Осколки снов Джесси
Оливия Галат

© Оливия Галат, 2025

ISBN 978-5-0067-3151-6

Создано в интеллектуальной издательской системе Ridero

«Каждая мечта – хрупкое стекло. И чтобы дотянуться до света, иногда нужно пройтись босиком по её осколкам.» – Из дневника Джесси

Лил сильный дождь, и Джесси стояла у окна своей маленькой квартирки. Капли стекали по стеклу, словно смывая следы прошлого и давая ей шанс начать заново в этом огромном городе. Она чувствовала, как смешиваются внутри страх и надежда, и каждый удар капли был словно отсчёт её новой жизни.

Джесси задумчиво стояла у окна, наблюдая, как потоки дождя струятся по стеклу. В её руке тлела сигарета, испуская тонкую струйку дыма, которая смешивалась с запахом дождя. Вдруг к её ногам подбежал чёрный, красивый кот, и Джесси, с лёгкой улыбкой на губах, глянула на него.

«Ну что, мистер, ты тоже решил проверить, насколько мокрый этот мир?» – шутливо произнесла она, протягивая ему руку.

Кот мягко потёрся о её ногу, словно соглашаясь с её игривым вопросом, и в этот момент Джесси почувствовала, что, несмотря на все трудности, у неё есть маленький союзник в этом новом мире. Джесси задумчиво стояла у окна, наблюдая, как потоки дождя струятся по стеклу. В её руке тлела сигарета, испуская тонкую струйку дыма, которая смешивалась с запахом дождя. Вдруг к её ногам подбежал чёрный, красивый кот, и Джесси, с лёгкой улыбкой на губах, глянула на него.

«Ну что, мистер, ты тоже решил проверить, насколько мокрый этот мир?» – шутливо произнесла она, протягивая ему руку.

Кот мягко потёрся о её ногу, словно соглашаясь с её игривым вопросом, и в этот момент Джесси почувствовала, что, несмотря на все трудности, у неё есть маленький союзник в этом новом мире.

Вдруг тишину прорезал резкий звонок телефона. Джесси вздрогнула, быстро затушила сигарету и схватила трубку. На том конце раздался знакомый голос – её сутенёр, который без лишних предисловий сообщил, что сегодня их ждёт прибыльный вечер. Он строго напомнил ей вести себя спокойно и не повторять прошлых ошибок, когда её вспыльчивость отпугнула клиента.

Джесси глубоко вздохнула, с трудом сдерживая раздражение, и тихо ответила, что всё поняла. Положив трубку, она снова посмотрела на кота, который словно понимал её без слов.

«Ну что, партнёр, похоже, нас ждёт долгий вечер», – прошептала она, пытаясь сохранить хоть каплю юмора в голосе.

Джесси, отложив телефон, направилась к небольшому зеркалу, висящему на облупившейся стене. Включив любимый трек Linkin Park, Джесси начала приводить себя в порядок. Энергичные ритмы заполнили комнату, помогая ей сосредоточиться и отвлечься от тяжёлых мыслей. Музыка была для неё своеобразной терапией, позволяя чувствовать себя сильнее и увереннее перед выходом.

Она внимательно посмотрела на своё отражение, поправила волосы и нанесла макияж, стараясь скрыть следы усталости. Каждый штрих был словно маской, которую она надевала перед выходом в ночной город. Её движения были уверенными, хотя внутри она чувствовала лёгкую дрожь. Джесси надела короткое платье сиреневого цвета, сверху накинула кожанку и выбрала сапоги на высоком каблуке. Она ещё раз посмотрела на своё отражение: тёмно-русые длинные волосы мягко обрамляли лицо, зелёные глаза сияли решимостью, а пухлые губы придавали её образу особую притягательность. Её фигура выглядела безупречно, и она знала, что её красота – её оружие. Подготовившись, Джесси глубоко вдохнула, словно собирая всю свою решимость, и была готова встретить ещё один непростой вечер. Её фигура выглядела безупречно, и, несмотря на все испытания, которые подготовила ей жизнь, Джесси выглядела великолепно и уверенно. Громкие аккорды Linkin Park заполнили комнату, и Джесси, слегка пританцовывая, поправляла наряд перед зеркалом. Она на миг позволила себе забыть о предстоящем вечере, погрузившись в ритмы любимой музыки. Но внезапно её отвлёк настойчивый стук в дверь. Она остановилась, убавила музыку и пошла открывать. На пороге стоял её сутенёр, и по выражению его лица было ясно, что разговор будет серьёзным.

Грэг ворвался в комнату с раздражением на лице: «Ах ты ж… Почему ты так долго не поднимала трубку? Я уже 20 минут жду, машина на месте, а тебя всё нет!»

Джесси, пытаясь сохранить спокойствие, начала извиняться: «Извини, я просто не услышала. Музыка играла громко. Больше такого не повторится.»

Он смерил её холодным взглядом: «Смотри, в следующий раз будь на месте вовремя. Клиенты не будут ждать, пока ты там… развлекаешься.»

Джесси кивнула, стараясь не вступать в конфликт, хотя внутри всё кипело. Она знала, что этот вечер будет долгим, и старалась не показывать ни капли своей нервозности. «Я жду,» – бросил он, держа входную дверь открытой. Джесси медленно направилась к выходу, но внезапно он резко прижал её к стене. «Что-то в тебе меня заводит, малышка. Жду не дождусь, когда мы сможем как следует отпраздновать наши успехи,» – произнес он с ухмылкой, прежде чем отпустить её.

Джесси сдержала все эмоции, просто кивнув, и, собрав всю свою выдержку, направилась к машине, готовая к очередному испытанию ночи.

Когда Джесси села в машину, Грэг повернулся к ней и с ухмылкой сказал: «Сегодня у тебя очень сладкое задание. Ты будешь участвовать в закрытой вечеринке с очень влиятельными людьми, связанными с наркобизнесом. Так что будь умницей, без приключений, и веди себя покорно. Эти ребята могут сделать нам обоим очень больно, если что-то пойдёт не так.»

Джесси молча кивнула, понимая серьёзность ситуации, и посмотрела в окно, стараясь скрыть свои чувства за привычной маской хладнокровия.

Машина плавно тронулась с места, и городские огни замелькали за окном, создавая размытый, почти гипнотический узор. Джесси смотрела в окно, наблюдая, как улицы сменяются одна за другой, словно напоминая ей о том, как быстро меняется её жизнь. Внутри машины царила напряжённая тишина, нарушаемая лишь шумом шин по мокрому асфальту и редкими звуками ночного города. Джесси пыталась собраться с мыслями, предчувствуя, что этот вечер станет очередным испытанием, и в то же время надеясь, что она сможет выйти из него без новых проблем.

Пока машина неслась по ночному городу, мысли Джесси невольно унеслись в далёкое прошлое. Она вспомнила, как росла на ранчо со своим дедушкой, который с любовью учил её обращаться с лошадьми. Она словно снова почувствовала запах сена, свежего ветра и тёплых солнечных дней. Перед глазами возник образ бабушки, готовящей её любимые блюда, и аромат домашних пирогов, который наполнял весь дом. Эти воспоминания о беззаботном детстве согревали её сердце, несмотря на холодную реальность настоящего.

Вспомнив о счастливых днях на ранчо, Джесси невольно вернулась к более болезненным воспоминаниям. Потеря родителей стала для неё ударом, который перевернул всю её жизнь. Вскоре после этого родственники, на которых она надеялась, лишили её наследства, оставив её ни с чем. Эта несправедливость и предательство вынудили её покинуть родные места и искать выживания в жёстком мире большого города. Эти воспоминания резали её сердце как нож, но в то же время придавали ей силу двигаться вперёд, несмотря на все трудности. Эти воспоминания оставляли глубокий след в её душе, но также напоминали, как важно держаться, даже когда весь мир кажется против тебя.

Воспоминания унесли Джесси в её студенческие годы. Благодаря поддержке дедушки и бабушки она поступила на юридический факультет и была одной из лучших студенток. Однажды её соседки по общежитию пригласили её на вечеринку в дом одного из богатых однокурсников. Вечер шёл весело, музыка гремела, но вскоре Джесси почувствовала усталость и решила уйти.

Однако перед самым выходом её остановил хозяин дома, предложив посмотреть редкую картину на втором этаже. Они поднялись по лестнице, и, хотя картина действительно была красивой, парень начал вести себя навязчиво. Джесси попыталась вежливо отказаться и уйти, сославшись на учёбу, но парень не отступал. В спальне он стал навязчивым, схватил за запястье. Джесси вырвалась:

– Я ухожу. Отпусти.

– Не ломайся, – ухмыльнулся он, придвигаясь ближе.

Она отступила, нащупала настольную лампу и со всей силы ударила. Он упал. В конце концов, он схватил её силой и повалил на кровать.

Парень потерял сознание, а Джесси выбежала вниз, крича о помощи. Музыка остановилась, гости сбежались, вызвали скорую и полицию. Парень выжил, но этот инцидент навсегда изменил жизнь Джесси, оставив её с тяжёлым грузом последствий.

После инцидента на вечеринке жизнь Джесси начала стремительно меняться. Вскоре к ней в общежитие пришёл детектив, якобы для расследования произошедшего. Его взгляд был холодным, проницательным.

– Садись, – велел он, садясь напротив.

– Я всё рассказала полиции, – сказала Джесси, чувствуя, как внутри поднимается тревога.

– Мало, – он усмехнулся. – Ты думаешь, этого хватит? У парня – связи. Родители готовы на всё.

– Это была самооборона. Я ничего плохого не хотела!

– Хочешь остаться чистой? – он наклонился ближе. – Придётся «помочь» следствию. Или мы найдём, что тебе предъявить.

прошла неделя спустя

Одним тихим вечером, возвращаясь из библиотеки, Джесси вдруг увидела знакомую машину. За рулём был тот самый детектив. Он настаивал, чтобы она села в машину, якобы для долгого разговора. Джесси колебалась, но в конце концов села, надеясь на какое-то решение.

Когда машина тронулась, детектив начал разговор: «Слушай, у тебя два варианта. Либо ты идёшь со мной и ведёшь себя, как хорошая девочка, либо твои обидчики не оставят тебя в покое. Они потребуют с тебя огромные деньги, а я не буду тебе помогать.»

Джесси поняла, что у неё не было выбора. Она оказалась в ловушке, из которой, казалось, не было выхода, и этот момент стал точкой невозврата в её жизни.

Пока машина плавно скользила по ночным улицам, детектив говорил удивительно спокойным тоном, в котором сквозила нотка хитрости. «Ты же понимаешь, что мир не справедлив, да? Но у тебя есть шанс облегчить себе жизнь. Просто доверься мне, и всё будет хорошо.»

Джесси, растерянная и испуганная, пыталась найти слова: «Почему вы это делаете? Я ничего плохого не сделала. Почему это всё случилось со мной?»

Детектив, чуть ухмыляясь, ответил: «Жизнь – это набор выборов. Сейчас у тебя два: либо ты со мной и живёшь спокойно, либо….Посмотрев на нее жадным взглядом

потом он сменил тактику и начал говорить спокойным, почти ласковым тоном: «Ты знаешь, ты действительно очень красивая. С такой внешностью ты могла бы добиться огромных успехов. У тебя есть все данные, чтобы жить красиво и беззаботно.»

Джесси, всё ещё растерянная и напряжённая, с трудом отвечала: «Если я такая красивая и умная, почему же вы пытаетесь меня запугать? Разве я заслужила это?»

Детектив, не меняя тона, продолжил: «Ты просто не понимаешь, какие у тебя перспективы. Я могу помочь тебе использовать свой потенциал. Вместо того чтобы бороться, ты могла бы быть на вершине, если будешь слушаться.»

– Ты же умная девочка, – мягко начал он. – Посмотри на себя. С такой внешностью ты могла бы жить хорошо.

– Зачем вы это делаете? – прошептала Джесси.

– Потому что могу, – спокойно ответил он. – У тебя два пути. Либо ты со мной, либо они тебя раздавят. И поверь, я их знаю.

Эта ночь стала началом её падения. Это предательство со стороны человека, который должен был защищать закон, окончательно подорвало веру Джесси в справедливость. Она поняла, что осталась одна против системы, и постепенно теряла всякую надежду на справедливый исход.

Сидя в машине и глядя на мелькающие огни города, Джесси снова и снова прокручивала в голове цепочку событий, пытаясь понять, почему именно с ней случилось столько несправедливости. Она задавалась вопросом, за что ей выпали такие испытания, и в чём она могла ошибиться. Она вспоминала каждый шаг, каждое решение, каждый момент, когда её жизнь пошла по наклонной. В этих размышлениях она искала ответы, пыталась найти в себе силы и хоть какую-то логику в череде несчастий. Этот самоанализ был для неё способом разобраться с внутренними демонами и, возможно, найти путь к тому, чтобы однажды изменить свою судьбу.

Теперь, сидя в машине Грэга, она слушала, как он говорил, не отрываясь от дороги:

– Сегодня у тебя важное дело. Закрытая вечеринка. Там большие люди. Ты должна быть милой. Поняла?

– Что если что-то пойдёт не так? – спросила Джесси, чувствуя, как сжимается горло.

Грэг усмехнулся:

– Не думай об этом. Просто улыбайся. Они любят послушных. Не подведи меня.

Они подъехали к огромному особняку за городом. Дом был залит мягким светом, у ворот стояли люди в чёрных костюмах с наушниками – охрана. Внутри дома доносилась музыка, смех, звон бокалов.

Грэг повернулся к Джесси, взгляд стал серьёзным:

– Запомни. Не задавай вопросов. Делай, что говорят. Улыбайся. Если попросят – танцуй. Если попросят – уйдёшь с ними. Ты не одна такая, не выделяйся. Всё ясно?

– Ясно, – еле слышно ответила она.

Он передал её мужчине у входа, и вскоре Джесси оказалась внутри. Интерьер был роскошным: мраморный пол, сверкающие люстры, гости в дорогих костюмах и вечерних платьях. На первый взгляд – просто богатая вечеринка. Но взглядов было слишком много. Они скользили по ней, оценивая, как товар.

К ней подошёл мужчина средних лет с тонкой усмешкой.

– Ты новенькая? – спросил он.

Джесси кивнула.

– Как тебя зовут?

– Джесси.

– Красивое имя. Надеюсь, ты окажешься такой же послушной, как и симпатичной.

Он взял её за талию и повёл к группе мужчин у камина. Все они переговаривались между собой, попивая дорогой алкоголь. Один из них смотрел на неё с нескрываемым интересом.

– Она Грэга? – спросил он.

– Вроде бы, – усмехнулся другой. – Но теперь она с нами.

Джесси застыла, пытаясь сохранить спокойствие. Она чувствовала, как начинает учащённо биться сердце, как каждый сантиметр её тела сопротивляется. Но лицо оставалось спокойным. Она научилась прятать страх.

Мужчина, который держал её за талию, наклонился к уху:

– Ты умеешь танцевать?

– Да, – ответила она, с трудом сглотнув.

– Тогда иди. Танцпол твой. Улыбайся.

Она пошла к залу, где играла музыка, и начала двигаться под ритм. Каждый взгляд, каждая рука, которая случайно касалась её, вызывали внутреннее отвращение, но Джесси танцевала. Она снова стала маской. Оболочкой. Красивой, послушной, хрупкой.

В какой-то момент она почувствовала, как кто-то встал рядом. Она повернулась. Это был тот, кто до этого спрашивал: «Она Грэга?». Он смотрел на неё, не отрываясь.

– Пойдём, – сказал он. Не вопрос, а приказ.

Она пошла.

Он вёл её по длинному коридору, где музыка стихала с каждым шагом. Тяжёлые двери, приглушённый свет, ковры, в которых тонули шаги. Мужчина молчал, не оборачиваясь, лишь крепче сжимал её запястье. Джесси ощущала холод стальных браслетов на своих тонких костях, будто они уже были там, невидимые, но настоящие.

Они вошли в комнату. Огромная спальня, полутёмная, с приглушённым светом настольной лампы. На столике – бутылка дорогого виски и два бокала. Мужчина закрыл за ними дверь и повернулся, глядя прямо в её глаза.

– Садись, – сказал он, указывая на кресло.

Джесси подчинилась. Она скрестила ноги, стараясь казаться спокойной, хотя внутри всё дрожало. Он налил в бокал виски, протянул ей.

– Пей.

– Я… я не пью, – осторожно ответила она.

Он усмехнулся:

– Сегодня ты делаешь то, что тебе говорят. Пей.

Джесси взяла бокал, но не отпила. Мужчина сел напротив, поставил свой бокал на стол и чуть наклонился вперёд.

– Грэг сказал, ты хорошая. Послушная. Я надеюсь, он не ошибся. Потому что знаешь, как мы относимся к тем, кто нас разочаровывает?

Она молчала. Он не ждал ответа.

– Я дам тебе шанс, – продолжил он, легко проводя пальцем по её подбородку. – Если будешь умницей – будет легко. Если нет… – он улыбнулся, но в этой улыбке не было тепла. – Тогда и сам Грэг тебе не поможет.

Джесси почувствовала, как ком поднимается к горлу. Она сжала бокал так сильно, что пальцы побелели. Это просто игра. Просто роль. Ты выдержишь. Ты выдерживала хуже, – повторяла она мысленно.

Он встал и подошёл к окну, глядя на городские огни.

– Я тоже когда-то мечтал быть другим, – вдруг тихо сказал он. – Но мечты – пустая трата времени. Ты ведь тоже это понимаешь, да?

Джесси посмотрела на его силуэт. И вдруг услышала собственный голос – тихий, но твёрдый:

– Я всё ещё мечтаю.

Он обернулся. Их взгляды встретились. И на короткий миг в его глазах мелькнуло что-то… не угроза. Не похоть. Что-то другое. Но потом всё исчезло. Он снова стал каменным.

– Пей, Джесси, – повторил он. – И давай сделаем эту ночь лёгкой.

Джесси медленно поднесла бокал к губам. Виски обжёг язык, горло, но она сделала глоток, стараясь не поморщиться. Мужчина вернулся к креслу и сел напротив, снова наливая себе.

– Вот так, – сказал он одобрительно. – Видишь, всё не так уж и сложно.

Он снял пиджак, расстегнул верхнюю пуговицу рубашки. Его взгляд скользнул по ней, оценивающий, хищный, но… усталый. Джесси заметила это впервые. Она сидела, не отрывая взгляда, стараясь сохранять видимость контроля.

– Знаешь, – начал он неожиданно мягким голосом, – ты очень напоминаешь одну девушку. Когда-то давно. Она тоже… боролась. Но в итоге поняла, что бороться бесполезно.

Он сделал глоток, отвёл взгляд.

– А она где теперь? – тихо спросила Джесси.

Мужчина хмыкнул:

– А нигде. Я же сказал – бороться бесполезно.

Он снова посмотрел на неё.

– Но ты не такая, правда? Ты хочешь выжить. И это правильно.

Он встал и подошёл ближе. Его рука легла ей на плечо. Джесси ощутила тяжесть этого прикосновения – словно целый мир опустился на неё. Она посмотрела ему в глаза.

– Вы думаете, я уже всё проиграла? – спросила она.

Мужчина замер, нахмурился.

– Если бы проиграла, – медленно проговорил он, – ты бы не задала этот вопрос.

Он убрал руку. Подошёл к окну, залпом допил бокал. Некоторое время молчал. Потом сказал:

– Иди. Грэг ждёт. Я передумал. Сегодня – нет.

Джесси не поверила своим ушам.

– Что? – выдохнула она.

– Ты слышала, – коротко бросил он, не оборачиваясь. – Иди. Пока я добрый.

Она вскочила, не раздумывая, и поспешила к двери. Когда рука легла на дверную ручку, мужчина произнёс:

– Запомни, Джесси. Этот мир тебя не отпустит. Никогда.

Джесси вышла, захлопнув за собой дверь. Коридор встретил её тишиной. Она остановилась, прислонилась к стене, глубоко вздохнула. Сердце всё ещё билось в бешеном ритме.

Я всё ещё мечтаю, – повторила она про себя.

И сделала первый шаг вперёд.

жесси шла по длинному коридору, всё ещё чувствуя, как дрожат ноги. Сердце стучало в ушах. Она не понимала, почему мужчина передумал, почему отпустил её, но сейчас это не имело значения. Главное – она ушла. Ещё одна ночь, ещё один шаг, ещё одна победа, пусть и маленькая.

У выхода её ждал Грэг. Он стоял, опершись на стену, с сигаретой в зубах. Увидев её, он нахмурился:

– Что так долго? – спросил он.

Джесси сглотнула, стараясь говорить спокойно:

– Он… передумал. Сказал, что сегодня не нужно.

Грэг выдохнул дым, медленно кивнул:

– Странно. Он обычно не из таких. – Он бросил окурок под ноги, растоптал. – Ладно. Поехали.

Они молча сели в машину. Грэг завёл мотор, выруливая на шоссе. Некоторое время ехали в тишине, пока он вдруг не повернулся к ней:

– Ты ему что-то сказала?

Джесси посмотрела прямо перед собой, взгляд стеклянный.

– Нет. Я просто сидела.

Грэг недоверчиво хмыкнул:

– Ну, если узнаю, что ты портишь мне репутацию, – он сжал руль так, что побелели пальцы, – пожалеешь.

Она ничего не ответила. Лишь уставилась на огни проносящегося города.

Внутри что-то начало меняться.

Страх всё ещё жил в ней, но теперь рядом с ним зарождалась другая эмоция. Не гнев, не отчаяние. Решимость.

Он сказал, этот мир меня не отпустит. Но я найду способ выбраться, – думала Джесси.

Когда они подъехали к её дому, Грэг протянул руку, остановив её, когда она собралась выйти:

– Завтра позвоню. Будь готова.

Она молча кивнула и закрыла за собой дверь.

Поднявшись в квартиру, Джесси первым делом включила музыку – снова Linkin Park. Звуки наполнили пространство, отодвигая тревогу. Она подошла к зеркалу. На неё смотрела девушка с заплаканными глазами и сломанной, но всё ещё живой надеждой.

– Я всё ещё мечтаю, – сказала Джесси вслух.

И улыбнулась себе. Чуть-чуть.

Джесси долго сидела у окна, глядя на огни города. Музыка давно стихла. Она сняла макияж, собрала волосы в пучок, включила настольную лампу с мягким светом. Тело ломило от усталости, мысли путались.

Она открыла шкаф и достала красивую шёлковую ночнушку – подарок бабушки когда-то, в другой жизни. Одев её, провела рукой по ткани, любуясь нежностью, легкостью. На миг ей захотелось поверить, что всё это – просто дурной сон, что завтра она проснётся в старом доме на ранчо, и дедушка снова позовёт её к лошадям.

Джесси легла в постель, укрывшись тонким пледом. Закрыла глаза, позволив себе расслабиться. Но вдруг…

Громкий стук в дверь.

Она вскочила, сердце ушло в пятки. Стук повторился, на этот раз требовательнее.

– Джесси! – раздался голос Грэга.

Она закусила губу, подошла к двери, прислонилась к ней ладонью.

– Грэг? Что случилось? Уже поздно…

– Открой. Нужно поговорить. – Его голос звучал жёстко, без намёка на просьбу.

Джесси колебалась. Внутри всё сжималось. Она чувствовала: просто так он не пришёл. Но что делать? Не открывать? Это разозлит его ещё больше.

Она медленно отодвинула засов, повернула ручку. Дверь приоткрылась.

На пороге стоял Грэг, небрежно опираясь о косяк. В его руке – наполовину пустая бутылка виски. Глаза блестели.

– Ты красиво выглядишь, малышка, – протянул он, оценивающе оглядывая её ночнушку. – Прямо картинка.

– Грэг… – Джесси сжала дверную ручку сильнее. – Что ты хочешь?

Он шагнул ближе, вынуждая её отступить.

– Я просто пришёл… – он ухмыльнулся, поставил бутылку на тумбочку у входа, – …поговорить. Провести время. Ты ведь скучала без меня, правда?

Он закрыл за собой дверь.

Джесси сделала шаг назад, чувствуя, как холодный страх пробирается вдоль позвоночника. Но она старалась держать лицо.

– Грэг, я устала. Мне правда нужно отдохнуть… – голос её дрогнул, но она попыталась сохранить твёрдость.

– Отдохнуть? – он засмеялся тихо. – Ты отдыхаешь слишком много. А я, знаешь ли, работаю. И у меня сегодня тяжёлый день. Мне нужна… – он сделал паузу, глядя прямо в глаза, – …поддержка.

Он подошёл ближе. Джесси упёрлась спиной в стену, понимая, что отступать больше некуда.

Соберись, – шептала она себе. Не показывай страх. Не сейчас.

Грэг подошёл ближе, и прежде чем Джесси успела среагировать, он резко схватил её за руку, рывком притянул к себе. Она почувствовала его тяжёлое дыхание, запах алкоголя.

– Ты не понимаешь, Джесси, – пробормотал он, прижимая её к груди. – Я давно не люблю их. Никого. Только тебя хочу. С самого первого дня.

– Грэг… – она попыталась вырваться, но хватка лишь усилилась.

– Не бойся, малышка… – его голос стал мягче, но в нём звучала угроза.

Он попытался поцеловать её, но Джесси отвернулась, упёрлась руками в его грудь.

– Отпусти! – крикнула она, пытаясь оттолкнуть.

Грэг рассмеялся. Резко подтолкнул её к стене, а затем повалил на пол. Она ударилась спиной, вскрикнула от боли. Он навис над ней, его рука скользнула к подолу ночнушки.

– Не сопротивляйся… – приговаривал он, наклоняясь ближе. – Я сделаю тебе хорошо.

Внутри Джесси вспыхнуло пламя. Она изо всех сил замахнулась и ударила его локтем в лицо. Грэг отпрянул, чертыхаясь, прижав руку к носу, из которого пошла кровь.

– Сука… – прохрипел он, вытирая кровь. – Думаешь, сможешь так просто?

Он полез за поясом брюк – и достал пистолет.

Джесси замерла, сердце забилось так громко, что казалось, вот-вот вырвется из груди.

– Я хотел по-хорошему, – сказал Грэг, глядя на неё сверху вниз. – Но, видимо, ты не умеешь слушаться.

Он поднял пистолет, направив его на неё.

– Теперь мы сыграем по моим правилам.

Джесси медленно поползла назад, чувствуя, как холодное дуло страха подбирается всё ближе. Она пыталась найти выход, любой шанс, любую возможность.

– Грэг… – сказала она тихо, стараясь тянуть время. – Ты же не хочешь этого…

Он ухмыльнулся, прицеливаясь:

– Ещё как хочу, малышка. Ещё как

Грэг стоял над ней с пистолетом в руке, глаза блестели яростным, пьяным огнём.

– Ты всегда была непокорной, Джесси, – сказал он хрипло. – Но сегодня ты моя. До конца.

Он медленно опустился на колени, нависая над ней. Джесси попыталась отползти, но он схватил её за лодыжку, резко дёрнул к себе. Она вскрикнула, изо всех сил ударила его ногой, но он перехватил её руку, зажал запястье.

– Бесполезно, – выдохнул он. – Никто тебя не спасёт.

Она чувствовала, как его рука грубо дёргает ткань ночнушки, как тяжесть его тела прижимает её к полу. В голове звенело, будто мир сжимался в точку. Страх, отчаяние, злость смешались в один горящий ком.

Нет. Нет. Не так.

Вдруг Джесси нащупала рукой что-то твёрдое – стеклянную вазу, стоявшую рядом. Не раздумывая, она схватила её и со всей силы ударила Грэга по голове. Раздался глухой звук, стекло треснуло.

Грэг отпрянул, зашатался, хватаясь за виски.

– Твою… – прошипел он. – Ах ты маленькая…

Он поднял пистолет, но руки дрожали. Джесси вскочила, толкнула его всем телом, выбивая оружие. Оно со звоном упало на пол.

– Сука! – рявкнул Грэг, бросаясь за пистолетом.

Джесси, не теряя ни секунды, пнула его ногой под кровать. Грэг бросился следом, а она воспользовалась моментом, чтобы рвануть к двери.

– Остановись! – закричал он, но она уже срывала засов.

Дверь распахнулась. Она выбежала в коридор, босая, в разорванной ночнушке, сердце грохотало. Позади слышались его шаги, ругань, угрозы.

Беги, Джесси. Беги.

Она бежала вниз по лестнице, не оглядываясь.

Джесси рванула к пистолету, схватила его первой. Руки дрожали. Грэг поднял глаза на неё, ухмыльнулся, как будто не верил, что она осмелится.

– Ну давай, – сказал он медленно, – стреляй, если сможешь.

Без раздумий Джесси нажала на курок. Выстрел оглушил комнату, вспышка вырвалась из дула. Грэг рухнул на пол, кровь потекла по виску.

Она замерла, глядя на него, сердце колотилось так сильно, что заглушало всё вокруг. Но… он зашевелился. Застонал. Попытался подняться.

– Джесси… – прохрипел он, пытаясь дотянуться до неё.

Она вскрикнула, развернулась и выбежала из квартиры. Голыми ногами сбежала по лестнице, вылетела на улицу. Холодный ночной воздух хлестнул по лицу. Она бежала, не зная куда.

Один квартал. Второй. Дыхание рвалось на части, лёгкие горели. Свет фар выхватил её из темноты.

Гудок. Резкий визг тормозов. Удар.

Тело Джесси с глухим ударом упало на асфальт. Она почувствовала, как мир перевернулся, как резкая боль прострелила всё тело. Лицо ударилось о мокрую дорогу, кожа мгновенно содралась, кровь смешалась с грязью и дождевой водой.

В глазах двоилось, огни фар расплывались пятнами. Лицо пульсировало болью, как будто тысячи игл вонзились в кожу. Она попробовала поднять голову – не смогла. Что-то липкое и тёплое стекало по щеке.

Перед глазами всплывали образы – дедушка на ранчо, бабушкины пироги, солнечное небо.

Кто-то подбежал, склонился над ней. Мужчина. Лицо испуганное, голос дрожал.

– Чёрт… Девочка, ты меня слышишь? Господи, твоё лицо… – он замолчал, видимо, не зная, что сказать. Достал телефон, торопливо набирая номер. – Алло! Срочно! Девушка попала под машину! У неё сильные травмы лица, она теряет кровь! На углу Пятой и Мейн!

Джесси пыталась что-то сказать, но рот не слушался. Она чувствовала, как опухает глаз, как кровь заполняет рот, обжигая вкусом металла.

– Эй, держись! – мужчина аккуратно взял её за руку. – Скорая едет. Дыши, слышишь? Дыши!

Где-то далеко завыла сирена. Но звук казался таким далёким, будто из другого мира.

Я всё ещё здесь, – подумала Джесси. Я всё ещё живу.

Перед глазами снова вспыхнул свет. И наступила темнота.

Утро в больнице

Джесси медленно открыла глаза. Свет был слишком ярким, боль в голове пульсировала глухо и тяжело. Всё тело казалось чужим, тяжёлым. Она попыталась пошевелиться, но движения отдавались болью.

Лицо… Она не чувствовала лица. Что-то стягивало его, что-то жёсткое, тугое. Она поняла – бинты. Полностью перемотанное лицо.

Дверь палаты тихо скрипнула. Вошёл врач – мужчина лет сорока с усталым, но добрым лицом. Он остановился у кровати, посмотрел на неё поверх очков.

– О, вы пришли в сознание, – с облегчением сказал он. – Отлично. Я доктор Маршал. Не волнуйтесь, вы в безопасности.

Джесси слабо кивнула. Голос её предал, лишь едва слышный хрип сорвался с губ.

– Не пытайтесь пока говорить, – продолжил врач. – У вас были серьёзные травмы. Лицо пострадало сильнее всего, но… – он улыбнулся. – Вам невероятно повезло.

Он присел на край кровати, внимательно глядя на неё.

– Вас сбил человек, который оказался очень… влиятельным, – произнёс он осторожно. – И… скажем так, с большим чувством ответственности. Он оплатил вашу операцию. Лучшая команда хирургов работала над вами. Мы сделали всё возможное.

Джесси замерла. Внутри что-то холодное расползлось по телу.

Кто этот мужчина? Почему?

Доктор заметил её напряжённый взгляд:

– Не бойтесь. Он попросил обеспечить вам полный уход и анонимность. Сказал, что хочет… помочь. Он не будет навязываться.

Помочь? Почему? – мысли метались в голове. Джесси почувствовала, как страх поднимается внутри.

Грэг… он будет меня искать. Он не остановится. Он найдёт меня. А если… этот богатый мужчина связан с ними? Если он один из тех?

Она сжала простыню, сердце забилось быстрее.

Доктор успокаивающе положил ладонь ей на плечо:

– Вам нужно отдыхать. Не волнуйтесь. Здесь вас никто не побеспокоит.

Он встал, двигаясь к выходу:

– Попробуйте поспать. Завтра снимем часть бинтов. Всё будет хорошо.

Джесси закрыла глаза, но сон не приходил. Внутри был только страх. И тысячи вопросов.

Что произошло той ночью? Почему он оплатил операцию? Что он хочет взамен?

И где Грэг?

Она лежала, слушая капельницу, считывая каждый звук за дверью, зная – спокойствие обманчиво. Её история далеко не закончилась.

На следующий день

Джесси проснулась в той же белой палате. Голова немного кружилась, тело оставалось тяжёлым. Она услышала, как кто-то вошёл – доктор Маршал и медсестра.

– Доброе утро, Джесси, – сказал он мягко. – Сегодня мы снимем часть бинтов, чтобы проверить заживление.

Она медленно села. Доктор подошёл ближе, начал осторожно разворачивать слои марли, пропитанные медикаментами. Каждый виток казался вечностью.

– Не волнуйся. Рубцы постепенно исчезнут, – успокаивающе говорил он. – Процесс долгий, но ты на верном пути.

Джесси чувствовала, как воздух холодит кожу там, где бинты снимались. Но большая часть лица оставалась укутанной. Лишь одна сторона – от виска до подбородка – открылась.

Доктор отступил, глядя на неё внимательно.

– Пока этого достаточно, – сказал он. – Зеркало у стены, если хочешь посмотреть.

Джесси медленно поднялась. Ноги дрожали, но она подошла к зеркалу.

В отражении она увидела себя – с бинтами, перекрывающими большую часть лица, оставляя лишь одну открытую часть. Кожа под ними выглядела натянутой, странной, испуганной. Один глаз – с тенью под ним, чуть опухший.

Она дотронулась до открытой щеки. Пальцы дрожали.

Я ли это?

Доктор подошёл ближе:

– Тебе нужно время привыкнуть. Ты сильная, Джесси. Твоя жизнь ещё впереди.

Но внутри поднимался страх.

Грэг будет искать меня. Он найдёт меня, даже если я буду выглядеть иначе. Они все найдут.

Она вернулась к кровати, села, уставившись в пол.

Почему этот богатый мужчина оплатил операцию? Просто потому что сбил меня? Или… он тоже один из них?

В голове метались вопросы. Ответов не было. Лишь ощущение, будто она – птичка в золотой клетке.

Доктор вышел, оставив её одну.

Она снова посмотрела в зеркало. Лицо, скрытое бинтами, казалось чужим.

Кто я теперь?

И что ждёт за пределами этих стен?

Прошла неделя

Неделя пролетела, словно в тумане. Джесси лежала в палате, глядя в потолок. Лицо всё ещё было почти полностью закрыто бинтами, лишь небольшие участки открывали зажившие места. Время тянулось медленно. Мысли – словно тяжелые камни.

Вдруг дверь мягко открылась. Она услышала шаги.

На пороге стоял мужчина. Высокий, стройный, лет тридцати пяти. Чёрные, густые волосы были аккуратно уложены. Чёткие черты лица, лёгкая щетина, проницательные карие глаза. На нём был идеально сидящий тёмно-синий костюм, белая рубашка, дорогие часы на запястье. От него пахло дорогим парфюмом.

Он стоял спокойно, сдержанно, но взгляд его был внимательным.

– Здравствуй, Джесси, – сказал он низким, ровным голосом. – Рад, что ты пришла в себя.

Джесси замерла. Сердце застучало сильнее. Она узнала его. Это был он. Тот, кто сбил её машиной.

Он сделал шаг вперёд, чуть улыбнулся:

– Не бойся. Я не враг. Я просто хотел увидеть, как ты.

Она молчала, не сводя с него глаз. Мужчина сел в кресло напротив кровати, скрестил ноги, сложил руки.

– Меня зовут Ричард. Я понимаю, что для тебя это шок… – он слегка вздохнул. – Я виноват. Но я хочу помочь. Всё, что тебе нужно, я сделаю.

Джесси с трудом сглотнула. Столько вопросов, столько эмоций. Но слова не находились.

Ричард посмотрел на неё мягче:

– Тебе пока не нужно ничего решать. Отдыхай. Я просто хотел, чтобы ты знала – ты под моей защитой. И никто не сможет причинить тебе вред.

Он встал, поправил пиджак.

– Я навещу тебя снова, – сказал он, направляясь к двери.

Перед уходом он задержался, обернулся, посмотрел прямо ей в глаза:

– Ты сильнее, чем думаешь.

Дверь закрылась.

Джесси осталась одна. Сердце билось часто, мысли путались.

Под его защитой? Или в его власти?

Кто он на самом деле? Почему хочет помочь?

А где-то глубоко внутри снова шевельнулся страх.

Дни ожидания

Дни тянулись медленно, один за другим. Каждое утро Джесси просыпалась, смотрела на бинты, на свои заживающие раны и считала:

Пять дней прошло… Шесть… Семь…

С каждой сменой повязок лицо открывалось всё больше. Врач говорил, что восстановление идёт прекрасно. Но Джесси не радовалась. В голове крутилась только одна мысль: как выбраться отсюда?

Она знала – Грэг жив. Она видела это в новостях мельком, услышала из разговора медсестёр: «…пострадал в драке… но уже выписался…»

Он выжил. Он будет искать меня. Он не остановится.

Джесси знала его. Знала, что он не забудет, не простит.

Нужно было уходить. Раньше, чем он найдёт её.

Каждый день она наблюдала за порядками в больнице: когда сменяются медсёстры, сколько охраны на входе, сколько посторонних в коридорах. Она запоминала.

Я смогу. Должна.

Но была ещё одна мысль, которая не давала покоя. Синди. Подруга. Девушка, с которой они вместе делили эту тюрьму. Она исчезла за неделю до того, как Джесси сбежала. Грэг говорил, что отправил её «на важную работу». Джесси не знала, жива ли она, где она.

Если Синди ещё там… я не могу её бросить.

Она лежала ночью, глядя в потолок, прокручивая план. Нужно было связаться с ней. Но как? Телефона у Джесси не было. Врачи и медсёстры не разрешали пользоваться техникой.

Однажды, когда медсестра убирала палату, Джесси увидела её телефон, оставленный на столике. Идея вспыхнула молнией.

Если дождаться подходящего момента…

Всё внутри сжималось. Она знала: одно неверное движение – и всё рухнет.

Она считала дни. Считала минуты. Готовилась.

Я найду Синди. Я вытащу нас обеих. Или умру, но попробую.

В ту ночь она снова не спала, лежа в темноте, слыша стук собственного сердца и повторяя про себя:

Завтра. Я начну завтра.

Этой ночью ей приснился удивительный сон.

Джесси стояла в большом, светлом доме. Высокие окна заливал солнечный свет. За окном – зелёный сад, цветы, смех. Она услышала знакомые голоса и обернулась.

Там были они. Дедушка, бабушка. Дед стоял у печи, смеялся, готовя завтрак. Бабушка несла поднос с пирогами, пахнущими корицей. Они улыбались ей, звали за стол.

– Джесси, садись, милая, – сказала бабушка. – Всё хорошо.

На сердце было так тепло, легко, спокойно, что Джесси захотелось плакать. Она села за стол, взяла кусочек пирога, вдохнула аромат – и впервые за долгое время почувствовала себя дома.

Из сада вошёл мужчина. Высокий, красивый, с ласковыми глазами. Его лицо было не совсем знакомым, но казалось таким близким, родным. Он протянул руку:

– Пойдём.

Джесси встала, вложила ладонь в его руку. Он повёл её через сад, где всё цвело, где пели птицы, где воздух был полон счастья.

Он вдруг притянул её к себе, закружил. Она смеялась, запрокинув голову, ощущая, как лёгкие становятся полными света. Мужчина смотрел на неё, обнимая крепко.

– Здесь тебя никто не обидит, – сказал он тихо. – Здесь ты в безопасности.

Джесси прижалась к нему. И вдруг поняла, что не хочет отпускать этот сон. Не хочет возвращаться туда, где боль, страх, холод.

Но где-то вдали раздался голос, словно через стену:

– Джесси… Джесси… проснись…

Мужчина посмотрел на неё с грустью, погладил по волосам:

– Ты должна идти, милая. Но я буду ждать.

Она хотела возразить, но сон начал таять, свет гаснуть. Голоса затихли. Дом растворился. Остался только шёпот:

– Я всегда рядом.

Джесси открыла глаза. Боль вернулась. Боль и реальность.

Но внутри осталась тёплая искорка. Как напоминание: где-то есть место, где её любят. Где она дома.

На следующее утро

Джесси проснулась от легкого стука. Медсестра вошла в палату, держа в руках коробку.

– Для вас, – сказала она, ставя коробку на тумбочку.

– От кого? – спросила Джесси.

Медсестра пожала плечами:

– Без подписи. Просто попросили передать. Как и всегда.

Она кивнула на вазу с цветами. Ежедневно с момента её пробуждения в палату приносили свежие цветы. Красивые, дорогие букеты – розы, лилии, орхидеи. Никто не знал, кто их отправляет.

Джесси осторожно открыла коробку. Внутри лежал новый смартфон. Маленькая записка на белой бумаге:

«Для тебя. скорейшего выздоровления. Р.»

Р… Ричард? – догадалась она.

Телефон был новый, настроенный. На экране – уведомление: «Номер уже активирован.»

Сердце Джесси забилось быстрее. Она сразу подумала о Синди.

Это мой шанс.

Оглядевшись, убедившись, что медсестра ушла, она открыла контакты. Все были пусты. Она ввела номер Синди – единственный, который помнила наизусть, который хранила как оберег.

Телефон долго звонил. Джесси закусила губу, пальцы дрожали.

– Алло? – раздался тихий, испуганный голос.

– Синди! Это я! Это Джесси!

На том конце повисла тишина. Потом – взволнованный шёпот:

– Боже… Джесси… Ты жива? Где ты? Ты в порядке?

– Я… в больнице… – голос дрогнул. – Синди, он жив. Грэг жив. Я не знаю, где он… Я боюсь…

– Джесси… – Синди задыхалась. – Он ищет тебя. Он сказал, что если найдёт… он… он всё сделает, чтобы…

Джесси почувствовала, как сердце сжалось.

– Синди, где ты? Он трогает тебя?

– Я… я всё ещё тут… – прошептала подруга. – Но я слышала… кажется, он что-то планирует. Он зол. Очень зол.

Джесси сжала телефон крепче.

– Я найду способ вытащить тебя. Я приду за тобой.

Синди всхлипнула:

– Пожалуйста, Джесси… только живи…

Связь оборвалась.

Джесси уронила телефон на простыню, прикрыла лицо руками. Цветы наполняли комнату запахом надежды. Но в душе поднималась тревога.

Кто шлёт эти цветы? Почему Ричард дарит мне этот телефон? Что он знает? Что он хочет?

И главное – успеет ли она найти Синди, прежде чем Грэг найдёт её?

Прошёл месяц

Джесси сидела на кровати, глядя в окно. Лицо почти полностью зажило, но оставалось закрытым лёгкими повязками. В палате стояли свежие цветы – очередной букет без подписи.

Дверь открылась. Вошёл мужчина – высокий, крепкий, в строгом костюме. Чужой. Холодный взгляд, ровные движения.

– Мисс Джесси, – произнёс он низким голосом. – Врач сказал, что вы достаточно восстановились. Вас можно перевести домой. Я пришёл вас сопроводить.

Домой. Это слово пронзило её, как ледяной нож.

Нет… домой нельзя. Там они найдут меня. Грэг найдёт. Там нет защиты.

Джесси вскочила, огляделась, и, прежде чем мужчина успел подойти, метнулась в сторону – и захлопнула дверь туалета. Заперла. Прислонилась спиной к двери, задыхаясь.

– Мисс Джесси? – раздался голос снаружи.

Нет. Я не пойду. Я лучше выброшусь из этого окна, чем вернусь в его ад.

Она посмотрела на узкое окно над раковиной. Ноги дрожали. Подошла ближе, встала на унитаз, заглянула наружу. Высота – четвёртый этаж. Асфальт внизу казался пугающе близким.

Слёзы подступили к глазам.

Не так. Я не могу… Но я не вернусь туда. Не вернусь…

– Мисс Джесси! – голос стал громче. – Пожалуйста, откройте. Это недоразумение.

Она услышала шаги, переговоры. Потом:

– Это Джон. Я… от Ричарда. Он послал меня сопроводить вас. Только вас. Никто не заберёт вас обратно туда.

Джесси застыла.

– Ричард…? – прошептала она.

– Да. Он сказал, что вы можете жить в его доме. Там безопасно. Он велел, чтобы никто не имел права к вам приближаться без его разрешения.

Она медленно соскользнула вниз, села на холодный кафельный пол. Сердце всё ещё бешено колотилось.

Верить ему? Или всё это ловушка?

– Мисс Джесси… – голос стал тише, мягче. – Он просто хочет, чтобы вы были в безопасности. Он не позволит вам вернуться к Грэгу.

Джесси прикрыла глаза. В груди боролись страх и надежда.

Может, действительно безопасно? Или это просто ещё одна клетка – золотая, но клетка?

Она поднялась, медленно подошла к двери, положила ладонь на ручку.

– Если ты врёшь… – сказала она тихо, – я больше никогда никому не поверю.

И отперла дверь.

Перед ней стоял Джон – высокий, уверенный мужчина лет так 60, с лёгкой, почти искренней улыбкой.

– Поехали домой, Джесси, – сказал он спокойно.

Джесси сидела, прислонившись к двери туалета.

Голоса снаружи затихли, но сердце колотилось так, будто готово вырваться из груди. Она подняла глаза на узкое окно над собой. Медленно встала, подошла, встала на унитаз, посмотрела вниз.

Четвёртый этаж. Асфальт. Пустая дорога.

Лучше так… чем вернуться туда.

Эта мысль пронзила её ясно, отчётливо, словно холодный нож.

Лучше я сейчас, здесь, выброшусь, чем снова окажусь в его власти. Чем снова стану куклой, товаром, пустым телом.

Она прижала ладони к раме. Пальцы дрожали. На миг представила: шагнуть – и всё закончится.

В этот момент за дверью снова раздался голос:

– Мисс Джесси, пожалуйста, откройте! Это Джон. Я от Ричарда. Вы неправильно поняли. Вам никто не угрожает. Ричард просто хочет, чтобы вы были в безопасности.

Она зажмурилась, голова закружилась.

Безопасность… Что это значит? Кто такой этот Ричард? Почему он всё делает? За что?

Слёзы подступили к глазам. Она стояла, сжимая раму.

– Пожалуйста… – снова прозвучало за дверью, теперь мягче. – Не причиняйте себе вред. Он… Он действительно хочет вам помочь.

Джесси медленно отступила от окна, спустилась на пол. Обняла колени, спрятала лицо в руках.

Я устала…

Я просто хочу, чтобы всё закончилось…

Она слышала, как за дверью продолжают говорить, но слова становились далекими, приглушёнными, будто сквозь воду.

Лучше смерть, чем вернуться туда… Но может быть… есть ещё хоть одна надежда?

Она осталась сидеть на холодной плитке, дрожа, борясь с собой, с прошлым, с будущим, которого так боялась.

Джесси сидела на холодной плитке, обняв колени.

Слёзы медленно стекали по щекам. Она смотрела в пол, слушая, как за дверью продолжают звучать голоса. Убедительные. Мягкие. Тревожные.

И вдруг внутри что-то щёлкнуло. Как будто хрупкая нить, державшая её на краю, порвалась – но не чтобы упасть, а чтобы подняться.

Она медленно вытерла слёзы ладонями, подняла голову.

Сколько можно бояться? Сколько можно прятаться?

Она глубоко вдохнула.

Будь что будет.

Она встала, подошла к двери, положила ладонь на холодную ручку. Закрыла глаза. Услышала, как сердце снова забилось ровнее.

– Хорошо, – произнесла она тихо. – Я выйду.

– Спасибо, Джесси, – раздался облегчённый голос Джона за дверью. – Всё хорошо. Мы просто хотим помочь.

Она открыла дверь. На пороге стоял Джон – высокий, уверенный, но с мягким взглядом. Он чуть улыбнулся.

– Готова? – спросил он спокойно.

Джесси кивнула.

Нет, я не готова. Но я пойду. Потому что бояться больше нет сил.

Она вышла из туалета. Остановилась на мгновение. Посмотрела на него.

– Если всё это ложь… – сказала она тихо, – я всё равно найду способ уйти.

Джон кивнул.

– Это не ложь, Джесси. Вы увидите.

Они вышли из палаты. Коридор был пуст. Джесси шла вперёд, сжимая кулаки. Каждый шаг давался с трудом. Но она шла.

Будь как будет. Они сели в машину.

Джон открыл перед ней дверь чёрного внедорожника, помог сесть. Машина была просторной, пахла свежей кожей и дорогим парфюмом. Джесси устроилась на сиденье, пристегнула ремень.

– Куда мы едем? – спросила она, пытаясь скрыть тревогу.

– В безопасное место, – ответил Джон, заведя двигатель. – Всё, что вам нужно, уже подготовлено.

Они тронулись. Сначала – городские улицы, знакомые и шумные. Потом дома сменились редкими заправками, кафе. Скоро начались шоссе, поля, леса. Машина неслась всё дальше, оставляя цивилизацию позади.

Джесси молчала, глядя в окно.

– Далеко? – наконец спросила она.

– Немного, – ответил Джон. – Мы почти у цели.

– А… почему Ричард помогает мне? – спросила она после паузы.

Джон посмотрел на неё коротко, потом снова на дорогу.

– Он не привык оставлять людей в беде. И… он чувствует себя виноватым.

– Он не должен, – пробормотала Джесси. – Это был несчастный случай.

Джон чуть улыбнулся:

– Ричард такой человек. Всегда считает, что мог предотвратить чужую боль.

Они ехали всё дальше. Дорога извивалась через леса, вдоль озёр. Пейзаж за окном был красивым – высокий лес, зелёные холмы, зеркальные воды, дикие птицы. Но внутри Джесси чувствовала холод.

Почему так далеко? Почему не в городе?

Наконец они свернули на узкую дорогу, вымощенную камнем. Между деревьями показался дом – большой, светлый, с высокими окнами, террасой, фонарями вдоль дорожки. Красивый, почти сказочный.

Машина остановилась. Джон обернулся:

– Приехали.

Джесси посмотрела на дом. Сердце сжалось.

Красиво. Слишком красиво, чтобы быть правдой.

– Это… всё для меня? – спросила она осторожно.

– Да, – кивнул Джон. – Здесь вы будете в безопасности.

Он вышел, открыл ей дверь.

Джесси сделала шаг наружу. Вдохнула свежий воздух. Лес шептал листьями. Вдалеке блестело озеро.

– Он… ждёт меня? – спросила она тихо.

Джон посмотрел на неё внимательно:

– Нет. Он сказал, что даст вам время прийти в себя. Здесь только вы. И я, если понадобится помощь.

Джесси посмотрела на дом снова.

Золотая клетка или шанс на свободу?

Она пошла к двери.

Будь что будет…

Джесси вошла в дом.

Внутри её встретил мягкий, уютный полумрак. Воздух пах древесиной, лавандой и свежим бельём. Полы из тёплого дерева тихо скрипели под ногами. Просторная гостиная была оформлена в светлых тонах: кремовые стены, уютные кресла, мягкий диван с пушистыми пледами.

В углу потрескивал камин, над которым висела картина с морским пейзажем. Огонь переливался золотыми языками, наполняя комнату мягким светом и уютным теплом. Рядом – низкий столик с вазой полевых цветов и книгами в кожаных обложках.

Огромные окна открывали вид на лес и озеро, за которыми солнце начинало медленно садиться. На подоконниках стояли маленькие горшки с живыми травами, пахнущими мятой и розмарином.

Кухня была видна через арку – просторная, с деревянным столом, плетёными корзинами, полками, полными баночек с приправами.

Наверху виднелась лестница к спальням.

Джон вошёл вслед за ней, молча посмотрел вокруг, будто проверяя, всё ли на месте.

– Здесь вы можете чувствовать себя как дома, – сказал он, поставив её сумку у дивана. – А там, – он показал в окно, – домик, в котором я буду жить.

Джесси выглянула. Неподалёку стоял аккуратный домик – компактный, но уютный, с крыльцом и фонарями.

– Если что-то понадобится – еда, лекарства, помощь – просто позовите или напишите, – продолжил Джон. – Я рядом, но вас тревожить не буду.

Он подошёл к камину, поправил поленья.

– Ричард просил, чтобы вы чувствовали себя здесь в безопасности. Никто вас не найдёт.

Джесси села на диван, провела рукой по пледу. Огонь в камине отражался в её глазах. Всё вокруг казалось слишком хорошим, чтобы быть правдой.

– Спасибо, – тихо сказала она.

Джон кивнул:

– Отдыхайте. Я занесу продукты на кухню, чтобы вы не беспокоились. Завтра могу отвезти в магазин, если нужно.

Он вышел, оставив её одну.

Джесси осталась сидеть, слушая потрескивание огня, глядя на пламя.

Красиво. Тепло. Уютно. Но всё равно – не дом.

И всё же, впервые за долгое время, она не чувствовала страха прямо сейчас.

Джесси осталась сидеть у камина, глядя на огонь.

Ей казалось, что время остановилось. В комнате было тихо, только потрескивали поленья, да ветер иногда касался окон, шелестя листьями. Она глубоко вдохнула аромат горящих дров, лаванды и свежести дерева.

Неужели я здесь одна? Неужели правда – никто не найдёт?

Она встала и медленно пошла по дому. Проходя мимо кухни, коснулась гладкой деревянной столешницы, открыла шкаф – внутри стояли банки с мёдом, печеньем, крупами. На плите стоял чайник, а на стене висели медные сковородки, поблёскивая в свете лампы.

В коридоре висели фотографии природы – леса, горы, водопады. Все они создавали ощущение уюта и… свободы.

Джесси поднялась по лестнице. Наверху нашла спальню. Просторная, но не вычурная: большая кровать с белым одеялом, плетёный ковёр, комод с зеркалом. На прикроватной тумбочке стояла лампа с тёплым светом и небольшая ваза с засушенными цветами.

Она подошла к окну. Отсюда открывался вид на озеро – вода серебрилась под лунным светом, а лес тихо шептал ночными ветрами. Вдалеке виднелись огоньки в домике Джона.

Как будто из сна…

Джесси вернулась вниз, снова села у камина. Закуталась в плед, подогнула ноги. Смотрела в огонь, слушая, как что-то капает в раковине, как скрипят балки под крышей.

Впервые за долгое время она позволила себе расслабиться. Хоть немного.

И всё же внутри оставался вопрос: долго ли продлится эта тишина?

Когда глаза начали слипаться, она поднялась, выключила свет, поднялась в спальню. Легла в мягкую постель, прижавшись лицом к подушке.

«Пусть эта ночь будет спокойной,» – прошептала она.

И медленно провалилась в сон, где снова кружились образы утраченного счастья, улыбок родных и того незнакомого мужчины с ласковыми глазами, который держал её за руку.

Утро было прекрасным.

Солнечные лучи проникали сквозь занавески, окрашивая комнату золотистыми бликами. Пахло свежим хлебом, чем-то сладким и жареным. Джесси открыла глаза и впервые за долгое время почувствовала… лёгкость.

Она села на кровати, провела рукой по волосам, подошла к зеркалу у комода. Задержалась перед ним.

Сегодня я посмотрю.

Она медленно убрала со щёк прядки волос и взглянула на себя.

В зеркале стояла незнакомая девушка.

Овальное лицо, ровная кожа с лёгким румянцем. Глаза – глубокие, тёмно-зелёные, с длинными ресницами, казались чуть больше, чем прежде. Губы – пухлые, красиво очерченные, с лёгким естественным оттенком. Нос стал чуть тоньше, линия скул – выразительнее. Волосы – густые, тёмно-русые, спадающие волнами.

Она провела пальцами по щеке.

– Это… я? – шепнула она.

Красиво. Симпатично. Даже очень. Но не то лицо, которое она привыкла видеть.

Сердце сжалось. Радость и грусть смешались внутри.

Кто я теперь? Кем я должна стать с этим лицом?

Она глубоко вздохнула, улыбнулась самой себе, пусть и немного неуверенно.

– Ну что, Джесси. Новая жизнь? – произнесла она, и голос прозвучал сильнее, чем она ожидала.

Она оделась и спустилась на первый этаж.

И вдруг остановилась. На кухне у плиты стоял Джон. Он был в простой рубашке с закатанными рукавами, жарил что-то на сковороде. На столе уже лежали нарезанный хлеб, ягоды, кружки, чайник с горячим чаем.

Джон обернулся, услышав её шаги, и тепло улыбнулся.

– Доброе утро, – сказал он. – Хотите кофе или чай?

Джесси удивлённо подняла брови:

– О, вы ещё и повар?

Джон рассмеялся:

– Иногда. Ради хорошей компании – всегда.

Он поставил сковородку на плиту и жестом пригласил её за стол.

– Садитесь. Сегодня у нас оладьи с ягодами и мёдом.

Джесси села, глядя на красиво сервированный стол, на дымящийся чайник, на тёплый свет, льющийся в окна.

Неужели я действительно здесь в безопасности? – мелькнула мысль.

– Спасибо, Джон, – сказала она тихо. – Правда. Спасибо.

Он посмотрел на неё серьёзнее:

– Вы заслуживаете лучшего, Джесси. Это только начало.

Она снова взглянула на него и впервые за долгое время почувствовала – может быть, всё действительно будет хорошо.

Они сидели за столом.