картинка из далёкого прошлого. Парадный вход в большой дом из тёмного камня. В старину такие дома называли «дворянское гнездо». Ступени из тёмного мрамора с массивными белыми перилами. Перед домом брусчатая площадка, на ней в определённом порядке расставлены вычурные уличные кашпо с цветами, раскачиваемыми лёгким ветерком в ласковых лучах послеполуденного летнего солнца.

Посреди этого великолепия стояла пара. Молодой человек – офицер-кавалерист русской армии его Императорского Величества Александра II и юная стройная девушка, одетая в изысканное летнее платье и изящную девичью шляпку. Смеясь, она обнимала за шею своего кавалера, игриво шепча ему что-то на ушко. Глядя друг на друга нежно, они о чём-то говорили, и во всём этом было столько лучистого счастья. Но сердце почему-то щемило тоской.

Лена увидела ярко-голубые глаза «кавалера», бережно обнимающего за талию девушку. Пытаясь сконцентрировать внимание на происходящем, чтобы не потерять возможность видеть продолжение, она изо всех сил удерживала хрупкое эмоциональное равновесие, затаив дыхание. И наконец, спросила невидимого собеседника внутренним голосом:

– Кто они?

– Это ты и он, – прозвучал ответ.

– Кто мы друг другу? – Она не могла поверить в происходящее.

Тот же голос ответил:

– Вы помолвлены и обручены.

Но после короткой паузы неожиданно, как гром среди ясного неба, тот же голос произнёс сухо и коротко:

– Долг по любви.

А «кинопроектор» тем временем продолжал показ: в перспективе медленного вращения к ней приближалось, словно плывя по невидимой орбите в тёмном пространстве, старинное золотое кольцо с тускло поблёскивающим бриллиантом. Такие кольца можно увидеть разве что в музеях или на авторских выставках ювелиров, в коллекциях, стилизованных под старину. Затем нереально быстро изображение сменилось сценой расставания.

Сердце наполнилось тягучей печалью. От фразы «долг по любви», застрявшей в сознании, веяло пронизывающим холодом. Преодолевая волнение, Лена уточнила:

– Если это «он и я», что было дальше? Что потом произошло? Как возник этот «долг по любви»?

И тут же услышала:

– Вы тайно обвенчаны. Он погиб. Ты осталась венчанной вдовой и вечной невестой. Клятва верности, данная друг другу перед Богом, и сила, вложенная в слова, навсегда скрепила ваши Души, обрекая их на страдание и вечный поиск друг друга.

В смятении её сердце бешено билось в груди, вопросы роились в голове, их формулировка давалась с огромным трудом. В сознании творился коллапс. Собравшись с силами, Лена спросила:

– Тот самый «долг» и есть причина, из-за которой мы с ним встретились?

– Долг по любви. У вас с ним долг по любви, – монотонно транслировал голос.

– Алексей поэтому появился в моей жизни? – настойчиво уточнила Лена, ожидая конкретный ответ на конкретно поставленный вопрос.

Но каждый полученный ответ, порождал у неё ещё больше вопросов.

– Вы встречались, но проходили по другим урокам. Узлы судьбы завязаны ещё раньше и Души соединены Великой Любовью. Вы нашли друг друга в этом воплощении, на этом витке времени. Долг по любви.

И голос, транслирующий со спокойным безразличием неведомо откуда взявшиеся факты, и собственная способность слышать этот голос были для неё за гранью привычного понимания вещей. Это вызывало какофонию чувств, балансирующих на тончайшей грани душевного равновесия и эмоциональной стабильности. Её словно вбросило в мощный поток непреодолимой силы, и справиться с ним не представлялось возможности! Тем потоком была плотная энергия, состоящая из струй, сливающихся в едином направлении и несущая неведомо куда сознание, заключённое в оболочку тела. А куда, зачем и почему – всё превращалось в пыль от турбулентности, царящей внутри самого потока.

С трудом выстраивая в этом хаосе логическую цепочку мысли, она спросила:

– Что значит «ещё раньше»? Это когда?

Но вместо ответа незамедлительно получила следующую информацию:

– Вас столкнули, чтобы вы заново прожили любовь и устранили ошибки. В этой жизни вам друг от друга не уйти. Вам придётся всё понять и прожить.

Вынесенный вердикт оставил её без ответа. Помедлив, она растерянно спросила:

– Как прожить? Что от меня-то требуется?

Невероятное желание ясности стоило ей большого нервного напряжения. Но вместо ответа повисла тишина. Подождав немного и собравшись с мыслями, она вдруг вспомнила, что голос говорил об их венчании. И, уже совсем не надеясь на ответ, всё же спросила шёпотом:

– Мы с ним до сих пор повенчаны?

Коротко и без вариантов в голове «дзинькнуло»:

– Да.

– И что мне с этим делать?

– Вы не властны над судьбой. Всё поймёшь, когда будешь готова.

Сильнее сомкнув веки, Лена замотала головой, отчаянно пытаясь что-либо понять. В голове пульсировала фраза: «Долг по любви». Через секунду к ней откуда ни возьмись добавилась ещё одна фраза: «Колесо Сансары».

Отсекая мифологические предположения о возврате недопережитых в прошлой жизни событий, словно запрещая себе об этом думать, Лена шёпотом возразила:

– Но это всего лишь легенда о колесе времени!

Возражение растворилось в пространстве. Возвращаясь к прежней теме, она мысленно обратилась к не видимому «собеседнику»:

– Что мне необходимо сделать, чтобы аннулировать этот злосчастный «долг по любви»? Как вернуть моё душевное равновесие? Как всё исправить?

Задавая череду вопросов, она даже не подозревала о том, что ей предстояло пережить в поиске ответов. Сколько всего узнать, понять, чему научиться, что придётся принять, что потерять, от чего отказаться?

Так же неожиданно, как и исчез, снова проявился «голос»:

– Не спеши. Меняй бытие через себя. Следуй законам Вселенной – всё по справедливости. Постигай. Не отрицай того, чего ещё не знаешь.

«Голос» призывал к благоразумным действиям согласно свыше предписанного плана, а ей для начала необходимо было разобраться: кто она в этом мире, для чего в него пришла.

Она спросила растерянно:

– Как мне изменить своё «бытие»? В чём заключается справедливость Вселенной?

Голос ответил, не меняя интонации:

– Понимание придёт через обнуление.

Не поняв глубины ответа, надеясь на подсказку, Лена настаивала на своём вопросе:

– В этой жизни, на этом витке времени между мной и им что-то должно произойти? Что нам надо понять и прожить? Как избавиться от «долга по любви»? В чём он заключается? Если для этого необходимо физически реализовать «нашу забытую взаимную любовь», то о какой справедливости идёт речь – мы оба несвободны!

Задача воспринималась ею в плоскости рационального мышления. Её сознание упорно не хотело расщеплять информацию, отделяя «зёрна от плевел». Оно металось в поисках конкретного ответа. «Знаки судьбы», «сигналы», «инсайды», вошедшие в жизнь за последнее время, всё это пока для неё было не то что запредельным, но требовало совершенно иного формата мышления, определённой ментальной подготовленности, зрелости, что ли.

Между тем, оставаясь беспристрастным, голос произнёс:

– Всё принять как неизбежное и исполнить.

Она не могла понять, что от неё требуется! И, словно ожидая чьего-то разрешения на то, что находилось под строгим этическим и моральным запретом, спросила:

– Но я ведь замужем и если между нами должно что-то произойти, то это будет супружеская измена. Или от меня требуется что-то совсем другое? Мне придётся расстаться с мужем? Но мы столько лет вместе!

Ответ ошарашил своей неожиданностью:

– Ты и есть его истинная жена, у него другой нет. Кроме него, другого мужа у тебя нет. Земной план – иллюзия, искажённая временем и сознанием. Невозможно супружеской изменой назвать «любовь», благословлённую свыше.

Услышанное противоречило всякой логике. С этим человеком она была едва знакома. И это разбивало в прах все внутренние установки:

– Как такое может быть?

С минуту постояв в абсолютной тишине, словно упёршись лбом в стену, она упорно надеялась «разрулить» проблему с помощью «железной» логики, не представляя, насколько всё земное в этом случае бессильно!

Спустя несколько секунд из вакуума безмолвия прозвучал голос:

– Учись «слово» читать как книгу и получишь ответы на всё. Постигай. Иди.

Голос Татьяны прошелестел откуда-то издалека:

– Открой глаза.

Открыв глаза, Лена тут же прикрыла их ладонью, защищаясь от яркого света, рассыпавшегося перед ней на десятки маленьких солнышек. Пульс мерно стучал в висках, биение сердца возвращало её из состояния недавно изменённого сознания.

Таня стояла чуть поодаль, её глаза улыбались:

– Как ты чувствуешь себя? – Она жестом позвала к себе Лену: – Иди ко мне.

Не доверяя телу, та переступала с ноги на ногу, медленно избавляясь от оцепенения. Вибрации зелёного луча исчезли, обращая недавнюю реальность в сон и оставляя пространство вокруг безмолвным. Всё ещё находясь под гипнотическим воздействием случившегося, Лена сделала шаг назад, с благодарностью покидая место закрывшегося портала.

Таня участливо смотрела на подругу – ей знакомо было это состояние. С тех пор как трагически оборвалась жизнь мужа Валеры, место силы стало её прибежищем. Он был для неё сердечным другом, наставником, учителем, любовью. И вдруг его не стало. Не было слов, которые могли передать боль потери, плач души и бесконечное одиночество. Оставалось только принять и осознать конечность земной жизни, как смену мерности. В этом и заключалось всё объясняющее понимание, застывшее в её глазах.

Именно в тот самый сложный для себя период жизни она оказалась для Лены единственным человеком, способным понять значительно глубже, чем все остальные. Их притягивало гораздо большее, чем многолетнее знакомство и достаточно близкое общение.

Приезд Лены не был попыткой опереться на более сильное плечо. Будучи по-своему бесценными по каким-то неосязаемым константам, минуя всевозможные стандарты, они оказались рядом, чтобы помочь друг другу.

Пробираясь по узкой тропинке сквозь заросли дикороса, Лена последовательно рассказывала Татьяне диалог, состоявшийся с загадочным «голосом», стараясь не упустить ни одного нюанса. Таня внимательно и терпеливо слушала её рассказ, уточняя, задавая вопросы или вставляя комментарии.

Какое-то время они шли молча, касаясь друг друга плечами. Первой молчание нарушила Лена:

– Тань, как я могу стать «Родоначальницей» Великого Рода? Ведь начало Рода идёт с древности, а я в современном мире.

Татьяна задумчиво ответила вполголоса:

– Наверно, речь идёт о твоём скрытом потенциале.

И, помолчав, утвердительно кивнула головой, добавив:

– Да, скорее всего, тонкий план твоей Души предопределяет для тебя эту роль.

Лена молчала. Недопонимая, о каком «потенциале» говорит подруга, она терзалась вопросом, каким образом можно «дать начало Роду». Увиденное ею несколько минут назад всё ещё будоражило сознание. Прокручивая мысленно новую информацию, она всё же вернулась к обсуждению, взволнованно подбирая слова:

– Я пытаюсь включить логику, хотя понимаю, в моём случае она бесполезна – здесь нужны специфические знания. Помнишь из истории, события на стыке тысяча восемьсот семьдесят третьего и семьдесят четвертого годов? Тогда было столько войн! По-моему, это период Балканской военной кампании?

После недолгого молчания она воскликнула с улыбкой, не сдерживая эмоций, стараясь не упустить из памяти ни одной мелочи:

– А какие открылись детали! Танечка, я настолько подробно увидела фасон платья той, которая «Я»! Даже ткань! Я тактильно ощутила этот шёлк в тонкую бело-синюю полоску. Потом его военная форма! Он был похож на гусара. Его пронзительно-голубые глаза и улыбка. Я была одновременно и наблюдателем и «ей» самой, чувствуя его любовь к себе. Её было так много, я больше принимала, купаясь в ней. Как в том моменте я была счастлива!

И, немного помолчав, добавила с грустью:

– Если бы в этой жизни я испытала такую «его» любовь. Признаюсь, в том состоянии я ощутила настоящий голод и тоску по ней, даже сердце защемило. Чем это можно объяснить?

Лена пытливо посмотрела на подругу, сделав паузу, и продолжила:

– Потом, эта ничем не объяснимая боль утраты, когда мне сказали, что он погиб. Я её физически прожила! Будто часть сердца забрали. Откуда во мне эти тоска и боль? Таня, как ты думаешь, неужели это событие и есть изначальная причина того, что сейчас на меня «свалилось»?

Татьяна отозвалась задумчиво:

– Мне кажется, это только вершина айсберга, Лен. Причины глубже. Основные события произошли гора-а-аз-до раньше. Необходимо поработать с твоим подсознанием.

Находясь в состоянии психологической и физической усталости, Лена тихо произнесла упавшим голосом:

– Как понять, что со мной творится?

Ничего не говоря, Таня ласково взяла её под руку, показывая мимикой, что нужно ускорить шаг.

Минут десять потребовалось, что бы преодолеть расстояние от лесной дороги до ворот дома. Подойдя к калитке, она по-хозяйски отворила её, пропуская вперёд гостью, и с сочувствием сказала:

– Лен, то, что с тобой происходит, выражаясь языком современности, «жесть». Кармические узлы, подруга, надо развязывать!

И, затворив калитку, с улыбкой добавила:

– Чем мы с тобой вечером и займёмся.

Тяжело вздохнув, Лена посмотрела на неё молящими о помощи глазами:

– Танюша, я совершенно измотана. Если у этой истории и образовавшегося «долга по любви» «растут ноги» аж с девятнадцатого века, то, что мне с «этими ногами» делать сейчас, ума не приложу. Понимаю, что есть начало – наше с ним знакомство, потом «закрутилось» – чёрт знает что! Не знаю, что бы я делала без тебя, если бы ты мне не подсказала, что надо провести именно «Выворотку». Только с помощью её я смогла снять эмоциональное и психическое напряжение. За два месяца впервые выспалась по-человечески.

Таня смотрела на подругу глубоким, наполненным мудростью взглядом:

– Давай продолжим работу с твоим прошлым! Интуиция мне подсказывает, что «ноги», как ты выразилась, растут не из событий девятнадцатого века, а значительно раньше.

Лена замедлила шаг:

– Как ты думаешь, Тань, может, нам с ним всё-таки надо встретиться и поговорить? Только, судя по его поведению, возможно ли это?

Татьяна вдумчиво кивнула, подтверждая:

– Скорее всего, Лен, это необходимо. Пока ты здесь, начнём с «пересмотра отношений с твоим папой». Ты же помнишь, что причина проблем общения с мужчинами закладывается в неотработанных энергетических связях с отцом. Проблема общения с Алексеем это подтверждает. К тому же, судя по твоему рассказу, есть подозрение на серьёзное магическое вмешательство с его стороны. Если, конечно, такая версия подтвердится, то с этим шутки плохи.

Лена искренне наивно удивилась:

– Ты думаешь, он может магичить? Он же мужчина!

Таня улыбнулась одними глазами:

– А почему бы и нет? Ты считаешь, что этим грешат только женщины? Магия не имеет принадлежности к полу! Есть масса способов вторгнуться в чужое поле, нарушив его. Подумай сама, человек – это космос. Неведомо, что он несёт в себе. Это воздействие может быть неосознанным! Ты же ничего не знаешь о нём!

Слушая её, Лена удивлялась собственной наивности. Как она могла не учитывать психических возможностей Алексея? Ведь факты кричат об этом! Она в замешательстве пожала плечами:

– Ты права, я ничего не знаю о нём, кроме общих сведений. Он не идёт со мной на контакт. Не могу понять почему!

Всплеснув руками, она растерянно поглядела по сторонам:

– Что, казалось бы, в этом невозможного? С таким странным поведением людей я никогда не сталкивалась. Ведь это совершенно просто – поговорить.

Таня остановилась, слегка наклонив красивую голову вбок. Её зелёные глаза, не мигая, смотрели в серо-голубые глаза Лены. Она утвердительно кивнула, озвучивая свою догадку:

– Так и есть! Либо это серьёзное метафизическое воздействие на тебя, либо то, что ничуть не проще.

И, уловив в глазах собеседницы вопрос, пояснила:

– Пришло время, подруга, собирать камни… Кармический комок из накопившихся не отданных долгов пора разбирать, распутывая каждый узелок.

Таня цокнула язычком, протянув эхом:

– Это узелковое письмо из прошлых жизней тебе придётся «прочита-а-ать»!

Наступила пауза. Подруги молчали. Неожиданно Таня задумчиво продолжила свои размышления вслух:

– Обрушившееся на тебя событие всего лишь «хвостик» большой истории. Ваши Души были когда-то вместе, а потом их разлучили. Стоп!

Она посмотрела на подругу непроницаемым взглядом и утвердительно продолжила, уперев указательный палец ей в грудь:

– Вы же повенчаны! Ведь так сказал «голос»?

Лена с сомнением пожала плечами:

– Да кто же его знает, как оно было на самом деле?

Не отводя мистически пристального взгляда, от которого Лене стало немного не по себе, Таня произнесла шёпотом:

– Я бы на твоём месте не сомневалась.

И, откинув каштановую прядь со лба, не повышая голоса, пояснила:

– Твоя история, конечно, не единственная в этом мире. Работы у тебя непочатый край! Но только от тебя зависит – развяжешь ты эти узлы или нет! Задумайся, сколько горя, слёз и несчастных судеб за сотни лет скопилось в твоём Роду? Что пережила твоя Душа? Что прошла, с чем не справилась?

Сказанные шёпотом слова ввергли её в ступор. Ей казалось, что Татьяна давит на неё взглядом. Сжавшись как пружина, искренне не понимая, что должна делать, Лена беспомощно спросила:

– Как же мне со всем этим разобраться?

Таня отрешённо отвела взгляд в сторону. Не дождавшись от неё ответа, она позвала:

– Тань…

Выйдя из забытья, продолжая смотреть в одну точку, подруга выдохнула:

– В поиске ответов тебе предстоит титанический труд, да ещё и в одиночку…

На что Лена, вторя её задумчивости, ответила:

– Знать бы ещё, что именно я должна сделать и как сделать… Посмотрев на сникшую подругу уверенным взглядом, Таня напомнила:

– Ты уже в пути! Помнишь? Мой Валера говорил, что у тебя сознание «идущей». Это значит, что интуитивно ли, ведома ли Проведением, но ты идёшь к не проявленному Свету в конце тоннеля тонкого плана. И ты обязательно выйдешь к нему. Но идти тебе одной! Такие, как ты, – она усмехнулась, – как мы, проходят через всё без поводырей – в одиночку.

Лена тяжело вздохнула:

– У меня всё это в голове не укладывается. Я не знаю, с чего начать! Как «он» – мужчина из ушедшего в прошлое времени, в настоящей, совершенно другой жизни, может быть моим единственным мужем?

Всплеснув руками, Таня усмехнулась в ответ подруге:

– Это же тонкий план, Лена! В записях Акаши всё предопределено! В своём земном воплощении мы соединяем судьбы, не подозревая, кто уготован нам Высшими Силами. От незнания делаем ошибки и проживаем боль.

Услышав выражение, часто появляющееся на слуху, Лена спросила:

– Таня, объясни что такое «Акаши»?

Татьяна по-доброму улыбнулась:

– Жизнь каждого человека на Земле со всеми её страстями запечатлена в книге тонкого плана, она и называется «Хроники Акаши». Случайные события вовсе не случайны и подчинены определённым законам. Каждое событие может являться причиной переписи «хроник» в этой книге.

– Значит Небесным «писарям» работы всегда хватает? Представляю, как уже заскрипели их «перья» над моей историей! – грустно пошутила Лена.

И, немного помедлив, уточнила, внимательно глядя на старшую подругу:

– Ты сказала, что мне предстоит всё пройти в одиночку. Почему?

Словно ожидая этого вопроса, Татьяна тут же ответила, серьёзно посмотрев ей в глаза:

– Лен, это путь твоей Души, он без компаньонов. Переживаемая тобой боль говорит о том, что твоя Душа в росте. Чтобы развязать кармические узлы, необходимо испытать всё самостоятельно, без сопровождения – таковы не писаные правила тонкого плана! Читай «знаки на дороге», Высшие силы на них не скупятся.

Они обе знали о беспрекословном выполнении требований Вселенной. Обе считывали энергии пространства. Будучи по сути своей совершенно разными, они по-разному входили в информационные потоки. Но, несмотря на ощутимую разность понимания бытия, легко понимали друг друга. Существующая разница не мешала им говорить «на одном языке».

В этом волшебном, не познанном и на миллионную долю мире квантовой физики, Лена с её развитым воображением и интуитивным даром с детства, способна была получать ответы на вопросы через визуализации. Но у неё практически отсутствовал структурированный опыт применения способностей, поэтому она до конца им не доверяла и сильно сомневалась в себе.

Таня же обладала солидным багажом знаний в области, сокрытой от тысяч непосвящённых умов. Её прокачанный интеллект брал информацию извне по совершенно другим каналам и только ей известным способом.

Тепло приобняв подругу, Лена пошутила:

– Несмотря на то, что у нас с тобой разные «USB входы» для получения информации, содержание её не меняется.

В ответ на шутку Таня улыбнулась, согласно кивая.

Сентябрьский вечер медленно обволакивал мягкий прохладный туман. За окном темнело, в камине уютно потрескивал огонь разгорающихся поленьев. Зажжённые свечи добавляли таинственности предстоящему сеансу «Пересмотра отношений с отцом».

Объяснив Лене принцип работы подсознания и взаимодействия Душ во время «пересмотра», Таня расположилась в стоящем напротив кресле для «сопровождения». У Лены теплилась надежда, что сеанс приоткроет завесу таинственности, став хорошим импульсом для разрешения последующих загадок.

Началом стал вход в медитативное состояние. Не отключая до конца сознательное пребывание в комнате, Лена слышала тихий голос Тани, её рекомендации или вопросы. Главным правилом контакта было общение только с отцом, решительный уход от появляющихся «визитёров», отвлекающих деталей и иных образов в моменте «пересмотра отношений».

Целью взаимодействия с Душой давно умершего отца было отпущенное ему и принятое от него искреннее прощение, как возврат энергии. Осуществление контакта допускало любые эмоциональные и физические проявления. Практическое применение метода за много лет показало, как глубоко спрятанные обиды, скопившиеся и утрамбованные годами в пласты забвения, вскрываются словно «нарыв», сопровождаясь резкой ноющей и ломящей болью, судорогой, криком, плачем навзрыд.

Для Лены всё началось с визуализации образа отца, которого тут же перекрыло пеленой слёз. Её мгновенно окутала глубокая печаль, вышедшая наружу вместе с потоком:

– Я больше тебя никогда не увижу, папа.

Откуда возникла эта щемящая сердце фраза, почему именно она перехватила дыхание и первой вырвалась из груди? Слёзы остановить было невозможно.

Отец успокоил её скорбь:

– Мы скоро увидимся, доченька.

Лену пронзил холод бессознательного страха:

– Когда мы с тобой увидимся?

Ответ отца тут же возник в её голове:

– В пятьдесят лет.

Она словно рухнула в пропасть:

– Папа, ты хочешь сказать, что мне жить осталось всего полгода?

Отец настаивал:

– Мы с тобой увидимся в пятьдесят лет.

Слова отца обрушили её в бездну, и причина такой реакции была в буквальности восприятия информации. Истина оставалась для неё тайной.

Какое-то время они молча смотрели друг на друга сквозь прозрачную стену небытия, разделяющую их миры. Но постепенно от отца стали доноситься, словно эхо, слова сожаления о том, что он не сказал и не дал при жизни. В дальнейший разговор с ним стали вклиниваться кони, люди, битвы. Среди хаоса образов, чередующих друг друга, трудно было сконцентрироваться. Так продолжалось, пока Лена не услышала твёрдый голос Татьяны:

– Держи перед глазами образ отца. Ты контактируешь только с ним.

Память Лены послушно визуализировала отца перед внутренним взором. Исполняя роль наставника, Таня продолжала сопровождение «контакта»:

– Твоя задача простить и попросить его прощения.

С тяжёлым вдохом Лена мысленно произнесла:

– Прости меня.

И с выдохом продолжила:

– Прощаю тебя.

Тем временем от отца, стоящего на возвышении за стеной дождя, пришла не вербальная информация:

– Доченька, иди на Ильмень озеро. Оттуда Род наш.

Приглядевшись, Лена отчётливо увидела, что их разделяет вовсе не дождевая вода, а рунические письмена, пробегающие сверху вниз призрачной широкой лентой. Она не успела задать вопрос о рунах, как тот её опередил:

– Доченька, вспоминай, ты ведала эту грамоту. Ты наследница Родовой памяти. Перед тобой откроются сотни дверей. Владения твои обширны, богатства нескончаемы. Ты только сумей прочитать.

С удивлением внимая его словам, она не удержалась от вопроса:

– Папа, как я это могу прочитать? И о каких владениях ты говоришь? У меня практически ничего нет. Какие богатства? Что я должна суметь? Ты говоришь загадками.

На что отец с улыбкой ответил:

– У тебя есть всё, но ты пока об этом ничего не знаешь! Ты не знаешь своих возможностей.

Отец повернулся спиной и пошёл впереди, поманив её за собой:

– Идём, я покажу тебе твои угодья.

Не успела Лена перевести дух, как картинка перед внутренним взором поменялась. Они с отцом оказались у большой широкой и приземистой изгороди, похожей на загон для коней. Сквозь щели между досками пробивались пучки яркого свечения. Уверенным движением отец распахнул створку ограждения, и на них хлынул кипенно-белый свет, исходящий от огромных, похожих на лилии цветов. Их гигантские бутоны, как раскрывшиеся чаши, плотно соприкасаясь лепестками, создавали видимость непроходимых «джунглей». Заполняя собой всё пространство до видимой линии горизонта и ввысь, они вызывали восхищение своим величием.

Отгораживаясь ладонью от ослепительного потока света, излучаемого дивным садом, Лена недоумённо спросила:

– Что это?

И отец привычно спокойно ответил:

– Доченька, сколько видно тебе до горизонта – всё это твои владения! Ты избрана Родом! И это лишь малая доля того богатства, что мы тебе приготовили! От края и за край, тебе принадлежит всё!

В её сознании не укладывалась возможность реального владения какими-либо богатствами. А сознание не воспринимало обилие света и белых цветов до неба, как материальные блага. Чтобы оценить уготованный Родом дар, ей необходимо было выйти за рамки привычного восприятия мира.

Отцовские слова показались ей сказкой, в которую трудно было поверить, но в следующий момент подумалось: «Возможно, богатство – это спрятанный в укромном месте клад. Как же мне его определить? Что делать с этими цветами? Как разгадать эту головоломку?»

И, повернувшись к отцу, она неожиданно спросила:

– Пап, а что ты сам здесь делаешь?

Он невозмутимо мотнул головой в сторону ворот, ответив:

– Охраняю твои угодья. Ты, дочка, не сомневайся в их ценности. И не думай, что будешь с ними делать! Это на первый взгляд всего лишь цветы! Тебе предстоит постичь ценность великого дара!

Она удивилась:

– Папа, ты прочёл мои мысли? Что это за цветы? И почему ты их охраняешь? А ещё я хочу знать…

Лена затихла, тщательно подбирая слова. Отец смотрел отрешённым взглядом серо-зелёных глаз. Он не торопил дочь, ему без слов всё было понятно.

Мысли роились в её голове. Наконец она смогла сконцентрировать вопрос:

– Что означает этот дар Рода в виде бескрайнего цветника? В чём заключается тайна?

На миг повисла тишина. После короткой паузы Лена переспросила:

– Пап, что ценного в этих неземных цветах и почему ты их охраняешь?

Отец едва улыбнулся, качнув головой:

– Придёт время, девочка моя, и ты всё сама поймёшь. Время даст ответ. Я могу сказать только то, что мне дозволено, – наш Род терпеливо ждал именно твоего прихода.

От света громадных белоснежных лилий веяло невероятной силой. Заполненное волшебными цветами и пронизанное мощной энергией, пространство манило тайной из тайн, которую хотелось разгадать.

Лена ощущала себя вовлечённой в мистическую «игру». Словно вокруг неё закручивалась невидимая воронка давно предначертанных событий. Попав в создавшийся «водоворот», она уже не могла выскочить, а как действовать – не знала.

Она была не в состоянии расшифровать то, что требовало определённой зрелости сознания. Её словно к чему-то готовили и, как больному, дозированно «вливали исцеляющий эликсир»: не больше и не меньше – ровно, чтобы не навредить, но достаточно, чтобы помочь. И сколько на это потребуется времени, Лена не могла знать. Как применить получаемую информацию, не имела понятия.

Неожиданно образ отца сменился образом бабушки Анны – его матери. Увидев её в царственном обличье, с короной на голове, в золоте и рубинах, Лена ахнула вслух:

– Бабуличка, а как ты здесь появилась?

И тут же услышала строгий голос Татьяны:

– Попроси бабушку уйти, скажи, что с ней ты поговоришь позже. Держи только образ отца. Не забывай: «Прощаю и прошу прощения!» Ты отвлекаешься.

Лена незамедлительно последовала рекомендациям Татьяны. Восстановив образ отца перед внутренним взором, она продолжила «обязательное отпущение обид и принятие прощения». Процесс отработки длился продолжительное время. Физически чувствовалось облегчение: становилось легче на сердце, слёзы отступили, ком в горле ушёл. Образ отца всё ещё находился перед её глазами. Лена удерживала на нём внимание, в ожидании проявления света и посылая отцу энергию любви своего Божественного сердца.

Обязательным показателем отработки обид и возврата энергий, перед внутренним взором должен был разлиться сияющий свет. Но вместо этого перед ней неожиданно проявилось следующее видение, возникшее вспышкой, словно чья-то рука резко отдёрнула занавес, за которым уже шёл фильм.

На широкой, залитой солнцем поляне посреди берёзового леса она увидела народное гуляние, с песнями и переплясами. Судя по одеждам – это была Древняя Русь. В голове появилась информация, что собрался весь её Род для совершения свадебного обряда, где невестой была она сама. К ней с песнями и приговорами подвели жениха. Увидев знакомые небесно-голубые глаза и обезоруживающую улыбку, Лена испытала шквал искреннего протеста. Перед ней поставили Алексея.

В её Душе поднялась волна негодования, породив немой крик:

– Что он здесь делает?

И услышала:

– Он твой наречённый.

Спохватившись, что необходимо удерживать образ отца, Лена тут же позвала его внутренним беззвучным голосом:

– Папа, ты где? Что происходит?

Не прошло и мгновения, перед ней снова стоял отец. Он по-прежнему смотрел на неё любящим родительским взглядом:

– Дочка, не удивляйся. Настало время всё менять. Алексей пришёл в твою жизнь не случайно, прими его. Не гневайся. Одни Силы сделали всё, чтобы вы забыли друг о друге, а другие – дали шанс встретиться. Вам необходимо всё вспомнить, для того вас и столкнули. Понимаешь, пришла пора.

– Папа, кто те «Силы»? Кто всё это делает? Как Алексей связан с нашим Родом? Почему через тебя мне его показывают?

Отец смотрел всё понимающим взглядом:

– Учись, доченька, читать между строк. То, что ты сейчас увидела, было не совсем так. В этой земной жизни ты встретила его другим, не таким, каким твоя Душа его любила когда-то.

В ней боролись противоречивые чувства веры и не веры. Откуда отцу знать, каким был Алексей, точнее, тот, в ком была его Душа раньше. И, идя на поводу любопытства, она спросила первое, что пришло на ум:

– Он был совсем другим?

Отец затих. Шло время, но он хранил молчание. Смирившись, что не на все вопросы можно получить ответы, Лена тихо произнесла:

– Я люблю тебя, папа. Мне так тебя не хватает. Ты можешь мне сказать, что происходит со мной?

В ответ отец обнял её:

– Я тебя тоже люблю дочка. Не стремись всё узнать сразу – ты ещё не готова. Твоя Душа может выдержать любое испытание. Тебе предстоит понять иной смысл происходящего, и тогда дорогое тебе потеряет ценность. Расставшись со всем, ты будешь учиться жить заново. Ты открыла дверь в будущее, только не забудь закрыть в прошлое.

Внимая его словам, Лена сокрушённо покачала головой:

– Пап, опять загадки. Скажи, разве это не одна и та же дверь, если у неё по одну сторону прошлое, а по другую – будущее.

Отец едва улыбнулся:

– Ты спросила, что происходит с тобой. Происходит то, что находится между дверью в прошлое и дверью в будущее.

Догадавшись, о чём говорит отец, Лена уточнила:

– Настоящее?

Он качнул головой:

– Ты спешишь проскочить его как тамбур, а всё меняется здесь. Живи в настоящем! Ты бунтарь! Перестань спорить, прислушайся к своей Душе. Ты её не слышишь, от того и путь твой труден. Доверься ей!

Отец сделал паузу, продолжив через короткое время:

– Доченька, после того, что ты пройдёшь, ты будешь очень счастлива, поверь. Ты всё выдержишь.

Лена не успела спросить у отца, что предстоит «выдержать», да и вряд ли он ей сказал бы. Его образ растворился в потоках света. Вздохнув с облегчением и благодарностью, она открыла глаза, на неё, улыбаясь, смотрела Татьяна.

Утро Лена встретила приливом сил. Наступившее облегчение после сеанса наметило тонкую грань между сном и бодрствованием, но это была лишь грань.

Короткий трёхдневный визит к подруге завершался. Погостив ещё один день, ранним утром Лена выезжала автобусным маршрутом в Москву. На протяжении всего пути она продолжала внутренний монолог, не переставая думать о том, что с ней происходит. К ней возвращалось то самое дурацкое эйфорическое беспокойство. При этом она уже испытывала полное безразличие к тому, что может разрушиться до основания вся налаженная, привычно предсказуемая и ставшая бесцельной жизнь с мужем.

Дело было вовсе не в том, что она готова была пуститься во «все тяжкие», убегая от смертной скуки с ним. И уж точно причиной этого её состояния было ни появление в жизни кого-то, с кем вдруг стало невероятно «весело». Напротив! Она с глубоким сомнением не понимала роли Алексея в своей жизни. Вселившееся в неё беспокойство вряд ли можно было назвать влюблённостью. Она по-прежнему не помнила его лица, хотя в медитации видела довольно отчётливо.

Комфортабельный междугородний автобус сокращал расстояние со столицей, периодически сбрасывая и набирая скорость. Неровности дороги сказывались монотонностью покачивания пассажиров в креслах. Гул голосов сливался с музыкой, исходящей с экрана телевизора, что висел над проходом в салоне. Снова и снова прокручивая события, начавшиеся в конце июня, Лена пыталась установить логическую цепочку, ускользающую от понимания. Но, приходя к невозможности что-либо себе объяснить, возвращалась в недавнее прошлое. Ей вспомнился Танин дом и «разговор с отцом», где он сказал, что ей надо идти на Ильмень озеро.

Медленно перебирая пальцами край оконной шторки, Лена прислонилась лбом к стеклу, начиная размышлять вслух. Глядя в мелькающие за окном пейзажи она шептала:

– Ильмень озеро, это Новгородская область. Может, слова папы означают, что, приехав туда, я смогу получить какую-то информацию? Не зря же он меня туда направил?

Уловив «боковым» зрением неоднозначный взгляд соседа, направленный в её сторону, и поняв, что проговаривает мысли вслух, она смущённо улыбнулась уголком рта, тут же замолчав. Вопросы в голове чередовались, повторяясь, словно доигравшая до конца виниловая пластинка, с которой забыли убрать иглу.

Стараясь контролировать себя, чтобы не переходить на размышления вслух, Лена закрыла глаза, откинув голову на спинку удобного кресла: «Что мне делать на этом озере? Что меня связывает с Новгородской землёй? Ведь я родилась и выросла в другом месте. Потом руны – это энергия! Их такое множество, как разобраться, с какими из них надо учиться работать? А может, и не надо вовсе? Может быть, это сторонняя информация? Ну, предположим, что когда-то давно моя Душа воплотилась в теле образованной по тем временам женщины. Только и всего! И мне папа об этом рассказал. А „владения“, доставшиеся мне в дар от Рода, – что это на самом деле? Как всё понять? Может, накопленная бесценным опытом поколений энергия и есть истинное богатство, любовь и забота Рода о моей Душе?

А появление бабушки Анны – это вообще нонсенс! Мне едва ли было пять лет, когда она умерла. Ведь я и помню-то её только по фотографиям. Ни разу до „сеанса“, за всю мою жизнь, она мне даже не снилась, а здесь пришла, да ещё – царицей! И впрямь так неожиданно, ярко и детально я увидела её, одетой в царственный наряд времён Софьи Палеолог!»

Лена пыталась систематизировать разрозненную по своему содержанию информацию. Но для завершения картины нужны были недостающие фрагменты, и на это необходимо было время. Сколько его понадобится и от чего придётся отказаться, оставалось тайной за семью печатями. Она даже представить себе не могла, какие ей предстояли «открытия»!

Автобус убаюкивал мерным покачиванием. Три дня в гостях у Татьяны подарили полноценный сон и относительный покой. Жаль, что ненадолго. День, может, два, а что потом? Ей необходимо было научиться справляться с этим самостоятельно. Она уже догадывалась, что состояние, приобретённое в результате памятной командировки, – не временная эмоциональная встряска, выбившая из привычной колеи, и не случайность, нарушившая внутреннее равновесие, а край, до которого дошла, чтобы всё разрушить и начать с чистого листа.

В создавшейся реальности, как в фильме ужасов, она, играючи, попала в загадочную комнату «хаоса», и дверь захлопнулась. Великие Силы включили её в игру без знания правил – втёмную, и попытки понять алгоритм действий с помощью аналитического мышления были верхом самонадеянности!

Закрыв глаза, Лена попыталась забыться от тревог. Но если б это было так просто.

Уже через несколько часов с Ленинградского вокзала Москвы «Сапсан» стремительно уносил её в Питер. Преследуя цель вернуть прежний «покой», она была решительно настроена на встречу и конструктивный разговор с Алексеем, наивно полагая, что он, как нормальный человек, пойдёт на контакт и всё разрешится лучшим образом. Чем больше она думала об этом, тем чётче понимала, что за благородным предлогом кроется настоящая причина, заставляющая её действовать. Она хотела его видеть и даже хотела чего-то большего, но боролась со своей страстью и совершенно не имела понятия, как выстроить разговор с ним.

Под мерное раскачивание Лена мягко погрузилась в сон. Спящее купе, ночной экспресс. Неожиданным пробуждением послужил реально прозвучавший голос Алексея. Как и тогда, в предрассветной питерской медитации, он сказал: «Ты ничего не помнишь. Долги надо отдавать. Ты дала слово любить меня одного. Вот мы и встретились. Я по-прежнему люблю тебя».

Она резко открыла глаза. Ей совсем не хотелось тянуться к телефону, чтобы посмотреть время. Да и какая была уже разница, сон как рукой сняло. То ли от утренней прохлады, заполнившей купе, то ли от нервного напряжения её пробирал озноб, и не отпускало ощущение присутствия Алексея. Пребывая в полной темноте, она, словно бусины, нанизывала на нить времени череду событий последних двух месяцев.

Поймав себя на мысли, что опять с головой уходит в анализ произошедших событий, Лена болезненно поморщилась. Ей до тошноты не хотелось возвращаться в вялую семейную рутину. На неё навалилось реальное сожаление о том, что за много лет так и не удалось укоренить в собственной семье ни традицию воскресного сбора за настольными играми, ни общего похода в кино или на природу. Любая идея распадалась как карточный домик. Почему в её семье не приживалось то, что у других было неотъемлемой частью жизни? Кто в этом виноват? И надо ли кого-то винить?

С детства она хотела дружную, крепкую, счастливую семью! Ей всегда не хватало именно этого. Не сразу она поняла, что в лодку «семейных отношений» садятся двое с одной и той же целью и каждый на своё весло. Такая лодка, продвигаясь поступательно по ровной траектории, непременно достигнет заданной точки координат. В её случае на веслах сидела практически она одна, беря на себя ответственность гребца и флагмана по семейным стратегиям. Муж Андрей предпочитал роль пассажира. Манящий мираж счастья был плодом её наивного воображения, пустой картинкой «семейной идиллии», и не более. Справедливости ради, тот самый пассажир хоть и лениво, но после напоминания брался иногда за своё весло, подгребая без энтузиазма криво и крайне медленно.

Теперь она не сомневалась, что реальной семьи, увы, никогда не было – была симуляция, в которую её поместили.

Тяжело вздохнув, Лена стряхнула воспоминание о муже. За много лет она убедила себя, что любит его, и смирилась с обстоятельствами. Ради сохранения семейного покоя она зачастую подавляла желание разразиться скандалом из-за его инертности и скупердяйства. Понимая, что скандалами ничего не решить, она сдерживалась, заглушая протест Души. Чтобы вдохновить его на действия, периодически воздвигала на пьедестал, подставив плечо. Чтобы он где-то ускорился – переставляла его ноги. Чтобы поверил в себя, лёгким движением пальчика поднимала его голову выше. И при этом хваталась за любую работу, чтобы залатать финансовую брешь.

Хрупкая, стойкая и выносливая, она терпеливо ждала, когда он оценит и возьмёт лямку житейских забот на себя. Как наивна она была! Вместо благодарности, снисходительно поглядывая на неё с высоты пьедестала, он свято уверовал в собственную значимость.

Привыкнув к уступчивости и исполнительности жены, он взял на себя роль «третейского судьи». Лене и детям позволялось или не возбранялось только то, что не нарушало его зону комфорта. Если желаемое не совпадало с его планами, на всё в ультимативной форме под «благородными» предлогами накладывалось табу. И так, постепенно с бархатной вежливостью, без военных действий он «отжал» у неё не только право принимать решения, он отнял самое драгоценное – право на собственные желания.

Люди не все одинаковы. Есть те, которые отдают себя без остатка во всём. И есть другие – они берут всё, что только могут взять, до крошечки и до капельки. Они никогда не соглашаются на плохой кофе, настолько любя себя, что даже чашечка, в который он налит, должна быть, не как у всех.

Говорят, качество нашей жизни определяется тем, что мы выбираем. А в действительности это «наш выбор» или компромисс с самим собой? Хотя компромисс, это такой же выбор.

Перебирая в памяти прошлое, Лена встречала рассвет, понимая, что пора выходить из роли жертвы – хватит отдавать себя на заклание. Если модель её счастья имеет такую цену, то счастье ли это? Ломать всё – страшно, но дальше так жить нельзя! Трудно! Но никогда не поздно! А если что-то и менять, то с чего начать?

Путь от Москвы до Питера пронёсся транзитом по памяти. Северная Пальмира встречала теплом и элегантной неспешностью. Несмотря на то, что намечалась вторая неделя сентября, погода стояла прекрасная. Лето не уступало осени своих позиций, лишь вечера стали темнее и прохладнее. Её отпуск завершался.

Она не собиралась отступать от принятого решения увидеться с Алексеем, тот не выходил из её головы. После визита к Татьяне она определённо поняла, что обязательно должна с ним поговорить. Только о чём? С чего начать? Как ему объяснить, что им вместе предстоит отработать «кармический долг по любви»? Если бы она ещё могла знать, о чём идёт речь и как это сделать?!

Прикрыв глаза, Лена мысленно простонала:

«Господи-и-и, помоги мне всю эту „кашу“ в голове хоть как-то переварить! Как я могу ему что-то объяснить, когда в моём сознании коллапс! Что я могу ему сказать о своих чувствах и переживаниях? О своей боли, о бессонницах? Для меня самой это загадка из разрозненных осколков истины, разбросанных во времени. Да он покрутит у виска пальцем и будет прав».

Какой бы двойственной ситуация ни была, она не могла бездействовать, это было сильнее её.

Алексей сразу ответил на телефонный звонок. Он словно ждал его, как сигнал к новому гейму игры, чтобы совершить побег от «наскучившего семейного счастья». Всё так же посмеиваясь и юля, не говоря ни «да», ни «нет», он определённо уходил от предложения встретиться. Как истинный любитель маскарадов, не снимая маски и осторожно прощупывая оппонента, он не подпускал к себе. И не собирался проявляться, не проверив его предварительно на детекторе лжи.

Лена не могла сразу раскусить природу такого скользкого поведения. По собственной простоте и прямолинейности она полагала, что двум взрослым адекватным людям ничего не стоит встретиться и поговорить. У неё к Алексею оставались всё те же, вполне конкретные вопросы! Ей необходимо было успеть его увидеть. В её распоряжении до отлёта на Север оставались сутки.

Изрядно помотав по мегаполису, он назначал ей встречу на Невском, а сам оказывался на Комендантском проспекте. Меняя маршруты и отгораживаясь срочными делами, он пытался заставить её «побегать». Лена не собиралась играть в «Зарницу» и после его очередного «прыжка» послала к чёрту все «побегушки». На удивление, он неожиданно быстро согласился встретиться, сказав, что будет ждать её у станции метро «Парнас» в черной иномарке с регистрационным номером 003.

Вовсе не предвкушая романтической встречи, раздосадованная и настроенная только на конструктивный разговор, найдя по номеру соответствующую машину, она хладнокровно села в неё, решительно захлопнув за собой дверцу. Перед ней сидел не «ускользающий телефонный джокер», а совершенно другой человек. Алексей был мрачнее тучи и выглядел точь-в-точь, как в памятной медитации – напряжённо и агрессивно. Только не искрил.

Он первым нарушил молчание, спросив, едва сдерживая напряжение, низким, с хрипотцой от волнения голосом:

– Ну, вот мы и встретились? – Эта фраза, без тени улыбки, звучала утверждением волка, загнавшего в ловушку зайца. Вот только «волк» заметно переволновался. После такого приветствия ей стало понятно, что история типа: «пошутили, по-дружески обсудили недоразумение и расстались в хорошем настроении» – не про них.

Почувствовав внутреннюю неготовность к общению с этим человеком, она смотрела на него, и лишь одна мысль не давала ей покоя: «Какого чёрта?! Что же сделать, чтобы всё стало проще, легче, понятнее? Почему всё так сложно?»

На неё смотрели глаза, способные рассказать гораздо больше слов, а агрессия была всего лишь напускной защитой. Ощетинившись бронёй, он зачем-то выпендривался, демонстрируя ей, что делает одолжение этой встречей. Но подавляемые желания его выдавали – он вытирал потеющие ладони о джинсы и, таясь, по-мальчишески, бросал на неё стремительные взгляды.

Считывая его поведение, она одного не могла понять, от чего или от кого он так усиленно защищается и зачем? Лена хотела всего лишь поговорить с ним. Пытаясь объяснить ему причину встречи, она старалась держаться непринуждённо. Но разговор не клеился. В этой невидимой схватке оба боролись со страстью и притяжением друг к другу. У каждого была своя степень несвободы и способ «борьбы» с ней. Она надеялась найти причины проблем и устранить их, наивно полагая, что справится.

Будучи классическим ходоком по женщинам, Алексей руководствовался эгоистичным инстинктом самосохранения. Его агрессия, как наносная «шелуха», была по-мальчишески примитивна, нелепа и незрела. Пытаясь доминировать, он передёргивал каждое её слово, а то и просто хамил. Ему во что бы то ни стало хотелось обуздать непокорный нрав страстно желаемой женщины. И вместе с тем он пугался самого себя и своих желаний.

Пытаясь выстроить диалог, Лена терпеливо прощала ему неэтичное поведение. Он же, не задумываясь о том, что делает ей больно, не щадил её ни хлёсткими словами, ни холодом. Кем она для него была? Очередным сексуальным объектом? Ему ничего не стоило говорить без колкостей и снобизма. Своей агрессией он ещё сильнее затягивал узел, связавший их двоих.

Они были слишком далеки от понимания друг друга. Устав терпеть его остроты, едва подъехав к своему дому, она нажала на ручку двери, чтобы выйти из машины, и, к своему удивлению, услышала нотки детской растерянности в его голосе. С нескрываемой «печалькой» он попытался остановить её, спросив как ни в чём не бывало:

– А ты уже уходишь?

Оглянувшись, она испепелила его глазами, ощущая себя испачканной грязью. Общение с ним утратило для неё актуальность. Между ними стояла стена из его гордыни и заблуждений и её оскорблённого достоинства. Он боялся поднять на неё глаза, но когда их взгляды встретились, она прочла в них всё, о чём догадывалась. «Подростковые» комплексы, страхи и претензии ко всем женщинам мира были буквально написаны на его лбу! Он боялся её, боялся себя и своего особенного интереса к ней.

Задержав на нём разочарованный взгляд и послав его мысленно в невежливой форме далеко и надолго в эротическое путешествие, она не испытывала никаких чувств, кроме сожаления о потраченном впустую времени. Некогда уверенный в себе многократный чемпион мира, на деле оказался трусоватым, хамоватым и затравленным собственными страхами человечком. Его «корона» съехала набекрень и сам он в её глазах поблек. Титулованному мачо, несомненно, нужны были уроки этики и помощь психотерапевта.

Ей очень хотелось сказать всё, что она в тот момент думала о нём, бросив ему в лицо, как грязную тряпку, правду, но, привычно сдержавшись, не стала сотрясать воздух словами. Проиграли оба: ей не хватило в себе женщины, а ему – мужчины, только и всего!

Уходя без оглядки, она запретила себе думать о нём. Какое было блаженство – не думать о нём совсем! Лена готова была вычеркнуть его к чёртовой матери из списка вероятных воспоминаний. Не было ни обиды, ни злости, ни разочарования – одна пустота. Горечь обиды отрезвляла. Ей в тот момент было совершенно наплевать на все предначертания свыше, на все кармические узлы, долги, вообще на всё, о чём она не так давно узнала и загорелась желанием разгадать и исправить.

Делиться выводами ей было не с кем, да и незачем. Оставалось только надеяться на время, которое вылечит, рассудив по справедливости! Привычка справляться с трудными задачами и колоссальное терпение были её «коньком». С наивным облегчением она подумала, что отрубила его навсегда, состояние аффекта, как оказалось чуть позже, было временным.

Ночь выдалась такая, что уснуть не удалось. Беспокойные мысли и чувство тяжести в груди прогоняли сон. Чуть забрезжил рассвет, будильник напомнил, что пора вызывать такси для отъезда в Пулково.

Едва дождавшись приглашения в самолёт и чувствуя себя на пределе сил, устало сев в пассажирское кресло, она мгновенно провалилась в забытье.

Её разбудила рука бортпроводницы, вежливо коснувшаяся плеча. За иллюминатором самолёта нависало серое, набрякшее низкое небо Крайнего Севера. Не понимая, зачем её вытащили в эту унылую реальность оттуда, где она плыла на корабле под белым парусом, Лена снова закрыла глаза, всё ещё физически ощущая крепкий поцелуй Алексея. Это была паранойя? Она реально чувствовала его губы и могла безошибочно среди сотен поцелуев узнать его особенный! Ну как здесь не чертыхнуться? Как такое могло случиться? Он её ни разу не целовал, но она физически помнила его поцелуй!

В ярком, реалистичном сне во время полёта она словно проживала своё далёкое прошлое, где он привёл её на корабль под большим белоснежным парусом. От их белых одежд и от самого паруса исходило сияние.

Он сказал: «Это наш с тобой корабль, мы на нём поплывём вместе. Я люблю тебя». Поцеловал. И зачем-то ушёл, растворяясь в дымке. Зачем он оставил её наедине с неизбывной тоской в груди и вопросом: «Почему я опять одна?»

Глава 5
Северная осень 2018 года

Потянулись бесконечной вереницей серые будни, сменяющиеся беспокойными ночами. Жуткие «качели» закончились после применения «Выворотки», уступив место относительно стабильному ночному отдыху. Нездоровое психофизическое состояние Лены постепенно сменилось другим, знакомым только женщине, выносившей ребёнка. По непонятной причине она с завидным постоянством стала испытывать болезненные ощущения в низу живота, приходящие продолжительными приступами. Плотный ком, величиной с кулак, заставлял её тело складываться пополам. В акушерской практике это называется «угрозой выкидыша».

Что происходило с ней на самом деле, она ничем не могла объяснить. Речь о беременности была исключена по ряду причин. Со здоровьем всё было в норме, удивляло то, что новое состояние сопровождалось мощным проявлением проснувшегося либидо! Ситуацию спасало отсутствие дома мужа и необходимости объяснять ему своё странное самочувствие.

Каждый день Лены начинался пробуждением без каких-либо гнетущих ощущений. Вспоминая об Алексее с безразличием, какое-то время она находилась в полном эмоциональном равновесии. Но спустя час-два беспричинная печаль, подкрадываясь тихонько, как вор, снова зажимала сердце в тиски щемящего одиночества.

Откуда брались эта необоснованная любовная тоска и мучительный вопрос: «Почему мы не вдвоём, не вместе?» Сопротивляясь давящим на неё инфернальным чувствам, Лена всё же одёргивала себя: «Даже если мы окажемся вместе, что потом? Мы совершенно чужие друг другу люди – мы едва знакомы. Как вообще может произойти такое? Что за навязчивая история любви? Бред!»

Она старательно отвлекала себя от подобных мыслей. Но ближе к вечеру смятение и безысходность достигали апогея: ничего не шло в голову, всё валилось из рук, состояние усугублялось болезненными спазмами, заставляющими её страдать душевно и физически.

Доходя до дома на автопилоте, машинально разувшись и опустив на диван тело, она вынужденно входила в ментальный контакт с Алексеем. Это стало ежедневной процедурой. Тело послушно отзывалось на пронизывающие вибрации, принимая их как позыв к «общению». Погружаясь в медитативное состояние, она узнавала от Алексея детали его жизни. Он словно пытался максимально «познакомить» её с собой, проникая ей в подсознание.

Лена читала о случаях не вербального общения близких людей, сохраняющих эмоциональную и физическую близость на далеком расстоянии друг от друга посредством одной лишь силы мысли. Она не могла объяснить себе, по какой причине вынуждена страдать, если они едва знакомы с Алексеем! Как подобное могло произойти?!

В сомнениях и поисках логических ответов она исключала свою неординарность. Происходящее оставалось для неё за гранью восприятия собственных способностей. Избегая подобного «общения» с ним, она пыталась через медитативное состояние контактировать с другими людьми, но из этого ничего не получалось! Никто другой не «стучался» в её сознание. Точнее, он никого не пропускал.

Она сама не рада была такому стечению обстоятельств – её словно извне, настойчиво подталкивали к нему. Невольно ощущая себя марионеткой в умелых руках невидимого кукловода, она пыталась изменить «правила игры», но всё заканчивалось очередным фиаско. Неведомые Силы упорно выбрасывали её на «встречу» с ним как теннисный шарик. Только зачем? Кому это было надо? Кто или что было заинтересовано в том, чтобы она мучилась?

Болезненно ощущая каждой клеточкой своего тела принудительное «общение» с Алексеем, Лена переживала накрывающее её чувство. Оно неумолимо поглощало покой, забирало силы и наполняло тревогой. Что-то бескомпромиссное и безжалостное, неизвестное ей, пытало и мучило её тело и Душу. Чего от неё хотели?

Практически каждый вечер она, как сомнамбула, вынужденно погружала себя в медитативное состояние, потому что никакими другими способами невозможно было устранить болезненные спазмы и душевный раздрай. Вибрации, проникающие сквозь грудную клетку, поднимались вверх – к нёбу. По уже заученному алгоритму каждый день она переживала весь спектр ощущений, понимая, что ничего изменить не может. Никогда в жизни, до знакомства с Алексеем, ничего подобного с ней не происходило.

При каждой «встрече» он настойчиво «напоминал», что любит её. Это было вполне убедительно в погружённом состоянии, но при выходе из медитации, «признания» казались беспочвенными и выглядели не более чем игра воображения, вызванная подавляемой страстью. По-прежнему не помня ни его глаз, ни лица, словно освобождаясь от чувств, она обнулялась, погружаясь в глубокий сон. Эта цикличность превращалась в странный и жестокий квест.

Каждый этап игры оканчивался к ночи, чтобы утром повториться снова. День проходил сумбурно, не отпуская её душевное напряжение из тисков. Вечером, по приходу домой, она вынужденно входила с ним в контакт. «Вторгшись» в её подсознание, Алексей сообщал новые подробности семейной и интимной жизни, настойчиво убеждая, что «она только его женщина и он никому её не отдаст». Что от жены уйдёт, потому что не любит её. Он откровенно рассказывал, как она достала его ревностью и истериками, просил немного подождать, обещая «пристроить» жену. Заверяя Лену в своей любви, он говорил, что думает только о ней. И настойчиво просил дождаться.

Понимая бредовость этих признаний, она искренне сопротивлялась. Аргументируя его обязательствами перед женой и детьми, она отстранялась от его признаний. Но он жил в её голове, заставляя думать о себе. И какими бы вескими аргументами она ни пыталась установить между ними дистанцию, на всё он отвечал: «Она – не ты! Она до тебя не дотягивает! Она мне не нужна! Мне нужна только ты!»

Надеясь, что здравый смысл в этой мистической истории однажды восторжествует, Лена пыталась отпустить ситуацию, полагая, что со временем всё сойдёт на нет. И в то же время она понимала, что некто свыше через физическое состояние, инсайды, медитации и сны настойчиво подкидывает ей доказательства судьбоносности их встречи. Раздираемая натиском внутренних противоречий, она отчаялась найти ответ на вопросы: «Сколько может длиться это сумасшествие? Если за всем этим стоят неведомые Силы, столкнувшие нас двоих, то зачем? Что им от меня надо? Что я должна понять? Какую игру затеяли со мной? Какую роль играет он в этой истории?»

Руководствуясь здравым смыслом, она пыталась волевым усилием подавить свои чувства к нему. Но помимо воли, её снова и снова накрывала тягучая тоска. По одним только вибрациям, проходящим через собственное тело, она могла безошибочно угадать время пробуждения Алексея утром, его мысли о ней. Это наваждение повторялось с завидным постоянством, как по расписанию. В отчаянии, она понимала, что так долго продолжаться не может, но как выскочить с замкнутого круга – не знала!

В одной из таких «встреч», Алексей признался, что в постели с женой у него всё получается, если, закрывая глаза, он представляет себе Лену. Так вот в чём было дело! Она вдруг поняла причину болезненных спазмов складывающих её пополам! Он использовал её астральное тело! Как же это было низко, делать больно одной и обманывать другую, получая собственное удовлетворение! Между ними была незримая связь, и она ничего с этим не могла поделать.

Реальность происходящего доказывала, что логическим путём проблемы не решить. И в доказательство победы «сверхъестественного» над логикой, при очередном медитативном погружении случилась их первая близость. Впервые в жизни, она испытала яркий оргазм, опрокинувший её в состояние полуобморока.

«Виртуальные свидания» с ним разоблачали его интимные предпочтения и длились вплоть до их реальной встречи, которая состоялась во второй половине октября. Неведомые Силы тщательно подготавливали её к тому свиданию.

Глава 6
Октябрь. Командировка

Он смотрел на неё пронзительно-голубыми, смеющимися глазами, словно и не было тех неудачных попыток общения с ним в Питере! Перед ней опять был «весёлый и общительный» Алексей, как в первый день знакомства. С его появлением всё словно перевернулось: голову обдал пожар, сердце рухнуло в бездну. Внутренний голос подсказывал, что он видит её насквозь, словно Дьявол, и знает всё, что с ней происходит, Она уже не исключала наличия применяемой им «магии» относительно её. Чем ещё можно было объяснить происходящее с её сознанием и телом?

В современном мире великое множество опасной информации: заговоров, ритуалов, приёмов гипноза. Соблазнившись заполучить «желаемое» во что бы то ни стало, люди бездумно вторгаются в ментальное пространство других, осознанно и неосознанно применяя запрещённые приёмы.

Лена не знала ничего об Алексее, но, учитывая его напористость в достижении своих целей, не исключала психофизического воздействия. Вполне возможно, что он, играючи, применил по отношению к ней определённый приём, заведомо отработанный в победе над соперниками! Она помнила, как в медитативных диалогах он неоднократно признавался: «Я не могу войти в твою голову, ты не даёшь. Ты слишком сильная. Я пройду в тебя снизу».

Это повторялось практически в каждую виртуальную встречу. Её физические ощущения были прямым доказательством этому. Он управлял её эмоциями через энергетически слабый канал в нижней части астрального тела.

Чтобы положить конец его вторжениям и больше не испытывать подобных мук, Лена приняла решение выбить «клин клином». На этот безрассудный эксперимент она отважилась в порядке бреда, полагая, что, основательно разочаровавшись в способностях его как любовника, пошлёт Алексея из своей жизни подальше и избавится от гнетущей физической и ментальной зависимости. Гораздо позже пришло понимание, что к такому решению она пришла не сама.

Не в силах объяснить своё почти животное влечение к этому мужчине, она подошла к нему, преодолевая бешеное биение сердца:

– Алексей, ты ничего не планируй на вечер. Я жду тебя в номере отеля.

Он словно ждал этих слов, зная, что она подойдёт. На его лице играло выражение триумфа, глаза победно смеялись:

– Буду! А что взять с собой?

– Себя, – коротко ответила Лена и отошла. Слишком много вокруг было ушей и глаз. Ей казалось, что в каждом уголке огромного холла, наполненного людьми, слышится стук её сердца.

Он пришёл. Разговор на удивление складывался легко и непринуждённо, словно и не было никаких недоразумений в Питере. На протяжении вечера Алексей озвучивал слово в слово «свои откровения» из «медитативного разговора». Он не единожды сделал многозначительно акцент: «С головой у тебя всё очень даже хорошо! В неё пробиться трудно!» Что подтверждало её догадки.

Услышанные ранее «в потоке», фразы звучали в реальности, как «дежавю». Лена смотрела на него немигающим взглядом, предугадывая сказанные в следующую минуту слова. Всё было похоже на спектакль, с заранее известным «текстом» Алексея. И каждое начатое им предложение она могла безошибочно окончить слово в слово. Как могло случиться такое? Что происходило? Кем и когда написан был этот сценарий?

Чтобы проверить свою догадку, внимательно наблюдая за его реакцией, она внезапно спросила:

– Ты применяешь по отношению ко мне психологические техники?

С его лица мгновенно слетела улыбка. Боясь встретиться с ней глазами, он резко отвернулся, а потом настороженно метнул взгляд в её сторону и быстро ответил:

– Нет!

И, тут же спохватившись, спасая репутацию, задал встречный вопрос:

– А ты?

Что тут скажешь? Вопрос попал в цель, сомнений не было. Не успев привычно подчинить эмоции воле, Алексей своей реакцией развеял все её сомнения.

Казалось бы, самое время возмутиться и прояснить положение вещей. Но странное дело, случившееся она приняла с улыбкой, как невинную шалость. Прощая манипуляции над собой, Лена продолжала испытывать к нему томление и желание участвовать в этом маскараде. Ей нестерпимо интересно было наблюдать за мимикой Алексея, сопоставляя произнесённые им фразы с уже известной информацией. Она чувствовала себя вовлечённой в его игру. Но как бы там не было – она не хотела из неё выходить. Попав в воронку чувств, отпуская всё на волю судьбы, безмятежно запрокинув хорошенькую головку на спинку кресла, она с улыбкой смотрела на него.

Этот романтический вечер ей казался нескончаемо волшебным. Было ощущение, что она знает его всю жизнь, но наскучалась за время долгой разлуки. Она вглядывалась в его лицо, в его глаза, словно вспоминая их. Лёгкое чувство сожаления и щемящей тоски засели занозой где-то глубоко в груди и не отпускали. Она не могла понять природу этого чувства. Её удивляла собственная реакция на факт наличия в его жизни другой женщины. Умом понимая, что они едва знакомы, она ловила себя на мысли, что та женщина случайно заняла её место в его жизни. Эта мысль была навязчива и не отпускала её, как и то, что есть только она и Алексей. И другого не дано.

Они оживлённо разговаривали, изучая друг друга, тщательно маскируя за непринуждённостью страсть и ожидая момента, когда бороться с нею уже не будет сил. Принесённое им вино сокращало дистанцию, снимая ограничения.

Она незаметно оказалась в его руках. А дальше всё стремительно закружилось, подтверждая каждым мгновением правдивость ранее увиденного ею в ином состоянии. Были тот же, как во сне, поцелуй и такая же сумасшедшая близость. Всё до деталей! Алексей был смелый, страстный и решительный. Ни о какой морали и муках совести не могло идти и речи – бушевали только страсть и желание потакать её зову.

Утром, не зная, как вести себя друг с другом, боясь выдать истинные чувства, оба привычно спрятались за маской неискренности, чтобы не пораниться и не испытать боль. Если бы люди знали, сколько вреда несёт та самая неискренность. Разрастаясь плесенью, она способна подвергнуть гниению и испортить всё. Между ними опять выросла пропасть отчуждения.

Оправдывая собственную неловкость, Алексей бросил фразу, что боится таких женщин, как она. Трезвый, он был зажатым, немногословным и заметно нервничал, словно юноша, соблазнённый и лишённый девственности зрелой женщиной.

В ней же боролись желание прижаться к нему и страх казаться навязчивой. Ни он, ни она не понимали, что же происходит с ними на самом деле. Одевшись, стоя у порога, он не хотел уходить. Замешательство казалось вечностью. Она подошла проводить его и закрыть за ним дверь, но в этот момент он притянул её к себе страстно, не желая отпускать. Земля ушла из-под ног. Самым горьким было осознание того, что расстаться придётся.

К глубокому сожалению, случившаяся между ними близость никаких точек не расставила. Напротив, по иронии судьбы впервые в жизни она физически испытала с ним то, о чём могла только мечтать, – это был «её» мужчина. Они совпали. Всё было бы сказочно, если бы не так печально. Это сомнительное «если бы» оседало на дно её Души, накрывая плотным слоем неопределённости надежду на продолжение романа, и ложилось на сердце тяжёлым камнем.

Окончание командировки и отъезд домой были неизбежны. Какое продолжение, в принципе, могло ждать? Каждый возвращался к своей привычной жизни. Потянулись чередой беспросветные ночи и холодные вечера. Между ними были редкие телефонные звонки, для которых придумывались предлоги, всё было крайне натянуто и сложно. Её словно сам Дьявол привязал к нему короткой верёвкой. Она без причин не звонила – гордость не позволяла. Он тоже не спешил делать шаг навстречу.

Будучи достаточно взрослой «девочкой», чтобы находиться в иллюзиях, Лена трезво расценивала ситуацию, от этого сердцу было больно и тесно в груди. В её жизнь без спросу вошло что-то тревожное, тяжёлое. Она не понимала одного, если это любовь, то почему так больно? Новое чувство не волновало – оно душило, вынуждая искать спасение. Словно что-то глубинное поднималось из забытого прошлого, заставляя всё вспомнить и прожить заново. Ей казалось, что не она настоящая, а отдельно взятая её Душа вдруг пробудила давно похороненную любовь. От того и было так мучительно больно. Любовь – это чувство, ради которого стоит жить! Но почему она заставляла её страдать?

По приезду домой ушли болезненные «схватки». Зато на смену пришло непреодолимое и по-детски упрямое желание во что бы то ни стало быть вместе с тем, кого возвращала ей память. Она готова была загружать себя бурной деятельностью, лишь бы не думать о нём. Но стоило остаться наедине с мыслями, и сердце раздирал беззвучный стон. Как эту боль преодолеть? Как пережить время до новой встречи с ним? И будет ли эта встреча?

Смириться с невозможностью видеть его, ей казалось немыслимо трудной задачей. Проживая боль и становясь через неё сильнее, она обретала опыт, который брал дорого, но объяснял доходчиво! Ясность прозрения приходила мучительно медленно.

Стараясь не выдать внутреннюю боль, она мужественно сохраняла лицо, не прекращая борьбы за сохранение привычной стабильности внутри семьи, изо всех сил спасая от самой себя всё, что когда-то создала.

Скованная страхом потери понятного ей мира, она наивно надеялась, что сможет удержать баланс между чувствами к Алексею и семьёй. Чего она хотела на самом деле? Если бы тогда она могла знать, если бы могла слышать, что говорит Душа.

Удивляясь переменам во внешности, отражающимся в зеркале, Лена практически всегда оставалась довольной. Словно кто-то свыше демонстрировал её улучшенную версию: хрупкая, ухоженная – на пятьдесят лет никак не тянула, подтверждением тому были взгляды мужчин, которые она постоянно ловила на себе. В них читалось что-то вроде: «Мне б такую!» А зачастую, проходя мимо, откровенно улыбаясь и не скрывая восхищения, они успевали шепнуть: «Красотка!»

Алексей оказался волшебной вакциной её молодости, а боль, тоска и одиночество стали её побочными эффектами. С его появлением жизнь обрела иной смысл – она словно высветилась контрастными красками. Происходящие с ней изменения нельзя было назвать гормональным взрывом. А испытываемые чувства – экзальтированной женской пылкостью. Ощущалось нечто другое – глубинное, приучающее через боль к терпению и мудрости, укрепляющее Дух и наполняющее естество резервной силой.

Она держалась, как стойкий оловянный солдатик, превозмогая нечаянную любовь и пряча боль души под кодовым замком. Внешняя сторона её жизни оставалась вполне благополучной.

Откровенно страшась перемен, не допуская даже мысли о них, Лена цеплялась за зыбкую кромку стабильности, дипломатично выстраивая диалоги с мужем. Сохраняя толерантность к его унылому занудству, она с запоздалой нерешительностью пыталась отстоять некогда утраченные позиции. Больше она не желала искать оправдание фальши их отношений! Словно в подтверждение её правоты, привидениями из тёмных углов вылезали его бабская капризность и самолюбование, опостылевшие ей лень и инертность, чванливость, снобизм и ханжество. Его гордыня и неспособность принять свои «ошибки» катастрофически отдаляли их друг от друга.

Ей не хватало духа признаться себе в том, что не любит мужа, интимная близость с ним стала ей противна. Как бы она ни старалась, неприязнь к нему росла с геометрической прогрессией, обнажая всё, на что раньше закрывала глаза. В собственном доме стало неуютно и холодно. Но разрушать созданное двадцатью годами совместной жизни было страшно. Ведь по-настоящему дорого то, что досталось большой ценой!

Начало конца супружеской жизни уже забрезжило вдали. И какие бы силы она ни прилагала, «титаник» брака медленно тонул. Задыхаясь от безысходности, она не знала, что будет дальше.

Её холод по отношению к нему стал ощутим, и он считал это несправедливым. Поэтому всё чаще с едва скрываемым раздражением отпускал едкие замечания в адрес её внешности и поведения. Во всём находя только минусы, называл её изящную стройность худобой, а стремление к новизне угрозой своим высоким моральным ценностям.

Его не устраивало внимание к ней посторонних мужчин, однако сам не спешил его проявлять. Стараясь больнее «укусить», он всё чаще провоцировал скандал, обвиняя её в агрессивной реакции на его замечания. Они становились чужими. Привычный мир рушился, но её сознание отторгало мысль, что однажды придётся им пожертвовать!

Как-то по дороге домой её окликнул паренёк:

– Елена!

На вид он был ровесником её старшего сына. Вежливо поздоровавшись с ней, он подошёл ближе, не скрывая оценивающего взгляда. Приветливо улыбнувшись в ответ, Лена всмотрелась в незнакомое лицо.

Разглядывая её с не скрываемым мужским восхищением и блуждающей похотливой улыбкой на лице, парень вожделенно облизнул губы:

– А ты изменилась! Похорошела! Постройнела! И вообще… Прелесть!

Он медленно смерил её масленым взглядом, неприятно причмокнув.

– Ну-у-у, не вспомнила?

Откровенная наглость на секунду выбила её из колеи. Обычно находчивая и острая на язычок, она замерла в ступоре, не зная «радоваться комплименту» или сразу «зарядить с левой». Молодой «прощелыга» выламывал перед нею «коленца», играя как приблатнённый хлипким телом.

И тут она заметила его смешно оттопыривающиеся уши. Их будто кто-то специально прикрепил перпендикулярно к голове. Она готова была рассмеяться, но обижать «малыша» не хотелось и в то же время за наглость стоило проучить.

По всей видимости, выражение её лица заставило наглеца сменить тактику. В одно мгновение войдя «в берега», он промямлил уже без намёка на скабрезность:

– Да я же Димка, мы жили когда-то по соседству.

По-пацански, не вынимая из карманов рук, он пытался напомнить Елене, где и когда они жили по соседству. Она смотрела сквозь него, мысленно спрашивая себя: «Что происходит, дорогая моя? Мужики липнут от мала до велика! От тебя сексом „пахнет“? Этот „щегол“ туда же. Ты смотри, стоит, причмокивая, копытцем бьёт!»

Не видя перспектив в дальнейшем общении и мысленно простив наглость «сынку», спешно попрощавшись, Лена направилась к своему дому.

Она силилась разобраться в происходящем. А всего-то надо было услышать, как терпеливая Вселенная, стучась в подглуховатое и подслеповатое сознание, пытается докричаться, что пора принять себя, полюбить себя и перестать сомневаться в себе.

Но как же тяжело это сделать! Неужели для того чтобы полярно поменять отношение к себе, ей надо было встретить Алексея? Не кто-то другой, а именно он подтолкнул её к колоссальным преобразованиям, перевернув всё в её жизни с ног на голову! И ведь это ещё ни финал!

Глава 7
Унесенная в прошлое

Выпал первый снег. Лена не любила осень в любом её проявлении. Ушедшая в анабиоз природа лишь усугубляла печаль. Хрупкой соломинкой надежды была предстоящая встреча с подругой. Она ждала приезда Татьяны как спасения от своей хандры. Став автором и вдохновителем идеи по проведению первой ступени обучения «Практической Школы осознанного развития С. И. Лосева» в своём городе, Лена собрала группу желающих, пригласив подругу в качестве преподавателя. Руководствуясь личными мотивами, она искренне желала внести оживление в своё окружение.

Появление Татьяны стало отправной точкой в бесповоротности и необратимости событий. Долгожданную гостью Лена поселила у себя дома. После продолжительных уговоров муж нехотя согласился на «вынужденное соседство», показывая всем видом, насколько оно ему неприятно. Трудно сказать, когда и кем из окружения жены он вообще был доволен. По его мнению, на орбите рядом с ней должен был вращаться он, и только он. Ревнуя Лену даже к собственному сыну, он всегда на первое место ставил только свою персону и свои интересы.

Терпеливо уживаясь с его эгоизмом, Лена старательно удерживала баланс во взаимоотношениях. Её выдержке удивлялись все кроме мужа. В самой безобидной претензии к своей персоне он видел нетерпимость с её стороны.

Они отличались всем. Умея подолгу сохранять тёплые отношения с людьми, видя в них внутреннюю наполненность, цельность, интересность, Лена никогда не придавала значения статусу, социальному положению и материальному уровню человека. Для неё важны были обмен энергией, стремление к ментальной и эмоциональной наполненности, овладение новыми знаниями со знаком плюс. Но по-настоящему близких друзей, как правило, было не много – задерживались только единые с ней по духу.

Андрей же в общении ценил только тех, кто признавал его персону. Но ради собственной выгоды умело мимикрировал, принимая «окраску окружающей среды». Он как холодное «зеркало» отражал улыбки тех, кто ему улыбался, не тратя силы на созидание дружбы и взаимопонимания. То же самое касалось и собственной семьи. Ему не нужны были остальные. Он нуждался только в Лене, потому что она самозабвенно заботилась о нём, отдавая себя как ценный трофей. Он резонно гордился и бахвалился талантами и достижениям женщины, которой обладал, постоянно повторяя заезженную фразу, якобы блистая чувством юмора: «Всему, что умел сам, научил свою жену!»

И только наедине с ней, перебрав по «самые очи» алкоголя, Андрей распускал «нюни». Признаваясь заплетающимся языком в собственной серости и никчёмности, тем самым выжимая её душевное участие.

Откровенно завидуя её способности к созиданию, он был жалок, пытаясь вызвать её сочувствие. Она же старалась ему помочь с ещё большим рвением, чтобы избавить от комплекса ненужности. В слепом стремлении к идеалу «семьи» Лена создавала для него райские условия. В его жизни было всё, чего он хотел: мужское содружество на тему «снегоходы, охоты, рыбалки, машины». Досуг допьяна и всласть.

Лена не мешала ему жить своей жизнью, оставляя за собой право на своё маленькое пространство. Но ему этого было недостаточно. Ненавидя её успех, он пытался залезть ей под кожу, исподтишка завидуя самодостаточности жены.

Ради соблюдения паритета она выравнивала ментальную разницу между ними, нивелируя границы и вовлекая его в «мир своих увлечений». Но на все попытки он капризно взбрыкивал, аргументируя тем, что её предложения не соответствуют его интересам.

Отсутствие «фантазий», желаний, мотиваций хоть что-то изменить в себе гораздо хуже отсутствия денег. Пустые люди устают от себя и утомляют тех, кто живёт с ними рядом. Они с завидным постоянством надеются, что кто-то компенсирует их несостоятельность и лень своей бурной деятельностью и инициативой. Андрей был ярким образцом приспособленца и манипулятора, ловко умеющего прибирать всё к своим рукам. Он быстро привык к хорошей и комфортной жизни, создаваемой Леной. Забывая о благодарности, принимал как должное созданное не им, вовсе не желая замечать, как живётся той, что обеспечила его комфорт.

Её жизнь казалась нескончаемой чередой заботы и работы. Всё, как у всех. Но именно эта жизнь «как у всех» вызывала у неё внутренний конфликт. Она чувствовала, что живёт не своей жизнью, но скрывала нежелание оставаться в ней. Искусно спрятанная за маской благополучия, депрессия высасывала из неё через коктейльную трубочку последние силы.

Лена не могла понять, почему любое желание создавать, творить тут же схлопывается, словно кто-то невидимый перекрывает источник вдохновения. Почему наваливаются усталость и невозможность что-то делать?

Она писала картины, создавала творческие проекты, стремилась к развитию. Но каких усилий это стоило! Она могла процветать, создавая ещё больше, но не было энергии! А в чём заключалась проблема – не знала.

Масштаб и ценность совершённого не приносили удовлетворения. Всё было не то! Ей хотелось «покорять вершины», а для этого нужна была свобода в передвижении, в действиях и во времени. Её всегда сдерживали рамки семьи, а большей частью непонимание мужа. Он вынуждал замедлять шаг и усмирять свои желания. Порой ей казалось, что он тяжёлой гирей висит на ней, не позволяя расправить плечи и сделать то, чего хочется по-настоящему. Ее сдерживали его ограниченность, обидчивость, подозрительность и ревность. Ради чего она бережно охраняла его покой? Почему не думала о себе? Озаряя светом его тьму, она опустошала себя.

Её энергии хватало на всё. Но сколько бы она себя ни сжигала, их семейная жизнь стабильно оставалась невообразимо скучной.

Любые гости в доме её радовали. Для знакомых мужа по гаражу и работе, по рыбалке и охоте, для соседей, родственников, для своих друзей Лена оставалась гостеприимной и общительной хозяйкой, накрывающей щедрый стол. Тем не менее общих друзей, с кем можно было бы собраться по праздникам, провести интересно время, за двадцать с лишним лет не случилось.

На её предложения разнообразить будни хотя бы ужином в кафе, у Андрея всегда был готов ответ: «Леночка, ты так вкусно готовишь. На фиг нам куда-то идти! Тем более там всё так дорого!» Он был скупердяем во всём: в деньгах, в чувствах, в отношениях. Много лет она ждала от него поступков, мягко подталкивая и направляя. Чаша терпения периодически переполнялась. «Отхлёбывая» из неё горечи и сдерживая возмущение, она думала – оценит, надеялась – поймёт! Глупости! Проблема думающего человека в его убеждении, что другие тоже способны думать.

Много лет надеясь на чудо, она наивно ожидала пробуждения в нём «мужчины», способного вести за собой. Латаемые ею трещинки во взаимоотношениях, в конце концов, стали внушительными дырами. Именно в тот период своей жизни Лена и встретила Алексея, по известным одному Богу причинам именно его выбрала её Душа. Она притянулась к нему по звёздной памяти.

Читая классиков и современников психологии, слушая коучей, посещая семинары, обучаясь на тренингах личностного роста, Лена пыталась найти рецепт счастья.

Но это были не те знания, в которых она нуждалась. В них не было инструментов, помогающих работать со своим Высшим «Я», «лечить» душевные раны и устранять шрамы на теле сознания. Её всегда одолевало мучительное желание понять цель и смысл своего существования. Она не находила покоя от того, что в жизни ничего не меняется, упуская маленькую деталь: мир не будет меняться, если не меняешь себя.

Так в поисках истины много лет назад Лена познакомилась с Таней. Благодаря общению с ней стали крупицами приходить и понимание себя в этом Мире и определение жизненного пути.

Андрей же серьёзно заподозрил жену в сектантстве, узрев в её стремлениях к постижению смысла жизни угрозу своей стабильности. Она попыталась быть с ним откровенной, но с грустью убедилась в непробиваемости и косности его мышления. Он её не слышал. Поняв, что в жизни можно многое объяснить, но, к сожалению, не всем, она закрылась.

Её мир ценностей и приоритетов постепенно менялся. Время перезагрузки, которая должна была разрушить до основания старые стереотипы, неумолимо приближалось. События, надвигающиеся девятым валом, сминали и уничтожали кажущиеся раньше незыблемыми истины. Она понимала, что дальше так жить нельзя.

* * *

Первое групповое занятие с Татьяной по методике академика Станислава Ивановича Лосева состоялось в начале ноября 2018 года. Изучив теорию, группа перешла к практической части обучения, где каждому ученику надо было выбрать и применить свой «инструмент» на практике. Данная методика располагает разнообразием экологичных и простых форм работы с подсознанием. Для решения внутренних психологических проблем каждый человек выбирает свой идентификационный ключ, как отпирающее устройство тонкой организации Души.

Лена сразу выбрала «пересмотр отношений» – он был ей понятен и близок. А объектом для практической работы определила мужа Андрея, отношения с которым стали критически натянутыми. Чтобы хоть как-то «починить» связь с ним на «тонком плане», она и решила применить «безлогичный метод».

Практика начиналась с вхождения в энергетический «поток» через искреннее обращение к своей Душе, с просьбой поставить перед внутренним взором Душу того, с кем необходимо «решить» проблемы взаимодействия. А затем, чередуя вдох и выдох, просить прощения за свои ошибки и прощать «ему» все его.

Коллективная энергия творила чудеса, расширяя горизонты возможностей и открывая невидимый шлюз в портал информационного поля, впуская то, чего совсем не невозможно было предположить.

Соблюдая алгоритм вхождения в поток, Лена обратилась к Душе мужа:

– Я искренне прошу у тебя прощения за свои ошибки и прощаю тебя за твои ошибки.

Удерживая перед внутренним взором образ мужа, Лена ощущала взаимодействие тонких полевых структур сознания с подсознанием. Визуализация, осуществляемая памятью, никак не предполагала того, что последует дальше. Это оказалось вне всяких ожиданий.

Андрей стоял к ней лицом, источая волну раскаяния. Она физически ощущала вязкие, затрудняющие дыхание волновые вибрации, проходящие сквозь её грудную клетку. Размеренно дыша, Лена проговаривала мысленно обращение к Душе мужа:

– Я забираю свой негатив и отдаю тебе твой, пусть между нами останется только Свет и Любовь моего Божественного Сердца.

Принимая его тревожные сигналы, она не сопротивлялась потоку, понимая, что взаимодействует с глубинной частью подсознания. Сконцентрировав мысль о «разъединении всем плохим» и наложив каждым вдохом намерение забрать обиды и осуждение мужа на своё физическое тело, она продолжала каждым выдохом возвращать ему причинённые им обиды. Принимая и отдавая тяжёлые негативные энергии, она растворяла их светом своего сердца, искренне прося прощения и прощая.

Но образ мужа мгновенно сменился на уже когда-то увиденное ею в сентябрьском лесу «немое кино»! Словно кто-то переключил тумблер времени и перенёс её в качестве зрителя ещё раз в «Место Силы», где впервые показали фрагмент из прошлой жизни её и Алексея.

Теперь же показывали продолжение истории. Тот же дом, лестница, перила, площадка перед домом. Двое влюблённых, прощаясь, нежно смотрят друг на друга. А чуть поодаль – молодой офицер, с грустью наблюдающий за ними. Он друг её суженого. Рядом с ним два коня под седлом, готовых к военному походу.

Неожиданно Андрей стал транслировать: «Он мой близкий друг. Мы офицеры кавалерийской дивизии его Императорского Величества. Представляем интересы Российской империи на Балканах с тысяча восемьсот семьдесят третьего года».

Поток информации напоминал помехи в настройках радиоволн, когда одна волна накладывается на другую. На мгновение у Лены перехватило дыхание. Преодолевая смятение, она настраивала себя на разъединение с мужем всем плохим, и в сознании сидела единственная установка: продолжать дышать и удерживать образ. Но всё происходящее дальше было вне её контроля.

Андрей транслировал историю про двух молодых офицеров, влюбленных в юную княжну по имени Каролина (так ласково её называли в кругу семьи). Из двух друзей она выбрала Пауля (так в светском обществе было принято называть на европейский манер Павла).

Молодой улан, что держал под уздцы двух коней (он же в реальной жизни муж Андрей), достойно принял отказ княжны, оставшись Павлу верным другом.

Каролина и Пауль, объявив обществу о помолвке, тайно венчались в неприметной церквушке, дав обет верности друг другу.

Павел погиб в походе. Судьба его друга, попавшего в плен, осталась неизвестной. Каролина, безутешная вдова, не снимая траура по любви, таяла на глазах, нося в себе тайну венчания. Проводя в молитвах о спасении души Павла дни и ночи, она дала клятву перед святыми образами в вечной любви и верности ему одному до конца жизни.

Подсознание Лены без труда распознало, кто кем пришёл в её жизнь сейчас. Оно словно шагнуло за кулисы времени, продолжая показывать преданную забвению историю. Семья Каролины, являвшаяся дальней ветвью дома Романовых, была серьёзно обеспокоена психическим здоровьем юной девушки. Опасаясь худшего, родители приняли верное, с их точки зрения, решение, приняв предложение старинного друга семьи – графа N.

Девушке не хватило духа открыться и рассказать родным, что обряд венчания навеки соединил её с Павлом. Её замутнённому сознанию было не под силу сопротивление воле родителей. Обречённо подчинившись судьбе и соблюдая рамки приличия светского общества, она приняла предложение, но в короткое время умерла в метаниях и бреду от высокого жара. Холера в тот год унесла много жизней.

Не состоявшийся супруг – благородный граф N – искренне скорбел по ней. Война на Балканах тем временем набирала мощь. В Российской империи шла мобилизация мужчин всех сословий. Дворянский титул графа N предусматривал офицерский чин в регулярной армии, и, будучи мужчиной сорока с небольшим лет, граф должен был отдать свой воинский долг Родине. Но прославился в свете тем, что, не поддавшись всеобщему патриотическому настрою, заявил:

– Эта война не моя! Я оружия в руки не возьму!

Приняв бескомпромиссное решение удалиться до конца своих дней в обособленное шале Швейцарских гор, граф не желал отвечать на вопросы, касающиеся личной жизни, отрезав:

– Я принял обет безбрачия. Мне не нужны дети. Я ничего не создал, жизнь моя пуста, и я не вижу смысла оставлять свой след на Земле.

Находясь в потоке, Лена спросила:

– Кто этот граф? Он есть в моей настоящей жизни?

И тут же незамедлительно получила ответ:

– Твой младший сын. План ваших Душ иной.

Прозвучавшее стало громом среди ясного неба! «Пересмотр отношений» с мужем потерял актуальность. В виске пульсировало напряжение, дыхание запиралось. Стремительно выйдя из медитации, Лена открыла глаза, кутаясь в палантин от нервного озноба. Преодолевая эмоциональный ступор, она взвешивала и сопоставляла факты, не ожидая такого крутого поворота событий. Что делать дальше?

В голове не укладывалось, что собственный младший сын мог быть в прошлом воплощении её мужем! Это многому давало объяснение, в том числе и тому, что его первым словом было не «мама», сын вообще никогда не называл её мамой. Он обращался к ней странно: «Послушай!», словно всегда хотел, чтобы она услышала его. Понемногу успокаиваясь, Лена поняла, что вновь открывшийся факт неизбежно надо принять.

От Татьяны не ускользнуло её взбудораженное состояние. Дождавшись окончания занятия, Лена решила поделиться с ней «шокирующей новостью». Давно перестав удивляться многим вещам, Таня внимательно выслушала «ученицу», прежде чем приняла решение:

– Давай-ка по порядку разберёмся в деталях, а потом подумаем о дальнейших действиях. Итак: тебе дали увидеть продолжение вашего общего воплощения тысяча восемьсот семьдесят третьего и семьдесят четвертого годов, чтобы ты осознала причину возникновения кармического долга по любви. Вот это да! Первую часть показали у меня дома, а вторую сегодня! Из чего следует, что, дав клятву в любви и верности одному мужчине, тайно обвенчавшись с ним, ты приняла предложение другого мужчины, тем самым предав свою любовь. И этим завязала основательный кармический узел.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.