Татьяна Донченко
Арендую семью на лето

Глава 1

– И что, ничего нельзя сделать? – сердце упало после слов Павлова. – Они что, просто возьмут и отожмут мой цветочный?

– Прости, Ленусь, у меня связаны руки, – с сожалением проговорил мой бывший одноклассник. – Это слишком опасные и влиятельные люди.

Единственный человек, который мог помочь защитить себя и мой магазин, оказался бессилен. Жена и дети на его плечах важнее погонов.

– Спасибо за попытку, – вздохнула я, завершила звонок и опустила голову на руль.

Я зарычала и несколько раз ударила кулаком в воздух. Один раз мой кулак задел клаксон. «Ларгус» противно загудел и, кажется, привлек внимание здоровяка у входа в «Тут поют».

Шатающейся походкой этот индивид поплелся к моей машине.

– Ой, нет, нет, нет! – запричитала я, и не успела заблокировать дверь, как он ее открыл.

Плюхнулся на заднее сиденье, наполнив салон резким запахом алкоголя.

– Молодой человек, это не такси и…

– …нское ш-ссе нацать…. – пробормотал он и завалился набок.

– Чего?

Я повернулась, чтобы объяснить, что моя машина – не его такси. Но он зашелся каким-то подобием рычания и неожиданно захрапел, словно дракон, подавившийся собственным огнем.

– Эх, фарт – моё второе имя! – я тяжело вздохнула и взяла телефон, чтобы снова позвонить подруге и коллеге.

В трубке звучали длинные гудки. Ответа не было. И зачем я согласилась подвезти её? Мы жили почти рядом, и днем мне это казалось отличной идеей. Соня столько сделала для меня: помогала с клиентами, подгоняла заказы. Я не могла отказать.

Дверь со стороны пассажира открылась. И вот она, словно по волшебству, села в машину, смеясь и прощаясь с подружками.

– Прости, от этих дур очень сложно уйти, когда они распелись! – вытирая с глаз слезы смеха София повернулась ко мне. – Спасибо тебе, что подождала. Я бы такси полночи вызывала!

С заднего сиденья раздался громкий храп. Соня вздрогнула от неожиданности, схватившись за сердце.

– Это… Что такое? – она обернулась назад и потом уставилась на меня, широко распахнув глаза.

– «Как приручить дракона» смотрела? Вот, подцепила себе личную Ночную Фурию.

– Ха-ха, обожаю твой юмор! – захохотала она, а потом вмиг посерьезнела. – Нет, я на самом деле переживаю… Кто это, Лена?

– Понятия не имею, он мою машину с такси спутал, а я ему еще и посигналила нечаянно… Что мне с ним делать?

Самойлова внимательно оглядела его. Что она видела в темноте салона – не знаю. Но у меня сложилось ощущение, что она его узнала. Не могу сказать отчего, просто – шестое чувство.

– А он адрес сказал?

– Ага: «цкое шоссе цать», везём?

Соня закусила нижнюю губу, что-то обдумывая, а потом выдала:

– Везем его к тебе.

– Что? Ты сдурела?! Сонь, я тебя очень люблю, но…

– Ну, а какие варианты? Не выбрасывать же его из машины и не оставлять здесь.

Я посмотрела назад. Дракон сладко дрых, наполняя салон густым ароматом чего-то крепкого, дымно-карамельного. Он был в приличной дорогой рубашке, часы на золотом ремешке, на бомжа или заядлого пропойцу не похож…

– Ладно, – сдалась я, заводя мотор. – Но ты поможешь дотащить его ко мне наверх.

– Кхм, это будет даже забавно… – тихо пролепетала лиса-Самойлова.

┄┄┄┄┄⊰❀◦•●◉✿✿◉●•◦✿–✦–

– Твою ж… я только вчера от мануального! – прохрипела я, вцепившись в подмышку массивного тела, которое мы с трудом тащили из салона моей рабочей лошадки. – Хорошо, что у нас первый этаж.

Соня со страдальческим выражением лица подхватывала безвольные ноги незнакомца. Его габариты явно превышали стандартные, рестлер или кто он? И как он вообще умудрился поместиться на заднем сиденье моего «Ларгуса», оставалось загадкой.

– Кажется, плюшевый мишка в коме, – Соня не удержалась и захихикала.

– Какой же это мишка? Ты всю дорогу разве не «наслаждалась» его драконьим храпом? – пробурчала я.

Мы с трудом дотащили его к подъезду. Еле-еле донесли его до квартиры. Открыв дверь, мы, спотыкаясь и чертыхаясь, втянули Ночную Фурию в гостиную.

Наталья Ивановна, моя соседка, всегда выручала, присматривая за моей четырехлетней дочкой, когда я просила. Увидев нас, она бросилась навстречу и начала суетиться.

– Так, куда его валить? На диван? – спросила Соня, вытирая пот со лба.

– Ну а куда еще? Не на коврик же у порога, – ответила я, освобождая диван от подушек.

Под дружное кряхтение мы все втроем попытались водрузить дракона на диван. Но что-то пошло не так. В последний момент Соня оступилась, и мы не удержали его.

Раздался оглушительный грохот. Шалтай-Болтай свалился с дивана головой вниз.

– Ой… – только и смогла выдавить из себя Соня.

Я замерла, боясь пошевелиться.

– Лен, ты думаешь, он жив? – прошептала Соня, глядя на неподвижное тело, лежащее на полу в неестественной позе.

Я медленно наклонилась и потрогала дракона за плечо.

– Эй, Беззубик, ты как? – прошептала я, чувствуя, как к горлу подступает паника.

Внезапно он застонал и пошевелился.

–Не с-час, Викуль! – промямлил он, и снова захрапел.

Соня и я переглянулись и дружно рассмеялись. Снова затолкали его на диван.

Наталья Ивановна, интеллигентная женщина, не стала задавать лишних вопросов. Она лишь вежливо спросила, все ли в порядке, и спокойно ушла к себе в соседнюю квартиру.

Лелька моя уже давно спала в соседней комнате, я прикрыла дверь, чтобы храп ее не разбудил. Хотя тут одной закрытой дверью не обойтись. Ей бы беруши… и наушники сверху.

– Да уж, кто-то после ночных клубов хламидии цепляет, а я вон целую Ночную Фурию, – устало вздохнула я, растирая поясницу. Пять тысяч за мануала – коту под хвост.

– Ну, ничего, до утра оклемается, сам уйдет… если уйдет, – подмигнула Самойлова. К чему бы это она? – А ночью придется потерпеть. Храпит как буровая установка!

Я готова потерпеть, если он и правда останется до утра. Мне это даже на руку.

Завтра ко мне придут они, чтобы напомнить о долге моего сбежавшего мужа. Он задолжал им десять миллионов и сбежал. Куда – никто не знает. Зато знают с кем. Со своей беременной секретаршей Светой. Да, вот такой у меня «оригинальный» муж.

Теперь его долг стал моим. Что там про фарт я говорила?

Если присутствие дракона на диване хоть как-то поможет смягчить их коллекторский тон, я буду только счастлива. Особенно из-за Лели, которая теперь вздрагивает от каждого звонка в дверь.

Только бы мой мини-коварный план сработал…

Глава 2

Всю ночь Смауг рокотал в гостинной и под утро вдруг резко затих.

Вроде бы, спи Лена и радуйся тишине, но что-то неспокойно стало. Так бывает, когда человек храпит и жутко бесит, а потом вдруг раз и затихает. Тогда начинаешь беспокоиться, всё ли с ним в порядке.

Накрыла голову подушкой, уговаривая себя уснуть, но не смогла. Чего только не передумала! Вспомнила кадры из кино, где люди умирали во вне от храпа или их начинало тошнить и…

Так, всё! Встала. Не проверю – не усну. Да и смысл уже? Шесть утра. Через час дочь будить, в сад вести и на работу ехать… Если эти не придут.

Вышла проверить. Осторожно подошла ближе. Тишина. Наклонилась, чтобы лучше рассмотреть его в свете.

Ладно, признаю, находка шикарная! Притащила, так притащила!

И всё же: о чём я вчера думала? Этот незнакомый мужчина на моём диване проснётся и будет в шоке! Что он обо мне подумает? Что я сталкерша или похитительница?

Так, ладно, дышим ровно.

Я ведь помогла ему, не бросила у караоке-клуба. Что, если бы он там упал и отрубился? Или, не дай бог, на него напали бы бандиты?

Он был огромным, как шкаф. Его мускулистое тело впечатляло. Интересно, кем он работает? Может быть, пожарным или спасателем? Даже во сне он выглядел грозным.

Чёрная щетина придавала ему ещё более брутальный вид. А его бицепсы! Они были настолько мощными, что вот-вот разорвут рубашку.

Рубашка на нем, кстати, дорогая. Видно, что не на последние деньги покупал. И часы… Нет, не пожарный и не МЧС. Они, на такие вещи скорей всего, не зарабатывают. Жаль! Люблю супергероев. А этот еще и на Аквамена похож, только без татушек и волосы коротко стриженные.

И тут мой взгляд… немного задержался. Ну, как задержался… споткнулся. О, Боже! Кажется, кто-то очень рад утру.

Чему тут радоваться в такую рань?

Так, глаза долой! Смотрим в потолок, вспоминаем таблицу умножения, Елена Владимировна! Главное – сделать вид, что ничего не видела. А то еще проснется, и что я ему скажу?

Я уже собралась попятиться назад, но Смауг вдруг резко открыл глаза.

Это произошло так быстро, что я даже не успела испугаться. Он схватил меня за руку, рывком притянул к себе. Я потеряла равновесие и упала.

В следующее мгновение я уже лежала на диване. Под ним.

Он тяжелый, зараза! И смотрел так… как будто я украла у него что-то стратегически важное. Сокровища его горы, не иначе. Еще и навис надо мной. Его вес был ощутимым, давил, но… почему-то не пугал.

Я смотрела в его глаза, в которых сейчас бушевала буря еще чуть-чуть и из носа дым повалит. Испугалась? Ага. Очень!

Но где-то глубоко внутри, рядом с инстинктом самосохранения, проснулось какое-то странное, нездоровое любопытство. Ну и, чего греха таить, немного восторга. Все-таки, не каждый день оказываешься в такой ситуации. И с таким мужчиной. Даже если он сейчас выглядит как дракон, которого разбудили посреди столетней спячки.

– Больно! – пискнула я, дернувшись.

Он моргнул и пелена, застилающая его глаза будто бы спала. Ослабил хватку и отпрянул от меня. А потом огляделся, нахмурив брови.

Я с трудом выбралась из-под его веса. Он сел и, оглядываясь, потер шею.

– Где я? – хрипло спросил он.

– У меня дома.

– И мы что…? – он начал осматривать себя и меня, будто проверяя, одеты ли мы. Какой пошляк!

– Нет! – возмутилась я, подскочив с дивана и скрестив руки на груди. Кем он себя возомнил? – Я, вообще-то, замужем! Формально, правда и мечтаю о разводе… но…

«Так, всё, замолкни, Лена!» – внутренний голос умолял меня вести себя адекватно. Но как это сделать, когда перед тобой… такой… такой…

«Такой» размял плечи и потер шею, хмурясь.

– А почему у меня шея так болит?

Я поджала губы. Вспомнила, как он рухнул с дивана, и решала: сказать ему правду или нет.

– Ну, мы… тебя чуть-чуть уронили… головой вниз.

– Мы? – Он осмотрелся и, не увидев никого вокруг, отвел взгляд и тихо пробормотал в сторону: – Даже не знаю, хочу ли я услышать подробности…

– Да там ничего особенного, просто слегка не донесли до дивана… – затараторила я, чтобы скрыть смущение. – Ну и вы размером со скалу, Скалу Джонсона.

Слово «размер» напомнило мне о том, что я еще видела сегодня, и я опять поплыла.

– Меня, Елена, кстати, зовут, – я вспомнила, что не представилась, и протянула ему руку.

Он как-то нехотя ее пожал, легкое, неуловимое касание, и пробурчал в ответ:

– Олег Михайлович. Тихомиров… – оглядел меня и с долей обреченности выдохнул: – Просто Олег.

Мы молчали.

Какая-то неловкая пауза, которую мне почему-то хотелось заполнить, но я и так слишком много болтала, а его это, кажется, раздражало. Еще бы! Выпить так много, чтобы не проснуться даже после удара головой об пол.

Он, должно быть, страшно хотел пить!

– Может, кофе? – почему-бы не оставаться просто вежливой. – Или… воды?

– Кофе, было бы… неплохо.

Он сунул руку в карманы и снова нахмурился. Его взгляд, полный подозрения, вернулся ко мне. Ну, точно подумал, что я его еще и обокрала!

– А где мой телефон?

Я пожала плечами.

– Может, в машине выпал, надо будет глянуть.

– В машине?

– Ты сел ко мне в машину возле караоке-клуба. Решил, что я таксист, и вырубился. Мы с подругой еле затащили тебя сюда. Адреса-то ты не сказал!

– Хм… – его мрачная морда приобрела немного осознанности. Но мой рассказ не очень-то помог ему хоть как-то восстановить стремительно развивающиеся события вчерашнего. – Хм, спасибо?

– То-то же! – проворчала я.

Как у такой брутальной сексапильной оболочки мог быть такой грубый и невоспитанный капитан в головушке? Вопиющая несправедливость!

Потом обязательно позвоню Соне и поделюсь одним из самых неловких утр в своей жизни.

Хотя кого я обманываю? Таких у меня много. И не только утр. Я – кладезь неловких ситуаций. Если начать рассказывать сейчас, то разговор затянется на пару дней.

Мне вообще не везет. Сначала я влюбилась и быстро вышла замуж. А потом оказалось, что за мошенника.

Я забеременела и не смогла окончить университет. А ведь я мечтала стать ландшафтным дизайнером, как Эда из «Постучись в мою дверь». Только без красавчиков Серканов.

Мои родители погибли в автокатастрофе, и я унаследовала их цветочный магазин. Вот уже почти тридцать лет он принадлежит нашей семье Валевских.

Мошенник муж-тире-блудливый кошак изменял мне почти с каждой встречной кошкой, и я, конечно же, узнала об этом не сразу.

И да, «спасибо» ему же. Я скоро потеряю свой магазин… Потому что мне не известен ни один легальный способ заработать десять миллионов за пару дней.

Люди, которые вчера приходили, обещали либо забрать в уплату долга мой цветочный уголок, либо сжечь его, а потом прийти за мной. Чтобы я отработала другими, известными им способами.

Но во всей моей истории есть и положительные моменты. Главный из них – появление Лёльки, моей малышки, которую я обожаю. Ради нее я была готова на все! Если бы не Сергей, мой, надеюсь, скоро бывший муж, у меня бы не было этой чудесной девочки. Так что…

– Могу я воспользоваться ванной? – с усталым вздохом спросил мой гость, прервав мои мысли.

Он встал с дивана и снова потрогал шею. Когда его рука поднялась вверх, рубашка слегка задралась, обнажая часть живота.

И меня что-то поднакрыло…

Ох!

Обычные завитки волос, уходящие вниз под пояс брюк. Ничего особенного. У кого таких нет? А меня прям мурашками пробрало! Это показалось мне так маскулинно, так органично и так ему… шло. Боже! Я странная!

Замотала головой, чтобы избавиться от мыслей, побежавших не в том направлении.

Нужно срочно отвлечься! Сроч-но!

Глава 3

Решила заварить кофе в турке и по-быстрому испечь блинчики. Не то чтобы я хотела как-то впечатлить гостя… хотя блинчики – мое коронное блюдо.

– Мама? – раздался тоненький голосок моей Лёли. Она стояла в дверях спальни сонная, растрепанная, с плюшевым дракошей-Тошей в обнимку. – А что за дядя говорил? – Она оглядела комнату. – Только что был тут, я голос слышала…

– Это… это мамин… эээ… друг.

Дочка подошла ко мне. Я подняла ее на руки и нежно поцеловала в носик. Она забавно пофыркала, как маленький ёжик.

Поднимая её, я почувствовала знакомый дискомфорт в пояснице. Это нехорошо…

Мне сейчас нельзя отвлекаться от работы на старые болячки, у нас крупные клиенты с полной предоплатой. Организовать свадьбу на заднем дворе роскошного дома в Подмосковье и превратить его в Гавайи – задача не из простых. Моя помощница уже вчера была на панике, то поставщики орхидей подводили, то партия плюмерий пришла не белая, а какая-то слишком желтая…

Как? Как я останусь без магазина – я не понимала! Я жила, дышала своей работой. Это такой кайф заниматься тем, что по-настоящему нравится! Всем рекомендую.

– Блинчики будешь, Рапунцель? – серьезно спросила я.

Лёля сразу потрогала свои длинные белокурые волосы, счастливая, оттого, что я ее так назвала. Она любила этот мультфильм и эту сказку. Поэтому отращивала длинную косу. К счастью, волосы ей достались от меня: густые, белокурые.

– А варенье тети Наташи есть? Мимишное.

– Ежевичное, – поправила ее я, усадив ее на барный стул.

У нас была открытая кухня, которая переходила в гостиную. Их разделяла небольшая барная стойка.

Сергей, мой недомуж, любил эту стойку до фанатизма. Вечно сядет, пиво откроет и давай генерировать «темы», как по-быстрому стать миллионером. При этом он спал до обеда, и «Икс-бокс» не выключался сутками. О! И, конечно же, «Ставки на спорт». В одну из таких «верняковых» ставок испарилась его машина. Был «Фольксваген» и нет. Не сыграла ставка.

Я жарила блинчики и всё думала: как я могла так повестись на его смазливую морду? Очень просто! Как он умел говорить, как обольщать! Ни одна б не устояла. А ни одна и не стояла – всех уложил… как выяснилось позже.

Если он даже авторитетов смог обмануть на целых десять миллионов, а они народ грамотный, в людях разбираются, то что уж обо мне говорить?

Чтоб я еще раз влюбилась в красавчика! Ни за что! Никогда больше не буду вестись на внешность!

«Сказала она, только что чуть не потерявшая сознание от завитков волос на животе незнакомца…»

Не, ну этот особенный. Этот в запрещенках. Он занят. А потому выглядит еще привлекательней. Полночи, если не храпел, то бормотал и какой-то Викуле не давал…

– Чем пахнет? – раздался хрипловатый бас, и я подпрыгнула. Сердце – тоже… распрыгалось.

Олег жадно смотрел на турку на плите и на шкворчащий блинчик. Он был явно голоден. Он увидел Лёлю и удивился. Чему именно – я не поняла и решила не зацикливаться.

– Здравствуйте, – помахала ручкой моя умница и показала на пустой стул рядом с собой. – Садитесь завтракать со мной. У нас блинчики с мимишковым вареньем.

Это голодная Ночная Фурия с… сексапильными завитушками на пузе, ему мясо подавай. Какие уж тут блинчики!

– Да-да, садись, – я повернулась к нему с поднятой вверх лопаткой для блинчиков. Видимо, со стороны казалось, будто я хочу его отлупить, что явно противоречило приглашению.

– Х-хорошо, спасибо за… – он почесал щетину, подбирая слова. – Для начала за то, что подобрала меня из клуба, пья… – он скосил взгляд на Лёлю и быстро исправился, – сонного. Теперь угощаешь завтраком…

Он сел за барный стол и нервно застучал пальцами по глянцевой поверхности. Я понимала, что ему тут некомфортно и, возможно, стыдно за то, как именно и по каким причинам он тут оказался.

Мой запас гостеприимства иссяк на блинчиках. Я не знала что ему сказать и чем заполнить тишину.

Я, конечно, не ожидала от него искрометного юмора или, что он начнет нас как-то развлекать. Но он вёл себя слишком отстраненно и холодно. Со мной и Лёлей. Это вызывало легкое недоумение. Я не могла понять, в чём дело – это его отношение ко мне или ко всем женщинам такое?

О! Или это потому, что у него была Викуля и своим недружелюбным поведением он типа показывал, что недоступен? Господи, я и не претендую, но улыбнуться-то хоть можно?

Зато мою дочь вообще ничего не парило! Она хотела общаться, и она начала. Сначала разглядывала незнакомца, а потом спросила:

– Ты мамин друг?

Она уплетала второй блинчик, макая его в варенье и капнула себе на пижаму. Я быстро дала ей полотенце.

– А как тибя завут?

Он опять отчего-то нахмурился. Ему что, дети не нравятся?

– Олег, – коротко ответил он. Отпив кофе, он вздохнул и прикрыл глаза от удовольствия.

Ну, какой же мужик красивый, а! Вот какой-то Викуле повезло: горячий, явно обеспеченный, огромный… (помним про утро доброе!), небось еще и в постели зверюга…

«Лена-а-а, хватит таращиться!»

Я заметила, что Лёлька тоже его разглядывала, долго и внимательно. Она придвинулась ближе и вдруг коснулась его щеки.

Олег широко раскрыл глаза и уставился на меня, словно боялся, что любое его движение вызовет короткое замыкание и пожар.

– Ты такой… колюченький! – малышка произнесла это с такой детской непосредственностью и восторгом, что мое сердце дрогнуло.

– Лёль, не трогай дядю, – попросила я, заметив, что ему явно не по себе.

– Я чуть-чуть, – виновато оправдывалась дочка. – Сама потрогай, какой он колюченький, миленький.

Глаза «миленького» еще больше расширились.

Хорошо, что дети такие непосредственные! Сказали и сразу забыли. Моя дочь, например, тоже. Отвлеклась – и неловкая ситуация рассеялась сама собой.

– Спасибо, мамочка! – Лёля спустилась со стула, взяла тарелку и унесла её в раковину. Затем она мягко потянула меня за руку, приблизилась к моему лицу и нежно поцеловала в щёку.

– Иди чисть зубки, Рапунцель. И будем в садик одеваться.

Дочь беспрекословно пошла в ванную, а Олег почему-то провожал ее с удивленно поднятой бровью. Как будто понимал, что добиться такой дисциплины не так-то просто. На опыте? Есть дети? Тогда почему он так странно реагировал на Лёлю? Одни вопросы!

– Ее отец страдает алопецией? – спросил Тихомиров, когда мы остались одни.

– Эммм, нет…

Что, блин, за странный вопрос?

Я закончила с блинчиками, взяла себе два и села напротив, налив себе кофе.

– А почему она так удивляется растительности на мужском лице?

– Ну, может, ей просто твоя борода понравилась.

У меня его искреннее удивление почему-то вызвало улыбку.

Это он привык источать маскулинность и нести себя как волосатый мужик-альфач. А вот мой недомуж был редкостным метросексуалом, помешанным на своей внешности!

Я хотела еще что-то еще сказать, но тут раздался звонок в дверь и одновременно громкий стук. Такой, что моя Лелька выбежала из ванной в испуге:

– Мамочка, это они пришли?! Да? Они? Опять?!

Она расплакалась и уткнулась мне головой в ноги, обнимая и не отпуская к двери.

– Кто это «они»? – нахмурился Олег сверля меня взглядом, реально стал похожим на опасного дракона.

Я запаниковала, не зная с чего начать. Когда они приходили с угрозами я тупела. Вот и сейчас.

– Это… из-за мужа… коллекторы…

– А муж где?

Я пожала плечами.

– Ясно, – фыркнул Смауг и встал из-за стола. – И что, каждый день приходят?

Кивнула.

– И как давно?

– Несколько недель… м-может больше…

По его недовольной злой морде было вообще ничего не понятно. Как он себя поведет – одному Богу известно!

– Будьте здесь, – строго сказал он и пошел к двери. – Сейчас разберемся.

Глава 4

Я замерла, прижав к себе Лёльку.

Снова эти люди и снова их наглые голоса, пропитанные ядом и угрозами

– Доброе утро, начальник дорожно-транспортной службы Москвы, Олег Михайлович Тихомиров. Чем могу помочь? – спросил наш гость-дракон официальным тоном.

Начальник? ДПС? Ни-фи-га-се-бе! У меня в прямом смысле отвисла челюсть.

Так и знала, что он из этих! Герой.

– Мы пришли к Елене Владимировне. Она дома? – раздался грубый голос одного из коллекторов. Я узнала его. У него была противная жесткая хрипотца. Именно он угрожал мне отобрать магазин.

– Она дома. Но прежде вы поговорите со мной, – Смауг говорил спокойно, почти равнодушно. – Я представился. А вы?

– …левский.

Что он протараторил – вообще ничего не расслышала, как на жд-станции.

– Да чего мы с ним церемонимся, Лысый, баба стопудово дома, она только через полчаса дочку в сад поведет, пошли, дождемся, перетрем с ней и все…

– Я же только что сказал, сначала поговорите со мной. Кто вы такие и на каком основании пришли? Где ваш официальный документ? Повестка в суд?

Наступила короткая пауза, напряжение в воздухе сгустилось до предела.

– Ты кто такой, герой выискался? – усмехнулся тот, что был Лысым.

– Будет сложно, – тяжело вздохнул Тихомиров. – Я же вам уже представился. Могу повторить.

– Да поняли мы уже, что ты крутой тип! Бабёнку нам свою позови.

– Прошу, говорите тише. Здесь ребенок. Давайте выйдем на улицу и поговорим по-мужски.

Я замерла, не веря своим ушам. По-мужски? Что он творит? Страх сковал, внутри все узлом завязалось. Я знала, на что способны эти люди.

– По-мужски, говоришь? Ну, выйдем. Только потом не плачься, – хмыкнул тот, что с жесткой хрипотцой.

Я услышала, как закрылась дверь. Шаги и голоса удалялись. Я медленно выдохнула и закрыла глаза. Что сейчас будет? Что он собирается делать?

Теперь мне было стыдно, что я втянула бедного Беззубика во все это.

– Мамочка, они ушли? – шепотом спросила Лёля и залезла ко мне на колени.

Я обняла ее, чувствуя, как бьется маленькое сердце. В груди все сжалось от боли. За что ей такие испытания? Она ведь еще совсем ребенок. И видела, как взрослые мужчины грубо разговаривали с мамой, угрожая ей. Бедная девочка не должна была это пережить.

Если я когда-нибудь увижу ее предателя-отца, ух, я не знаю, что сделаю с его холеной и слащавой мордой! О чем только его беременная любовница думает? Хотя сколько ей: девятнадцать? Не больше двадцати. Я в ее годы такая же дурында наивная была – верила в его «темки».

– Пойдем, детка, будем в садик собираться? – спросила я.

Я вдруг поняла: эти люди знают наше расписание. Они в курсе, когда мы выходим из дома и куда направляемся.

Вдруг они что-то сделают с нами? А если придут в сад, выкрадут Лёльку и потребуют выкуп? Черт побери! Может, снова набрать Павлову и попросить о защите?

Плюс один к фобиям.

Я собирала дочку механически, не в силах избавиться от тревоги. Где же наш гость? Он давно исчез. Может, он уехал домой и не вернется?

– Мам? – позвала Лёля, когда я начала надевать второй носок на одну и ту же ножку дочери. – Ты мне два носочка, что ли надеваешь?

И захохотала, вызывая во мне ответную улыбку.

– Всё, мама, ку-ку, – я чмокнула ее босую ногу и чуть прикусила пальчик.

– Хочу тут без носочка, чтоб ножка голенькая была, – она пошевелила пальчиками. – Мам, а у Стаса из моей группы тоже потом щеки колюченькие станут?

Краш моей малютки, этот Стас! Столько я уже про него наслушалась! Ох, красивая, влюбчивая дочка – лишний повод для переживаний.

– А тебе так понравились колючки нашего гостя?

Который, походу, больше к нам не вернется. И нет, я нисколечко не расстроилась! У нас тут и без драконов полная гора приключений в жизни!

– Он и внутри колючий? – дочку так впечатлила его небритость, я не могла перестать улыбаться.

– И внутри тоже колючий, – ответила я, вспоминая его отстраненность и холодный тон.

– А они ему не щекотятся?

– Кто?

– Колючки внутри.

– Ну, жить они ему точно мешают, – я чмокнула ее и пошла сама переодеваться.

Только успела надеть любимое лавандовое платье А-силуэта из хлопка и завязать волосы в высокий пучок, как раздался звонок в дверь.

Я встрепенулась. Лёлька заскулила.

После звонка никто не постучал. Внутри меня вспыхнула надежда: возможно, это не коллекторы, а вернулась наша Ночная Фурия.

– Елена, это Олег. Не бойся, открывай, – раздался его тихий голос за дверью, когда я подкралась посмотреть в глазок.

Открыла.

На пороге стоял он. Вернее, стоял – это громко сказано. Он скорее висел, держась за косяк, как Тарзан. Рубашка порвана под мышкой, на щеке ссадина, а губа разбита. И дышит, как будто с самих джунглей к нам пожаловал.

Его губа кровоточила, а он дотронулся до нее и нахмурился, будто бы сам факт, что пострадал его жутко злил.

– Скорую вызвать? – спросила я

– Зачем? Это же ерунда.

Я будто оскорбила его своим вопросом. Но…

– А я не для тебя спрашиваю, – мотнула головой в сторону улицы, куда он до этого увел троих коллекторов. – А для них.

Его лицо изменилось. На долю секунды гнев отступил, сменившись… чем-то похожим на удивление. В его взгляде мелькнула искра, тонкий намек на то, что мои слова достигли цели.

Но он быстро взял себя в руки. Брови снова сдвинулись к переносице, словно он пытался силой мысли вернуть себе утраченное хмурое выражение.

– Нормально все с ними, живы, – отмахнулся он.

Я схватила его за руку и потащила в квартиру. Усадила его на стул, а сама понеслась в ванную за полотенцем и к морозилке за льдом.

Черт, черт, черт!

Ну почему я такая дура? Человек по моей вине пострадал, а я не могла перестать улыбаться, радуясь тому, что он вернулся. Вот же вляпалась!

Глава 5

– Ой, у тибя кровь? – Лёлька появилась на кухне, расчесывая длинные волосы. – А почему у тебя кровь? Мама помажь дядю зеленкой.

– Сейчас, детка, все сделаем в лучшем виде.

– Не надо зеленкой, – замотал головой хмурый страж дорожного порядка. – Просто спиртом прижечь и все.

– Тогда просто подуй себе на губу, и дело с концом, в тебе спирта предостаточно, – улыбнулась я, замотав замороженные овощи в мокрое полотенце, и подошла к нему. – Дай посмотрю.

Я подошла к нему, не спрашивая разрешения, и приложила лед к его губе. Он слегка вздрогнул.

– Ауч! – воскликнул он, удивленно взглянув на меня.

– Прости, я знаю, что у меня тяжелая рука, – извинилась я, стараясь не слишком сильно давить на его рану.

Я только тогда поняла, насколько близко стою к нему, почти между его ног. Ощущение было слишком интимным, будто я нарушила личные границы.

– Бедный дядя Олег, – Лёля подошла и погладила его по коленке. – А покажи колючки!

– Какие колючки? – спросил он,

– Тшшш, – я попросила его молчать, чтобы не тревожить разбитую губу.

– Ну, мама сказала, что ты внутри колючий, покажи, – настаивала любопытная дочь.

– Лёля, тшшш! – шикнула я теперь на дочь и залилась краской.

Фурия прищурилась, с подозрением глядя на меня. Его губы растянулись в насмешливой улыбке.

– Все, держи сам, не маленький, – отдала ему полотенце и отскочила от него, как ошпаренная. Не хватало еще, чтобы он себе надумал невесть что.

– Детка, иди собери рюкзак для садика, – попросила я дочку, зная как ответственно она подходит к подбору игрушек для нового дня с друзьями и ненаглядным Стасом.

Я решила еще кофе сварить и вдобавок ко всему поставила сковороду на плиту, разбила три яйца и начала нарезать колбасу. Задобрить и отблагодарить – меньшее, что я могла сделать.

– Спасибо тебе, – сказала я, когда дочь скрылась в спальне. – За то, что сразу вступился за нас.

– Таков ведь и был план?

Когда меня поймали с поличным, я посмотрела на него и часто заморгала, притворяясь, что не понимаю, о чем он говорит.

Но по драконьей «я всё про тебя знаю» морде с колючками было видно, что его лучше не обманывать.

– А что мне еще было делать? – сдалась я и всплеснула руками. – Они хотят отобрать у меня магазин. Мой цветочный! Не Сергея, а мой. Точнее, моих родителей. Я не могу его потерять, понимаешь?

– Понимаю. Что я вовремя тебе подвернулся, – заключил он, а потом недовольно посмотрел на полотенце и облизнул губу, словно оценивая ущерб.

Да на все сто ты теперь, дорожный-повелитель! Шрамы украшают мужиков. Твоей Вике понравится.

– Еще раз спасибо тебе за то, что заступился, – искренне сказала я и поставила перед ним тарелку с еще шкворчащей яичницей, нарезку и еще пару блинчиков из стопки положила.

– Прогиб защитан, цветочница, – он кивнул. Когда я отвернулась за кофе, заметила, как уголок его губ слегка дрогнул.

– Как думаешь, теперь они отвяжутся? – спросила я, заранее зная ответ. Такие люди не отстанут, пока не получат свое. – А вдруг они теперь еще больше разозлятся?

– Тебе нужно идти в полицию, – Олег взял вилку и начал с аппетитом поглощать приготовленный завтрак. А я смотрела и любовалась. По-моему у меня фетиш: смотреть, как горячий мужик уплетает мою стряпню. – Удивительно, что ты раньше не пошла.

– Я ходила. У меня есть бывший одноклассник, я просила его.

– А фамилия какая?

– Павлов.

Олег помотал головой:

– Не знаю такого. Спрошу у своих пацанов, мы часто в связке работаем, подгонят тебе кого-то толкового. Следака привлечь тоже надо. И кого-то, чтоб нашли твоего пидо… мужа. Пусть отвечает за свои косяки по-мужски, а не вешает их на свою женщину с ребенком.

Кажется, это его самая длинная фраза за сегодня. Вижу, помахал кулаками наш покоритель караоке и протрезвел!

С последним произнесенным словом его тарелка оказалась пуста.

– Ты хочешь и с этим помочь? – удивилась я, наконец осознав смысл сказанного им. – Но… почему?

– Ну, ты же меня у порога в клуб вчера не бросила. Как я могу?

– У тебя тоже есть скрытый мотив? Признавайся сразу.

Я окинула его строгим взглядом, оценивая масштабы катастрофы. Насколько сильно я ошибаюсь в людях. Если сейчас он предложит взамен на помощь что-то из ряда вон – придется его выдворить и… пройти какие-нибудь курсы или лайфхаки по типу «Как понять, что мужчина не мудак за 10 минут?». Пригодится. Если уж собираюсь разводиться и когда-нибудь заводить новые отношения.

Хотя, оно мне надо?

От мужиков одни проблемы!

Но… Если посмотреть на индивида, сидящего напротив, то вроде как есть надежда на то, что есть в мире не только те, кто их подкидывает, но еще и те, кто решает.

Пока я думала об этом, индивид меня как-то странно рассматривал. Ну, вот, приплыли! Накормили, приютили, называется!

– А знаешь, думаю… думаю у меня есть одно довольно необычное предложение… – задумчиво заговорил он, потирая щетину.

– Интим не предлагать! – выпалила я и закусила губы.

– Я и не собирался, – нахмурил брови он. – Меня и отношения с тобой не интересуют.

– Вообще или только со мной?

М-да, Лена, вообще не палишься!

– Вообще.

– Никогда?

– Никогда.

Не буду утверждать, что я не огорчилась.

– Но кое-что близкое к этому все же хочу предложить…

Опять задумался, подбирая слова. А меня буквально распирало от любопытства. Лёлька пришла уже собранная, волокла рюкзак по полу. Так много игрушек набрала, что не смогла водрузить его на плечи.

– Мама, я все.

– Ох, детка, не таскай такие тяжести, сколько раз тебе говорила, спина заболит, как у мамы.

Я невольно глянула на часы.

– Ох, черт! Мы можем опоздать!

В суете побросала посуду в раковину и засобиралась.

– А где ваш садик? Я вас провожу.

– Зачем?

– Хочу убедиться, что за вами никто не пойдет. Пока я пацанов не подрядил. И телефон мой можешь посмотреть в машине? А заодно по пути расскажу кое-что и надеюсь ты… хотя бы подумаешь.

– Мне уже страшно. Ох и за что ты мне на мою голову?! – шутливо закатила я глаза. – Как будто без тебя проблем мало!

– Я помогу их решить, если ты поможешь мне, – прохрипел он. Кажется, его только что осенила идея века. Чего это он так пялится? Может, я слишком сильно его головой уронила?

– Если у тебя не завалялись лишние десять миллионов, то ты ничем не можешь мне помочь! – фыркнула я.

– Допустим, завалялись…

Он окинул меня взглядом стратега. Потом взглядом гения. Ну а когда я горделиво выпятила грудь – взглядом мужика.

– Ты очень выручишь меня, цветочница, – холодно усмехнулся он. – Если согласишься стать моей фиктивной невестой на это лето. И еще… мне нужна не только ты, но и твоя очаровательная дочь. – Он кивнул в сторону моей Лёльки. – Возраст у нее как раз подходящий.

М-да, и всё же головешкой он нехило ударился, раз такие идеи поперли. Ньютон недоделанный! Он, конечно, чертовски привлекательный, этого не отнять, но…

Но что я, собственно, теряю?

Свое достоинство, Лена!

– То есть ты хочешь типа взять меня и мою дочь погонять в аренду на лето? – переспросила я, все больше разочаровываясь. – И за это ты мне поможешь решить вопрос с коллекторами?

– Ну, да, – кивнул он, внимательно глядя на меня, дожидаясь ответа.

Придется, все же, купить чертовы курсы. В людях я совершенно точно не разбираюсь! Я много чего могла передумать, но это….

– Лёля, пойдём, – с упавшим сердцем позвала я дочь и повела к двери обуваться. Расстроилась, капец!

Пока мы собирали остальные вещи, бессердечный Терминатор прожигал меня вопросительным взглядом.

Мы вышли из квартиры, я закрыла дверь и трясущимися руками сложила ключи в сумочку. Молчание между нами было давящим. Невыносимым.

Я знала, что он скоро спросит, почему я разозлилась. Или уже понял и начнет извиняться. Я судорожно думала, как бы помягче послать его куда подальше при дочери.

Он конечно мне помог, но… за это решил купить? Или как? Эскорта в отпуск захотелось? Чего ж Викулю свою не позвал? А Лёлька моя вообще причем тут? Вот же вляпалась! Вот вляпалась!

Вышли на улицу на парковку. Подвела его к «Ларгусу», открыла заднюю дверь, чтобы найти телефон и вернуть ему, а потом попрощаться навсегда.

Нагнулась. Нашла мобильник на полу…

…а разогнуться уже не смогла.

Глава 6

– Ой-йой-ой! – завопила я, как Винни, застрявший в норе Кролика.

– Мамочка! – Лёлька испугалась за меня и потянула за край платья. – Мамочка что с тобой? Опять спинка болит?

От резкой боли в пояснице я лишилась дара речи. Ловила воздух губами и не могла сказать ни слова. Из глаз брызнули слезы.

– Лена? – позвал бездушный киборг. – Все в порядке?

Нет, блин, я люблю визжать, как поросенок, особенно когда заглядываю в рабочую машину! Ну что за вопросы?

Я попыталась пошевелиться, но это вызвало невыносимую боль, от которой темнело в глазах. Страх сменился паникой: казалось, я действительно не могу двигаться. К тому же я сильно пугала дочь.

Тихомиров открыл дверь моей машины с другой стороны и быстрым взглядом оценил масштаб катастрофы.

– Говори что делать?

– Что делать, что делать? Ждать! – как у меня еще хватало сил на то, чтобы шутить – не знаю. Представила, как выглядела с той стороны, с торчащей попой в коротком платье.

– Сколько ждать? – серьезно спросил брутал, реально не выкупая прикола.

– Неделю, не меньше! – добавила еще Кроликовский акцент и снова заскулила, опустив голову.

– Ты реально, сейчас прикалываешься? – ну, наконец-то! Браво!

А что мне еще делать? Плакать – я уже плакала. Дурацкий шкафоподобный дракон, зачем я его вчера тащила?! Ничему меня опыт не учит и жизнь за это бьет? По спине.

– Мамочка, – Лёлечка стояла, прижавшись ко мне и гладила меня за руку. – Потерпи, скоро пройдет.

– Позвонок выскочил? – спросил Олег, взяв свой телефон с пола. – Давай вызовем врача?

А я так и буду стоять тут наполовину в машине, а попой на улицу? Шикарно! Но что поделать? Мне было так больно!

Олег кому-то быстро набрал, потом обошел машину с другой стороны и все еще разговаривая с кем-то на другом конце связи вдруг коснулся моей поясницы и начал осторожно массировать.

– Так, я понял, – деловито говорил он по телефону. – Да, аптеку вижу, да, через дорогу. Да, сейчас пойду куплю, спасибо, бро!

Он замолчал, но руку с поясницы не убрал и продолжал аккуратно круговыми движениями разминать. Сначала я испытывала лишь раздражение, но потом… Немного. Совсем чуть-чуть. Мне правда становилось легче.

– Лен, я говорил с врачом, он может принять тебя прямо сейчас, но мне нужно тебя к нему привезти. Он посоветовал купить обезболивающее, я сейчас быстро схожу, принесу, ты как?

– Ууууу-гу, – только и могла ответить я, почти ненавидя его за то, что сейчас так страдала. Хотя знала, что он вообще не причем.

– Малышка, у тебя важная миссия: развлекай маму. Давай я усажу тебя в кресло, и ты будешь видеть маму и рассказывать ей истории.

– А какие? А можно я расскажу стишок про мишку косолапого?

– Отлично, думаю твоей маме понравится.

Он со знанием дела усадил Лёльку в кресло, пристегнул и бросив обеспокоенный взгляд на меня, сказал:

– Скоро вернусь, ждите.

А куда теперь денусь?

Вот так «красиво ушла» и послала наглеца! Пять баллов мне.

┄┄┄┄┄⊰❀◦•●◉✿✿◉●•◦✿–✦–

Брутал-киборг вернулся действительно быстро. за это время трое проходивших мимо поинтересовались все ли со мной в порядке. Мне хотелось провалиться сквозь землю! Ну, почему я сегодня не надела джинсы? Хотела показать себя во всей красе красавчику-Аквамену.

Показала.

С самой выигрышной стороны, ничего не скажешь.

– Лен, тут такое дело… – начал он как-то немного сконфуженно.

– Лекарство в уколах? – обреченно вздохнула я. Плавали, знаем. Не первый раз меня настигает эта беда. А вот в позе «попой к миру» – впервые.

– Да и это… я колоть не умею.

– Ну, с почином.

– Да я это… фармацевта привел. Она сделает.

– Доброе утро, – раздался голос пожилой женщины позади. – Точнее, для вас, милочка, оно не такое уж и доброе, я погляжу.

«Зато какое насыщенное!» – отметила про себя я.

– Что ж вы молодые, а спины вон, как у семидесятилетних, а? – она говорила и производила какие-то манипуляции за мной.

– Да это у меня теперь на всю жизнь травма. Я семь лет назад в автокатастрофу попала. Папа за рулем был. Мама рядом. Какой-то лихач на мотоцикле выскочил, папа руль выкрутил, а нас на встречку унесло… И в общем, в живых одна я осталась. С тех пор от мануалов не вылезаю.

Я рассказывала, чувствуя, как боль перемещается с позвоночника на область груди. Столько лет прошло, а я до сих пор помню мамин крик. Визг колес. Звук удара. Резкий толчок в спину.

– Ой-ой-ой, – запричитала женщина, задирая мне платье и быстро обработав ягодицу, вколола мне лекарство. – Бедное дитя. И свою вон выносила с такой-то травмой! Молодец, девочка!

Теперь соседи и жители моего дома видели всё. Интересно, почем сейчас можно продать эту квартиру и купить новую… на другом конце города.

– Последние месяцы почти все время лежала, – призналась я.

– Да то и понятно! Ну, кукла? – позвала она мою дочь. – Сделали мы твоей маме укол, сейчас полегчает.

Лёлька уже смотрела мультики на телефоне и вообще нас не слушала.

– А папа пусть сторожит ее стоит, вон оно какое платье! Сколько тут уже прошло, шеи чуть себе не посворачивало, позвоночник беречь надо, ходют, заглядывают!

Женщина в одном монологе обратилась и ко мне и к моей дочке и к Олегу и ко всем прохожим.

– Спасибо вам большое! – поблагодарила я.

Женщина пожелала мне выздоравливать и вернулась в аптеку.

Лёлечка ласково погладила меня по голове, а на пояснице я снова ощутила приятное поглаживание вперемешку с массажем.

Я молчала. Он наверняка слышал мою историю. Теперь знает, что я не просто так тут раскорячилась перед ним в недвусмысленной позе. Знает о родителях. И наверняка догадывается, как мне дорог этот магазин.

– Сейчас полегче станет, отвезу тебя к врачу, – пообещал кактус. Ну а что? С колючками. И без души. Хотя, нет. Даже у растений есть душа. А у него – нет.

– А ты на работу не спешишь? Ну или чем вы там, начальники, занимаетесь?

– Я сегодня еще числюсь в командировке. Вчера только вернулся. Должен был сегодня, но решил пораньше.

– О-о-о, дай угадаю, а твоя Викуля, как в анекдоте…

Нет, не может быть! Какая дура будет изменять этому красавчику? Он же горяч и невероятно сексуален!

– Нет, не как в анекдоте, но… да, в целом история похожа.

– Так вот почему ты был такой… хороший! Это многое объясняет! А то, знаешь, начальнику ДПС как-то не пристало так накидываться, и… кстати! Как ты собираешься меня везти после вчерашнего?!

Я так много сказала, даже удивилась. Ведь несколько минут назад и слова не могла проговорить от боли. Провела мысленную инвентаризацию всего тела и поняла, что боль в пояснице и правда немного утихла. То ли так быстро подействовал укол, то ли это отвлекающий разговор, то ли его массаж…

– А кто меня остановит? – пошутил Олег, а я засмеялась и дернулась. Спину снова прострелило. Но уже не так адски больно. Точнее, больно, но уже не адски. – Ну, зачем ты со своей спиной меня тащила?

– Сама задаюсь этим вопросом.

– Двигаться можешь? Давай помогу сесть.

Мы усаживались со скоростью лемура, очень аккуратно и медленно. Олег помогал, держал за руку и всячески подбадривал.

Удивительная включенность в проблему и эмпатия! Ну, как? Как такой человек мог сделать мне такое унизительное предложение?

Глава 7

Доминик Торетто (только не лысый) вел мой «Ларгус» так, словно он был перегружен хрупкой ручной работой из стекла. Я напрягалась, упираясь ногами в пол и руками в сиденье. Это помогало разгрузить поясницу и заглушить боль.

Пусть она была уже не такая острая, но я все равно была готова к тому, что на любом повороте или кочке меня снова прострелит.

На сидении рядом уже красовался свежий снимок МРТ, заключение врача и полный пакет лекарств.

Я была в шоке, как быстро и точно можно получить полную диагностику проблемы и варианты ее решения. Попала в опытные руки заведующего нейрохирургией – по совместительству – старшего брата Тихомирова.

Мужчина был статный, немного грубоватый, но с деловым подходом. Он не спросил, кто я такая, просто сразу взялся за работу и начал осмотр так, будто я – задача, а ему просто нужно найти решение.

Я всегда восхищалась такими профессионалами. Мне не нужны долгие разговоры и излишняя любезность. От врача всегда предпочитаю конкретные и четкие объяснения. И я получила все, что хотела, даже больше.

Ехала и обдумывала услышанное.

– Мамочка, тебе правда будут делать операцию?

Лёлька гладила меня по плечу. Глазки мокрые, губенка дрожит. Она всегда была чуткой и нежной. Мне было больно и обидно, что ребенок так сильно переживает за меня.

– Наверное, моя хорошая, но не прямо сейчас, когда-нибудь.

– А тебе будет больно?

– Не больнее, чем когда у мамы сильно спинку прихватывает.

– А дядя Олег сказал, что ты очень мужественная, это как, мамочка?

Я заметила взгляд Ночной Фурии в зеркале заднего вида. Он был хмурым, словно не хотел, чтобы его так по-детски беспощадно выдали. Но потом он ответил сам, опередив меня.

– Это значит, что когда у человека случается что-то плохое, он не плачет и не вешает нос, а ведет себя смело, – объяснил он. – Вот когда тебе делают укол и ты не плачешь – ты тоже ведешь себя мужественно.

– Я не плачу, чтобы с меня Стас не смеялся и мальчишки не обзывали девчонкой.

– Но ты… Не хочу тебя эммм шокировать, но… Ты же в курсе, что ты девчонка?

– Да, я знаю, но они говорят, что все девочки слабачки.

– Не все. Твоя мама – точно не слабачка. Бери с нее пример.

Я отвела взгляд в сторону, чтобы не засмотреться на шикарное отражение Тихомирова. И, честно говоря, жутко стыдилась того, что он видел меня сегодня с самого странного ракурса в моей жизни.

Классное знакомство, ничего не скажешь! Я видела его в состоянии тотального отрубона, он меня – хм… раком кверху. И все это меньше чем за сутки.

Пока я размышляла об этом, мудрый старец продолжал рассказывать моей дочери, словно сказку: его голос звучал мягко и проникновенно.

– И быть девчонкой не признак слабости, наоборот, силы. У вас вообще-то невероятная власть над нами, мужчинами, ты знаешь какая?

– Не-е-ет! – Лёлька замотала головой. Она заслушалась, даже рот открыла. Я, если честно, тоже.

– Вы, девчонки, способны сделать нас, мальчиков, одновременно и сильными героями, и глупыми приду… – Осекся и поджал губы, быстро подобрав замену. – Придумай сама кем.

– Патрик из «Губки Боба» очень глупый. – предложила дочка. – Мне он не нравится.

– Ну, вот, мы периодически становимся такими Патриками, – усмехнулся дракон. – Особенно, когда вы наряжаетесь в красивые платья.

Теперь и я усмехнулась, понимая, в чей адрес шпилька.

А потом задумалась о том, что этот мужчина понимает, как разговаривать с детьми. Он быстро нашел общий язык с моей малышкой, остался с ней в приемной, пока меня осматривал его брат. У него явно есть опыт и, скорей всего, свои собственные дети. Я была уверена на все сто.

И от этой уверенности мне стало как-то грустно.

┄┄┄⊰❀◦•●◉✿✿◉●•◦✿–✦–

Супернянь сам вызвался отвести Лёльку в садик, потому что я бы просто не вывезла подъем по лестнице в группу на второй этаж и наклоны, чтобы помочь дочери переобуться.

Я думала, не везти ее, а взять с собой на работу. Но это плохая идея, особенно при большом заказе. Я не смогу сосредоточиться.

Получила сообщение от Самойловой. Увидела ее имя во всплывающем окне, но не успела открыть. Внезапно возле машины раздался недовольный, злой голос дракона.

– Чем-чем он, говоришь, владеет?!

От ярости в его голосе у меня внутри все сжалось.

– Лёх, а это не бордель? Почему его не накрыли? Серьезно? Даже твой начальник? И во Франции?! А еще где? Нет, я не для себя спрашиваю, идиот! Ладно, спасибо за инфу, и за то, что пробил его. Нет, это… это личное. Все, давай.

Дверь резко и с шумом открылась, на водительское сидение сел Халк, готовый крушить все, что попадется под… лапу. Страшный.

– Все… в порядке? – спросила я и сразу пожалела о вопросе.

Какое тут «в порядке»? Он же сейчас испепелит тачку.

– Поехали в этот «бордель» или куда там… всегда мечтала властно выкрикнуть: «Дракарис»! – Я предложила, ощущая свою неспособность справиться с бурей злости и негодования, бушевавшей в его душе.

Тихомиров, словно отмахнувшись от яростного наваждения, с удивлением взглянул на меня.

– Прости, ты не должна была этого услышать, – вздохнул он, потерев лицо.

Тогда бы завершил разговор до того, как подойти к машине.

– Я кое-что узнал о человеке, который… к которому ушла моя… невеста.

– Что он владеет борделем? – у меня чуть глаза из орбит не вылезли.

– Это какой-то закрытый элитный клуб для… – он опять помотал головой. – В общем, не важно, Елена. Не буду забивать тебе голову.

– Я не против, – показала на свой висок указательным пальцем, – тут хранится слишком много киномусора, пора бы забить пространство чем-то полезным… и интересным.

– Там ничего интересного, – отмахнулся «супер-рассказчик». – Моя бывшая всегда любила одного человека. Никогда не переставала о нем думать и грезить. А я, как тупой придурок, надеялся, что когда-нибудь смогу вытеснить его…

– Как Патрик, – я кивнула. Он сначала не понял, при чем тут персонаж из мультика, но затем тихо усмехнулся.

– Как Патрик.

– А почему она согласилась выйти за тебя, если любит другого? – все еще не понимала я. – Он что, сидел, а она его типа из тюрьмы ждала?

– Где ты берешь все эти сюжеты? – он повернулся ко мне и устало засмеялся. – Кое-кто пересмотрел кино.

– И, между прочим, горжусь этим! – Я осторожно выпрямилась, стараясь не выглядеть слишком гордо. Не хотелось бы оказаться в очередной нелепой позе. – Я большой киноман. Кино – лучшее средство от хандры. Получше алкоголя.

Вернула ему шпильку.

Обладатель самой задумчивой драконьей морды затих, о чем-то серьезно думал и наконец выдал:

– Я обидел тебя своим предложением, понял. Прости, я не имел в виду ничего крамольного. Мне просто пришла в голову эта мысль. Ты бы мне здорово помогла.

Ну вот, мы коснулись этой темы.

– Пояснительную бригаду к своему предложению, пожалуйста.

– Мой отец не общался со мной почти десять лет. Теперь он очень болен и решил восстановить наши отношения, пока… пока еще жив. Они купили загородный дом недалеко от Москвы, когда узнали, что я скоро женюсь. Хотели быть ближе к будущей внучке и…

– И ты хочешь подменить ее мной? Они что ее никогда не видели?

– Нет, я хотел познакомить их лично.

– А почему тебе просто не нанять актрису? Дешевле будет вразы.

– Тебе нужны деньги. Мне – невеста. По-моему все взаимовыгодно.

– Да, только я не продаюсь. И моя дочь – тоже.

– Я бы назвал это – сотрудничеством, но тебе виднее.

На самом интересном месте мне неожиданно позвонила сотрудница. До открытия магазина оставалось пятнадцать минут. Я испугалась, что она скажет, что не выйдет, и тогда я сегодня точно умру. Если не от боли, то от переработки. Как загнанная лошадь.

Я не хотела отвечать. Слишком уж было любопытно, что там за драма развернулась в личной жизни Беззубика. Но Мира набирала мне снова и снова, и я в конце концов ответила.

Девушка, недавно окончившая вуз, захлебываясь слезами, прорыдала в трубку:

– Елена Владимировна, срочно приезжайте! Ваш магазин… – и опять разразилась рыданиями. – Магазин… он… он сгорел!

Глава 8

Не знаю, каково это – когда останавливается сердце, но я только что испытала нечто похожее.

– Что-то ос-сталось? – едва выговорила я, прекрасно понимая, что такие люди не принимают полумер. Если они решили уничтожить магазин – они уничтожат его полностью.

– Всё кончено… Приехали пожарные, собралось много людей. Говорят, огонь вспыхнул быстро, ничего не успели спасти. Хорошо, что пламя не распространилось выше… Верхние этажи и кофейня рядом – все в порядке.

Хоть какие-то хорошие новости…

Я не сомневалась, что это их рук дело. Что я могла сделать? Рыдать, истерить, впадать в депрессию? Это не помогло бы. Только навредило бы. Прежде всего – мне.

– Вчера плюмерии новые привезли? – я начала сосредоточенно думать что делать.

– Нет, они не успели, обещали сегодня, но… Елена Владимировна…

– Мира, слушай меня, звони поставщикам и называй мой домашний адрес, сама заедь на оптовку, докупи всё необходимое и дуй ко мне.

– М-мы будем делать заказ у вас д-дома?

– Да, и срывай Алевтину с выходного, пусть берет все инструменты и тоже едет ко мне.

– Хорошо, Елена Владимировна, я еду.

Сбросила вызов и положила руки на колени. Легкие словно сдавило, невозможно было вдохнуть полной грудью. Я чувствовала, что теряю контроль над собой, над своим телом, над… всем.

И вдруг вспомнила, что всё это время со мной был Халк, который всё слышал и, кажется, рассвирепел еще больше.

Он словно ждал, что я заплачу или начну кричать, вспыхну от гнева… и тогда бы понял мою реакцию. Но вместо этого я вдруг сосредоточилась на том, как выполнить заказ. Кажется, это его удивило. Смотрел на меня так, словно я диковинное невесть что. Прилетело с планеты Ка-Пэкс и показываю ему фокусы.

– Лен, чем помочь?

Шикарный вопрос! Который я, кстати говоря, за шесть лет ни разу не слышала от собственного мужа.

– Эм-м-м… Ты, кажется, говорил, что можешь подключить своих людей… Настало твое время, – выговорила я, чувствуя, что голос начал предательски дрожать.

Черт возьми, как же плакать не хотелось!

– Дай адрес, отправлю всех, кого смогу, – кивнул он, доставая телефон. Я назвала адрес мага… точнее, того, что осталось от магазина.

Кажется, до меня стало доходить. Ну, вот, выполню я заказ, а что дальше? Следующие заказы взять не смогу, и долг отдать – тоже.

Я была в состоянии полного шока и тотальной беспомощности всего раз в жизни, когда узнала о гибели родителей. Сегодняшняя потеря, конечно, не сравниться с той, но…

У меня как-будто взяли и вырвали последнюю частичку, связывающую с ними. Больно.

– Лена? – позвал сочувствующий Валли, голос которого начал отъезжать на второй план. На переднем – один шум в ушах, который становился всё сильнее и отчетливее. В глазах потемнело, а дышать становилось всё труднее и труднее. – Лена, посмотри на меня.

– Я… я сейчас… – я подняла руки, пытаясь отгородиться от навязчивого голоса, который отчаянно пытался до меня достучаться. – Сейчас… все нормально, я просто… просто…

– Черт тебя подери! – Он легонько потрепал меня за плечи, словно стряхивая плоды с дерева. Только с меня ничего не сыпалось. Разве что, последние частички самообладания.

И раз – я уже в цепких, но бережных объятиях. Тепло.

– Дыши. Вдох-выдох…

Слезы подступали к горлу, жгли глаза, но я держалась. Нельзя сейчас. Нельзя здесь. Нельзя перед ним.

Он был таким горячим. Я чувствовала жар, исходящий от его тела, даже сквозь рубашку. Жаркий. Ну точно – дракон.

Мне хотелось прижаться к нему еще сильнее, впитать это тепло, чтобы оно защитило меня от всего, что происходит. Чтобы оно дало мне сил.

– Давай отвезу тебя домой? Что-то еще нужно купить для твоего заказа?

– Да-да, там нужны орхидеи… – всхлип. – Много. Они же все… погибли… Их больше, – как там надо дышать? Вдох-выдох? – Их. Больше. Нет.

Я не заметила, как расплакалась, прижимаясь к мужской груди. Его рубашка все еще была порвана подмышкой.

– Черт, еще и рукав тебе не предложила зашить! – захныкала я.

– Где книга отзывов? – грустно усмехнулся Олег. – С дивана уронили, с утра морду набили, кем только не обозвали, да еще и рубашку не зашили. Не ночлежка, а дурдом какой-то. Спасибо, что хоть накормили.

Я тихо усмехнулась, сквозь горькие слезы.

А он знает толк в женских истериках. Особенно в том, как себя вести при этом.

Если раньше он делал мне массаж поясницы, чтобы облегчить физическую боль, то теперь пошла тяжелая артиллерия – нежные поглаживания по спине, чтобы облегчить душевную.

Что там за Викуля такая, что не оценила всего этого?

┄┄┄⊰❀◦•●◉✿✿◉●•◦✿–✦–

Дома мы сдвинули все столы в просторной гостиной. С горизонтальных поверхностей убрали весь хлам.

Девочки сразу включились в работу. Они не стали обсуждать магазин, а начали делать новый каркас для арки и плести новые корзины для букетов. Все шло быстро, слаженно и без лишних задержек.

Орхидеи привезли прямо из оптовки, огромные коробки. Мира с Алей с энтузиазмом распаковали и сразу начали использовать.

Свадьба заказчика послезавтра, а каркасы все сгорели. Ну что ж, работа – лучшее лекарство. Включилась сразу, без раздумий. Как будто еще с утра меня не возили в больницу из-за спины.

Некогда болеть, Лена! Встала, сопли на кулак намотала и погнала! Резала, крепила, обматывала проволокой. Белые, розовые, лиловые – море орхидей.

Телефон разрывался.

Звонили все, кому не лень, когда узнали про магазин. Но я не брала трубку. Не могла. Не хотела говорить о том, что случилось. Хотелось просто спрятаться, утонуть в работе, в цветах.

Снова звонок теперь с незнакомого номера. Я почему-то подумала, что это Олег, и сразу ответила. Но это была полиция. Как раз по просьбе Тихомирова.

Меня пригласили к ним в участок. Я согласилась. После того, как сделаю заказ, прибегу к помощи блюстителей закона. Надоело справляться со всем этим кошмаром в одиночку! Прав все-таки Аквамен – мы девочки, нам нужны защитники.

Потом был еще звонок из пожарной службы. От соседей по магазину.

Не получилось оторваться от реальности и утонуть в цветах. Только в отчаянии, в слезах и долгах я тону в последнее время…

В голове всплыло предложение «семейного арендатора» и его объяснение, зачем ему нужна моя помощь. И видит бог, я и сама очень-очень нуждаюсь в его помощи. И именно сегодня – как никогда.

Как вовремя он появился в моей машине и на моем диване! Очнулся – и сразу начал делать добро, словно фея-крестная…

Фей-крестный, точнее. Да еще какой!

Высокий, темноволосый, с пронзительным взглядом. Шикарный мужик! Встреча с ним – это единственное, что было у меня хорошего за последнее время. А я, дура, обиделась за его предложение. Он ведь и сам в тяжелой ситуации.

Судьбоносно я тогда клаксон-то нажала, ничего не скажешь.

Я не смогла проигнорировать звонок от Сони. До этого она писала мне уйму сообщений, а теперь начала звонить.

– Наконец-то! Я уже начинаю думать, что ты во все тяжкие ушла с красавчиком из бара…

– Прости… Эм-м-м, просто очень занята с заказами.

– А как дела с Олегом… ой… то есть с незнакомцем?

Она осознала свою ошибку и рассмеялась, рассыпаясь в извинениях.

– Прости, Лен. Я знаю его, поэтому предложила привезти его к тебе, – быстро сказала она. – Он очень классный! Я знаю его уже почти пять лет, и он ни разу на моей памяти не накосячил, никогда не дал в себе усомниться, он вот прям мужик с большой буквы и…

– А откуда ты его знаешь? – Я разговаривала по телефону, прижимая его к уху плечом, и паралельно вплетала лозы в арку. – Почему не сказала сразу?

– Прости, я полночи не спала, волновалась и думала, что нужно было тебе сказать. Утром я протрезвела и поняла свой косяк! Я и писала и звонила, уже не знала, что думать. Просто он… у него сердце разбито, у нас у всех за него душа болит. Он роскошный, я хотела, чтобы ты это сама оценила.

– Ну, храпит он роскошно, тут ты, супер сваха, не ошиблась.

Девочки глянули на меня искоса, но ничего не сказали, но я видела как они переглянулись с улыбкой.

– Лен, он… Помнишь мою лучшую подругу Вику? Ну вот он ее бывший жених, они недавно расстались. И ничего такого не подумай, он не накосячил, наоборот, вообще во всем вел и ведет себя как образцовый мужик… Просто Вика она… Ну, вроде как помешана на другом. Там вообще клиника. Любовь навсегда. И они были в разлуке какое-то время, а недавно встретились нечаянно, и там у них ребенок общий, девчонка как твоя, того же возраста, ну и понеслась… А Олег остался неудел. Он знал, что она другого любит, но никто не мог представить, что Вика снова его встретит. О, прости, пожалуйста, что не рассказала вчера!

Теперь все встало на свои места. История покинутого дракона одиночки и его привязанность к детям, его внимание и его вселенско-печальный вид. Колючки тоже оправданы. И его предложение, в целом, стало еще понятней.

– Что у тебя происходит? Какой-то шум… – спросила Самойлова. – Всё в порядке? У меня есть для тебя ещё один заказ. Две семьи хотят отметить новоселье и юбилей вместе. Им нужна терраса, усыпанная цветами. Хозяйка дома очень любит гортензии…

– Да, это все хорошо, спасибо за предложение, но… думаю, что не смогу взять этот заказ… – на меня опять начала нападать хандра.

– Как? Почему? Слишком много заказов?

– Мой магазин, он… – как там дышать? Вдох-выдох. – Я его потеряла. Навсегда.

И мне, черт возьми, больше некуда деваться… кроме как принять предложение бывшего ее лучшей подруги. Блеск!

Глава 9

Говорят, что нужно быть осторожнее со своими желаниями, ибо они исполняются довольно странным, извращенным образом.

Я, конечно, давно мечтала сделать ремонт в магазине и много чего в нем поменять. Но не думала, что приду к этому такой ценой…

Сегодня мы совершили с девочками невозможное. Работу, которую делали три дня, выполнили за один!

Разошлись поздно вечером, превратив квартиру в флорариум. Лёлька была в восторге, надела крылья и играла в бабочку-фею-единорога. Даже не спрашивайте, что за зверь такой.

Я готовила ужин и всё время думала о магазине. Кусок не лез в горло, от мыслей даже подташнивало.

Поняла, что не смогу уснуть. Душа болела за магазин. Хотела увидеть его хотя бы со стороны. Еще не видела, но уже переживала. Попросила соседку посидеть с Лёлькой и помчала.

По пути застряла в небольшой пробке и не успела доехать по-светлому.

Нужно было повернуть обратно домой, но… кто сказал, что я умная?

Вошла внутрь. Пахло гарью. Фонарик выхватил из темноты покореженные остатки полок. Где-то здесь стоял мой любимый старый стул. Теперь это просто кусок обугленного дерева.

Я помню, как красила эти стены в пыльно-розовый. Думала, что это успокоит покупателей. Наивная. Розы теперь не пыльные, а горелые.

Здесь стоял холодильник с розами. Я заказывала их из Эквадора. Они всегда были самыми свежими. Сейчас тут только оплавленный металл и запах пластика.

Этот запах гари теперь навсегда останется со мной. Я бродила по темному, обугленному помещению и думала, как его восстановить. Сколько денег на это потребуется?

Гуляла с фонариком от телефона по месту, которое для меня так много значило даже не заметила, как совсем стемнело. Как на Фурии. Только я не Риддик и у меня нет супер зрения. Главное, чтоб всякие твари из под земли не полезли…

Неожиданно услышала какой-то шорох и с криком обернулась. Направила свет от фонарика на источник шума, туда, где была дверь.

Среди страха и паники меня прошибла мысль, что, возможно, это те уроды, которые подожгли мой магазин. Вдруг они вернулись на место преступления, чисто чтобы подтвердить клише.

Свет фонарика выхватил драконью морду. Он прищурился и заслонился ладонью от яркого света.

– Черт возьми, Лена, что ты тут делаешь?! – возмутился он. Как будто я к нему в дом вломилась, а не он – в мой магазин.

– Ты? – удивилась я, убрав телефон в сторону. – А ты что тут делаешь?

– Увидел свет от фонарика… Не мог проехать мимо.

– Подумал, что преступники вернулись на место преступления?

– Мы не в сериале, Лена, – устало вздохнул Раст Коул.

А жаль. Я бы промотала до той серии, где главной героине больше не прилетает по жизни столько дерьма.

– Неужели в реальных криминальных отчетах никогда не попадались случаи, когда преступники возвращались? – спросила я и ощутила его осторожное прикосновение к локтю. – О, а ты видел в экранизации Майка Омера “Внутри убийцы”, как больной маньяк реально приходил в парк, где убивал своих жертв и…

– Может, выйдем отсюда на улицу, мисс Марпл? Дышать невозможно. Как ты тут вообще в такую темень гуляешь? Голова есть на плечах?! – ворчал Мистер Фроуз.

Я послушно последовала за ним. Все рано тут уже достаточно увидела. Теперь уж точно не усну. Медаль мне за самовредительство!

– Пожарные нашли причину возгорания? – спросил ворчливый Смурф, выводя меня на улицу.

– Короткое замыкание, что же еще! – печально хмыкнула я.

– Страховка есть?

– Нет, в этом году не успела продлить…

Дура! Забегалась с заказами. Я зациклилась на расширении сотрудничества с организациями, которые Соня предлагала мне из добрых побуждений.

– Вау, ух-ты! Ты… переоделся.

Только на улице под светом фонарей заметила, что на Тихомирове была новая рубашка, легкие джинсы. И кроссовки из тех, запрещенных. А я – все еще в своем лавандовом раком-к-верху платье.

– Лен, ты не слышала, что говорил мой брат? – Грумпф, негодуя, скрестил руки на груди. Его напряженные мышцы рельефно проступили сквозь ткань рубашки.

Кроссовки запрещенные? Нет… вот такие мышцы надо запретить. Прямо пакет с санкциями на секси-мышцы.

Все внимание резко переключилось на его руки. Как при всей их массивности они могут быть такими нежными? Как вспомню его поглаживания по спине – плакать хочется! И добавки.

– А? Что? – переспросила я, когда поняла, что он все еще ждет ответ на вопрос. – Ну, он сказал больше лежать и лечиться. Но как я могу? У меня свадьба на носу. Я не могу их подвести.

– Лена, у тебя цветочный сгорел, думаю, это веская причина понять.

– У невесты итак слишком много стресса, так нельзя. И поздно. У меня уже полная квартира каркасов корзинок и орхидей!

– Малая, небось, в восторге? – спросил он, и я вмиг растаяла.

Он интересовался моей дочерью и тем, как она реагирует. Кто вообще из мужиков так делает? Его нет, часом, в Красной книге? Такие редкие индивиды перевелись еще вместе с мамонтами…

– Нет, она в восторге, ты что!

– А с кем ты ее оставляешь?

– У меня соседка – бывшая учительница младших классов. Переехала в Москву и теперь часто помогает с Лёлькой.

Олег начал оглядываться, я сначала немного расстроилась, что он потерял интерес к моему ответу, но тут он выдал:

– Ты голодна?

– Эммм, что?

– Пиццу хочешь? Ну или что вы там, худые, едите по вечерам… – он оглядел меня быстрым взглядом, кажется, немного смущаясь собственной грубости. – Ты накормила меня завтраком, а я хочу угостить тебя ужином. Не пугайся, это не свидание. Просто… За мной вроде как должок. Хочу вернуть.

Золотые слова. Учись, Сергей, где бы ты, сволочь, не был.

– Я не голодна, но…

Хмурый и голодный мамонт, кажется, слегка расстроился, и я быстро затараторила:

– А, знаешь, я пожалуй, выпью чай и что-нибудь из… из запрещенного.

– Догадываюсь, что это что-то из десерта, – засмеялся мамонт и жестом показал мне идти вперед. – Веди. Никто лучше женщины не знает, где самые вкусные десерты.

– А ты прокачанный!

– Просто… бывшая с ее чокнутыми подружками… – начал он, а я перебила.

– Ой, кстати об этом. Скажу сразу, чтоб не всплыло как-то нечаянно в типичной неловкой ситуации: я знаю твою историю. И вчера ночью я стояла у клуба, чтобы забрать свою подругу и коллегу – Соню. А в машину ввалился ты. Мы, вроде как, вместе тебя тащили.

– Самойлова, что-ли?

– Мир тесен, да?

– Угу…

Что-то мамонтёнок загрустил. Только тот, что в мультике, вызывал жалость у всей страны, оставшись без мамы, а этот, реальный, – без невесты.

Ну, ничего. Вылечим. И его. И меня.

Глава 10

– Ты привела меня в реберную, женщина! – засмеялся и повеселел зверь из Красной книги, когда мы пришли. – Это и есть твоя запрещенка?

Нам сразу предложили столик, заведению осталось работать всего час. И, конечно же, как я могла потащить большого здорового голодного мужика в кофейню, я же не садист.

– Это лучшие рёбра в мире, не ворчи, Сквидвард, – взяла его под руку, и мы сели за круглый стол, друг напротив друга, чтобы можно было нормально пообщаться. – Попробуй фирменные с фисташками – пальчики оближешь!

– Свои или твои? – спросил он, выгибая черную бровь домиком.

Ах вот как, значит? «Не свидание», говорите, сэр Ланселот?

Он выглядывал из-за меню, словно хищник из засады, пряча расползающуюся улыбку. Но я видела в его глазах смешинки и понимала, что он улыбается.

– Мои, конечно же, – серьезно ответила я, решив, что в эту игру можно играть вдвоем. – Что за женщина будет облизывать незнакомому мужику пальцы?

– Ты удивишься… – подмигнул он, заставив меня смутиться. – И после того, что я уже сегодня увидел – мне в принципе не сложно тебе еще и пальцы облизать.

– «Еще и»?!

По легким морщинам у его глаз я поняла, что он уже вовсю лыбится. Я легонько пнула его под столом.

– Ауч! – засмеялся он уже открыто и отложил меню. – Не злись, я просто тебя драконю.

– Подумаешь, увидел мою попу, ты же не девственник, наверняка видел и не одну!

И почему я так, блин, смущаюсь?

– Ты стояла раком и стонала, – уточнил он. – Никогда не пойму твоего пидо… хм, мужа, который добровольно отказался от этого вида. Я бы держался за обе половинки и никогда не отпускал.

– Ты пошляк!

– Я про жену и дочь, – смеялся он. – А ты про какие половинки? Кто из нас пошляк?!

– Ужас, кто ты такой и куда дел утреннего ворчуна-драчуна?

– Протрезвел, – с легкой улыбкой пояснил он и повернулся к официанту сделать заказ.

Прислушался к моему совету и взял фирменные рёбра с фисташками и лимонад. А когда брали заказ у меня, я затроила. Забыла, зачем вообще здесь и что хотела просто чай. В итоге на панике заказала суп, салат и батат-фри, за который готова душу продать.

– Интересные у тебя десерты, Лен, – не обошелся без комментария драконящий-дракон. – Не хочешь взять вина? Или чего-то…

– Я за рулем.

– Я тебя отвезу. Машину далеко поставила?

– На платной парковке.

– Я компенсирую.

– Ладно, – я устало вздохнула и повернулась к официанту, заказав, не глядя в меню: – «Крик Бун» или «Барби Руби».

– Ноль пять или ноль три? – кивнул официант.

– Ноль пять.

Мой ответ заставил дракона обнажить зубы в улыбке. Когда официант ушел, он оглядел меня с довольной ухмылкой:

– Это по-нашему!

– Сгорел сарай – гори и хата, – ответила я и тут же поняла, что шутка оказалась из разряда черного юмора. Как-то снова взгрустнулось.

Тихомиров тоже приуныл. Я догадывалась, что это как-то связано с его бывшей. Может, она тоже так говорила, раз я сама не раз слышала эту фразу от Сони.

– Когда вы расстались? – спросила я, вызвав удивление в глазах рыцаря нашего круглого мини-стола.

– Пару дней назад, – отмахнулся он.

– Слушай, ты же был в том караоке, что и она, верно? – он кивнул, отводя взгляд. Явно не гордился этим поступком. Я подвозила Соню, а она отдыхала там своей «не святой троицей», как они называли самих себя. – Ты решил податься в сталкеры?

– Не совсем… – вздохнул он, потирая колючее лицо широкой ладонью, – хотел убедиться, что она…

– Счастлива?

Он опять кивнул.

Нам принесли напитки, и я почувствовала облегчение. Неловкость момента немного отступила.

– Так ты не сможешь выбросить ее из головы, – сказала я, понимая его. Несмотря на то, как паршиво поступил с нами Сергей, я тоже его когда-то любила. И тоже первые дни сходила с ума.

– А что, если я не хочу этого делать? – серьезно спросил он, глядя на меня в упор.

Ну, здравствуйте, Доктор Джекил и Мистер Хайд! Только что ржал и пошлил – и вдруг стал похож на маньячину. Страшный. Еще слово о его дражайшей Вике еще и пришибет…

– То есть, ты собираешься страдать по ней всю оставшуюся жизнь?

– Нет. Но и «выбрасывать» тоже не хочу.

– Ситуация.

Я отпила свой вишневый эль и прикрыла глаза от удовольствия. Да ну его! Пусть делает со своей жизнью что хочет, у меня своих проблем навалом. А потом почувствовала сожаление. Такой мужик пропадает зря. Не дело.

– Прости, я не хотел грубить, – его голос смягчился, в нем зазвучала вина.

– Но ты все равно это сделал, – не открывая глаза ответила я.

У меня вишневый дзен, отстань, Кай! Я не Герда, чтобы фанатично растапливать тебе сердце. У меня свое на честном слове работает, без топлива, чисто на волевых.

Перед нами поставили ароматные блюда. Пряный дымок щекотал ноздри, а великолепное прожаренное мясо источало крышесносный запах. Мой суп вызывал предвкушающее урчание в животе!

– Поешь, чешуйчатый, авось подобреешь, – глянула на него, открыв один глаз и сделала еще один глоток. Вкусно! Это то – чего мне не хватало сегодня: поесть и расслабиться. Больше ни слова об этой Вике. Имя – табу в моем лексиконе.

– Чешуйчатый? – переспросил он, вонзая нож в ребра. Лезвие разрезало мясо между костями, и оно выглядело как воздушный зефир.

Я не выдержала и сцапала один кусочек с его тарелки. Прямо руками.

– Ты все-таки нарываешься на то, чтобы я облизал тебе пальцы? – опять эта фирменная бровь домиком.

– Ты этого не сделаешь, – выставила предупреждающе ладонь, когда он подался вперед, как будто бы готовый приступить от слов к делу. – Не…

Сделал.

Он схватил мою руку, из которой выпал кусочек ребрышек, и притянул её к себе. Прикусил мои пальцы, его влажные губы сомкнулись на них, быстро слизывая оставшийся сладковатый соус.

О. Боже. Мой!

Несмотря на то, что все произошло быстро, буквально за секунды, я впечатлилась на несколько часов… а то и ночей. Он выпустил мою руку из жесткой хватки и продолжил разрезать мясо, как ни в чем не бывало.

А я смотрела на свои пальцы, все еще чувствуя тепло его рта и нежность языка.

Не свидание? Не свидание?!

Да у меня за пять лет замужества горячей сцены не было!

Всего одно действие, но какое! Черт возьми, у меня по всему телу загуляли теплые микротоки, вызывая желание… да что там, голод! Который к еде не имел никакого отношения.

Олег расстегнул пару верхних пуговиц на рубашке и тихо откашлялся в кулак, прочищая горло.

– Ты попей водички, попей, – бросив на него лукавый взгляд, сказала я, как классическая лиса из советской сказки.

Я была в восторге от того, что наша простая игра оказала на него такое же сильное впечатление, как и на меня.

Хм, а ты не безнадежен, Кай. Думаю, я бы попробовала вытащить тебя из плена ледяной королевы.

Только если ты сам захочешь. Спасение утопающего, как бы… дело лап и крыльев самого утопающего. А этому мифическому существу тонуть нельзя, кому-нибудь обязательно пригодится.

Мы ели молча. Доигрались до предела. А ведь знакомы всего день.

Я наелась от пуза. Даже дышать было тяжело. Колюче-чешуйчатый тоже был доволен: откинулся на спинку кресла и с сытой физиономией разглядывал меня.

– Ты как? – спросил он, без какого-то ехидства.

– Сейчас лопну, блин… – похлопала себя по животу.

– Я рад, – улыбнулась сытая морда.

К нам подошел официант со счетом, и царь горы не глядя оплатил.

Я еще раз обратила внимание на его часы. Не разбиралась в моделях, но прекрасно понимала, что такие явно стоят не дешево. А потом вспомнила о его старшем брате, хотя они не были похожи ни капли. Разве что, только комплекцией. И у его брата тоже был неплохой прикид и тоже не понятно откуда у нейрохирурга, пусть и заведующего отделением, столько возможностей.

Может, я от жизни отстала и не в курсе сколько на бюджете сейчас платят…

Не хотела показаться меркантильной, но финансовый вопрос был для меня очень актуален. Мне стало интересно, откуда у сотрудника ДПС, даже самого высокопоставленного, «завалялись» лишние десять миллионов.

– Можно спросить? – наконец решилась я, когда мы выходили из заведения.

– Конечно, – он напрягся.

Может приготовился отбивать очередные расспросы про свою ненаглядную бывшую, имя которой мы теперь не называем вслух.

– Ты правда можешь помочь с коллекторами?

– Правда.

Казалось, он выдохнул.

– И мне для этого нужно всего-лишь сыграть роль твоей невесты?

– Да.

– А в чем подвох?

– Нет тут подвоха, Лена, мне просто нужна твоя помощь. Твоя и мелюзги твоей.

– И в сентябре мы просто разойдемся, как…

– Как в море корабли, ага, – он с улыбкой открыл передо мной дверь пассажирского сидения черного «Порше». (Еще раз мысленно пометила себе, что нужно разузнать всё о достатке бюджетников!)

Кай говорил об этом спокойно и непринужденно, как будто между нами не было той неловкой ситуации с облизыванием пальцев. Как будто нам не придется разыгрывать любовь перед его родителями и бог весть что делать, чтобы они поверили.

Неужели не думает о последствиях? Мы за день очень подружились. И между нами есть этот витающий в воздухе сексуальный флер (да я заговорила как старая француженка!). Что с нами будет после целого лета? Я бы не была так в себе уверена…

И я, оказывается, падкая на красивые мужские морды. Кто бы мог подумать?

Ехали молча. Каждый думал о своем. И мне было комфортно. Даже уютно в этом молчании.

У подъезда он заглушил мотор и развернулся ко мне:

– Спасибо за ужин, – сказали мы одновременно и засмеялись.

– Прости, я сегодня не всегда вел себя… – он поджал губы, оглядывая меня каким-то странным взглядом, как будто прощался. – Не хотел тебя чем-то обидеть.

– Шутишь, если бы не ты, я бы до сих пор торчала голой задницей из тачки.

– Если бы не я, ты бы, скорей всего, и не перегрузила спину.

– Если бы не ты, я бы лежала где-то связанная в плену у этих больных уродов…

– Мы с пацанами найдем способ их наказать, обещаю.

– Я тебе верю.

Я отстегнулась, чувствуя какую-то странную щемящую тоску. День. Всего день рядом с ним. Ох, я точно пропала!

– Завтра ты вся в работе? – спросил он. – Помощь нужна?

– Ты и так очень помог.

– Мне было не трудно.

Молчание.

Кто-то на улице заорал пьяным басом:

– Оля, я люблю тебя!

Мы вместе засмеялись.

– Завтра с утра у тебя уже дежурит патруль. Чтобы эти животные не вздумали к вам соваться.

Я не смогла сдержать себя и обняла его.

– Спасибо! – Он даже не мог представить, каково это – не бояться, что они придут.

Колюче-чешуйчатый осторожно похлопал меня по спине, едва касаясь. Он явно боялся сломать меня неловким движением.

– Спокойной ночи, Беззубик, – прошептала я, быстро поцеловала его в щеку, открыла дверь и выскочила из машины.

Бежала так, словно он мог догнать меня и дать сдачи.

И только дома, закрыв дверь на замок, прислонилась к ней спиной и нормально выдохнула. Вот же дура! Забыла сказать, что согласна на его предложение!

Ну ладно, завтра доделаю работу, закрою заказ и послезавтра будем решать, чем я займусь этим летом… Хе-хе!

Глава 11

Никогда не гуглите бывших тех, кто вам нравится. Нет, я серьезно, не делайте этого. Зачем вам это? Послушайте мудрую женщину – учитесь на чужих ошибках, не тупите.

После завершения заказа я без сил рухнула на диван. Хотелось поблагодарить Олега, но я не знала, как это сделать. У Сони, наверняка есть его номер. Решила ей написать.

Второй день никто не приходил. Вымогатели исчезли, как будто их и не было. Вот это я понимаю – «мужик сказал – мужик сделал»!

Он придумал, как мне еще помочь. Нанял грузчиков, когда нужно было доставить заказ клиенту. Просто пришли двое из ларца и чуть ли не синхронно сказали: «Мы от Тихомирова, что грузить?». Мои девочки поплыли. Ой, ну ладно, что греха таить – я тоже.

С целью спросить номер, я сама того не осознавая, залезла сначала на профиль Сони, а там под одной из фотографий всплыл коментарий ее закадычной подружки.

– Дура, дура, что же я творю? – говорила, а сама взяла и тыкнула на фотографию.

Я открыла профиль и… чуть не уронила телефон. Вика. Просто. Вау! Нет, серьезно, ВАУ!

И дело даже не в том, что она как модель (хотя, судя по фоткам, вполне могла бы). Она вся такая… всегда при параде. Платья, каблуки, идеальный макияж. Никаких треников и пучков на голове, как у меня по воскресеньям. Сплошная женственность и сексуальность.

– Так вот ты какая… та, чье имя нельзя называть вслух!

Листала профиль дальше и сердце предательски затарабанило. Вот она с дочкой – обе в одинаковых платьях, как с обложки журнала. Вот с подружками на девичнике – все красивые, счастливые. Вот с мамой – и мама такая же ухоженная и стильная.

А вот и чешуйчатый… мелькает, скромненько, где-то на заднем плане. Такой мужик и на задворках! Кощунство! И этот взгляд влюбленный, как у щенка, смотрит на Вику, будто она – богиня. И он шикарен! Везде!

А она… как будто просто снисходительно позволяет себя любить.

Меня аж злость взяла! За Беззубика обидно стало. Он ведь хороший мужик. Неужели он и правда настолько влюблен в эту… королеву, что готов быть у нее на побегушках? Приходит к ней по-тихому в караоке, выслеживает ее нового мужчину… Ну, зачем?

И тут я наткнулась на свежую фотку. Вика стоит у панорамного окна в Москва-Сити, вид потрясающий. Она в облегающем платье, на каблуках, конечно же. А ее обнимают мужские руки с татуировками. И простая подпись: "❤️".

Все, занавес. Моя самооценка рухнула куда-то в район плинтуса. Я, конечно, знала, что я не Анджелина Джоли, но чтобы настолько… Не то чтобы я хотела быть как Вика, просто… Блин, ну почему Олег вообще мне предложил сыграть его невесту?

Может, я просто дешевая альтернатива, пока королева занята? Надо срочно что-то менять. Или хотя бы записаться на маникюр. И купить новое платье. И, может, татуировку сделать… Шучу. Наверное.

– Мама, давай мультик посмотрим? – пришла моя птичка-синичка в обнимку с дракончиком.

– Как насчет «Как приручить дракона»?

– Мы же его вчера смотрели! – Лёлька посмотрела на меня подозрительно. Не понимает, что у мамы сдвиг по фазе, маме надо.

– А вторая часть? А третья? Столько всего драконьего, несмотренного.

Дочка удобно устроилась у меня под боком и вручила мне пульт. Еще один киноман подрастает. Моя школа.

Быстро написала Соне с просьбой дать мне адрес и номер Тихомирова и отложила телефон. Скорей всего, она там засыпала меня вопросами, но я не хотела на них отвечать. Завтра. Сейчас – мульт-терапия.

И никаких больше Вик. Все, баста. Чтоб я еще раз зашла на ее страничку! Не совершайте моих ошибок.

┄┄┄⊰❀◦•●◉✿✿◉●•◦✿–✦–

Снаружи здание ДПС напоминало гибрид бункера и придорожного мотеля. Архитектор, видимо, вдохновлялся фильмами про зомби-апокалипсис и мечтал о неприступной крепости, способной выдержать нашествие недовольных водителей. Фасад, выкрашенный в оттенок «унылый серый», облупившаяся краска и полуржавые решетки на окнах. Ничего так…

Я припарковалась у офиса, как королева, – двумя колесами на тротуаре. Это было не самое разумное решение, и не у этого здания… Но я не стала перепарковываться. Говорят, начальник этого офиса обожает королев. Чем я хуже?

Зато всем видно, какая красота приехала. Новый маникюр, педикюр, укладка (даже фен тот самый достала, не поленилась), платье желтое, точь-в-точь как у «Блондинки в эфире».

Вышла из машины, поправила декольте, понижающее мою социальную ответственность в глазах любой ханжи, каблуки – цок-цок-цок – и пошла. Походка ровная, от бедра… Шла и боковым зрением замечала, как мужики головы сворачивают. Приятно, черт возьми!

Внутри здания – это как портал в параллельную реальность, где время остановилось где-то в 90-х. Коридоры, выкрашенные в тот же «жизнерадостный» серый, освещаются тусклыми лампами, которые с подозрительной регулярностью моргают, намекая на скорую кончину.

Пол устлан линолеумом, который, кажется, хранит в себе отпечатки всех ботинок, прошедших здесь за последние двадцать лет. Запах – специфический коктейль из пота, дешевого кофе, пыли и еле уловимого аромата «вчерашней погони».

Кабинеты – это отдельные произведения искусства. Столы завалены бумагами, протоколами, рапортами и прочими документами, из-под которых робко выглядывают кружки с недопитым чаем и остатки печенья. На стенах – мотивационные плакаты (вроде «Водитель, помни о ПДД!») и календари с полуобнаженными моделями (видимо, для снятия стресса). Компьютеры – ну хоть что-то здесь не ровесники динозавров!

А теперь о главном – о самих сотрудниках. Шутки у них… как бы это сказать… своеобразные. Пока разыскивала Тихомирова, наслушалась!

– Вчера одного поймал, – рассказывает один гаишник другому, потягивая кофе. – У него в багажнике – полный набор инструментов. Спрашиваю: «Зачем?» А он мне: «Да я, типа, механик, туда-сюда!» А сам у меня под конец спрашивал, где находится автосервис. Куда он в итоге поехал, так и не понял.

– Я тут как-то одного остановил. Права есть, страховка есть, всё в порядке. Только вот водитель – ну вылитый Ленин! Лысина, прикинь, бородка, все дела. Я ему говорю: «Товарищ Ленин, а в Мавзолее в курсе, что вы отлучились?» Он чуть со смеху не помер.

– Да ладно тебе! Я как-то раз одного поймал… в костюме Чебурашки! Говорит, на корпоратив опаздывал. Чуть от смеха не сдох, пока протокол писал.

Я прятала улыбку, опустив голову. Весело тут у них, как в «Полицейской академии». Не соскучишься.

И тут один инспектор подбежал, галантный такой, взволнованный, видно, что женским вниманием обделенный.

– Вы к Тихомирову нашему? Разрешите вас проводить, – засуетился он. – А то тут дамы всякие редко ходят, мы такой красоты еще не видывали.

Шутил, конечно, но приятно. Шел рядом, анекдоты травил, в общем, развлекал, как мог. Подошли к кабинету, он постучал, а сам зашептал:

– Ну, держитесь, Олег Михайлович! Сейчас у вас тут солнце засияет.

Кабинет – типичный кабинет начальника: большой стол, заваленный бумагами. На стене – портрет президента, а под ним – календарь с голыми девушками. Зато вид из окна ничего такой, на парковку, где мой «Ларгус» красуется.

Колюче-чешуйчатый, как Дэвид Брент из «Офиса», сидел, что-то в бумаги уткнулся, аж искры из глаз. Видно, работа кипела.

– Болдырев, пойди-ка на улицу, выпиши штраф, кого там такого борзого прямо у офиса ДПС на тротуар попидораси… – и замолк, когда поднял голову.

На меня посмотрел, и как-то сразу оттаял. Только что рычал, а тут – бац! – и взгляд такой… теплый, добрый.

– Лена? – похоже, удивлен не только моим появлением, но и внешним видом.

Оглядывал меня так медленно и изучающе, будто прямо сейчас возьмет нож и вилку, и приступит к трапезе. А я и не против побыть его обедом. Пальцы не дадут соврать.

– Вот, привел вам красоту, Олег Михайлович, – умасливал Болдырев, а за ним еще пару индивидуумов шарахалось, в дверь заглядывали.

– Все свободны! – рявкнул Смауг так, что у меня каблуки задрожали. Подчиненные, как тараканы, – врассыпную.

Дверь за моей спиной закрылась.

– Присаживайся, пожалуйста, – пригласил жестом сесть напротив, а сам встал и стул пододвинул, – воды? Чаю?

– Спасибо, не стану тебя еще больше напрягать, – я улыбнулась, глядя на календарь с голой женской задницей, один в один, как я пару дней назад торчала перед ним.

Чешуйчатый быстро сорвал календарь и выбросил в мусорную корзину.

– Прости… Это… Я тут недавно в должности, еще не занимался интерьером…

Я поджала губы и оглядела его. В форме темно-синего цвета с нашивками и нарукавными знаками – как она ему шла! Господи, ну почему я так балдею от мужиков-героев?

– Перейду сразу к делу, Дубровский, – закинула ногу на ногу и прищурилась, намеренно заставляя его смутиться. – Ты мне прислал грузчиков.

Он кивнул.

– Кстати, как заказ?

– Справилась. Спасибо.

– Я и не сомневался. Пожалуйста.

– И утренние гости больше не заходят, – сообщила я, а он как будто бы и так это знал. Еще и взгляд потупил подозрительно. И тогда у меня закрались смутные сомнения… – Могу я спросить?

– У меня нет полномочий запретить тебе, – отшучивался шкодный чешуйчатый, вы только поглядите!

– Ты, часом, не заплатил им мой долг?

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.